ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-19357/2020

город Ростов-на-Дону

21 октября 2020 года

15АП-14462/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 15 октября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 21 октября 2020 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Николаева Д.В.,

судей Емельянова Д.В., Шимбаревой Н.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от арбитражного управляющего ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 28.05.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО2 на решение Арбитражного суда Ростовской области от 21.08.2020 по делу № А53-19357/2020 по заявлению Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях,

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области (далее - заявитель, управление) обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 (далее – заинтересованное лицо, управляющий) к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).

Решением от 21.08.2020 суд удовлетворил заявление управления и привлек арбитражного управляющего ФИО2 (дата рождения: 30.12.1974, уроженца Ростовской области, г. Таганрог, зарегистрированного по адресу: 

<

...>) к административной ответственности, предусмотренной частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев.

Арбитражный управляющий ФИО2 обжаловал решение суда первой инстанции в порядке, предусмотренном гл. 34 АПК РФ, и просил отменить судебный акт, принять новый.

В судебном заседании суд огласил, что от Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области через канцелярию суда поступило ходатайство о рассмотрении апелляционной жалобы в отсутствие представителя.

Представитель арбитражного управляющего ФИО2 не возражал против рассмотрения апелляционной жалобы в отсутствие лиц, не явившихся в судебное заседание.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями ч. 3 ст. 156 АПК РФ счел возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Суд огласил, что от Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области через канцелярию суда поступил отзыв на апелляционную жалобу для приобщения к материалам дела. 

Суд, совещаясь на месте, определил: приобщить отзыв на апелляционную жалобу к материалам дела.

Представитель арбитражного управляющего ФИО2  поддержал доводы, изложенные в апелляционной жалобе, просил решение суда отменить.

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, выслушав представителя участвующего в деле лица, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 31.03.2020 в Управление поступила жалоба ФИО4, содержащая сведения о ненадлежащем исполнении арбитражным управляющим ФИО2 обязанностей, установленных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), при проведении процедуры банкротства закрытого акционерного общества «Рыбколхоз Вешенский» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>; адрес должника: 346270, Ростовская обл., Шолоховский р-н, ст. Вешенская, ул. Шолохова, 1 А) (далее - ЗАО «Рыбколхоз Вешенский»).

28.04.2019 уполномоченным должностным лицом Управления в отношении арбитражного управляющего ФИО2 было вынесено определение о возбуждении дела об административном правонарушении и проведении административного расследования № 00496120, а также определение об истребовании сведений, необходимых для разрешения дела. Копии указанных определений направлены по адресам арбитражного управляющего, совместно с требованием от 28.04.2020 исх. № 13-0482.

29.04.2019 в Управление поступила жалоба Управления Федеральной налоговой службы по Ростовской области, содержащая доводы, аналогичные доводам, указанным в жалобе ФИО4, которая приобщена к материалам настоящего административного дела.

22.05.2019 от арбитражного управляющего ФИО2 поступило ходатайство о продлении срока проведения административного расследования.

Определением от 22.05.2020 заявленное ходатайство арбитражного управляющего удовлетворено.

Определением от 27.05.2020 уполномоченным должностным лицом срок проведения административного расследования продлен, о чем арбитражный управляющий уведомлен письмом от 27.05.2020 №13-0663. Указанное письмо содержало уведомление о явке арбитражного управляющего в адрес Управления на 23 июня 2020 года для решения вопроса о составлении (не составлении) протокола об административном правонарушении, предусмотренном пунктом 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ. Указанное письмо направлено по почтовому адресу арбитражного управляющего, а также по адресу государственной регистрации.

На дату составления настоящего протокола в адрес Управления вернулся конверт, направленный по адресу регистрации арбитражного управляющего по причине истечения срока хранения.

Согласно официальному сайту «Почта России» (отслеживание почтовых отправлений) конверт, направленный по почтовому адресу вручен адресату 29.05.2020.

По результатам анализа вышеуказанных документов в действиях арбитражного управляющего ФИО2 уполномоченным должностным лицом Управления, в соответствии с ч. 1 ст. 28.1 КоАП РФ, непосредственно установлены достаточные данные, указывающие на наличие состава административного правонарушения, предусмотренного ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

Начальником отдела по контролю и надзору в сфере саморегулируемых организаций Управления 23.06.2020 в отношении арбитражного управляющего ФИО2 составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренном частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, за повторное неисполнение обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве).

В ходе административного расследования Управлением были исследованы судебные акты по делу № А53-10304/2015 о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», карточка должника - ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», размещенная на сайте Единого Федерального Реестра Сведений о Банкротстве (http://bankrot.fedresurs.ru) (далее - ЕФРСБ), жалобы заявителей, материалы дела о несостоятельности (банкротстве) ЗАО «Рыбколхоз Вешенский».

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 12.04.2016 по делу № А53-10304/2015 ЗАО «Рыбколхоз Вешенский» признано несостоятельным (банкротом). В отношении него открыта процедура, применяемая в деле о банкротстве - конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден ФИО2.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.03.2019 по делу №А53-10304/2015 арбитражный управляющий ФИО2 освобожден от исполнения обязанностей, конкурсным управляющим утвержден ФИО5

23.06.2020 должностным лицом управления в отсутствие управляющего, извещенного надлежащим образом, составлен протокол об административном правонарушении, предусмотренный ч. 3.1 ст. 14.13 КоАП РФ.

На основании статьи 23.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, статьи 202 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации материалы административного дела вместе с заявлением о привлечении к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях были направлены в арбитражный суд для рассмотрения по подведомственности.

В соответствии с частью 6 статьи 205 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

В соответствии с частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях установлена ответственность за неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

Вместе с тем за повторное совершение административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 названного Кодекса, если такое действие не содержит уголовно наказуемого деяния, установлена ответственность по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Объектом данного правонарушения являются права и интересы субъектов предпринимательской деятельности, интересы кредиторов, экономическая и финансовая стабильность государства в целом, защита которых обусловлена несостоятельностью (банкротством) и на которые арбитражным управляющим допущены посягательства в ходе ведения процедуры конкурсного производства.

Объективную сторону правонарушения, предусмотренного частью 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, составляет повторенное неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.

С субъективной стороны данное нарушение характеризуется деянием в форме действия либо бездействия и проявляется в невыполнении правил, применяемых в период ведения соответствующей процедуры банкротства. В то же время приведенная норма носит бланкетный характер, что предполагает применение в каждом конкретном случае соответствующих норм законодательства о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 части 1 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях поводами к возбуждению дела об административном правонарушении являются сообщения и заявления физических и юридических лиц, а также сообщения в средствах массовой информации, содержащие данные, указывающие на наличие события административного правонарушения.

В силу части 3 статьи 28.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, дело об административном правонарушении, может быть возбуждено должностным лицом, уполномоченным составлять протоколы об административных правонарушениях, только при наличии хотя бы одного из поводов, предусмотренных частями 1 и 1.1 указанной статьи, и достаточных данных, указывающих на наличие события административного правонарушения.

На основании пункта 10 части 2 статьи 28.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, протоколы об административных правонарушениях вправе составлять должностные лица федерального органа исполнительной власти, осуществляющего функции по контролю (надзору) за деятельностью арбитражных управляющих и саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, - об административных правонарушениях, предусмотренных статьями 14.12, 14.13, частью 1 статьи 19.4, частью 1 статьи 19.5, статьями 19.6, 19.7 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, в случае если данные правонарушения совершены арбитражными управляющими, а также об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.23 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

В соответствии с Положением о Федеральной службе государственной регистрации, кадастра и картографии, утвержденным Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.06.2009 № 457 (в ред. от 03.11.2011 № 904) Федеральная служба государственной регистрации, кадастра и картографии (Управление) является федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим контроль за деятельностью саморегулируемых организаций арбитражных управляющих, реализующим свою деятельность непосредственно и (или) через территориальные органы.

К полномочиям Управления отнесено составление в порядке, установленном законодательством Российской Федерации, протоколов об административных правонарушениях, рассмотрение в установленном порядке дел об административных правонарушениях, а также обращение в установленном порядке в суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего или саморегулируемой организации арбитражных управляющих к административной ответственности.

Задачей арбитражного управляющего является обеспечение баланса интересов кредиторов и должника, а также реализация их законных прав.

Пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.12.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) установлено, что при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно первого эпизода управление ссылалось на неопубликование сведений о результатах собрания комитета кредиторов.

В соответствии с абзацем 10 пункта 5 статьи 18 Закона о банкротстве, сведения о решениях, принятых на заседаниях комитета кредиторов, подлежат включению арбитражным управляющим в ЕФРСБ в течение трех рабочих дней с даты получения им протокола заседания комитета кредиторов.

В связи с тем, что арбитражный управляющий присутствовал на заседаниях комитета кредитов, вел протокол и достоверно знал о принятых на них решениях, обязанность по включению в ЕФРСБ надлежало исполнить в срок до 21.09.2017 включительно.

Как следует из материалов дела, 04.09.2017 на сайте ЕФРСБ опубликовано сообщение №2057198 о проведении комитета кредиторов, назначенного на 18.09.2017, однако информация о результатах проведения на сайте ЕФРСБ отсутствует.

Указанные нарушения не оспариваются и признаются самим арбитражным управляющим, как в суде первой инстанции, так и в апелляционной жалобе. Управляющий указывает, что данное заседание комитета не состоялось, т.к. на него никто из членов комитета кредиторов не явился, и оно по этой причине не состоялось. Протокол данного несостоявшегося заседания был сдан управляющим в арбитражный суд.

Таким образом, в части данного эпизода вина управляющего подтверждается материалами дела.

В силу второго эпизода Управление ссылалось на утрату арбитражным управляющим ФИО2 имущества должника.

При исследовании данного эпизода, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно пункту 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий обязан в том числе: принять в ведение имущество должника, провести инвентаризацию такого имущества; привлечь оценщика для оценки имущества должника, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Федеральным законом; принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника.

В ходе административного расследования установлено, что арбитражным управляющим ФИО2 15.08.2016 проведена инвентаризация имущества ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», по результатам которой выявлено фактическое наличие в том числе «Приспособление ПСП-810-05 для уборки подсолнечника» (порядковый номер 147), «Приспособление ПСП-810-05» (порядковый номер 148).

Однако, при проведении инвентаризации имущества должника вновь утвержденным конкурсным управляющим ФИО5, не установлено фактическое наличие указанной техники.

Также установлено, что указанное имущество не передавалось конкурсным управляющим ФИО2 оценщику для проведения оценки, что подтверждается отсутствием в отчете об оценке №0099 сведений об обозначенной техники.

Отчет конкурсного управляющего ФИО2 от 10.01.2019 о своей деятельности и результатах проведения конкурсного производства не содержит сведений об отчуждении указанного имущества.

Довод управляющего о том, что инвентаризацию и оценку проводил привлеченный специалист ИП ФИО6, который сообщил о технической ошибке при составлении инвентаризационной описи, отклонен судом первой инстанции.

Суд первой инстанции указал, что сведения, отражаемые арбитражным управляющим в инвентаризационной описи, должны быть достоверными и соответствовать действительности. Однако конкурсный управляющий ФИО2 не исправил допущенные ошибки, не отразил своевременно соответствующие изменения в конкурсной массе должника.

Вышеизложенные обстоятельства позволили суду первой инстанции сделать вывод о нарушении арбитражным управляющим ФИО2 п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве.

Однако судебная коллегия не соглашается с вышеназванными выводами суда первой инстанции на основании следующего.

Так в материалы дела представлено письмо ИН ФИО6 от 25.11.2016, который является специалистом по договору на проведение инвентаризации и оценки имущества должника, из которого прямо следует, что при проведении инвентаризации ЗАО «Рыбколхоз Вешенский» при составлении инвентаризационной описи № 1 произошла опечатка. Позиции инвентаризации:

- п. 147 «приспособление ПСП-810-05 для уборки подсолнечника»

- п. 148 «приспособление ПСП-810-05 для уборки подсолнечника», фактически отсутствовали, в графе «фактическое наличие» напротив указанных позиций следует читать «0», а не «1». Данное имущество отсутствовало и не было выявлено ни в ходе проведения инвентаризации имущества, ни в ходе повторного осмотра имущества ЗАО «Рыбколхоз Вешенский» при проведении оценки, и поэтому не отражено в отчете рыночной стоимости имущества должника (л.д. 19, т. 2).

В связи с данным обстоятельством, вышеуказанное имущество по причине его фактического отсутствия (а не утраты, как ошибочно указал суд первой инстанции) не вошло в оценку ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», проведенную 21.09.2016 года.

Данное имущество также не вошло и в повторные инвентаризацию и оценку имущества ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», проведенные следующим конкурсным управляющим ФИО5 в 2019 году, не в связи с тем, что оно было утрачено ФИО2, а потому что его фактически не было в наличии при проведении первоначальной инвентаризации имущества должника.

Таким образом, вывод суда о том, что управляющий не отразил своевременно соответствующие изменения в конкурсной массе должника и не исправил допущенные технические ошибки, является необоснованным, т.к. управляющий именно по причине фактического отсутствия данного имущества:

- не включил его в проводимую оценку конкурсной массы ЗАО «Рыбколхоз Вешенский»,

-не выставлял его на торги в составе всего имущественного комплекса с/х предприятия, а выставил на торги всю имеющуюся конкурсную массу должника,

-не передавал назначенному новому управляющему ФИО5 данное имущество.

На основании изложенного, судебная коллегия приходит к выводу об отсутствии состава вменяемого правонарушения по данном эпизоду.

Третьим эпизодом является то, что в ходе проведения административного расследования установлено, что залоговое имущество ЗАО «Рыбколхоз Вешенский» не учтено отдельно от имущества, не являющегося предметом залога.

При рассмотрении данного эпизода, суд первой инстанции верно руководствовался следующим.

В соответствии с пунктом 6 статьи 18.1 Закона о банкротстве продажа предмета залога в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, установленном статьей 138 Закона о банкротстве. Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 131 Закона о банкротстве в составе имущества должника отдельно учитывается и подлежит обязательной оценке имущество, являющееся предметом залога.

Так согласно инвентаризационной описи №1 от 15.08.2016 имущество, порядковые номера которого: 3,10,12,13,-18, 19, 20, 21, 22, 23, 28, 40, 43, 51, 52, 54, 55, 56, 59, 72, 73, 81, 95, 100, 101, 107, 108, 109, 132, 140, 153, 154, 182, 183, 184 является предметом залогом ПАО «Сбербанк России».

Согласно отчету об оценке № 0099 от 14.10.2016 на страницах 12-16 над каждой отдельно оцененной позицией залогового имущества содержатся реквизиты договора залога и рыночная стоимость каждой позиции залогового имущества отдельно.

Таким образом, отдельно в отчете об оценке от незалогового указано залоговое имущество.

Ссылка заявителя на то, что в отчете об оценке содержится еще и общая стоимость всего имущества (залогового и незалогового) рассмотрена судом первой инстанции и обоснованно отклонена, поскольку данную общую стоимость имущества оценщик обязан указать в отчете об оценке, и управляющий обязан выставить на торги все имущество банкрота согласно требованиям к реализации имущества должника - сельскохозяйственной организации.

Таким образом, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что нарушение нормы п. 2 ст. 131 Закона о банкротстве в части отдельного учета залогового имущества не выявлено.

Согласно четвертого эпизода Управление в протоколе вменяет нарушение по непроведению анализа признаков преднамеренного банкротства.

Заявитель указал, что конкурсным управляющим ФИО2 не проанализированы признаки преднамеренного банкротства, не подготовлено соответствующее заключение. Кроме того, отчет конкурсного управляющего от 10.01.2019 не содержит информации о выявлении (не выявлении) признаков преднамеренного банкротства.

При рассмотрении данного эпизода суд первой инстанции руководствовался следующим. 

Согласно пункту 1 статьи 1 Закона о банкротстве названный Закон регламентирует среди прочего порядок и условия проведения процедур банкротства.

В пункте 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве закреплены обязанности арбитражного управляющего, перечень которых не является исчерпывающим и, по сути, охватывает все функции арбитражного управляющего, установленные Законом о банкротстве.

Следовательно, арбитражный управляющий, осведомленный как профессионал о своих функциях, установленных Законом о банкротстве, и допустивший их неисполнение, может быть привлечен к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.

Пунктом 4 статьи 20.3 Закона № 127-ФЗ определено, что при проведении процедур банкротства арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

В соответствии с абзацем 3 пункта 2 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности.

Аналогичная обязанность временного управляющего по проведению анализа финансового состояния должника предусмотрена статьей 67 Закона о банкротстве (пункт 1).

Согласно пункту 1 статьи 70 Закона о банкротстве анализ финансового состояния должника проводится в целях определения достаточности принадлежащего должнику имущества для покрытия расходов в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражным управляющим, а также в целях определения возможности или невозможности восстановления платежеспособности должника в порядке и в сроки, которые установлены настоящим Федеральным законом.

Принципы и условия проведения финансового анализа должника, а также состав сведений, используемых арбитражным управляющим при его проведении, определены Правилами проведения финансового анализа.

В силу положений абзаца 2 части 1 названных Правил при проведении финансового анализа арбитражный управляющий анализирует финансовое состояние должника на дату проведения анализа, его финансовую, хозяйственную и инвестиционную деятельность, положение на товарных и иных рынках.

При проведении финансового анализа арбитражный управляющий, выступая как временный управляющий, использует результаты ежегодной инвентаризации, проводимой должником (пункт 3 Правил проведения финансового анализа).

В соответствии с пунктом 4 Правил проведения финансового анализа финансовый анализ проводится на основании: а) статистической отчетности, бухгалтерской и налоговой отчетности, регистров бухгалтерского и налогового учета, а также (при наличии) материалов аудиторской проверки и отчетов оценщиков; б) учредительных документов, протоколов общих собраний участников организации, заседаний совета директоров, реестра акционеров, договоров, планов, смет, калькуляций; в) положения об учетной политике, в том числе учетной политике для целей налогообложения, рабочего плана счетов бухгалтерского учета, схем документооборота и организационной и производственной структур; г) отчетности филиалов, дочерних и зависимых хозяйственных обществ, структурных подразделений; д) материалов налоговых проверок и судебных процессов; е) нормативных правовых актов, регламентирующих деятельность должника.

В пункте 6 Правил проведения финансового анализа приведен перечень сведений, которые указываются в документах, содержащих анализ финансового состояния должника.

Так, согласно названной норме в анализе финансового состояния должника указанию подлежат, в числе прочих, коэффициенты финансово-хозяйственной деятельности должника и показатели, используемые для их расчета, согласно приложению № 1, рассчитанные поквартально не менее чем за 2-летний период, предшествующий возбуждению производства по делу о несостоятельности (банкротстве), а также за период проведения процедур банкротства в отношении должника, и динамика их изменения (подпункт "д"); результаты анализа активов и пассивов должника с учетом требований согласно приложению N 3 (подпункт "з").

Арбитражный управляющий указал, что 15 августа 2016 года им проведен анализ признаков преднамеренного и фиктивного банкротства должника в соответствии с установленными федеральными стандартами.

Данный довод управляющего отклонен судом первой инстанции, так как до настоящего времени в материалы дела №А53-10304/2015 анализ представлен не был, доказательства ознакомления кредиторов указанным анализом, также материалы дела не содержат. Таким образом, суд первой инстанции указал, что отсутствуют основания полагать, что заключение сделано в августе 2016.

Указанные обстоятельства позволили суду первой инстанции сделать вывод о нарушении арбитражным управляющим ФИО2 п. 2 ст. 20.3 Закона о банкротстве.

Повторно исследовав данный эпизод, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Как видно из материалов настоящего дела арбитражным управляющим в опровержение доводов Управления фактически представлено заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ЗАО «Рыбколхоз Вешенский» от 15.08.2016, подготовленное арбитражным управляющим ФИО2 (л.д. 72-82, т. 2).

На основании указанного проведенного анализа арбитражным управляющим ФИО2 были сделаны следующие выводы:

- признаки преднамеренного банкротства - не выявлены;

- признаки фиктивного банкротства - не выявлены.

Закон о банкротстве не содержит точных сроков проведения конкретных мероприятий в ходе проведения процедуры реструктуризации долгов должника, в том числе, сроков подготовки заключения о признаках преднамеренного банкротства, поскольку возможность проведения таких мероприятий и сроки их проведения зависят от ряда факторов, в том числе, о поведения самого должника, от сроков передачи им управляющему всей информации и документации об имуществе, о совершенных сделках, и поэтому арбитражному управляющему необходимо подготовить заключение до завершения соответствующей процедуры банкротства, т.е. до окончания конкурсного производства.

Согласно пояснениям арбитражного управляющего ФИО2, данный анализ (заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ЗАО «Рыбколхоз Вешенский») был им проведен 15 августа 2016 года по мере получения арбитражным управляющим необходимых для проведения анализа документов и сведений и изготовлен в разумный срок.

Вывод суда первой инстанции, о том, что у суда отсутствуют основания полагать, что данный анализ сделан в августе 2016 года, т.к. анализ не был предоставлен в материалы дела и кредиторам, суд апелляционной инстанции признает необоснованным.

Так, согласно пояснениям управляющего, не опровергнутым заявителем по настоящему делу, анализ представлялся на обозрение заседанию комитета кредиторов.

Обратного Управлением не доказано, о фальсификации заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ЗАО «Рыбколхоз Вешенский» ни Управлением, ни кредиторами заявлено не было.

Как указано выше, Закон о банкротстве не содержит точных сроков проведения анализа признаков преднамеренного банкротства и он может быть предоставлен в суд вместе с финальным отчетом конкурсного производства.

Кроме того, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) № А53-10304/2015 конкурсным управляющим ФИО2 оспаривалась сделка по отчуждению значительных активов ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», совершенная руководителем должника, при этом результаты рассмотрения указанного обособленного спора по сделке могли повлиять на выводы, касающиеся преднамеренного банкротства.

Рассмотрение данного заявления об оспаривании сделки должника (отчуждения права аренды земельного участка с/х назначения) в суде было осуществлено в период полномочий ФИО2, а также продолжилось в период полномочий нового управляющего ФИО5, назначенного арбитражным судом в марте 2019 года.

Поэтому выводы данного анализа, проведенного ФИО2, не могли быть окончательными до момента анализа всех сделок должника - ЗАО «Рыбколхоз Вешенский». По этой причине он не был сдан ФИО2 в арбитражный суд, т.к. его выводы были промежуточными, и проводился анализ сделок должника.

При этом судом апелляционной инстанции также установлено, что на основании данного анализа наличия (отсутствия) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства новый конкурсный управляющий должника ФИО5 продолжил участие в судебном процессе по оспариванию сделки должника, который в настоящее время завершился (постановление суда кассационной инстанции от 15.07.2019 года по делу № А53-10304/2015 о несостоятельности (банкротстве).

Таким образом, при рассмотрении данного эпизода, судебная коллегия может только констатировать факт несвоевременной подачи управляющим данного анализа (заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ЗАО «Рыбколхоз Вешенский») в суд в материалы дела о несостоятельности (банкротстве) №А53-10304/2015, а не факт не проведения анализа признаков преднамеренного банкротства. 

При этом, учитывая указанные выше обстоятельства, в том числе оспаривание сделок должника на основании указанного анализа, проведенного арбитражным управляющим, судебная коллегия приходит к выводу о том, что несвоевременная подача в суд в материалы дела о несостоятельности (банкротстве) анализа признаков фиктивного и преднамеренного банкротства должника не привела к нарушению прав кредиторов и должника, что свидетельствует о наличии признаков малозначительности правонарушения по данному эпизоду.

Оценив характер и степень общественной опасности допущенного административного правонарушения в данной части и учитывая конкретные обстоятельства дела, суд апелляционной инстанции считает возможным применить к данному эпизоду положения статьи 2.9 КоАП РФ, признав совершенное арбитражным управляющим правонарушение малозначительным.

В силу пятого эпизода управление указывает, что в нарушение пункта 18 статьи 110 Закона о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 после признания торгов несостоявшимися, не приступил к реализации имущества путем проведения повторных торгов, а согласно имеющиеся информации начал торги заново.

Суд первой инстанции, признавая данный эпизод обоснованным, руководствовался следующим.

Согласно пункту 1 статьи 179 Закона о банкротстве при продаже имущества должника - сельскохозяйственной организации арбитражный управляющий должен выставить на продажу предприятие должника - сельскохозяйственной организации путем проведения торгов. В случае, если предприятие должника - сельскохозяйственной организации не было продано на торгах, арбитражный управляющий должен выставить на торги единым лотом имущество должника - сельскохозяйственной организации, которое используется в целях производства сельскохозяйственной продукции,  ее хранения, переработки, реализации (далее - производственно-технологический комплекс должника -сельскохозяйственной организации).

В соответствии с абзацем 3 пункта 1 статьи 179 Закона о банкротстве продажа предприятия должника - сельскохозяйственной организации и выставленного на торги единым лотом производственно-технологического комплекса должника - сельскохозяйственной организации осуществляется в порядке, установленном пунктами 4 - 19 статьи 110 Закона о банкротства. Оценка имущества должника сельскохозяйственной организации осуществляется в порядке, установленном статьей 130 Закона о банкротстве.

В силу пункта 18 статьи 110 Закона о банкротстве в случае признания торгов несостоявшимися и незаключения договора купли-продажи с единственным участником торгов, а также в случае незаключения договора купли-продажи предприятия по результатам торгов внешний управляющий в течение двух дней после завершения срока, установленного настоящим Федеральным законом для принятия решений о признании торгов несостоявшимися, для заключения договора купли-продажи предприятия с единственным участником торгов, для заключения договора купли-продажи предприятия по результатам торгов, принимает решение о проведении повторных торгов и об установлении начальной цены продажи предприятия. Повторные торги проводятся в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

В случае, если выставленный на торги единым лотом производственно-технологический комплекс должника - сельскохозяйственной организации не продан на торгах, продажа имущества должника - сельскохозяйственной организации осуществляется в соответствии со статьей 111 и пунктом 4 статьи 139 настоящего Федерального закона.

В ходе проведения административного расследования установлено, что 23.06.2017 арбитражным управляющим ФИО2 на сайте ЕФРСБ опубликовано сообщение, согласно которому на торги выставлен имущественный комплекс ЗАО «Рыбколхоз Вешенский». Торги назначены на 04.08.2017, начальная цена - 74 978 300,00 рублей

Согласно сообщению №1999797, опубликованному на сайте ЕФРСБ 11.08.2017 указанные торги признаны несостоявшимися.

Однако суд первой инстанции указал, что в нарушение пункта 18 статьи 110 Закона о банкротстве, конкурный управляющий ФИО2, после признания торгов не состоявшимися не приступил к реализации имущества путем проведения повторных торгов, а 17.08.2017 на сайте ЕФРСБ опубликовал сообщение №2012410, согласно которому реализуется производственно-технологический комплекс ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», торги назначены на 27.09.2017.

Согласно сообщению №2133212, опубликованному на сайте ЕФРСБ 06.10.2017, указанные торги признаны несостоявшимися.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что в соответствии с п. 18 ст. 110 Закона о банкротстве после признания торгов, назначенных на 27.09.2017 несостоявшимися, ФИО2 был обязан организовать повторные торги, однако, согласно сообщению №218550, опубликованному на сайте ЕФРСБ 27.10.2017 конкурсный управляющий ФИО2 приступил к реализации имущества ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», путем проведения первых торгов, в том числе, движимое имущество, здания и сооружения, земельные участки, дебиторская задолженность и прочее, причем по начальной цене 74 978 300, 00 рублей (аналогичной цене по которой реализовалось имущество на торгах, назначенных на 04.08.2017), что подтверждается сообщением от 27.10.2017 №2181550.

Таким образом, суд первой инстанции указал, что в нарушение пункта 18 статьи 110 Закона о банкротстве конкурсный управляющий ФИО2 после признания торгов несостоявшимися, не приступил к реализации имущества путем проведения повторных торгов, а согласно имеющиеся информации начал торги заново.

Согласно сообщению №2307103, опубликованному на сайте ЕФРСБ 14.12.2017, указанные торги признаны несостоявшимися.

После чего, 14.12.2017 конкурсным управляющим объявлены повторные торги по реализации имущества ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», с начальной ценой 67 480 470,00 рублей (сообщение №2311273).

Однако судебная коллегия не может признать вывод суда первой инстанции о нарушении управляющим норм ст. 179 ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)» обоснованным, в силу следующего.

В соответствии с Положением о порядке продажи имущества должника, утвержденным комитетом кредиторов и нормами ст. 179 ФЗ РФ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсным управляющим были опубликованы следующие торги:

-23.06.2017 года-торги имущественным комплексом (начальная цена 74 978 300 рублей) (торги признаны несостоявшимися по причине отсутствия заявок);

-17.08.2017 года - торги производственно-технологическим комплексом (т.е. только имуществом, используемым в с/х деятельности) (начальная цена 65 866 400 рублей) (торги также признаны несостоявшимися по причине отсутствия заявок);

-27.10.2017 года - торги по продаже имуществом (начальная цена 74 978 300 рублей) (торги также признаны несостоявшимися по причине отсутствия заявок);

-14.12.2017 года - повторные торги по продаже имущества (начальная цена 67 480 470 рублей).

Поэтому вывод суда первой инстанции о том, что управляющий после признания несостоявшимися торгов имущественным комплексом и производственно-технологическим комплексом, начал 27.10.2017 года торги заново по той же цене, что и имущественным комплексом, фактически не соответствует материалам дела, т.к. 27.10.2017 года начался 3-й этап продажи имуществом (и весь перечень имущества был аналогичен составу имущественного комплекса, который был выставлен на торги на 1-м этапе), поэтому начальная цена имущества на этих этапах торгов совпадают.

В ст. 179 ФЗ РФ «О несостоятельности» установлены этапы проведения торгов сельскохозяйственной организации:

1 этап. Торги имущественным комплексом.

2 этап. Торги производственно-технологическим комплексом.

3 этап. Первые торги по продаже имущества.

4 этап. Повторные торги по продаже имущества.

5 этап. Торги в форме публичного предложения.

Более того, в соответствии с определением Арбитражного суда Ростовской области от 28.03.2017 года по делу № А53-10304/2015 о порядке продажи имущества, являющегося предметом залога, также установлены вышеуказанные этапы продажи имущества должника - с/х организации.

Суд апелляционной инстанции, делая вывод об отсутствии состава вменяемого правонарушения по данному эпизоду принимает во внимание, что все вышеуказанные торги не состоялись по причине отсутствия заявок (не было подано ни одной заявки на участие в торгах ни имущественным комплексом, ни производственно-технологическим комплексом, ни на торгах имуществом на аукционе), и проведение «дополнительных» этапов повторных торгов, о которых указывает управление, привело бы к существенному увеличению расходов конкурсного производства на проведение процедуры торгов и убыткам кредиторов.

В связи с изложенным, довод управления о нарушениях со стороны управляющего в виде не проведения дополнительных этапов торгов, является необоснованным.

Кроме того, судебная коллегия приходит к выводу о том, что данный эпизод, вменяемый Управлением арбитражному управляющему, фактически не мог привести к нарушению прав и законных интересов кредиторов и должника. Соответственно, даже в случае если бы суд пришел к выводу о наличии указанного нарушения имелись бы основания для применения по данному эпизоду положений о малозначительности правонарушения по статье 2.9 КоАП РФ.

Согласно шестого эпизода управлением указано, что ходе административного расследования установлено, что сообщения №2012410 от 17.08.2017, №2181550 от 27.10.2017, №2311273 от 14.12.2017 не содержат сведений о предприятии, его составе, характеристиках, отсутствует описание предприятия.

Абзацем 2 пункта 10 статьи 110 Закона о банкротстве предусмотрено, что в сообщении о продаже имущества должника должны содержаться сведения о предприятии, его составе, характеристиках, описание, порядок ознакомления. При этом, сведения об описании объекта должны быть достоверными и индивидуально определенными, а также подтверждены правоустанавливающими документами. В противном случае, недостоверное описание объектов реализации может привести к ситуации, когда до потенциальных покупателей не будут доведены достоверные сведения о предприятии, его составе, характеристиках, описании, что может повлечь ограничение круга потенциальных покупателей.

По смыслу данной нормы описание предмета торгов должно включать в себя все существенные характеристики реализуемого имущества, которые могут повлиять на цену покупки, а тем более такие, которые невозможно установить при осмотре реализуемого имущества.

Сообщения №2012410 от 17.08.2017, №2181550 от 27.10.2017, №2311273 от 14.12.2017 не содержат сведений о предприятии, его составе, характеристиках, отсутствует описание предприятия.

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что конкурсным управляющим ФИО2 нарушены требования п. 10 ст. 110 Закона о банкротстве.

Между тем судом первой инстанции не учтено следующее. 

Целью публикации в порядке статьи 110 Закона о банкротстве является надлежащее первичное описание объекта, то есть такое описание, которое позволит потенциальному покупателю определенно установить реализуемое имущество.

Для целей реализации недвижимого имущества, необходимым и достаточным является включение в сообщение следующего описания объекта недвижимого имущества: характеристик, позволяющих определенно установить недвижимое имущество как объект материального мира; характеристик, позволяющих определить расположение объекта материального мира - недвижимого имущества.

В сообщениях №2012410 от 17.08.2017, №2181550 от 27.10.2017, №2311273 от 14.12.2017 фактически содержатся необходимые сведения о предприятии, его составе, характеристиках, описание предприятия по каждой позиции движимого / недвижимого имущества отдельно.

При этом в отношении недвижимого имущества указаны наименование, кадастровый номер, инвентаризационный номер, площадь, местоположение.

В отношении движимого имущества указаны наименование (марка), государственный регистрационный знак, инвентарный номер, год выпуска.

Вся указанная информация содержится в разделе "прикрепленные документы", который является неотъемлемой частью соответствующей публикации, то есть в полном объеме раскрыта в доступных для участников торгов источниках с указанием в публикации на эти источники.

Кроме того, суд апелляционной инстанции учитывает пояснения управляющего согласно которым, публикуя более подробное описание объектов в прикрепленном файле арбитражный управляющий действовал исключительно в интересах кредиторов должника, поскольку с учетом большого количества имущества у ЗАО «Рыбколхоз Вешенский», объем опубликованной информации в газете «Коммерсантъ» за 1 объявление стоил бы 586 531,24 руб. 

Таким образом, за три этапа торгов - "Имущественный комплекс, Производственно-технологический комплекс, первые и повторные торги в форме аукциона" пришлось бы заплатить - 1 759 594 руб. На торговой площадке «Фабрикант», где непосредственно проходили торги, тоже имеются ограничения по указанию символов реализуемого имущества - не более 1000.

Также организатором торгов в спорных публикациях были указаны контактные данные (адрес электронной почты) для вопросов относительно просмотра имущества: почтовый адрес, номер телефона, по которым потенциальным участникам торгов предоставлялись консультации в отношении подлежащего продаже имущества, в связи с чем, все потенциальные покупатели, могли получать в порядке абзаца 3 пункта 9 статьи 110 Закона о банкротстве путем ознакомления с документами у организатора торгов необходимую информацию.

Суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что избранный способ опубликования сообщения не привел к ограничению числа участников торгов, имущество было продано на повторных торгах в форме аукциона.

Доказательств, достоверно свидетельствующих о том, что был затруднен доступ к торгам потенциальных покупателей либо были созданы препятствия для отчуждения имущества по максимально высокой цене, управлением не было представлено.

Размещение части информации не непосредственно в тексте сообщения, а в прикрепленных к нему документах, само по себе не указывает на факт ненадлежащего исполнения обязанностей конкурсного управляющего, а также не доказывает нарушения прав компании при том, что вся должная информация конкурсным управляющим опубликована в соответствии с порядком, установленным статьей 28 Закона о банкротстве, и доступ к ней не был каким-либо образом затруднен. 

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 20.05.2019 № Ф04-2959/2018 по делу № А27-4297/2016.

Кроме того, конкурсным управляющим ФИО2 18.11.2016 (сообщение №1430456) на сайте ЕФРСБ опубликован текст отчета об оценке №0099 от 14.10.2016, в котором содержалось подробное описание всего принадлежащего должнику имущества (с указанием на виды права, правоустанавливающих и подтверждающих документов, включением в текст отчета фотоматериалов), включая выставленные на торги объекты.

Таким образом, нормы п. 10 ст. 110 Закона о банкротстве в части неразмещения необходимой информации управляющим фактически не нарушены, а довод управления по этому эпизоду является необоснованным.

На основании изложенного судебная коллегия признает доказанным наличие вменяемого нарушения и вины управляющего только по первому эпизоду (неопубликование сведений о результатах собрания комитета кредиторов должника).

Кроме того, как уже отмечалось ранее, по четвертому эпизоду судебная коллегия может только констатировать факт несвоевременной подачи управляющим анализа (заключения о наличии (отсутствии) признаков фиктивного и преднамеренного банкротства ЗАО «Рыбколхоз Вешенский») в суд в материалы дела о несостоятельности (банкротстве) №А53-10304/2015, а не факт непроведения анализа признаков преднамеренного банкротства, на который ссылается Управление. 

При этом как по первому и четвертому эпизодам, так и в целом по материалам дела об административном правонарушении, судебная коллегия считает возможным применить положения ст. 2.9 КоАП РФ.

Согласно статье 2.9 КоАП РФ, при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.

В силу пункта 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2005 года № 5 "О некоторых вопросах, возникающих у судов при применении Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях" (далее - постановление № 5) малозначительным административным правонарушением является действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки состава административного правонарушения, но с учетом характера совершенного правонарушения и роли правонарушителя, размера вреда и тяжести наступивших последствий не представляющее существенного нарушения охраняемых общественных правоотношений.

В соответствии с пунктами 18 и 18.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" (далее - постановление № 10) при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.

При квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным Кодексом Российской Федерации об административных правонарушениях. Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность. Так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий. Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 данного постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния.

По смыслу статьи 2.9 КоАП РФ оценка малозначительности деяния должна соотноситься с характером и степенью общественной опасности, причинением вреда либо с угрозой причинения вреда личности, обществу или государству.

Одним из основных принципов ответственности является принцип справедливости, говорящий о том, что наказания и взыскания должны соответствовать степени тяжести нарушения.

Соблюдение конституционных принципов справедливости и соразмерности при назначении административного наказания законодательно обеспечено возможностью назначения одного из нескольких видов административного наказания, установленного санкцией соответствующей нормы закона за совершение административного правонарушения, наличием широкого диапазона между минимальным и максимальным пределами административного наказания и, кроме того, возможностью освобождения лица, совершившего административное правонарушение, от административной ответственности в силу малозначительности (определение Конституционного Суда Российской Федерации от 16.07.2009 № 919-О-О).

Что касается арбитражных управляющих, то их особый публично-правовой статус (предполагающий наделение их публичными функциями, выступающими в качестве своего рода пределов распространения на них статуса индивидуального предпринимателя) обусловливает, как подчеркивал Конституционный Суд Российской Федерации, право законодателя предъявлять к ним специальные требования, относить арбитражных управляющих к категории должностных лиц (примечание к статье 2.4 КоАП РФ) и вводить повышенные меры административной ответственности за совершенные ими правонарушения (постановление от 19.12.2005 № 12-П и определение от 23.04.2015 № 737-О).

Между тем, освобождение от административной ответственности ввиду малозначительности совершенного административного правонарушения допустимо лишь в исключительных случаях, поскольку иное способствовало бы формированию атмосферы безнаказанности и было бы несовместимо с принципом неотвратимости ответственности правонарушителя (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.02.2013 № 4-П и определение Конституционного Суда Российской Федерации от 03.07.2014 № 1552-О). Согласно разъяснениям, данным Пленумом Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, при квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного судам надлежит учитывать, что статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным данным Кодексом; возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность; так, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части КоАП Российской Федерации ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий (пункт 18.1 постановления № 10).

Поскольку статья 2.9 КоАП РФ является общей нормой, не содержит исключений и ограничений и может быть применена судом в отношении любого состава правонарушения, ответственность за которое предусмотрена КоАП РФ. Запрета на применение малозначительности к каким-либо составам правонарушений, в том числе в отношении повторно совершенным правонарушениям КоАП РФ не установлено.

Таким образом, применение статьи 2.9 КоАП РФ возможно и в тех случаях, когда санкция соответствующей статьи КоАП РФ предусматривает более строгое наказание в связи с повторностью совершенного правонарушения.

Оценив характер допущенного арбитражным управляющим нарушения, суд апелляционной инстанции не находит оснований для выводов о том, что это нарушение каким-либо образом повлекло нарушение охраняемых законом общественных интересов. Суд также не усматривает в действиях арбитражного управляющего пренебрежительного отношения к исполнению своих публично-правовых обязанностей, к формальным требованиям публичного права. Допущенные арбитражным управляющим нарушения не повлекли и не могли повлечь вреда, в том числе экономическим интересам кредиторов и должника, либо публичным интересам.

В рассматриваемом случае действиями административного органа по возбуждению дела об административном правонарушении достигнута предупредительная цель административного производства.

Административным органом не представлено в материалы дела достаточных доказательств, свидетельствующих о пренебрежительном отношении конкурсного управляющего к исполнению возложенных на него действующим законодательством обязанностей, о наступлении или угрозе наступления негативных последствий от его действий (бездействий).

Судебной коллегией учитывается, что выявленные нарушения не носят систематического и злостного характера.

Обстоятельств, отягчающих административную ответственность, заявителем также не представлено, так же как и не представлено доказательств причинения реального ущерба кредиторам должника совершенным правонарушением, а также доказательств нарушения процедуры банкротства.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что и при освобождении арбитражного управляющего от административной ответственности ввиду применения статьи 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях достигаются и реализуются все цели и принципы административного наказании: справедливости, неотвратимости, целесообразности и законности, поскольку к нарушителю применяется такая мера государственного реагирования, как устное замечание, которая призвана оказать моральное воздействие на нарушителя и направлена на то, чтобы предупредить, проинформировать нарушителя о недопустимости совершения подобного нарушения впредь.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно разъяснениям пункта 17 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 02.06.2004 № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" суд, установив при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности малозначительность правонарушения, руководствуясь частью 2 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, принимает решение об отказе в удовлетворении требований административного органа, освобождая от административной ответственности в связи с малозначительностью правонарушения, и ограничивается устным замечанием, о чем указывается в мотивировочной части решения.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции в соответствии со статьей 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях считает возможным освободить арбитражного управляющего ФИО2 от административной ответственности в связи с малозначительностью совершенного административного правонарушения, ограничившись устным замечанием.

Рассматривая требование заявителя о дисквалификации, апелляционный суд также исходит из следующего.

В пункте 56 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве"  судам даны следующие разъяснения: при осуществлении предусмотренных Законом о банкротстве функций по утверждению и отстранению арбитражных управляющих суд должен исходить из таких общих задач судопроизводства в арбитражных судах, как защита нарушенных прав и законных интересов участников судебного разбирательства и предупреждение правонарушений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности (статья 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 "1-ФКЗ "Об арбитражных судах в Российской Федерации" и статья 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей является основанием для отстранения такого управляющего по ходатайству собрания (комитета) кредиторов либо лица, участвующего в деле о банкротстве (абзац второй пункта 3 статьи 65, абзацы шестой и седьмой пункта 5 статьи 83, абзацы второй и третий пункта 1 статьи 98 и абзацы второй и третий пункта 1 статьи 145 Закона о банкротстве).

Отстранение арбитражного управляющего по данному основанию связано с тем, что арбитражный управляющий утверждается для осуществления процедур банкротства и обязан при их проведении действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества (статья 2 и пункт 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве), а неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим своих обязанностей, выражающееся в нарушении им законодательства при осуществлении своих полномочий, приводит к возникновению обоснованных сомнений в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства.

В связи с этим, а также в целях недопущения злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) при рассмотрении дела о банкротстве суд не может допускать ситуации, когда полномочиями арбитражного управляющего обладает лицо, в наличии у которого должной компетентности, добросовестности или независимости у суда имеются существенные и обоснованные сомнения.

Учитывая изложенное, в тех исключительных случаях, когда совершение арбитражным управляющим неоднократных грубых умышленных нарушений в данном или в других делах о банкротстве, подтвержденное вступившими в законную силу судебными актами (например, о его отстранении, о признании его действий незаконными или о признании необоснованными понесенных им расходов), приводит к существенным и обоснованным сомнениям в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности или независимости, суд вправе по своей инициативе или по ходатайству участвующих в деле лиц отказать в утверждении такого арбитражного управляющего или отстранить его.

Принимая во внимание исключительность названной меры, недопустимость фактического установления таким образом запрета на профессию и необходимость ограничения во времени риска ответственности за совершенные нарушения, суд должен также учитывать, что основанием для подобных отказа или отстранения не могут служить нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба, а также нарушения, имевшие место значительное время (несколько лет и более) назад.

Указанные разъяснения даны применительно к вопросу об отстранении либо отказа в утверждении арбитражного управляющего. 

Вместе с тем, они могут быть применены и по настоящему делу.

При этом в случае повторного нарушения в дальнейшем арбитражным управляющим законодательства о банкротстве соответствующие нарушения, установленные судом, могут образовывать признак неоднократности. 

В случае формального отношения к допущенным арбитражным управляющим нарушениям и применения наказания за любое нарушение законодательства о банкротстве, а не только за существенное, любое следующее нарушение законодательства будет означать для арбитражного управляющего возможную дисквалификацию.

Вместе с тем, такой формальный подход (с учетом ужесточения санкции части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях) неприменим. Отстранение (отказ в утверждении арбитражного управляющего) по существу являются более мягкими последствиями для арбитражного управляющего, нежели дисквалификация. 

Вместе с тем, в случае дисквалификации ограничивается одно из фундаментальных конституционных прав человека - право на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации). Указанное свидетельствует о том, что законодатель, внося изменения в санкцию части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, исходил из необходимости первоначального и повторного нарушения (части 3.1 статьи 14.13 КоАП РФ, в отношении которого подлежит применению дисквалификация) действительной существенности проступка. 

При этом недопустима формальная констатация факта совершения арбитражным управляющим нарушения, а необходима его качественная оценка. Критерии такой оценки заложены в пункте 56 постановления Пленума ВАС РФ № 35.

Таким образом, существенными (и, соответственно, влекущими административную ответственность) являются нарушения: в результате которых нарушены права и законные интересы лиц, участвующих в деле; повлекшие обоснованные сомнения в способности данного управляющего к надлежащему ведению процедур банкротства (в том числе сомнения в наличии у арбитражного управляющего должной компетентности, добросовестности, независимости); неоднократные грубые умышленные нарушения (например, повлекшие его отстранение в деле о банкротстве, признание его действий незаконными или о признание необоснованными понесенных им расходов).

При этом нарушения, допущенные управляющим по неосторожности, несущественные нарушения, нарушения, не причинившие значительного ущерба должны признаваться малозначительными. Доказательств существенности нарушений заявитель не предоставил.

В соответствии с пунктом 17 постановления № 10 установив при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности малозначительность правонарушения, суд, руководствуясь частью 2 статьи 206 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьей 2.9 КоАП РФ, принимает решение об отказе в удовлетворении требований административного органа, освобождая от административной ответственности в связи с малозначительностью правонарушения.

Судебная коллегия, оценив имеющиеся в материалах дела документы, учитывая отсутствие доказательств существенной угрозы охраняемым общественным отношениям, а также доказательств, что вышеуказанные нарушения привели к нарушению прав и законных интересов кредиторов и иных лиц, считает возможным освободить арбитражного управляющего от административной ответственности в виду малозначительности совершенных им правонарушений, ограничившись устным замечанием.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что административное наказание в виде дисквалификации сроком на шесть месяцев не соответствует тяжести допущенного правонарушения.

Факт возбуждения административного дела выполняет предупредительную функцию, в связи с чем, охраняемым правоотношениям обеспечивается адекватная защита, что соответствует принципам и целям административного производства.

В этой связи, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что при формальном наличии всех признаков состава правонарушения само по себе оно не причинило существенного вреда публичным интересам и не создало значительной угрозы охраняемым общественным отношениям в сфере несостоятельности (банкротства), не причинило вреда кредиторам должника, все выявленные нарушения управляющим устранены, а потому, суд апелляционной инстанции, основываясь на своем внутреннем убеждении и исходя из оценки конкретных обстоятельств, считает выявленные правонарушения подлежащим признанию малозначительными.

В настоящем деле обстоятельств наличия существенной угрозы охраняемым общественным отношениям в деяниях, совершенных арбитражным управляющим, и иных, исключающих возможность признания их малозначительными, не установлено.

При этом, судебная коллегия считает необходимым указать, что и при освобождении арбитражного управляющего от административной ответственности ввиду применения статьи 2.9 КоАП РФ достигаются и реализуются все цели и принципы административного наказании: справедливости, неотвратимости, целесообразности и законности, поскольку к нарушителю применяется такая мера государственного реагирования, как устное замечание, которая призвана оказать моральное воздействие на нарушителя и направлена на то, чтобы предупредить, проинформировать нарушителя о недопустимости совершения подобного нарушения впредь.

В соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации несоответствие выводов, изложенных в решении, обстоятельствам дела, является основанием для изменения или отмены решения арбитражного суда первой инстанции.

Так как выводы суда первой инстанции не соответствуют обстоятельствам дела, решение Арбитражного суда Ростовской области от 21.08.2020 по делу№ А53-19357/2020 подлежит отмене по основаниям пункта 3 части 1 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В связи с отменой обжалованного судебного акта, суд апелляционной инстанции в соответствии с полномочиями, предусмотренными пунктом 2 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимает новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления управления о привлечении арбитражного управляющего к административной ответственности.

Частью 4 статьи 208 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что заявление об оспаривании решения административного органа о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагается.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ростовской области от 21.08.2020 по делу№ А53-19357/2020 отменить.

В удовлетворении заявления Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Ростовской области о привлечении арбитражного управляющего ФИО2 к административной ответственности по части 3.1 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказать.

Возвратить ФИО2 из федерального бюджета излишне уплаченную при подаче апелляционной жалобы по квитанции от 28.08.2020 г. № 170213 госпошлину в сумме 3000 руб.

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.

Председательствующий Д.В. Николаев

СудьиД.В. Емельянов

Н.В. Шимбарева