Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  

191124, Санкт-Петербург, ул. Смольного, д.6 http://www.spb.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации 

РЕШЕНИЕ

Дело № А56-10504/2025

17 октября 2025 года

г.Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть решения объявлена 02 октября 2025 года. Полный текст решения изготовлен 17 октября 2025 года. 

Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в составе: судьи Шелемы З.А.,  

при ведении протокола судебного заседания секретарем Дружининым В.В., 

рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью "РСВ Шиппинг" (адрес: 198152, г. Санкт-Петербург, вн.тер.г. муниципальный округ Автово, ул. Краснопутиловская, д. 69, литера А, помещ. 315Н, ОФИС 211А; ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 31.01.2023, ИНН: 

<

***>)  

к обществу с ограниченной ответственностью "СК-Юг" (адрес: 353960, Краснодарский край, г.о. город Новороссийск, г Новороссийск, тер. ФИО1, ул. Ленина, д. 6Б; ОГРН: 

<

***>, Дата присвоения ОГРН: 30.06.2016, ИНН: 

<

***>)  

о признании недействительной части сделки 

при участии - от истца: ФИО2 по доверенности от 25.01.2024; ФИО3 по доверенности от 25.01.2024 (онлайн); - от ответчика: ФИО4 по доверенности от 09.01.2023 

установил:

Общество с ограниченной ответственностью "РСВ Шиппинг" (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью "СК-Юг" (далее – ответчик) о признании сделки в части п. b ст. 4 ч. II договора от 20.09.2024 № РС/О-1 недействительной.  

От ответчика в адрес суда поступило встречное исковое заявление, согласно которому, он просит взыскать 228.000.000 руб. 00 коп. долга по оплате фрахта.  

Определением от 11.06.2025, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 02.10.2025, суд возвратил встречное исковое заявление заявителю.  

Выслушав представителей сторон, исследовав и оценив в совокупности, представленные в материалы дела доказательства, суд установил следующие обстоятельства.  

Между истцом (фрахтователь) и ответчиком (судовладелец) заключен договор морской перевозки груза от 20.09.2024 № РС/О-1, на основании проформы Gencon, ред. 1994 года, рекомендованной BIMCO (Балтийский и международный морской совет) по перевозке груза на судне «Урса Майор» (ИМО номер 9538892, флаг РФ) из порта Санкт-Петербург и порта Усть-Луга в порт Владивосток и дополнительное соглашение от 31.10.2024 № 1.  

11.12.2024 судно завершило погрузку груза (2 люка, 2 мобильных портовых крана Liebherr, 131 контейнер) и покинуло порт Санкт-Петербург по направлению в порт Владивосток.  

23.12.2024 в 14:32 судно, находясь в Средиземном море, подало сигнал бедствия в связи с повреждениями корпуса судна и последующим поступлением воды в судовые помещения, что привело к крену судна на правый борт.  

24.12.2024 в 00:55 произошел оверкиль судна, а в 01:20 судно полностью затонуло.  

В силу бокса 14 Чартера ставка фрахта подлежит оплате на реквизиты судовладельца, указанные в данном Чартере, в течение 10-ти дней по завершении погрузки, но в любом случае до прохода судном Суэцкого канала.  

При этом условиями Чартера, а именно ст. 4 (а), (п. b) раздела II предусмотрено, что фрахт должен быть уплачен по ставке, указанной в боксе 13. Если согласно боксу 13 фрахт должен быть уплачен после отгрузки, он будет считаться заработанным и безвозвратным, независимо от того, судно и/или груз погибли или нет.  

Истец, полагая указанные положения Чартера противоречащими нормам Гражданского кодекса Российской Федерации и императивным нормам Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, обратился в суд с настоящим иском.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации (ГК РФ) граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, если иное не предусмотрено законом.  

Согласно пункту 1 статьи 422 ГК РФ договор должен соответствовать императивным нормам, действующим в момент его заключения.  

В соответствии с пунктом 3 ст. 796 ГК РФ установлена императивная норма, в силу которой: Перевозчик наряду с возмещением установленного ущерба, вызванного утратой, недостачей или повреждением (порчей) груза или багажа, возвращает отправителю (получателю) провозную плату, взысканную за перевозку утраченного, недостающего, испорченного или поврежденного груза или багажа, если эта плата не входит в стоимость груза.  

Ст. 165 КТМ РФ устанавливает аналогичное правило: за груз, утраченный при его перевозке, фрахт не взимается и, если он уплачен вперед, возвращается.  

В соответствии с ст. 115 Кодекса торгового мореплавания РФ по договору морской перевозки груза перевозчик обязуется доставить груз, который ему передал или передаст отправитель, в порт назначения и выдать его управомоченному на получение груза лицу (далее - получатель), отправитель или фрахтователь обязуется уплатить за перевозку груза установленную плату (фрахт).  

В соответствии с п.3 Постановления Пленума ВАС РФ от 14.03.2014 № 16 "О свободе договора и ее пределах" при отсутствии в норме, регулирующей права и обязанности по договору, явно выраженного запрета установить иное, она является императивной, если исходя из целей законодательного регулирования это необходимо для защиты особо значимых охраняемых законом интересов (интересов слабой стороны договора, третьих лиц, публичных интересов и т.д.), недопущения грубого нарушения баланса интересов сторон либо императивность нормы вытекает из существа законодательного регулирования данного вида договора. В таком случае суд  

констатирует, что исключение соглашением сторон ее применения или установление условия, отличного от предусмотренного в ней, недопустимо либо в целом, либо в той части, в которой она направлена на защиту названных интересов.  

При этом, если норма содержит прямое указание на возможность предусмотреть иное соглашением сторон, суд, исходя из существа нормы и целей законодательного регулирования, может истолковать такое указание ограничительно, то есть сделать вывод о том, что диспозитивность этой нормы ограничена определенными пределами, в рамках которых стороны договора свободны установить условие, отличное от содержащегося в ней правила.  

При возникновении спора об императивном или диспозитивном характере нормы, регулирующей права и обязанности по договору, суд должен указать, каким образом существо законодательного регулирования данного вида договора, необходимость защиты соответствующих особо значимых охраняемых законом интересов или недопущение грубого нарушения баланса интересов сторон предопределяют императивность этой нормы либо пределы ее диспозитивности.  

Указанная норма, находясь в главе VIII КТМ РФ «Договор морской перевозки груза», не содержит прямого указания на ничтожность соглашения, ей противоречащего.  

Статья 116 КТМ РФ устанавливает, что правила главы VIII применяются, если соглашением сторон не установлено иное, за исключением случаев, прямо указанных в главе.  

Однако оценка характера правовой нормы не может основываться исключительно на формальном критерии.  

Существо законодательного регулирования договора перевозки груза, вытекающее из статей 785, 790, 796 ГК РФ и статей 115, 165 КТМ РФ, заключается в том, что основанием обязанности грузовладельца уплатить провозную плату (фрахт) является сохранная доставка груза в пункт назначения перевозчиком.  

Принцип эквивалентности и встречных предоставлений, являющийся основополагающим для гражданского оборота, предполагает, что оплате подлежит оказанная услуга. В случае гибели груза услуга по его перевозке не оказывается, цель договора не достигается.  

Условие чартера, обязывающее фрахтователя уплатить фрахт за услугу, которая не была оказана по причине гибели груза, нарушает баланс интересов сторон и принцип эквивалентности, поскольку ставит фрахтователя в заведомо неблагоприятное положение, лишая его встречного предоставления.  

Ст. 165 КТМ воспроизводит для сторон договора морской перевозки правило, составляющее суть правового регулирования отношений гражданского оборота, и направлена на защиту как публичных интересов, так и на недопущение нарушения баланса интересов сторон.  

Ссылка ответчика на то, что чартер заключен на основе широко используемой в международной практике проформы, не может служить основанием для неприменения императивных норм российского права, которое стороны избрали в качестве применимого (бокс 25 чартера).  

Довод ответчика о злоупотреблении правом со стороны истца суд находит необоснованным, поскольку обращение в суд за защитой права, нарушенного условием договора, противоречащим закону, само по себе не может расцениваться как недобросовестное поведение.  

Таким образом, условие чартера (п. (b) ст. 4 ч. II), согласно которому фрахт считается заработанным и безвозвратным после погрузки груза, даже если груз утрачен, подлежит признанию недействительным, поскольку это условие противоречит императивным нормам российского права и нарушает баланс интересов сторон.  

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.  

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области,  

решил:

Признать недействительным пункт b ст. 4 ч. II договора от 20.09.2024 № РС/О-1, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью "РСВ Шиппинг" и обществом с ограниченной ответственностью "СК-Юг".  

Решение может быть обжаловано в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия Решения.  

Судья Шелема З.А.