﻿

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-1935/2017

г. Краснодар

19 марта 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 17 марта 2020 г.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 марта 2020 г.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Гиданкиной А.В., судей Андреевой Е.В. и Мацко Ю.В., в отсутствие в судебном заседании Флеглера Владимира Ивановича, конкурсного управляющего ФГУП «Центр дезинфекции в Ставропольском крае “Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека”» Пустовалова Ильи Николаевича, направившего ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя,   Территориального управления Федерального агентства по управлению государственным имуществом в Ставропольском крае (далее – управление), направившего ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу Флеглера Владимира Ивановича на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 27.12.2018 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019 по делу  № А63-1935/2017, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФГУП «Центр дезинфекции в Ставропольском крае “Федеральной службы по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека”» (далее – должник) Оздоев А.А. обратился в арбитражный суд с заявлением об установлении и включении в реестр требований кредиторов должника (далее – реестр) задолженности в сумме 1 691 600 рублей, из них 1 625 800 рублей убытков, причиненных должником в результате ненадлежащего исполнения обязанностей по договору от 02.07.2015 № 7 на проведение дератизации, дезинфекции, дезинсекции луковиц цветов (далее – договор от 02.07.2015 № 7),                            65 800 рублей убытков, связанных с оплатой должнику ненадлежащее выполненной работы по данному договору.

Определением суда от 27.12.2018 заявление Оздоева А.А. удовлетворено частично. Признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требования заявителя в сумме 668 200 рублей, в остальной части в удовлетворении заявления отказано. Судебный акт мотивирован тем, что требования в сумме 668 200 рублей подтверждены представленными в материалы дела доказательствами, в том числе договором от 02.07.2015 № 7, актом осмотра от 23.02.2016, протоколом испытаний от 11.11.2016, экспертным заключением от 16.11.2016 и другими документами. Причинение заявителю убытков в остальной части по вине должника представленным документами не доказано.

Постановлением апелляционного суда от 21.10.2019 удовлетворено ходатайство Флеглера А.В. о замене кредитора по делу Оздоева А.А. на процессуального правопреемника Флеглера В.И.; определение суда от 27.12.2018 в части удовлетворенных требований отменено, в удовлетворении заявления Оздоева А.А. отказано. Апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворении заявленных требований.

В кассационной жалобе Флеглер А.В. просит отменить определение суда от 27.12.2018 и постановление апелляционного суда от 21.10.2019, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции. По мнению подателя жалобы, суды неправильно применили  нормы материального и процессуального права; допустили переоценку обстоятельств дела, уставленных третейским судом. Кроме того, по мнению заявителя, апелляционный суд не дал должной оценки показаниям свидетеля и приобщенным к делу дополнительным документам.

В отзывах на кассационную жалобу управление и конкурсный управляющий должника просят постановление апелляционного суда оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения. 

Поскольку апелляционный суд отменил в части определение суда первой инстанции от 27.12.2018, предметом кассационного пересмотра является постановление суда апелляционной инстанции от 21.10.2019.

В силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – Кодекс) арбитражный суд кассационной инстанции проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанции, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе  и в возражениях относительно жалобы, если иное не предусмотрено названным Кодексом.

В кассационной жалобе отсутствуют мотивы для отмены постановления апелляционного суда от 21.10.2019 в части процессуальной замены заявителя. 

Изучив материалы дела, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что постановление суда апелляционной инстанции надлежит оставить без изменения по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, 23.01.2015 ООО «Темп» (поставщик) и Оздоев А.А. (покупатель) заключили договор поставки цветов, по условиям которого продавец обязался поставить, а покупатель – принять товар – луковицы лилий и тюльпанов в количестве, ассортименте и по ценам, указанным в спецификации; общая стоимость товара – 1 625 800 рублей. 

В соответствии со спецификацией (приложение № 1 к договору поставки цветов от 23.01.2015) стороны договора согласовали поставку луковиц тюльпанов в количестве 54 тыс. штук и луковиц лилий в количестве 28 тыс. штук. 

Во исполнение условий договора поставщик выставил покупателю счет от 23.01.2015 № 01 и счет-фактуру от 10.03.2015 № 0001 на сумму 1 625 800 рублей. 

В подтверждение произведенной оплаты по договору поставки цветов от 23.01.2015 в сумме 1 625 800 рублей. Оздоев А.А. представил чеки-ордераот 20.02.2015 на сумму 490 тыс. рублей, от 03.03.2015 на сумму 448 тыс. рублей и квитанцию к приходному кассовому ордеру от 10.03.2015 на сумму 687 800 рублей.

2 июля 2015 года должник (исполнитель) и Оздоев А.А. (заказчик) заключили договор № 7 на проведение дератизации, дезинфекции, дезинсекции, по условиям  которого заказчик поручает, а исполнитель принимает на себя обязательство по проведению дезинфекции 4700 кг луковиц тюльпанов, стоимость работ – 65 800 рублей. 

Согласно двустороннему акту от 23.07.2015 № 26 должник оказал заказчику услуги по дезинфекции на общую сумму 65 800 рублей, а заказчик принял оказанные услуги без претензий по объему, качеству и срокам их оказания. 

23 февраля 2016 года при участии Оздоева А.А. и представителя должника составлен акт осмотра, согласно которому  после выполнения исполнителем работ по обработке луковиц в июле 2015 года луковицы приобрели сморщенный вид, белый налет и гнилостный запах. 

В ходе проведенных филиалом ФГБУ «Российский сельскохозяйственный центр по Ставропольскому краю» испытаний луковиц тюльпанов урожая 2015 года специалист предположил, что вероятнее всего частичная или полная потеря всхожести посадочного материала луковиц тюльпанов произошла в результате химической обработки препаратом Беномил СП (протокол испытаний от 11.11.2016 № 7, экспертное заключение специалиста от 16.11.2016). 

25 февраля 2016 года Оздоев А.А. и должник заключили дополнительное соглашение, согласно которому в договор от 02.07.2015 внесен пункт 6.7 о рассмотрении всех споров, возникающих из указанного договора, в постоянно действующем Третейском суде Ставропольского края при ООО «Юридическое предприятие “Атторней”». 

Считая, что действия должника причинили убытки вследствие порчи после дезинфекции луковиц тюльпанов, Оздоев А.А. на основании дополнительного соглашения от 25.02.2016 обратился в указанный третейский суд с иском о взыскании с должника 1 625 800 рублей убытков в виде стоимости испорченных цветов, 7760 тыс. рублей упущенной выгоды, а также 1 млн рублей морального ущерба. 

Решением постоянно действующего Третейского суда Ставропольского края при ООО «Юридическое предприятие “Атторней”» от 16.12.2016 исковые требования Оздоева А.А. к должнику удовлетворены частично, с должника в пользу Оздоева А.А. взыскано 1 625 800 рублей фактически понесенных убытков на приобретение луковиц тюльпанов и лилий, 65 800 рублей убытков, связанных с ненадлежащим выполнением работ, в остальной части в иске отказано. 

21 февраля 2017 года определением суда по данному делу возбуждено дело о банкротстве должника.

Определением Ленинского районного суда города Ставрополя от 18.05.2017 по делу № 13-14/2017 удовлетворено заявление Оздоева А.А. о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 16.12.2016. Во исполнение указанного судебного акта Ленинским районным судом города Ставрополя 01.09.2017 выдан исполнительный лист серии ФС № 012175407. 

Определением суда от 08.06.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден Ахмедов М.Г. 

Решением суда от 23.01.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Ахмедов М.Г. 

Ссылаясь на неисполнение в добровольном порядке решения третейского суда, заявитель обратился в арбитражный суд с требованием о включении взысканной задолженности в реестр.

Отменяя определение суда от 27.12.2018 и отказывая в удовлетворении заявления, апелляционный суд руководствовался статьями 65, 71, 223 Кодекса, статьями 32, 40, 71, 100 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьями 10, 15, 168, 309, 382, 384, 393, 401, 432, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – Гражданский кодекс), разъяснениями Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7), Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 60 «О некоторых вопросах, связанных с принятием Федерального закона от 30.12.2008 № 296-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 60), Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017 (далее – Обзор).

Требование Оздоева А.А. к должнику заявлено в порядке статьи 100 Закона о банкротстве. С учетом специфики дел о банкротстве, при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования, а также должника и его учредителей (участников).

В соответствии с пунктом 32 Обзора возможность конкурсных кредиторов в деле о банкротстве доказать необоснованность требования другого кредитора, подтвержденного решением третейского  суда, обычно объективным образом ограничена, поэтому предъявление к ним более высокого стандарта доказывания привело бы к неравенству таких кредиторов. При рассмотрении подобных споров конкурсному кредитору достаточно представить суду доказательства prima facie, подтвердив существенность сомнений в наличии долга. При этом другой стороне, настаивающей на наличии долга, присужденного третейским судом, не должно составлять затруднений опровергнуть указанные сомнения, поскольку именно она должна обладать всеми доказательствами своих правоотношений с несостоятельным должником.

Исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 4 постановления № 60, суд не лишен правовых оснований рассмотреть требования кредитора, ссылающегося на наличие решения третейского суда, по общим правилам как требования, не подтвержденного решением третейского суда (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 № 309-ЭС17-15244).

Поведение участников гражданского оборота, фактически направленное на создание искусственной задолженности, при отсутствии доказательств обратного, представляет собой использование юридических лиц для целей злоупотребления правом, то есть находится в противоречии с действительным назначением юридического лица как субъекта права. В равной степени такие действия являются и формой незаконного использования третейского разбирательства, поскольку направлены не на обращение к третейскому суду как средству разрешения спора согласно его правовой природе, а на использование третейского разбирательства в целях злоупотребления правом. Такие интересы судебной защите не подлежат.

Суды установили, что управление, заявляя возражения против наличия у должника задолженности перед заявителем в сумме 1 691 600 рублей, ссылалось на то, что представленные в материалы обособленного спора документы не содержат бесспорные доказательства причинения должником заявителю каких-либо убытков. Отсутствуют доказательства обработки должником всех луковиц, причинной связи между действиями должника и наступившими последствиями, заключения экспертов несостоятельны, носят предположительный характер. 

Принимая во внимание наличие возражений конкурсного кредитора, неполное исследование обстоятельств спора при его рассмотрении третейским судом, а именно: отсутствие выводов в отношении отсутствия в договоре от 02.07.2015 № 7, акте осмотра, экспертном заключении специалиста, протоколе испытаний от 11.11.2016 № 7, акте от 23.07.2015 № 26, счете от 02.07.2015 № 45 на дезинфекцию, исследованию луковиц лилий, суды пришли к правильному выводу о необходимости рассмотреть требования Оздоева А.А. по общим правилам как требования, не подтвержденные решением третейского суда. Кроме того, апелляционный суд пришел к выводу о том, что данное третейское соглашение заключено как дополнение к прекратившему свое действие договору от 02.07.2015, а также после обнаружения порчи луковиц цветов, поэтому данную сделку следует признать ничтожной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса. В связи с этим заявление Оздоева А.А. правомерно рассмотрено в полном объеме по общим правилам.

Суды установил, что требования Оздоева А.А. состоят из убытков в виде реального ущерба – стоимости пришедших, по мнению заявителя, по вине должника в негодность цветов.

По делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков. Размер убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. В удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство (причинившем вред); вина такого лица предполагается, пока не доказано обратное (пункт 12 постановления № 25).

Для наступления ответственности, установленной правилами статьи 15 Гражданского кодекса, необходимо наличие совокупности следующих условий правонарушения: противоправность действий ответчика, факт причинения истцу убытков, наличие причинно-следственной связи между заявленными убытками и действиями ответчика, а также размер убытков. Отсутствие одного из условий ответственности влечет отказ в удовлетворении иска. 

При установлении причинной связи между нарушением обязательства и убытками необходимо учитывать, в частности, то, к каким последствиям в обычных условиях гражданского оборота могло привести подобное нарушение. Если возникновение убытков, возмещения которых требует кредитор, является обычным последствием допущенного должником нарушения обязательства, то наличие причинной связи между нарушением и доказанными кредитором убытками предполагается. Должник, опровергающий доводы кредитора относительно причинной связи между своим поведением и убытками кредитора, не лишен возможности представить доказательства существования иной причины возникновения этих убытков. Вина должника в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в неисполнении или ненадлежащем исполнении обязательства доказывается должником. Если должник несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности, например, обстоятельств непреодолимой силы (пункт 5 постановления № 7).

Суд апелляционной инстанции оценил в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделал вывод о том, что в материалах дела отсутствуют  доказательства, подтверждающие наличие в данном случае всех элементов состава убытков. 

В обоснование своих требований заявитель сослался на следующие обстоятельства. Во исполнение договора от 02.07.2015 № 7 по двустороннему акту от 23.07.2015 № 26 должник оказал заказчику услуги по дезинфекции на общую сумму 65 800 рублей, а заказчик принял оказанные услуги без претензий по объему, качеству и срокам их оказания; 23.02.2016 в г. Назрань проведен совместный осмотр поврежденных луковиц, о чем составлен акт. В присутствии заказчика Оздоева А.А., исполняющего обязанности директора должника Буракова М.Е. выявлено, что после обработки в июле 2015 года луковицы приобрели сморщенный вид, белый налет и гнилостный запах. 

Согласно экспертному заключению специалиста некоммерческой организации в форме некоммерческого партнерства «Партнерство селекционеров и семеноводов в Ставропольском крае» от 16.11.2016 (далее – заключение от 16.11.2016) на основании протокола испытаний от 11.11.2016 № 7 с целью определения остаточного количества действующего вещества пестицида, проведенного технолого-аналитической лабораторией филиала ФГБУ Россельхозцентр по Ставропольскому краю, посадочный материал луковицы тюльпана урожая 2015 года на предмет влияния (потери) всхожести в результате обработки посадочного материала химическими препаратами можно предположить, что вероятнее всего частичная и полная потеря всхожести посадочного материала луковиц тюльпана произошла в результате химической обработки препаратом Беномил СП. 

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что указанные документы нельзя признать надлежащими доказательствами, подтверждающими обоснованность требований заявителя. Так, из договора от 02.07.2015 № 7 апелляционный суд установил, что дезинфекции подлежат луковицы тюльпанов 4700 кг (пункт 7 – описание объектов заказчика). В акте от 23.07.2015 № 26 указано о дезинфекции 4700 кг, однако, не содержится указание, дезинфекция чего именно проведена, какие препараты при этом использованы, нет ссылки на договор, на основании которого произведена дезинфекция. В акте осмотра от 23.02.2016, составленном по истечении 7 месяцев после дезинфекции, не содержатся данные, где именно произведен осмотр, в каких условиях на протяжении указанного периода хранились/выращивались/луковицы, какое количество луковиц и каких именно цветов осмотрено, на чем основан вывод осматривающих о появлении указанных в акте явлений именно после дезинфекции, данные о компетенции лиц, производивших осмотр со стороны должника. Выводы, содержащиеся в протоколе испытаний от 11.11.2016 № 7, заключении от 16.11.2016, также не могут служить доказательством вины должника в порче цветов. 

Апелляционный суд установил, что из материалов дела не следует, когда, где, в каком количестве отбирался посадочный материал для исследования, в каких условиях он хранился с момента отбора до исследования. В заключении указано о возможной причине потери всхожести посадочного материала в результате химической обработки препаратом Беномилом СП, однако, в деле отсутствуют доказательства проведения должником дезинфекции именно указанным препаратом. Таким образом, данное заключение нельзя признать доказательством порчи посадочного материала в результате дезинфекции, проведенной должником. 

Данное  заключение обоснованно не принято апелляционным судом в качестве доказательства применительно к статье 89 Кодекса, так как выводы специалиста носят предположительный характер, отсутствуют документы о компетенции лиц, проводивших исследование и подписавших заключение. В деле также отсутствуют доказательства, документы, подтверждающие гибель всего посадочного материала/луковиц цветов, стоимость которых заявитель просит включить в реестр. 

Суд апелляционной инстанции оценил в порядке статьи 71 Кодекса представленные в дело доказательства и сделал вывод о том, что Оздоев А.А. в нарушение статьи 65 Кодекса доказательств заявленных понесенных убытков по вине должника не представил.

Апелляционный суд оценил в порядке статьи 71 Кодекса дополнительные документы, представленные в суд апелляционной инстанции в подтверждение исполнения сторонами договора поставки от 23.01.2015 и проведения испытаний луковиц тюльпанов 11.11.2016. Представленный заявителем подлинник акта от 04.12.2018 № 2018 о проведении испытаний луковиц лилий не принят в качестве надлежащего доказательства, так как он составлен после возбуждения дела по заявлению Оздоева А.А. о включении его требований в реестр, а также неясны обстоятельства передачи луковиц лилий на лабораторное исследование. Апелляционный суд установил, что данными документами подтверждается вывод суда первой инстанции о том, что лабораторные исследование по луковицам лилий не проводилось и доказательства гибели луковиц лилий по вине должника не представлены. 

Суд апелляционной инстанции оценил в порядке статьи 71 Кодекса показания допрошенного в суде апелляционной инстанции по ходатайству заявителя бывшего работника должника Коротич М.С., который подтвердил только проведения осмотра 23.02.2015, факт которого не оспаривается, и сделал вывод, что данные показания не подтверждают заявленное требование.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для включения требования Оздоева А.А. в реестр, поэтому правомерно отказал в удовлетворении его заявления.

Оценив договор цессии от 06.05.2019 № 3, апелляционный суд удовлетворил ходатайство о процессуальном правопреемстве заявителя по делу Оздоева А.А. на процессуального правопреемника Флеглера В.И. В указанной части судебный акт не обжалуется. 

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств (часть 1 статьи 65, части 1 – 5 статьи 71 Кодекса).

Довод заявителя кассационной жалобы о том, что апелляционный суд допустил переоценку обстоятельств дела, уставленных третейским судом, подлежит отклонению, поскольку исходя из разъяснений, изложенных в абзаце 4 пункта 4 постановления № 60, суд не лишен правовых оснований рассмотреть требования кредитора, ссылающегося на наличие решения третейского суда, по общим правилам как требования, не подтвержденного решением третейского суда (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 № 309-ЭС17-15244).

Иные доводы жалобы по существу направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и не являются основанием для отмены постановления апелляционного суда. Пределы полномочий суда кассационной инстанции регламентируются положениями статей 286 и 287 Кодекса, в соответствии с которыми кассационный суд не обладает процессуальными полномочиями по оценке (переоценке) установленных по делу обстоятельств.

Нормы права применены правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.10.2019  по делу                                   № А63-1935/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Председательствующий

А.В. Гиданкина

 

Судьи

Е.В. Андреева

Ю.В. Мацко