АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10 октября 2022 года

Дело №

А26-8541/2020

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Тарасюка И.М., Колесниковой С.Г., Яковлева А.Э., 

при участии ФИО1 (паспорт),

рассмотрев 06.10.2022 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Республики Карелия от 06.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022 по делу № А26-8541/2020,

у с т а н о в и л:

определением Арбитражного суда Республики Карелия от 02.10.2020 в отношении закрытого акционерного общества «Гера», адрес: 185003, 

<

...>, ОГРН 1021З000526029, ИНН 

<

***> (далее – Общество) возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 16.12.2020 в отношении Общества введена процедура наблюдения; внешним управляющим утвержден ФИО2.

Определением от 22.06.2021 в отношении Общества введено внешнее управление, внешним управляющим утвержден ФИО2

ФИО2 23.08.2021 обратился в суд с заявлением о признании недействительными договоров купли-продажи машино-мест №№ 2, 4, 5, 6, 7, 16, 17, 18, с кадастровыми номерами 10:01:0110108:727; 10:01:0110108:729; 10:01:0110108:730; 10:01:0110108:731; 10:01:0110108:732; 10:01:0110108:741; 10:01:0110108:742; 10:01:0110108:743  по адресу: 

<

...> (далее – Имущество), заключенных 18.03.2020 за номерами 2/24В; 4/24В; 5/24В; 6/24В; 7/24В; 16/24В; 17/24В; 18/24В между Обществом и ФИО1 (город Петрозаводск).  

Заявитель просил применить последствия недействительности сделки в виде возврата Имущества в конкурсную массу. 

В ходе рассмотрения дела заявленные требования уточнены конкурсным управляющим в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) в части применения последствий недействительности сделок: конкурсный управляющий просил обязать ответчика возвратить в конкурсную массу машино-места №№ 5, 6, 7, 16, 17, 18 и взыскать 800 000 руб. в качестве компенсации стоимости машино-мест           №№ 2, 4. 

Решением от 26.01.2022 Общество признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО2 

Определением от 06.04.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 31.05.2022, заявление о признании недействительными сделок должника  удовлетворено. 

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить указанные определение от 06.04.2022  и постановление от 31.05.2022, а дело направить на новое рассмотрение в ином судебном составе.

Податель жалобы не согласен с выводом судов о безвозмездности оспариваемых договоров, поскольку обязательства по оплате Имущества были зачтены в счет погашения обязательств Общества перед обществом с ограниченной ответственностью СК «Дерри» (далее – Компания).

ФИО1 полагает необоснованными выводы суда об аффилированности его самого, Общества и Компании, считая, что работа ФИО1 на должности директора Компании не предполагает его осведомленности о финансовом состоянии должника. 

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный управляющий возражает против ее удовлетворения, полагая, что суды пришли к обоснованному выводу о совершении оспариваемых сделок на нерыночных условиях. 

В судебном заседании податель жалобы поддержал её доводы в полном объеме.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили; их отсутствие в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, между ЗАО «Гера» (продавец) и ФИО1 (покупатель) 18.03.2020 заключено восемь договоров купли-продажи машино-мест в жилом доме по адресу: 

<

...> по цене 440 000 руб. каждое.

По условиям пунктов 2.2 договоров, расчеты за Имущество должны были быть произведены сторонами в безналичном порядке.

Право собственности на Имущество зарегистрировано за ФИО1 30.03.2020.

Конкурсный управляющий оспорил договоры по основаниям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»  (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ)  ссылаясь на то, что отчуждение имущества имело место при наличии неисполненных Обществом обязательств перед кредиторами, при отсутствии встречного предоставления.

Возражая относительно доводов конкурсного управляющего, ФИО1 в обоснование встречного предоставления за приобретенное Имущество, указал на то, что задолженность по его оплате в размере 3 520 000 руб. зачтена в счет возврата Обществом займов в пользу Компании, руководителем которой на момент предоставления заемных денежных средств был ФИО1 Как указал ответчик, займы выданы в размере 2 000 000 руб. -  29.01.2018 и в размере 1 000 000 руб. – 05.02.2018.

По утверждению ответчика, право требования указанной задолженности уступлено ему новым руководителем Компании по договорам цессии от 03.12.2019. 

О зачете взаимных требований Общество в лице директора         ФИО3 и ФИО1 составили соглашения от 19.05.2020 и от 12.08.2020.

В подтверждение заемных правоотношений, в материалы дела представлены дополнительные соглашения к договорам займа от 05.05.2018      № 1 (о продлении срока действия договора процентного займа от 05.02.2018      № 0205-01 до 10.05.2021) и от 03.06.2019 № 2 (о признании беспроцентным договора займа от 29.01.2018 № 0129-01). 

Также в материалах дела имеются представленные конкурсным управляющим копии договора процентного займа от 29.01.2018 № 0129-01 на сумму 2 000 000  руб. со сроком возврата 31.01.2019 и договор процентного займа от 05.02.2018 № 0205-01 на сумму 1 500 000 руб. со сроком возврата 10.05.2021. 

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции согласился с доводами конкурсного управляющего, квалифицировав оспариваемые договоры как подозрительные сделки. 

Суд, указав на отсутствие доказательств перечисления денежных средств за Имущество, квалифицировал оспариваемые договоры как безвозмездные, совершенные при наличии признаков неплатежеспособности Общества, о которых должен был знать ответчик в силу длительных хозяйственных взаимоотношений между Обществом и Компанией.

Не согласившись с определением суда, ФИО1 обжаловал его в апелляционном порядке. 

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции. Ссылки ответчика на зачет встречных требований к должнику в счет оплаты за Имущество отклонены апелляционным судом, указавшим, что заявитель не представил в материалы дела договоры займа и доказательства передачи денежных средств по ним, а также не доказал оплаты 75 000 руб. за уступленные к ФИО1 права требования. Оборотно-сальдовые ведомости в качестве доказательства предоставления денежных средств должнику судом апелляционной инстанции не приняты. 

Апелляционный суд отметил отсутствие доказательств оплаты Имущества на момент регистрации права собственности на него за       ФИО1 и дополнительно квалифицировал оспариваемые договоры как недействительные по основаниям пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Суд кассационной инстанции, проверив законность принятых по делу судебных актов, пришел к следующим выводам.

Пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено признание недействительной сделки должника, совершенной до возбуждения в отношении него дела о банкротстве при отсутствии соразмерного встречного предоставления в пользу должника. 

Исходя из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, квалифицирующими признаками недействительности подозрительной сделки, совершенной в пределах трехлетнего периода до возбуждения дела о банкротстве, является ее убыточность и причинение в результате совершения этой сделки вреда кредиторам.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление  № 63), разъяснено, что при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Указанные последствия вывода должником имущества в пользу третьих лиц (аффилированных лиц) могут иметь место и в том случае, если факты нарушения обязательств перед кредиторами имели место и после совершения очевидно убыточных для должника сделок, когда возникшая вследствие неправомерных действий такого рода недостаточность имущества должника имеет длящийся характер, и ущерб, причиненный должнику в результате вывода его имущества при отсутствии встречного предоставления, не компенсирован до момента наступления срока осуществления расчетов с кредиторами.

В данном случае, в результате совершения оспариваемой сделки, из конкурсной массы должника выбыло дорогостоящее имущество восемь машино-мест.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и взаимосвязи, в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), суды пришли к обоснованному выводу о том, что должник не подтвердил при рассмотрении дела в суде первой инстанции факт встречного предоставления в пользу Общества относительно отчужденного Имущества.

Оценивая ссылку подателя апелляционной жалобы на проведение зачета, апелляционный суд пришел к правильному выводу о том, что ответчик не подтвердил при рассмотрении дела наличия у Общества реального встречного обязательства, в счет погашения которого могла бы быть зачтена оплата за Имущество. 

Исходя из смысла правовой позиции, сформулированной в пункте 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020, к аффилированному по отношению должнику лицу применяется повышенный стандарт доказывания при опровержении мнимости сделок, на которых указанное лицо основывает свою позицию в деле о банкротстве о наличии требований к должнику.

При оценке указанных обстоятельств следует учитывать, что, как отмечено в разъяснениях пункта 86 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  стороны для создания видимости действительности мнимой сделки могут произвести ее формальное исполнение, в том числе, осуществить перевод денежных средств. 

Согласно правовой позиции, сформированной Верховным Судом Российской Федерации, в частности изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6) по делу № А12-45751/2015 и в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. 

Второй из названных механизмов по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

В рамках ранее рассмотренного обособленного спора, определением от 16.03.2022, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 29.04.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 25.07.2022 уже были установлены отношения фактической аффилированности между Обществом и Компанией, а также последующим руководителем Компании – ФИО4 Указанные выводы обязательны в силу положений статьи 16 АПК РФ. В рамках того же обособленного спора были отмечены действия заинтересованных сторон, направленные на создание видимости заемных правоотношений с целью вывода активов Общества при наличии непогашенных требований кредиторов к нему. 

При таких обстоятельствах, ссылка бывшего руководителя Компании ФИО1 на наличие заемных правоотношений между Обществом и Компанией, в счет расчетов по которым могло быть исполнено обязательство Компании по оплате Имущества, вызывает обоснованные сомнения, и являлось основанием для применения к ФИО1 повышенного стандарта доказывания реальности его требования к Обществу о возврате займа. 

Как правильно отметил апелляционный суд, указанной обязанности ФИО1 не исполнил, доказательств, подтверждающих реальность заемных правоотношений и приобретения права требования к должнику, возникшего в рамках указанных правоотношений, ответчик не представил. 

В документах, приобщенных к материалам дела конкурсным управляющим со ссылкой на получение их от бывшего руководителя должника, отсутствует подтверждение перечисления денежных средств по договору займа от 29.01.2018 № 0129-01. В назначении платежа в платежном поручении от 30.01.2018 № 9 на сумму, равную названной в договоре сумме займа, указано на осуществление предоплаты за реконструкцию зданий по договору от 29.01.2018 № 0129-01. Такой документ не мог быть расценен как подтверждающий предоставление займа. 

Срок возврата займа по договору от 05.02.2018 № 0205-01 указан 10.05.2021, в материалах дела отсутствуют доказательства соглашения сторон о досрочном погашении займа. Напротив, как указано выше, в деле имеется дополнительное соглашение о продлении срока займа, при этом, новый срок его возврата согласован такой же, как и в договоре – 10.05.2021, что подтверждает сомнения в соответствии содержания представленных документов реальному содержанию правоотношений сторон. На дату подписания договора уступки прав требования от 03.12.2019 и соглашения о зачете от 19.05.2020 срок требования возврата займа по договору от 05.02.2018 № 0205-01, если он и был заключен, еще не наступил. В силу разъяснений пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», заявление о зачете в такой ситуации не допускается.

Подписание в такой ситуации, в преддверии банкротства соглашений о погашении заемных обязательств зачетом причитающейся должнику платы за отчужденное им имущество, за счет которой могли быть произведены расчеты с кредиторами, определенно указывает на намерение сторон осуществить вывод активов должника при отсутствии реального встречного предоставления в его пользу, с целью причинения вреда кредиторам. Такие действия, в силу положений статьи 10 ГК РФ, не могут подлежать судебной защите, и свидетельствуют о наличии порока волеизъявления сторон соглашений о зачете. 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд правомерно не принял доводы ответчика о наличии встречного предоставления по спорным договорам. Подателем жалобы мотивированного опровержения этого вывода со ссылкой на имеющиеся в деле доказательства не представлено. Соглашения о зачете от 19.05.2020 и от 12.08.2020 следует квалифицировать как мнимые сделки по пункту 1 статьи 170 ГК РФ, не влекущие, согласно статьям 166, 167 ГК РФ, правовых последствий, кроме как связанных с их недействительностью  

Факт наличия у Общества на момент совершения оспариваемых сделок купли-продажи признаков неплатежеспособности (неисполненных обязательств перед ФИО5, установленных определением Петрозаводского суда от 25.11.2019 по делу № 2-7289/2019), податель жалобы не оспаривает. 

С учетом указанных выше обстоятельств фактической аффилированности должника и ответчика, данное обстоятельство, при наличии установленных судом признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемой сделки, исходя из разъяснений пунктов 6, 7 Постановления № 63 презюмирует заключение договоров купли-продажи Имущества с целью причинения вреда кредиторам и факт причинения такого вреда.

Совершение сделки при отсутствии равноценного предоставления в течение года до возбуждения дела о банкротстве, правильно расценено апелляционным судом и как основание для признания ее недействительной по пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

Оснований не согласиться с данной судами оценкой договоров как подозрительных сделок у суда кассационной инстанции не имеется. Кассационную жалобу ФИО1 следует оставить без удовлетворения.

На основании статьи 110 АПК РФ, расходы по уплате государственной пошлины за подачу кассационной жалобы, остаются на подателе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа 

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Республики Карелия от 06.04.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2022 по делу № А26-8541/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1  - без удовлетворения.

 

Председательствующий

И.М. Тарасюк

Судьи

ФИО6

 ФИО7