ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности решения арбитражного суда

Дело № А55-22317/2020

г. Самара11АП-10685

03 мая 2023 года

/2022

Резолютивная часть постановления оглашена 27 апреля 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 03 мая 2023 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Ястремского Л.Л.,

судей Копункина В.А., Романенко С.Ш., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" на решение Арбитражного суда Самарской области от 15 июня 2022 года по делу № А55-22317/2020 (судья                 Лукин А.Г.) 

по иску общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" 

к ФИО2 

о взыскании 3 718 520 рублей

и по встречному иску ФИО2

к обществу с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство"

о взыскании действительной стоимости доли в размере 1 066 898.28 руб.,

при участии представителей:

эксперт - ФИО3,

от ООО "ЭкоПродукт Производство" - представитель ФИО4 по доверенности от 24.06.2022,

от ФИО2 - представитель ФИО5 по доверенности от 30.09.2020.

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Самарской области с иском к ФИО2 (далее - ответчик) о взыскании 3 869 145 руб. 90 коп., в том числе 3 718 520 руб. убытков и 150 625 руб. 90 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами. 

Определением от 21.10.2020 суд принял к производству для рассмотрения совместно с первоначальным иском встречное исковое заявление ФИО2 к обществу с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» о взыскании действительной стоимости доли в размере 438 500 руб.

При рассмотрении дела в суд первой инстанции ответчик уточнил размер встречного искового заявления увеличив его до 1 066 898,28 рублей. Суд принял уточнение в порядке ст.49 АПК РФ.

Истец уточнил требования, заявив, что требование о взыскании с ответчика в пользу истца 150 625,90  руб. процентов за пользование чужими денежными средствами в соответствии со ст. 395 ГК РФ, истец не поддерживает.

Суд принял уточнение в порядке ст.49 АПК РФ.

Таким образом, суд рассмотрел требования: 

-  истца о взыскании 3 718 520 рублей, в том числе: 2 076 000 руб., в том числе 723 255,44 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 08.09.2017 и 1 352 744,56 руб. в качестве разницы между ценой продажи и рыночной стоимостью, 1 642 520 руб. убытка общества в размере недостачи основных средств, находящихся на балансе, а также 155 000,00 рублей судебных издержек;

- ответчика (встречные) о взыскании действительной стоимости доли в размере 1 066 898,28 рублей, а также 111 920,00 рублей судебных издержек.

Арбитражный суд Самарской области  решением от 15.06.2022 исковые требования общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" удовлетворил частично.  

Взыскал с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство"  1 507 056,26 рублей убытков, а также 38 501,97 рубля судебных расходов.

В удовлетворении остальной части заявленных требований отказал.

Взыскал с общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ФИО2 7 136,59 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Встречные исковые требования ФИО2 удовлетворил в полном объеме, заявление о взыскании судебных расходов частично.

Взыскал с  общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ФИО2 1 066 898,28 рублей основного долга, а также 41 770,00 рублей судебных расходов.

В удовлетворении остальной части требования о взыскании судебных расходов отказал.

Путем зачета взысканных со сторон сумм по первоначальному и встречному искам суд постановил взыскать с ФИО2 в пользу Общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" 429 753,36 рубля.

Относительно распределения денежных сумм в пользу экспертных учреждений и бюджета суд постановил:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» 29 735,81 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» 20 264,19 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в доход федерального бюджета госпошлину в размере 36 635,03 рублей.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлину в размере 16 856,97 рублей.

Истец не согласился с принятым судебным актом. В обоснование апелляционной жалобы указал, что считает необоснованным обжалуемое решение в части:

Отказа в удовлетворении требований в размере 1 642 520 рублей по недостаче основных средств, находящихся на балансе - фасовочного автомата (М6-АР2ТсУЦР №1100), машины (ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1), принтера термотрасферного (Ro-Coder-FO3).

Установления размера убытков общества от продажи автомобиля Lexus NX200 № У256УС163 

<

***> в размере 1 507 056,26 рублей.

Распределения денежных сумм в пользу экспертных учреждений, а именно, отнесение на общество с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" расходов по оплате услуг эксперта ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» в размере 29 735,81 рублей.

В судебном заседании представитель ООО "ЭкоПродукт Производство" поддержал апелляционную жалобу, просил удовлетворить. 

Представитель ФИО2 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный пришел к вывoду о наличии оснований для изменения судебного акта, принятого арбитражным судом первой инстанции. 

Как следует из материалов дела, участниками общества с ограниченной ответственностью «ЭкоПродукт Производство» на момент его создания являлись ФИО6 - доля в уставном капитале 50%, и ответчик - ФИО2 с долей, равной 50% уставного капитала общества. При создании общества его директором был назначен ответчик - ФИО2.

16.04.2019 ответчик направил в адрес истца нотариально заверенное заявление о выходе из состава участников общества (получено 19.04.2019).

Как установлено судом первой инстанции, начиная от создания общества и до 17.04.2020 ответчик являлся единоличным исполнительным органом общества.

Стороны произвели прием-передачу документации общества по актам приема-передачи от 07.07.2020 и 29.07.2020. По окончании приема-передачи документов истцом было обнаружено, что документация общества была передана ответчиком не в полном объеме, отсутствовали некоторые учредительные и финансовые документы. Кроме того, была проведена инвентаризация имущества, находящегося на балансе общества, по результатам которой была выявлена недостача.

Согласно договору купли-продажи № ОВ/Ф-13575-01-01-С-01 от 20.07.2015, договору лизинга № ОВ/Ф-13575-01-01 от 20.07.2015, акту о приеме-передаче объекта основных средств № 11671Л-В от 24.07.2015, общество приобрело в собственность автомобиль LEXUS (VIN 

<

***>).

Согласно договору купли-продажи автотранспортного средства от 08 сентября 2017 года данный автомобиль был продан обществом в собственность ответчика ФИО2 Однако, денежные средства за автомобиль ответчиком на расчетный счет перечислены не были, что подтверждается выпиской по лицевому счету, и не отрицается ответчиком.

Обосновывая заявленные требования, истец заявил, что ответчик, являясь директором общества, совершил сделку, в которой имелась его заинтересованность как единоличного исполнительного органа общества, поскольку ответчик зарегистрировал автомобиль на свое имя в отсутствие встречного предоставления, и действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами общества.

Согласно договору купли-продажи № ОВ/Ф-13575-01-01-С-01 от 20.07.2015 автомобиль был приобретен по цене 2 027 000 рублей. Согласно акту о приеме-передаче объекта основных средств № 11671Л-В от 24.07.2015, автомобиль был принят на баланс по стоимости, равной 2 367 018,16 рублей. А согласно договору купли-продажи от 08.09.2017, по которому общество передало автомобиль в собственность ответчика, его цена составила 723 255,44 рублей.

На основании изложенного истец сделал вывод, что имеет место отчуждение имущества по заниженной цене, что повлекло за собой причинение убытков обществу. 

В данной части истец оценил убыток в 2 076 000 руб., в том числе 723 255,44 руб. по договору купли-продажи автомобиля от 08.09.2017 – невыплаченной стоимостью автомобиля по договору купли-продажи, и 1 352 744,56 руб. в качестве разницы между ценой продажи и рыночной стоимостью.

Помимо этого, истец указал, что согласно инвентарным карточкам № БП0000005, № БП0000007 от 06.08.2020, на балансе общества в качестве основных средств имеется следующее имущество:

- фасовочный автомат М6-АР2ТсУЦР № 1100 стоимостью 714 000,00 руб. без учета НДС, приобретенный обществом на основании договора купли-продажи № 5П1400409У от 14.05.2014, счета № 201401692 от 16.05.2014, товарной накладной № 1793 от 04.07.2014, а также 

- машина ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 стоимостью 597 881,36 руб. без учета НДС и принтер термотрансферный Ro-Coder-F03 стоимостью 77 542,37 руб. без учета НДС, приобретенные по договору купли-продажи оборудования № 105 от 18.11.2014, счету № 105 от 18.11.2014. 

Истец заявил, что оборудование было оплачено по договору и принято на баланс общества, учтено налоговым органом при сдаче отчетности и вычету НДС, что подтверждается Налоговой декларацией за 2017 год, книгой покупок, квитанцией о приеме налоговой декларации в электронном виде и извещением о вводе сведений налоговой декларации. 

Однако при проведении инвентаризации согласно приказу № 1 от 06.08.2020 обнаружилась недостача указанных основных средств, что подтверждается инвентаризационной описью № 1 от 06.08.2020 и сличительной ведомостью № 1 от 06.08.2020, всего на сумму 1 389 423,73 рублей без учета НДС.

Размер причиненного обществу убытка по данному факту составил 1 642 520 рублей, в т.ч. НДС.

В процессе рассмотрения истец уточнил основание иска в этой части, заявив, что никакое имущество не монтировалось, не устанавливалось, а находилось во владении общества только на бумаге. 

Возражая против удовлетворения иска в части автомобиля ответчик указал, что 14.09.2017 между обществом и ФИО2 заключен договор купли-продажи автотранспортного средства – автомобиля Lexus NX200 2015 года выпуска, в соответствии с условиями которого общество, как продавец, обязалось передать указанный автомобиль в собственность ответчика, как покупателя, а покупатель обязался принять и оплатить стоимость автомобиля, указанного в п. 1 настоящего договора.

Стоимость приобретаемого автомобиля составила 723 255 руб. 44 коп., оплата должна была быть произведена путем внесения денежных средств в кассу продавца.

20.08.2019 между обществом и ответчиком заключено дополнительное соглашение к договору купли-продажи автотранспортного средства от 14.09.2017, в соответствии с п. 2 которого был установлен следующий график выплаты денежных средств в размере 723 255 руб. 44 коп. за приобретение по договору автомобиля: 10.04.2021 - 21 000 рублей, 10.05.2021 - 21 000 рублей, 10.06.2021 - 21 000 рублей, 10.07.2021 - 21 000 рублей, 10.08.2021 - 21 000 рублей, 10.09.2021 - 21 000 рублей, 10.10.2021 - 21 000 рублей, 10.11.2021 - 21 000 рублей, 10.12.2021 - 21 000 рублей, 10.01.2022 – 21 000 рублей, 10.02. 2022 г. – 21 000 рублей, 10.03. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.04. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.05. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.06. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.07. 2022 г. – 21 000 рублей, 10.08. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.09. 2022 г. - 21 000 рублей, 10.10. 2022 г. – 21 000 рублей, 10.11.2022 - 21 000 рублей, 10.12.2022 - 21 000 рублей, 10.01.2023 – 21 000 рублей, 10.02.2023 - 21 000 рублей, 10.03.2023 - 21 000 рублей, 10.04.2023 – 21 000 рублей, 10.05.2023 - 21 000 рублей, 10.06.2023 - 21 000 рублей, 10.07.2023 – 21 000 рублей, 10.08.2023 - 21 000 рублей, 10.09.2023 - 21 000 рублей, 10.10.2023 – 21 000 рублей, 10.11.2023 - 21 000 рублей, 10.12.2023 - 21 000 рублей, 10.01.2024 г. – 21 000 рублей, 10.02.2024 г.- 9 255 руб.44 коп. Дополнительное соглашение от обеих сторон подписано ФИО2.

Ответчик заявил, что добросовестно исполнял взятые на себя по договору обязательства, и выплачивал стоимость автомобиля в соответствии с предусмотренным договором графиком. При этом, не оспаривая факт отсутствия денежных переводов в адрес истца, ответчик указал, что направлял в адрес ответчика заявления о зачете обязательств по погашению стоимости автомобиля и встречного обязательства истца к ответчику о выплате действительной доли.

Относительно заниженной стоимости автомобиля ответчик заявил, что автомобиль попал в ДТП, при этом ДТП не оформлялось, но автомобиль подвергся серьезному ремонту, в подтверждение чего ответчик представил заказ-наряд № АЦ00002347 от 12.09.2017. Ответчик заявил, что вследствие ДТП рыночная стоимость автомобиля серьезно снизилась, и достигла 723 255 руб. 44 коп., в подтверждение чего представил акт оценки от 14.10.2020.

Возражая против требований о взыскании недостачи, ответчик заявил, что общество ответчика на инвентаризацию не вызывало, на момент ухода ответчика с поста директора оборудование было на месте, более того, находилось в помещении, которое принадлежит нынешнему директору и единственному участнику истца (было принято истцом в аренду). 

Для проверки доводов истца о заниженной стоимости, по которой автомобиль Lexus NX200 2015 был отчужден ответчику, суд назначил судебную автотехническую экспертизу.

Суд поручил проведение экспертизы ФИО7, эксперту общества с ограниченной ответственностью «Констант-Левел».

На разрешение эксперта суд поставил следующий вопросы:

Определить рыночную стоимость автомобиля марки LEXUS NX 200 (г-н У256УС163) по состоянию на 14.09.2017 с учетом имеющихся повреждений автомобиля, а также без учета имеющихся повреждений автомобиля беря за условие обычную эксплуатацию автомобиля.

Экспертное заключение представлено в дело. Согласно ответу эксперта рыночная стоимость автомобиля марки LEXUS NX 200 (г-н У256УС163) по состоянию на 14.09.2017 с учетом наличия повреждений автомобиля составляет 805 852,57 рубля, без учета повреждений автомобиля – 1 507 056,25 рублей.

Оценивая уменьшение стоимости автомобиля из-за наличия повреждений, в качестве информации о имеющихся повреждениях, эксперт основывался на заказ-наряде № АЦ00002347 от 12.09.2017, предоставленном ответчиком в подтверждение повреждений, причиненных в результате ДТП.

Представленное ответчиком исследование от 14.10.2020 по оценке стоимости автомобиля, на котором ответчик основывал довод о соответствии стоимости приобретенного им автомобиля рыночной стоимости, также базировалось на данном заказ-наряде.

При рассмотрении дела судом первой инстанции истец заявил о фальсификации заказ-наряда № АЦ00002347 от 12.09.2017.

Ответчик отказался его исключить из числа доказательств по делу.

Истец для проверки заявления о фальсификации просил назначить судебную экспертизу по проверке давности изготовления указанных доказательств.

Суд удовлетворил ходатайство, суд назначил судебную техническую экспертизу документов.

Суд поручил проведение экспертизы ФИО8, эксперту ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований».

На разрешение эксперта суд поставил следующие вопросы:

1. Соответствует ли дата изготовления документа Заказ-наряда № АЦ00002347 от 12.09.2017 дате указанной в этом документе – 12.09.2017? 

Если не соответствует определить наиболее вероятное время изготовления данного документа.

2. Имеются ли признаки искусственного старения документа?

Экспертиза проведена, экспертное заключение представлено суду.

Согласно заключению эксперта:

1. Фактическое время, в том числе дата, выполнения заказ-наряда № АЦ00002347 не соответствует указанной в документе дате 12.09.2017, в виду того, что данный документ в представленном на исследование виде выполнен не ранее августа 2019 года.

2. Заказ – наряд № АЦ00002347 от 12.09.2017 имеет признаки агрессивного светового воздействия, наиболее выраженные на втором листе документа.

Суд первой инстанции отметил, что заключение судебного эксперта о давности изготовления заказ-наряда соответствует требованиям, предъявляемым законом, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, выводы эксперта последовательны, противоречий не содержат.

Таким образом, проведенная по заявлению о фальсификации доказательства проверка показала, что представленный ответчиком заказ-наряд не мог быть изготовлен ранее 2019 года. 

Организация, от лица которой выдан заказ-наряд, письмом от 08.12.2020 указала, что сведений о составлении заказ-наряда и внесении денег ответчиком не имеет, поскольку истек срок хранения документов от 2017 года (т.2 л.д.42). 

Кроме того, суд первой инстанции отметил, что по заявлению ответчика ДТП произошло в 2017 году, однако из ответа ГИБДД от 23.11.2020 на запрос суда следует, что информации в ГИБДД об участии рассматриваемого автомобиля в ДТП отсутствует.

С учетом вывода эксперта о том, что заказ-наряд не мог быть оформлен ранее 2019 года, а также с учетом отсутствия подтверждения организации, которая якобы проводила ремонт, суд признал недоказанным довод ответчика о том, что в 2017 году имело место ДТП, повлекшее ухудшение качественных характеристик автомобиля.

 Других доказательств того, что до заключения договора купли-продажи автомобилю были причинены повреждения, суду не представлено.

В ходе оценочной экспертизы, эксперт дал оценку стоимости автомобиля без учета повреждений - 1 507 056,25 рублей.

Истец не согласился с указанным выводом, просил назначить повторную экспертизу по оценке автомобиля.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении ходатайства о проведении повторной оценки автомобиля, указав, что представленное в дело заключение судебного эксперта соответствует требованиям, предъявляемым законом, в заключении даны ответы на поставленные вопросы, выводы эксперта последовательны, противоречий не содержат.

Суд первой инстанции исходил из того, что представленное заключение судебного эксперта содержит сведения об эксперте, описание объекта исследования, методы оценки объектов, является полным, ясным, содержит выводы и их обоснование в связи с чем является надлежащим доказательством по делу и соответствует ст. 82, 83, 86 АПК РФ.

Между тем, при определении рыночной стоимости автомобиля эксперт использовал опубликованные на момент оценки объявления о продаже и произвел корректировку «путем обратной индексации» с учетом курса евро на момент продажи и на момент производства экспертизы. 

При этом согласно методическим рекомендациям по оценке для определения стоимости автомобиля или запасной части на определенную дату может быть использован индекс инфляции либо потребительских цен, либо изменение покупательной способности денег. Корректировка с учетом разности курса валюты на дату исследования и на дату определения стоимости, согласно методическим рекомендациям, может быть использована лишь в том случае, если изменение стоимости автомобиля или детали в рублевом эквиваленте в течение непродолжительного периода в основном обусловлено изменением курса валюты. 

Поскольку в настоящем случае период между датой исследования и датой определения стоимости составлял 4 года, использования курса евро для оценки противоречило методическим рекомендациям. Эксперт также не обосновал выбор именно евро, как валюты с наибольшей разностью курса. 

Кроме того, экспертом за аналог взяты ТС 2015 г.в. продаваемые в 2021 г., т.е. 6 летние машины, а не 2х летние, которой являлся предмет оценки.

Никаких коэффициентов повышения товарной стоимости эксперт также не применил.

При указанных обстоятельствах, экспертом допущено нарушение Методики.

Все вышеуказанные нарушения являются существенными, поскольку непосредственно влияют на стоимость оценки транспортного средства и соответственно сумму убытков Истца.

Кроме того, эксперт ФИО7 вызывался в суд для дачи пояснений и по вышеуказанным вопросам ответов не дал, фактически ограничившись фразой: «с доводом не согласен, считаю что сделал все правильно».

Исходя из рекомендаций, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

Однако, оценка доводам истца о несоответствии экспертного заключения методики проведения экспертиз судом не дана, указанные доводы по существу не рассмотрены, что привело к необоснованному отказано в проведении повторной экспертизы стоимости транспортного средства Lexus NX200 № У256УС163 VIN 

<

***>.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции удовлетворил ходатайство истца о назначении повторной судебной экспертизы. 

Проведение повторной эксперту было поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Департамент экспертизы и оценки «Профит Эксперт» ФИО3

На разрешение эксперта поставлен следующий вопрос:

Определить рыночную стоимость автомобиля марки LEXUS NX 200 2015 года выпуска  VIN 

<

***> по состоянию на 14.09.2017 беря за условие обычную эксплуатацию автомобиля.

Заключение эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 представлено в дело (том 10, л.д. 66-103).

Эксперт пришел к выводу, что рыночная стоимость автомобиля по состоянию на 14.09.2017 составляла 1 969 787 руб. 

Ответчик с выводами эксперта не согласился, заявил о недопустимости заключения эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 как доказательства, обосновывая свое заявление тем, что экспертом были допущены нарушения Методический рекомендаций по проведению судебных автотехнических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки, ФБУ РФЦСЭ при Минюсте РФ, 2018 г (далее – Методические рекомендации Минюста РФ 2018 года). Кроме того, ответчик заявил о том, что подпись эксперта ФИО3 на представленном в дело заключении от 16.03.2016 отличается от подписи ФИО3 в договоре страхования от 12.08.2022 в отчете № 08/09/2021 от 09.09.2021.

С заявлением ответчика представлено заключение (рецензия) ООО «МЭЦ «Стандарт Оценка» от 14.04.2023, заключение (письменная консультация) ООО «Блиц-Эксперт» от 14.04.2023, копия отчета № 08/09/2021 от 09.09.2021, нотариально заверенный протокол осмотра доказательств. 

Кроме того, ответчик заявил ходатайство о вызове эксперта для ответа на дополнительные вопросы. Ответчик также просил обязать эксперта представить личные документы, содержащие подпись эксперта, для возможного проведения почерковедческой экспертизы.

Ходатайство ответчика о вызове эксперта в судебное заседание суд апелляционной инстанции удовлетворил. 

Эксперт представил в письменном виде возражения на заявление ответчика о недопустимости заключения эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 как доказательства, ответил в судебном заседании на дополнительные вопросы ответчика. 

Из объяснений эксперта следует, что он является сотрудником общества с ограниченной ответственностью «Департамент экспертизы и оценки «Профит Эксперт», что проведение экспертизы было поручено ему, что подпись в заключении  эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 в расписке о предупреждении об уголовной ответственности принадлежит ему. 

Суд апелляционной инстанции отмечает, что определением от 28.02.2023 проведение экспертизы было поручено именно ФИО3, а не обществу с ограниченной ответственностью «Департамент экспертизы и оценки «Профит Эксперт». По смыслу статьи 55 АПК РФ лицом, участвующим в деле, является эксперт ФИО3

О фальсификации подписи эксперта ФИО3 в заключении эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 (том 10, л.д. 94) и в расписке эксперта (том 10, л.д. 68) ответчик не заявлял. Поэтому доводы ответчика, а также выводы привлеченных им лиц о несоответствии подписи ФИО3 в заключении эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023 и в других документах, не относящихся к рассматриваемому спору, не могут служить основанием для вывода о недостоверности заключения эксперта от 16.03.2023 № 06-С/3/2023.

 Другие доводы ответчика, приведенные в ходатайстве о назначении экспертизы и в ходатайстве о недопустимости доказательства, суд апелляционной инстанции нашел необоснованными. 

Относительно довода ответчика о том, что заключение эксперта №06-С/3/2023 от 16.03.2023 является недостоверным, в связи с тем, что экспертом не была учтена комплектация ГС и автомобиль экспертом не осматривался, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Указанный довод является немотивированным по следующим обстоятельствам:

- Согласно определения Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, о назначении повторной судебной экспертизы, от 28 февраля 2023 года, эксперт) были представлены копии следующих документов: договор купли-продажи от 14.09.2017, акт приема-передачи от 14.09.2017, ПТС на автомобиль LEXUS NX 200 2015 года выпуска VIN 

<

***>, СТС на автомобиль LEXUS NX 200 2015 года выпуска VIN 

<

***>.

Из данных материалов возможно определить следующие характеристики ТС:

Год выпуска 2015:

Тип двигателя - бензиновый:

Рабочий объем двигателя 1987 куб. см (округленно 2 литра) 

Мощность двигателя 150 л/с.

Иные параметры модификации или комплектации из данных документов не определяются.

Из приведенной экспертом таблицы «Расчет рыночной стоимости», в качестве выборки сопоставимых аналогов экспертом были выбраны ТС с идентичными параметрами, что указывает на отсутствие нарушений со стороны эксперта при проведении повторной экспертизы.

Более того, как следует из материалов всего дела (а именно из экспертизы проведенной в суде первой инстанции экспертом ФИО7) комплектация транспортного средства имела обозначение Executive, привод полный.

Транспортное средство Lexus NX200 первого поколения (09.2014 - 10.2017 года выпуска) с полным приводом и мотором 150 л.с.имело предмаксимальную комплектацию.

Согласно заключению эксперта №06-С/3/2023 от 16.03.2023, за аналоги взяты ТС не только в меньшей комплектации - 2.0 CVT AWD Progressive, но и даже переднеприводные, которые изначально имеют существенно меньшую стоимость.

При указанных обстоятельствах, в случае, если за аналоги были бы взяты транспортные средства исключительно в комплектации 2.0 CVT AWD Executive (при наличии такой возможности), то стоимость оценки была бы выше, что говорит об отсутствии нарушения прав и законных интересов ФИО2

 Проведение осмотра транспортного средства не требовалось, поскольку заказ-наряд, которым ответчик пытался доказать наличие повреждений, был признан недостоверным. 

Ответчик не настаивал на осмотре транспортного средства при назначении повторной экспертизы.

 Относительно довода ответчика о том, что заключение эксперта №06-С/3/2023 от 16.03.2023 является недостоверным, в связи с тем, что транспортное средство было куплено по договору лизинга в июле 2015 года по цене 2 027 000 рублей.

Указанный довод суд апелляционной инстанции считает несостоятельным, поскольку:

- он не имеет отношения к проведенной в рамках судебного процесса экспертизе стоимости ТС в 2017 году, равно как и не может указывать на его стоимость в 2017 году;

- в соответствии с п.4.1. предоставленного договора общая стоимость договора лизинга составляла 2 367 018.16 руб., а не 2 027 000 рублей. Размер скидок при оформлении лизинга является правом Лизингодателя, а потому не может указывать на реальную рыночную стоимость.

Ссылки ответчика на определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.12.2022 по другому делу отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку суть и обстоятельства настоящего спора отличаются от приведенного ответчиком.

В обоснование своей позиции со стороны ответчика в материалы дела были представлены заключение (рецензия) специалиста №0012-04/23Р от 14.04.2023 и заключение (рецензия) специалиста №292 от 14.04.2023.

Согласно заключению (рецензия) №0012-04/23F от 14.04.2023, специалист приходит к выводу о том, что заключение- эксперта №06-С/3/2023 от 16.03.2023 не соответствует требованиям закона. 

В обоснование своей позиции специалист указывает на следующее:

- в заключении эксперта №06-С/3/2023 от 16.03.2023 отсутствуют сведения о первичной судебной экспертизе;

- отсутствие подписи эксперта в заключении №06-С/3/2023 от 16.03.2023;

- отсутствие указание комплектации ТС сведений о пробеге, отсутствие расчета рыночной стоимости.

Суд расценивает выводы специалиста, указанные им в заключении (рецензия) специалиста №0012-04/23Р от 14.04.2023, как несостоятельные, в связи со следующем:

- первичная экспертиза, осуществленная в рамках судебного процесса в суде первой инстанции, эксперту не предоставлялась, что подтверждается Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.02.2023, а потому сведения о ней никак не могли быть указаны в заключении №06-С/3/2023 от 16.03.2023. Кроме того, нормы АПК РФ, вопреки доводу специалиста, обязанности указания при проведении повторной экспертизы сведения о первичной, не содержат;

- вывод об отсутствии подписи эксперта в заключении №06-С/3/2023 от 16.03.2023 не соответствует действительности, поскольку заключение №06-03/2023 от 16.03.2023 г. экспертом подписано;

- вывод о нарушении методики в связи с отсутствием указание комплектации ТС. сведений о пробеге, отсутствие расчета рыночной стоимости является немотивированным.

Согласно пункту 2.6 части III Методических рекомендаций Минюста РФ 2018 года: «К опциям, имеющим существенное влияние на стоимость легкового КТС, относятся варианты исполнения: составных частей трансмиссии, подвески, системы управления КТС, составные части и системы, влияющие на безопасность транспортного средства, а также составные части, обеспечивающие комфортные условия размещения водителя и пассажиров в салоне - кондиционер (климатическая установка), люк и др.

Эксперт может не учитывать в расчете опции, влияние которых на стоимость КТС несущественно."

Относительно пробела, в заключении эксперта «Пояснения к расчетам» указано: «Корректировка по пробегу при перепробеге/недопробеге не производится, так как в условиях данного сегмента рынка пробег объективно не является ценообразующим фактором.

Из таблицы указанной экспертом видно, что, например, аналог №4, имеющий пробег 53000 км. стоит дороже аналога №3 с пробегом 2 1000 км, а. аналог №2, имеющий пробег 40000км. стоит дешевле аналога №3.

Также, согласно пункта 2.2 части III Методических рекомендаций по проведению судебных авто-технических экспертиз и исследований колесных транспортных средств в целях определения размера ущерба, стоимости восстановительного ремонта и оценки.Мин-Юст.2018. корректировка средней цены КТС по пробегу КТС учитывает отличия между фктическим средним годовым пробегом и нормативным среднегодовым пробегом оцениваемого КТС. Значение «П малая п» принимается на основании рекомендаций справочника с ценами поддержанных КТС, используемого  при  расчете  стоимости.   Если  справочные  цены   в  расчете  стоимости   не применяются, то значение «П малая п» принимаются в соответствии с таблицами приложения 3.2. к Методическим рекомендациям.

Согласно определению Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда, о назначении повторной судебной экспертизы от 28 февраля 2023 года, эксперту были предоставлены следующие документы: договор купли-продажи от 14.09.2017, акт приема-передачи от 14.09.2017, ПТС на автомобиль LEXUS NX 200 2015 года выпуска VIN 

<

***>. СТС на автомобиль LEXUS NX 200 2015 года выпуска VIN 

<

***>.

В виду того, что из представленных материалов сведения о фактическом пробеге на дату оценки 14.09.2017 отсутствуют, то фактический пробег автомобиля и фактический средне-годовой пробег не определяются, а потому, корректировка средней цены КТС является невозможной.

Относительно расчета рыночной стоимости, необходимо отметить, что Согласно П.8 п.п. «И» Федерального стандарта оценки «Требования к отчету об оценке (ФСО № 3)» утвержден Приказом Минэкономразвития России от 20.05.2015.№ 299 описание процесса оценки объекта оценки в части применения подхода (подходов) к оценке. В отчете должно быть описано обоснование выбора используемых подходов к оценке и методов в рамках каждого из применяемых подходов, приведена последовательность определения стоимости объекта оценки, а также приведены соответствующие расчеты. При этом такое описание должно позволять пользователю отчета об оценке понять логику процесса определения стоимости и соответствие выбранного оценщиком метода (методов) объекту оценки, определяемому виду стоимости и предполагаемому использованию результатов оценки.

Согласно п2. приказа Министерства экономического развития РФ от 14 апреля 2022 года N 200 «Об утверждении федеральных стандартов оценки и о внесении изменений в некоторые приказы Минэкономразвития России о федеральных стандартах оценки», приказ Минэкономразвития России от 20 мая 2015 года N 299 "Об утверждении Федерального стандарта оценки "Требования к отчету об оценке (ФСО N 3), ФСО№3 пункт" 8 утратили свою силу.

Иными словами, ответчик ссылается на заключение специалиста, который основывался при вынесении своего заключения стандартами и приказом, утратившими силу.

Кроме того, расчет рыночной стоимости представлен в заключении эксперта в виде таблицы, (стр. 25 -28 заключения №06-С/3/2023 от 16.03.2023). Ниже таблицы также представлен пункт "Пояснения к расчетам".

При вышеуказанных обстоятельствах, вывод специалиста является незаконным и несостоятельным.

Исходя из рекомендаций, изложенных в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04 апреля 2014 года № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе», следует, что проверка достоверности заключения эксперта слагается из нескольких аспектов: компетентен ли эксперт в решении вопросов, поставленных перед экспертным исследованием, не подлежит ли эксперт отводу по основаниям, указанным в АПК РФ, соблюдена ли процедура назначения и проведения экспертизы, соответствует ли заключение эксперта требованиям, предъявляемым законом.

В соответствии со ст. 8 ФЗ от 31 мая 2001 года № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» эксперт проводит исследования объективно, на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. Заключение эксперта должно основываться на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических данных. В силу положений ст. 16 указанного Закона, эксперт обязан провести полное исследование представленных ему объектов и материалов дела, дать обоснованное и объективное заключение по поставленным перед ним вопросам.

В заключении, должны быть отражены объекты исследований, содержание и результаты исследований (п. 6, 7 ст. 86 АПК), оценка результатов исследований, выводы и их обоснование (п. 8 ст. 86 АПК РФ).

Суд апелляционной инстанции отмечает, что заключение судебного эксперта ФИО3 содержит сведения об эксперте, описание объекта исследования, методы оценки объектов, подписку эксперта о предупреждении об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения по статье 307 УК РФ. Заключение является полным, ясным, содержит выводы и их обоснование в связи с чем является надлежащим доказательством по делу и соответствует ст. 82, 83, 86 АПК РФ.

Обоснованных доводов, свидетельствующих о некомпетентности эксперта, не имеется, заключение эксперта соответствует требованиям, предъявляемым законом, также не имеется оснований для непринятия экспертного заключения в качестве надлежащего доказательства.

Согласно ст. 53.1 ГК РФ, лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ единоличный исполнительный орган общества - генеральный директор должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, так как он несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

На основании ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", единоличный исполнительный орган общества должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно, несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием).

Согласно ч. 5. ст. 44 вышеуказанного закона, с иском о возмещении убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом вправе обратиться в суд общество или его участник.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Пленум № 62) разъяснено, что в силу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации истец должен доказать наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица.

В данном случае, как обоснованно указал истец, ответчик заключил договор фактически сам с собой, прописывая в договоре условия, заведомо невыгодные истцу, с фактической отсрочкой со своей стороны от оплаты более чем на шесть лет, и при этом оплаты за приобретенное имущество истец фактически не получил.

Решением по делу А55-24198/2021 дополнительное соглашение к договору купли-продажи автотранспортного средства от 14.09.2017, в соответствии с которым была установлена рассрочка выплаты денежных средств в размере 723 255 руб. 44 коп. за приобретенный по договору автомобиль, признано недействительным.

При этом в решении по делу А55-24198/2021 суд отметил, что покупателю автотранспортного средства Lexus NX200 2015 года выпуска, фактически предоставлена отсрочка уплаты стоимости приобретаемого имущества на 4 (четыре) года, а по истечении четырех лет отсрочки – предоставлена рассрочка платежа на 3 (три) года без начисления процентов. Такие условия заключения сделки существенно отличаются от рыночных, что свидетельствует об отсутствии экономической целесообразности ее заключения, поскольку результат заключения сделки – получение денежных средств с продажи автомобиля, обществом не достигнут.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что результат заключения сделки в виде получения денежных средств от  продажи автомобиля не достигнут до сих пор и в отношении основного договора, цена автомобиля существенно занижена в договоре.

Сделка по купле-продаже автомобиля незаинтересованным участником общества не согласовывалась и в последующем не одобрялась, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Суд апелляционной инстанции усматривает наличие обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, а именно отчуждение принадлежащего обществу автотранспортного средства на заведомо невыгодных для общества условиях, без фактического получения за него соразмерной платы.

Размер ущерба, причиненного ответчиком в связи с продажей автомобиля, определяется стоимостью этого автомобиля – 1 969 787 руб. 

Доводы истца о том, что указанную в заключении эксперта стоимость автомобиля следует увеличить на сумму НДС (18%), суд апелляционной инстанции нашел необоснованными.

Из объяснений эксперта следует, что при производстве экспертизы им принималась во внимание рыночная стоимость автомобиля такой, какой она была опубликована в объявлениях о продаже, корректировка рыночной стоимости на сумму НДС не производилась. 

При таких обстоятельствах оснований для дополнительного увеличения установленной экспертом стоимости на сумму НДС суд апелляционной инстанции не находит. 

В свою очередь, довод ответчика о том, что указанную в заключении эксперта стоимость автомобиля следует уменьшить на сумму НДС (18%), суд апелляционной инстанции также нашел необоснованными.

Из представленных в дело документов не следует, что истец, в пользу которого взыскиваются убытки, находится на упрощенной системе налогообложения. 

Других оснований, по которым определенная экспертом рыночная стоимость автомобиля должна быть уменьшена на сумму НДС, ответчик не привел.  

 Отклоняя довод ответчика о том, что частично стоимость автомобиля была погашена зачетом, суд первой инстанции верно отметил, что в соответствии с представленными суду уведомлениями, в количестве 14 штук, на сумму 294 000,00 рублей, ответчик заявлял о зачете стоимости автомобиля в счет встречного требования ответчика – о выплате действительной стоимости доли. 

Вместе с тем, ответчик заявил во встречном иске требование о выплате стоимости доли без учета проведенного зачета.

Поскольку требование о взыскании стоимости доли рассматривается в настоящем деле, размер причиненных убытков подлежит определению без учета встречных требований.

Обосновывая требование о взыскании убытков, выявленных в связи с отсутствием указанного в бухгалтерских документах оборудования, истец ссылался на недостачу фасовочного автомата М6-АР2ТсУЦР № 1100 стоимостью 714 000,00 руб., машины ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 стоимостью 597 881,36 руб. без учета НДС, принтера термотрансферный Ro-Coder-F03 стоимостью 77 542,37 руб. без учета НДС. 

В подтверждение недостачи истец ссылался на инвентаризационную описью № 1 от 06.08.2020 и сличительную ведомостью № 1 от 06.08.2020, которые оформлены по результатам проведения инвентаризации.

Впоследствии истец уточнил, что оборудование в распоряжение общества не поступало.

Отказывая во взыскании убытков, составляющих сумму выявленной недостачи, суд первой инстанции указал, что истец не представил суду данных по оплате оборудования

Кроме того, суд первой инстанции отметил отсутствие в деле доказательств того, что ответчик извещался о проведении инвентаризации. 

Между тем, общество требовало взыскания убытков, причиненных отсутствием основных средств.  

Факт недостачи был установлен следующими документами, которые также были представлены суду (подтверждается разделом «Приложения» к исковому заявлению, п.п. 15, 16, 17, 18, 19, 20, 21, 22, 23, 24, 25, 26):

- Договор купли-продажи оборудования №105 от 18.11.2014;

- Налоговая отчетность за 2017 год;

- Счет на оплату № 105 от 18.11.2014;

-Договор купли-продажи №5П1400409У от 14.05.2014;- Товарная накладная №1793 от 04.07.2014;

 -Счет №201401692 от 16.05.2014;

- Справка о балансовой стоимости имущества;

- Инвентаризационная опись №1 от 06.08.2020;

- Сличительная ведомость №1 от 06.08.2020;

- Инвентаризационная карточка №БП0000005 от 06.08.2020;

- Инвентаризационная карточка №БП0000007 от 06.08.2020;

- Приказ №1 от 06.08.2020 о проведении инвентаризации.

В судебном заседании 31.05.2022 истцом были представлены акты сверок. 

В соответствии с ч.1 ст.65 АПК РФ, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Согласно ст. 70 АПК РФ, обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований.

В рассматриваемом случае, позиция ответчика по доводу о пропаже оборудования заключалась в несогласии с пропажей имущества. То есть ответчик подтверждал приобретение обществом указанного имущества и прямо указывал на то, что оно находилось на территории предприятия и осуществляло производственную деятельность.

За все время судебного процесса по указанному делу, ответчик не ставил под сомнения факт приобретения обществом имущества по указанным в договорах купли-продажи ценам, которые также были отражены в счетах на оплату и представленных суду бухгалтерских документах.

Более того, ответчик в судебных заседаниях, что также отражено в его отзывах и позициях, прямо указывал на совершенность и действительность сделок.

В частности:

- ответчиком в материалы дела были представлены: Товарная накладная №1793 от 04.07.2014, Договор купли-продажи №5П1400409У от 14.05.2014, Договор купли-продажи оборудования № 105 от 18.1 1.2014.

- Ответчик заявлял о том, что оборудование размещалось по конкретному адресу - договору аренды 7/17 от 01.01.2017.

В отзыве, представленном ответчиком в заседании 07.06.2022, в п.п.1 п.2 ФИО2 прямо подтверждает и факт поставки и факт оплаты.

На судебном заседании 31.05.2022 ответчик представил суду выписки по счетам, подтверждающие оплату.

Основанием обращения в суд с настоящим иском послужило расхождение информации, содержащейся в бухгалтерских документах с тем, что физически находится на территории предприятия.

В материалы дела со стороны ответчика, в качестве подтверждения реальности сделки, были представлены: копия товарной накладной на фасовочный автомат м6-ар2т, копия приложения №1 к договору купли-продажи №5П1400409У от 14.05.2014, распечатка решения Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2018 по делу №А55-2751/2018, копия договора аренды нежилого помещения №7/17 от 01.01.2017, свидетельство о гос.регистрации права от 07.04.209, свидетельство о гос.регистрации права от 12.11.2009, Договор купли-продажи №5П1400409У от 14.05.2014 с Приложением №1, Договор купли-продажи оборудования №105 от 18.1 1.2014 с спецификацией, книга покупок (без подписей и дат), якобы переписку с ФИО6

Суд апелляционной инстанции отмечает, что представленные в дело документы свидетельствуют о приобретении обществом оборудования, но не подтверждают факт наличия оборудования во владении общества на момент смены генерального директора. 

В решении Арбитражного суда Самарской области от 12.10.2018 по делу №А55-2751/2018 идет речь о продукции, которая была куплена ООО «Экопродукт производства» у Поставщика для последующей перепродажи конечному покупателю (т.е. ООО «Экопродукт производства» осуществляло посреднические, а не производственные услуги).

Договор аренды нежилого помещения №7/17 от 01.01.2017, также не содержит ни одного указания, что он был заключен для размещения там фасовочного автомата (М6-АР2ТсУЦР №1100), машины (ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1), принтера термотрасферного (Ro-Coder-F03), а соответственно указанные документы не могут служить доказательством существования оборудования. 

Свидетельство   о   гос.регистрации   права   от   07.04.209,   свидетельство   о гос.регистрации права от 12.11.2009 могут лишь служить доказательством существования нежилого недвижимого имущества, но указанные документы не могут служить доказательством существования оборудования.

Кроме того, в процессе рассмотрения спора истец заявлял, что технические характеристики фасовочного автомата М6-АР2ТсУЦР №1100, машины ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 и принтера термотрасферного Ro-Coder-F03, а также здания (

<

...> д. 1.0, к.1) не позволяют расположить оборудование в здании, и, тем более выпускать какую-либо продукцию. 

А именно,

1) фасовочный автомат М6-АР2ТсУЦР №1100 (сайт https://protex.ru/avtomat-fasovki-tvoroga) имеет габариты (без подъемника) 2920/1470/1560 мм., а вес составляет 1430 кг. Учитывая то, что в здании нет ворот для заезда автотранспорта, установка такого оборудования возможна была исключительно автокраном на второй этаж, сняв при этом крышу. Дверные проемы здания также не позволяют «занести» такое оборудование во внутрь.

2) машина ТФ 2-ЛИНЕПАК-00-1 и принтер термотрасферный Ro-Coder-F03 (сайт https://taurasfenix.com/oborudovanie/gorizontalnie-iipakovochnie-mashini/linepak-12/) имеет габариты (без принтера) 3700/1000/1750, а вес составляет 400 кг. Занести такое оборудование в здание невозможно.

3) здание, расположенное по адресу: 

<

...>, фактически является административно-офисным. О его Административном назначении также указано в свидетельстве о праве собственности серии 63АА 291778 от 18.10.2001. За все время эксплуатации в здании не производилось никаких реконструкций или перепланировок, осуществленных в целях начала производственной деятельности. План помещений прямо указывает на невозможность ведения в нем производственной деятельности, и тем более, молочной продукции.

Ответчик указанные доводы истца не опроверг. 

В суде апелляционной инстанции представитель ответчика на вопрос суда ответил, что спорное оборудование было закуплено, денежные средства за его приобретение общество перечисляло. 

Из положений пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрату или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу положений пункта 3 статьи 53, пунктов 1 и 2 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно, а в случае причинения по его вине юридическому лицу убытков, обязано возместить таковые по требованию юридического лица либо его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей данное лицо действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В абзацах первом, четвертом и пятом пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62) разъяснено, что в случае, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства, а в случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным, бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В разъяснениях, данных в абзаце втором пункта 1 Постановления N 62, арбитражным судам предписано иметь в виду, что негативные последствия, наступившие для юридического лица в период времени, когда в состав органов юридического лица входил директор, сами по себе не свидетельствуют о недобросовестности и (или) неразумности его действий (бездействия), так как возможность возникновения таких последствий сопутствует рисковому характеру предпринимательской деятельности; поскольку судебный контроль призван обеспечивать защиту прав юридических лиц и их учредителей (участников), а не проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых директорами, директор не может быть привлечен к ответственности за причиненные юридическому лицу убытки в случаях, когда его действия (бездействие), повлекшие убытки, не выходили за пределы обычного делового (предпринимательского) риска.

Арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п. (пункт 3 Постановления N 62).

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков; размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить, в этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине в силу пункта 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации. Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, причинившем вред. Вина в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное - пункт 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации".

Материалами дела подтверждается перечисление обществом денежных средств за указанное истцом оборудование, отражение этого оборудования в реестрах бухгалтерской отчетности, а также факт отсутствия этого оборудования в распоряжении общества. 

Поскольку на момент проведения инвентаризации ответчик не являлся материально ответственным лицом, довод о том, что ответчик не был извещен о проведении инвентаризации, сам по себе основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании убытков служить не может. 

На основании изложенного первоначальные исковые требования подлежат удовлетворению в размере 3 612 307 руб. (1 969 787 + 1 642 520 = 3 612 307).

Поскольку выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела, решение суда первой инстанции на основании пункта 3 части 1 статьи 270 АПК РФ подлежит изменению с принятием нового судебного акта.

При подаче иска истец госпошлину не оплатил. Исходя из цены поддержанного истцом иска размер госпошлины составляет 41 593,00 рубля. 

В соответствии со ст. 110 АПК РФ, госпошлина подлежит распределению между сторонами пропорционально размеру удовлетворенного требования, со взысканием ее в доход федерального бюджета.

Первоначальные исковые требования удовлетворены на 97,14 процентов. 

В соответствии с п. 24 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1, в случае частичного удовлетворения как первоначального, так и встречного имущественного требования, по которым осуществляется пропорциональное распределение судебных расходов, судебные издержки истца по первоначальному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований. Судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

Соответственно, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию 40 404,97 руб. государственной пошлины по первоначальному иску, с истца – 1 188,03 руб. 

Истец также заявил о взыскании судебных издержек по делу:

-расходы на оплату услуг представителя 50 000,00 рублей, что подтверждается договором об оказании юридических услуг от 04.08.2020, заключенным истцом с ФИО9, представлявшей интересы истца на начальном этапе дела, оплата по договору произведена по расписке от 17.08.2022.

-расходы на оплату услуг представителя 100 000,00 рублей, что подтверждается соглашением об оказании юридических услуг № 1 от 22.06.2021, заключенным истцом с ФИО4, представлявшим интересы истца на завершающем этапе дела, оплата по договору произведена по акту приема – передач денежных средств от 17.08.2022.

Ответчик возражал против данных расходов, считая их завышенными и неразумными.

В соответствии со статьей 101 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные издержки, связанные с рассмотрением дела, входят в состав судебных расходов.

В силу статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, относятся расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно части 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 21.12.2004 № 454-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью «Траст» на нарушение конституционных прав и свобод частью 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» отмечено, что обязанность суда взыскивать расходы на оплату услуг представителя, понесенные лицом, в пользу которого принят судебный акт, с другого лица, участвующего в деле, в разумных пределах является одним из предусмотренных законом правовых способов, направленных против необоснованного завышения размера оплаты услуг представителя, и тем самым - на реализацию требования статьи 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации. Именно поэтому в части 2 статьи 110 АПК Российской Федерации речь идет, по существу, об обязанности суда установить баланс между правами лиц, участвующих в деле.

В соответствии с Информационным письмом Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 05.12.2007 № 121 «Обзор судебной практики по вопросам, связанным с распределением между сторонами судебных расходов на оплату услуг адвокатов и иных лиц, выступающих в качестве представителей в арбитражных судах» (пункт 3) суд вправе, оценив размер требуемой суммы к возмещению судебных расходов и установив, что она явно превышает разумные пределы, вправе удовлетворить данное требование частично.

Суд исходя из сложности дела (дело представляло определенную сложность, рассматривалось длительное время, требовало серьезной юридической квалификации), объема заявленных требований, цены иска, объема оказанных представителем услуг, количества проведенных судебных заседаний, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, счел заявленные расходы документально подтвержденными, обоснованными и разумными в пределах 90 000,00 рублей.

Между тем, представителем истца в процессе рассмотрении дела были осуществлены следующие действия: 

- составление процессуальных документов (первая инстанция) - 16, из них два дополнения к исковому заявлению;

- составление процессуальных документов (апелляционная инстанция) - 1, из них один отзыв;

- составление процессуальных документов (кассационная инстанция) - 1, из них один отзыв;

- участие в 12 (двенадцати) судебных заседаниях суда первой инстанции (из расчета 1 судодень)-24.06.2021, 06.07.2021, 08.07.2021, 20.07.2021, 10.03.2022, 24.03.2022, 12.04.2022, 12.05.2022, 19.05.2022, 24.05.2022, 31.05.2022, 07.05.2022;

- участие в 1 (одном) судебном заседании суда кассационной инстанции (г. Казань) -23.12.2021;

- подготовка запросов в различные органы и организации - 18 раз;

- сбор документов для предоставления в суд - 9 раз.

Дело судом первой инстанции рассматривалось с 26.08.2020 по 07.06.2022.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции полагает, что довод о чрезмерности понесенных истцом расходах на оплату услуг представителя является необоснованным. 

Также истец просил взыскать судебные издержки в виде досудебного исследования по оценке спорного автомобиля в размере 5 000,00 рублей.

Издержки подтверждаются договором от 31.07.2020, квитанцией об оплате от 03.08.2020. Исследование представлено суду.

В соответствии с п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21_01_2016 № 1, перечень судебных издержек, предусмотренный указанными кодексами, не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем (далее также - истцы) в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления (далее также - иски) в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости. Например, истцу могут быть возмещены расходы на проведение досудебного исследования состояния имущества, на основании которого впоследствии определена цена предъявленного в суд иска, его подсудность.

Суд первой инстанции обоснованно счел относящимися к судебным издержкам расходы истца в размере 5 000,00 рублей.

К расходам истца относятся также расходы на проведение повторной оценочной экспертизы в размере 10 000 руб. 

Таким образом, расходы истца составили 165 000 руб.  (150 000 + 5000 + 10 000 = 165 000).

Принимая во внимание, что первоначальные требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца подлежит взысканию 160 287,06 руб. (165 000 * 97,14 % =            = 160 287,06) 

При рассмотрении дела судом первой инстанции была назначена оценочная экспертиза, при ее назначении суд первой инстанции определил размер вознаграждения эксперта 12 000,00 рублей. 

Расходы по оплате услуг эксперта оплатил себя ответчик, перечислив денежные средства на депозитный счет суда.

Соответственно, с истца в пользу ответчика следует взыскать  342,76  руб. судебных издержек ответчика пропорционально размеру требований, в удовлетворении которых было отказано (12 000,00 * 2,86 %).

Как указывалось выше, с момента основания общества его участником был ответчик, с долей участия 50%, что соответствует 1/2 номинальной стоимости доли в уставном капитале общества.

16.04.2019 истцу ответчиком было направлено нотариально удостоверенное заявление о выходе из состава участников ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» (получено обществом 19.04.2019).

В соответствии с положением пункта 1 статьи 26 Федерального закона РФ от 08.02.1998 № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" участник общества вправе выйти из общества путем отчуждения доли обществу независимо от согласия других его участников или общества.

В соответствии с положением пункта 6.1. статьи 23 Федерального закона РФ от 08.02.1998 года № 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" в случае выхода участника общества из общества в соответствии со статьей 26 настоящего Федерального закона его доля переходит к обществу. При этом общество обязано выплатить вышедшему из общества участнику общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости. общество обязано выплатить участнику действительную стоимость его доли или части доли в уставном капитале общества либо выдать ему в натуре имущество такой же стоимости в течение трех месяцев со дня возникновения соответствующей обязанности, если иной срок или порядок выплаты действительной стоимости доли или части доли не предусмотрен уставом общества.

В соответствии с пунктом 7.12. Устава ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» в случае выхода участника из общества его доля переходит к обществу с даты получения обществом заявления участника о выходе из общества. Общество обязано в течение 6 (шести) месяцев выплатить участнику, подавшему заявление о выходе из общества действительную стоимость его доли в уставном капитале общества, определяемую на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период, предшествующий дню подачи заявления о выходе из общества, или с согласия этого участника общества выдать ему в натуре имущество такой же стоимости.

Однако, несмотря на истечение установленного пунктом 7.12. Устава ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» срока, действительная стоимость доли в уставном капитале ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» не выплачена, ответчику до настоящего времени, что не отрицается истцом.

В соответствии с положением пункта 2 статьи 14 Федерального закона РФ от 08.02.1998 года № 14-ФЗ действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Пунктом 13 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" предусмотрено, что выплата участнику действительной стоимости его доли осуществляется обществом за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером уставного капитала.

Согласно положению пункта 4 Приказа Минфина России от 28.08.2014 № 84н (ред. от 21.02.2018) "Об утверждении Порядка определения стоимости чистых активов" стоимость чистых активов определяется как разность между величиной принимаемых к расчету активов организации и величиной принимаемых к расчету обязательств организации.

Заявления о выходе из состава участников ООО «ЭКОПРОДУКТ ПРОИЗВОДСТВО» получило в апреле 2019 года, следовательно, размер действительной стоимости доли в связи с выходом из общества должен быть определен исходя из бухгалтерской отчетности общества за 2018 год.

Согласно экспертному заключению № 22/К-41 действительная рыночная стоимость доли ответчика по состоянию на 2018 год составляет 1 066 898,28 рублей.

Возражения истца свелись к тому, что истец вменяет ответчику причинение ущерба, и по мнению истца, до определения реального ущерба, причиненного ответчиком истцу, невозможно определить рыночную стоимость доли ответчика.

Между тем, как верно указал суд первой инстанции, расчет доли осуществляется на основании документов бухгалтерского учета. Никаких новых документов бухгалтерского учета, которые не были учтены внесудебным исследованием, суду не представлено. Претензии истца к ответчику сводятся к тому, что ответчик, будучи руководителем истца, допускал отчуждение активов истца по заниженным ценам, допустил недостачу имущества, но это не свидетельствует о том, что бухгалтерский баланс общества не отражал реальную стоимость активов общества.

Согласно п. 2 статьи 14 ФЗ РФ "Об обществах с ограниченной ответственностью" действительная стоимость доли участника общества соответствует части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли. Общество обязано выплатить участнику общества, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли.

Пунктом 3 Раздела 7 устава общества установлено, что стоимость доли определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за последний отчетный период предшествующей подачи заявления.

Абзацами 1 и 3 подпункта "в" пункта 16 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 № 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" установлено, что общество обязано выплатить участнику, подавшему заявление о выходе из общества, действительную стоимость его доли, размер которой определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого подано указанное заявление. Исходя из пункта 2 статьи 14 Закона действительная стоимость доли участника должна соответствовать части стоимости чистых активов общества, пропорциональной размеру его доли.

Если участник не согласен с размером действительной стоимости его доли, определенной обществом на основании данных бухгалтерской отчетности, суд проверяет обоснованность его доводов, а также возражений общества на основании представленных доказательств, предусмотренных гражданским процессуальным и арбитражным процессуальным законодательством, в том числе, заключения проведенной по делу экспертизы.

В данном случае, именно выходящий участник провел внесудебное исследование, по расчету стоимости доли от истца возражений не поступило.

Суд первой инстанции правомерно признал требование ФИО2 по встречному иску обоснованным.

Ответчик при подаче встречного иска оплатил госпошлину в размере 11 770,00 рублей.

Расходы по оплате госпошлины в полном объеме подлежат отнесению на истца как на проигравшую сторону.

Также ответчик просил отнести на истца свои судебные издержки по оплате услуг представителя в размере 70 000,00 рублей. Истец возражал, считая данные расходы завышенными и неразумными.

В соответствии с п. 24 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 судебные издержки истца по встречному иску возмещаются пропорционально размеру удовлетворенных встречных исковых требований.

Соответственно судебные издержки ответчика подлежат распределению исходя из результата встречного иска, удовлетворенного в полном объеме.

Суд первой инстанции, исходя из сложности встречного иска, которая явно уступала первоначальному, объема заявленных требований, цены иска, объема оказанных представителем услуг, количества проведенных судебных заседаний, времени, необходимого на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела, признал расходы ответчика на оплату услуг представителя разумными в пределах 30 000 рублей.

В этой части решение суда первой инстанции стоны не оспаривали.

Итого, с истца в пользу ответчика подлежат взысканию судебные расходы в размере 41 770,00 рублей (11 770,00 + 30 000,00).

Истец при обращении с иском государственную пошлину в федеральный бюджет не оплатил. Принимая во внимание уточненный размер заявленных требований, а также размер удовлетворенных требований, с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 1 188 руб. государственной пошлины по первоначальному иску, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию 40 405 руб. государственной пошлины. 

Ответчик при увеличении размера встречного иска, госпошлину не доплатил. Исходя из цены иска, размер госпошлины составляет 23 669,00 рублей. Размер недоплаченной ответчиком госпошлины – 11 899,00 рублей подлежит отнесению на истца со взысканием ее в доход федерального бюджета. 

Кроме того, по делу проведена судебная техническая экспертиза реквизитов  документа. Экспертизу проводило ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований», суд при назначении экспертизы установил размер вознаграждения эксперта 50 000,00 рублей.

Ни одна из сторон расходы по оплате данной экспертизы не понесла.

Руководствуясь ч. 6 ст. 110 АПК РФ суд первой инстанции отнес расходы по оплате технической экспертизы пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Между тем, истцом было заявлено о фальсификации доказательства - Заказ-наряда №АЦ00002347 от 12.09.2017.

Ответчик, после поступившего заявления отказался исключить данные доказательства из доказательной базы по делу.

Суд пришел к выводу о недостоверности представленного ответчиком документа.

Таким образом, экспертное заключение полностью показало правоту позиции истца, которую ответчик отрицал, что прямо указывает на полный положительный эффект в пользу истца, и полностью отрицательный для ответчика.

Кроме того, согласно п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", лица, участвующие в деле, должны добросовестно пользоваться всеми принадлежащими им процессуальными правами, в связи с чем суд вправе отнести судебные издержки на лицо, злоупотребившее своими процессуальными правами и не выполнившее своих процессуальных обязанностей, либо не признать понесенные им судебные издержки необходимыми, если это привело к срыву судебного заседания, затягиванию судебного процесса, воспрепятствованию рассмотрению дела и принятию итогового судебного акта.

При указанных обстоятельствах, отнесение расходов по оплате услуг эксперта ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» в размере 29 735,81 рублей на ООО «Экопродукт производство» является необоснованным.

С учетом изложенного расходы на проведение технической экспертизы в размере 50 000 руб. подлежат отнесению на ответчика. 

Заявителем государственная пошлина при обращении с апелляционной жалобой оплачена не была. Принимая во внимание, что заявителем обжаловались выводы суда первой инстанции по первоначальному иску, государственная пошлина по апелляционной жалобе подлежит взысканию с каждой из сторон пропорционально удовлетворенным первоначальным требованиям. 

Соответственно, с истца в доход федерального бюджета подлежит взысканию 2 914 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе, с ответчика в доход федерального бюджета подлежит взысканию 86 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе. 

В соответствии с п. 5 ст. 170 АПК РФ, при полном или частичном удовлетворении первоначального и встречного исков в резолютивной части решения указывается денежная сумма, подлежащая взысканию в результате зачета.

В соответствии с п. 23 Постановления Пленума ВС РФ № 1 от 21.01.2016, суд вправе осуществить зачет судебных издержек, взыскиваемых в пользу каждой из сторон, и иных присуждаемых им денежных сумм как встречных.

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Самарской области от 15 июня 2022 года по делу               № А55-22317/2020 изменить. Принять новый судебный акт.

 Исковые требования общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" удовлетворить частично. 

Взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" 3 612 307, руб. убытков, а также 160 287,06 руб. судебных расходов. 

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу  ФИО2 342,76 руб. судебных расходов.   

В удовлетворении остальной части первоначальных исковых требований отказать.

Встречные исковые требования  ФИО2 удовлетворить.

 Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в пользу ФИО2 1 066 898,28 рублей стоимости доли, а также 41 770,00 рублей судебных расходов.

В удовлетворении остальной части требования о взыскании судебных расходов отказать.

В результате зачета взысканных со сторон сумм по первоначальному и встречному искам взыскать с ФИО2 в пользу общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" 2 663 583,03 руб.

 Взыскать с ФИО2 в пользу ООО «Межрегиональная лаборатория судебных экспертиз и исследований» 50 000 рублей расходов по оплате услуг эксперта.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" в доход федерального бюджета госпошлину в размере 13 172 рубля.

Взыскать с ФИО2 в доход федерального бюджета госпошлину в размере 43 319 рублей.

Перечислить с депозитного счета Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда экспертной организации - эксперту общества с ограниченной ответственностью  Департамент экспертизы и оценки "Профит Эксперт" за проведение судебной экспертизы денежные средства в размере 10 000 рублей (перечисленные ФИО6 за общество с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство" платежным поручением №921130 от 10.08.2022) по счету № 45 от 17.03.2022.

Возвратить ФИО6 с депозитного счета Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 2 000 рублей, перечисленные по платежному поручению №921130 от 10.08.2022, перечисленные за общество с ограниченной ответственностью "ЭкоПродукт Производство", для оплаты  экспертизы.

Возвратить ФИО2 с депозитного счета Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда денежные средства в размере 10 000 руб. перечисленные по платежному поручению №12146 от 28.08.2023, для оплаты  экспертизы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                           Л.Л. Ястремский

Судьи                                                                                                               В.А. Копункин

    С.Ш. Романенко