ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г.Москва

05.02.2020                                                                            Дело № А40-21587/2018

 

Резолютивная часть постановления объявлена 29.01.2020

В полном объеме постановление изготовлено 05.02.2020

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе:

председательствующего – судьи Петровой Е.А.

судей Зверевой Е.А. и Каменецкого Д.В. 

при участии в заседании:

от к/у Банка «Новый Символ» (АО) - ГК «АСВ»  – ФИО1 по дов. от 03.12.2019;

от ФИО2 – лично, паспорт, ФИО3 по дов. от 17.12.2019,

рассмотрев в судебном заседании 29.01.2020 кассационную жалобу конкурсного управляющего Банка «Новый Символ» (АО) - ГК «АСВ»

на определение от 15.07.2019 Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 10.10.2019 Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятые по заявлению ФИО4 о включении требований в размере 75 330 082,19 руб. в реестр требований кредиторов должника

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) Банк «Новый Символ» (АО), 

 

УСТАНОВИЛ:

Приказом Банка России от 27.11.2017 № ОД-3320 с 27.11.2017 у Акционерного общества Банка «Новый Символ» (далее – Банк «Новый Символ», Банк или должник) была отозвана лицензия на осуществление банковских операций.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.04.2018 Банк «Новый Символ» был признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника была открыта процедура конкурсного производства, функции конкурсного управляющего возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В рамках дела о банкротстве Банка в Арбитражный суд города Москвы 24.07.2018 поступили возражения ФИО4 (далее -ФИО4) на отказ конкурсного управляющего уведомлением от 25.07.2018 во включении в реестр требований кредиторов должника, в котором ФИО4 просил включить в реестр требований кредиторов задолженность АО Банк «Новый символ» перед ним в размере 75 330 082,19 руб.

В обоснование заявления ФИО4 ссылался на то, что им как займодавцем были предоставлены денежные средства ФИО5 (заемщику) по договору займа от 09.10.2015 в размере 58 000 000 руб. на срок до 09.10.2020 под 14% годовых, при этом обязательства заемщика по возврату займа были обеспечены поручительством Банка (договор поручительства от 09.10.2015), однако обязательства по возврату суммы займа и уплате процентов не были исполнены ни заемщиком, ни поручителем.

ФИО4 указывал, что конкурсный управляющий необоснованно отказал во включении его требований к Банку-поручителю в реестр требований кредиторов должника, так как никем не были оспорены ни договоры, на которых основаны требования, ни акты приема-передачи наличных денежных средств.

В ходе проверки судом первой инстанции обоснованности возражений ФИО4 конкурсным управляющим было заявлено ходатайство о назначении экспертизы подписи ФИО5 и оттисков печати Банка на договорах поручительства, а также соответствия дат изготовления и проставления подписи на договорах поручительства дате заключения договоров поручительства.

Заявляя данное ходатайство, конкурсный управляющий ссылался на то, что заемщик ФИО5 являлся Председателем Правления Банка и его подписи на договорах поручительства могли быть сфальсифицированны, так как в документации и отчетности Банка, имеющихся у конкурсного управляющего, не обнаружены ни договоры поручительства, ни договоры займа, ни какие-либо другие сведения о наличии у Банка обязательств, основанных на договорах поручительства.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.03.2019 было назначено проведение судебно-технической и судебно-почерковедческой экспертиз. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 15.07.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2019, возражения ФИО4 были удовлетворены, признано обоснованным заявление и включено в третью очередь реестра требований кредиторов Банка «Новый Символ» требование ФИО4 в размере 75 330 082,19 руб.

При рассмотрении настоящего обособленного спора суды обеих инстанций признали установленными обстоятельства заключения между ФИО4 (заимодавец) и ФИО5 (заемщик) договора займа 09.10.2015, а также обстоятельства выдачи наличных денежных средств в размере 58 000 000 руб. по акту приема-передачи от 09.10.2015.

Также суды признали установленными обстоятельства предоставления Банком обеспечения обязательств ФИО5 путем заключения договора поручительства 09.10.2015, согласно которому Банк в полном объеме обязуется отвечать за заемщика по его обязательствам по договору займа.

Судами были приняты во внимание результаты судебной экспертизы, по которой перед экспертами были поставлены вопросы о том, ФИО5 или иным лицом была выполнена подпись от имени поручителя на  договоре поручительства и соответствует ли оттиск на договоре поручительства оттиску печати Банка «Новый Символ». Суды отметили, что оригиналы договоров поручительства были представлены в распоряжение эксперта.

Суды указали, что в ответ на поставленные вопросы эксперт пришел к выводу, что подпись на договоре выполнена ФИО5, а оттиск печати на договоре оттиску печати Банка «Новый Символ» не соответствует.

Суд апелляционной инстанции дополнительно отметил, что оригинал заключения эксперта № 92/А40-21587/18-103-17Б от 28.06.2019 на 34 листах был приобщен судом первой инстанции к материалам аналогичного обособленного спора по рассмотрению возражений ФИО6 (номер апелляционного производства 09АП-51815/19, том 2), и обозревался судом апелляционной инстанции в судебном заседании по рассмотрению апелляционной жалобы конкурсного управляющего на определение суда первой инстанции от 15.07.2019.

Суды пришли к выводу о соблюдении письменной формы договора поручительства, подписанных сторонами, поскольку подлинность подписи была  удостоверена заключением эксперта, в связи с чем указали, что волеизъявление сторон было направлено на заключение договора поручительства, а сложившаяся практика показывает, что в больших кредитных организациях существует несколько печатей и не все из них учтены по внутренним положениям и регламентам, это вопрос ненадлежащей организации текущей деятельности должника, который сам по себе не может свидетельствовать о недействительности договора поручительства.

Отклоняя доводы конкурсного управляющего об отсутствии в отчетности Банка сведений об обязательствах поручительства, суды указали, что бухгалтерский учет является вторичной документацией по отношению к вопросу возникновения обязательств по договору поручительства и отсутствие бухгалтерской проводки не может служить доказательством не заключения договоров поручительства между заявителем и Председателем Правления ФИО5

Отклоняя доводы конкурсного управляющего о совершении сделок с заинтересованностью, суды исходили из буквального текста представленных протоколов годового общего собрания акционеров Банка, в которых указано, что считаются одобренными до следующего годового общего собрания акционеров Банка сделки с заинтересованностью, стороной (сторонами), выгодоприобретателями, посредниками или представителями по которым выступал в том числе и ФИО5, а также указали, что удовлетворение требований заявителя не может зависеть от внутренних корпоративных документов должника.

Ссылки конкурсного управляющего на злоупотребление правом были судами отклонены с указанием на то, что обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении правом, должны носить явный характер, при котором не остается сомнений в том, что действия участников этих правоотношений совершаются умышленно и направлены исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом суд апелляционной инстанции отметил, что лицензия на осуществление банковских операций была отозвана у должника не по причине неспособности Банка удовлетворить требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей, а в связи с неисполнением Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, с неоднократным нарушением в течение одного года требований, предусмотренных статьями 6, 7 (за исключением пункта 3 статьи 7) Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма».

Суд апелляционной инстанции указал, что доказательств недобросовестности и злоупотреблений правами со стороны заявителя не представлено, а в рамках настоящего дела поручитель и заявитель, должник и заявитель не аффилированы, конкурсным управляющим не заявлялось об этом. Взаимодействие сторон основано на гражданско-правовых обязательствах.

Конкурсный управляющий не согласился с определением и постановлением и обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит судебные акты по возражениям ФИО4 отменить, приняв новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО4

В обоснование кассационной жалобы заявитель ссылается на нарушение судом норм процессуального и материального права, на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам и указывает, что договор, на основании которого ФИО4 был включен в реестр требований кредиторов Банка, является недействительной сделкой на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, для должника данная сделка не представляла никакого экономического интереса, поскольку Банк в лице Председателя Правления ФИО5 предоставил поручительство за исполнение своих личных обязательств по договору займа.

Также управляющий указывает на злоупотребление правом заявителем, поскольку кредитором не предпринимались действия по истребованию суммы задолженности и ее взысканию в судебном порядке с основного должника - ФИО5

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о рассмотрении настоящей кассационной жалобы была размещена на общедоступных сайтах Арбитражного суда Московского округа http://www.fasmo.arbitr.ru и http://kad.arbitr.ru в сети «Интернет».

Определением Арбитражного суда Московского округа от 19.12.2019 рассмотрение кассационной жалобы конкурсного управляющего было отложено на 29.01.2020 и продолжено в том же составе суда.

В заседании суда кассационной инстанции 29.01.2020 представитель конкурсного управляющего должника поддержал доводы кассационной жалобы, просил судебные акты отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления ФИО4

Представитель кредитора  возражал против удовлетворения кассационной жалобы по доводам заблаговременно направленного отзыва на кассационную жалобу, полагал обжалуемые определение и постановление законными и обоснованными.

Представители как конкурсного управляющего, так и заявителя дали пояснения на вопросы судебной коллегии о фактическом предоставлении заемных денежных средств налично, о финансовых возможностях займодавца предоставить наличные денежные средства, об аналогичных спорах.

Представители пояснили, что таких требований было заявлено и рассмотрено судами обеих инстанций шесть, при этом представитель заявителя полагал доказанным как факт предоставления заемных средств и финансовую состоятельность своих доверителей, но согласился с тем, что соответствующих выводов судебные акты не содержат, пояснил, что денежные средства предоставлялись для инвестирования объектов, в создании которых Банк не мог участвовать вследствие действий предписаний ЦБ, а конкурсный управляющий указал на отсутствие доказательств как наличия у кредиторов денежных средств в заявленных размерах, так и их предоставления заемщику, обратив внимание, что в настоящее время в судах общей юрисдикции рассматриваются требования Банка к тем же лицам о взыскании задолженности по кредитам, предоставленным в спорные периоды.

Иные лица, участвующие в деле о банкротстве, надлежаще извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в судебное заседание суда кассационной инстанции не явились, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

Изучив материалы дела, выслушав представителей конкурсного управляющего и кредитора, обсудив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, проверив в порядке статьи 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к выводу, что определение и постановление подлежат отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

Согласно разъяснениям Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, данным в абзаце первом пункта 26 Постановления от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» в силу пунктов 3-5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требовании? кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласии? относительно этих требовании? между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.

При установлении требовании? кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Таким образом, в деле о банкротстве включение в реестр требовании? кредиторов должника возможно только в случае установления действительного наличия обязательства у должника перед кредитором, которое подтверждено соответствующими доказательствами.

Данные разъяснения подлежат применению и при проверке возражений кредиторов на отказ конкурсного управляющего кредитной организации включить требования кредиторов в реестр.

Судебной практикой с учетом вышеуказанных разъяснений высшей судебной инстанции выработан подход о том, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Данный подход к проверке обоснованности требования кредитора подлежит применению и при проверке обоснованности требования кредитора к должнику - поручителю, если основное обязательство возникло вследствие передачи заемщику наличных денежных средств.

В пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что сделка, нарушающая запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и посягающая на права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При рассмотрении в деле о банкротстве требования кредитора суд обязан проверить возражения иных участвующих в этом деле лиц о ничтожности сделки (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), на которой основано требование, с целью недопущения включения в реестр необоснованной задолженности (абзац четвертый пункта 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В рамках настоящего обособленного спора конкурсным управляющим были заявлены возражения, основанные на разумных сомнениях, обусловленных совокупностью таких обстоятельств как отсутствие в отчетности Банка взятых на себя обязательствах по поручительству, отсутствие оригиналов или копий договоров займа и поручительства, оформление поручительства от имени Банка его Председателем Правления, одновременно являющимся заемщиком.

При таких заявленных конкурсным управляющим возражениях судам необходимо было проверить факт предоставления займа ФИО5 в соответствии с теми требованиями к обоснованности требований кредиторов, которые сформулированы высшей судебной инстанцией в пункте 26 Постановления Пленума № 35, однако соответствующей проверки обоснованности требований ФИО4 судами проведено не было, никаких выводов относительно обстоятельств финансового положения займодавца, фактического получения средств таким заемщиком как Председатель Правления Банка в судебных актах не содержится.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что в данном случае при разрешении настоящего обособленного спора по существу суды не учли, что стандарты доказывания в деле о банкротстве являются более строгими, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса, при этом арбитражный суд вправе и должен устанавливать реальность положенных в основу хозяйственных отношений, предлагая всем заинтересованным лицам представить достаточные и взаимно не противоречивые доказательства.

Кроме того, судебная коллегия считает необходимым отметить, что с учетом установленных судами обстоятельств отзыва у Банка лицензии на осуществление банковских операций (неисполнение Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, неоднократное нарушение в течение одного года требований, предусмотренных статьями 6, 7 (за исключением пункта 3 статьи 7) Федерального закона от 07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма») суды обязаны были более тщательно проверить источники финансирования займодавцем Председателя Правления Банка, за возврат заемных средств которым было оформлено поручительство Банка, в целях исключения любых злоупотреблений как со стороны займодавца, так и заемщика и Банка и исключения нарушений действующего законодательства о противодействии легализации доходов.

С учетом вышеизложенного судебная коллегия суда кассационной инстанции считает, что судами обеих инстанций не были созданы условия для установления всех фактических обстоятельств, входящих в предмет доказывания и имеющих существенное значение для правильного разрешения обособленного спора, что привело к неполному установлению обстоятельств, имеющих значение для дела, в связи с чем судебные акты судов первой и апелляционной инстанций подлежат отмене на основании части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с направлением дела на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, поскольку в полномочия суда кассационной инстанции установление обстоятельств и исследование доказательств не входят.

При новом рассмотрении настоящего обособленного спора суду необходимо будет учесть вышеизложенное, проверить наличие у ФИО4 финансовой возможности предоставить наличные денежные средства заемщику, проверить обстоятельства фактического получения заемщиком наличных денежных средств (при этом необходимо обсудить вопрос о привлечении заемщика к данному обособленному спору), после чего, исследовав все имеющиеся в деле доказательства и дав им правовую оценку, принять новый судебный акт, указав в нем мотивы, по которым суд согласится с доводами или возражениями участвующих в деле лиц и представленными ими доказательствами или отклонит их.

Руководствуясь статьями 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 15.07.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 10.10.2019 по делу № А40-21587/2018 отменить, обособленный спор по требованию ФИО4 направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий – судья                                                        Е.А. Петрова 

 

Судьи:                                                                                                         Е.А. Зверева 

 

            Д.В. Каменецкий