ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г.Москва

20.10.2020                                                                              Дело № А40-107097/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13.10.2020

Постановление в полном объеме изготовлено 20.10.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Перуновой В.Л. и Тарасова Н.Н. 

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего – ФИО1 по дов. от 19.11.2019;

от ФИО2 – ФИО3 по дов. от 09.07.2019;

от ФИО4 – ФИО5 по дов. от 27.11.2019,

рассмотрев в судебном заседании 13.10.2020 кассационную жалобу конкурсного управляющего ООО «Асмато»

на определение от 05.02.2020 Арбитражного суда города Москвы, постановление от 14.07.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда, принятые по заявлению конкурсного управляющего о признании сделки купли – продажи недвижимого имущества, заключенной между ООО «Асмато» и ФИО2, недействительной и о применении последствий ее недействительности,

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Асмато»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.06.2018 заявление кредитора ФИО6 (далее – ФИО6) о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Асмато» (далее – ООО «Асмато», должник) было признано обоснованным и в отношении должника была введена процедура наблюдения. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2018 ООО «Асмато» было признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника было открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим должника был утвержден ФИО7. 

23.08.2019 в Арбитражный суд города Москвы от конкурсного управляющего должника поступило заявление о признании недействительными сделками действий должника по передаче Максиму Топперу 12 помещений, расположенных по адресу: 

<

...>, и о применении последствий недействительности сделки.

В обоснование заявления конкурсный управляющий, ссылаясь на пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, указывал, что оспариваемая сделка была совершена при неравноценном встречном исполнении, в условиях лишь частичной оплаты по сделке со стороны ответчика.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 05.02.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2020,  в удовлетворении заявления конкурсного управляющего было отказано

При рассмотрении настоящего обособленного спора в деле о банкротстве должника судами первой и апелляционной инстанций было установлено, что 28.01.2013 между должником и гражданином ФИО8 был заключен предварительный договор купли-продажи, по условиям которого в будущем между сторонами будет заключен договор купли-продажи нежилых помещений по адресу 

<

...> (присвоенный адрес - Москва, ул. Долгоруковская, д.4А).

Суды указали, что в соответствии с условиями договора, а также последующих дополнительных соглашений к нему предметом договора являлись 12 нежилых помещений на 7 этаже стоимостью 213 000 долларов США.

Ответчиком в адрес должника платежным поручением № 001 от 01.02.2013 было перечислено на счет должника 213 000 долларов США, что на день оплаты по действовавшему курсу составило - 6 393 429 руб.

Суды установили, что ввод административного здания, в котором находятся спорные помещения, в эксплуатацию был произведен 30.12.2015.

05.08.2016 между ООО «Асмато», Правительством Москвы и ГБОУВПО «МГМСУ им.Евдокимова» был подписан акт о результатах частичной реализации инвестиционного контракта, согласно которому спорные помещения были переданы ООО «Асмато». 

01.09.2016 между должником и ответчиком было заключено дополнительное соглашение № 1 к предварительному договору купли-продажи № 13/01-1, которым были фактически скорректированы площади переданных ФИО2 помещений в связи с корректировкой проекта возведенного здания, а также определен срок (31.12.2016), в течение которого стороны обязались подписать основной договор.

Суды указали, что данные обстоятельства были установлены вступившим в законную силу решением Тверского районного суда города Москвы от 30.10.2017 по делу № 02-4/2017.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего должника о начале исчисления годичного срока для оспаривания сделки - с момента регистрации права собственности на спорные помещения за ответчиком (15.01.2018), суды исходили из того, что оспариваемая сделка была исполнена сторонами в период с февраля 2013 года по сентябрь 2016 года. 

Учитывая указанные обстоятельства, суды пришли к выводу о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Проверяя доводы конкурсного управляющего о неравноценном встречном исполнении по сделке, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости назначения судебной экспертизы в целях определения рыночной стоимости спорных объектов недвижимого имущества (определение Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2019).

Конкурсный управляющий в обоснование неравноценности сделки в заявлении указывал, что в 2013 году должником также были заключены договоры об осуждении недвижимого имущества, находящегося в здании по адресу: Москва, ул.Долгоруковская, д.4А со следующими лицами: ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, согласно условиям которых стоимость одного квадратного метра составляла 2 890 долларов США (судебные акты суда общей юрисдикции по делам №2- 1919/2016, 2-1932/2016 и №2-1487/2016).

Учитывая указанные обстоятельства, управляющий полагал, что какие-либо разумные экономические мотивы в обоснование столь невыгодной сделки для должника (при наличии кредитных обязательств на дату подписания дополнительного соглашения) отсутствовали.

Отклоняя доводы о неравноценности оспариваемой сделки, суды исходили из того, что приобретенные указанными конкурсным управляющим лицами помещения по их техническим характеристикам значительно превосходили помещения, приобретенные ответчиком, поскольку ими были приобретены офисные помещения площадью более 500 кв. м, расположенные в корпусе «Б» здания по адресу 

<

...>, в то время как ФИО2 приобрел помещения на техническом чердачном этаже корпуса «А» указанного здания.

Установив указанные обстоятельства, суды пришли к выводу, что стоимость данных помещений, по которой они были приобретены ФИО2, не является заниженной, и не может сравниваться с площадью иных помещений в данной здании.

Кроме того, судами было отмечено, что условия сделок, заключенных между должником и другими физическими лицами, не могут быть сравнимы с условиями оспариваемой сделки, поскольку сделки с указанными лицами в отношении помещений в том же здании не являлись обычными хозяйственными сделками, а являлись деятельностью аффилированного и контролирующего лица - АКБ «ЛЕГИОН» по скрытому финансированию должника, и возможному выводу денежных средств банка с использованием должника как транзитной организации (постановление Арбитражного суда Московского округа от 04.09.2019 по настоящему делу).

Суды установили, что ответчиком были получены выписки из ЕГРН, представленные в материалы дела, согласно которым на 15.01.2018 у данных помещений была следующая кадастровая стоимость:

№ помещения

Кадастровый номер

Стоимость (руб.)

74

77:01:0004003:367

637 549,62

76

77:01:0004003:367

399 657,97

77

77:01:0004003:367

770 768,95

78

77:01:0004003:368

1 070 512,43

79

77:01:0004003:366

813 589,44

80

77:01:0004003:367

428 204,97

81

77:01:0004003:367

337 806,14

83

77:01:0004003:366

623 276,12

84

77:01:0004003:367

704 159,28

85

77:01:0004003:365

394 900,14

86

77:01:0004003:368

637 549,62

Общая кадастровая стоимость указанных земельных участков составила 6 817 974,68 руб., что также было признано судами подтвержденным налоговым уведомлением №69368610 от 22.08.2019 об оплате налога на имущество за помещения, представленным в материалы дела.

Учитывая, что в предварительном договоре купли-продажи, заключенном между должником и ответчиком, стоимость недвижимого имущества была определена в размере 213 000 долларов США (6 393 429 руб.), суды пришли к выводу, что разница между оплаченной ответчиком суммой в размере 6 393 429 руб. и кадастровой стоимостью на 15.01.2018  - 6 817 974,68 руб. составляет 424 545,68 руб. и является не существенной.

Признавая подготовленное 19.12.2019 заключение экспертизы №19- 12/2019 ненадлежащим доказательством, суды исходили из того, что поскольку конкурсный управляющий ФИО7 21.11.2019 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, эксперт составил заключение на основании документов, в том числе предоставленных лицом, не участвующим в настоящем споре.

Установив указанные обстоятельства, оценив в совокупности представленные в материалы дела доказательства и применив нормы пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суды пришли к выводу о недоказанности неравноценного встречного исполнения по оспариваемой сделке, в связи с чем отказали в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной.

Кроме того, судами было отмечено, что конкурсным управляющим был избран ненадлежащий способ защиты, поскольку заявление об оспаривании сделки должника было направлено на пересмотр судебного акта суда общей юрисдикции (решения Тверского районного суда г. Москвы от 30.10.2017 по делу №02- 4974/2017 по иску ФИО2 к ООО «Асмато»), на основании которого был осуществлен и зарегистрирован переход права собственности на спорные объекты недвижимости к ответчику.

Не согласившись с принятыми по его заявлению судебными актами, конкурсный управляющий обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. 

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что судам следовало проверить недействительность оспариваемой сделки и по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также судами не было учтено, что изначально предварительный договор был заключен на 5 помещений, а в 2016 – уже на 12 помещений, т.е. фактически между сторонами был заключен новый договор купли-продажи  в условиях отсутствия дополнительной оплаты. При этом заявитель считает, что поскольку фактической передачи объектов недвижимого имущества осуществлено не было, то конкурсным управляющим не был пропущен срок исковой давности.

Также конкурсный управляющий полагает, что судебный акт суда общей юрисдикции, на основании которого был осуществлен переход права собственности, не имеет преюдициального значения для разрешения настоящего обособленного спора.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

В заседании суда кассационной инстанции представитель конкурсного управляющего поддержал доводы кассационной жалобы, просил определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, настаивая на неполной проверке судами всех обстоятельств дела.

Представители ФИО2 (по доводам заблаговременно направленного отзыва) и ФИО4 возражали против удовлетворения кассационной жалобы, полагали обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными, указав на то, что конкурсный управляющий не учитывает, что изменение количества передаваемых помещений в 2016 году с сохранением той же стоимости было обусловлено договоренностью о передаче помещений с иными техническими характеристиками, которые стоили меньше, в связи с чем доплата не вносилась, настаивали на недобросовестных действиях конкурсного управляющего по оспариванию сделок с участием ФИО2

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей конкурсного управляющего должника, ответчика и ФИО4, обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва и устных возражений на нее, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции и постановления суда апелляционной инстанции по заявленным в кассационной жалобе доводам, поскольку считает, что судами при рассмотрении настоящего обособленного спора не было допущено таких нарушений норм процессуального права, которые привели или могли привести к принятию неправильных судебных актов, так как выводы судов о действительности перехода права собственности на ответчика были основаны, в том числе, на вступившем в законную силу судебном акте Тверского районного суда г. Москвы от 30.10.2017 по делу №02- 4974/2017, являющегося обязательным для арбитражного суда, а также на совокупности исследованных судами обстоятельств, не подтвердивших наличия оснований для признания сделки недействительной и по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Несогласие конкурсного управляющего должника с решением Тверского районного суда г. Москвы от 30.10.2017 по делу №02- 4974/2017, на основании которого был осуществлен и зарегистрирован переход права собственности на спорные объекты недвижимости к ответчику, не может являться основанием для отмены состоявшихся по настоящему обособленному спору судебных актов, поскольку это привело бы к ревизии судебного акта суда общей юрисдикции, что недопустимо.

В отношении применения судами заявленных конкурсным управляющим для оспаривания сделки норм материального права судебная коллегия суда кассационной инстанции отмечает следующее.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 постановления № 63).

В пункте 8 постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 1 ст. 61.2. Закона о банкротстве не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

Бремя доказывания неравноценности встречного исполнения в силу закона возлагается на заявителя путем представления соответствующих доказательств.

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника, суды, применив указанные нормы Закона о банкротстве и разъяснения высшей судебной инстанции по их применению, исходили из недоказанности неравноценности встречного исполнения, пропуска срока исковой давности и выбора ненадлежащего способа защиты права, направленного на пересмотр судебного акта суда общей юрисдикции.

Мотивы, по которым суды пришли к вышеуказанным выводам, указаны в судебных актах достаточно подробно и основаны на исследовании судами доказательств в совокупности.

Заявляя об обратном (о неполной проверке судами обстоятельств дела), конкурсный управляющий не учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, приведенную, в том числе, в Определении от 17.02.2015 №274-О, согласно которой статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, представляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела.

Полагая, что суды должны были самостоятельно применить положения пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, конкурсный управляющий не учитывает, что определение судом подлежащего применению законодательства может быть обусловлено только наличием установленных судами соответствующих обстоятельств.

Вместе с тем, в рамках настоящего обособленного спора таких обстоятельств конкурсным управляющим приведено не было и, соответственно, судами не установлено. 

Доводы кассационной жалобы не опровергают выводы судов первой и апелляционной инстанций, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суды оценили с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в целом повторяют доводы, которые были предметом исследования в суде апелляционной инстанций и им дана надлежащая правовая оценка с указанием в судебном акте мотивов их отклонения, с которой судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается.

Учитывая вышеизложенное и поскольку судами первой и апелляционной инстанций не было допущено таких нарушений норм материального и процессуального права  при рассмотрении обособленного спора, которые могут быть положены в основание отмены судебных актов при проверке их законности в порядке кассационного производства, то судебная коллегия суда кассационной инстанции, действующая строго в пределах своих полномочий, считает, что определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 05.02.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.07.2020 по делу № А40-107097/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

 

Председательствующий – судья                                                          Е.А. Петрова 

Судьи:                                                                                                            Н.Н. Тарасов

                                                                                                                        В.Л. Перунова