﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                   Дело № А45-33862/2019

 

Резолютивная часть постановления объявлена  12 августа 2021 года

Постановление изготовлено в полном объеме  16 августа 2021 года

 

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                     Хлебникова А.В.,

судей                                                    Дерхо Д.С.,

                                                             Крюковой Л.А.

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «ПК Эспиай» на решение от 09.02.2021, дополнительное решение от 09.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Голубева Ю.Н.), постановление от 26.04.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Назаров А.В., Аюшев Д.Н., Ходырева Л.Е.) и постановление от 18.05.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Назаров А.В., Колупаева Л.А., Сластина Е.С.) по делу № А45-33862/2019 по иску общества с ограниченной ответственностью «Сибирское производственное объединение Огнещит» (630099, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Ядринцевская, дом 53/1, офис 212, ИНН 5401350442, ОГРН 1115476106790) к обществу с ограниченной ответственностью «ПК Эспиай» (115054, город Москва, улица Дубининская, дом 11/17, строение 3, этаж 2, помещение 47, офис 2, ИНН 9705057002, ОГРН 5157746191851) о взыскании денежных средств, по встречному иску общества с ограниченной ответственностью ПК Эспиай» к обществу с ограниченной ответственностью «Сибирское Производственное Объединение Огнещит» о признании договора цессии недействительным.

Третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Алюсиб» (630005, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Писарева, дом 121, офис 402/1, ИНН 5406608776, ОГРН 1165476101185), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» (630087, Новосибирская область, город Новосибирск, улица Немировича-Данченко, дом 130, ИНН 5403106150, ОГРН 1025401316820), общество с ограниченной ответственностью «Проектные двери» (429500, Чувашская республика – 2 Чувашия, Чебоксарский район, поселок Кугеси, улица Тепличная, дом 14, ИНН 2116003501, ОГРН 1172130012020).

В судебном заседании принял участие представитель общества с ограниченной ответственностью «ПК Эспиай» – Хадеев Р.В. по доверенности от 04.11.2020.

Суд установил:

общество с ограниченной ответственностью «Сибирское производственное объединение Огнещит» (далее – общество «СПО Огнещит») обратилось в Арбитражный суд Новосибирской области с иском, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), к обществу с ограниченной ответственностью «ПК Эспиай» (далее– общество «ПК Эспиай») о взыскании убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательств, предусмотренных договором поставки от 10.11.2017 № 81-10/11-17  (далее – договор поставки), в размере 2 317 300 руб. 

К участию в дело в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: общество с ограниченной ответственностью «Алюсиб» (далее – общество «Алюсиб»), государственное бюджетное учреждение здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская областная клиническая больница» (далее – учреждение), общество с ограниченной ответственностью «Проектные двери» (далее – общество «Проектные двери»). 

Обществом «ПК Эспиай» заявлен встречный иск к обществу «СПО Огнещит» о признании недействительным договора уступки права требования (цессии) от 01.02.2019 № 01/02 (далее – договор цессии), заключенного между обществами «Алюсиб» и «СПО Огнещит». 

Решением от 09.02.2021 Арбитражного суда Новосибирской области оставленным без изменения постановлением от 26.04.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда, первоначальные исковые требования удовлетворены, с ответчика в пользу истца взысканы убытки в размере 2 317 300 руб., а также 34 587 руб. расходов по уплате государственной пошлины; в удовлетворении встречного иска отказано.

Дополнительным решением от 09.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области, оставленным без изменения постановлением от 18.05.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда, с депозитного счета Арбитражного суда Новосибирской области на расчетный счет общества с ограниченной ответственностью «Центр экспертизы, оценки и консалтинга «Сампад» (далее – общество «Центр экспертизы, оценки и консалтинга «Сампад») перечислено 40 000 руб., поступивших по платежному поручению от 17.03.2020 № 814 в счет оплаты судебной экспертизы; с общества «ПК Эспиай» в пользу общества «СПО Огнещит» взыскано 40 000 руб. расходов по оплате судебной экспертизы.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, общество «ПК Эспиай» обратилось с кассационными жалобами, в которых просит решение от 09.02.2021 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 26.04.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда отменить, дело направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции; дополнительное решение от 09.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 18.05.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда отменить, принять новый судебный акт об отказе в перечислении с депозитного счета арбитражного суда на расчетный счет общества «Центр экспертизы, оценки и консалтинга «Сампад» стоимости экспертизы, и отказе во взыскании с общества «ПК Эспиай» в пользу общества «СПО Огнещит» расходов по оплате судебной экспертизы.

В кассационных жалобах заявитель приводит следующие доводы: несвоевременное открытие онлайн-заседания воспрепятствовало участию представителя ответчика в судебном заседании; при этом апелляционный суд с целью обеспечения процессуальных прав, судебное разбирательство не отложил; недостатки дверных блоков возникли после передачи покупателю товара в результате самостоятельного проведения обществом «Алюсиб» монтажа дверных блоков, либо в результате их ненадлежащей эксплуатации или хранения; часть дверных блоков заменены в связи с ошибочным предоставлением обществом «Алюсиб» размеров; суды не учли, что ответчик обратился с претензией от 16.07.2019 о замене определенной части дверных блоков по истечении гарантийного срока; истцом не представлены доказательства возникновения по вине ответчика убытков; дверные блоки прияты последним в отсутствие каких-либо замечаний и претензий; судом первой инстанции при назначении экспертизы нарушен баланс процессуальных прав сторон, выражающийся в количестве отведенного времени для подготовки материалов в целях проведения экспертизы: так, истцу предоставлено пять месяцев, ответчику – 13 дней; не учтена отдаленность ответчика от мест нахождения объекта экспертизы; в определении от 03.08.2020 Арбитражного суда Новосибирской области о приостановлении производства по делу не разрешены два ходатайства ответчика об объявлении перерыва и об отложении судебного разбирательства в целях получения от экспертной организации перечня информации и документов; перечень передаваемых эксперту документов судом необоснованно ограничен; при этом в распоряжение эксперта переданы экспертные заключения по результатам экспертизы, проведенной истцом вне рамок настоящего дела; эксперт не уведомил общество «ПК Эспиай» о дате, времени и месте осмотра дверных блоков, в связи с чем ответчик был лишен права принимать участие в производстве экспертизы; представленная экспертом аудиозапись телефонного разговора является ненадлежащим доказательством уведомления ответчика о проведении экспертизы; суд необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства ответчика о замене эксперта и назначении повторной экспертизы; эксперт не обладает требуемой специальностью, вышел за пределы своей специальной компетенции, не прошел очередной курс повышения квалификации; заключение эксперта не является полным, всесторонним, объективным, противоречит требованиям законодательства об экспертизе; содержит терминологические ошибки, представлено суду в неполном объеме; договор цессии является незаключенным ввиду несогласования сторонами предмета договора и недействительным в части передачи в полном объеме прав требований, поскольку отсутствует согласие ответчика на передачу права требования по договору поставки; общество «Алюсиб» к ответчику за получением такого согласия не обращалось; ответ на претензию от 16.07.2019 № 544 не является по содержанию согласием на переход прав требования к другому кредитору; поскольку общество «Алюсиб» ликвидировано, права и интересы ответчика нарушены; в договоре цессии отсутствуют уступаемые суммы задолженности по договору поставки.

Общество «СПО Огнещит» в письменном отзыве указало на несостоятельность позиции общества «ПК Эспиай», просило оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Учитывая надлежащее извещение общества «СПО Огнещит» и третьих лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба согласно части 3 статьи 284 АПК РФ рассматривается в отсутствие их представителей.

В судебном заседании представитель общества «ПК Эспиай» поддержал в полном объеме правовую позицию, изложенную в кассационных жалобах, настаивал на отмене состоявшихся по делу судебных актов судов обеих инстанций.

Проверив в соответствии с положениями статей 284, 286 АПК РФ правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и представленным доказательствам, суд округа пришел к пришел к следующим выводам. 

Судами установлено и из материалов дела следует, что между обществами «ПК Эспиай» (поставщик) и «Алюсиб» (покупатель) заключен договор поставки, по условиям которого поставщик обязался поставить товар в ассортименте, количестве и на условиях, определенных договором и спецификацией № 1, являющейся неотъемлемой его частью. Предметом поставки являются дверные противопожарные блоки в количестве 38 штук или 76 дверных полотен. 

Факт передача товара от поставщика покупателю подтверждается универсальным передаточным документом (счет-фактура) от 18.12.2017 № УТ-893 на сумму 960 530 руб. и универсальным передаточным документом (счет-фактура) от 26.12.2017 № УТ-935 на сумму 1 121 850 руб. 

Товар принят и оплачен покупателем в сумме 2 082 380 руб., что подтверждается платежными поручениями от 13.11.2017 № 1326, от 29.11.2017 № 1381, от 25.12.2017 № 1459.

Далее данный товар в том же количестве поставлен обществом «Алюсиб» в адрес общества «СПО Огнещит» в рамках заключенного между ними договора поставки от 31.05.2016 № АЛ001/2016 и приложения от 17.01.2018 № 259, что подтверждается товарными накладными от 19.01.2018 № 5, от 23.01.2018 № 8.

В свою очередь, общество «СПО Огнещит» посредством электронных торгов на основании результатов процедуры по определению подрядчика путем проведения электронного аукциона заключило контракт от 31.10.2017 № ГК 1078/17АЭФ на выполнение подрядных работ по капитальному ремонту: демонтажные и монтажные работы противопожарных ламинированных дверных блоков на объекте: «Государственное бюджетное учреждение здравоохранения Новосибирской области «Государственная Новосибирская областная клиническая больница». Указанные работы приняты и оплачены учреждением в полном объеме. 

Однако в период действия гарантийного срока учреждение неоднократно обращалось в адрес общества «СПО Огнещит» с претензиями о ненадлежащем качестве смонтированных на объекте дверных полотен с требованием их замены. 

Обществом «Алюсиб» в адрес общество «ПК Эспиай» направлялись претензии от 28.02.2018 № 5, от 19.04.2018 № 13, от 17.08.2018 № 28о выявленных недостатках товара и необходимости их устранения, либо замены некачественного товара. 

В качестве подтверждения наличия недостатков к претензии приложено заключение эксперта от 20.02.2018 № 8148-02-00090. 

Обществом «ПК Эспиай» в рамках исполнения гарантийных обязательств в адрес покупателя направлены четырнадцать полотен, восемь из которых 21.03.2019 установлены силами покупателя, при этом обнаружено, что фактические размеры остальных шести полотен не соответствуют заказанным покупателем размерам.

Впоследствии между обществами «Алюсиб» (цедент) и «СПО Огнещит» (цессионарий) заключен договор цессии, по условиям которого цедент передал, а цессионарий принял право требования к обществу «ПК Эспиай», принадлежащие цеденту по договору поставки. 

Пунктом 1.2 договора цессии установлено, что право требования уступается в объеме, существующем на момент заключения договора цессии, включая гарантийные обязательства, все подлежащие, вследствие просрочки исполнения обществом «ПК Эспиай» своих обязательств, начислению неустойки, а также иные требования, связанные с неисполнением обществом «ПК Эспиай» своего обязательства. 

Общество «СПО Огнещит» 16.07.2019 направило в адрес общества «ПК Эспиай» претензию № 544, которая содержала уведомление о проведении экспертизы 31.07.2019 и необходимости явки представителя общества «ПК Эспиай». Однако поставщик явку уполномоченного представителя не обеспечил, предъявленную претензию счел необоснованной. 

По мнению общества «СПО Огнещит», убытки, вызванные ненадлежащим исполнением обществом «ПК Эспиай» обязательств, составили 2 317 300 руб., которые состоят из актуальной стоимости дверей в размере 2 070 300 руб. и стоимости их монтажа в размере 247 000 руб.

Отказ ответчика от замены товара и возмещения стоимости устранения недостатков товара послужил основанием для обращения общества «СПО Огнещит» в арбитражный суд с рассматриваемым иском. 

В целях установления причин появления трещин на дверных противопожарных блоках и определения стоимости причиненных истцу убытков, судом первой инстанции назначалась судебная экспертиза.

Согласно заключению эксперта от 30.09.2020 № 419/СН/20 качество двадцати поставленных обществом «ПК Эспиай» в рамках договора поставки дверных противопожарных блоков, указанных в акте осмотра противопожарных конструкций от 18.10.2019 с порядковыми номерами 11, 5, 6, 8, 9, 10, 12, 13, 14, 16, 21, 25, 26, 27, 28, 29, 31, 32, 33, 37 (согласно альбому технических решений), не соответствует требованиям договорной и нормативной документации, предусмотренной для данного вида продукции.

Данное несоответствие заключается в повреждении (растрескивании, разрыве) облицовочного ударопрочного HPL пластика обследованных противопожарных блоков, что является производственным дефектом и не соответствует требованиям ГОСТ 475-2016. Причины появления трещин НРL пластика на двадцати дверных противопожарных блоках, не являются механическими, не связаны со сложившейся эксплуатацией дверных противопожарных блоков и не является следствием деформации несущих конструкций, а проявляются в результате внутреннего напряжения в самом HPL пластике. Трещины в HPL пластике возникают из-за его усыхания, то есть пластик стремится уменьшиться в размерах по площади, будучи закрепленным к деревянному основанию полотна двери, в результате чего на больших площадях (верх и низ дверных полотен) возникает большое внутреннее напряжение (нежели чем по краям от отверстия с остеклением), которое разрывает HPL пластик.

Пунктом 11.2 договора поставки установлено, что ни одна из сторон не вправе передавать свои права и обязанности по договору третьей стороне без письменного на то согласия другой стороны. 

По мнению общества «ПК Эспиай», в нарушение данного пункта покупатель без надлежащего уведомления поставщика (получения от него согласия) заключил договор цессии с обществом «СПО Огнещит». Кроме того, договор цессии является незаключенным в части уступки прав требования по договору по причине несогласованности предмета договора уступки права требования и неопределенности в идентификации уступленного права. 

Указанные обстоятельства послужили основанием для предъявления обществом «ПК Эспиай» встречного иска о признании договора цессии недействительным.

Удовлетворяя первоначальные исковые требования, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались статьями 8, 15, 393, 309, 310, 469, 471, 475-477, 486, 506, 516, 518 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), пунктом 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление № 7), условиями договора поставки, результатами экспертизы, и исходили из доказанности причинения истцу убытков, составляющих стоимость дверей ненадлежащего качества и стоимость их монтажа. 

Отказывая во встречном иске, суды руководствовались статьями 166, 168, 382, 384, 388 ГК РФ, разъяснениями, приведенными в пунктах 16, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки» (далее – Постановление № 54), пришли к выводу об отсутствии оснований для признания договора цессии недействительной сделкой.

Распределяя судебные расходы по оплате судебной экспертизы, суды обеих инстанций учли, что исковые требования по первоначальному иску удовлетворены в полном объеме, в связи с чем денежные средства на оплату услуг эксперта в размере 40 000 руб. отнесли на общество «ПК Эспиай».

Суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 454 ГК РФ предусмотрено, что по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

В силу пункта 1 статьи 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 470 ГК РФ товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются. В случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока).

Пунктом 1 статьи 475 ГК РФ установлено, что, если недостатки товара не были оговорены продавцом, покупатель, которому передан товар ненадлежащего качества, вправе по своему выбору потребовать от продавца: соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору: отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору (пункт 2 статьи 475 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 476 ГК РФ продавец отвечает за недостатки товара, если покупатель докажет, что недостатки товара возникли до его передачи покупателю или по причинам, возникшим до этого момента.

В отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы (пункт 2 статьи 476 ГК РФ).

Из положений статьи 476 ГК РФ следует, что бремя доказывания причин возникновения недостатков товара распределяется между сторонами договора купли-продажи в зависимости от того, установлен ли на товар гарантийный срок.

Если гарантийный срок на товар установлен, то при обнаружении некачественности товара в течение гарантийного срока предполагается, что недостатки возникли до передачи товара и за них отвечает продавец, пока им не доказано обратное. 

Соответственно, если гарантийный срок на товар не установлен, то при обнаружении некачественности товара, пока иное не доказано покупателем, предполагается, что недостатки возникли после передачи товара продавцом покупателю в связи с неправильной эксплуатацией или хранением товара, либо действиями третьих лиц, либо непреодолимой силы.

Под убытками в силу статьи 15 ГК РФ понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота,если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере (пункт 1статьи 15 ГК РФ). 

Юридически значимые обстоятельства, порядок распределения бремени доказывания, а также законодательные презумпции в отношении требований о взыскании убытков разъяснены в Постановлениях № 7 и № 25.

Как разъяснено в пункте 5 Постановления № 7, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, содержащейся в пункте 12 Постановления № 25, по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

В соответствии с пунктом 1 статьи 382 ГК РФ право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. 

В пункте 16 Постановления № 54 разъяснено, что, если договор содержит условие о необходимости получения согласия должника либо о запрете уступки требования третьим лицам, передача такого требования, за исключением уступки требований по денежному обязательству, может быть признана недействительной по иску должника только в случае, когда доказано, что цессионарий знал или должен был знать об указанном запрете (пункт 2 статьи 382, пункт 3 статьи 388 ГК РФ). 

По пункту 17 Постановления № 54 уступка требований по денежному обязательству в нарушение условия договора о предоставлении согласия должника или о запрете уступки, по общему правилу, действительна независимо от того, знал или должен был знать цессионарий о достигнутом цедентом и должником соглашении, запрещающем или ограничивающем уступку (пункт 3 статьи 388 ГК РФ). Вместе с тем, если цедент и цессионарий, совершая уступку вопреки названному договорному запрету, действовали с намерением причинить вред должнику, такая уступка может быть признана недействительной (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании оценки представленных доказательств (часть 1 статьи 64, статьи 67, 68, 71 и 168 АПК РФ).

Проанализировав и оценив доказательства по делу в совокупности и взаимосвязи по правилам статьи 71 АПК РФ, установив факт приобретения товара ненадлежащего качества и признав доказанным размер убытков, который не оспорен поставщиком, наличие вины последнего в их причинении, суды обеих инстанций пришли к обоснованному выводу о наличии оснований для удовлетворения первоначальных исковых требований о взыскании убытков, вызванных ненадлежащим исполнением обязательств, в общей сумме 2 317 300 руб., в том числе 2 070 300 руб. – стоимость дверей, 247 000 руб. – стоимость их монтажа. 

Кроме того, сочтя выраженным обществом «ПК Эспиай» согласие на переход прав требования к другому кредитору путем направления ответа в адрес нового кредитора – общества «СПО Огнещит» на его претензию от 16.07.2019 № 544, при отсутствии возражений относительно совершенной уступки до момента судебного разбирательства, приняв во внимание отсутствие значения для должника личности лица, выступающего на стороне кредитора, а также непредставление доказательств того, что действия цедента и цессионария при совершении уступки права требования совершены с намерением причинить вред должнику, как и доказательств нарушения оспариваемой сделкой прав должника, которые могли бы быть восстановлены признанием такой сделки недействительной, суды первой и апелляционной инстанций сделали правомерный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения встречного искового требования.

В изложенной части суд округа поддерживает выводы судов обеих инстанций, исходя из того, что оценка доказательств и отражение ее результатов является проявлением дискреционных полномочий судов первой и апелляционной инстанций, необходимых для осуществления правосудия, вытекающих из принципа самостоятельности судебной власти.

Исходя из общих правил доказывания, коррелирующих с принципом состязательности и равноправия сторон (статьи 9, 65 АПК РФ), каждая сторона представляет доказательства в подтверждение своих требований и возражений.

При этом следует учитывать, что в общеисковом процессе с равными возможностями спорящих лиц по сбору доказательств, применим обычный стандарт доказывания, который может быть поименован как «разумная степень достоверности» или «баланс вероятностей» (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600).

Он предполагает вероятность удовлетворения требований истца при представлении им доказательств, с разумной степенью достоверности подтверждающих обстоятельства, положенные в основание иска.

Представление суду утверждающим лицом подобных доказательств, не скомпрометированных его процессуальным оппонентом, может быть сочтено судом достаточным для вывода о соответствии действительности доказываемого факта для целей принятия судебного акта по существу спора.

При этом опровергающее лицо вправе оспорить относимость, допустимость и достоверность таких доказательств, реализовав собственное бремя доказывания.

По результатам анализа и оценки доказательств по правилам статьи 71 АПК РФ суд разрешает спор в пользу стороны, чьи доказательства преобладают над доказательствами процессуального противника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.12.2018 № 305-ЭС17-4004).

Ответчиком не представлены доказательства того, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения последним правил монтажа и/или пользования товаром.

Напротив, материалами дела подтверждено и судами установлено (в том числе на основании данных судебного экспертного исследования), что такие недостатки вызваны производственным дефектом, не соответствуют требованиям договорной документации, ГОСТ 475-2016, и проявляются в результате внутренних напряжений в самом HPL пластике ввиду его усыхания, вследствие чего ответственность за них возлагается на продавца (поставщика).

По приведенным основаниям вывод судов о взыскании с общества «ПК Эспиай» суммы убытков, расчет которых последним не оспорен, а судом проверен и принят, является верным, соответствующим требованиям действующего законодательства, в том числе касающегося распределения бремени доказывания.

Аргумент кассационной жалобы об истечении гарантийного срока, судом округа во внимание не принимается, поскольку установление гарантийного срока влияет лишь на распределение бремени доказывания причин возникновения недостатков товара. 

В рассматриваемом случае гарантийный срок на спорный товар установлен, экспертным заключением подтверждена поставка изначально некачественного товара в связи с чем продавец отвечает за недостатки, возникшие до его передачи.

Доводы заявителя жалобы о неправомерном отказе суда первой инстанции в удовлетворении ходатайства ответчика об отложении судебного разбирательства, назначенного на 29.07.2020, на срок не менее 5 рабочих дней, для отбора и определения экспертного учреждения для проведения экспертизы, подлежат отклонению, поскольку в данном судебном заседании судом объявлен перерыв до 31.07.2020 с предложением суда участвующим в деле лицам при необходимости представить дополнительные сведения в отношении экспертных организаций и вопросы.

Принимая во внимание неоднократное отложение судом судебных заседаний до приостановления производства по делу и назначения экспертизы, отсутствие со стороны общества «ПК Эспиай» ответа из экспертного учреждения, списка вопросов, необходимых для постановки перед экспертом, учитывая, что отложение судебного заседания согласно статье 158 АПК РФ является правом, а не обязанностью суда, отказ в удовлетворении очередного ходатайства общества «ПК Эспиай» об отложении судебного заседания не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Задержка начала судебного заседания в суде апелляционной инстанции с учетом фактических обстоятельств дела также не свидетельствует о существенном нарушении судом норм процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может служить основанием для отмены обжалуемых судебных актов в кассационном порядке. При этом причины, препятствовавшие представителю общества «ПК Эспиай» дождаться подключения апелляционного суда к веб-конференции, ответчиком не приведены.

Поскольку из материалов дела не следует и судами не установлено нарушение оспариваемой сделкой прав и законных интересов общества «ПК Эспирай», а также, что цедент и цессионарий, совершая уступку, действовали с намерением причинить вред, приведенные в кассационной жалобе доводы, выражающие несогласие с выводами судов обеих инстанций по существу встречного иска, не принимаются судом округа.

При этом, в данном случае исходя из существа обязательства личность кредитора не имеет значения (пункт 2 статьи 388 ГК РФ, пункт 10 постановления № 54).

Позиция общества «ПК Эспирай» о значении личности кредитора, заключающаяся в возможном прекращении обязанности по возмещению убытков в случае признания сделки недействительной ввиду ликвидации цедента (кредитора), не отвечает требованиям добросовестности (статья 10 ГК РФ) и не составляет оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 388 ГК РФ.

Согласно пункту 3 части 1, части 3 статьи 178 АПК РФ арбитражный суд, принявший решение, до вступления этого решения в законную силу по своей инициативе или по заявлению лица, участвующего в деле, вправе принять дополнительное решение в случае, если судом не разрешен вопрос о судебных расходах.

Поскольку при вынесении решения по существу спора судом не разрешены вопросы об оплате экспертного исследования и о распределении судебных расходов в указанной части, суд, учитывая удовлетворение первоначальных исковых требований в полном объеме, правомерно принял дополнительное решение о взыскании судебных расходов за оплату экспертизы с общества «ПК Эспирай» в пользу общества «СПО Огнещит».

Доводы заявителя кассационной жалобы по существу сводятся к несогласию с экспертным заключением от 30.09.2020 № 419/СН/20, однако не опровергают его выводы, которые основаны на непосредственном исследовании спорного товара и предоставленной документации, объяснения эксперта, неоднократно данные в судебном заседании, являются последовательными и непротиворечивыми, относятся к специальным техническим познаниям и соотносятся с итоговыми выводами, приведенными в заключении.

Аргументы судов об отсутствии оснований для удовлетворении ходатайства общества «ПК Эспирай» о назначении по делу повторной экспертизы надлежащим образом мотивированы, а заявителем кассационной жалобы не приведено достаточных оснований, их опровергающих.

Судами проверена квалификация выполнившего экспертное заключение эксперта Лебедева С.В., имеющего высшее техническое образование по специальности «Промышленное и гражданское строительство», с учетом существа и содержания поставленных судом на его разрешение вопросов, сделан обоснованный вывод о возможности проведения им исследования.

Помимо этого, судами мотивированно отклонена представленная обществом «ПК Эспирай» рецензия (заключение специалиста общества с ограниченной ответственностью «Нижегородский институт судебной экспертизы» Калинина М.В. от 08.01.2021 № 114СТЭ-20) на заключение судебной экспертизы, с указанием на оценочный характер суждения специалиста по поставленному перед ним вопросу (определить соответствует ли экспертное заключение от 30.09.2020 № 419/СН/20, принципам объективности, всесторонности и полноты, согласно требованиям закона Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации»?), которое составлено специалистом, имеющим степень магистра Техники и технологии по направлению «Строительство», без проведения исследования и осмотра всей документации.

Заявляя в кассационных жалобах доводы, направленные на критику экспертного заключения, общество «ПК Эспирай» не учитывает полномочия суда кассационной инстанции, ограниченные нормами части 2 статьи 287 АПК РФ по установлению обстоятельств, исследованию доказательств и их оценке, и, по сути, заявляет доводы, направленные исключительно на иную оценку исследованных судами доказательств, что недопустимо при проверке законности судебных актов в порядке кассационного производства (статья 286 АПК РФ), в связи с чем данные доводы отклоняются судом округа.

В то же время, судами обеих инстанций не учтено следующее.

Сложившаяся судебная практика исходит из того, что прекращение договорной связи и возложение обязанности по возврату уплаченной за товар денежной суммы (статья 475 ГК РФ), а равно и убытков, вызванных поставкой товара ненадлежащего качества и связанных с восстановлением имущественной сферы потерпевшего, не должно влечь неосновательного приобретения или сбережения имущества на стороне покупателя или продавца (глава 60 ГК РФ), то есть нарушать эквивалентность осуществленных ими при исполнении расторгнутого (прекращенного) договора встречных имущественных предоставлений.

Следовательно, рассматривая спор, по которому поставщик передал в собственность покупателя определенное имущество, и, установив основания для возврата уплаченной покупателем денежной суммы/ возмещения убытков, суд должен одновременно рассмотреть вопрос о возврате продавцу переданного покупателю имущества, поскольку сохранение этого имущества за покупателем после взыскания с продавца покупной цены означало бы нарушение согласованной сторонами эквивалентности встречных предоставлений.

В рассматриваемом случае, возлагая на продавца обязанность по возмещению убытков, связанных с имущественными потерями (стоимость монтажа, стоимость дверей), суд должен урегулировать вопрос о возврате спорного товара независимо от предъявления продавцом соответствующего требования. Такой подход соответствует правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 18.08.2020 № 309-ЭС20-9064, от 26.03.2021 № 303-ЭС20-20303.

Судами обеих инстанций при рассмотрении настоящего спора вопрос о возврате спорного товара не разрешен.

Учитывая взаимозависимость подобных требований, суд округа исходит из целесообразности разрешения вопросов о судьбе имущества одновременно с рассмотрением спора о возмещении убытков, причиненных поставкой товара ненадлежащего качества.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций не разрешен вопрос о возврате товара, сохранность которого на момент рассмотрения спора не оспаривается сторонами, то обжалуемые судебные акты подлежат изменению согласно пункту 2 части 1 статьи 287 АПК РФ путем дополнения резолютивной части решения суда первой инстанции указанием на обязанность общества «СПО Огнещит» возвратить товар с назначением конкретного срока и установлением порядка исполнения этой обязанности (статья 174 АПК РФ).

Согласно статье 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на ее заявителя.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 288, 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 09.02.2021 Арбитражного суда Новосибирской области, постановление от 26.04.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-33862/2019 изменить.

Дополнить резолютивную часть решения Арбитражного суда Новосибирской области абзацем третьим следующего содержания:

«Обязать общество с ограниченной ответственностью «Сибирское Производственное Объединение Огнещит» возвратить дверные противопожарные блоки с порядковыми номерами 1, 5, 6, 8, 9, 10, 12, 13, 14, 16, 21, 25, 26, 27, 28, 29, 31, 32, 33, 37, переданные по договору поставки № 81-10/11-17 от 10.11.2017, путем предоставления доступа обществу с ограниченной ответственностью «ПК Эспиай» к названному товару для их демонтажа и самовывоза в течение 10 календарных дней со дня принятия настоящего постановления, но не ранее 19.08.2021».

В остальной части обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Дополнительное решение от 09.03.2021 Арбитражного суда Новосибирской области, постановление от 18.05.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-33862/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                     А.В. Хлебников

 

Судьи                                                                  Д.С. Дерхо

 

                                                                            Л.А. Крюкова