ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-9629/2021

29 декабря 2022 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     19 декабря 2022 года

Постановление изготовлено в полном объеме  29 декабря 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Титовой М.Г.

судей  Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:  

ФИО2 лично, по паспорту,

От ФИО2: ФИО3 по доверенности от 19.12.2022,

ФИО4 лично, по паспорту,

ФИО5 лично, по паспорту,

от иных лиц: не явились, извещены,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-36089/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.10.2022 по делу № А56-9629/2021 (судья Сайфуллиной А.Г.), принятое по результатам рассмотрения дела по заявлению ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом), 

 

установил:

ФИО2 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом). 

Решением суда первой инстанции от 26.05.2021 заявление признано обоснованным; должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО6. 

Соответствующие сведения о признании должника банкротом и открытии процедуры реализации имущества должника опубликованы в Газете «Коммерсант»: объявление № 78230137384 от 05.06.2021. 

В суд первой инстанции финансовым управляющим направлено ходатайство о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Определением суда первой инстанции от 15.10.2022 процедура реализации имущества ФИО2 завершена; суд определил не применять в отношении ФИО2 правила об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами ФИО5 и ФИО4. 

Не согласившись с указанным судебным актом, ФИО2 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым завершить процедуру реализации имущества гражданина и освободить должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами. В обоснование указывает, что должник предпринимал попытки погасить имеющуюся задолженность перед кредиторами. Отметил, что должник активно сотрудничал с финансовым управляющим и представлял все необходимые документы. По мнению ФИО2, в материалах дела и в решении Кировского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.05.2019 по делу № 2-1282/2019 отсутствуют ссылки на форму вины должника в виде умысла или грубой неосторожности.

От ФИО5 поступил отзыв, в котором она просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда. 

В судебном заседании ФИО2 лично и его представитель поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

ФИО5 и ФИО4 против удовлетворения апелляционной жалобы возражали.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили,  в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Как следует из материалов дела, за период реализации имущества должника в третью очередь реестра требований кредиторов включены требования публичного акционерного общества «Сбербанк» на общую сумму 77.070,60 руб. Требования ФИО5 и ФИО4 в общей сумме 368.876,42 руб. признаны обоснованными и подлежащими удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов.

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения процедуры реализации имущества гражданина, следует, что финансовым управляющим предприняты меры по розыску имущества должника путем направления запросов в соответствующие регистрирующие органы.

Между тем, в период процедуры банкротства, имущества, подлежащего реализации, не выявлено.

В связи с недостаточностью имущества должника, требования кредиторов неудовлетворенны. Финансовым управляющим в ходе процедуры банкротства не были выявлены признаки преднамеренного и фиктивного банкротства должника, гражданин представил необходимую для проведения процедуры информацию, в ходе процедуры не привлекался к административной и уголовной ответственности за неправомерные действия при банкротстве. Фактов предоставления должником ложных сведений при оформлении кредитных договоров финансовым управляющим не выявлено.

 

 

При проведении анализа финансового состояния должника были сделаны следующие выводы:

- должник неплатежеспособен, восстановление платежеспособности в рамках процедуры реализации имущества, переход на процедуру реструктуризации долгов невозможен;

- недостаточно денежных средств для погашения судебных расходов и расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему;

- процедуру реализации имущества необходимо завершить.

Финансовый управляющий оставил на усмотрение суда вопрос о применении в отношении должника правил об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств кредиторов.

Конкурсные кредиторы ФИО5 и ФИО4 направили в суд ходатайства о не освобождении должника от дальнейшего исполнения требований перед ними.

Принимая во внимание выполнение всех мероприятий процедуры реализации имущества должника, суд первой инстанции посчитал необходимым завершить процедуру реализации имущества ФИО2, и не освободил его от дальнейшего исполнения требований ФИО5 и ФИО4

Принимая во внимание, что доводы апелляционной жалобы сводятся по существу к несогласию должника с не освобождением его от исполнения долгов перед кредиторами ФИО5 и ФИО4, арбитражный суд апелляционной инстанции в силу части 5 статьи 268 АПК РФ проверяет законность и обоснованность определения суда первой инстанции только в обжалуемой части при отсутствии возражений.

Исследовав и оценив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в порядке статей 266 - 272 АПК РФ правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены судебного в обжалуемой части.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X названного Закона, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

Согласно пункту 2 статьи 213.24 названного Закона, в случае принятия арбитражным судом решения о признании гражданина банкротом арбитражный суд принимает решение о введении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

В силу пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина.

Согласно пунктам 2 и 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, по итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина; при этом, после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

При этом по смыслу статей 213.25 - 213.28 Закона о банкротстве все мероприятия по формированию конкурсной массы и проведению расчетов с кредиторами должны осуществляться в пределах срока реализации имущества, установленного судом.

Как следует из пункта 2 статьи 213.24 Закона о банкротстве, по истечении срока реализация имущества гражданина может быть продлена судом с целью завершения данной процедуры банкротства по мотивированному ходатайству лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Следовательно, продление реализации имущества на определенный срок является крайней мерой, которое может иметь место только в том случае, если за предоставленный срок, цель реализации имущества гражданина с большой долей вероятности будет достигнута, то есть будет осуществлено полное или частичное удовлетворение требований кредиторов, включенных в реестр. Для продления срока реализации имущества необходимо наличие оснований, свидетельствующих о том, что осуществлены не все мероприятия, необходимые для ее завершения.

С учетом выполнения необходимого объема мероприятий в рамках дела о банкротстве должника, отсутствия возможности расчетов с кредиторами и оснований для продления процедуры реализации имущества гражданина, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости завершения соответствующей процедуры.

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае:

- если гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

- доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В пунктах 45 и 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» (далее - постановление Пленума N 45) разъяснено, что согласно абзацу четвертому пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого судебного процесса (обособленного спора) по делу о банкротстве должника, а также в иных делах.

В силу разъяснений, данных в пунктах 42 и 43 постановления Пленума N 45, целью положений пункта 3 статьи 213.24, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28 и статьи 213.9 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела.

Согласно пункту 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Из приведенных разъяснений в их совокупности и взаимосвязи следует, что если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.

Судом первой инстанции установлено, что обязательства должника перед кредиторами ФИО5 и ФИО4 основаны на решении Кировского районного суда г. Санкт-Петербурга от 28.05.2019 по делу №2-1282/2019, оставленным без изменения апелляционным определением Санкт-Петербургского городского суда от 26.01.2021, в соответствии с которым с должника в пользу ФИО5 взыскана сумма ущерба в размере 161 721 руб.; в пользу ФИО4 сумма ущерба в размере 161 721 руб., расходы за составление отчета об определении размера ущерба 9 000 руб., расходы по оплате услуг представителя в размере 30 000 руб., расходы по оплате госпошлины в размере 6 434,42 руб., а всего 207 155,42 руб. Основанием для взыскания с должника в пользу кредиторов ущерба является залив квартиры кредиторов, произошедший по вине должника. 

Исследовав представленные в ходе судебного разбирательства документы и доказательства, суд общей юрисдикции пришел к выводу о том, что довод должника о недоказанности причинно-следственной связи между действиями должника и причиненным ущербом, необоснован, поскольку суд объективно установил, что залитие произошло по вине собственника. Одновременно суд не усмотрел в действиях кредиторов признаков недобросовестного поведения. 

Вопреки доводам апелляционной жалобы, должник не представил суду достаточных, достоверных и бесспорных доказательств того, что причинение ущерба кредиторам при указанных ими обстоятельствах исключено, тогда как доводы кредиторов о причинении ущерба, вследствие залития из квартиры должника, подтверждены совокупностью собранных по делу доказательств. 

Таким образом, суд пришел к выводу, что должник не обеспечил надлежащее техническое обслуживание и эксплуатацию сантехнического оборудования, а также согласно положениям пункта 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) не проявил необходимую степень заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него, как от собственника помещения.

Учитывая вышеизложенные обстоятельства, руководствуясь пунктами 5, 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве и положениями статьи 10 ГК РФ, суд первой инстанции правомерно завершил процедуру реализации имущества гражданина, при этом не освободив последнего от исполнения обязательств перед кредиторами ФИО5 и ФИО4

Отклоняя доводы должника о том, что он неоднократно предпринимал попытки погасить имеющуюся задолженность перед кредиторами, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что на протяжении всей процедуры банкротства должник не направил в суд первой инстанции проект мирового соглашения и не представил проект реструктуризации долгов, позволяющий рассчитывать на соразмерное удовлетворение долгов гражданина в разумные сроки. При этом задолженность перед ФИО5 и ФИО4 в не погашена, доказательств, что должник предпринимал попытки в какой-либо части покрыть имеющиеся у него долги, в материалы дела не представлено.

Вопреки доводам апелляционной жалобы о нестабильном финансовом состоянии должника на момент вынесения решения суда общей юрисдикции, суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что институт банкротства граждан предусматривает экстраординарный механизм освобождения лиц, попавших в тяжелое финансовое положение, от погашения требований кредиторов, - списание долгов. При этом целью института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, чем в определенной степени ущемляются права кредиторов, рассчитывавших на получение причитающегося им. 

Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие, помимо прочего, честное сотрудничество с кредиторами. 

Исходя из задач арбитражного судопроизводства (статья 2 АПК РФ), целей реабилитационных процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, и последствий признания гражданина банкротом, с одной стороны, добросовестным должникам предоставляется возможность освободиться от чрезмерной задолженности, не возлагая на должника большего бремени, с учетом его реальных возможностей погашения, а с другой стороны, у кредиторов должна быть возможность удовлетворения их интересов, препятствуя стимулированию недобросовестного поведения граждан, направленного на злостное уклонение от исполнения обязательств. 

В силу статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). 

В соответствии со статьи 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. 

В указанной норме законодателем закреплен основной принцип ответственности за причинение вреда - принцип генерального деликта. Основанием возникновения деликтного обязательства (обязательства из причинения вреда) является совокупность следующих условий: противоправное деяние, вина, противоправные последствия в виде ущерба (вреда) и причинная связь между деянием и наступившими последствиями. 

По смыслу главы 59 ГК РФ основанием деликтной ответственности является юридический факт, с которым связано нарушение субъективного права потерпевшего - наличие вреда. При наличии вреда как основания деликтной ответственности для применения мер принуждения к правонарушителю необходимо установить наличие условий деликтной ответственности. 

В гражданском праве установлена презумпция вины правонарушителя (причинителя вреда), поскольку именно он должен доказать отсутствие своей вины в правонарушении (п. 2 ст. 401, п. 2 ст. 1064 ГК РФ), т.е. принятие мер по его предотвращению. Применение этой презумпции (предположения) возлагает бремя доказывания иного положения на указанного законом участника правоотношения. Поскольку нарушитель предполагается виновным, потерпевший от правонарушения не обязан доказывать вину нарушителя, а последний для освобождения от ответственности должен сам доказать ее отсутствие. 

Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 29.05.2019 №1360-О указал, что законоположения пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве направлены на недопустимость использования механизма освобождения гражданина от обязательств в случаях, когда при возникновении или исполнении обязательства имело место поведение гражданина-должника, не согласующееся с требованиями статей 15 (часть 2) и 17 (часть 3) Конституции Российской Федерации об обязанности граждан и их объединений соблюдать Конституцию Российской Федерации и законы и о неприемлемости осуществления прав и свобод человека и гражданина в нарушение прав и свобод других лиц, а также с требованиями статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно и никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения. 

Из материалов дела следует, что должник находится в трудоспособном возрасте, наличие каких-либо заболеваний, ограничивающих его дееспособность, ФИО2 не раскрыто, следовательно, имел возможность трудоустроиться и предпринять попытки к погашению имеющейся у него задолженности. Однако, пополнение конкурсной массы произведено не было, погашение кредиторов ни в какой части произведено не было, в связи с чем ссылки на должника на то, что он предпринимал меры к трудоустройству, оказывал платные юридические услуги, отклоняются судом апелляционной инстанции.

При этом действия должника по неисполнению судебного акта принятого в 2019 году не могут быть оценены судом как добросовестные исходя из положений статьи 10 ГК РФ, 

Так, проанализировав представленные доказательства, апелляционный суд расценивает действия должника, повлекшие залив квартиры кредиторов, как виновные, недобросовестные, совершенные с грубой неосторожностью, так как ФИО2 не обеспечил надлежащее техническое обслуживание и эксплуатацию сантехнического оборудования, а также согласно положениям пункта 1 статьи 401 ГК РФ не проявил необходимую степень заботливости и осмотрительности, какая требовалась от него, как от собственника помещения. Следовательно, он должен был предвидеть возможность наступления негативных последствий, но легкомысленно рассчитывал на их предотвращение.

При установленных обстоятельствах положения об освобождении должника-гражданина от обязательств перед ФИО4 и ФИО5 не подлежали применению в силу прямого указания Закона о банкротстве. Вина в причинении материального ущерба установлена вступившим в законную силу судебным актом суда общей юрисдикции и не подлежит повторному установлению. Закон не предусматривает установление степени неосторожной формы вины при решении вопроса о взыскании с лица суммы компенсации материального ущерба.

Вместе с тем суд общей юрисдикции установил совокупность условий для возложения на ФИО2 гражданско-правовой ответственности по возмещению вреда, причиненного в результате залива квартиры кредиторов, в том числе противоправное поведение причинителя вреда.

В то же время ответственность должника не относится к таким ее видам, при которых нарушитель отвечает без вины (статья 1079 ГК РФ), либо в случае причинения вреда при превышении пределов необходимой обороны (статья 1066 ГК РФ) или в состоянии крайней необходимости (статья 1067 ГК РФ). В первом случае форма и степень вины не имеет правового значения для привлечения к ответственности причинителя вреда, поскольку такая ответственность наступает даже без вины. Во втором и третьем случаях степень вины в виде грубой неосторожности логически невозможна, поскольку причинитель вреда действовал в специальных условиях, без наступления которых он бы не совершил действий, повлекших причинение вреда.

Следовательно, являются заслуживающими внимания доводы кредиторов о наличии в действиях должника признаков недобросовестного поведения и причинения вреда имуществу кредиторам по грубой неосторожности.

Такое поведение должника исключает применение к нему нормы об освобождении от исполнения обязательств перед указанным кредиторами. Иное привело бы к необоснованному освобождению ФИО2 от исполнения обязательств перед кредиторами, по отношению к которым он повел себя недобросовестно и совершил действия, не позволяющие освободить должника от дальнейшего исполнения требований (пункты 4 и 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

При указанных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой не опровергают правомерности выводов суда, а лишь выражают несогласие с ними, в связи с чем не могут служить основанием для отмены состоявшегося судебного акта.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.10.2022 по делу № А56-9629/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

М.Г. Титова

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.Ю. Тойвонен