ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-2029/2018

г. Челябинск

15 марта 2018 года

Дело № А47-13286/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 13 марта 2018 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 марта 2018 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Богдановской Г.Н.,

судей Суспициной Л.А., Карпачевой М.И.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Автосалон-2000» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.12.2017 по делу № А47-13286/2016 (судья Александров А.А.).

В судебном заседании приняли участие представители общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Автосалон-2000» - ФИО2 (доверенность от 06.03.2018), ФИО3 (доверенность от 06.03.2018).

Ордена Ленина Сельскохозяйственный производственный кооператив «Комсомольский» (далее – ОЛ СПК «Комсомольский», кооператив, истец) обратился в Арбитражный суд Оренбургской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Автосалон-2000» (далее – ООО «ТД Автосалон-2000», ответчик) об обязании ответчика заменить товар на аналогичный – предоставить истцу автомобиль UAZ Hunter комплектация - 315195-066 Ханте цельнометаллический не ранее 2015 года выпуска с пробегом не более 11 000 километров в течение 7 дней, с момента вступления в силу решения суда; о назначении штрафа в размере 15 000 руб. в день, в случае не исполнения судебного акта, о взыскании судебных расходов в размере 113 000 рублей 00 коп.  (с учетом уточнения исковых требований, т. 2 л.д. 139-140).

Определением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне ответчика, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Ульяновский автомобильный завод» (т.1 л.д. 106-107).

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 26.12.2017 (резолютивная часть от 19.12.2017) исковые требования удовлетворены частично, на ООО «Торговый дом «Автосалон-2000» возложена обязанность заменить товар автомобиль UAZ Hunter комплектация- 315195-066 VIN 

<

***> - на аналогичный, предоставив Ордена Ленин Сельскохозяйственному производственному кооперативу «Комсомольский автомобиль UAZ Hunter комплектация - 315195-066 Хантер цельнометаллический не ранее 2015 года выпуска с пробегом не более 11 000 километров в течение 30 дней, с момента вступления в силу решения суда. В удовлетворении требований истца о назначении штрафа в размере 15 000 руб. в день на случай неисполнения судебного акта отказано.

 С указанным решением не согласилось ООО «Торговый дом «Автосалон-2000» (далее также – податель апелляционной жалобы, апеллянт), в апелляционной жалобе просит решение суда первой инстанции изменить, принять по делу новый судебный акт.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее податель ссылается на неправильное применение норм материального и процессуального права.

Полагает, что в нарушение ч. 1 ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) при оценке причин возникновения недостатков в автомобиле судом не дана оценка представленным в дело доказательствам,  в том числе результатам внесудебных экспертиз – заключению эксперта АНО «ЛСЭ и ДЭИ» ФИО4, заключению экспертов НПЦ «Транспорт» ФИО5 и ФИО6, постановлению об отказе в возбуждении уголовного дела № 13 от 19.07.2016, а также рецензии ИНАЭ-МАДИ №Л374017 от 07.11.2017 на заключение судебной экспертизы, которые установили иной очаг возгорания, нежели эксперт по результатам судебной экспертизы. Критическая оценка судом изложенных экспертных исследований по причине того, что эксперт не предупреждался судом за дачу заведомо ложного показания, не может быть признана обоснованной в силу норм ч. 4 и ч. 5 ст. 71 АПК РФ. Ходатайство о назначении повторной экспертизы судом необоснованно отклонено, поскольку сомнения в выводах экспертов первоначальной экспертизы при их опросе судом не были устранены.

Заключение, выполненное по результатам судебной экспертизы, подлежит критической оценке в силу выполнений экспертных исследований с нарушением Методологии судебной пожарно-технической экспертизы. Экспертами не исследованы другие конструкции автомобиля кроме зоны моторного отсека, для целей установления признаков направленности горения и исключения тем самым иных причин пожара. Не была исследована зона горения по вертикали, что позволило бы установить нижнюю зону термических повреждений и вершину очагового конуса в иных частях автомобиля, не рассмотрены признаки направленности распространения горения по днищу кузова, тем самым не установлен первичный и вторичный очаг горения. Таким образом, экспертами не проведена работа по дифференциации очага пожара, вследствие чего экспертами не исключена ситуация образования термических повреждений на конструкциях моторного отсека в силу уже развившегося горения, очаг которого находился на других конструкциях автомобиля.

Экспертами по собственной инициативе изложены обстоятельства по третьему вопросу, который судом перед экспертами поставлен не был, однако в нарушение п. 45 Инструкции по организации и производству судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях и экспертных подразделениях федеральной противопожарной службы», утв. Приказом МЧС РФ от 19.08.2005 № 640 мотивы определения зоны термических повреждений на месте капота экспертами не аргументированы. Пояснения гр. ФИО7 о задымлении капота были искажены экспертами, поскольку опровергаются химическими процессами горения легковоспламеняющихся и горючих жидкостей, которые не предполагают горение и выделение дыма. Таким образом, причины, по которым экспертами была исследована только одна конструкция автомобиля (капот), объективно из материалов дела не следуют.

Экспертами не приняты во внимание выводы специалистов по иным экспертным внесудебным исследованиям, установившим факт обнаружения пепла от сгоревшего мусора (растительности) и грунта между защитным кожухом и трубой системы выпуска отработавших газов, что привело к необоснованному исключению причин возгорания, связанной с попаданием посторонних предметом органического происхождения на высоконагретую поверхность конструкции автомобиля.

Содержание заключения экспертов не соответствует п. 3.1. Методологии судебной пожарно-технической экспертизы, поскольку исследовательская часть заключения не содержит аналитических и достоверных выводов относительно разгерметизации системы гидроусилителя руля, содержит противоречивые выводы в части наличия нагнетательного шланга гидроусилителя руля, а выводы экспертов о том, что нагнетательный шланг гидроусилителя руля физически утрачен в процессе горения противоречит выводам эксперта о разгерметизации соединения нагнетательного шланга гидроусилителя. Выводы экспертов о разгерметизации соединения нагнетательного шланга гидроусилителя сделаны без учета того обстоятельства, что выход из строя системы гидроусиления руля должно быть связано с затруднениями в управлении транспортным средством, тогда как из пояснений гр. ФИО7 следует, что все системы автомобиля функционировали. Изложенные пояснения также свидетельствуют о том, что возникновению пожара не предшествовали какие-либо сбои в системах автомобиля, что подтверждает необъективность выводов эксперта об очаге возникновения пожара под капотом автомобиля.

Дополнительно отмечает, что истцом необоснованно проведены мероприятия по утилизации автомобиля, что противоречит ст. 453 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в силу которой при прекращении договора купли-продажи на покупателя возлагается обязанность по возврату продавцу некачественного товара. В силу тех же обстоятельств ответчик лишен права возвратить некачественный товар производителю.

В дополнениях к апелляционной жалобе ответчик ссылается на наличие процессуальных оснований для отмены решения суда первой инстанции в силу отсутствия аудиопротокола судебного заседания от 29.11.2017, в котором представителем истца были даны пояснения относительно фактической утилизации автомобиля.

К дате судебного заседания соответствующие требованиям части 2 статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзывы на апелляционную жалобу не представлены.

В судебном заседании представители ответчика поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе.

В соответствии с частью 5 статьи 268 АПК РФ в отсутствие возражений лиц, участвующих в деле, решение пересматривается арбитражным апелляционным судом в обжалуемой ответчиком части удовлетворенных исковых требований.

Как следует из письменных материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Торговый дом «Автосалон- 2000» (продавец) и  Ордена Ленина Сельскохозяйственный производственный кооператив «Комсомольский»  (покупатель) заключен договор купли-продажи автомобиля  №ОР308 от 23.09.2015, в соответствии с п. 1.1 которого продавец передает, а покупатель принимает и оплачивает автомобиль марка, модель ТС – UAZ Hunter; комплектация: - 315195-066 Хантер цельнометаллический, тип ТС: легковой, ПТС №73 ОМ 613197, VIN: 

<

***>, двигатель № 409050*F3025621, кузов: 315140F1002908, шасси (рама): 315100F0521323, цвет кузова: Амулет металлик, год выпуска: 2015 г., организация, выдавшая ПТС: ОАО «УАЗ», дата выдачи ПТС: 24.06.2015 (т.1 л.д. 19-22).

Согласно п.2.1 договора автомобиль, передаваемый по договору - надлежащего качества, соответствует установленным требованиям, предъявляемым к данному виду товаров.

Гарантийный срок на автомобиль указывается в сервисной книжке. Продавец выполняет гарантийные обязательства в рамках гарантии, предоставляемой заводом-изготовителем. (п.2.2. договора).

Согласно п.4.1 договора продавец передает автомобиль покупателю в течение десяти дней со дня 100% оплаты автомобиля покупателем.

По п. 4.2. покупатель обязан принять автомобиль в течение 5 дней с момента получения от продавца уведомления (в том числе посредством телеграммы) о готовности передать автомобиль. В противном случае продавец вправе потребовать от покупателя оплаты неустойки в размере 200 рублей за каждый день просрочки либо продавец вправе отказаться от договора.

Общая цена договора составляет 521 000 рублей. Стоимость автомобиля с учетом скидки на основании бюллетеня 67_2015 составляет 431 000 руб., включая НДС 18% (п.5.1. договора).

Пунктом 6.2 договора установлено, что гарантийный период на автомобиль УАЗ составляет 24 месяца или 80 000 пробега в зависимости от того, что наступит ранее. 

Разделом 6 договора определены условия гарантии.

Согласно п.9.1 договора договор вступает в силу с момента его подписания сторонами и действует до полного выполнения сторонами обязательств по договору.

Во исполнение условий договора №ОР308 от 23.09.2015 ответчиком был передан автомобиль УАЗ-315195-066 Хантер цельнометаллический VIN 

<

***> зеленый металлик, что подтверждается товарной накладной №А-ТД000315 от 07.10.2015, счет-фактурой № ТД00000460 от 07.10.2015,паспортом транспортного средства и свидетельством о регистрации транспортного средства (т.1 л.д. 23-26).

Платежным поручением №629 от 29.09.2015 истцом оплачен полученный автомобиль (т.1 л.д. 27).

Как установлено постановлением № 13 от 19.07.2016об отказе в возбуждении уголовного дела, 19.07.2016 в автомобиле УАЗ Хантер, гос.номер У298ТХ 56 рус., 2015 года выпуска, принадлежащего ОЛ СПК «Комсомольский» был обнаружен пожар, вероятной причиной которого, по мнению дознавателя ОНД И ПР по Кваркенскому и Адамовскому районам Оренбургской области,  является разгерметизация топливопроводной системы, в результате которой произошел резкий выброс топлива, которое попало на коллектор автомобиля и, вследствие, воспламенилось (т. 1 л.д. 28-29).

Кооператив направлял в адрес ООО «Торговый дом «Автосалон-2000» претензии от 29.07.2016 № 70, от 24.08.2016 № 83, от 28.09.2016 №95 относительно уничтоженного автомобиля, в удовлетворении которых ответчиком было отказано в связи с тем, что истец не представил ответчику автомобиль для проведения проверки качества (т.1 л.д. 69-16, 49-56).

По факту возгорания автомобиля по инициативе ответчика сторонами согласовано проведение Научно-производственными центром «Транспорт» независимой экспертизы, по результатам которого подготовлено консультативное заключение № АКЗ/16-020 от 29.12.2016 (т. 1 л.д. 65-76).

Как установлено выводами консультационного заключения № АКЗ/16-020 от 29.12.2016, очаг возгорания, то есть место первоначального возникновения горения, расположен в передней части автомобиля УАЗ Хантер, регистрационный номер 

<

***>, в районе перегородки, разделяющей моторный отсек и салон, в нижней зоне системы выпуска отработавших газов.  Наиболее вероятной причиной пожара является загорание сухой растительности от теплового импульса поверхности системы выпуска отработанных газов (каталитического катализатора) автомобиля УАЗ Хантер. Возникновение пожара произошло вследствие эксплуатации автомобиля экстремальных условиях для данного ТС.

На основании полученных результатов заключения ООО «ТД «Автосалон – 2000» письмом от 10.01.2017 № 2 отказался возвратить денежные средства за автомобиль, либо обменять уничтоженный пожаром автомобиль на аналогичный, так как причина возгорания носит эксплуатационный характер (т. 1 л.. 77-80).

Не согласившись с отказом ООО «ТД «Автосалон – 2000» ОЛ СПК «Комсомольский» обратилось в арбитражный суд с заявленными требованиями.

Частично удовлетворяя требования, суд первой инстанции по результатам судебной экспертизы пришел к выводу о том, что ответчиком как продавцом нарушены обязательства по передаче надлежащего качества, в силу чего возложил обязанность по замене товара ненадлежащего качества на аналогичный товар надлежащего качества.

В удовлетворении требований истца о назначении штрафа на случай неисполнения решения суда судом отказано в силу отсутствия нормативного обоснования указанного требования и наличия иной процессуальной возможности защиты прав истца в случае неисполнения судебного акта.

Требования о взыскании судебных издержек удовлетворены судом частично, с учетом того, что понесенные истцом расходы на получение экспертного заключения после подачи искового заявления не могут быть отнесены к судебным издержкам.

Арбитражный суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев дело в порядке, предусмотренном статьями 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, отзыва на нее, заслушав пояснения представителей ответчика, не находит оснований для отмены или изменения судебного акта в обжалуемой части.

Согласно п. 1 ст. 454 ГК РФ по договору купли-продажи одна сторона (продавец) обязуется передать вещь (товар) в собственность другой стороне (покупателю), а покупатель обязуется принять этот товар и уплатить за него определенную денежную сумму (цену).

Как следует из материалов дела, между истцом и ответчиком подписан договор купли-продажи автомобиля  №ОР308 от 23.09.2015, согласно  которому продавец передает, а покупатель принимает и оплачивает автомобиль марка, модель ТС – UAZ Hunter; комплектация: - 315195-066 Хантер цельнометаллический, тип ТС: легковой, ПТС №73 ОМ 613197, VIN: 

<

***>, двигатель № 409050*F3025621, кузов: 315140F1002908, шасси (рама): 315100F0521323, цвет кузова: Амулет металлик, год выпуска: 2015 г. (т.1 л.д. 19-22).

Действительность и заключенность договора сторонами не оспариваются, на основании чего апелляционный суд приходит к выводу о возникновении между сторонами правоотношений, вытекающих из договора купли-продажи.

Пунктом 2.2. договора купли-продажи предусмотрено, что продавец предоставляет гарантию качества товара на срок, указанный в сервисной книжке.

По п. 1 ст. 469 ГК РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

Из положений ст. 470 ГК РФ следует, что товар, который продавец обязан передать покупателю, должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в момент передачи покупателю, если иной момент определения соответствия товара этим требованиям не предусмотрен договором купли-продажи, и в пределах разумного срока должен быть пригодным для целей, для которых товары такого рода обычно используются. Гарантия качества товара распространяется и на все составляющие его части (комплектующие изделия), если иное не предусмотрено договором купли-продажи. 

Согласно статьям 309, 310 ГК РФ, обязательства должны исполняться надлежащим образом, а односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускается за исключением случаев, предусмотренных законом.

Как следует из материалов дела, ответчиком передан, а истцом принят согласованный в договоре купли-продажи автомобиль (т. 1 л.д. 24).

Согласно постановлению о возбуждении уголовного дела от 19.07.2016, вследствие пожара, произошедшего 19.06.2016, автомобиль UAZ Hunter был уничтожен предварительно вследствие причин, возникших в процессе движения автомобиля (разгерметизация топливопроводной системы) (т. 1 л.д. 22-23).

В соответствии с п. 2 ст. 475 ГК РФ в случае существенного нарушения требований к качеству товара (обнаружения неустранимых недостатков, недостатков, которые не могут быть устранены без несоразмерных расходов или затрат времени, или выявляются неоднократно, либо проявляются вновь после их устранения, и других подобных недостатков) покупатель вправе по своему выбору отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар денежной суммы; потребовать замены товара ненадлежащего качества товаром, соответствующим договору.

Согласно п. 2 ст. 476 ГК РФ в отношении товара, на который продавцом предоставлена гарантия качества, продавец отвечает за недостатки товара, если не докажет, что недостатки товара возникли после его передачи покупателю вследствие нарушения покупателем правил пользования товаром или его хранения, либо действий третьих лиц, либо непреодолимой силы.

Если на товар установлен гарантийный срок, покупатель вправе предъявить требования, связанные с недостатками товара, при обнаружении недостатков в течение гарантийного срока.

Таким образом, на продавца некачественного товара могут быть возложены последствия, предусмотренные п. 2 ст. 475 ГК РФ, в зависимости от доказанности причин возникновения недостатков в товара – до передачи или по причинам, возникшим до передачи товара покупателю (производственные недостатки) или после передачи или по причинам, возникшим после передачи товара покупателю (эксплуатационные недостатки).

При этом, поскольку в отношении спорного автомобиля ответчиком была предоставлена гарантия качества и истцом заявленные недостатки обнаружены в пределах срока гарантии, в силу ч. 1 ст. 65 АПК РФ обязанность доказать факт возникновения эксплуатационных недостатков в товаре, возлагается на ответчика как продавца товара.

В силу ч. ч. 1, 2, 5 ст. 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно ч. 1 ст. 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. 

Судом первой инстанции для установления причин возникновения пожара в автомобиле была назначена пожарно-техническая судебная экспертиза транспортного средства - автомобиля UAZ-HUNTER, 2015 года выпуска, тип ТС - легковой, VIN 

<

***>, гос. номер 

<

***>, производство которой поручено Федеральному государственному бюджетному учреждению «Судебно-экспертное учреждение Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Оренбургской области», с постановкой на разрешение экспертов следующих вопросов:

 - определить очаг возгорания автомобиля; 

- определить причину возгорания автомобиля.

Согласно заключению экспертов Федеральной противопожарной службы «Испытательная пожарная лаборатория по Оренбургской области» ФИО8 и ФИО9 (далее по тексту – заключение судебной экспертизы, т. 2 л.д. 109), очаг пожара (место первоначального возгорания горения) на автомобиле UAZ-Hunter, VIN 

<

***>, находится в нижней задней части (нижнем уровне) левой стороны моторного отсека, на поверхности системы выпуска отработанных газов; причиной пожара в автомобиле UAZ-Hunter послужило воспламенение паров рабочей горючей жидкости, вышедшей в моторный отсек из разгерметизировавшегося соединения нагнетательного шланга гидроусилителя руля от нагретых деталей системы выпуска отработавших газов.

Экспертами в порядке абз. 9 п. 45 приказа МЧС РФ от 19.08.2005 № 640 «Об утверждении Инструкции по организации и производству судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях и экспертных подразделениях федеральной противопожарной службы» поставлен дополнительный вопрос № 3: где находится зона (зоны) наибольших термических повреждений на поверхности капота автомобиля? 

Отвечая на дополнительный вопрос, эксперт ФИО8 указал, что в ходе проведения вихретокового исследования внутренней поверхности капота автомобиля была выявлена зона с максимальными техническими поражениями, которая находится над местом расположения выпускного коллектора. 

Оценив указанное заключение эксперта, апелляционная коллегия находит его соответствующим требованиям ст. 82, ст. 86 АПК РФ и требованиям   Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также не имеющим логических, методологических или фактических противоречий.

Изложенная в апелляционной жалобе критическая оценка ответчиком заключения судебной экспертизы, подлежит отклонению в силу следующего.

В обоснование критической оценки заключения судебной экспертизы апеллянт ссылается на нарушение методологии проведения исследования, и как следствие – неправильное определение экспертами очага пожара, расположенного, по убеждению апеллянта, под днищем автомобиля, и причин пожара, обусловленных, по мнению апеллянта, возгоранием попавшей по днище автомобиля сухой растительности.

Между тем вопреки убеждению апеллянта, факт нахождения очага пожара под днищем автомобиля не установлен иными доказательствами, в том числе на которые ссылается ответчик - консультативное заключение № АКЗ/16-020 от 29.12.2016, выполненное по инициативе ответчика специалистами научно-производственного центра «Транспорт» ФИО5 и ФИО6 (далее по тексту – заключение ФИО5 и ФИО6, т. 1 л.д.65-76) и заключение специалиста автономной некоммерческой организацией «Лаборатория судебной экспертизы и досудебных экспертиз и исследований» ФИО4 (далее по тексту – заключение ФИО4, т. 2 л.д. 10).

Согласно первому из указанных заключений, очаг возгорания расположен в передней части автомобиля, в районе перегородки, разделяющей моторный отсек и салон, в нижней зоне системы выпуска отработавших газов.

Изложенные выводы специалистов подтверждаются исследовательской частью заключения, в которой специалисты указали, что основные термические повреждения присутствуют в передней части салона и задней центральной (с небольшим смещением к левому краю) части моторного отсека, в том числе над перегородкой, разделяющей моторный отсек и салон автомобиля (т. 1 л.д. 67).

Изложенный в анализируемом заключении вывод специалиста о том, что очаг возгорания расположен в нижней зоне горения автомобиля, не может быть истолкован как установление очага пожара на днище автомобиля, поскольку указанный вывод основан на определении специалистом термических повреждений в нижней части моторного отсека, но не днища автомобиля. Утверждения апеллянта об обратном основаны на его субъективном толковании изложенных выводов эксперта.

При этом делая вывод в резолютивной части заключения о том, что наиболее вероятной причиной пожара является возгорание сухой травы (т. 1 л.д. 70), специалисты в исследовательской части заключения не излагают мотивы, по которым они пришли к такому выводу с учетом определенного ими же очага пожара. 

Фактически к данном выводу, как следует из исследовательской части заключения (т. 1 л.д. 69 оборот), специалисты пришли исключительно в силу факта обнаружения между кожухом и катализатором остатков сгоревшей растительности, а также того обстоятельства, что в момент движения автомобиль двигался вдоль дороги, на которой расположена растительность.

Однако, из анализируемого заключения невозможно сделать вывод о причинах и временном периоде попадания растительности в нижнюю часть капота автомобиля, отсутствует методологическое и логическое объяснение причинно-следственной связи нахождения растительности внутри капота автомобиля, из чего суд не может прийти к однозначному выводу о том, что сгоревшая растительность являлась причиной, а не следствием пожара.

Специалистами при осмотре автомобиля и проведении исследования не дана оценка конструктивному строению защитных механизмов нижней части автомобиля, фактическое состояние которых на момент осмотра позволяло сделать вывод о свободном попадании растительности через защитные узлы транспортного средства, а также о соприкосновении сухой травы с системой выпуска отработанных газов.

Изложенное также не позволяет утверждать, что безусловной причиной возгорания являлось попадание сухой растительности в нижнюю часть автомобиля непосредственно перед его возгоранием, и не исключена версия попадания таких органических веществ задолго до возникновения пожара, и как следствие – взаимообусловленности нахождения таких веществ и причин возникновения пожара.

При этом в заключении судебной экспертизы экспертами опровергнута версия о возникновении пожара вследствие попадания органических веществ внутрь моторного отсека автомобиля (т. 2 л.д. 129) со ссылкой на наличие в автомобиле защитных узлов и механизмов, препятствующих взаимодействию попадающих под днище автомобиля посторонних предметов и системы отработанных газов автомобиля, а также предотвращающих механической повреждение агрегатов автомобиля. Изложенный вывод также сделан экспертами с учетом оценки технических характеристик спорного автомобиля, который относится к транспортным средствам повышенной проходимости и имеют увеличенный дорожный просвет по сравнению с легковыми седанами. При этом при осмотре внутреннего объема защиты автомобиля обугленных фрагментов травянистой растительности не обнаружено.

Изложенное опровергает доводы апеллянта о том, что экспертами не приняты во внимание выводы специалистов ФИО4, ФИО5 и ФИО6 о наличии пепла от сгоревшего мусора (растительности) и грунта между защитным кожухом и трубой системы выпуска отработавших газов.

В связи с изложенными выводами судебных экспертов апелляционный суд также отмечает, что в силу п. 2 ст. 469 ГК РФ при отсутствии в договоре купли-продажи условий о качестве товара продавец обязан передать покупателю товар, пригодный для целей, для которых товар такого рода обычно используется. В силу этого, поскольку спорный автомобиль UAZ-HUNTER относится к автомобилям повышенной проходимости, именно на ответчика в порядке п. 2 ст. 476 ГК РФ возлагается обязанность доказывания того обстоятельства, что при обычных условиях использования и наличии исправной системы конструктивной защиты автомобиля от внешних факторов попадание сухой растительности и её соприкосновение с системой отработанных газов автомобиля определило причину возгорания. В отсутствие таких доказательств сам по себе факт обнаружения специалистом ФИО5 и ФИО6 остатков сухой растительности в передней части автомобиля не может безусловно определять эксплуатационный характер обнаруженных недостатков.

Специалист ФИО4 в своем заключении (т. 2 л.д. 10, 16, 23) приходит к выводу о том, что очаг пожара располагался в пространственной зоне моторного отсека, в нижней её части, с левой по ходе движения транспортного средства от блока двигателя стороны, что также опровергает утверждения апеллянта о том, что очаг возгорания находился на днище автомобиля.

Таким образом, выводы, сделанные экспертами в заключении судебной экспертизы, об очаге возгорания иными доказательствами не опровергнуты, а доводы апелляционной жалобе о критической оценке заключения судебной экспертизы, основанные по существу на недоказанном утверждении о причине возгорания, связанной с попаданием посторонних предметом органического происхождения на высоконагретую поверхность конструкции автомобиля, признаются апелляционной коллегией несостоятельными.

Доводы апеллянта о том, что экспертами не исследованы другие конструкции автомобиля, кроме зоны моторного отсека, для целей установления признаков направленности горения и исключения тем самым иных причин пожара, отклоняются, поскольку из совокупности иных доказательств – постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.07.2016 (т. 1 л.д. 28), заключения специалистов ФИО5 и ФИО6 (т. 1 л.д. 65), заключения специалиста ФИО4 (т. 2 л.д. 10), пояснений лица, осуществлявшего управление транспортным средством - ФИО7 (т. 2 л.д. 78) следует, что зоной первоначального горения являлась передняя часть автомобиля, расположенная под капотом. Таким образом, экспертное исследование производилось экспертами в соответствии с предоставленными в распоряжение эксперта материалами настоящего дела, что соответствует ч. 1 ст. 10 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации».

При этом утверждения апеллянта о том, что экспертами проводился осмотр и исследование только моторного отсека автомобиля без исследования днища автотранспортного средства, не подтверждены соответствующими доказательствами, и напротив, опровергаются приложенными к экспертному заключению фотоматериалами (т. 2 л.д. 121, 128).

Пояснения ФИО7 о том, что «языки пламени выходили из-под днища кузова» не могут быть истолкованы как определение очага возгорания, поскольку определяют исключительно визуальное восприятие очевидцем пожара происходящего процесса и опровергаются вышеизложенными заключениями лиц, обладающими специальными познаниями, основанными в том числе на натурном осмотре объекта исследования.

В силу этого пояснения ФИО7 по правилам ч. 1 и ч. 4 ст. 71 АПК РФ не могут быть положены в основу вывода об очаге возникновения пожара при наличии выводов об определении очага пожара, исходя их методологически обоснованных исследований о зоне наиболее больших термических повреждений автомобиля, основанных на натурном осмотре автомобиля экспертами инструментальном исследовании. В силу этого, доводы апеллянта о том, что пояснения ФИО7 были экспертами искажены, подлежат отклонению, и дополнительно суд отмечает, что критическая оценка пояснениям ФИО7 относительно процесса горения дана также в заключении ФИО4 (т. 2 л.д. 16).

Доводы апелляционной жалобы о том, что не проведена работа по дифференциации очага пожара, вследствие чего экспертами не исключена ситуация образования термических повреждений на конструкциях моторного отсека в силу уже развившегося горения, очаг которого находился на других конструкциях автомобиля, отклоняются, поскольку из оценки исследовательской части заключения следует, что вывод об очаге пожара сделан экспертами на основании осмотра передней части автомобиля с учетом локализации максимальных термических повреждений. Таким образом, утверждения апеллянта о том, что экспертом фактически не производилась оценка степени термических повреждений на автомобиле, противоречат содержанию заключения эксперта.

Нижняя точка, от которой формируются термические повреждения, определена экспертами в части выпускной трубы системы выпуска отработавших газов (т. 2 л.д. 124) и данные выводы апеллянтом не опровергнуты. При этом заключение судебной экспертизы было проведено на основании анализа материалов настоящего дела, предоставленного в распоряжение эксперта, в том числе, анализа пояснений ФИО7, заключений ФИО5, ФИО10, ФИО4, постановления об отказе в возбуждении уголовного дела от 19.07.2016, путем натурного осмотра объекта исследования, а также инструментального исследования (т. 2 л.д. 124), то есть, исходя из совокупности представленного исследовательского материала.

По изложенным мотивам также отклоняются доводы апелляционной жалобы о том, что экспертами не была исследована зона горения по вертикали, что позволило бы установить нижнюю зону термических повреждений и вершину очагового конуса в иных частях автомобиля, не рассмотрены признаки направленности распространения горения по днищу кузова, тем самым не установлен первичный и вторичный очаг горения. 

Доводы апелляционной жалобы о том, что в нарушение п. 3.1. Методологии судебной пожарно-технической экспертизы исследовательская часть заключения судебной экспертизы не содержит аналитических и достоверных выводов относительно разгерметизации системы гидроусилителя руля, отклоняются, поскольку соответствующие исследования экспертами проведены и мотивы сделанных выводов аргументированы (т. 2 л.д. 132-135).

Доводы о том, что заключении эксперта содержит противоречивые выводы в части наличия нагнетательного шланга гидроусилителя руля, а выводы экспертов о том, что нагнетательный шланг гидроусилителя руля физически утрачен в процессе горения, противоречит выводам эксперта о разгерметизации соединения нагнетательного шланга гидроусилителя, отклоняются, поскольку экспертами в заключении сделан вывод о том, что нагнетательный шланг сохранил свою целостность и обгорел поверхностно (т. 1 л.д. 123, 132).

Ссылки апеллянта на то, что выводы экспертов о разгерметизации соединения нагнетательного шланга гидроусилителя сделаны без учета того обстоятельства, что выход из строя системы гидроусиления руля должно быть связано с затруднениями в управлении транспортным средством, тогда как из пояснений гр. ФИО7 следует, что все системы автомобиля функционировали, отклоняются как нормативно и фактически не мотивированные, в силу недоказанности истцом описанных последствий выхода из строя системы гидроусилителя руля, принимая во внимание, что сам по себе факт выхода из строя указанной системы не влияет на работоспособность и эксплуатацию автомобиля.

Кроме того, экспертами отмечено, что сбой в системе гидроусилителя руля был вызван её разгерметизацией, повлекшей медленное стекание масла, что безусловно не свидетельствует о возникновении значительных механических затруднений в управлении и движении автомобиля.

В силу этого, апелляционный суд не усматривает противоречия в выводах экспертов о порядке работы системы гидроусилителя руля.

Нарушения п. 45 Инструкции по организации и производству судебных экспертиз в судебно-экспертных учреждениях и экспертных подразделениях федеральной противопожарной службы», утв. Приказом МЧС РФ от 19.08.2005 № 640 в части дополнительного исследования зоны термического воздействия по третьему дополнительному вопросу судом не установлено, поскольку выводу экспертов, сделанные по третьему вопросу, не противоречат выводам по первому вопросу об очаге возгорания и направлены на установление наиболее вероятной причины возгорания.

Доводы апеллянта о необходимости дать оценку рецензии Института независимой автотехнической экспертизы №Л374017 от 07.11.2017 (т. 2 л.д. 183), отклоняются, поскольку оценка данного доказательства по правилам ч. 1 , ч. 4, 5 ст. 71 АПК РФ, не опровергает выводов экспертов по результатам судебной экспертизы.

Так, оценка рецензентом заключения судебной экспертизы, основанная на формальных критериях (отсутствие высшего технического образования, сомнения в наличии опыта проведения таких экспертиз), не может быть положена в основу выводов суда, поскольку изложенные обстоятельства не опровергают выводов экспертов по существу исследования, и не являются достаточным основанием для сомнения в выводах эксперта.

Иные изложенные рецензентом обстоятельства (несоответствие описания процесса горения в пояснениях ФИО7, исследование всей конструкции автомобиля для дифференциации очага и причин возникновения пожара в части исследования только моторного отсека автомобиля, неполнота описания процесса исследования для определения причин пожара и пр.) фактически изложены ответчиком в своей апелляционной жалобе и им была дана оценка судом апелляционной инстанции в мотивировочной части настоящего постановления.

Следует также отметить, что выводы рецензента носят предположительный и вероятностный характер, поскольку рецензентом отмечается исключительно неполнота проведенного исследования, а также то, что «выводы экспертов об очаге и причине возникновения пожара … наиболее вероятно ошибочны». 

Изложенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии противоречий либо сомнений в выводах экспертом по результатам судебной экспертизы и отсутствии оснований для назначения повторной экспертизы, на чем настаивает апеллянт, независимо от сохранения в натуре транспортного средства.

В этой связи дополнительные доводы апеллянта о наличии процессуальных оснований для отмены решения суда первой инстанции в силу отсутствия аудиопротокола судебного заседания от 29.11.2017, в котором представителем истца были даны пояснения относительно фактической утилизации автомобиля, подлежат отклонению, поскольку указанный аудиопротокол имеется в материалах дела (т. 3 л.д. 52), в силу чего оснований для отмены судебного акта по основаниям, предусмотренным п. 6 ч. 4 ст. 270 АПК РФ, не имеется.

Кроме того, как ранее отмечено судом, правовая позиция истца относительно утилизации автомобиля, не имеет правового значения для разрешения настоящего спора и вопроса о назначении повторной экспертизы, в силу чего не имеется также оснований для отмены решения по ч. 3 ст. 270 АПК РФ.

Доводы апеллянта о том, что в силу утилизации автомобиля истец не исполнит свою обязанность по возврату автомобиля продавцу, а ответчик лишен права возвратить некачественный товар производителю, отклоняются, поскольку названные обстоятельства юридически значимыми для разрешения настоящего спора не являются.

При изложенных обстоятельствах оснований для отмены решения суда первой инстанции апелляционным судом не установлено.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта на основании части 4 статьи 270 АПК РФ, судом апелляционной инстанции не установлено. 

Судебные расходы по оплате государственной пошлины по апелляционной жалобе подлежат распределению в соответствии с ч. 1 ст. 110 АПК РФ и в силу оставления апелляционной жалобы без удовлетворения относятся на апеллянта.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 26.12.2017 по делу № А47-13286/2016 оставить без изменения, апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом «Автосалон-2000» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья               Г.Н. Богдановская

Судьи:                                                                                    Л.А.Суспицина

     М.И.Карпачева