ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-28477/2021

г. Красноярск

20 мая 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена «18» мая 2022 года. 

Полный текст постановления изготовлен           «20» мая 2022 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей: Белоглазовой Е.В., Радзиховской В.В.,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии: от истца (Муниципального предприятия ЗАТО Железногорск Красноярского края «Пассажирское автотранспортное предприятие») - ФИО2, представителя по доверенности от 18.04.2022 № 33-01/08/174, от ответчика (ФИО3) - ФИО4, представителя по доверенности от 19.01.2022, от ответчика (ФИО5) - ФИО4, представителя по доверенности от 21.01.2022,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3, ФИО5

на решение Арбитражного суда Красноярского края

от «14» февраля 2022 года по делу № А33-28477/2021,  

 

установил:

муниципальное предприятие ЗАТО Железногорск Красноярского края «Пассажирское автотранспортное предприятие» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>, далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к ФИО3 о взыскании убытков в размере 369 700 рублей 26 копеек, к ФИО5 о взыскании убытков в размере 350 746 рублей.

Решением от 14.02.2022 судом удовлетворены исковые требования в полном объеме.

Не согласившись с данным судебным актом, ответчики обратились с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просили решение суда первой инстанции отменить и отказать в иске по следующим основаниям: 

к участию в деле должен быть привлечен собственник имущества предприятия в лице Администрации ЗАТО г. Железногорска;

судом не были выявлены причины расторжения договора на выполнение работ от 27.11.2018 № 31807100331-1, не учтен ответ ООО «Пожзащита» (от 19.12.2019 исх. № 16) направленный в адрес истца, в котором говорится о невозможности выполнения работ ввиду наличия протекания межпанельного перекрытия кровли;

вывод суда первой инстанции о том, что на момент заключения договора от 29.07.2019 № 2019/08 у ответчиков имелись сведения, подлежащие включению в реестр недобросовестных поставщиков в соответствии с положениям статьи 5 Федерального закона «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» от 18.07.2011 № 223-ФЗ, не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку включению в реестр недобросовестных поставщиков подлежат размещению сведения об исполнителе, уклонившимся от заключения договора, или же в случае расторжения договора в судебном порядке. Между тем, на момент заключения договора от 29.07.2019 № 2019/08 такими сведениями ответчики не обладали. Доказательств расторжения предыдущего договора от 27.11.2018 № 31807100331-1 в судебном порядке истцом не предоставлено;

вывод суда первой инстанции о том что, у ответчиков имелось достаточно времени для исполнения предписания надзорного органа, не соответствует фактическим обстоятельствам.

Истец представил в материалы дела отзыв на апелляционную жалобу, в котором доводы апелляционной жалобы не признал, настаивая на законности и обоснованности обжалуемого судебного акта.

Администрация ЗАТО г. Железногорск извещена о настоящем споре апелляционным судом, в материалы дела поступил отзыв, в котором администрация указывает, что участником спорных правоотношений не является. Стороны ознакомлены с документом. 

В судебном заседании представители сторон поддержали свои доводы, изложенные письменно.

Апелляционная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При рассмотрении настоящего дела судом установлены следующие обстоятельства.

Муниципальное предприятие ЗАТО Железногорск Красноярского края «Пассажирское автотранспортное предприятие» зарегистрировано в качестве юридического лица Администрацией ЗАТО г. Железногорск Красноярского края 29.12.1991, в Едином государственном реестре юридических лиц предприятие зарегистрировано 21.08.2002, ОГРН 

<

***>. Собственником предприятия является закрытое административно-территориальное образование Железногорск Красноярского края.

В соответствии с пунктом 5.3.1 устава Предприятия (утв. Постановлением Администрации ЗАТО г. Железногорск от 03.06.2009 № 911п), единоличным исполнительным органом предприятия является директор, назначаемый на эту должность распоряжением Администрации ЗАТО г. Железногорск.

Директор действует от имени предприятия без доверенности, добросовестно и разумно представляет его интересы на территории Российской Федерации и за её пределами (пункт 5.3.4 устава).

Директор предприятия несёт в установленном законом ответственность за убытки, причинённые предприятию его виновными действиями (бездействием), в том числе, в случае утраты имущества предприятия (пункт 5.3.9 устава).

Распоряжением администрации ЗАТО г. Железногорск от 04.12.2017 № 123р-лс на должность директора МП «ПАТП» назначен ФИО5 на срок с 02.12.2017 по 02.12.2020. Между МП «ПАТП» и ФИО5 заключен срочный трудовой договор от 30.11.2017 № 17.

По результатам конкурсной процедуры между МП «ПАТП» в лице директора ФИО5 (заказчиком) и обществом с ограниченной ответственностью «Пожзащита» (исполнителем) был заключен договор от 27.11.2018 № 31807100331-1 на выполнение работ по увеличению предела огнестойкости несущих металлических конструкций с применением комбинированной огнезащитной конструктивной системы.

В соответствии с пунктом 1.1 указанного договора, исполнитель обязался выполнить указанные работы в соответствии с техническим заданием, а заказчик – принять и оплатить выполненные работы. Цена договора в соответствии с пунктом 2.1 была согласована в размере 1 050 000 рублей. Срок выполнения работ, согласно пункту 4.2 договора, был определён с момента заключения договора по 20.12.2018.

В связи с тем, что в установленный договором срок работы не были выполнены заказчик вручил исполнителю письменный отказ (б/н от 05.03.2019) от исполнения договора от 27.11.2018 № 31807100331-1.

Приказом директора МП «ПАТП» от 05.03.2019 № 29 утверждено положение о закупке товаров, работ, услуг для нужд МП «ПАТП» в новой редакции.

Между МП «ПАТП» в лице директора ФИО5 (заказчиком) и ООО «Пожзащита» (исполнителем) был заключен договор от 29.07.2019 № 2019/08 на выполнение работ по увеличению предела огнестойкости несущих металлических конструкций с применением комбинированной огнезащитной конструктивной системы.

В соответствии с пунктом 2 договора, исполнитель обязался выполнить указанные работы в соответствии с техническим заданием, а заказчик – принять и оплатить выполненные работы.

Цена договора составляет 950 000 рублей (пункт 2.1 договора).

Цена договора указана с учётом всех затрат, расходов исполнителя, связанных с выполнением работы, в том числе, стоимости материалов, заработной платы рабочих, транспортных расходов, включая, но не ограничиваясь затратами на уплату всех налогов, пошлин и сборов, расходов по оплате стоимости услуг сторонних организаций и третьих лиц и других обязательных платежей, которые исполнитель уплачивает при исполнении договора (пункт 2.3 договора).

Оплата за выполненные работы осуществляется заказчиком в течение 3 рабочих дней с даты подписания обеими сторонами акта выполненных работ (оказанных услуг). Форма оплаты – безналичный расчёт (пункт 2.4 договора).

В соответствии с пунктом 3.2.3 договора, исполнитель обязался подтверждать результаты выполненных работ актом выполненных работ, протоколом испытания по определению качества огнезащитной обработки металлических конструкций, выданным «Исполнительная пожарная лаборатория» МЧС России, которые передаются заказчику до подписания акт выполненных работ в случае отсутствия замечаний.

Пунктом 3.3 договора предусмотрены права заказчика, в том числе:

- требовать от исполнителя надлежащего исполнения обязательств в соответствии с настоящим договором (пункт 3.3.1);

- контролировать ход и качество исполнения обязательств, получать от исполнителя информацию об исполнении договора (пункт 3.3.2);

- требовать от исполнителя представления надлежаще оформленной отчётности, документации и материалов, подтверждающих исполнение обязательств по договору (пункт 3.3.5);

- запрашивать необходимую информацию по вопросам, связанным с исполнением обязательств по договору (пункт 3.3.6).

Срок выполнения работ: с момента заключения договора по 31.10.2019 включительно (пункт 4.1).

По факту выполнения работ в соответствии с условиями договора исполнитель в течение 3 дней выставляет акт выполненных работ заказчику, который подписывается обеими сторонами, а также протокол испытаний по определению качества огнезащитной обработки металлических конструкций, выданный «Исполнительная пожарная лаборатория» МЧС России (пункт 4.3 договора).

Приложением № 1 к договору от 29.07.2019 № 2019/08 согласовано техническое задание.

МП «ПАТП» получено предписание ФГКУ «Специальное управление ФПС № 2 МЧС России» от 30.07.2019 № 86/1/1 об устранении нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности на объектах защиты и по предотвращению угрозы возникновения пожара до 01.02.2020.

Письмом от 07.08.2019 № 10 исполнитель попросил заказчика перечислить 369 700 рублей 26 копеек на счёт ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь» на основании счёта от 07.08.2019 № 93 с указанием в назначении платежа «оплата товара по договору от 29.07.2019 № 2019/08».

Распоряжением администрации ЗАТО г. Железногорск от 09.08.2019 № 757 ФИО5 предоставлен ежегодный оплачиваемый отпуск с 12.08.2019 по 18.08.2019, на период ежегодного отпуска ФИО5 исполнение обязанностей директора МП «ПАТП» возложено на главного инженера предприятия ФИО3.

Между МП «ПАТП» в лице и.о. директора ФИО3 и ООО «Пожзащита» (исполнитель) заключено дополнительное соглашение № 1 от 12.08.2019 к договору № 2019/08 от 29.07.2019, согласно которому договор дополнен пунктом 2.8 следующего содержания: «Договором предусмотрена предварительная оплата в размере до 80 % с целью приобретения исполнителем материалов, необходимых для выполнения работ. Погашение предварительной оплаты производится путём вычетов из сумм платежей, причитающихся исполнителю за фактически выполненные работы».

Платёжным поручением от 14.08.2019 № 1499 заказчик в лице исполняющего обязанности руководителя Предприятия – ФИО3 перечислил ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь» 369 700 рублей 26 копеек со ссылкой в назначении платежа на счёт от 07.08.2019 № 93.

Письмом от 05.09.2019 № 11 исполнитель попросил заказчика перечислить на счёт ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь» 350 746 руб. на основании счёта от 05.09.2019 № 115 с указанием в назначении платежа «оплата товара по договору от 29.07.2019 № 2019/08».

Платёжным поручением от 11.09.2019 № 1684 заказчик в лице руководителя предприятия – ФИО5 перечислил ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь» 350 746 рублей со ссылкой в назначении платежа на счёт от 05.09.2019 № 115.

В связи с тем, что в установленный договором срок работы не были выполнены, заказчик направил исполнителю претензии (от 16.12.2019 № 33-01/08/1124, от 25.12.2019 №33-01/08/1134) с требованием сдать работы по договору с предоставлением акта выполненных работ и протокола испытаний. 

27.01.2020 заказчик направил исполнителю уведомление (№ 33-01/08/53 от 24.01.2020) об отказе от исполнения договора, в котором также потребовал вернуть предварительную оплату по договору в размере 720 447 рублей 06 копеек, а также оплатить неустойку и штраф за просрочку исполнения обязательства.

Вступившим в законную силу решением (в виде резолютивной части) Арбитражного суда Красноярского края от 22.06.2020 по делу № А33-14348/2020 с ООО «Пожзащита» в пользу МП «ПАТП» взыскано 720 446 рублей 26 копеек неосновательного обогащения по договору от 29.07.2019№ 2019/08.

На принудительное исполнение решения выдан исполнительный лист ФС от 20.07.2020 № 033385457, на основании которого 14.08.2020 возбуждено исполнительное производство № 94603/20/24029-ИП.

26.02.2021 ООО «Пожзащита» исключено из ЕГРЮЛ как недействующее юридическое лицо, о чём регистрирующим органом в реестр внесена запись № 2212400089152, в связи с чем исполнительное производство № 94603/20/24029-ИП было прекращено на основании постановления судебного пристава-исполнителя от 18.03.2021. Остаток по исполнительному производству на дату его прекращения составил 737 855 рублей 26 копеек.

Возникновение у предприятия убытков в размере перечисленной предоплаты вследствие действий ответчиков по заключению договора от 29.07.2019 № 2019/08, дополнительного соглашения к нему, а также по перечисления предварительной оплаты подрядчику на основании указанного договора послужило основанием для обращения в арбитражный суд с настоящим иском.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из доказанности позиций истца, наличия у него права требовать убытки. 

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции являются: 1) неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела; 2) недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными; 3) несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела; 4) нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Нарушение или неправильное применение норм процессуального права является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции, если это нарушение привело или могло привести к принятию неправильного решения.

Основанием для отмены решения арбитражного суда первой инстанции в любом случае является, в том числе, принятие судом решения о правах и об обязанностях лиц, не привлеченных к участию в деле. 

В настоящем случае иск заявлен муниципальным унитарным предприятием к его руководителям о взыскании убытков.

Не согласившись с вынесенным решением, ответчики обратились с апелляционной жалобой, просят отменить решение суда первой инстанции, указывая, в том числе, что к участию в настоящем деле следовало привлечь ЗАТО Железногорск, как собственника имущества муниципального предприятия. 

В соответствии с положениями пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающего, что граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права, выбор одного из предусмотренных законом способов защиты нарушенного права принадлежит тому лицу, чье право нарушено.

Согласно пункту 3.1 Устава предприятия от 19.06.2009 (т.1, л.д. 20) имущество предприятия принадлежит на право собственности ЗАТО Железногорск. Имущество передано предприятию на праве хозяйственного ведения (пункт 3.2). 

Согласно части 3 статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях», собственник имущества унитарного предприятия вправе предъявить иск о возмещении убытков, причиненных унитарному предприятию, к руководителю унитарного предприятия.

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что с иском следовало обращаться именно  собственнику имущества – администрации ЗАТО г. Железногорск. 

Судом применена статья 53.1 ГК РФ, на которой основывает свои требования истец.  

Согласно статье 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу (часть 1). 

В указанной норме сказано, что требование вправе предъявить само юридическое лицо. 

Апелляционный суд полагает, что статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, являясь общей нормой, устанавливает общее правило. Часть 3 статьи 25 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ дополняет данное правило, но не отменяет его – так как на это не указано в тексте закона. Таким образом, собственник имущества предприятия наделен правом предъявления соответствующего иска, что, в свою очередь, не исключает право юридического лица предъявить указанное требование в силу статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В рассматриваемом случае, исходя из содержания искового заявления, требования предприятия основаны на нормах закона, регулирующих ответственность единоличного исполнительного органа, предъявлены к бывшему руководителю и исполняющему его обязанности, вытекают из корпоративных правоотношений, то есть истец определил способ возмещения своих имущественных потерь в виде возмещения убытков. Таким образом, истец реализовал гарантированное ему в соответствии с гражданским законодательством право на защиту своих интересов путём предъявления иска к причинителю вреда.

Исходя из буквального толкования положений подпункта 1 пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо вправе обратиться с иском к причинившему ему убытки лицу.

Из материалов дела следует, что спорные перечисления, на которые истец ссылается как на факт причинения ему убытков, были произведены с расчётного счёта самого предприятия. Также предприятие являлось стороной судебного спора в рамках дела № А33-14348/2020 о взыскании с ООО «Пожзащита» неосновательного обогащения по договору от 29.07.2019 № 2019/08, и выступало взыскателем в ходе принудительного исполнения решения по указанному делу вплоть до его прекращения в связи с ликвидацией организации должника.

Таким образом, апелляционный суд соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о наличии у предприятия права на обращение в суд за восстановлением своих нарушенных прав в результате причинённых ему убытков.

Содержащееся в ч. 3 ст. 25 Закона N 161-ФЗ положение о праве собственника имущества Предприятия на предъявление иска не является ограничением круга лиц, предусмотренный в ст. ст. 15, 53.1 ГК РФ, и не может свидетельствовать о праве исключительно собственника имущества Предприятия на предъявление такого иска. Данной статьей лишь дополняется, учитывая специфику организационно-правовой формы унитарного предприятия, но не ограничивается, круг лиц, обладающих правом на предъявление иска (Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.10.2018 N 09АП-51486/2018 по делу N А40-80069/17). 

Согласно пункту 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», пункт 2 статьи 65.2 ГК РФ устанавливает, что  корпорация, требующие возмещения причиненных ей убытков (статья 53.1 ГК РФ), должна принять разумные меры по заблаговременному уведомлению других участников корпорации и в соответствующих случаях корпорации о намерении обратиться с такими требованиями в суд, а также предоставить им иную информацию, имеющую отношение к делу.

При этом участники корпорации вправе воспользоваться правами, указанными в части 6 статьи 225.10 АПК РФ. Данная норма устанавливает, что присоединение члена группы лиц к требованию о защите прав и законных интересов этой группы лиц осуществляется путем подачи в письменной форме заявления о присоединении к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц лицу, указанному в части 3 или 4 настоящей статьи, либо непосредственно в арбитражный суд, если член группы лиц присоединяется к требованию после принятия искового заявления, заявления в защиту прав и законных интересов группы лиц к производству арбитражного суда. Присоединение к требованию о защите прав и законных интересов группы лиц возможно до перехода суда к судебным прениям. Указанное заявление и прилагаемые к нему документы могут быть представлены в арбитражный суд в электронном виде, в том числе в форме электронного документа.

Судом апелляционной инстанции определением от 19.04.2022: 

-  ЗАТО Железногорск в лице администрации ЗАТО г. Железногорск уведомлено о ходе настоящего спора, 

- МП ЗАТО Железногорск Красноярского края «Пассажирское автотранспортное предприятие» предложено представить доказательства по заблаговременному уведомлению ЗАТО Железногорск о намерении обратиться с такими требованиями в суд, а также предоставлении им информации, имеющей отношение к делу, 

- Администрации ЗАТО г. Железногорск предложено представить подтверждение уведомления о намерении истца обратиться в суд, о начале процесса, о намерении участия в настоящем деле. 

От Администрации ЗАТО г. Железногорск поступил отзыв, согласно которому: 

- Предприятие свободно в выборе предмета, содержания договоров и обязательств, любых форм хозяйственных взаимоотношений, которые не противоречат законодательству Российской Федерации и настоящему Уставу.

- Полномочия собственника имущества предприятия, согласно положениям Закона о ГУП и МУП, а также Устава Предприятия сводятся к контролю над эффективным использованием по назначению, сохранностью имущества Предприятия, закрепленного за ним на праве хозяйственного ведения, а также контролю над выполнением утвержденных учредителем показателей экономической эффективности деятельности Предприятия.

- Собственник имущества Предприятия не вмешивается в текущую хозяйственную деятельность предприятия, не контролирует сделки предприятия, совершаемые им в процессе обычной финансово-хозяйственной деятельности, за исключением сделок, согласование которых, в соответствии со ст. 22, 23, 24 Закона о ГУП и МУП подлежит согласованию учредителем.

- Заключение Предприятием контракта № 2019/08 от 29.07.2019 с ООО «Пожзащита» относится к сделке, совершенной в рамках обычной хозяйственной деятельности Предприятия и не подлежит согласованию с учредителем.

- Довод ответчиков, о том, что наличие причиненных Предприятию убытков, вследствие совершения указанной сделки, должно быть установлено решением балансовой комиссии Администрации ЗАТО г. Железногорск представляется не состоятельным в силу следующего.

- В целях организации контроля за деятельностью муниципальных предприятий ЗАТО Железногорск и использованием муниципального имущества во исполнение п.2. ст. 26 Закона о ГУП и МУП, постановлением Администрации ЗАТО г. Железногорск от 5 апреля 2016 г. № 629 «Об утверждении Положения о постоянно действующей балансовой комиссии» была создана постоянно действующая балансовая комиссия.

- Комиссия имеет статус коллегиального органа, создана для оценки финансово-хозяйственной деятельности муниципальных предприятий ЗАТО Железногорск, выработки предложений и принятия совместных решений по дальнейшей деятельности предприятий.

- Согласно п.2.1. Постановления Администрации ЗАТО г. Железногорск от 5 апреля 2016 г. № 629 основными задачами Комиссии являются оценка результатов финансово-хозяйственной деятельности предприятий по итогам отчетного года и утверждение отчетов руководителей, контроль за исполнением принятых решений, подготовка обоснованных предложений по деятельности предприятий, по работе руководителей предприятий, распределение чистой прибыли предприятий и иные задачи, связанные с деятельностью предприятий.

- В полномочия балансовой комиссии Администрации ЗАТО г. Железногорск не входит анализ совершенных Предприятием сделок и последствий их совершения. Балансовой комиссией, на основании коллегиального рассмотрения показателей бухгалтерской, статистической отчетности и отчета руководителя, делается вывод об «удовлетворительной» или «неудовлетворительной» финансово-хозяйственной деятельности предприятия за отчетный период (п. 310. Администрации ЗАТО г. Железногорск от 5 апреля 2016 г. № 629). Наступление же негативных для унитарного предприятия последствий совершения тех или иных сделок, в рамках обычной хозяйственной деятельности, находится в зоне ответственности его руководителя.

- Предприятие, обратившись с исковым заявлением о возмещении убытков к бывшему руководителю и лицу его замещающему, лишь реализовало предусмотренный законом способ защиты нарушенного права. Обращение же с таким требованием собственника имущества Предприятия, в силу положений ст.25 Закона о ГУП и МУП - право, а не обязанность. Кроме того, Администрация ЗАТО г. Железногорск в устном порядке была поставлена в известность Предприятием о намерении последним обратиться с исковым заявлением о взыскании убытков к бывшему руководителю и лицу, исполняющему его обязанности, на что получила одобрение со стороны учредителя, т.к. сделка была совершена в рамках обычной финансово-хозяйственной деятельности, не являлась для Предприятия крупной и не требовала согласования с учредителем по иным основаниям.

- К спорным правоотношениям не применимы положения п.2. ст. 65.2. Гражданского кодекса Российской Федерации, так как муниципальные унитарные предприятия не относятся к корпорациям, учредители унитарных предприятий не приобретают корпоративных (членских) прав и обязанностей в отношении созданного ими юридического лица. 

На основании изложенного, Администрация ЗАТО г. Железногорск считает вынесенное Арбитражным судом Красноярского края решение от 14.02.2022 по делу № А33-28477/2021 законным и обоснованным, а требования апелляционной жалобы ответчиков не подлежащими удовлетворению.

При этом, как разъяснил Верховный Суд РФ, собственник предприятия действует как участник корпорации, соответственно указанные нормы (статья 53.1, 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации) применимы к спорным правоотношениям (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 04.06.2019 № 85-КГ19-3). 

Предприятие, со своей стороны, пояснило, что собственник имущества информирован о спорной ситуации, о намерении обратиться в суд, об обращении в суд и о ходе судебного разбирательства. 

Как было ранее указано, решением Арбитражного суда Красноярского края от 22.06.2020 по делу № АЗЗ-14348/2020 с ООО «Пожзащита» в пользу МП «ПАТП» взыскано 720 446 рублей 26 копеек неосновательного обогащения в размере неотработанного аванса, что подтверждает причинение предприятию убытков.

Согласно статье 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов.

Таким образом, как верно установлено судом первой инстанции, в данном случае МП «ПАТП» является заинтересованным лицом, поскольку его имуществу причинен ущерб, и, следовательно, надлежащим истцом по делу.

На основании всего вышеизложенного апелляционный суд приходит к выводу о том, что истец правомерно обратился с заявленными требованиями в целях защиты принадлежащего ему права. 

В обоснование доводов апелляционной жалобы заявители указывают, что собственник имущества предприятия в лице необоснованно не привлечен к рассмотрению в качестве третьего лица.

На основании части 1 статьи 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора, могут вступить в дело на стороне истца или ответчика до принятия судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела в первой инстанции арбитражного суда, если этот судебный акт может повлиять на их права или обязанности по отношению к одной из сторон. Они могут быть привлечены к участию в деле также по ходатайству стороны или по инициативе суда.

Обжалуемым решением суда не устанавливаются права Администрации ЗАТО г. Железногорск относительно предмета спора и не возлагаются на нее какие-либо обязанности, решение не содержит выводов о правах и обязанностях органа местного самоуправления.

Администрация с ходатайством о вступлении в дело не обращалась, жалобы не заявляла, напротив, считает, что в судебном споре должно участвовать предприятие. 

Соответственно, довод заявителя о необоснованности непривлечения деле Администрации ЗАТО г. Железногорск к участию в деле отклоняется судом апелляционной инстанции как противоречащий указанным нормам процессуального права.

По существу заявленных требований суд приходит к следующим выводам. 

Статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо наличие в совокупности следующих условий: 1) совершение ответчиком противоправных действий (бездействия); 2) наступление негативных последствий (убытков); 3) причинно-следственная связь между совершенными действиями (бездействием) и негативными последствиями (убытками).

Применительно к спорам о взыскании убытков с директора, истец должен доказать: наличие убытков; совершение директором недобросовестных и (или) неразумных действий, будучи единоличным исполнительным органом; причинно-следственную связь между причиненными убытками и конкретными виновными (т.е. недобросовестными и (или) неразумными) действиями ответчика.

В настоящем деле в качестве правового основания привлечения ответчиков к ответственности в виде убытков, причинённых Предприятию, истец указывает на недобросовестное и неразумное поведение ответчиков при осуществлении полномочий единоличного исполнительного органа Предприятия.

Такое поведение было выражено в перечислении денежных средств в счёт предварительной оплаты в рамках повторно заключенного договора с ООО «Пожзащита» на выполнение работ №2019/08 от 29.07.2019. При этом на момент его заключения руководитель Предприятия – ФИО5 располагал сведениями о ненадлежащем исполнении данным лицом обязательств по ранее заключенным с ним аналогичным договором на выполнение работ №31807100331-1 от 27.11.2018.

Кроме того, в результате заключения исполняющим обязанности руководителя Предприятия ФИО3 у истца возникли обязательства по внесению предоплаты в рамках спорного договора, исполнение которых привело к убыткам Предприятия, поскольку работы по договору выполнены не были. В последующем сумма предоплаты была взыскана с ООО «Пожзащита» в судебном порядке, вместе с тем, решение суда не исполнено в связи с ликвидацией должника.

Таким образом, поскольку понесённые Предприятием затраты, на суммы которых не было получено встречное исполнение по договору №2019/08 от 29.07.2019, компенсированы не были, истец просит возместить затраты путём взыскания убытков с ответственных лиц.

Из материалов дела следует, что 29.07.2019 между предприятием и обществом был заключен договор от 29.07.2019 № 2019/08 на выполнение работ по увеличению предела огнестойкости несущих металлических конструкций с применением комбинированной огнезащитной конструктивной системы, цена выполнения которых составила950 000 рублей.

На момент заключения договора директором предприятия являлся ФИО5, что подтверждается распоряжением администрации ЗАТО г. Железногорск от 04.12.2017 № 123р-лс, договор от 29.07.2019 № 2019/08 был подписан предприятием от его имени.

Материалами дела также подтверждается, что в период действия указанного договора было заключено дополнительное соглашение от 12.08.2019 № 1, по условиям пункта 1 которого в договор вносился пункт 2.8, предусматривающий обязанность предприятия перечислить исполнителю предварительную оплату в размере не менее 80 % от цены договора для приобретения исполнителем необходимых материалов для выполнения согласованных договором работ. 

Дополнительное соглашение было подписано от имени предприятия ФИО3, с 12.08.2019 по 18.08.2019 исполняющим обязанности директора, действующим на основании распоряжения администрации ЗАТО г. Железногорск от 09.08.2019 № 757. Изменения условий договора в части внесения суммы предварительной оплаты на основании дополнительного соглашения были внесены после направления ООО «Пожазщита» письма от 07.08.2019 № 10 о внесении предоплаты на счёт ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь» в размере 369 700 рублей, необходимой для приобретения материалов в целях выполнения работ по договору.

В последующем исполнитель снова обратился к заказчику за перечислением предварительной оплаты в размере 350 746 рублей (согласно письму от 05.09.2019 № 11).

После согласования условий в части предоплаты путём подписания исполняющим обязанности руководителя предприятия ФИО3 дополнительного соглашения №1 от 12.08.2019, с расчётного счёта предприятия на счёт ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь»были перечислены денежные средства в следующем порядке:

- платёжным поручением от 14.08.2019 № 1499 в размере 369 700 рублей 26 копеек (в период исполнения обязанностей руководителя предприятия ФИО3);

- платёжным поручением от 11.09.2019 № 1684 в размере 350 746 рублей в период исполнения обязанностей руководителя предприятия ФИО5).

Вместе с тем, несмотря на внесённую предоплату, согласованные договором работы в указанный срок (до 31.10.2019) исполнителем не были выполнены. Предприятие обратилось к обществу с требованиями (от 16.12.2019 № 33-01/08/1124, от 25.12.2019№ 33-01/08/1134) о сдаче работ по договору с предоставлением акта выполненных работ и протокола испытаний. 

Поскольку требования претензии общество не исполнило, предприятие направило обществу уведомление (от 24.01.2020 № 33-01/08/53) об отказе от исполнения договора. Указанное требование не было исполнено обществом, в связи с чем предприятие обратилось в арбитражный суд за взысканием неосновательного обогащения.

Вступившим в законную силу решением (в виде резолютивной части) Арбитражного суда Красноярского края от 22.06.2020 по делу № А33-14348/2020 с ООО «Пожзащита» в пользу МП ЗАТО Железногорск «ПАТП» взыскано 720 446 рублей 26 копеек неосновательного обогащения по договору от 29.07.2019 № 2019/08.

В соответствии с частью 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

Исполнимость судебных актов, принимаемых судами общей юрисдикции и арбитражными судами, обеспечивается их обязательностью на всей территории Российской Федерации для органов государственной власти, органов местного самоуправления, иных органов, организаций, должностных лиц и граждан, что прямо предусмотрено соответствующими положениями Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (статья 13) и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (статья 16). В свою очередь, непременным условием обеспечения обязательности судебных актов является отсутствие между ними коллизий и иных неустранимых противоречий.

Указанным решением подтверждается, что на сумму внесённой ответчиками по настоящему делу предварительной оплаты встречного исполнения от ООО «Пожзащита» не поступило, работы по договору №2019/08 от 29.07.2019 фактически не были выполнены, правовые основания для удержания исполнителем денежных средств судом не усматривались. При этом в рассматриваемом случае Предприятие было лишено возможности получить денежные средства, взысканные решением арбитражного суда, в порядке его принудительного исполнения, поскольку ООО «Пожзащита» было ликвидировано 26.02.2021, исполнительное производство было прекращено.

Пунктом 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Таким образом, единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами. При определении оснований и размера ответственности единоличного исполнительного органа общества должны быть приняты во внимание обычные условия делового оборота и иные обстоятельства, имеющие значение для дела.

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо, в том числе в надлежащем исполнении публично-правовых обязанностей, возлагаемых на юридическое лицо действующим законодательством.

Директор обязан действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В пункте 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» разъяснено, что Арбитражным судам следует принимать во внимание, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности. Поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В пунктах 2, 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» также разъяснено, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор:

1) действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки, за исключением случаев, когда информация о конфликте интересов была заблаговременно раскрыта и действия директора были одобрены в установленном законодательством порядке;

2) скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица (в частности, если сведения о такой сделке в нарушение закона, устава или внутренних документов юридического лица не были включены в отчетность юридического лица) либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

3) совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

4) после прекращения своих полномочий удерживает и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

5) знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку (голосовал за ее одобрение) на заведомо невыгодных для юридического лица условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.).

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 

1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 

2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 

3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Ответчики указывают, что необходимость заключения договора на выполнение работ именно с ООО «Пожзащита» была обусловлена следующими обстоятельствами:

- по результатам запроса котировок на заключение договора была подана только одна заявка (ООО «СтройТрейд»), которая была отклонена Предприятием в связи с несоответствием требованиям заявки закупочной документации. Поскольку запрос котировок был признан несостоявшимся, Предприятием было принято решение о заключении договора с ООО «Пожзащита» как с единственным поставщиком в соответствии с действующим Положением о закупках МП ЗАТО Железногорск «ПАТП»;

- действия директора по заключению договора с ООО «Пожзащита» были нарпавлены исключительно на соблюдение интересов Предприятия, поскольку на момент заключения договора имелось предписание ФГКУ «Специальное управление ФПС № 2 МЧС России» №86/1/1 об устранении имеющихся нарушений, и спорный договор был заключен в целях их оперативного устранения;

- Предприятие не располагало сведениями о неблагонадёжности контрагента на момент заключения с ним договора, в связи с чем основания отказаться от его заключения отсутствовали;

- цена, предложенная Обществом, в спорный период являлась наиболее выгодной, иные предложения от других контрагентов отсутствовали, что также повлияло на принятие решения о заключении договора с ООО «Пожзащита»;

- директор и исполняющий его обязанности не входят в закупочную комиссию и не могут влиять на её решения, таким образом, у ответчиков отсутствовала возможность принять решение по вопросу заключения договора.

Однако вопреки данным утверждениям, материалами дела подтверждается, что в отношении ООО «Пожзащита» на дату заключения договора №2019/08 от 29.07.2019 имелись сведения о недобросовестном поведении общества, поскольку ранее между Предприятием и Обществом сложились правоотношения на основании аналогичного договора на выполнение работ №31807100331-1 от 27.11.2018, от исполнения которого Предприятие в последующем было вынуждено отказаться в связи с неисполнением Обществом своих обязательств. Доказательств того, что Общество в рамках названного договора выполнило работы своевременно и в полном объёме, в материалы дела не представлено Вместе с тем, единоличный исполнительный орган юридического лица (как директор, так и исполняющий его обязанности), в целях соблюдения правовых и имущественных интересов предприятия, должны проявлять должную осмотрительность и осторожность в выборе контрагентов. Данное обязательство, предусмотренное как действующим законодательством, так и закреплённое в уставе предприятия, предусматривает, в том числе, анализ имеющихся сделок на предмет выявления неблагонадёжности контрагентов, лично либо опосредованно через уполномоченное в организации должностное лицо (в том числе, и закупочной комиссией). Доказательств того, что на момент заключения спорного договора как директору Предприятия ФИО5, так и исполняющему его обязанности ФИО3, при осуществлении ими функций единоличного исполнительного органа, не было известно о неисполнении ООО «Пожзащита» ранее принятых на себя обязательств по аналогичному договору, в материалы дела не представлено, сами ответчики данное обстоятельство не опровергли.

В данном споре не решается вопрос о необходимости включению в реестр недобросовестных поставщиков в соответствии с положениям статьи 5 Федерального закона «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» от 18.07.2011 № 223-ФЗ, поэтому соответствующие доводы апелляционной жалобы правового значения не имеют, суд первой инстанции указал, что у ответчиков  на момент заключения договора от 29.07.2019 № 2019/08 имелись сведения о ненадлежащем осуществлении обществом своих обязательств, и этот факт материалами дела подтвержден. Соответственно не подлежат исследованию и вопросы о причинах расторжения договора на выполнение работ от 27.11.2018 № 31807100331-1 – данный договор не был исполнен надлежащим образом со стороны исполнителя и был расторгнут. 

Ответ ООО «Пожзащита» (от 19.12.2019 исх. № 16) направленный в адрес истца, не представлен в дело. В материалы дела представлено письмо предприятия от 25.12.2019 №33-01/08/1134 (т.1, л.д. 70), в котором предприятие указывает на нарушения условий договора и в том числе отрицает достоверность возражений, указанных обществом в письме от 19.12.2019 исх. № 16, говоря, что уважительных причин для нарушений договорных условий нет, указывая на отказ от договора и требование о взыскании убытков. Письмом от 24.01.2020 (т.1, л.д. 73) предприятие от договора отказывается, вновь указывая на отсутствие причин для срыва обязательств по договору. Письма подписаны ответчиками. То есть из действий самих ответчиков следует, что предусмотренных законом или договором уважительных причин для отступления общества от условий договора ими не было установлено. 

Из указанных обстоятельств также следует, что ответчикам не следовало осуществлять перечисление предоплаты, учитывая уже имеющийся на тот момент негативный опыт договорных отношений с ООО «Пожзащита». Ответственность заказчика за отказ от исполнения новых условий исполнителя договором не предусматривалась, изначально оплата работ должна была быть произведена только после подписания сторонами акта выполненных работ и представления надлежащим образом оформленного протокола испытаний. Следовательно, негативные последствия в случае несогласия с новыми условиями исполнителя для предприятия отсутствовали, на момент заявления исполнителем требований о внесении предварительной оплаты (август-сентябрь 2019 года) у Предприятия имелось достаточное время для проведения новой процедуры запроса котировок (до 01.02.2020).

Суд обращает внимание, что в целях определения контрагента на заключение договора на выполнение работ в целях устранения нарушений, содержащихся в вынесенном предписании пожарного органа, Предприятием была выбрана процедура запроса котировок. При этом в силу положений ч. 9 ст. 3.2 Закона № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» при проведении электронного запроса котировок не требуется разрабатывать документацию, кроме того, главным отличием электронного запроса котировок от электронного аукциона является сокращенный срок подачи заявок. Согласно ч. 21 ст. 3.2 Закона № 223-ФЗ минимальный срок проведения запроса котировок составляет 5 рабочих дней - за такое время до дня окончания подачи заявок необходимо разместить в ЕИС извещение и проект договора. При этом данный срок может быть увеличен по усмотрению организатора в положении о закупке, срок такого рассмотрения регулируется положением о закупке.

Таким образом, у ответчиков имелось время для проведения повторной процедуры. 

Сам по себе тот факт, что на момент заключения спорного договора в отношении общества было вынесено предписание об устранении нарушений требований пожарной безопасности, не является безусловным основанием для принятия таких недопустимых мер, как заключение договора с недобросовестным контрагентом. Из содержания вынесенного предписания усматривается крайний срок его исполнения – до 01.02.2020, спорный договор был заключен 29.07.2019, то есть на устранение имеющихся нарушений Предприятие обладало достаточным сроком – 6 месяцев. Апелляционный суд в данной части соглашается с выводами суда первой инстанции и не принимает соответствующий довод жалобы.

Следовательно, с учётом достаточности имеющегося срока на устранение нарушений, необходимость в принятии срочных мер в виде заключения спорного договора на выполнение работ ответчиком – ФИО5 не обоснована. Таким образом, заключение договора №2019/08 от 29.07.2019 в данных обстоятельствах являлось преждевременным. В этой связи основания для признания действий ФИО5 по заключению договора с недобросовестным контрагентом, в условиях возможности повторного проведения запроса котировок, как направленных на соблюдение интересов Предприятия, отсутствуют.

Кроме того, являясь руководителем Предприятия и имея возможность давать указания конкретным лицам по вопросам его хозяйственной деятельности, ФИО5, обладая сведениями о недобросовестности выбранного контрагента, конкурсной комиссии о данном обстоятельстве не сообщил, и фактически самоустранился от принятия решения о выборе контрагента на заключения договора, предоставив выбор поставщика закупочной комиссии. В этой связи суд считает необходимым указать на недопустимость номинального характера участия руководителя в хозяйственной жизни юридического лица, наличие которого в рассматриваемом случае также привело к негативным последствиям. В силу изложенного заявленные ФИО6 доводы об отсутствии у него сведений о недобросовестности ООО «Пожзащита» при ранее сложившихся договорных отношениях, а также о невозможности влиять на решение конкурсной комиссии, подлежат отклонению.

Кроме того, как справедливо указывает суд первой инстанции, сам по себе тот факт, что на момент заключения спорного договора в отношении общества было вынесено предписание об устранении нарушений требований пожарной безопасности, не является безусловным основанием для принятия таких недопустимых мер, как заключение договора с недобросовестным контрагентом. Из содержания вынесенного предписания усматривается крайний срок его исполнения – до 01.02.2020, спорный договор был заключен 29.07.2019, то есть на устранение имеющихся нарушений Предприятие обладало достаточным сроком – 6 месяцев.

В данном случае такие действия руководителя не были оправданы экономией денежных средств Предприятия, поскольку в конечном итоге предписание уполномоченного органа оказалось не исполненным, кроме того, Предприятие понесло убытки в виде предварительно уплаченных средств по договору, которые также было вынуждено взыскать в судебном порядке.

Ответчиками также был заявлен довод о невозможности выполнения работ по договору в связи с неподходящими климатическими условиями, не позволяющими использовать приобретённое для выполнения работ комбинированной огнезащитной конструктивной системы «Unitfire». В обоснование заявленного довода ссылаются на положения руководства по эксплуатации указанной системы, согласно которому покрытие наносится при температуре от +5 до +50, при относительной влажности воздуха до 80%. 

Вместе с тем, как верно указывает суд первой инстанции, ни договором от 29.07.2019  № 2019/08 (и техническим заданием к нему), ни закупочной документацией не предусмотрены требования по применению какой-либо конкретной огнезащитной системы, в том числе и «Unitfire».

Также ответчики сослались на отсутствие подходящих условий для выполнения работ по причине ненадлежащего микроклимата на производственном участке. Вместе с тем, как следует из протокола ФГБУЗ ЦГиЭ № 51 ФМБА России измерения микроклимата № 46/4 от 19.02.2019 в помещении авторемонтной мастерской, в которой должны были проводиться работы по спорному договору, температура воздуха в разных точках замера составила от 13,4 до 15,4 градуса, относительная влажность от 24 до 27,7%. Аналогичные измерения проводились 25.11.2019, температура воздуха при этом составила 15,2 градуса, влаговыделение отсутствует, избытки явного тепла отсутствуют. Указанные замеры произведены в авторемонтной мастерской в зимний период в сопоставимых условиях.

Согласно приказу МП ЗАТО Железногорск «ПАТП» №135 от 16.07.2018 «О работе вентиляции в отопительный период 2018-2019 г.г.», с 01.11.2018 был введен режим работы приточно-отопительной, вытяжной вентиляции и тепловых завес. На основании изложенного, суд приходит к выводу, что микроклимат в помещении соответствовал установленным требованиям для нанесения огнезащиты, основания для отложения срока выполнения работ в связи с погодными условиями отсутствовали. Доказательств, подтверждающих обратное, ответчиками не предоставлено. С учётом данных обстоятельств, доводы ответчиков об отсутствии подходящих температурных и климатических условий представляются неубедительными и подлежат отклонению судом.

Принимая во внимание изложенные обстоятельства, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства, суд приходит к выводу о том, что действия, ответчиков, выраженные:

- в заключении ФИО5 с ООО «Пожзащита» договора №2019/08 от 29.07.2019 на выполнение работ по увеличению предела огнестойкости несущих металлических конструкций с применением комбинированной огнезащитной конструктивной системы (руководитель должным образом не убедился в благонадёжности контрагента, располагая достаточным временем на выбор исполнителя для выполнения работ добросовестно и своевременно);

- в заключении ФИО3 с ООО «Пожзащита» дополнительного соглашения  №1 от 12.08.2019, которым стороны согласовали обязанность заказчика произвести предварительную оплату (в отсутствие обоснования такой необходимости, кроме как приобретения материалов для выполнения работ);

-  в перечислении руководителем Предприятия – ФИО5 предварительной оплаты в размере 350 746 руб., исполняющим обязанности руководителя предприятия – ФИО3 предварительной оплаты в размере 369 700 руб. 26 коп. на счёт ООО «о3-Инжиниринг-Сибирь» на основании писем ООО «Пожзащита» №10 от 07.08.2019, №11 от 05.09.2019 неразумными и неосмотрительными. 

Следствием указанных действий явилось причинение обществу убытков в виде утраченного имущества в виде денежных средств в размере 720 446 рублей 26 копеек, возможность взыскания которых в последующем была утрачена вследствие ликвидации ООО «Пожзащита».

Материалами дела подтверждается факт совершения ответчиками указанных действий в период исполнения ими обязанностей единоличного исполнительного органа муниципального предприятия ЗАТО Железногорск Красноярского края «Пассажирское автотранспортное предприятие», следствием чего являлось наступление негативных последствий для Союза в виде убытков. Действия ответчиков выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска, не соответствовали обычным условиям делового оборота.

Таким образом, поскольку совокупность условий для возложения на ФИО3, ФИО5 судом установлена, требования о взыскании с указанных лиц убытков являются обоснованными и подлежат удовлетворению: с ФИО3 в размере 369700 рублей 26 копеек, с ФИО5 С,Г. – 350 746 рублей. 

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно удовлетворил требования истца в заявленном размере.

Решение суда является законным и обоснованным.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на заявителя апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Красноярского края от «14» февраля 2022 по делу № А33-28477/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение двух месяцев в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший решение.

Председательствующий

Н.А. Морозова

Судьи:

Е.В. Белоглазова

В.В. Радзиховская