СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-12777/2024-АК

г. Пермь

16 января 2025 года

Дело № А60-2733/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2025 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 января 2025 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:председательствующего Иксановой Э.С.,

судей                               Чепурченко О.Н., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Янаевой А.А., 

в отсутствие лиц, участвующих в деле: не явились

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

в связи с неявкой лиц, участвующих в деле, аудиопротоколирование судебного заседания не ведется,

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу

финансового управляющего ФИО1

на определение Арбитражного суда Свердловской области 

от 24 октября 2024 года 

об отказе  в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании сделок должника с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 недействительными,

вынесенное в рамках дела № А60-2733/2023

о признании ФИО7 (ИНН 

<

***>) несостоятельным (банкротом),

установил:

определением от 06.02.2023 принято к производству заявление ФИО8 о признании ФИО7 (далее также – должник) несостоятельным (банкротом).

 Определением от 19.05.2023 (резолютивная часть от 12.05.2023) введена процедура реструктуризации долгов должника, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1. 

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №93(7538) от 27.05.2023, ЕФРСБ - сообщение №11555286 от 24.05.2023.

Решением от 11.09.2023 (резолютивная часть от 04.09.2023) введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1 (далее – финансовый управляющий).

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №172(7617) от 16.09.2023.

21.06.2024 посредством системы «Мой Арбитр» в суд поступило заявление финансового управляющего о признании сделки должника с ФИО2 недействительной. 

Определением от 24.06.2024 заявление принято к производству.

21.06.2024 посредством системы «Мой Арбитр» в суд поступило заявление финансового управляющего о признании сделки должника со ФИО3 недействительной. 

Определением от 24.06.2024 заявление принято к производству.

02.05.2024 посредством системы «Мой Арбитр» в суд поступило заявление финансового управляющего о признании сделки должника с ФИО4 недействительной.

Определением от 03.05.2024 заявление принято к производству.

21.06.2024 посредством системы «Мой Арбитр» в суд поступило заявление финансового управляющего о признании сделки должника с ФИО5 недействительной. 

Определением от 24.06.2024 заявление принято к производству.

17.05.2024 посредством системы «Мой Арбитр» в суд поступило заявление ФИО1 о признании сделки должника с ФИО6 недействительной. 

Определением от 30.07.2024 заявление принято к производству.

Определением от 24.09.2024 в порядке ч. 2 ст. 130 АПК РФ заявления управляющего о признании недействительными сделок должника с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 24.10.2024 в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными сделок должника с ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 отказано.

Финансовый управляющий, не согласившись с вынесенным определением, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, требования финансового управляющего о признании сделок недействительными удовлетворить. 

В обоснование апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на то, что материалы дела не содержат доказательств того, что оспариваемые сделки (платежи) являлись или могли являться сделками, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога); препятствий для оспаривания сделок по п. 1 ст. 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) не имеется; доказательств аффилированности в данном случае не требуется; неравноценность встречного исполнения доказана финансовым управляющим. Материалы дела не содержат доказательств того, что заинтересованные лица являются пострадавшими от незаконных действий должника, потерпевшими в рамках уголовного дела они не были признаны; потерпевшими были признаны иные лица, от требований об оспаривании платежей с которыми финансовый управляющий заявил отказ. Ссылка суда на получение заявителем по делу о банкротстве ФИО8 от должника денежных сумм не препятствует оспариванию сделок, так как у должника имеются иные кредиторы: ПАО «Сбербанк России», ООО «Перитум», чьи права нарушены оспариваемым судебным актом. 

Отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле, до начала судебного разбирательства не поступило. 

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке ч. 3 ст. 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела, приговором Октябрьского районного суда гор. Екатеринбурга от 03.06.2024 по делу № 1-20/24 ФИО7 осужден на срок 5 лет и 6 месяцев колонии. 

Данное уголовное дело возбуждено в связи с тем, что ФИО7 в период 2019 – 2022 осуществлял преступную деятельность, направленную на привлечение займов у физических и юридических лиц, не имея возможности осуществить возврат за счет собственных средств (по модели «финансовой пирамиды»). 

В соответствии с обвинительным заключением по уголовному делу уголовному делу № 12201650001000329 от 28.04.2023 в отношении ФИО7 потерпевшими в результате его действий являются физические и юридические лица, в том числе ФИО8 (заявитель по делу о банкротстве), ФИО9 (руководитель ООО «Уралэнерегосвязь», ИНН 

<

***>), ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО12, ФИО14, ФИО15, ФИО16, ФИО17, ФИО18 

В рамках рассмотрения уголовного дела в отношении ФИО7 по факту совершения преступления, предусмотренного ст. 159 УК РФ, установлено, что ФИО7 осуществлял спланированную (умышленную) деятельность, направленную на хищение денежных средств у физических и юридических лиц под видом финансирования деятельности ООО «СРР» по поставкам электрооборудования в адрес АО «ЕЭСК». Денежные средства привлекались ФИО7 под видом займов, оформляемых от лица ООО «СРР» и от собственного имени ФИО7 

ФИО7 в целях создания видимости гражданско-правовых отношений и в целях хищения в максимально возможном размере производил частичный возврат денежных средств в зависимости от степени активности потерпевших. Деятельность ФИО7 и ООО «СРР» охватывалась единым умыслом ФИО7, направленным на хищение денежных средств у физических и юридических лиц (потерпевших). 

Таким образом, ФИО7 в рамках разработанного преступного плана в отношении каждого из потерпевших осуществлял действия, направленные на частичное возвращение произведенного финансирования для того, чтобы предупредить (отсрочить) момент обращения потерпевших в правоохранительные органы и создать видимость исполнения принимаемых обязательств. 

В рамках указанной деятельности ФИО7 в период с 16.02.2022 по 12.03.2022 со своих счетов, открытых в ПАО «Сбербанк России», перечислил в пользу ФИО2 в общей сумме 733 500 руб., в пользу ФИО3 – 50 000 руб., в пользу ФИО4 – 50 000 руб., в пользу ФИО5 – 50 000 руб., в пользу ФИО6 – 300 000 руб.

Ссылаясь на то, что данные платежи являются безвозмездными сделками (должник не передал финансовому управляющему документы, отражающие его экономическую деятельность, контрагенты не предоставили договоры или документы, о выполненных работах, оказанных услугах в счет произведенных платежей); оспариваемые сделки привели к уменьшению конкурсной массы должника и причинению ущерба кредиторам и должнику, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании платежей должника, совершенных в феврале-марте 2022 года в пользу ФИО2 в общей сумме 733 500 руб., в марте 2022 года в пользу ФИО3 в сумме 50 000 руб., в феврале-марте 2022 года в пользу ФИО4 в сумме 50 000 руб. (с учетом уточнения, принятого судом в порядке ст. 49 АПК РФ), в феврале 2022 года в пользу ФИО5 в сумме 50 000 руб., в феврале 2022 года в пользу ФИО6 в сумме 300 000 руб., недействительными, применении последствий недействительности сделок в виде взыскания с ФИО2 733 500 руб., со ФИО3 – 50 000 руб., с ФИО4 – 50 000 руб., с ФИО5 – 50 000 руб., с ФИО6 – 300 000 руб. 

В качестве правового обоснования заявленных требований финансовый управляющий сослался на п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из того, что данные платежи должника не могут быть оспорены на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве; управляющим не  доказана совокупность всех обстоятельств, необходимая для признания сделок недействительными по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве; не доказано знание другой стороны сделки о цели причинить вред имущественным правам кредиторов; ответчики не связаны с должником отношениями, охватывающимися понятием «аффилированность», не являются заинтересованными лицами по ст. 19 Закона о банкротстве; оснований квалифицировать данную сделку как недействительные на основании статей 10, 168 ГК РФ судом не установлено.

Изучив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы,  исследовав имеющиеся в материалах дела доказательства в порядке  ст. 71 АПК РФ, арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены (изменения) обжалуемого судебного акта в связи со следующим.

В соответствии с ч. 1 ст. 223 АПК РФ, п. 1 ст. 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Согласно п. 1 ст. 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Пунктом 7 ст. 213.9 Закона о банкротстве предусмотрено, что финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным ст. 61.2 и 61.3 данного Федерального закона, а также сделок, совершенных с нарушением указанного Федерального закона.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (п. 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве).

В силу п. 3 ст. 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в ст. 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона основаниям подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве гражданина, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве гражданина независимо от состава лиц, участвующих в данной сделке.

В соответствии с п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или иными лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными по правилам Гражданского кодекса Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, установленном Законом о банкротстве.

Согласно п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). 

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить, в какой период с момента принятия заявления о признании должника банкротом была заключена спорная сделка и имела ли место неравноценность встречного исполнения.

Согласно п. 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63)  в соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. 

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

На основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения.

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (п. 9 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В соответствии с п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в п. 5 Постановления № 63 разъяснил, что п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

При этом при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абз. 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 названного постановления Высший Арбитражный Суд Российской Федерации указал, что согласно абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абз. 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абз. 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статьи 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Таким образом, в предмет доказывания по делам об оспаривании подозрительных сделок должника по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве входят обстоятельства причинения вреда имущественным правам кредиторов, с установлением цели (направленности) сделки, и факт осведомленности другой стороны сделки об указанной цели должника на момент ее совершения.

В п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных ст.61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст. 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке (п. 4 Постановления № 63).

Однако в разъяснениях, содержащихся в п. 4 Постановления № 63, речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок. Закрепленные в ст. 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами ст. 10 ГК РФ, исходя из общеправового принципа "специальный закон отстраняет общий закон", определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

Согласно ч. 1 ст. 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом при рассмотрении спора установлено, что оспариваемые платежи в пользу ФИО2 в общей сумме 733 500 руб., в пользу ФИО3 в сумме 50 000 руб., в пользу ФИО4 в сумме 50 000 руб., в пользу ФИО5 в сумме 50 000 руб., в пользу ФИО6 в сумме 300 000 руб. совершены в период с 16.02.2022 по 12.03.2022, заявление о  признании должника банкротом принято к производству арбитражного суда 06.02.2023, то есть оспариваемые платежи совершены в течение года до принятия к производству заявления о признании должника банкротом, в период подозрительности, установленный пп. 1 и 2 ст.61.2 Закона о банкротстве. 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 19.05.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование ФИО8 в размере 8 375 380 руб. Указанное требование возникло из договора займа от 29.07.2021 г. со сроком возврата до 30.10.2021.

Таким образом, на момент совершения спорных платежей (с 16.02.2022 по 12.03.2022) у должника уже имелось непогашенная задолженность перед ФИО8 на общую сумму 8 375 380 руб. 

Финансовый управляющий, ссылаясь на п. 9 Постановления № 63, согласно которому если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется, указал, что, поскольку спорные платежи произведены в пределах годичного срока для признания опарываемых платежей недействительными предоставление доказательств аффилированности не требуется.

Вместе с тем, в п. 9 Постановления № 63 также указано, что судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как п. 1, так и п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В связи с чем, вопрос о наличии признаков аффилированности должен быть исследован арбитражным судом при проверке недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

С учетом указанного довод финансового управляющего, заявленный в апелляционной жалобе, о том, что доказательств аффилированности в данном случае не требуется, отклоняется как несостоятельный. 

Квалифицирующим признаком, необходимым для признания сделки недействительной по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве является неравноценность встречного исполнении обязательств другой стороной сделки.

 В соответствии с разъяснениями, указанными в п. 8 Постановления № 63, на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве может быть оспорена также сделка, условия которой формально предусматривают равноценное встречное исполнение, однако должнику на момент ее заключения было известно, что у контрагента по сделке нет и не будет имущества, достаточного для осуществления им встречного исполнения. 

Судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи. 

Как указывает финансовый управляющий, в рамках уголовного дела в отношении должника установлено, что после привлечения денежных средств посредством займов ФИО7 в целях создания видимости гражданско-правовых отношений и в целях хищения в максимально возможном размере производил частичный возврат денежных средств.

Учитывая, что оспариваемые перечисления в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5, ФИО6 могли быть произведены в рамках подобных возвратов денежных средств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что данные платежи не могут быть оспорены на основании п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве, поскольку они не предусматривали встречного исполнения другой стороной сделки.  

Доводы финансового управляющего, заявленные в апелляционной жалобе, о том, что отсутствуют доказательства того, что оспариваемые сделки (платежи) являлись или могли являться сделками, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога); препятствий для оспаривания сделок по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве не имеется; материалы дела не содержат доказательств того, что заинтересованные лица являются пострадавшими от незаконных действий должника, потерпевшими в рамках уголовного дела они не были признаны; потерпевшими были признаны иные лица, от требований об оспаривании платежей с которыми финансовый управляющий заявил отказ, отклоняются.

Исходя из обстоятельств ведения должником преступной деятельности, на которые сослался финансовый управляющий, нельзя исключить, что спорные платежи осуществлены в пользу ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 не в рамках мошеннических действий должника. 

В частности, согласно дополнительным пояснениям к заявлению о признании сделки недействительной, представленным финансовым управляющим в материалы дела 11.07.2024, финансовый управляющий указывал и подтверждается протоколом судебного заседания от 29.05.2024, в судебном заседании 29.05.2024 ФИО4 поясняла, что предоставляла денежные средства ФИО7 в долг. 

Само по себе отсутствие у ФИО2, ФИО3, ФИО4, ФИО5 и ФИО6 статуса потерпевших в рамках уголовных дел не свидетельствует о том, что спорные платежи должны были предусматривать встречное исполнение, но оно оказалось неравноценным или вовсе не было предоставлено.  

Заявив о безвозмездности оспариваемых перечислений в обоснование неравноценности встречного исполнения обязательств другой стороной сделки со ссылкой на указанный вид деятельности должника, установленный в рамках уголовного дела, финансовый управляющий по существу сослался на то, что данные платежи сами по себе не могли предусматривать встречное исполнение.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о невозможности оспаривания данных платежей по п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве является правильным.  

В связи с этим довод апеллянта о том, что неравноценность встречного предоставления доказана финансовым управляющим, правового значения не имеет. 

Как ранее было указано, при проверке недействительности сделки по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве арбитражным судом должен быть исследован вопрос о наличии признаков аффилированности, а в случае совершения сделок должником-гражданином признаков заинтересованности по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве. 

Судом установлено, что ФИО2, ФИО3, ФИО4,  ФИО5, ФИО6 не связаны со ФИО7 отношениями, охватывающимися понятием «аффилированность», не являются заинтересованными лицами по смыслу ст. 19 Закона о банкротстве.

 В рамках проверки недействительности сделок по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве суд первой инстанции справедливо отметил, что  квалифицирующим признаком, необходимым для признания сделки недействительной на этом основании является наличие вреда на стороне должника и/или его кредиторов и наличие доказательств осведомленности кредитора о противоправной цели сделки (в том числе в порядке применения презумпции осведомленности аффилированного лица).

Доказательств осведомленности других сторон сделок о цели причинить вред имущественным правам кредиторов должника финансовым управляющим не представлено. 

Таким образом, проанализировав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам ст. 71 АПК РФ,  суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии оснований для признания недействительными спорных перечислений по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

Обстоятельств, необходимых для признания оспариваемых перечислений недействительными на основании ст. 10, 168 ГК РФ финансовым управляющим не приведено и из материалов дела не установлено.

При отмеченных обстоятельствах в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительными перечислений должником в период с 16.02.2022 по 12.03.2022 денежных средств в пользу ФИО2 в общей сумме 733 500 руб., в пользу ФИО3 в сумме 50 000 руб., в пользу ФИО4 в сумме 50 000 руб., в пользу ФИО5 в сумме 50000 руб., в пользу ФИО6 в сумме 300 000 руб. отказано обоснованно. 

Кроме того, суд первой инстанции дополнительно обратил внимание на то, что согласно приговору кредитор ФИО8 (инициатор настоящего дела), за период с 17.09.2020 по 30.05.2022 получил от ФИО7 денежные средства в сумме не менее 52 552 567,59 руб., а также 36 742 252,47 руб. через подконтрольное ему ООО «Бизнес Металл». То есть сумма денежных средств, систематически получаемых ФИО8 и его аффилированными лицами от должника ФИО7 многократно превышает размер оспариваемых платежей. В такой ситуации, исходя из осведомленности управляющего о том, что ФИО7 в период 2019 – 2022 осуществлял преступную деятельность, направленную на привлечение займов у физических и юридических лиц, не имея возможности осуществить возврат за счет собственных средств (по модели «финансовой пирамиды»), принимаемые попытки управляющего восстановить права отдельных кредиторов за счет иных лиц, не способствуют достижению цели процедуры банкротства гражданина, в контексте высокого стандарта поведения профессионального антикризисного менеджера, смысл процедуры банкротства не может сводится к перекладыванию на третьих лиц негативных последствия преступных действий со стороны ФИО7

Довод апеллянта о том, что ссылка суда на получение заявителем по делу о банкротстве ФИО8 от должника денежных сумм не препятствует оспариванию сделок, так как у должника имеются иные кредиторы: ПАО «Сбербанк России», ООО «Перитум», чьи права нарушены оспариваемым судебным актом, отклоняется, поскольку при отсутствии правовых оснований для признании  недействительными спорных сделок должника судебным актом об отказе в удовлетворении требований финансового управляющего права кредиторов должника не нарушаются.  

Иных доводов, свидетельствующих о незаконности обжалуемого судебного акта, заявителем жалобы не приведено.

Таким образом, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы и для отмены обжалуемого судебного акта не имеется.

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со ст. 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

Расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на её заявителя в соответствии со ст. 110 АПК РФ.

Поскольку при принятии апелляционной жалобы заявителю была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию с должника, ФИО7, в доход федерального бюджета в размере 10 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176, 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суды Свердловской области от 24 октября 2024 года по делу №А60-2733/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать со ФИО7 в доход федерального бюджета 10 000 рублей госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.  

Председательствующий

Э.С. Иксанова 

Судьи

О.Н. Чепурченко 

М.А. Чухманцев