АРБИТРАЖНЫЙ СУД НОВОСИБИРСКОЙ ОБЛАСТИ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-12338/2019

г. Новосибирск

11 декабря 2019 года

Резолютивная часть решения объявлена 04 декабря 2019 года

Полный текст решения изготовлен 11 декабря 2019 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Лузаревой И.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Тимошиной А.А., рассмотрев дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии», г. Новосибирск 

к страховому публичному акционерному обществу «РЕСО-Гарантия», г. Москва в лице филиала в городе Новосибирске,

о взыскании 697 500 рублей 00 копеек, 

 при участии в  судебном заседании представителей:

истца: ФИО1, по доверенности от 31.07.2018 (срок доверенности 3 года), паспорт, ФИО2, по доверенности от 02.12.2019, паспорт 

ответчика: ФИО3, по доверенности №РГ-Д-85/19 от 01.01.2019, паспорт,

у с т а н о в и л:

общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии» (ООО «Новые технологии») обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском к страховому публичному акционерному обществу «РЕСО-Гарантия» (СПАО «РЕСО-Гарантия»)  о взыскании страхового возмещения в размере 400 000 рублей 00 копеек, расходов на оплату независимой экспертизы в размере 9 500 рублей 00 копеек, расходов на составление досудебной претензии в размере 1 500 рублей 00 копеек и расходов (убытков), уплаченных по договору аренды автомобиля №53 от 01.12.2018 в размере 288 000 рублей 00 копеек.

В обоснование предъявленного иска ООО «Новые технологии» сослалось на следующие обстоятельства.

03.10.2018 года в 22 часа 30 минут в Новосибирской области,  автодорога с. Ленинское - 

<

...> км. трассы, произошло дорожно-транспортное происшествие (ДТП) с участием 2 транспортных средств: автомобиля марки АУДИ Q7, государственный регистрационный номер 

<

***> под управлением водителя ФИО4, собственник - ООО «Новые технологии» и втомобиля марки КАМАЗ-5410, государственный регистрационный номер 

<

***> под управлением водителя ФИО5, собственник - ФИО6

Дорожно-транспортное происшествие произошло по вине водителя ФИО5, который, управляя автомобилем КАМАЗ-5410, государственный регистрационный номер 

<

***> нарушил п. 8.1 Правил _ дорожного движения, а именно: начиная движение с обочины и выезжая налево на автодорогу, не убедился в безопасности своего маневра, создал помеху и опасность для движения другому участнику дорожного движения, двигавшемуся в попутном направлении. 

Как указывает истец, в результате дорожно-транспортного происшествия автомобилю марки АУДИ Q7, государственный регистрационный номер 

<

***> были причинены механические повреждения.

Автомобиль был застрахован по полису обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, серия ЕЕЕ № 1011018060 в СПАО «РЕСО-Гарантия».

В силу статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации при осуществлении обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств страховщик обязуется за обусловленную договором обязательного страхования плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события  (страхового  случая)  осуществить страховую  выплату  потерпевшему (третьему лицу) в целях возмещения вреда, причинённого жизни, здоровью или имуществу потерпевшего, в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

Согласно ст. 1 Федерального закона «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее по тексту - Закон об ОСАГО) под страховым случаем понимается наступление гражданской ответственности владельца транспортного средства за причинение вреда жизни, здоровью или имуществу потерпевших при использовании транспортного средства, влекущее за собой в соответствии с договором обязательного страхования обязанность страховщика осуществить страховую выплату.

Согласно ст. 12 Закона об ОСАГО потерпевший вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда, причинённого его жизни, здоровью или имуществу, в пределах страховой суммы. Заявление потерпевшего, содержащее требование о страховой выплате, с приложенными к нему документами о наступлении страхового случая и размере подлежащего возмещению вреда направляется страховщику по месту нахождения страховщика или его представителя, уполномоченного страховщиком на рассмотрение указанных требований потерпевшего и осуществление страховых выплат.

25.10.2018 истец обратился к ответчику с заявлением о страховой выплате с приложением необходимых документов, что подтверждается актом приема-передачи документов № ПР8980816.

29.11.2018 от ответчика было получено письмо от 12.11.2018  об отказе в возмещении ущерба по причине несоответствия повреждений автомобиля обстоятельствам ДТП. 

Истец расценил указанный отказ в выплате страхового возмещения необоснованным, поскольку, по мнению истца,  не все поврежденные в ДТП детали были зафиксированы в акте осмотра автомобиля марки АУДИ Q7, составленного по заявке страховой компании.

       05.10.2018 истец организовал проведение независимой экспертизы об определении стоимости восстановления транспортного средства в ООО Компания «НОВОЭКС»

Согласно экспертного заключения № 5-10/18-А от 08.10.2018 о стоимости восстановительного ремонта, необходимого для восстановления поврежденного автомобиля, составленного ООО Компания «НОВОЭКС», ущерб, причиненный автомобилю АУДИ Q7 государственный регистрационный номер 

<

***> с учетом износа заменяемых деталей, составил 501 900 рублей 00 копеек.

За данную услугу истцом была оплачена сумма в размере 9 500  рублей 00 копеек.

       17.01.2019 истец обратился в ООО Компания «НОВОЭКС» с заявкой о проведении дополнительного экспертного исследования, с постановкой перед экспертом  вопроса: «Могли ли образоваться заявленные повреждения автомобиля АУДИ Q7 г/н 

<

***> при обстоятельствах, изложенных в предоставленных материалах в результате ДТП 03.10.2018 г. с участием автомобиля КАМАЗ-5410 г/н номер 

<

***>?».

Согласно Акту экспертного исследования № 01/19 от 18.01.2019, составленного ООО Компания «НОВОЭКС»,  повреждения автомобиля АУДИ Q7, г/н 

<

***> могли образоваться при обстоятельствах, изложенных в предоставленных материалах в результате ДТП 03.10.2018 с участием автомобиля КАМАЗ-5410, г/н номер 

<

***>.

Основываясь на выводах указанной  независимой экспертизы, 30.01.2019 истец обратился в СПАО «РЕСО-Гарантия» с  досудебной претензией, с требованием произвести полную страховую выплату в соответствии с выводами приложенной к претензии независимой экспертизы об определении стоимости восстановления повреждённого в ДТП транспортного средства, а также возместить все истцу понесенные им расходы.

Письмом № 3276/133 от 31.01.2019 ответчик указал, что проверка по представленным документам не выявила оснований для пересмотра принятого им ранее решения об отказе в выплате страхового возмещения.

Согласно п. 19 ст. 12 Закона об ОСАГО к указанным в подпункте "б" пункта 18 настоящей статьи расходам относятся также расходы на материалы и запасные части, необходимые для восстановительного ремонта, расходы на оплату работ, связанных с таким ремонтом.

В исковом заявлении истец указал, что в связи с наступившим страховым случаем он  понес дополнительные расходы, связанные с оплатой оказанных ООО Компания «НОВОЭКС» информационно-консультационных услуг в размере 1 500 рублей 00 копеек.

03.12.2018  платежным поручением № 247 ООО Компания «НОВОЭКС» истцом была перечислена сумма за оказанные услуги в размере 11 000,00 рублей (9 500 рублей за проведение независимой экспертизы, 1 500 рублей за информационно-консультационные услуги).

Также истец ссылается, что из-за частых командировок и необходимости использования служебного автомобиля, истец заключил договор аренды автомобиля № 53 от 01.12.2018  с ФИО7 Согласно п. 4.1 данного договора арендная плата составляет 72 000,00 рублей в месяц. 

Расходы по аренде автомобиля составили 288 000  рублей 00 копеек  (расходные кассовые ордера № 59 от 17.12.2018 г., № 3 от 15.01.2019, № 12 от 15.02.2019, № 15 от 15.03.2019).

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец просит взыскать с СПАО «РЕСО-Гарантия» страховое возмещение в размере 400 000, 00 рублей, расходы на оплату независимой экспертизы в размере 9 500 рублей 00 копеек, расходы на составление досудебной претензии в размере 1 500 рублей 00 копеек и расходы (убытки) по договору аренды автомобиля №53 от 01.12.2018 в размере 288 000 рублей 00 копеек.

СПАО «РЕСО-Гарантия» в отзыве на исковое заявление просит в удовлетворении иска отказать, ссылаясь на то, что в ходе проверки заявления ООО «Новые технологии»  о выплате страхового возмещения, заявленного по факту  спорного ДТП, произошедшего 03.10.2018  с участием автомобилей КАМА35410, г/н С886НК154 под управлением ФИО5 и Ауди Q7, г/н 

<

***> под управлением ФИО4 (собственник - ООО «Новые технологии», гражданская ответственность которого застрахована в компании ответчика по полису ЕЕЕ 1011018060), страховая компания произвела 29.10.2018  осмотр  автомобиля Ауди Q7, г/н 

<

***> при личном участии представителя страхователя.

На основании представленных страхователем документов и акта осмотра от 29.10.2018, ответчиком была проведена независимая экспертиза в ООО «Конэкс-Центр», выводы которой категоричны - заявленные повреждения Ауди Q7, г/н 

<

***> не могли образоваться при обстоятельствах ДТП 03.10.2018.

На основании этого заявителю было отказано в страховой выплате.

В ходе рассмотрения настоящего дела стороны настаивали на своих правовых позициях по делу, полагаясь при этом на выводах тех экспертиз, которые были ими получены в досудебном порядке.

Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Судом на обсуждение сторон был вынесен вопрос о проведении по делу судебной автотехнической,  трасологической экспертизы по определению механизма дорожно-транспортного происшествия и стоимости восстановительного ремонта поврежденного транспортного средства.

Заслушав пояснения представителей сторон, учитывая необходимость в назначении по делу судебной автотехнической, трасологической  экспертизы по определению механизма ДТП и стоимости восстановительного ремонта, поврежденного транспортного средства, автомобиля Ауди Q7, государственный номер 

<

***> арбитражный суд определением от 03.07.2019 назначил по делу указанную экспертизу с  поручением ее проведения Федеральному бюджетному учреждению Сибирский региональный центр Судебной экспертизы Министерства юстиции РФ, из числа экспертов, имеющих необходимую квалификацию и сертификаты соответствия РФЦСЭ, в том числе по специальностям «Исследование обстоятельств дорожно-транспортного происшествия», «Исследование следов на транспортных средствах и месте дорожно-транспортного происшествия (транспортно-трасологическая диагностика)».

Перед государственным экспертным учреждением были поставлены следующие вопросы:

- определить механизм дорожно-транспортного происшествия, имевшего место 03.10.2018 по адресу: Новосибирская область, с. Ленинское – 

<

...> км трассы, с участием транспортного средства Камаз 3540, государственный номер С886НК54 и Ауди Q7, государственный номер 

<

***> при этом определить, могли ли повреждения автомобиля Ауди Q7, государственный номер 

<

***> образоваться при обстоятельствах, зафиксированных в материалах административного дела по факту ДТП от 03.10.2018;

- с учетом ответа на 1-й вопрос определить, какова стоимость восстановительного ремонта транспортного средства Ауди Q7, государственный номер 

<

***> без учета и с учетом износа на дату ДТП 03.10.2018 в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, если ремонт поврежденного транспортного средства нецелесообразен, определить рыночную стоимость транспортного средства Ауди Q7, государственный номер 

<

***> на дату ДТП и стоимость годных остатков транспортного средства.

В распоряжение государственного экспертного учреждения был предоставлен СД-диск с фотографиями поврежденного автомобиля и копии административных материалов ГИБДД, переданных по запросу суда в рассматриваемое дело Главным управлением МВД России по Новосибирской  области.

При этом, в определении о назначении судебной экспертизы арбитражный суд указал обществу с ограниченной ответственностью «Новые технологии» на необходимость обеспечить доступ эксперту к поврежденному автомобилю Ауди Q7, государственный номер 

<

***> для его осмотра.

02.09.2019 от эксперта Федерального бюджетного учреждения Сибирский региональный центр Судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО8  поступило ходатайство об обеспечении возможности осмотра поврежденных в ДТП 03.10.2018 автомобилей «Ауди Q7» и Камаз 5410, в том состоянии, в котором они находились на момент столкновения.

В судебном заседании  по рассмотрению заявления эксперта ФБУ СРЦ Судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО8, представитель истца пояснила, что автомобиль Ауди Q7 №

<

***> на осмотр эксперту представлен быть не может в связи с его продажей третьему лицу.

По ходатайству представителя истца к материалам дела приобщена копия договора купли-продажи автомобиля Ауди Q7 №

<

***> от 28.06.2019, заключенного между ООО «Новые технологии» и ФИО9, а также копия акта приема-передачи к указанному договору.

07.11.2019 в материалы дела поступило заключение эксперта ФБУ СРЦ Судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации ФИО8 № 1477/7-3, 1478/7-3 от 31.10.2019.

Согласно статье 64 АПК РФ заключения экспертов относятся к доказательствам, на основании которых арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела.

В силу статьи 65 АПК РФ заключение экспертизы является средством доказывания обстоятельств, имеющих существенное значение для разрешения спора.

В соответствии с ч. 1 ст. 86 АПК РФ на основании проведенных исследований и с учетом их результатов эксперт от своего имени или комиссия экспертов дает заключение в письменной форме и подписывает его. 

Заключение эксперта в соответствии с ч. 3 ст. 86 АПК РФ было оглашено  в судебном заседании и непосредственно исследовано судом в порядке, предусмотренном ст. 71 АПК РФ.

Из представленного экспертного заключения следует, что при проведении экспертизы для ответа на поставленные судом вопросы эксперт принял во внимание обстоятельства происшествия – ДТП, произошедшего  03.10.2018 года в 22 часа 30 минут в Новосибирской области, на  автодороге с. Ленинское - 

<

...> км. трассы, с участием  транспортных средств - автомобиля марки Ауди Q7, государственный регистрационный номер 

<

***> под управлением водителя ФИО4 и автомобиля марки КАМАЗ-5410, государственный регистрационный номер 

<

***> под управлением водителя ФИО5

Поскольку поврежденные автомобили на исследование эксперту представлены не были ввиду отчуждения истцом автомобиля Ауди Q7 и восстановления автомобиля КАМАЗ, эксперт провел исследование повреждений, отображенных на фотографиях, представленных на оптическом диске с подробной фиксацией  этих повреждений в исследовательской части экспертного заключения.

Экспертом был исследован вид, локализация и направление образования повреждений, отображенных на фотографиях автомобилей Ауди Q7 и КамАЗ-5410 с учетом сведений административного материала, копии которого в электронном виде были представлены эксперту  на исследование, 

В ходе анализа обстоятельств ДТП  и исследования административного материала (в т.ч. схемы ДТП, объяснений водителей) экспертом установлено,  что местом рассматриваемого дорожно-транспортного происшествия является участок автодороги с. Ленинское - с. Верх-Тула НСО. ДТП произошло в результате того, что водитель автомобиля КамАЗ-5410, начав движение и выезжая с правой обочины на дорогу, не убедившись в безопасности маневра, создал помеху для движущегося по дороге прямо в попутном направлении автомобиля «Ауди Q7», совершив с ним столкновение, в результате которого автомобиль «Ауди Q7» совершил съезд в кювет (со слов водителя выкинуло вниз с обочины), справа по ходу движения, и наезд на деревья.

Фрагмент схемы к протоколу осмотра ДТП показал, что на схеме и фотографиях с места происшествия отображено конечное расположение ТС относительно границы проезжей части, направления движения ТС перед столкновением, место столкновения автомобилей и места наезда автомобиля Ауди Q7 на деревья. При этом экспертом установлено, что  автомобиль КамАЗ-5410 стоит на правом крае проезжей части, сплошная линия разметки, обозначающая этот край, проходит вдоль автомобиля между его колесами; автомобиль повернут влево, его задняя ось расположена справа на расстоянии 1,0 м, а передняя ось слева - на расстоянии 1,5 м от края проезжей части. Место столкновения автомобилей расположено на полосе движения автомобиля Ауди Q7, на расстоянии 2,0 м от края проезжей части и 0,3 м от передней оси автомобиля КамАЗ-5410. Автомобиль Ауди Q7 стоит за пределами дороги, справа по ходу движения, на расстоянии 28,3 м и 29,4 м от его задней и передней осей до края проезжей части. Место первого наезда автомобиля Ауди Q7 на дерево, расположено на расстоянии 5,0 м от края проезжей части и ~ 22,0 м в продольном направлении от места столкновения автомобилей, при этом дерево расположено слева от места наезда. Место наезда автомобиля Ауди Q7 на второе дерево, расположено на расстоянии 31,8 м от края проезжей части и 33,0 м в продольном направлении от места наезда на первое дерево, при этом второе дерево расположено перед автомобилем (спереди от места наезда). Наличие на проезжей части следов скольжения колес ТС, отделившихся от ТС при столкновении частиц или фрагментов деталей, потеков технических жидкостей на схеме не зафиксировано.

 Также экспертом были исследованы конечное положение автомобиля «Ауди Q7» и вещная обстановка на месте происшествия с фиксацией места расположения автомобиля Ауди Q7 и его фрагментов, при этом в экспертном заключении отражено, что трава и кустарники позади автомобиля Ауди Q7 по направлению его съезда с дороги примяты, образуя дорожку между автомобилем и краем проезжей части. Первое (условно) дерево расположено слева от этой дорожки, его ствол имеет круглую форму, расположен в вертикальной плоскости и немного наклонен влево, в сторону от дорожки. Второе (условно) дерево расположено спереди справа от автомобиля «Ауди Q7», имеет круглую форму ствола и наклонено немного влево от автомобиля. На нижней части ствола дерева, обращенной к автомобилю, у поверхности земли имеется примятость или притертость коры коричневого цвета. На расположенных рядом деревьях меньшего диаметра имеются срезы коры, как на стороне, обращенной к автомобилю, так и с обратной стороны. Автомобиль Ауди Q7 в конечном положении расположен на некотором расстоянии от дерева, его кузов наклонен вправо, переднее правое колесо находится в углублении в земле, а передний бампер упирается в земляной вал.

В соответствии с обстоятельствами ДТП, зафиксированными в административном материале и указанными в объяснениях его участников (направлением движения, перемещением ТС относительного друг друга в процессе сближения, местом столкновения и конечным положением),  эксперт отметил, что автомобиль КамАЗ-5410, выезжая с правой обочины на проезжую часть должен был передней левой угловой частью контактировать с правой боковой частью движущегося сзади наперед и слева направо относительно него автомобиля Ауди Q7.

Как указал эксперт,  столкновение этих ТС согласно заявленным обстоятельствам классифицируется как: по направлению движения: перекрестное (движение ТС непараллельными курсами); по характеру взаимного сближения: попутное; по относительному расположению продольных осей: косое (когда продольные оси ТС располагались друг к другу под углом отличным от 90°);  по характеру взаимодействия при ударе: скользящее.

По признакам, характеризующим механизм столкновения индивидуально для каждого ТС, оно классифицируется как: эксцентричное левое переднее угловое для автомобиля КамАЗ-5410; правое боковое для автомобиля Ауди Q7.

По утверждению эксперта, при этом на контактировавших участках автомобилей должны были остаться следы контактного взаимодействия, полностью или частично, либо в преобразованном виде отображающие внешнее строение и положение относительно опорной поверхности контактных участков следообразующих частей. В результате столкновения с автомобилем КамАЗ-5410 автомобиль Ауди Q7 при заявленных обстоятельствах должно было развернуть по часовой стрелке и он должен был съехать с дороги вправо по ходу движения (со слов водителя выкинуть), далее автомобиль процессе движения, удаляясь от дороги, должен был сначала контактировать с дерево расположенным слева от него, а затем совершить наезд на другое дерево, расположение спереди справа от него.

Далее по полученным данным с использованием масштабных чертежей автомобиля экспертом было произведено их макетное сопоставление по повреждениям, при этом учитывались вид, локализация, форма, высота расположения и направление образования повреждений, удалённость следообразующих частей на автомобилях относительно опорной поверхности и от габаритных точек, взаимопереходящие следы.

 Сопоставляя автомобили по повреждениям, исходя из вида, формы, размеров, локализации, степени выраженности (глубины, интенсивности), направления образования и положения относительно опорной поверхности повреждений, конструктивных особенностей автомобилей и сравнивая механизм образования повреждений на ТС с обстоятельствами ДТП, указанными в административном материале, эксперт установил следующие обстоятельства и механизм ДТП.

Из обстоятельств ДТП, указанных в административном материале (в т.ч. в объяснениях водителей и отраженных на схеме), столкновение автомобилей происходило в процессе их движения в попутном перекрестном направлении задней правой боковой частью автомобиля Ауди Q7 с передней левой угловой частью автомобиля КамАЗ-5410. В результате столкновения автомобиль Ауди Q7 развернуло и он съехал с дороги в кювет справа по ходу движения. В результате такого столкновения двух ТС на их контактировавших участках помимо следов давления остаются динамические следы скольжения в виде горизонтальных царапин и трасс, наслоений (отслоений), отображающие в преобразованном виде внешнее строение следообразующих частей, сопоставимые по высоте, ширине перекрытия и положению относительно опорной поверхности. На задней правой боковой части автомобиля Ауди Q7 имеются динамические следы, однако, они не соответствуют тем выступающим элементам передней левой угловой части автомобиля КамАЗ-5410, при контакте с которым они могли образоваться. 

Различия экспертом установлены по следующим признакам. 

Так при заявленных обстоятельствах столкновения, элементы правой боковой части автомобиля Ауди Q7 в первую очередь должны были контактировать с передним левым колесом автомобиля КамАЗ-5410, вывернутым влево для осуществления выезда автомобиля с обочины на дорогу в начале движения и выступающим за габариты автомобиля. При этом на поверхностях задней правой двери, задней правой боковины и правой боковой части заднего бампера автомобиля Ауди Q7 должны были остаться следы контактного взаимодействия с шиной этого колеса в виде притертостей с наслоениями частиц вещества черного цвета (резины). Однако, на правой боковой части автомобиля Ауди Q7 такие следы отсутствуют. Кроме того, при взаимодействии правой боковой части автомобиля Ауди Q7 с левой кромкой переднего бампера автомобиля КамАЗ-5410 (в результате чего левую часть бампера загнуло в направлении сзади наперед), которое происходило в процессе взаимного сближения ТС, передний бампер внедряясь в элементы правой боковой части автомобиля Ауди Q7 на глубину, достаточную для образования разрыва на задней правой боковине, должен был оставить следы на диске и шине заднего правого колеса в виде горизонтальных царапин, при этом не оставив следы на правой боковой части заднего бампера автомобиля Ауди Q7, учитывая, что разрыв на боковине заканчивается до бампера, что не соответствует повреждениям на автомобиле Ауди Q7.

След скольжения на верхних частях правых дверей автомобиля Ауди Q7 в виде сдвоенной царапины по высоте расположения примерно сопоставимы с нижней угловой частью левого обтекателя кабины автомобиля КамАЗ-5410. Однако, при скользящем взаимодействии дверей с обтекателем, его нижний угол должен был оставить динамический след в виде одинарной царапины, ширина которой зависит от глубины внедрения обтекателя в панели дверей. Кроме того, учитывая конструктивные особенности дверей и обтекателя, при заявленных обстоятельствах столкновения на дверях в первую очередь остались бы следы контакта с обтекателем на их выступающих ребрах жесткости, расположенных над царапиной, что не соответствует состоянию поверхностей дверей автомобиля Ауди Q7 на месте происшествия.

Таким образом, сопоставлением автомобилей Ауди Q7 и КамАЗ-5410 по заявленным на них повреждениям экспертом было установлено отсутствие на следообразующем и следовоспринимающем объектах взаимопереходящих следов и контактных пар, сопоставимых по виду, форме, размерам и высоте расположения, имеющиеся на правой боковой части автомобиля Ауди Q7 следы контактного взаимодействия не отображают внешнее строение контактировавшего участка передней левой угловой части автомобиля КамАЗ-5410 и не образуют необходимый и достаточный комплекс признаков, позволяющий говорить о том, что данные следы могли быть образованы в рассматриваемом ДТП в результате столкновения этих ТС при указанных в административном материале обстоятельствах. Следовательно, по утверждению эксперта, съезд автомобиля Ауди Q7 с дороги в кювет является не следствием его столкновения с автомобилем КамАЗ-5410, а может быть обусловлен только действиями самого водителя этого ТС (либо третьих лиц).

Как указал эксперт, съехав с дороги в кювет автомобиль Ауди Q7, в соответствии с заявленными обстоятельствами, схемой и обстановкой на месте происшествия, должен был в процессе движения сначала контактировать левой боковой частью с первым (условно) деревом. В результате скользящего взаимодействия на контактировавших участках автомобиля и дерева должны были остаться динамические следы в виде горизонтально ориентированных притертостей, царапин, задиров, наслоений (отслоений). При этом, учитывая, что ствол дерева, расположенного слева от траектории движения автомобиля, наклонен влево от поверхности земли и образует с ней тупой угол, наиболее существенные повреждения на автомобиле Ауди Q7 должны были образоваться на нижней его части, где наиболее выступающим элементом является подножка. Однако, наиболее существенные повреждения левой стороны автомобиля Ауди Q7 расположены на верхней его части (левой части крыши, верхней части боковины и лобовом стекле), вид, локализация и направление образования которых с технической точки зрения исключают возможность их образования в результате контакта с вертикально стоящим и наклоненным деревом. Кроме того, повреждения на задней левой двери и задней левой боковине в виде вмятин и царапин носят локальный характер и образованы в результате воздействия тупых твердых предметов (выступающих частей другого ТС, препятствия) в направлении слева направо и вдоль боковой поверхности. Данные повреждения не могли образоваться при скользящем взаимодействии со стволом дерева, о чем свидетельствует отсутствие на его стороне, обращенной к автомобилю, каких-либо выступающих частей.

Следуя заявленным обстоятельствам происшествия, эксперт делает вывод о том, что далее автомобиль «Ауди Q7», проехав некоторое расстояние, совершил наезд на другое дерево, стоящее по направлению его движения спереди справа. В результате на передней части автомобиля должны были остаться объемные статические следы удара (давления), характерные для блокирующего столкновения, отображающие форму и размеры ствола дерева, а также его положение относительно опорной поверхности и наклон. На передней правой угловой части автомобиля имеются объемные статические следы в виде обширной вмятины, разрывов, заломов и складок, образованные в результате воздействия тупого твердого предмета на эту часть автомобиля в направлении спереди назад и несколько снизу вверх. 

Исследование механизма ДТП показало, что  данные следы не могли образоваться при контакте со стволом дерева, зафиксированного на схеме и фотографиях с места происшествия, по следующим причинам: 

-автомобиль, заехав передним правым колесом в углубление на поверхности земли, уперся передним бампером в земляной вал и остановился в конечном положении на некотором расстоянии от дерева, не контактируя с ним; 

-в результате предполагаемого столкновения с деревом первичный контакт должен был происходить с передним бампером автомобиля, являющимся наиболее выступающим элементом его передней части, а учитывая глубину внедрения следообразующего предмета в переднюю часть автомобиля (до переднего правого колеса), на переднем бампере должны были образоваться более существенные повреждения в виде глубокой деформации, разрывов или его разрушения, что не соответствует техническому состоянию бампера, у которого над правой решеткой напротив вмятины на капоте отсутствуют какие-либо повреждения;

 -учитывая перемещение автомобиля после съезда с дороги в кювет под уклон и взаимное расположение продольных осей автомобиля и ствола дерева на месте происшествия под острым углом, деформация составных частей кузова автомобиля при столкновении с деревом была бы направлена сверху вниз, что не соответствует действительному направлению вектора воздействующей силы, приложенной к поврежденным деталям (снизу вверх).

         При ответе на поставленный судом вопрос эксперт также учел, что в перечне поврежденных в ДТП 03.10.2018 деталей автомобиля Ауди Q7 указан диск заднего правого колеса, который на осмотр представлен демонтированным; обод этого колеса с внутренней стороны имеет повреждение в виде глубокого загиба закраины снаружи к центру колеса, через которое имеется доступ во внутреннюю полость бескамерной шины, при этом на фотографиях с места происшествия колеса автомобиля, и в частности заднее правое колесо, не разгерметизированы.

В результате проведенного по материалам дела исследования повреждений на транспортных средствах, следов и обстановки на месте происшествия, отраженных на фотографиях и зафиксированных в административном материале, эксперт пришел к выводу о том, что  имеющиеся на автомобиле Ауди Q7, г/н 

<

***> механические повреждения не могли образоваться в дорожно-транспортном происшествии 03.10.2018, при обстоятельствах, указанных в административном материале (в т.ч. зафиксированных на схеме и в объяснениях водителей), в результате столкновения с автомобилем КамАЗ-5410, г/н С884НК154, и наезда на деревья.

      В связи с тем, что причинно-следственная связь образования повреждений на автомобиле Ауди Q7, государственный регистрационный знак 

<

***> с дорожно-транспортным происшествием 03.10.2018 не установлена, то определить механизм ДТП не представляется возможным (механизм дорожно-транспортного происшествия - это комплекс связанных объективными закономерностями обстоятельств,  определяющих процесс сближения транспортных средств перед столкновением, их взаимодействие в процессе удара и последующее движение до остановки).

Так как в процессе исследования причинно-следственная связь образования повреждений на автомобиле Ауди Q7 с дорожно-транспортным происшествием 03.10.2018 не установлена, то стоимость его восстановительного ремонта по устранению повреждений, которые моли быть им получены в результате данного ДТП, рыночная стоимость данного транспортного средства на момент ДТП, целесообразность проведения восстановительного ремонта и стоимость годных остатков экспертом не определялись.

Проанализировав представленное государственным экспертом экспертное заключение, арбитражный суд считает, что заключение оформлено в соответствии с требованиями ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в нем отражены все предусмотренные ч. 2 ст. 86 АПК РФ сведения. В экспертном заключении содержатся ответы на поставленные судом вопросы, заключение мотивировано, выводы эксперта предельно ясны, обоснованы исследованными им обстоятельствами, содержат ссылки на представленные судом для производства экспертизы доказательства.        

Экспертом ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России была произведена надлежащая оценка заявленных повреждений автомобилей-участников ДТП 03.10.2018, детально проанализированы обстоятельства данного ДТП, проведено сравнительное исследование на основе макетного исследования транспортных средств. Каких-либо противоречий в выводах эксперта не имеется. 

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Таким образом, заключение ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России является допустимым, относимым, достоверным доказательством, содержащим мотивированные ответы на все поставленные перед экспертом вопросы.

Кроме того, выводы эксперта ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России объективно подтверждаются всей совокупностью собранных по делу доказательств, в том числе, заключением ООО «Конэкс-Центр».

Сведения, содержащиеся в экспертном заключении, документально истцом не опровергнуты (ст. 65 АПК РФ).

Само по себе несогласие истца с выводами судебной экспертизы, а также наличие у него сомнений в обоснованности заключения эксперта не свидетельствуют о его недостоверности.

Не соглашаясь с выводами экспертного заключения, истец заявил ходатайство о проведении по делу повторной судебной автотехнической, трасологической экспертизы. 

В соответствии с п. 2 ст. 87 АПК РФ в случае возникновения сомнений в обоснованности заключения эксперта или наличия противоречий в выводах эксперта или комиссии экспертов по тем же вопросам может быть назначена повторная экспертиза, проведение которой поручается другому эксперту или другой комиссии экспертов.

Между тем, ходатайство истца не содержит как указания на то, по каким причинам истец полагает заключение эксперта ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России недостоверным, так и указания на то, какие именно противоречия имеются в заключении эксперта, в обоснование ходатайства представитель истца сослался на обстоятельства, которые он ошибочно полагает нарушениями при проведении экспертизы, не являющиеся основаниями для назначения повторной экспертизы.

Доводы истца о том, что экспертом не были исследованы все повреждения автомобилей Ауди Q7 и Камаз-5410 заявлены в прямом противоречии с исследовательской частью судебной  экспертизы, так как исследование данных обстоятельств подробно отражено в разделе «Исследование», части 1 «Исследование повреждений» (стр. 3-13).

Довод истца о том, что экспертом не была исследована схема ДТП, также противоречит части 2 экспертного исследования «Анализ обстоятельств ДТП» (стр. 13-16 заключения). 

При проведении исследования экспертом было произведено сравнительное исследование  полученных данных с использованием масштабных чертежей автомобилей и произведено их макетное сопоставление с заявленными повреждениями, что опровергает доводы истца о том, что экспертное заключение не содержит  проверки взаимозависимости повреждений на транспортных средствах с использованием методов транспортной трасологии. 

На стр. 17 заключения имеется составленной экспертом рисунок, с помощью которого эксперт  произвел сопоставление указанных автомобилей при трех режимах работы пневмоподвески автомобиля Ауди Q7 в базовом, поднятом и динамичном режиме с определением локализации динамических следов на правой боковой части  автомобиля Ауди Q7 и составлением проекции переднего бампера автомобиля Камаз-5410 на боковую часть автомобиля Ауди Q7.

Указанное обстоятельство опровергает довод истца о том, что эксперт не исследовал режимы работы пневмоподвески автомобиля Ауди Q7.

Также, вопреки доводам истца о том, что экспертом не  был учтен рельеф на месте ДТП, анализ  указанных обстоятельств отражен на стр. 17-20 экспертного заключения.

Поскольку заключение эксперта ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России соответствует требованиям ст. 82 АПК РФ, Федерального закона№ 73-ФЗ "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации", содержит подробное описание проведенного исследования, отражает результаты исследования с указанием примененных методов, содержит  конкретные ответы на поставленные судом вопросы, заключение не допускает неоднозначного его толкования а, следовательно, является достоверным и допустимым доказательством,  арбитражный суд отклонил ходатайство истца о назначении по делу повторной судебной экспертизы.

При имеющихся по делу обстоятельствах, учитывая выводы экспертного заключения о том, что повреждения на автомобиле «Ауди Q7», государственный регистрационный знак 

<

***> не могли быть образованы в дорожно-транспортном происшествии 03.10.2018 и эти повреждение не являются результатом столкновения с автомобилем КамАЗ-5410, государственный регистрационный знак С884НК154, и наезда на деревья при обстоятельствах, указанных в административном материале, следует констатировать, что  отказ ответчика в выплате страхового возмещения на основании отсутствия наступления факта страхового случая был произведен правомерно.  

Истец же не представил в материалы дела достоверных доказательств, свидетельствующих о наступлении заявленного им страхового случая.

Указанные обстоятельства являются основанием для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании с ответчика страхового возмещения в виде стоимости восстановительного ремонта транспортного средства, расходов на проведение досудебной экспертизы, иных расходов, связанных с арендой другого транспортного средства.

Судебные расходы по проведенной по делу ФБУ Сибирский РЦСЭ Минюста России экспертизе, а также расходы по уплаченной по иску государственной пошлине подлежат отнесению на истца  в порядке ст. ст. 106, ч. 1 ст. 110 АПК РФ.

Руководствуясь ст.ст. 110, 167-176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд 

РЕШИЛ:

в удовлетворении иска отказать.

Судебные расходы по государственной пошлине по иску и по проведенной по делу судебной экспертизе отнести на общество с ограниченной ответственностью «Новые технологии».

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу страхового публичного акционерного общества «РЕСО-Гарантия» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 12 000 рублей 00 копеек расходов по судебной экспертизе.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Новые технологии» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в пользу Федерального бюджетного учреждения Сибирский региональный центр Судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) 1 160 рублей 00 копеек расходов по судебной экспертизе.

Перечислить Федеральному бюджетному учреждению Сибирский региональный центр Судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области денежные средства за проведение судебной экспертизы в размере 35 000 рублей 00 копеек.

Исполнительные листы выдать после вступления решения в законную силу.

Решение, не вступившее в законную силу, может быть обжаловано в течение месяца после его принятия в Седьмой арбитражный апелляционный суд.

Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу в Арбитражный  суд Западно-Сибирского округа при условии, что  оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал  в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через  Арбитражный суд Новосибирской области.

Судья                                                         И.В. Лузарева