ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А63-6407/2018

г. Ессентуки

23 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 августа 2023 года.

Полный текст постановления изготовлен 23 августа 2023 года.

 

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Джамбулатова С.И., судей: Белова Д.А., Бейтуганова З.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2, ФИО3 и ФИО4, финансового управляющего ФИО5, финансового управляющего ФИО6 на определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.03.2023 по делу № А63-6407/2018, принятое по заявлению конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО2, Чака С.М. и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Гидрометаллургический завод» (ОГРН 

<

***>), при участии в судебном заседании представителя ФИО2 – ФИО8 (доверенность от 04.10.2021), представителя финансового управляющего ФИО6 – ФИО9 (доверенность от 27.11.2022), представителя ФИО10 – ФИО11 (доверенность от 29.06.2023), представителей ООО «Алмаз Капитал» - ФИО12 (доверенность от 31.03.2023) и ФИО13 (доверенность от 12.05.2023), конкурсного управляющего ОАО «Гидрометаллургический завод» -  ФИО14 (лично), в отсутствие других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением суда от 20.04.2018 возбуждено производство о несостоятельности (банкротстве) открытого акционерного общества «Гидрометаллургический завод» (далее - должник, общество, ОАО «ГМЗ»).

Определением суда от 13.12.2018 (резолютивная часть объявлена 06.12.2018) в отношении ОАО «ГМЗ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО15

Решением суда от 13.06.2019 (резолютивная часть объявлена 05.06.2019) ОАО «ГМЗ» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО16

Сведения о признании должника банкротом и введении процедуры конкурсного производства опубликованы конкурсным управляющим в периодическом издании - газете «Коммерсантъ» от 15.06.2019 № 102.

Определением суда от 20.04.2021 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО14.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «ГМЗ» в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности следующих контролирующих должника лиц: ФИО2, ФИО17, ФИО18 и ФИО7.

Определением суда от 03.08.2020 к участию в рассмотрении заявления конкурсного управляющего привлечены финансовый управляющий имуществом Чака С.М. ФИО19 и финансовый управляющий имуществом ФИО7 ФИО20.

Определением суда от 20.01.2021 принято уточнение заявленных требований, согласно которому конкурсный управляющий просил привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «ГМЗ»: ФИО17, ФИО2, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО18, ФИО7, ФИО25, ФИО26, ФИО27 за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом; ФИО18, ФИО7, ФИО2, ФИО25, ФИО26, ФИО27 за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Определением суда от 17.02.2021 в отдельное производство выделены требования конкурсного управляющего должником о привлечении ФИО2, ФИО18, ФИО7, ФИО21, ФИО22, ФИО23, ФИО24, ФИО25, ФИО26, ФИО27 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением суда от 07.07.2021 рассмотрение требований конкурсного управляющего о привлечении ФИО21, ФИО26 и Чака Е.С. к субсидиарной ответственности по обязательствам должника выделено в отдельное производство, принят отказ конкурсного управляющего должником от требований о привлечении ФИО22, ФИО23, ФИО24 и ФИО25 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по заявлению в данной части прекращено.

В рамках настоящего обособленного спора рассматривается требование конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам ОАО «ГМЗ» ФИО2, ФИО18, ФИО7.

Определениями суда от 07.10.2021, от 15.12.2021, от 14.09.2022 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО4, ФИО3, финансовый управляющий имуществом Чака ФИО28 Е.А., финансовый управляющий имуществом ФИО7 ФИО5

Определением суда от 23.03.2023 признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2, ФИО18, ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Не согласившись с принятым определением, ФИО2, ФИО3 и ФИО4, финансовый управляющий ФИО5 и финансовый управляющий ФИО6 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение суда и принять по делу новый судебный акт, ссылаясь на то, что в период осуществления ФИО2 полномочий генерального директора признаки несостоятельности (банкротства) у ОАО «ГМЗ» отсутствовали. Обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве общества возникла спустя три месяца после исполнения поручителем обязательств за должника (с 01.08.2017), то есть в период, когда ФИО2 уже не осуществлял руководство деятельностью общества. Договор поручительства с ООО «Реторг» был заключен в период нахождения его в отпуске, следовательно, ФИО2 участия в совершении данной сделки не принимал. Конкурсный управляющий и уполномоченный орган не представили доказательств наличия причинно-следственной связи между выявленными по результатам налоговой проверки сделками и наступлением объективного банкротства ОАО «ГМЗ». Учредители предпринимали меры к устранению возникших у ОАО «ГМЗ» финансовых затруднений и рассчитывали на преодоление сложившейся неблагоприятной экономической ситуации. ФИО7 указал, не совершал действий и не принимал решений, явившихся непосредственной причиной банкротства общества и невозможности полного погашения требований кредиторов, в связи с чем он не может быть привлечен к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.11 Закона о банкротстве. По мнению ответчика, причинно-следственная связь между сделками, совершенными обществом в 2013-2016 годах и наступлением объективного банкротства ОАО «ГМЗ» в 2018 году отсутствует. В соответствии с уставом ОАО «ГМЗ» принятие решения о ликвидации общества относится к компетенции общего собрания акционеров общества. Совет директоров общества, в который входил Чак С.М., после получения от генерального директора ФИО17 сведений о необходимости обращения в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом принял решение о рассмотрении данного вопроса на следующем внеочередном собрании акционеров, назначенном на 06.10.2017, о чем акционеры Чак С.М. и ФИО7 были уведомлены 30.08.2017. В связи с этим финансовый управляющий полагает, что Чак С.М. исполнил возложенную на него как на члена Совета директоров ОАО «ГМЗ» обязанность по созыву общего собрания акционеров для решения вопроса о несостоятельности должника и не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по основанию необращения в суд с соответствующим заявлением.

Конкурсный управляющий и ООО «Алмаз Капитал» направили отзывы на апелляционные жалобы, в которых просят оставить определение суда первой инстанции без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

В судебном заседании представитель ООО «Алмаз Капитал» и конкурсный управляющий, поддержали доводы, изложенные в отзывах на апелляционные жалобы.

Представители ФИО2, финансового управляющего ФИО6 и ФИО10 просили определение суда первой инстанции отменить, апелляционные жалобы – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалоб, отзывов на апелляционные жалобы, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что ОАО «ГМЗ» зарегистрировано в качестве юридического лица 23.01.2003, обществу присвоен основной государственный регистрационный номер 

<

***>, основным видом деятельности должника являлось производство прочих основных неорганических химических веществ (ОКВЭД 20.13).

Ответчики являлись контролирующими должника лицами ввиду следующего: ФИО2 занимал должность генерального директора общества в период с 16.08.2012 по 12.07.2017; ФИО18 являлся учредителем должника, которому принадлежало 50 % доли уставного капитала; ФИО7 являлся учредителем должника, которому принадлежало 50 % доли уставного капитала.

Согласно пунктам 4 и 5 статьи 10 главы I Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ) контролирующие должника лица солидарно несут субсидиарную ответственность по денежным обязательствам должника и (или) обязанностям по уплате обязательных платежей с момента приостановления расчетов с кредиторами по требованиям о возмещении вреда, причиненного имущественным правам кредиторов в результате исполнения указаний контролирующих должника лиц, или исполнения текущих обязательств при недостаточности его имущества, составляющего конкурсную массу. Руководитель должника несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность  по  сбору,   составлению,   ведению   и  хранению   которых  установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об имуществе и обязательствах должника и их движении, сбор, регистрация и обобщение которой являются обязательными в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо если указанная информация искажена.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 главы I Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ), если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам. При этом пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из перечисленных в названной норме обстоятельств, в том числе, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств:

причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;

документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями,  содержащимися в  постановлении

Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенных выше редакциях.

Согласно пункту 16 Постановления № 53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам, и т.д.

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения - появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию объективного банкротства.

Из буквального содержания приведенных выше правовых норм и разъяснений следует, что основанием для привлечения контролирующего лица к субсидиарной ответственности является совершение им действий, повлекших возникновение задолженности  перед  кредиторами,   а  также  действий,   повлекших  невозможность удовлетворения требований кредиторов, то есть в результате которых должник стал неплатежеспособен, а равно совершение иных явно невыгодных для кредиторов должника действий в условиях неплатежеспособности.

При этом такие действия должны выходить за пределы обычного предпринимательского риска.

Из разъяснений, содержащихся в пункте 23 Постановления № 53, следует, что согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Из анализа финансового состояния должника, проведенного временным управляющим за период с 01.01.2016 по 31.12.2018, следует, что в соответствии с пунктом 3.2 устава ОАО «ГМЗ» общество занималось производством фосфорных удобрений и другой продукции неорганической химии, прочих продуктов основной химии, редких металлов и сплавов, переработкой сырья, строительно-монтажными и ремонтными работами, перевозкой автомобильным и железнодорожным транспортом, ремонтом производственного и непроизводственного оборудования и т.д.

Основные средства общества по состоянию на 31.12.2018 были представлены административно-производственным зданием, транспортными средствами, производственным оборудованием и инвентарем.

В отношении ОАО «ГМЗ» была проведена выездная налоговая проверка по вопросу правильности исчисления и уплаты налогов за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, по результатам которой составлен акт от 10.08.2017 № 138. На основании указанного акта уполномоченным органом вынесено решение от 05.09.2017 № 11-12/138 о привлечении должника к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым обществу доначислено 133 230 553 руб. налога на добавленную стоимость (далее - НДС), а также начислены 35 384 562 руб. пени, 53 013 620 руб. штрафных санкций.

Решением УФНС России по Ставропольскому краю от 16.11.2017 № 08-20/030229@ решение от 05.09.2017 № 11-12/138 отменено в части начисления НДС и соответствующих сумм пени и штрафа по взаимоотношениям с ООО «Группа компаний «Восход», должнику выставлено требование об уплате налога на сумму 221 573 845 руб., из которых 133 196 619 руб. недоимки по НДС, 35 377 180 руб. пени, 53 000 046 руб. штрафа.

Решением Арбитражного суда Ставропольского края от 18.05.2018 по делу № А63-21346/2017, оставленным без изменения постановлениями Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.08.2018 и Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 04.12.2018, решение уполномоченного органа от 05.09.2017 № 11-12/138 в редакции решения УФНС России по Ставропольскому краю от 16.11.2017 № 08-20/030229@ признано недействительным в части начисления штрафных санкций по пункту 3 статьи 122 НК РФ в сумме 26 506 810 руб. В остальной части решение налогового органа оставлено без изменения.

Таким образом, по результатам выездной налоговой проверки обществу доначислено 133 196 619 руб. недоимки по НДС за 2013-2016 годы, а также начислены 35 377 180 руб. пени, 26 493 236 руб. штрафа.

В ходе проведения выездной налоговой проверки установлено и судебными актами по делу № А63-21346/2017 подтверждено, что 01.09.2014 между ОАО «ГМЗ» и ООО «Агромет» заключен договор поставки № 01/09 со сроком действия до 01.09.2016. В доказательство поставки товара должником налоговому органу были представлены счета-фактуры за период с 31.10.2014 по 01.06.2015 на общую сумму 307 300 700 руб.

Между ОАО «ГМЗ» и ООО «Продмет» заключены договоры от 10.01.2013 № 1924/05 и от 28.03.2013 № 19-24/40 на поставку металлоконструкций и оборудования, в подтверждение исполнения которых должником представлены счета-фактуры за период с 29.03.2013 по 29.06.2015 на общую сумму 253 708 000 руб.

Между ОАО «ГМЗ» и ООО «Промышленное оборудование» заключены договоры поставки от 03.04.2014 № 01/14 и от 21.01.2015 № 01/15, должником представлены счета-фактуры за период с 05.09.2014 по 24.12.2015 на общую сумму 312 859 428 руб.

По результатам налоговой проверки уполномоченный орган пришел к выводу о том, что данные сделки не подтверждены реальными хозяйственными операциями, имеют признаки «схемы» минимизации налогов, свидетельствуют о согласованности, взаимосвязи и взаимозависимости всех участников созданной схемы при осуществлении ими финансово-хозяйственной деятельности. Налоговый орган установил, что документооборот между организациями был формальным, а расчеты между организациями транзитными с последующим обналичиванием денежных средств. Действия участников спорных сделок направлены на получение необоснованной налоговой выгоды в виде завышения расходов и получения налоговых вычетов по НДС.

От ОАО «ГМЗ» все сделки подписаны ФИО2, являвшимся на момент их заключения руководителем должника, и совершены между подконтрольными друг другу лицами, о чем свидетельствует, в том числе, участие в сделках лиц, учредителями которых являлись учредители должника - Чак С.М. и ФИО7

Таким образом, налоговый орган установил, что контролирующие должника лица создали схему фиктивного документооборота с участием «фирм-однодневок», при которой денежные средства ОАО «ГМЗ» выводились из его имущественной массы якобы в счет оплаты товаров, которые фактически должнику не поступали. С выводами уполномоченного органа согласился арбитражный суд при рассмотрении в рамках дела № А63-21346/2017 заявления должника о признании решения налогового органа от 05.09.2017 № 11-12/138 недействительным.

В результате совершения обществом указанных сделок из имущественной массы ОАО «ГМЗ» были выведены денежные средства на сумму около 900 млн.руб., а должник получил претензии уполномоченного органа по уплате недоимки, пени и штрафов по налогам на общую сумму более 190 млн.руб., что не могло не повлиять на финансовое положение ОАО «ГМЗ» и его возможность осуществлять расчеты с кредиторами.

Согласно анализу финансового состояния ОАО «ГМЗ», проведенному временным управляющим, в период с 01.01.2016 (то есть после вывода денежных средств из имущественной массы должника) по 31.12.2016 размер кредиторской задолженности общества вырос на 191,68 % (без учета недоимки по НДС, впоследствии доначисленной по результатам выездной налоговой проверки). В последующие периоды рост кредиторской задолженности продолжился и за 2017 год ее размер увеличился на 80 %, за 2018 год - на 37,54 %, что наряду со значительным объемом краткосрочных и долгосрочных займов и кредитов, а также начисленных процентов за пользование заемными средствами, оказало существенное влияние на финансовое состояние ОАО «ГМЗ».

При этом объем денежных средств ОАО «ГМЗ» по данным бухгалтерского баланса варьировался от 12 тыс.руб. до 6 024 тыс.руб., лишь единожды достигнув значения в 133 410 тыс.руб. (на 30.06.2017), чего с учетом значительного роста кредиторской задолженности было явно недостаточно для осуществления расчетов с кредиторами.

В то же время краткосрочные обязательства ОАО «ГМЗ» за 2016 и 2017 год (на 01.01.2016- 498 538 млн.руб., на 31.03.2016 - 349 503 млн.руб., на 30.06.2016 -522 874 млн.руб., на 30.09.2016 - 682 348 млн.руб., на 31.12.2016 - 1 269 405 млн.руб., на 31.03.2016 - 1 316 837 млн.руб., на 30.06.2017 - 1 608 526 млн.руб., на 30.09.2017 -2 069 429 млн.руб., на 31.12.2017 - 1 587 565 млн.руб.) могли быть погашены в полном объеме либо в значительной части за счет денежных средств, выведенных контролирующими должника лицами в результате совершения сделок с ООО «Агромет», ООО «Продмет» и ООО «Промышленное оборудование».

Таким образом, указанные действия привели к резкому увеличению объема неисполненных краткосрочных обязательств вследствие вывода из имущественной массы ОАО «ГМЗ» наиболее ликвидного актива - денежных средств, за счет которых общество могло своевременно исполнить значительную часть своих обязательств перед кредиторами и избежать банкротства.

Доводы возражений лиц, участвующих в деле, о том, что указанные сделки не повлияли на финансовое положение ОАО «ГМЗ» и не могли явиться непосредственной причиной банкротства должника, поскольку после их совершения общество продолжало вести хозяйственную деятельность и получать прибыль, правомерно отклонены судом так как не опровергают наличие вреда, причиненного в результате совершения сделок по выводу денежных средств общества в пользу подконтрольных ответчикам лиц.

В структуре активов общества на протяжении всего анализируемого периода большую часть оборотных активов ОАО «ГМЗ» составляла дебиторская задолженность, доля которой от объема оборотных активов и общего объема активов должника постоянно увеличивалась (на 01.01.2016 - 68,1 % от объема оборотных активов и 41,4 % от общего объема активов общества, на 31.12.2016 - 90,5 % (60,6 %), на 31.12.2017 - 92,7 % (57,9 %), на 31.12.2018 - 97,9 % (67,5 %).

Такое увеличение объема дебиторской задолженности свидетельствует о неудовлетворительной работе с контрагентами должника и непринятии необходимых и своевременных мер для ее взыскания. При этом наличие большого объема дебиторской задолженности, составляющей практически все оборотные активы ОАО «ГМЗ», не может свидетельствовать о наличии у предприятия возможности своевременно исполнить свои краткосрочные обязательства, поскольку исполнение контрагентами своих обязательств во многом зависит от эффективности мер, принимаемых руководством должника, а также от платежеспособности самих дебиторов.

Следовательно, наличие у ОАО «ГМЗ» активов, представленных в большей части дебиторской задолженностью, не может свидетельствовать о фактическом наличии у должника возможности погасить требования кредиторов.

В структуре активов общества на протяжении всего анализируемого периода большую часть оборотных активов ОАО «ГМЗ» составляла дебиторская задолженность, доля которой от объема оборотных активов и общего объема активов должника постоянно увеличивалась (на 01.01.2016 - 68,1 % от объема оборотных активов и 41,4 % от общего объема активов общества, на 31.12.2016 - 90,5 % (60,6 %), на 31.12.2017 - 92,7 % (57,9 %), на 31.12.2018 - 97,9 % (67,5 %).

Такое увеличение объема дебиторской задолженности свидетельствует о неудовлетворительной работе с контрагентами должника и непринятии необходимых и своевременных мер для ее взыскания. При этом наличие большого объема дебиторской задолженности, составляющей практически все оборотные активы ОАО «ГМЗ», не может свидетельствовать о наличии у предприятия возможности своевременно исполнить свои краткосрочные обязательства, поскольку исполнение контрагентами своих обязательств во многом зависит от эффективности мер, принимаемых руководством должника, а также от платежеспособности самих дебиторов.

Следовательно, наличие у ОАО «ГМЗ» активов, представленных в большей части дебиторской задолженностью, не может свидетельствовать о фактическом наличии у должника возможности погасить требования кредиторов.

Кроме того, как указано выше, в результате совершения указанных сделок обществу в период с 2013 по 2015 год был необоснованно предоставлен налоговый вычет, который впоследствии доначислен должнику на основании решения налогового органа от 05.09.2017 № 11-12/138 в качестве недоимки по НДС. Поскольку до вынесения указанного решения требование об уплате недоимки по налогу должнику не предъявлялось, данная задолженность не была отражена в бухгалтерской отчетности общества и не влияла на показатели его платежеспособности, хотя фактически существовала.

При этом в период непосредственно после совершения сделок, повлекших вывод денежных средств из имущественной массы должника и возникновение недоимки по НДС, между ОАО «ГМЗ» и ПАО «Сбербанк России» были заключены кредитные договоры от 23.03.2016 № 091600903/0766, от 27.09.2016 № 091600017/0763 и договоры поручительства от 30.03.2016 № 091600901/0766, от 30.03.2016 № 091600902/0766/6, от 17.03.2017 № 091600039/0763/8, от 27.07.2017 № 091600008/0763/6, от 14.08.2017 № 091700021/0763/4, неисполнение обязательств по которым явилось основанием для возбуждения настоящего дела о несостоятельности (банкротстве) и введения в отношении должника процедуры наблюдения.

Контролирующие должника лица посредством заключения фиктивных сделок обеспечили условия для необоснованного снижения объема обязательств ОАО «ГМЗ», отраженных в бухгалтерской отчетности общества, и создали видимость финансового благополучия должника, чем ввели потенциальных контрагентов ОАО «ГМЗ» в заблуждение относительно платежеспособности общества.

Следовательно, действия ответчиков повлекли не только вывод из имущественной массы ОАО «ГМЗ» ликвидного актива, но и искажение результатов финансово-хозяйственной деятельности должника, чем могли способствовать увеличению объема обязательств общества перед кредиторами, добросовестно полагавшимися при выборе контрагента в том числе на информацию, отраженную в бухгалтерской документации должника.

Таким образом, материалами дела подтверждается создание контролирующими лицами фиктивного документооборота.

Совершение ответчиками неправомерных действий послужило причиной образования задолженности перед кредиторами, не имевшими достоверной информации о реальном положении дел в организации.

В такой ситуации невозможность погашения требований кредиторов должника с учетом объема сделок, связанных с выводом денежных средств в пользу «фирм-однодневок» в отсутствие реальных хозяйственных отношений, находится в прямой причинно-следственной связи с действиями и управленческими решениями ФИО2, ФИО7 и Чака С.М.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) и пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в действующей редакции) размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Таким образом, ФИО2, Чак С.М. и ФИО7 подлежат привлечению к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов в размере, равном сумме требований кредиторов, включенных в реестр, заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника.

Пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве установлено, что неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

В предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 9 Постановления № 53, обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 6 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением о признании должника банкротом в арбитражный суд в случае, если, кроме прочего, должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Такое заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств (пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве).

Как следует из устава ОАО «ГМЗ», органами управления общества являются общее собрание акционеров, Совет директоров, Правление как коллегиальный исполнительный орган общества и генеральный директор как единоличный исполнительный орган общества (пункт 8.1).

Генеральный директор ОАО «ГМЗ» при осуществлении своих прав и обязанностей должен действовать в интересах общества, осуществлять свои права и исполнять свои обязанности в отношении ОАО «ГМЗ» добросовестно и разумно. Генеральный директор обязан получать письменное одобрение правления в отношении любого действия, связанного с руководством обществом, за исключением выдачи доверенностей, связанных с обычной хозяйственной деятельностью ОАО «ГМЗ», а в случаях, указанных в уставе - письменное одобрение Совета директоров (пункт 11.9 устава).

Из материалов дела установлено, что в указанный период руководителем должника была ФИО17, которая 30.08.2017 обращалась в Совет директоров, в Правление и к акционерам Чаку С.М. и ФИО7 с заявлениями о получении письменного одобрения на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании ОАО «ГМЗ» банкротом ввиду наличия высоких рисков дефолта по внешним обязательствам в связи с актом уполномоченного органа от 24.05.2017 № 138.

В письме от 30.08.2017 акционер и председатель Совета директоров Чак С.М. и акционер ФИО7 запретили генеральному директору ФИО17 подавать заявление о банкротстве должника, дополнительно подтвердили согласование данного вопроса в рамках следующего внеочередного собрания акционеров ОАО «ГМЗ».

На заседании Совета директоров ОАО «ГМЗ», состоявшемся 30.08.2017, принято решение о вынесении вопроса о банкротстве должника на следующее внеочередное общее собрание акционеров (протокол № 45).

ФИО17 повторно обратилась 18.09.2017 в Совет директоров, в Правление и к акционерам Чаку С.М. и ФИО7 с заявлениями о получении письменного одобрения на обращение в арбитражный суд с заявлением о признании ОАО «ГМЗ» банкротом, в связи с наличием высоких рисков дефолта по внешним обязательствам в связи с привлечением должника к ответственности за совершение налогового правонарушения решением Межрайонной ИФНС России № 9 по Ставропольскому краю от 05.09.2017 № 11-12/138.

Следовательно, учредители ОАО «ГМЗ» Чак С.М. и ФИО7, являвшиеся одновременно его акционерами, были осведомлены о вынесении налоговым органом решения о привлечении должника к ответственности в связи с заключением сделок с ООО «Агромет», ООО «Продмет» и ООО «Промышленное оборудование», доначислении обществу недоимки по НДС, начислении пени и штрафа, что, как установлено выше, существенным образом повлияло на финансовое состояние ОАО «ГМЗ».

Чак С.М. и ФИО7 уже в момент составления налоговым органом акта налоговой проверки и вынесения решения о привлечения общества к ответственности не могли не осознавать факт обоснованности произведенного уполномоченный органом доначисления, поскольку данные лица являлись инициаторами и непосредственный участниками схемы вывода денежных средств должника в пользу подконтрольных им организацией и снижения объема налоговых обязательств ОАО «ГМЗ».

В момент вынесения решения налогового органа от 05.09.2017 № 11-12/138 у должника возникла обязанность единовременно погасить недоимку по налогу, который при добросовестном поведении контролирующих должника лиц должен был начисляться и уплачиваться на протяжении нескольких лет, а также оплатить пени и штрафы.

Из отчета о финансовых результатах ОАО «ГМЗ» следует, что чистая прибыль общества по состоянию на 30.06.2017 составляла 58 953 тыс. руб., на 30.09.2017 - 39 600 тыс. руб., на 31.12.2017 - 53 898 тыс. руб., что свидетельствует об отсутствии у должника в указанный период возможности единовременно погасить начисленную уполномоченным органом недоимку, пени и штрафы на общую сумму 195 067 035 руб. О невозможности немедленно погасить краткосрочные обязательства ОАО «ГМЗ» также свидетельствует коэффициент абсолютной ликвидности общества, который на 30.06.2017 составляла 0,0836, на 30.09.2017 - 0,0020, на 31.12.2017 - 0,0036 при нормативном значении 0,2-0,3.

При этом в указанный период у должника уже имелись неисполненные в течение более трех месяцев обязательства на сумму 7 659 993,6 руб. по договору поручительства перед ООО «Реторг», которые возникли с 29.04.2017 в связи с погашением ООО «Реторг» задолженности ОАО «ГМЗ» перед ООО «ПрофТрансСнаб».

Решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании ОАО «ГМЗ» несостоятельным (банкротом) собранием акционеров принято не было, дело о несостоятельность (банкротстве) общества возбуждено по заявлению ПАО «Сбербанк России», поступившему в суд только 13.04.2018, то есть спустя шесть месяцев после вынесения решения уполномоченного органа.

В период с 06.10.2017 (после истечения срока для исполнения акционерами должника обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве) у ОАО «ГМЗ» возникли обязательства перед рядом кредиторов на сумму более 150 млн.руб., в том числе перед ООО «ПрофТрансСнаб», ООО «Тегра», ЗАО «ЮЭК», ЗАО ТК «Химпэк», ГУП СК «Ставрополькрайводоканал», ИП ФИО29, ООО «Смазочные масла», ИП ФИО30, ФГАОУ ВО «Национальный исследовательский Томский государственный университет», ООО «Союзэнерго», ООО «Эксперт-консалт», ООО «Виктория». Обязательства перед указанными кредиторами не были своевременно исполнены обществом, в связи с чем включены в реестр требований кредиторов ОАО «ГМЗ» на основании определений суда в рамках настоящего дела о банкротстве.

Поскольку суд пришел к выводу о наличии оснований для привлечения Чака С.М. и ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательства ОАО «ГМЗ» на основании статьи 10 Закона о банкротстве, размер субсидиарной ответственности по указанному основанию, равный совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника, поглощает размер субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления о признании должника несостоятельным (банкротом).

В связи с этим достаточно установить сам факт возникновения у должника обязательств перед кредиторами в период с 06.10.2017 и их неисполнения без определения конкретного размера субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 Закона о банкротстве, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Поскольку в настоящее время невозможно определить размер субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц ввиду того, что расчеты с кредиторами не завершены, суд приходит к выводу о необходимости приостановить производство по обособленному спору в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Иные доводы апелляционных жалоб признаются несостоятельными, поскольку не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо опровергали выводы суда.

Анализ материалов дела свидетельствует о том, что определение суда первой инстанции соответствует нормам материального права, изложенные в нем выводы – установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам. Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены судебного акта в любом случае, апелляционным судом не установлено. Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены определения суда первой инстанции по доводам, приведенным в жалобах.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ставропольского края от 23.03.2023 по делу №А63-6407/2018 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Возвратить ФИО8 3 000 рублей государственной пошлины, уплаченной при подаче апелляционной жалобы по чек-ордеру от 19.06.2023.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                      С.И. Джамбулатов

Судьи                                                                                                     Д.А. Белов

З.А. Бейтуганов