ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-9796/2022

г. Челябинск

08 сентября 2022 года

Дело № А76-10913/2021

 

Резолютивная часть постановления объявлена 07 сентября 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 08 сентября 2022 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Калиной И.В., 

судей Журавлева Ю.А., Курносовой Т.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего умершего должника ФИО2 - ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.06.2022 по делу №А76-10913/2021 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

 

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 09.04.2021 возбуждено производство по делу о банкротстве умершего должника ФИО2 (дата смерти 11.01.2020).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.06.2021 должник признан несостоятельным, применены правила параграфа 4 главы 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в деле о банкротстве ФИО2, в отношении него введена процедура – реализации имущества должника, финансовым управляющим утвержден ФИО3, член Союза арбитражных управляющих «Саморегулируемая организация «ДЕЛО».

Информационное сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 104 от 19.06.2021.

Финансовый управляющий ФИО3 28.09.2021 направил в арбитражный суд заявление, в котором просил - признать недействительной сделку по отчуждению 16.02.2018 г. ФИО2 в пользу ФИО4 нежилого помещения с кадастровым номером 74:31:0108012:125, площадью 19.10 кв.м., расположенного адресу: 

<

...> д 104, пом. 11; - признать недействительной сделку по отчуждению 08.09.2018 г. ФИО4 в пользу ФИО5 нежилого помещения с кадастровым номером 74:31:0108012:125, площадью 19,10 кв.м., расположенного адресу: 

<

...> д 104, пом. 11; - применить последствия недействительности сделок в виде возврата в единоличную собственность ФИО2 нежилого помещения с кадастровым номером 74:31:0108012:125, площадью 19,10 кв.м., расположенного адресу: 

<

...> д 104, пом. 11.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 24.06.2022 в удовлетворении заявленных требований отказано в полном объеме.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий обратился с апелляционной жалобой, в которой просил определение отменить, апелляционную жалобу удовлетворить, принять новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы финансовый управляющий указывает, что судом сделан вывод о формальном отсутствии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения сделок, ошибочно не приняты во внимание наличие в поведении как должника, так и заинтересованных лиц, намерения причинить вред правам кредиторов. Аффилированность должника и ФИО4 подтверждается материалами дела, поскольку ответчик является супругой ФИО6 с 10.12.1987 г., что подтверждается свидетельством о рождении сыновей Максима и Марка, содержащихся в наследственном деле ФИО6 от 11.02.2020 г., а также штампом в паспорте ФИО6. Отчуждение ФИО2 всего принадлежащего ему недвижного имущества свидетельствует о наличии у него намерения вывести свое имущество из-под взыскания, свидетельствует о наличии у него цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 15.08.2022 апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 07.09.2022. 

Судебной коллегией на основании статей 262, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщен к материалам дела отчет финансового управляющего от 30.06.2022, поступивший вместе с апелляционной жалобой; в приобщении к материалам дела отзыва на апелляционную жалобу, поступившего от ФИО4 отказано, так как не представлено доказательств заблаговременного направления в адрес лиц, участвующих в деле (вх.№48622 от 06.09.2022).

Лица, участвующие в деле о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы уведомлены посредством почтового отправления, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие неявившихся участников процесса.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции, 16.02.2018 ФИО2 в пользу ФИО4 подарено право собственности на нежилое помещение с кад.№ 74:31:0108012:125, площадью 19,10 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, что оформлено договором от 16.02.2018, который зарегистрирован в ЕГРН. Затем в 08.09.2018 ФИО4 в пользу ФИО5 отчуждено данное нежилое помещение по договору купли-продажи 04.09.2020, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости от 14.07.2021.

Полагая, что названные сделки подлежат признанию недействительными с применением последствий их недействительности, управляющий обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий указал, что с 11.04.2006 должнику на праве собственности принадлежало жилое помещение с кад.№ 74:31:0108012:125, площадью 19,10 кв.м., расположенное по адресу: 

<

...>, доля в праве – 100%. Должником 16.02.2018 в пользу супруги ФИО4 по договору дарения передано право собственности на жилое помещение, доля в праве – 100%. В дальнейшем, ФИО4 продала данное помещение заинтересованному лицу – ФИО5 Заявитель полагает, что указанные сделки представляют собою цепочку сделок, направленных на вывод имущества должника в условиях, когда у должника уже имелись финансовые проблемы. Финансовый управляющий полагает, что сделка является мнимой, совершена для вида и целью ее было именно передача прав на объект иным лицам от должника с целью сокрытия имущества от кредиторов.

Управляющий пояснил, что все обязательства должника возникли из его участия в капитале и руководстве ООО «Агротэк», который находится в процедуре банкротства – конкурсное производство, дело № А76-14929/2020. В настоящее время в рамках указанного дела предъявлены требования кредиторов, при этом все требования по дате возникновения датированы после первого квартала 2018 года. Также управляющий указал, что в рамках данного дела оспариваются сделки по перечислению денежных средств от ООО «Агротэк» в том числе в конце 2017 года, начале 2018 года, однако, судебный акт по данным спорам не принят.

Финансовый управляющий полагает, что должником осуществлялся вывод принадлежащего обществу «Агротэк» имущества в преддверии банкротства, к чему относится спорная сделка.

В качестве правового основания указаны – статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ).

Ответчик - ФИО4 заявленные требования не признала по основаниям, изложенным в отзыве на заявление. В отзыве ответчик пояснил, что спорное нежилое помещение - гараж был передан в дар в условиях, когда у должника не было ни кредиторов, ни финансовых затруднений. При этом передача гаража осуществлялась в связи с разделом собственности внутри семьи, поскольку в этот период времени должник развелся со своей женой (матерью ответчика ФИО7) и ушел в другую семью, где у него родился ребенок. Помимо передачи гаража супруге, должник также разрешил внутрисемейные споры относительно жилых помещений и недвижимого имущества и с другими родственниками, сделки с которыми также оспариваются в рамках дела о банкротстве. Все перечисленные сделки фактически были совершены в одно время задолго до появления признаков несостоятельности (банкротства) должника.

Суд первой инстанции предлагал финансовому управляющему предоставить пояснения относительно того, чем обусловлена передача имущества именно в феврале 2018 года. Управляющий никаких дополнительных пояснений не предоставил, кроме тех, которые указаны в качестве основания для оспаривания сделки.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления, пришел к выводу о недоказанности оснований для признания спорных сделок недействительными.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закона о банкротстве), дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

На основании пунктов 1, 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе. Правила настоящей главы могут применяться к оспариванию действий, направленных на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским законодательством.

В силу пунктов 1-2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц (1). Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (2).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает основания для оспаривания сделок должника, совершенных при неравноценном встречном предоставлении (пункт 1), либо с причинением вреда (пункт 2).

Разъяснения по порядку применения статьи 61.2 Закона о банкротстве даны в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63).

В соответствии с разъяснениями, данными в пунктах 5 - 9 названного постановления, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

На основании абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 настоящего Постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Цель причинения вреда имущественными правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством РФ, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В рассматриваемом случае, оспариваемые сделки совершены 16.02.2018 и 04.09.2020, дело о банкротстве возбуждено 09.04.2021. Следовательно, первая сделка выходит за рамки периода подозрительности, установленного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, тогда как вторая сделка совершена в пределах периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При этом, управляющий фактически квалифицирует данную сделку как единую, направленную на вывод активов должника. Следовательно, период подозрительности следует исчислять по дате последней сделки. 

Сделка совершена в пользу заинтересованного лица – супруги должника, затем в пользу аффилированного лица ФИО5, следовательно, в пользу заинтересованных лиц (статья 19 Закона о банкротстве).

По характеру первая сделка имела безвозмездный характер (статья 572 ГК РФ).

Из документов, представленных финансовым управляющим, следует, что самые ранние обязательства перед кредиторами возникли 20.09.2018 (дата заключения договора), то есть через 8 месяцев после заключения первого спорного договора, а задолженность по кредиту начала образовываться с 3 квартала 2019 года, то есть через 1 год и 6 месяцев после заключения первого договора. Доказательств, подтверждающих наличие неисполненных обязательств у ФИО2 или ООО «Агротэк» на момент заключения первого спорного договора дарения, в материалы дела финансовым управляющим не представлено. 

Из представленного в материалы дела финансовым управляющим заявления о привлечении к субсидиарной ответственности в отношении наследственной массы умершего ФИО2 в рамках дела № А76-14929/2020 следует, что конкурсным управляющим ООО «Агротэк» установлены период наступления неплатежеспособности – апрель 2019 года, а обязанность подать заявление о банкротстве общества не позднее 16.05.2019.

Исходя из предоставленных бухгалтерских балансов ООО «Агротэк» за 2018 год, следует, что у общества имелись активы на сумму 257 755 тыс. руб., которые существенно увеличились по сравнению с 2017 годом, когда они составляли только 102 248 тыс. руб.

Также судом принято во внимание, что исходя из представленных финансовым управляющим документов, в тот же период времени – февраль 2018, что и спорная сделка, должник ФИО2 передал по различным договорам в собственность иное имущество в виде именно жилых помещений своим родственникам и близким знакомым.

Ответчиками даны пояснения относительно того, что передача имущества обусловлена разделом имущества внутри семьи, в связи с тем, что должник фактически ушел в другую семью где у него родился сын и все имущество, которое было на него зарегистрировано, но по тем или иным причинам фактически принадлежала его родственникам, он именно в феврале 2018 года им передал. Данная передача не была связана с его финансовым состоянием и состоянием принадлежащих ему юридических лиц.

Следовательно, должник на момент совершения первой сделки не являлся неплатежеспособным, как и контролируемое им лицо.

На момент заключения второй сделки обязательства у должника по настоящему делу имелись.

Вместе с тем, по мнению апелляционного суда, оснований для квалификации спорных сделок как единой, в том числе относящейся к числу иных сделок, совершенных в тот же период, не имеется.

В соответствии с разъяснениями, данными в абзаце 4 пункта 4 постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Исходя из пунктов 1, 5 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).  Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

В пунктах 1, 7, 8 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой ГК РФ» (далее – постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25) разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд при рассмотрении дела выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если стороны на них не ссылались (статья 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, статья 65 АПК РФ).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ), например, признает условие, которому недобросовестно воспрепятствовала или содействовала эта сторона соответственно наступившим или ненаступившим (пункт 3 статьи 157 ГК РФ); указывает, что заявление такой стороны о недействительности сделки не имеет правового значения (пункт 5 статьи 166 ГК РФ) (1).

Если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГК РФ) (7).

К сделке, совершенной в обход закона с противоправной целью, подлежат применению нормы гражданского законодательства, в обход которых она была совершена. В частности, такая сделка может быть признана недействительной на основании положений статьи 10 и пунктов 1 или 2 статьи 168 ГК РФ. При наличии в законе специального основания недействительности такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (8).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 86 постановление Пленума ВС РФ от 23.06.2015 № 25, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним.

Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

В данном случае, финансовым управляющим не представлено никаких доказательств именно мнимости первоначальной и последующей сделок. Напротив, сделка от 04.09.2020 была исполнена. Права на гараж оформлены на ответчиков, чем было закреплено фактическое положение вещей – владение и распоряжение нежилым помещением. В настоящее время гараж принадлежит ФИО5, что подтверждается выпиской из Единого государственного реестра недвижимости.

Следовательно, названные спорные сделки не могут быть квалифицированы в качестве единой и направленной совместно с иными сделками, названными управляющим, на вывод активов должника во избежание обращения взыскания на них. Отсутствует цель причинения вреда кредиторам.

Доводы о злоупотреблении и мнимости основаны на предположении и документально не подтверждены (статьи 9, 65 АПК РФ).

Довод финансового управляющего о том, что заявление о привлечении контролирующих должника лиц до настоящего времени не рассмотрено, в связи с чем, доводы конкурсного управляющего о моменте возникновения признаков банкротства во 2 квартале 2019 являются его личным мнением, является несостоятельным. Указанное заявление составлено конкурсным управляющим по итогам финансового анализа деятельности должника, оснований не доверять указанным выводам в данном случае не имеется. Заявление о привлечении контролирующих ООО «Агротэк» к субсидиарной ответственности было приложено самим финансовым управляющим в качестве доказательства, обосновывающего оспаривание сделки. Иных документов, подтверждающих возникновение у должника или подконтрольных ему лиц (в том числе ООО «Агротек») признаков банкротства в более ранний период, в материалы дела в нарушение статьи 65 АПК РФ финансовым управляющим не представлено.

Совершение до момента заключения первой сделки сделок ООО «Агротэк», где умерший должник являлся директором, которые могут служить основанием для привлечения к субсидиарной ответственности, правового значения не имеет и само по себе основанием для признания вышеобозначенных сделок не является, учитывая конкретные обстоятельства, установленные в рамках настоящего спора, связанные с приведением в фактическое положение дел ранее возникших отношений – наделение семьи сына должника жилым помещением (2014 год).

Ссылки о необоснованности доводов о распределении имущества внутри семьи не принимаются. Ответчиками приведены разумные пояснения с документальным подтверждением. Достаточных оснований для несогласия с ними не имеется. При этом, гараж приобретен самим должником в 2006 году, задолго до возникновения обязательств у должника и контролируемого им лица перед кредиторами. 

То обстоятельство, что сын должника был трудоустроен в ООО «Агротэк» в должности коммерческого директора с 15.05.2017, что, по мнению апеллянта, предполагает осведомленность о схеме вывода активов, правового значения не имеет, поскольку не исключает вышеуказанных конкретных обстоятельств.

Доводы апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а лишь выражают несогласие с ними, что само по себе не является основанием для признания определения необоснованным.

При таких обстоятельствах, оснований для отмены определения суда первой инстанции и удовлетворения жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в соответствии с пунктом 4 статьи 270 АПК РФ, не установлено.

Руководствуясь статьями 176, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 24.06.2022 по делу №А76-10913/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего умершего должника ФИО2 - ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судьяИ.В. Калина

Судьи:Ю.А. Журавлев

Т.В. Курносова