СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

№ 17АП-2804/2019-АК

г. Пермь

16 апреля 2019  года

Дело №А50-8931/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 09 апреля 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 апреля 2019 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:     

председательствующего Мухаметдиновой Г.Н.,   

судей  Мартемьянова В.И., Чепурченко О.Н.,   

при ведении протокола судебного заседания секретарем Балдиной А.С.,    

при участии:

от заявителя жалобы, конкурсного управляющего должника Шляпина Л.А. – Зуйкин И.С., доверенность от 10.09.2015, паспорт,

от ответчика, Колеговой Н.С. – Шарафетдинова З.Э., доверенность от 24.12.2018, паспорт,

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились, 

(лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда), 

рассмотрел в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего Шляпина Льва Александровича

на определение Арбитражного суда Пермского края 

от 07 февраля 2019 года 

об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника о признании договора купли-продажи недвижимого имущества от 25.12.2015, заключенного между должником и Колеговой Н.С. недействительным, применение последствий недействительности сделки,

вынесенное судьей Калугиным В.Ю.

в рамках дела № А50-8931/2017

о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Норман» (ИНН 5903043036, ОГРН 1035900360870)

установил:

решением Арбитражного суда Пермского края от 15.11.2017 ООО «Норман» (далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим

утвержден Шляпин Л.А.

28.11.2018 в арбитражный суд поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи недвижимого имущества от 25.12.2015, заключенного между ООО «Норман» и Колеговой Н.С. (далее – ответчик), применении последствий недействительности сделки. Основанием для оспаривания сделки являлась неравноценность встречного исполнения, отчуждение имущества стоимостью 6 700 000 рублей по  цене 2 800 000 рублей.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 07.02.2019 заявление  конкурсного управляющего оставлено без удовлетворения.

Конкурсный управляющий, не согласившись с вынесенным определением в части вывода о пропуске срока исковой давности для обращения в суд с заявлением об оспаривании рассматриваемой сделки по специальным основаниям, установленным Законом о банкротстве, обратился с апелляционной  жалобой, в которой просит указанный судебный акт в соответствующей части изменить, ссылаясь на нарушение судом норм материального права.

В апелляционной жалобе конкурсный управляющий должника Шляпин Л.А. оспаривает вывод суда о том, что начало течения срока исковой давности по спорной сделке следует исчислять с даты его утверждения. Со ссылкой на позицию, изложенную в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.07.2018 № 305-ЭС18-2393 отмечает, что срок исковой давности для оспаривания конкурсным управляющим сделок начинается не ранее момента, когда истек разумный срок на получение информации о наличии у таких сделок пророков недействительности и личности ответчика по иску, а также на подготовку документов,  необходимых для предъявления соответствующих требований в суд. При этом, поскольку Шляпин Л.А. не являлся временным управляющим должника, в связи с чем к нему не может быть применено правило о возможности исчисления срока исковой давности с момента утверждения конкурсным управляющим, когда о наличии оснований для оспаривания сделки такой арбитражный мог узнать при осуществлении полномочий временного управляющего. Также указывает, что о наличии у спорного договора признаков пороков недействительности и личности ответчика он узнал не ранее 07.02.2018. Так, 23.11.2017 он обратился в Территориальное управление Росимущества  по Пермскому краю о предоставлении сведений о зарегистрированных правах должника на недвижимое имущество; 22.12.2017 получена выписка из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество; сведения о факте выбытия объекта недвижимости, содержащиеся в выписке,  сами по себе не свидетельствуют о том, что имущество выбыло на основании сделки, содержащей пороки, поскольку выписка не содержит информации об условиях сделки, в том числе о цене отчуждения и способе ее оплаты; 07.02.2018 конкурсным управляющим получен экземпляр спорного договора; с указанной даты у конкурсного управляющего появилась возможность оценить условия договора на наличие признаков недействительности, что является моментом когда управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки. Обращает внимание на то, что суду было известно, что бывшим руководителем должника документы, в том числе в отношении спорной сделки, переданы не были, что подтверждается поданным 06.03.2018 конкурсным управляющим ходатайством об истребовании документов и имущества должника, определением суда от 07.05.2018 об утверждении мирового соглашения по указанному спору. Указанные обстоятельства с позиции апеллянта, свидетельствуют о том, что течение срока исковой давности для оспаривания договора началось не ранее 07.02.2018, и на момент подачи настоящего заявления данный срок не истек.

До начала судебного разбирательства письменные отзыв на апелляционную жалобу не поступили.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего доводы апелляционной жалобы поддержал в полном объеме, на отмене определения суда настаивал.

Представитель ответчика против удовлетворения  апелляционной жалобы возражал.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы надлежащим образом, в судебное заседание представителей не направили, в силу ст.ст.156, 266 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Лицами, участвующими в деле, возражений относительно проверки судебного акта только в обжалуемой части, не представлено.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии со ст.266, ч.5 ст. 268 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом, 25.12.2015 между должником (продавец) и ответчиком (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества (далее по тексту – договор купли- продажи). Предметом сделки выступило нежилое помещение общей площадью 102,2 кв.м., расположенное на 1 этаже здания по адресу г. Пермь, ул. Тургенева, 35 (далее - спорное имущество, помещение). 

Государственная регистрация договора произведена 07.02.2016.

Согласно п. 2 договора, стоимость помещения установлена сторонами в размере 2 800 рублей. 

26.12.2015 между теми же сторонами заключено дополнительное соглашение, согласно которому стоимость помещения определена в размере 6 300 000 рублей, из которых 2 800 000 рублей перечисляются на расчетный счет должника, а 3 500 000 рублей оплачивается  наличными денежными средствами (л.д. 46).

Ответчиком в материалы дела  представлено платежное поручение № 19 от 02 марта 2016 г. на сумму 2 800 000 рублей (л.д. 47), квитанция к приходному кассовому ордеру № 34762/887 от 26 декабря 2015 г. на сумму 3 500 000 рублей (л.д. 48).

Из представленной в материалы дела выписки из Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним следует, что право собственности Колеговой Н.С. на спорное помещение зарегистрировано в установленном порядке 25.02.2016.

Ссылаясь на то, что договор купли-продажи заключен при неравноценном встречном исполнении, конкурсный управляющий обратился в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) должника в арбитражный суд с заявлением о признании указанной сделки недействительной на основании  ст.ст. 10,167 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее- ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего, суд первой инстанции, не установил явных признаков недобросовестного поведения сторон по сделке для признания договора купли- продажи недействительным по основаниям ст. 10 ГК РФ,  а также не усмотрел оснований для признания ее недействительной по п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Кроме того суд пришел к выводу  о пропуске конкурсным управляющим Шляпиным Л.А. годичного срока исковой давности по требованию об оспаривании сделки по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве, о применении которого заявлено ответчиком.

Из содержания апелляционной жалобы следует, что, конкурсный управляющий фактически оспаривает вывод суда  относительно пропуска срока исковой давности по требованию об оспаривании сделки.

Суд апелляционной инстанции, проанализировав нормы материального права, исследовав имеющиеся в деле доказательства в их совокупности в порядке ст.71 АПК РФ, обсудив доводы жалобы, считает, что оснований для отмены определения суда первой инстанции в обжалуемой части не имеется в силу следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. При этом течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

Согласно статье 61.9 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных Законом о банкротстве.

В абзаце 2 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что в соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности. Однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело реальную возможность, узнать о нарушении права.

Указанный вывод нашел свое отражение в Определении Верховного Суда РФ от 05.02.2016 № 304-ЭС14-5681(7) по делу № А46-1949/2013.

Так, согласно материалам дела, определением арбитражного суда от 05.05.2017 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим утвержден Трусов В.Н.

Решением арбитражного суда 15.11.2017 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Шляпин Л.А.

Вопреки утверждению апеллянта, апелляционный суд соглашается с выводом суда, что к 28.11.2018-  дате обращения конкурсного управляющего в суд с заявлением о признании договора купли- продажи недействительным срок исковой давности для оспаривания настоящей сделки по правилам статьи 61.2 Закона о банкротстве был им пропущен, поскольку арбитражный управляющий после его утверждения должен был узнать о признаках ее недействительности.

При этом апелляционным судом учтено  следующее.

В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет. Это означает, что меры, направленные на пополнение конкурсной массы, в частности с использованием механизмов оспаривания подозрительных сделок должника, планирует и реализует, прежде всего, сам арбитражный управляющий как профессионал, которому доверено текущее руководство процедурой банкротства (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.09.2016 № 306-ЭС16-4837, Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 года).

Исходя из положений пункта 2 статьи 126, статьи 129 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", моментом возникновения у конкурсного управляющего (исполняющего обязанности конкурсного управляющего) полномочий на оспаривание сделок, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 названного Закона, является дата объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и открытия процедуры конкурсного производства.

Статьями 24, 66 и 67 Закона о банкротстве предусмотрена обязанность временного управляющего анализировать финансовое состояние должника, выявлять признаки преднамеренного и фиктивного банкротства, в том числе путем исследования перечня имущества должника. Для надлежащего выполнения указанной обязанности временный управляющий имеет право запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну (статья 20.3 Закона о банкротстве). Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 66 Закона о банкротстве сведения о принадлежащем должнику имуществе, запрошенные временным управляющим в государственных органах, предоставляются указанными органами временному управляющему в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы.

В связи с тем, что в обязанности временного управляющего входит проведение финансового анализа хозяйственной деятельности должника, заключение о наличии или об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника конкурсный управляющий после утверждения его судом должен был знать о сделках должника условиях их совершения, необходимости и возможности их оспаривания. Данный вывод сделан с учетом разъяснений Пленума ВАС данным в п. 32 Постановления № 63 от 23.12.2010 в части обязанности разумного управляющего оперативно запрашивать всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Как следует из решения о признании должника банкротом, временный управляющий представил в материалы отчет о результатах процедуры наблюдения, анализ финансово-хозяйственной деятельности, заключение о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства, материалы собрания кредиторов от 10.11.2017 и ходатайство о признании должника банкротом, об открытии в отношении него конкурсного производства.

Аргументов о том, что из подготовленного временным управляющим анализа финансово-хозяйственной деятельности и иных полученных в ходе процедуры наблюдения документов, в частности сведений из ЕГРИП, выписки по расчетному счету, конкурсный управляющий не мог узнать о сделке, незамедлительно истребовав документы об основаниях отчуждения спорного имущества в целях анализа условий сделки и подачи в пределах годичного срока соответствующего заявления, управляющим в нарушение ст. 65 АПК РФ в жалобе не приведено.

По правилам абзаца 7 пункта 1 статьи 20.3 Закона о банкротстве в целях получения необходимой информации арбитражный управляющий вправе запрашивать необходимые сведения о должнике, о лицах, входящих в состав органов управления должника, о контролирующих лицах, о принадлежащем им имуществе (в том числе имущественных правах), о контрагентах и об обязательствах должника у физических лиц, юридических лиц, государственных органов, органов управления государственными внебюджетными фондами Российской Федерации и органов местного самоуправления, включая сведения, составляющие служебную, коммерческую и банковскую тайну. Физические лица, юридические лица, государственные органы и органы местного самоуправления представляют запрошенные арбитражным управляющим сведения в течение семи дней со дня получения запроса без взимания платы (абз. 10 п. 1 ст. 20.3 Закона о банкротстве).

Таким образом, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о пропуске конкурсным управляющим к 28.11.2018  срока исковой давности по требованию об оспаривании сделки.

При этом апелляционный суд отмечает, что даже если предположить, что сведения об отчуждении должником в пользу ответчика спорного имущества не были получены временным управляющим в период наблюдения, конкурсный управляющий Шляпин Л.А., на которого законодательством о банкротстве возложены обязанности по проведению инвентаризации имущества должника и поиску имущества должника (ст. 129 Закона о банкротстве), действуя добросовестно и в интересах кредиторов (п. 4 ст. 20.3 Закона о банкротстве), обязан был в разумный срок обратиться как к руководителю должника, так и в регистрирующие органы с целью получения информации о судьбе недвижимого имущества.

Как указывает в жалобе сам управляющий, сведения о сделке  должника с ответчиком были получены им из Территориального управления  Росимущества  по Пермскому краю 22.12.2017, экземпляр спорного договора получен им 07.02.2018,  по состоянию на 20.03.2018 управляющий обладал информацией об ориентировочной стоимости отчужденного объекта недвижимости, т.е. через два - три месяца после его утверждения конкурсным управляющим, 

С учетом срока, необходимого конкурсному управляющему для ознакомления с полученной информацией и ее анализа, который в любом случае можно считать разумным с учетом большого допущения в пределах месяца при отсутствии каких-то дополнительных препятствий для установления наличия оснований для оспаривания сделки после получения документов, апелляционный суд считает, что конкурсный управляющий действуя разумно и добросовестно  мог в срок до 20.04.2018 направить в суд заявление об оспаривании сделки, тогда как фактически такие действия были произведены конкурсным управляющим только 28.11.2019,  т.е. более чем через семь месяцев, за пределами срока исковой давности о котором заявлено ответчиком.

Также судом учтено, что из карточки дела усматривается, что с заявлением об истребовании у бывшего руководителя должника документов и имущества последнего конкурсный управляющий обратился в суд только 06.05.2018. При этом, поскольку получение информации от регистрирующих органов не обусловлено представлением информации от бывшего руководителя должника, то факт неисполнения бывшим руководителем должника своей обязанности по представлению управляющему информации и документации, касающейся сделки с ответчиком, не может оправдывать несвоевременное обращение  Шляпина Л.А. в арбитражный суд с требованиями о признании сделки недействительной.

При изложенных обстоятельствах, учитывая обращение конкурсного управляющего Шляпина Л.А. в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением только 28.11.2018, то есть с пропуском годичного срока с момента, когда управляющему могло быть достоверно известно о сделке, начало которого суд апелляционной инстанции полагает возможным в данном случае    исчислять не позднее 25.11.2018 , а также принимая во внимание заявление ответчиком в установленном порядке о пропуске управляющим срока исковой давности по настоящему заявлению, арбитражный суд первой инстанции пришел к правильному выводу о том, что годичный срок исковой давности по заявлению о признании оспариваемой сделки должника с ответчиком недействительной по основаниям ст. 61.2 Закона о банкротстве пропущен.

В нарушение ст. 65 АПК РФ иного суду апелляционной инстанции не доказано.

Доказательств того, что оспариваемая сделка имеет пороки, выходящие за пределы специальных оснований признания ее недействительной, предусмотренных главой III.1 Закона о банкротстве, конкурсным управляющим не представлено, следовательно, отсутствуют основания исчисления срока исковой давности по пункту 1 статьи 181 ГК РФ.

 Исходя из того, что пропуск срока исковой давности является самостоятельным основанием для отказа в иске (п. 2 ст. 199 ГК РФ), арбитражный суд первой инстанции обоснованно отказал в удовлетворении заявленных конкурсным управляющим требований по этому мотиву.

Иные доводы, приведенные в апелляционной жалобе, судом апелляционной инстанции отклоняются, как не имеющие правового значения для настоящего спора.

При отмеченных обстоятельствах и с учетом проверки законности и обоснованности судебного акта в пределах доводов апелляционной жалобы оснований для отмены определения суда в обжалуемой части не имеется.

Руководствуясь статьями   258, 268- 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Пермского края  от 07 февраля 2019 года по делу № А50-8931/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Пермского края.

 

Председательствующий

Г.Н. Мухаметдинова 

 

Судьи

 

В.И. Мартемьянов 

 

О.Н. Чепурченко