﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА  Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075, http://fasuo.arbitr.ru  

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

  № Ф09-301/18 

Екатеринбург 

17 июля 2019 г. Дело № А76-26594/2015  

Резолютивная часть постановления объявлена 11 июля 2019 г.  Постановление изготовлено в полном объеме 17 июля 2019 г.  

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Шершон Н.В., судей Новиковой О.Н., Оденцовой Ю.А. 

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества  с ограниченной ответственностью «Муллит» (далее – общество «Муллит»,  Ответчик) на определение Арбитражного суда Челябинской области  от 15.02.2019 по делу № А76-26594/2015 и постановление Восемнадцатого  арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019 по тому же делу.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени  и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения  информации на сайте Арбитражного суда Уральского округа.  

В судебном заседании суда округа принял участие представитель  общества «Муллит» – Акобян А.М. (доверенность от 24.04.2019).  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 03.11.2015  возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве акционерного  общества «Высокотемпературные строительные материалы» (далее – общество  «ВСМ», Должник).  

Решением арбитражного суда от 20.01.2016 Должник признан  несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное  производство, конкурсным управляющим утвержден Федурин Игорь  Федорович.  

Конкурсный управляющий Федурин И.Ф. обратился в Арбитражный суд  Челябинской области с объединенными в единое производство заявлениями  о признании недействительными сделками по основаниям пункта 2 статьи 61.2  Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) совершенных между Должником  и обществом «Муллит» договоров купли-продажи от 25.02.2014 № 2  и от 21.02.2014 № 1, применении последствий их недействительности  в виде обязания общества «Муллит» возвратить в конкурсную массу  Должника расположенные по адресу: г. Челябинск, Калининский район,  ул. Героев Танкограда, д. 51-П объекты нежилой недвижимости: пристроенное  здание производственного корпуса № 1 (литера ГГ1Г4) общей площадью  

8784,5 кв. м. и здание крытой автостоянки технологического транспорта  (литера Г-8) общей площадью 359,1 кв. м, а также оборудование, переданное  по договору от 21.02.2014 № 1.  

Определением суда от 27.03.2017 конкурсным управляющим Должника  утвержден Клементьев Александр Владимирович, который требования своего  правопредшественника поддержал в полном объеме.  

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2019  (судья Бушуев В.В.), оставленным без изменения постановлением  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019  (председательствующий Забутырина Л.В., судьи Калина И.В., Хоронеко М.Н.),  заявленные требования удовлетворены, договоры купли-продажи от 21.02.2014   № 1 в отношении перечисленного в резолютивной части определения  от 15.02.2019 оборудования и от 25.02.2014 № 2 в отношении указанного выше  недвижимого имущества признаны недействительными, применены  последствия их недействительности в виде взыскания с общества «Муллит»  в пользу Должника 62 824 048 руб. и признания за обществом «Муллит» права  требования к Должнику в размере 5 961 846 руб. 18 коп., подлежащего  удовлетворению при условии возврата стоимости полученного  по недействительным сделкам и в порядке, установленном пунктом 2 статьи  61.6 Закона о банкротстве.  

В кассационной жалобе общество «Муллит» просит указанные судебные  акты отменить и передать обособленный спор на новое рассмотрение. Ответчик  ссылается на пропуск Управляющим годичного срока исковой давности  для признания недействительными спорных сделок, которые, с его точки  зрения, истек 14.01.2017 – спустя год с момента вынесения решения  о признании Должника банкротом и утверждения Федурина И.Ф. конкурсным  управляющим, тогда как последний обратился с рассматриваемым требованием  лишь 01.03.2017. Заявитель также считает, что Управляющим не доказана  вся необходимая совокупность элементов состава правонарушения  по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно наличие у Должника  на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности и наличие  у общества «Муллит» реальной либо потенциальной возможности установить  наличие у Должника таковых, факт причинения вреда кредиторам Должника,  а также наличие цели на причинение такого вреда; Ответчик подчеркивает,  что на момент совершения оспариваемых сделок у Должника имелась лишь  незначительная задолженность, которая погашалась в текущем порядке,  в том числе за счет полученной им за спорное имущество и оборудование  оплаты, а также считает, что сделки являлись для Должника не только  необходимыми, но и выгодными, поскольку спорное имущество на момент его  приобретения находилось в неработоспособном состоянии и впоследствии  восстановлено. Кроме того, Заявитель жалобы отмечает порочность  экспертного заключения от 08.08.2018 № 303/2018, его составление  с нарушением требований законодательства об оценочной деятельности; точки  зрения Заявителя, у судов как первой, так и апелляционной наличествовали все  основания для назначения по делу повторной либо дополнительной экспертизы.  

Конкурсный управляющий Должника Клементьев В.А. в отзыве  на кассационную жалобу просит в ее удовлетворении отказать, обжалуемые  судебные акты оставить в силе.  

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд кассационной инстанции устанавливает правильность  применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального  и процессуального права исходя из доводов, содержащихся в кассационной  жалобе и возражениях относительно жалобы, а также проверяет соответствие  выводов судов о применении норм права установленным ими по делу  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.  

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела,  проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.  

Как установлено судами и следует из материалов дела, между Должником  как продавцом и обществом «Муллит» как покупателем заключен договор  купли-продажи от 25.02.2014 № 2 указанных выше зданий производственного  корпуса и крытой автостоянки технологического транспорта, расположенных  по ул. Героев Танкограда, 51-П в г. Челябинске.  

Цена указанного имущества согласно условиям Договора была  определена Сторонами в 1 459 666 руб., в том числе 1 306 266 руб. за здание  производственного корпуса и 153 400 руб. за здание крытой автостоянки.  

По акту от 27.02.2014 недвижимое имущество передано от Продавца  к Покупателю.  

При этом в актах о приеме-передаче основных средств и счетах-фактурах  наименование объектов недвижимости отражено как: «сборно-разборный  железобетонный склад» и «ж\б настил для стоянки автотранспорта».  

Договором предусмотрен одновременный переход от Продавца  к Покупателю прав на земельный участок площадью 15 460 кв. м  с кадастровым номером 74:36:0609001:6, проистекающих из договора аренды  от 28.07.1999 № 2466-Д-99, при этом стоимость данного права аренды  отдельным образом в договоре от 25.02.2014 № 2 не выделена.  

Согласно размещенному в общедоступной автоматизированной  информационной системе «Картотека арбитражных дел» в сети «Интернет»  (http://kad.arbitr.ru/) решению Арбитражного суда Челябинской области  от 23.06.2016 по делу № А76-4314/2016 названный договор аренды (с учетом  дополнительных соглашений) заключен Должником с Администрацией  г. Челябинска в лице Комитета по управлению имуществом и земельным  отношениям на срок до 28.07.2048 с целевым назначением - для эксплуатации  производственной базы. Копии договора аренды и дополнительного  соглашения от 19.10.2011 № 2 представлены в материалы настоящего спора  с отчетом об оценке.  

Из содержания названного судебного акта также следует, что Должник  и Ответчик оформили договор от 01.04.2014 уступки прав и обязанностей  по договору от 28.07.1999 № 2466-Д-99.  

Из представленного в материалы спора договора купли-продажи  от 10.05.2017 № 12886-12/зем следует, что Ответчик, пользуясь своим правом  арендатора земельного участка с расположенными на нем объектами  недвижимости, выкупил данный земельный участок за 3 058 600 руб.  

Из выписки из Единого государственного реестра недвижимости также  следует, что по состоянию на 30.05.2017 кадастровая стоимость земельного  участка составляла 15 293 000 руб.  

Помимо этого между Должником (Продавец) и обществом «Муллит»  (Покупатель) заключен договор купли-продажи от 21.02.2014 № 1, предметом  которого явилось отчуждение оборудования согласно перечню, согласованному  в приложении № 1 по цене 4 502 180 руб. 18 коп.  

Согласно редакции приложения № 1, имевшейся в распоряжении  Управляющего, перечень оборудования включал в себя 52 наименования,  тогда как согласно в редакции Ответчика имелось указание на 74 наименования  оборудования по той же стоимости.  

Из счетов-фактур от 28.02.2014 № 22-25 и актов приема-передачи  основных средств от 28.02.2014 следует, что фактически Должником в пользу  Ответчика передано оборудование, поименованное в приложении № 1  в редакции последнего, со стороны которого объяснений согласованию между  сторонами сделки двух различных редакций приложения № 1 не приведены.  

Представленными в материалы спора выписками движения денежных  средств по расчетному счету подтверждается факт оплаты по оспариваемым  сделкам в полном объеме на общую сумму 5 961 846 руб. 18 коп.  

Из объяснений лиц, участвующих в деле, содержания заключения  эксперта следует, что предметом договора купли-продажи от 21.02.2014 № 1  являлось оборудование, в том числе краны мостовые и башенные, сварочное  и покрасочное оборудование, станки, иные механизмы и оборудование,  расположенное (смонтированное) в спорном здании производственного цеха.  

Полагая, что оспариваемые сделки совершены при наличии у Должника  признаков неплатежеспособности и в целях причинения вреда имущественным  правам его кредиторов, конкурсный управляющий Федурин И.Ф. обратился  в арбитражный суд с рассматриваемым требованием о признании  их недействительными по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона  о банкротстве.  

Конкурсный управляющий Должника Клементьев А.В., поддерживая  заявленные своим правопредшественником требования, дополнительно  указал на то, что отчужденное недвижимое имущество и оборудование  являлись единственным производственным активом Должника, используемым  им в своей деятельности вплоть до признания должника банкротом, сослался  на заинтересованность Ответчика по отношению к Должнику, и заострил  внимание на том, что непосредственно после совершения оспариваемых сделок  Должник продолжил пользование спорным имуществом на основании  оформленного с обществом «Муллит» договора аренды.  

Конкурсный кредитор - общество с ограниченной ответственностью  «Региональный оптовый склад технических газов» (далее – общество  

«Ростехгаз») в представленных отзывах, заявленные Управляющим требования  поддержало, также указав на заинтересованность Ответчика по отношению  к Должнику, направленность спорных сделок на причинение вреда кредиторам  и вывод активов, реализацию имущества по заниженной стоимости,  и на то, что после продажи спорного имущества оно было передано  Ответчиком в аренду Должнику.  

Общество «Муллит» в представленных возражениях указало  на соответствие цены оспариваемых сделок рыночной стоимости имущества,  а также на проведенные существенные улучшения строений, увеличившие  стоимость спорного имущества, представив в подтверждение выполнения работ  по улучшению спорного имущества акты от 31.03.2015 № 1, от 30.06.2015 № 2,  от 30.09.2015 № 3, от 31.12.2015 № 4, от 30.06.2016 № 1, от 31.12.2016 № 2,  от 31.03.2015 № 1, от 30.06.2015 № 2, от 31.12.2015 № 3, от 30.06.2016 № 1,  от 31.12.2016 № 2.  

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной  инстанций исходили из следующего.  

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки,  совершенные должником или другими лицами за счет должника,  могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским  кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке,  которые указаны в настоящем Федеральном законе.  

Так, пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает  возможность признания недействительной сделки, совершенной должником  в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом  или после принятия указанного заявления в целях причинения вреда  имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).  

По смыслу приведенной правовой нормы в контексте разъяснений  пунктов 5-7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных  с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности  (банкротстве)» (далее – постановление Пленума № 63) для признания  подозрительной сделки недействительной по указанному основанию  необходима доказанность совокупности следующих обстоятельств: сделка была  совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;  в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам  кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной  цели должника к моменту совершения сделки.  

При этом цель причинения вреда имущественным правам кредиторов  предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку  неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была  совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица,  а равно и если стоимость переданного в результате совершения такой сделки  или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых  обязательства и/или обязанности составляет двадцать и более процентов  балансовой стоимости активов должника, определенной по данным  

бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед  совершением указанных сделки, либо в ситуации, когда после совершения  сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование  и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику  об определении судьбы данного имущества.  

При определении наличия признаков неплатежеспособности  или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий,  данного в абзацах 36 и 37 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым  под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником  части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом  недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное;  под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных  обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника  над стоимостью имущества (активов) должника.  

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует  иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве  под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника  и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику,  а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически  значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной  утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований  по обязательствам должника за счет его имущества.  

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки  с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана  заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала  или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника  либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества  должника.  

Судами при разрешении настоящего спора прежде всего установлено,  что оспариваемые сделки совершены в пределах трехлетнего срока  подозрительности, упоминаемого в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.  

Из анализа решения налогового органа от 02.12.2016 № 21 о привлечении  Должника к ответственности за совершение налогового правонарушения,  определения от 30.06.2017 о включении требований Федеральной налоговой  службы в размере 17 850 018 руб. 15 коп. в реестр требований кредиторов  Должника, а также иных судебных актов по настоящему делу, принятых  по результатам проверки обоснованности требований кредиторов,  суды установили, что Должник имел задолженность по перечислению в бюджет  удержанного им налога на доходы физических лиц, которая начала  формироваться с 01.01.2012 и составила в итоге 10 663 864 руб.,  а в последующие периоды продолжил приращение неисполненных  обязательств перед кредиторами и бюджетом, размер которых по состоянию  на 03.11.2017 составил уже 51 859 684 руб. 36 коп., что позволило им прийти  к заключению о наличии у Должника на момент совершения оспариваемой  

сделки признаков неплатежеспособности и обоснованно отметить то, что  вхождение общества «Муллит» в силу владения 78% акций общества-должника  в одну группу лиц с Должником (подпункт 1 пункта 1 статьи 9 Федерального  закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции») презюмирует его  осведомленность о направленности спорных сделок во вред имущественным  правам кредиторов, при том, что указанные обстоятельства обществом  «Муллит» документально не опровергнуты, а иная цель совершения сделок –  не раскрыта (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации).  

Более того, суды восприняли пояснения Управляющего о том,  что по состоянию на февраль 2014 года Должник не располагал иными,  помимо отчужденных Ответчику по оспариваемым сделкам,  производственными объектами, и установили их подтверждение посредством  анализа сведений бухгалтерского баланса Должника за 2014 год, из которого  следует, что на начало отчетного периода последний располагал основными  средствами на сумму 5111 тыс. руб., тогда как на конец отчетного периода  таковые составили нулевую величину, а равно и получение Должником  в течение 2014 года среднемесячной выручки от осуществления  производственной деятельности, а также выписок о движении денежных  средств по расчетным счетам и договоров с платежными поручения,  подтверждающих исполнение Должником (либо третьим лицом за Должника)  в течение 2014 года и в последующий период ранее принятых на себя  обязательств по оплате газа и электроэнергии, поставляемых на спорные  объекты недвижимости, и содержания определения арбитражного суда  от 16.03.2018 по настоящему делу, в котором установлен факт выполнения  третьим лицом для Должника и за счет Должника работ по ремонту  электрооборудования, расположенного в цехе по ул. Героев Танкограда, 51-П  в г. Челябинске, а также установили факт оформления между обществом  «Муллит» как арендодателем и Должником как арендатором договора аренды  от 12.01.2015 № 01/15 в отношении имущества со сходным наименованием,  при том, что доводы Управляющего и общества «Ростехгаз» о том,  что предметом указанного договора выступает именно отчужденное  по ныне оспариваемым сделкам недвижимое имущество, обществом «Муллит»  также не оспорены и не опровергнуты.  

Таким образом, установив, что оспариваемые сделки совершены  Должником в условиях собственной неплатежеспособности и в пользу  заинтересованного лица, осведомленного о неплатежеспособности Должника  на момент совершения сделок, привели к отчуждению Должником всех  принадлежащих ему и используемых в своей производственной деятельности  производственных активов, а также то, что непосредственно после  их совершения Должник продолжил использование спорного имущества  в своей деятельности, однако уже как арендатор, основываясь также  на выводах, изложенных в упомянутом выше решении налогового органа  от 02.12.2016 № 21 и определении от 22.11.2017 по настоящему делу  о банкротстве, суды категорично признали, что спорные сделки опосредуют  

вывод из имущественной сферы Должника наиболее ликвидного имущества  во избежание обращения на него взыскания по требованиям кредиторов,  то есть совершены исключительно в целях причинения ущерба имущественным  интересам последних.  

Кроме того, проанализировав представленный со стороны Управляющего  оценочный отчет от 02.03.2017 № 6, согласно которому рыночная стоимость  спорного недвижимого имущества составляет 28 189 920 руб., оценочный отчет  от 10.01.2018 № 005/2018, отразивший стоимость спорных недвижимых  объектов вместе с земельным участком как единого имущественного комплекса  в размере 98 010 630 руб., а также заключение от 08.08.2018 № 303/2018,  представленное по итогом проведенной в рамках настоящего спора судебной  экспертизы, в котором рыночная стоимость производственного корпуса № 1  установлена в сумме 56 014 000 руб., крытой автостоянки – в сумме 2 012 000 руб.,  права аренды на земельный участок – в сумме 6 153 000 руб., а оборудования  в количестве 74 единиц – в сумме 4 798 048 руб., а также представленные  Ответчиком в подтверждение своей позиции о рыночных условиях сделок  акт обследования от 19.09.2013, содержащий указание на наличие у спорного  недвижимого имущества существенных повреждений, и отчет об оценке  от 27.12.2013 № 303/2013, построенный на указанном акте и подтверждающий  соответствие договорной цены имущества ее действительной рыночной  стоимости, последние из которых суды оценили критически, мотивировав  это тем, что упомянутый акт составлен заинтересованным лицом (заявителем  по настоящему делу о банкротстве – обществом с ограниченной  ответственностью «Инженерный центр АС Теплострой»), не содержит  подписей и отражает несоответствующую действительности информацию  об отсутствии подключения имущества к коммуникациям, а также  противоречит содержанию договоров и актов о приемке Ответчиком спорного  имущества, в которых наличие у имущества недостатков отражения не нашло,  тогда как отчет об оценке от 27.12.2013 № 303/2013 составлен со  значительными противоречиями и содержит в недостаточной степени  обоснованные выводы, а также признав, что доводы Ответчика и  представленные им акты безусловным доказательством осуществления им  неотделимых улучшений спорного не являются, что подтверждается также и  выводами экспертного заключения от 08.08.2018 № 303/2018, суды  нижестоящих инстанций аргументированно констатировали, что спорное  имущество отчуждено Должником по существенно заниженной по отношению  к его действительной рыночной стоимости цене, что повлекло причинение  реального вреда имущественным правам конкурсных кредиторов Должника.  

Таким образом, установив факт совершения оспариваемых сделок  в пределах трехгодичного периода подозрительности, в целях причинения  вреда имущественным правам кредиторов и осведомленность другой стороны  сделок об указанной цели, а также негативный эффект от их совершения  в виде причинения вреда имущественным правам кредиторов, суды признали  доказанной и надлежащим образом подтвержденной материалами дела  всю совокупность необходимых квалифицирующих обстоятельств  

для признания спорных сделок недействительными по основаниям  пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и, руководствуясь положениями  пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации,  пунктов 1 и 2 статьи 61.6 Закона о банкротстве, приняв во внимание,  что спорные объекты недвижимости и неразрывно связанное с ними  оборудование располагаются на принадлежащем Ответчику на праве  собственности земельном участке, что в силу принципа единства судьбы  земельных участков и прочно связанных с ними объектов (подпункт 5 пункта 1  статьи 1 Земельного кодекса Российской Федерации) исключает возможность  их истребования в конкурсную массу Должника, правильно применили  последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества  «Муллит» в пользу Должника стоимости имущества и оборудования в сумме  62 824 048 руб., действительность которой сомнению не подвергнута  и не оспорена, а также признания за обществом «Муллит» на случай  исполнения им данной обязанности права требования к Должнику в размере  уплаченной им по сделками стоимости имущества и оборудования  с понижением очередности ее установления в составе реестра требований  кредиторов Должника.  

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения  материалов дела, оценки приведенных сторонами спора доводов, пояснений  и возражений суд округа считает, что судами первой и апелляционной  инстанций верно и в полной мере установлены фактические обстоятельства,  имеющие значение для правильного разрешения настоящего спора  по существу, им дана надлежащая правовая оценка, приведенные сторонами  спора доводы и возражения исследованы в полном объеме с указанием  в обжалуемых судебных актах мотивов, по которым они были приняты  или отклонены, выводы судов соответствуют установленным ими фактическим  обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нормы права,  регулирующие спорные правоотношения, применены судами правильно.  

Довод общества «Муллит» о неприменении судом исковой давности  по заявленному Управляющим требованию судом округа отклоняется,  поскольку в силу разъяснений пункта 10 постановления Пленума Верховного  Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах,  связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации  об исковой давности» исковая давность применяется только по заявлению  стороны в споре (пункт 2 статьи 199 названного Кодекса), соответствующее  заявление должны быть сделано стороной при рассмотрении спора по существу  в суде первой инстанции; тогда как из материалов дела (процессуальных  документов, исходящих от общества «Муллит», протоколов судебных  заседаний) факта заявления им о пропуске Управляющим срока исковой  давности не усматривается, представитель Заявителя жалобы в судебном  заседании суда округа пояснить, в какой форме и в ходе какого конкретно  судебного заседания было сделано соответствующее заявление, затруднился,  в связи с чем следует признать, что основания для применения в настоящем  споре положений о сроках исковой давности у судов отсутствовали.  

Несогласие Заявителя жалобы с отказом в назначении по делу  повторной/дополнительной экспертизы судом округа отвергается, поскольку  соответствующие ходатайства общества «Муллит» рассмотрены судами обеих  инстанций в установленном процессуальным законом порядке и отклонены,  при этом судами сделан основанный на анализе первоначального экспертного  заключения и совокупности иных имеющихся в деле доказательств вывод  об отсутствии предусмотренных статьями 82, 87 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации оснований для назначения  названных экспертиз. Оснований для несогласия с данным выводом суд округа  не усматривает.  

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы и обстоятельства  являлись предметом исследования судов, получили с их стороны надлежащую  правовую оценку, ее обоснованности не опровергают и не свидетельствуют  о нарушении ими норм права при принятии обжалуемых судебных актов,  касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору  и вопросов их исследования и оценки, что выходит за пределы компетенции  и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286-288  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. При этом само  по себе несогласие Заявителя с выводами судов, основанными на оценке  фактических обстоятельств и имеющихся в деле доказательств,  не свидетельствует о наличии в принятых по обособленному спору судебных  актах существенных нарушений норм материального и (или) процессуального  права, повлиявших на исход судебного разбирательства.  

Таким образом, учитывая, что нарушений норм материального  и (или) процессуального права, являющихся основанием для изменения  или отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не выявлено,  следует признать, что обжалуемые определение Арбитражного суда  Челябинской области от 15.02.2019 по делу № А76-26594/2015 и постановление  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019  по тому же делу являются законными и обоснованными, ввиду чего отмене  по приведенным в кассационной жалобе доводам не подлежат.  

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 06.06.2019  приостановлено исполнение определения Арбитражного суда Челябинской  области от 15.02.2019 по делу № А76-26594/2015 и постановления  Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.04.2019  по тому же делу до окончания производства в арбитражном суде кассационной  инстанции. Поскольку производство по кассационной жалобе завершено,  суд на основании статьи 283 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации отменяет принятое приостановление исполнения  судебных актов.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 15.02.2019  по делу № А76-26594/2015 и постановление Восемнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 24.04.2019 по тому же делу оставить без изменения,  кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью  «Муллит» – без удовлетворения.  

Приостановление исполнения определения Арбитражного суда  Челябинской области от 15.02.2019 по делу № А76-26594/2015  и постановления Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда  от 24.04.2019 по тому же делу, произведенное определением Арбитражного  суда Уральского округа от 06.06.2019, отменить.  

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию  Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух  месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий Н.В. Шершон 

Судьи О.Н. Новикова  

 Ю.А. Оденцова