Дело № А43-5319/2020

26 сентября 2022 года

г. Владимир

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 сентября 2022 года.

Постановление

 в полном объеме изготовлено 26 сентября 2022 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Сарри Д.В., 

судей Волгиной О.А., Кузьминой С.Г., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и финансового управляющего ФИО3 в отношении имущества гражданина ФИО4 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 28.01.2022 по делу № А43-5319/2020, 

принятое по заявлению ФИО2 об установлении требований в размере 15 060 000 руб. и включении их в реестр требований кредиторов ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>); заявления финансового управляющего ФИО6 в отношении имущества гражданина ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) о признании недействительными договора займов от 01.06.2014, от 22.07.2015, от 22.08.2015, от 01.10.2015, заключенных между ФИО2 и ФИО5, применении последствий их недействительности,

при участии в судебном заседании: 

представителя ФИО2 – ФИО7 по доверенности от 16.03.2020 серии 52 АА № 5060088 сроком действия пять лет,

ФИО5 – лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации, его представителя ФИО8 по доверенности от 19.03.2020 серии 52 АА № 4756305 сроком действия пять лет,

финансового управляющего ФИО6  лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации,

представителя конкурсного управляющего акционерного общества коммерческий банк «Ассоциация» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов» ФИО9 по доверенности от 29.07.2022 № 877 сроком действия по 31.12.2024,

установил:

в рамках дела о банкротстве ФИО5 (далее – ФИО5, должник) ФИО2 (далее – ФИО2, кредитор) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением об установлении его требования в размере 15 060 000 руб. и включении в реестр требований кредиторов ФИО5

Впоследствии в рамах этого же дела финансовый управляющий в отношении имущества должника ФИО6 (далее – финансовый управляющий) обратился с встречным заявлением о признании на основании положений статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) недействительными договоров займов от 01.06.2014, от 22.07.2015, от 22.08.2015, от 01.10.2015, заключенных между ФИО2 и ФИО5, по которым образовалась спорная задолженность.

Определением от 02.12.2020 указанные заявления объединены в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением от 28.01.2022 Арбитражный суд Нижегородской области удовлетворил требования финансового управляющего и признал перечисленные  договоры займа недействительными, в связи с чем отказал в установлении требования кредитора в реестре требований кредиторов должника.

ФИО2 и финансовый управляющий ФИО4  ФИО3 (далее - финансовый управляющий ФИО4) не согласились с определением суда первой инстанции от 28.01.2022 и обратились в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили его отменить по основаниям, изложенным в жалобах, и принять по делу новый судебный акт. 

Оспаривая судебный акт, ФИО2 ссылаясь на решение Приокского районного суда г. Нижнего Новгорода от 22.08.2019 по делу № 2-127/2019 и апелляционное определение Нижегородского областного суда от 18.02.2020 по делу № 33-1231/2020, считает, что законность его требований установлена судебными актами судов общей юрисдикции. Обращает внимание суда на то, что в материалы дела представлены доказательства получения должником денежных средств от ФИО2 Настаивает на том, что не принимал участие в уставном капитале ООО «Альянс» (далее – ООО «Альянс», Общество), не мог контролировать его деятельность, а его дочь ФИО10 стала участником ООО «Альянс» после выдачи спорных денежных займов. Аргументу о подписании документов о получении займов более поздней датой уже дана правовая оценка в решение Приокского районного суда г. Нижнего Новгорода, преюдициальный характер которого не принят во внимание судом первой инстанции. Заявитель жалобы полагает, что требования КБ «Ассоциация» к ООО «Альвис» полностью обеспечены залогом имущества данной организации, следовательно, злоупотребления правом в целях нарушения прав данного кредитора не доказано. 

В обоснование апелляционной жалобы финансовый управляющий ФИО4 ссылается на то, что требования ФИО2 установлены вступившими в законную силу судебными актами. Считает необоснованным довод об аффилированности ФИО2 с ФИО5 Отмечает, что доказательств того, что денежные средства в сумме 15 000 000 руб. не переданы ФИО5, а использовались ФИО10 для гашения займов не представлено. 

При изложенных обстоятельствах заявители жалоб полагают, что спорные сделки не обладают признаками недействительности, а требования ФИО2 подлежат включению в реестр требований кредиторов должника. 

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 19.09.2022 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  в составе суда произведена замена судьи Белякова Е.Н. на судью Кузьмину С.Г., в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

Конкурсный управляющий АО КБ «Ассоциация» в отзыве на апелляционную жалобу выразил несогласие с доводами апелляционной жалобы ФИО2, указал на законность  и обоснованность судебного акта, просил определение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. В судебном заседании представитель поддержал изложенную в отзыве позицию.

УФНС России по Нижегородской области в отзыве на апелляционную жалобу ФИО2 указало на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, ходатайствовало о рассмотрении апелляционной жалобы без участия ее представителя.

Представитель ФИО2 в судебном заедании поддержал доводы, изложенные в апелляционных жалобах, просил обжалуемое определение отменить и принять по делу новый судебный акт. 

Финансовый управляющий, ФИО5 лично и его представитель в судебном заседании указали на несостоятельность доводов апелляционных жалоб, просили определение оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения. Дополнительно финансовый управляющий пояснил, что судебные акты им не обжаловались, предполагая оспорить сделки в деле о банкротстве, а затем обратиться в суд общей юрисдикции для их пересмотра.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, явку полномочных представителей в судебное заседание не обеспечили.

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся представителей иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела и установлено судом, между займодавецем ФИО2 и заемщиком ФИО5 заключены договоры займа: 

- от 01.06.2014 года на сумму 3000000 рублей со сроком возврата до 01.02.2018, и уплатой процентов в сумме 2 230 000 руб. в срок до 01.07.2017 года;

- от 22.07.2015 года на сумму 2000000 рублей со сроком возврата до 01.03.2018, и уплатой процентов в сумме 1164 500 руб. в срок до 10.07.2017 года;

- от 22.08.2015 года на сумму 2500000 рублей со сроком возврата до 01.04.2018, и уплатой процентов в сумме 1393 000 руб. в срок до 01.08.2017 года;

- от 01.10.2015 года на сумму 7500000 рублей со сроком возврата до 01.05.2018, и уплатой процентов в сумме 4050 000 руб. в срок до 01.01.2018 года.

В подтверждение факта получения денежных средств ФИО5, заявитель указал на составление соответствующих расписок.

В связи  с неисполнением заемщиков обязательств, ФИО2 обратился в суд с заявлением о взыскании задолженности.

Так, решением Приокского районного суда города Нижнего Новгорода от 22.08.2019 по делу №2-127/2019, оставленным без изменения апелляционным определением Нижегородского областного суда от 18.02.2020 по делу № 33-1231/2020, с ФИО5 в пользу ФИО2 взыскана задолженность по договорам займа от 01.06.2014 в размере 3000000 рублей, от 22.07.2015 в размере 2000000 рублей, от 22.08.2015 в размере 2500000 рублей, от 01.10.2015 в размере 7500000 рублей, расходы по уплате государственной пошлины в размере 60 000 рублей, всего 15060000 рублей. 

Вместе с тем указанным решением отказано в удовлетворении встречных исковых требований ФИО5 к ФИО2 о признании договоров займа незаключенными, безнадежными, недействительными (ничтожными). 

Определением Арбитражного суда Нижегородской области от 15.07.2020 года в отношении ФИО5 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО6.

Сообщение о введении в отношении ФИО5 процедуры банкротства  опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 131 (6852) от 25.07.2020.

Ссылаясь на вступившее в законную силу решение Приокского районного суда города Нижнего Новгорода от 22.08.2019 по делу №2-127/2019, ФИО2 обратился в суд с рассматриваемым заявлением об установлении его требования в реестре кредиторов должника.

В свою очередь, полагая, что названные договоры займов обладают признаками недействительности в силу статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовый управляющий обратился с заявлением о признании их недействительными, а в ходе судебного разбирательства уточнил основание требования, указав на наличие в сделках пороков, установленных статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Повторно рассмотрев имеющиеся в материалах дела доказательства, оценив доводы апелляционных жалоб, отзывов на них, заслушав позицию сторон, арбитражный апелляционный суд усматривает наличие оснований для отмены определения арбитражного суда первой инстанции исходя из следующего.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве, части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление №35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает или обязуется передать в собственность другой стороне (заемщику) деньги, вещи, определенные родовыми признаками, или ценные бумаги, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество полученных им вещей того же рода и качества либо таких же ценных бумаг.

В соответствии с пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской Федерации  если иное не предусмотрено законом или договором займа, займодавец имеет право на получение с заемщика процентов за пользование займом в размерах и в порядке, определенных договором. При отсутствии в договоре условия о размере процентов за пользование займом их размер определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Право на обжалование финансовым управляющим сделок должника установлено положениями статьей 61.9 и 213.32 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X "Банкротство граждан", регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI данного закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации и по основаниям и в порядке, указанным в Законе о банкротстве (пункт 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве), а в абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок по статьям 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда кредиторам, может быть признана судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Пунктом 5 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред такой вред; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо при наличии условий, указанных в абзацах 2 - 5 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в том числе если после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно пункту 7 Постановления № 63, в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 17 Постановления № 63, в порядке главы III.1 Закона о банкротстве (в силу пункта 1 статьи 61.1) подлежат рассмотрению требования о признании недействительными сделок должника как по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве (статьи 61.2 и 61.3 и иные содержащиеся в этом законе помимо главы III.1 основания), так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством (в частности, по основаниям, предусмотренным Гражданским кодексом Российской Федерации).

На возможность оспаривания сделок по основаниям, предусмотренным в Гражданском кодексе Российской Федерации, также указано в пункте 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, приведенных в абзаце 4 пункта 4 Постановления № 63, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166, статьей 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). Следовательно, при ее совершении должен иметь место порок воли (содержания).

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 № 308-ЭС18-9470 по делу № А32-42517/2015).

Принимая обжалуемое определение в части признания недействительными всех договоров займа, суд первой инстанции исходил из того, что действия, оформленные в качестве займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, как совершенные со злоупотреблением правом, установив участие в ООО «Альвис» ФИО5, а также фактическое участие в нем ФИО2 через свою дочь.

 При этом суд первой инстанции принял во внимание результаты судебной экспертизы, проведенной при рассмотрении иска кредитора к должнику судом общей юрисдикции, которой установлен факт подписания спорных договоров и расписок в феврале 2018 года, а также пояснения ФИО5 о том, что после вынесения судебного решения о взыскании с Общества денежных средств в пользу кредитной организации, в целях обеспечения возврата финансовых вложений потребовал от ФИО5 и ФИО4 подписать спорные договоры займа.

Кроме того, суд поставил под сомнение экономическую целесообразность заключения кредитором договоров займа на столь значительные суммы без обеспечительных сделок, а также установил, что бенефициаром ООО «Альвис» является ФИО2, следовательно, кредитор и его дочь ФИО10, должник, ФИО4, ФИО11 аффилированные друг к другу лица. 

Суд первой инстанции заключил, что используя завуалированную схему участия в Обществе, в качестве возврата представленного финансирования ФИО2 злоупотребил правом, в связи с чем переквалифицировал заемные правоотношения, как прикрываемую сделки по увеличению уставного капитала, в корпоративные. Вместе с тем отметил, что отсутствуют доказательства того, на что использованы заемные средства должником.

Вместе с тем судом отклонено заявление кредитора о пропуске срока исковой давности, учитывая, что трехлетний срок для оспаривания сделок на основании статьей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации финансовым управляющим не пропущен.

Между тем суд констатировал, что наличие вступивших в законную силу судебных актов не препятствует признанию сделок недействительными в деле о банкротстве должника, ввиду того, что ранее судами общей юрисдикции не устанавливались обстоятельства платежеспособности займодавца, реальность договоров займа, а также аффилированность (заинтресованность) сторон сделок, а решения приняты до возбуждения в отношении заемщика дела о банкротстве в отсутствие возражений арбитражного управляющего и иных заинтересованных лиц. При этом резюмировал, что обжалование судебных актов арбитражным управляющим невозможно по причине пропуска срока.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее.

Согласно статье 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статье 13 Гражданского кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе судов, рассматривающих дела о банкротстве.

В силу абзаца 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов или уполномоченных органов, подтвержденным вступившим в законную силу судебным актом в части их состава и размера, не подлежат рассмотрению арбитражным судом, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное положение направлено на реализацию принципа обязательности судебного акта, вследствие чего законодатель установил, что требование кредитора, основанное на судебном акте, может быть подвергнуто изменению другим судом только при условии отмены (изменении) судебного акта в порядке пересмотра либо при условии исполнения судебного акта должником.

Возражения финансового управляющего, должника и иных кредиторов, касающиеся реальности заемных отношений между кредитором и должником, общности их экономических интересов, финансовой возможности кредитора предоставить заем, направлены на пересмотр вступивших в законную силу судебных актов, принятых судами общей юрисдикции, что недопустимо.

Так, в решении Приокского районного суда города Нижнего Новгорода от 22.08.2019 по делу №2-127/2019, оставленным без изменения апелляционным определением Нижегородского областного суда от 18.02.2020 по делу № 33-1231/2020 были установлены фактические обстоятельства, с учетом доводов должника о безденежности договоров займа, представленных ФИО2, составления их в даты. 

Суд общей юрисдикции, привлек к рассмотрению дела третьих лиц ООО «Альвис» и Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому мониторингу по ПФО. Рассмотрев встречный иск ФИО5 о признании договоров займа недействительными (ничтожными) констатировал, что закон не допускает подтверждение факта безденежности только на основании утверждений ответчика, не признанных истцом; подлинность договоров займа и расписок, а также принадлежность подписей в них ответчиком не оспорен допустимыми доказательствами; ссылка ФИО5 на образование задолженности не им, а ООО «Альвис» и не перед ФИО2, а перед ФИО10 также не подтверждена допустимыми доказательствами. 

Несмотря на данные обстоятельства, суд первой инстанции установил корпоративные отношения ООО «Альвис», признав ФИО12 бенефициаром, пришел к выводу об аффилированности его через данное общество с должником, в связи с чем пришел к выводу о злоупотреблении  ФИО2 в целях нарушения прав кредиторов должника.

Верховный Суд Российской Федерации в определении от 11.09.2017 № 301-ЭС17-4784 указал, что как правило, для подтверждения обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора ("дружественного" кредитора) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу "дружественного" кредитора.

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления № 35).

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 05.02.2017 № 305-ЭС17-14948 также содержится правовой подход, подлежащий применению при рассмотрении требований заинтересованных лиц, подтвержденных вступившими в законную силу судебными актами. В этом определении указано следующее.

В условиях банкротства должника и конкуренции его кредиторов возможны ситуации, когда отдельные лица инициируют судебный спор по мнимой задолженности с целью получения внешне безупречного судебного акта для включения в реестр требований кредиторов. Подобные споры характеризуются представлением минимально необходимого набора доказательств, пассивностью сторон при опровержении позиций друг друга, признанием сторонами обстоятельств дела или признанием ответчиком иска и т.п. В связи с тем, что интересы названных лиц и должника совпадают, их процессуальная деятельность направлена не на установление истины, а на иные цели.

Однако в рассматриваемом случае, при рассмотрении споров в суде общей юрисдикции и в рамках настоящего дела кредитор и должник занимали диаметрально противоположные позиции.

Кроме того, как указано ранее, судом общей юрисдикции поверялись доводы должника о ничтожности договоров, а также принадлежности заемных средств ООО «Альвис».

Таким образом, судебная коллегия приходит к выводу, что финансовым управляющим заявлено требование о признании сделок недействительными на основании положений гражданского законодательства в связи с пропуском срока на обжалование судебного акта. 

Между тем следует отметить, что исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11 в соответствии с частью 1 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Следовательно, нежелание представить доказательства должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированно со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент. 

В ходе рассмотрения настоящего спора кредитор дополнительно представлял документы, свидетельствующие о наличии у него доходов от участия в иных обществах. При этом неопровергнутыми остались возражения кредитора о том, что должник производил частично возврат процентов по займам, а также ФИО2 исполнял кредитные обязательства.

Вместе с тем коллегия судей признает недоказанной аффилированность (заинтересованность) кредитора и должника, применительно толкования статьи 19 Закона о банкротстве, учитывая, что судом первой инстанции приняты во внимание только их правоотношения, касающиеся деятельности ООО «Альвис».

Закон предоставляет независимым кредиторам, а также арбитражному управляющему, право обжаловать судебный акт, на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование (часть 3 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пункт 24 постановления № 35), на что в ходе судебного разбирательства обоснованно указывал кредитор. 

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643, обжалование кредитором (или арбитражным управляющим) судебных актов по правилам пункта 24 Постановления № 35 (далее - экстраординарное обжалование ошибочного взыскания) является одним из выработанных судебной практикой правовых механизмов обеспечения права на судебную защиту лиц, не привлеченных к участию в деле, в том числе тех, чьи права и обязанности обжалуемым судебным актом непосредственно не затрагиваются.

При этом названный механизм отличается от предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации порядков обжалования (пересмотра), закрепленных в статье 42 и главе 37 Кодекса.

Так, с жалобой по правилам статьи 42 Кодекса может обратиться лицо, чьи права и обязанности затрагиваются судебным актом непосредственно, то есть такое лицо, которое должно было участвовать в деле, но которое не было привлечено к участию в нем ввиду судебной ошибки.

Предусмотренный главой 37 Кодекса порядок (пересмотр вступившего в законную силу судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам) предполагает, что с подобным заявлением могут обращаться лица, участвующие в деле (часть 1 статьи 312 Кодекса).

В отличие от названных двух порядков экстраординарное обжалование ошибочного взыскания предполагает, что с заявлением обращается лицо (кредитор или арбитражный управляющий в интересах кредиторов), не участвовавшее в деле, которое и не подлежало привлечению к участию в нем, по которому судебный акт о взыскании долга объективно противопоставляется в деле о банкротстве ответчика (должника). В случае признания каждого нового требования к должнику обоснованным доля удовлетворения требований остальных кредиторов снижается, в связи с чем они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 23.08.2018 № 305-ЭС18-3533). Этим и обусловлено наделение иных кредиторов правом на экстраординарное обжалование ошибочного взыскания в рамках общеискового процесса.

Из этого следует также, что названный порядок обжалования по своей функциональности предполагает как возможность приведения новых доводов, так и представления (в случае необходимости) новых доказательств.

Согласно позиции, изложенной в определении от 24.12.2015 № 304-ЭС15-12643, вступление в дело лиц, обращающихся с жалобой в порядке пункта 24 Постановления № 35 и желающих представить новые доказательства, должно осуществляться применительно к правилам о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам в суде апелляционной инстанции.

При этом само по себе такое рассмотрение не является пересмотром по вновь открывшимся обстоятельствам, судом лишь по аналогии (часть 5 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) применяются соответствующие правила, которые в то же самое время не умаляют правовую природу экстраординарного порядка и не препятствуют представлению новых доказательств.

Вывод суда первой инстанции о пропуске финансовым управляющим срока на обжалование судебного акта суда общей юрисдикции, которым установлена задолженность ФИО5 перед ФИО2, коллегия судей признает преждевременным, ввиду того, что факт обращения в суд не установлен, вопрос о восстановлении срока на обжалование не разрешен. 

Таким образом, оспаривание финансовым управляющим сделок, минуя обжалование судебного акта, в котором сделаны выводы о реальности правоотношений по спорным договорам займа, с учетом доводов должника об их безденежности и ничтожности, направлено на его преодоление.

 При этом коллегия судей, оценив аргументы финансового управляющего и иных кредиторов, занимавших аналогичную с ним правовую позицию, пришла к выводу о недоказанности всей необходимой совокупности условий для признания договоров займа недействительными на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, ввиду недоказанности заинтересованности кредитора и должника, их общей цели, направленной на причинение вреда кредиторам, а также того, что на момент заключения договоров займа должник отвечал признакам неплатежеспособности, учитывая принятия им новых кредитных обязательства и непредставления доказательств начала периода просрочки исполнения обязательств перед АО КБ «Ассоциация».

Для квалификации сделки как ничтожной по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации требуется выявление нарушений, выходящих за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, однако таковые, с учетом изложенного выше, в материалах обособленного спора не имеются. 

Таким образом, суд первой инстанции необоснованно отклонил заявление ответчика о пропуске финансовым управляющим срока для оспаривания сделок на основании положений гражданского законодательства.

При указанных обстоятельствах апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего ФИО3 в отношении имущества гражданина ФИО4, а определение Арбитражного суда Нижегородской области от 28.01.2022 по делу № А43-5319/2020  отмене на основании пунктов 2 и 4 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ввиду недоказанность имеющих значение для дела обстоятельств, которые суд считал установленными, и неправильного применения норм материального права, с принятием постановления об отказе в удовлетворении заявления финансовому управляющему в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров займа от 01.06.2014, от 22.07.2015, от 22.08.2015, от 01.10.2015, а также признанием требования ФИО2 к ФИО5 в размере 15 060 000 рублей обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не установлено.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В этой связи расходы на государственную пошлину в размере 3 000  руб. за рассмотрение апелляционной жалобы ФИО2 подлежат взысканию с  ФИО5 в пользу ФИО2, расходы на государственную пошлину в размере 3 000  руб. за рассмотрение апелляционной жалобы финансового управляющего ФИО4 ФИО3 подлежат взысканию с  ФИО5 в конкурсную массу ФИО4

Руководствуясь статьями 268, 269, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 28.01.2022 по делу № А43-5319/2020 отменить, апелляционные жалобы ФИО2, финансового управляющего ФИО3 в отношении имущества гражданина ФИО4 - удовлетворить.

Отказать финансовому управляющему ФИО6 в отношении имущества гражданина ФИО5(ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) в удовлетворении заявления о признании недействительными договоров займа от 01.06.2014, от 22.07.2015, от 22.08.2015, от 01.10.2015, заключенных между ФИО2 и ФИО5.

Признать требование ФИО2 к ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) в размере 15 060 000 (Пятнадцать миллионов шестьдесят тысяч) рублей обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Взыскать с ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) в пользу ФИО2 государственную пошлину в размере 3000 (Три тысячи) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Взыскать с ФИО5 (ДД.ММ.ГГГГ г.р., ИНН 

<

***>) в конкурсную массу ФИО4 государственную пошлину в размере 3000 (Три тысячи) рублей за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд ВолгоВятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1  291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Д.В. Сарри

 

Судьи

О.А. Волгина

С.Г. Кузьмина