231/2023-20350(4) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА 

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082  

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции  

Нижний Новгород Дело № А28-10060/2020  

04 июля 2023 года  

Резолютивная часть постановления объявлена 27.06.2023. Постановление в полном объеме изготовлено 04.07.2023. 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе: председательствующего Елисеевой Е.В., судей Ионычевой С.В., Ногтевой В.А. 

при участии в заседании 20.06.2023 ФИО1 (паспорт гражданина Российской Федерации); заседание 27.06.2023 проведено в отсутствие участвующих деле лиц 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 

на определение Арбитражного суда Кировской области от 17.11.2022 и  на постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023  

по делу № А28-10060/2020 

по заявлению конкурсного управляющего  общества с ограниченной ответственностью «Калинино»  

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)  ФИО2  

о привлечении ФИО1 

к субсидиарной ответственности по обязательствам должника  

и у с т а н о в и л : 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью «Калинино» (далее – Общество; должник) конкурсный управляющий  имуществом должника ФИО2 обратился в Арбитражный суд  Кировской области с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении бывшего руководителя и  учредителя (участника) Общества ФИО1 к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника.  

Заявление мотивировано неисполнением ФИО1 в установленный законом  срок обязанности по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании  

Общества несостоятельным (банкротом) при наличии признаков его  неплатежеспособности и непередачей конкурсному управляющему документации  должника, что привело к затруднению пополнения конкурсной массы.  

Суд первой инстанции определением от 17.11.2022, оставленным без изменения  постановлением Второго арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023, привлек  ФИО1 к субсидиарной ответственности в связи с неисполнением обязанности по  подаче заявления о признании должника банкротом, взыскав с него в пользу Общества  1 643 810 рублей, а также признал доказанным наличие оснований для привлечения  ФИО1 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с  совершением действий (бездействия), повлекших невозможность полного погашения  требований кредиторов, приостановив производство по спору в части определения размера  субсидиарной ответственности по данному основанию до окончания формирования  конкурсной массы и расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 обратился в  Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просит  отменить определение от 17.11.2022 и постановление от 13.02.2023 и принять новый  судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.  

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на необоснованное  привлечение его к субсидиарной ответственности, как номинального руководителя и  учредителя (участника) Общества, не осуществлявшего контроля над его деятельностью.  

Заявитель кассационной жалобы поясняет, что занимал должность генерального  директора и являлся учредителем (единственным участником) Общества номинально, по  просьбе ФИО3 и его сына ФИО4, осуществлявших фактическое руководство и управление Обществом и  назначивших 02.04.2021 на должность генерального директора ФИО5, в то время как ФИО1 длительный период находился на стационарном  лечении. Воспользовавшись тяжелым состоянием его здоровья, ФИО3 и  ФИО4 в период фактического руководства Обществом без ведома  ФИО1 совершали неправомерные действия по выводу активов из собственности  как Общества, так и иных организаций, что привело к их несостоятельности; вся  документация и печати должника находилась в распоряжении ФИО3,  фактически похитившего их.  

По мнению заявителя жалобы, суды необоснованно не приняли во внимания  объяснения главного бухгалтера Общества ФИО6, агронома ФИО7 и  работника ФИО8, данных в рамках проверки по уголовному делу, об отсутствии  со стороны ФИО1 каких-либо организационных действий в отношении должника  и неполучении им заработной платы.  

Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе, в дополнениях к  жалобе и поддержаны в судебном заседании 20.06.2023.  

Конкурсный управляющий ФИО2 в письменном отзыве на  кассационную жалобу отклонил доводы заявителя жалобы, указав на законность и  обоснованность принятых судебных актов.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения кассационной жалобы, не обеспечили явку представителей в судебное  заседание, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их  отсутствие.  

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в судебном заседании, проведенном 20.06.2023, объявлялся перерыв до  27.06.2023.  

Законность определения Арбитражного суда Кировской области от 17.11.2022 и  постановления Второго арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 проверена  Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, установленном в статьях 274, 284 и  286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

На основании статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд округа проверяет правильность применения судом первой и апелляционной  инстанций норм права, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и  возражениях относительно жалобы.  

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов, приведенных в  кассационной жалобе, в дополнениях к жалобе и в отзыве на нее, и заслушав  ФИО1, суд округа счел обжалованные судебные акты подлежащими частичной  отмене в силу следующего.  

Как усматривается из материалов дела, Арбитражный суд Чувашской Республики –  Чувашии определением от 19.08.2020 принял к производству заявление общества с  ограниченной ответственностью «АгроРейдер» и возбудил дело о несостоятельности  (банкротстве) Общества; определением от 17.02.2021 ввел в отношении должника  процедуру наблюдения и утвердил временным управляющим ФИО2;  решением от 22.07.2021 признал Общество несостоятельным (банкротом) и открыл в  отношении его имущества конкурсное производство, утвердив ФИО2  конкурсным управляющим должника.  

Усмотрев наличие оснований для привлечения бывшего руководителя и учредителя  (участника) Общества, как контролирующего должника лица, к субсидиарной  ответственности по его обязательствам, конкурсный управляющий ФИО2  обратился в арбитражный суд с соответствующим заявлением.  

В силу подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Федерального закона от 26.10.2002   № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), пока не  доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно  вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской  Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню  назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о  признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах,  предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой  является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо  указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение  процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация  конкурсной массы.  

Таким образом, в подпункте 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве  закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между невозможностью  полного погашения требований кредиторов в результате существенного затруднения  проведения процедур, применяемых в деле о банкротстве, и действиями (бездействием)  контролирующего должника лица, связанными с отсутствием документов бухгалтерского  учета и (или) отчетности, неотражением в них либо искажением предусмотренной  законодательством информации.  

Указанное правило соотносится со статьями 401 и 1064 Гражданского кодекса  Российской Федерации, согласно которым отсутствие вины доказывается лицом,  привлекаемым к гражданско-правовой ответственности.  

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением  

контролирующих лиц к ответственности при банкротстве» (далее – Постановление № 53),  лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности,  должно представить суду объяснения о том, как отсутствие документации (отсутствие в  ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на  проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо  вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной  управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения  процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непредставлении, ненадлежащем  хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры  для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той  степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под  существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности,  невозможность определения основных активов должника и их идентификации;  невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий,  не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости  их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления  содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа  этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную  возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.  

По правилам пункта 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве положения подпункта 2  пункта 2 этой статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности  организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и  (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и  хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой)  отчетности должника.  

В статье 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»  установлена обязанность руководителя юридического лица по организации бухгалтерского  учета, хранению учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской  отчетности предприятия (организации).  

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что с 15.10.2018 по настоящее  время единственным участником Общества (до июля 2019 года Общество именовалось  ООО «Автотрейд») является ФИО1; решением единственного участника от  28.11.2018 № 1 полномочия генерального директора Общества возложены на  

ФИО1; с 02.04.2021 генеральным директором Общества являлась  ФИО5, которая 20.05.2021 снята с регистрационного учета по месту жительства  в связи со смертью. Вместе с тем изменения в Единый государственный реестр  юридических лиц в части сведений о ФИО1 как о лице, имеющем право без  доверенности действовать от имени Общества, с 20.05.2021 до введения процедуры  конкурсного производства не вносились, сведений о недостоверности данной записи не  имеется.  

При таких условиях суды обоснованно заключили, что применительно к  положениям статьи 61.10 Закона о банкротстве в рассматриваемый период ФИО1  являлся контролирующим должника лицом. При этом номинальное руководство  деятельностью юридического лица не является основанием для освобождения такого  руководителя от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в абзаце первом пункта 6 Постановления   № 53, руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не  осуществлявший фактическое управление (номинальный руководитель), например,  полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо  принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного  

согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий  (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку  подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не  освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору  представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению  надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Сделав вывод о наличии у ФИО1 на дату признания должника банкротом  статуса контролировавшего лица, обязанного, в числе прочего, надлежащим образом вести  бухгалтерскую документацию и передать ее конкурсному управляющему, суды учли, что  номинальный статус руководителя не освобождает его от субсидиарной ответственности,  но может быть учтен при определении ее размера, исходя из того, насколько его действия  по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов  и компенсации их имущественных потерь. Приняв на себя формальный статус директора  Общества, ФИО1 тем самым принял на себя и соответствующие данному статусу  обязанности.  

При оценке степени вовлеченности ФИО1 в процесс управления должником  суды, наряду с иными доказательствами, приняли во внимание, что ФИО1  добровольно, лично принял на себя обязанности учредителя и руководителя Общества;  при совершении регистрационных действий по смене учредителя, руководителя, адреса  места нахождения, наименования юридического лица ФИО1 лично обращался в  регистрирующие органы, подписывал от имени Общества необходимые документы, а  также договоры поставки товара от 01.07.2019 № 016/07 с ООО «АгроРейдер» и поставки  молока от 01.08.2019 № 29 с ООО «Ярыш»; поданные в налоговый орган декларации  подписаны электронно-цифровой подписью ФИО1 Материалы проверки органов  прокуратуры и МВД не содержат выявленных фактов о том, что ФИО3 и  ФИО4, являющиеся родственниками ФИО1, осуществляли  фактическое руководство Обществом, принуждали ФИО1 принять на себя  обязанности его руководителя и учредителя. Согласно медицинским документам  ФИО1 получил травму в марте 2020 года, обязательства перед кредиторами  возникли у должника в 2019 году, первоначальное обращение ФИО1 в  правоохранительные органы зарегистрировано в июне 2022 года. Постановлением от  22.09.2022 в возбуждении уголовного дела в отношении ФИО3 и  ФИО4 по статье 173.1 Уголовного кодекса Российской Федерации  (незаконное образование (создание, реорганизация) юридического лица) отказано в связи с  истечением срока давности привлечения к уголовной ответственности.  

Установленные материалами проверки по уголовному делу обстоятельства оценены  судами по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации в совокупности с иными согласующимися между собой доказательствами по  спору.  

Определением арбитражного суда от 13.08.2017 удовлетворено заявление  конкурсного управляющего ФИО2 об истребовании у ФИО1  бухгалтерской и иной документации должника, однако вступившее в законную силу  определение ФИО1 не исполнено.  

Каких-либо доказательств принятия мер, достаточных для исполнения обязательств  по надлежащему ведению и передаче бухгалтерской и иной документации Общества при  той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру  обязательств и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского Кодекса Российской  Федерации), а равно доказательств избрания нового директора Общества, передачи  документации должника иному лицу, невозможности ее передачи конкурсному  

управляющему, ФИО1 не представил; обстоятельств, препятствовавших передаче  документов конкурсному управляющему, суды не выявили.  

Добросовестный и разумный руководитель обязан обеспечить надлежащее ведение  бухгалтерского учета, совершить действия по сохранности и передаче бухгалтерской  документации должника арбитражному управляющему либо по восстановлению такой  документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении  дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для  восстановления первичной документации и т.д.). Доказательств, свидетельствующих о  том, что ФИО1 принимал соответствующие меры по надлежащему ведению  бухгалтерского учета Общества, а также по истребованию, восстановлению и передаче  документов конкурсному управляющему, в материалы дела вопреки требованиям статьи  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено.  

Наличие у руководителя и соответствующее ведение им документов бухгалтерского  учета и (или) отчетности должника предполагается и является обязательным требованием  закона, в связи с чем именно руководитель обязан доказывать уважительность причин  непредставления этой документации конкурсному управляющему.  

Оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, суды пришли к выводу о том,  что в результате неисполнения ФИО1 обязанности по передаче документации,  отражающей финансово-хозяйственную деятельность Общества, конкурсный  управляющий не имел возможности сформировать в полной мере конкурсную массу  должника за счет его активов, располагать полной информацией о деятельности Общества  и совершенных им сделках, что не позволило конкурсному управляющему проводить  мероприятия, в частности, по истребованию имущества должника у третьих лиц,  оспариванию сделок должника, и, как следствие, наиболее полно удовлетворить за счет  пополнения конкурсной массы требования кредиторов.  

При изложенных обстоятельствах суды пришли к обоснованному выводу о наличии  оснований для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве.  

В связи с невозможностью определения размера субсидиарной ответственности за  непередачу конкурсному управляющему документации должника суд первой инстанции  приостановил производство по заявлению конкурсного управляющего в данной части до  окончания расчетов с кредиторами (пункт 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве в  действующей редакции).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве руководитель должника  обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе в случае, если  должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности  имущества.  

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях,  предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не  позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2  статьи 9 Закона о банкротстве).  

На основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности  по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия  решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого  решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за  собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена  обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в  арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в  арбитражный суд.  

По правилам абзаца второго пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве бремя  доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения  требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 данной  статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).  

В абзаце первом пункта 9 Постановления № 53 разъяснено, что обязанность  руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда  добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в  рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника,  должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте  1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков  неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1  статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он,  несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их  преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого  результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть  освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана  являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных  обстоятельствах (абзац второй пункта 9 Постановления № 53).  

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что по состоянию на конец  2019 года у Общества образовалась задолженность перед налоговым органом в размере  1 643 810 рублей, в том числе 542 149 рублей по уплате налога на добавленную стоимость  и 1 101 661 рубля по уплате налога при упрощенной системе налогообложения.  

На основании изложенного суды пришли к заключению о необходимости  исчисления срока для принятия решения об обращении в суд с заявлением о признании  должника несостоятельным (банкротом) с даты окончания налогового периода,  определенной для уплаты налогов, то есть не позднее 31.12.2019, поскольку после  формирования и сдачи налоговых деклараций руководителю Общества должно было стать  известно об отсутствии возможности исполнить денежное обязательство перед налоговым  органом, а также о размере такого обязательства.  

Суды также приняли во внимание, что к ФИО1 неоднократно обращались  судебные приставы-исполнители с требованием о погашении задолженности  Общества, соответственно ответчик не мог не знать о неблагополучном финансовом  состоянии Общества.  

Судебные инстанции установили, что в спорный период ФИО1 осуществлял  функции единоличного исполнительного органа (генерального директора)  Общества и в силу статьи 61.10 Закона о банкротстве являлся контролирующим должника  лицом, на которого, при наличии соответствующих оснований, возложена обязанность по  обращению в суд с заявлением о признании возглавляемой организации несостоятельной.  

Посчитав доказанной презумпцию причинно-следственной связи между  необращением руководителя в суд с заявлением о банкротстве Общества и  невозможностью удовлетворения требований его кредиторов, наличие которой  ФИО1 не опровергнуто, суды пришли к выводу о доказанности всех имеющих  значение условий для привлечения ФИО1 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника на основании пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.  

Между тем суды не учли следующее. 

Согласно общим положениям пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве размер  субсидиарной ответственности руководителя равен совокупному размеру обязательств  должника (в том числе по обязательным платежам), возникших в период со дня истечения  

месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до дня  возбуждения дела о банкротстве (пункт 14 Постановления № 53).  

Таким образом, к числу обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спору о  привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица по  названному основанию, относится объем обязательств должника, возникших после  истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и  до возбуждения дела о банкротстве.  

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение  руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о  недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном  имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет  за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых  обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую  невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты  действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых  кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.  

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не  осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции  между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на  такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским  обязательствам при недостаточности конкурсной массы.  

В силу приведенных мотивов не могут включаться в размер субсидиарной  ответственности по пункту 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве суммы обязательств,  возникших до даты, когда у руководителя возникла обязанность обратиться в суд с  заявлением о (несостоятельности) банкротстве должника.  

В рассматриваемом случае суды привлекли ФИО1 к субсидиарной  ответственности в связи с необращением в суд с заявлением о признании должника  банкротом в размере задолженности перед уполномоченным органом, составляющим  1 643 810 рублей.  

В то же время суды установили, что указанная задолженность возникла перед  уполномоченным органом за налоговые периоды до 31.12.2019, то есть до момента, не  позднее которого у руководителя Общества возникла обязанность по обращению в суд с  заявлением о несостоятельности (банкротстве) должника.  

На обязательства, возникшие после указанной даты, не ссылался конкурсный  управляющий в своем заявлении о привлечении к субсидиарной ответственности, и  наличие таких обязательств не установил суд.  

При таких обстоятельствах принятое определение от 17.11.2922 в части привлечения  ответчика к субсидиарной ответственности в связи с необращением в суд с заявлением о  несостоятельности (банкротстве) Общества и постановления от 13.02.2023 апелляционного  суда, поддержавшего ошибочный вывод суда первой инстанции, нельзя признать  законными и обоснованными; они подлежат отмене.  

Суды установили все фактические обстоятельства, имеющие существенное значение  для правильного рассмотрения спора, поэтому суд округа счел возможным в силу пункта 2  части статьи 287 Арбитражного кодекса Российской Федерации принять в отмененной  части новый судебный акт об отказе в удовлетворении требования.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4  статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным  основанием для отмены судебных актов, суд округа не установил.  

Вопрос о распределении государственной пошлины за рассмотрение кассационной  жалобы судом округа не рассматривался, поскольку на основании статьи 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации уплата государственной пошлины при подаче  кассационных жалоб на судебные акты по данной категории споров не предусмотрена.  

Руководствуясь статьями 286, 287 (пункт 2 части 1), 288 (части 1 и 2) и 289  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

отменить определение Арбитражного суда Кировской области от 17.11.2022 и  постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 13.02.2023 по делу  

 № А28-10060/2020 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 за необращение в суд с заявлением о признании общества с  ограниченной ответственностью «Калинино» несостоятельным (банкротом) и взыскания с  него в конкурсную массу должника 1 643 810 рублей.  

Отказать в удовлетворении заявления конкурсного управляющего имуществом  общества с ограниченной ответственностью «Калинино» ФИО2 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1 за необращение в суд с заявлением о признании должника несостоятельным  (банкротом).  

В остальной части судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу  ФИО1 – без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не  превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей  291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

 Председательствующий  Е.В. Елисеева  

Судьи  С.В. Ионычева 

В.А. Ногтева