ШЕСТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Вокзальная, 2, г. Ессентуки, Ставропольский край, 357601, http://www.16aas.arbitr.ru,

e-mail: info@16aas.arbitr.ru, тел. 8 (87934) 6-09-16, факс: 8 (87934) 6-09-14

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А18-193/2023

г. Ессентуки

11 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 января 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 11 февраля 2025 года.

Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Мишина А.А., судей: Марченко О.В., Счетчикова А.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Вилинской Е.В., рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» на решение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 23.08.2024 по делу № А18-193/2023, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Экойл» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) к акционерному обществу «Российский сельскохозяйственный банк» (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>) в лице ингушского регионального филиала о взыскании неосновательного обогащения, при участии в судебном заседании: представителя от акционерного общества «Российский сельскохозяйственный банк» - ФИО1 (доверенность от 31.01.2023), в отсутствие представителей других лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Экойл» (далее – истец, общество) обратилось в Арбитражный суд Республики Ингушетия к акционерному обществу «Российский сельскохозяйственный банк» (далее – ответчик, банк) с исковым заявлением о взыскании 1 361 400 рублей неосновательного обогащения в размере списанной банковской комиссии.

Решением суда от 22.09.2023, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 11.12.2023, в удовлетворении требований отказано.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 03.05.2024 судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении истец уточнил заявленные требования и просил взыскать с ответчика сумму неосновательного обогащения в размере 1 361 400 рублей; проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 260 607,36 рублей за период с 14.09.2022 по 07.06.2024, проценты, начиная с 08.06.2024 по день фактического исполнения решения суда.

Также в материалы дела представлены тарифы банков, действующие на момент заключения договора банковского счета и проведения спорной операции (т. 2 л.д.28-96).

При новом рассмотрении решением суда от 23.08.2024 с ответчика в пользу истца взыскано неосновательное обогащение в размере 1 361 365 рублей, проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 260 302,29 рублей за период с 15.09.2022 по 07.06.2024, проценты, начиная с 08.06.2024 по день фактического исполнения решения суда, а также расходы по уплате государственной пошлины в размере 35 216 рублей. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано. 

Не согласившись с принятым решением, банк обратился с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на использование конкурсным управляющим личного счета, а не счета должника; отсутствие обязанности банка по проверке правильности заполнения реквизитов осуществляемых операций; примененный к обществу тариф банка не является заградительным, что является экономическим обоснованием; доказанность неосновательного обогащения на стороне банка отсутствует, поскольку удержанная комиссия, является платой за оказанные услуги. 

В судебном заседании представитель ответчика просил решение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу – удовлетворить.

Иные лица, участвующие в деле, будучи надлежащим образом извещенными о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, своих представителей для участия в судебном заседании не направили, в силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено в их отсутствие.

Изучив материалы дела, оценив доводы жалобы, выслушав представителя ответчика и проверив законность обжалуемого судебного акта в порядке, установленном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд пришел к следующим выводам.

Как видно из материалов дела, общество (клиент) и банк заключили договор банковского счета путем подписания заявления о присоединении от 03.05.2017; клиенту открыт расчетный счет № 4070281*********46.

14.09.2022 клиент перечислил денежные средства в размере 22 690 000 рублей на приобретение недвижимого имущества согласно договору купли-продажи имущества №1 от 05.09.2022, кадастровый номер: 77:06:0007004:7383. Данное платежное поручение клиентом направлено в банк на исполнение по системе дистанционного банковского обслуживания (Интернет-клиент). 

Как следует из содержания платежного поручения от 14.09.2022 № 210, получателем денежных средств является физическое лицо – ФИО2. 

После исполнения указанного платежного поручения банк, в соответствии с тарифами комиссионного вознаграждения на услуги юридическим лицам, индивидуальным предпринимателям и физическим лицам, занимающимся в установленном законодательством Российской Федерации порядке частной практикой, провел оплату комиссии за переводы денежных средств по счету № 4070281*********** согласно договору № 174200/0224 от 03.05.2017 и тарифам банка, согласно пункту 1.1.8 которых комиссия взимается при переводе денежных средств на счета физических лиц, в том числе: на текущие счета и счета вкладов; на счета, открытые для расчетов с использованием карт: на счета кредитных организаций с балансовой позицией 30102, 30109, 30111, 30232, 30301, 30302, 47422 для последующего зачисления денежных средств на счета физических лиц. Комиссия составляет 6% от суммы при общей сумме свыше 5 000 000 рублей. 

Сумма комиссии составила согласно тарифам 1 361 400 рублей (6% от суммы перевода).

Не согласившись с комиссией, удержанной банком на основании пункта 1.1.8 Тарифов комиссионного вознаграждения, а также ссылаясь на перечисление денежных средств на специальный счет, используемый финансовым управляющим ФИО2, общество обратилось в банк с претензией, потребовав возвратить 1 361 400 рублей.

В ответе от 09.11.2022 банк сообщил клиенту, что начисление комиссий банком осуществлено за совершение расходных операций по счету клиента в соответствии с тарифами.

Меры досудебного порядка урегулирования спора не привели к его разрешению, в связи с чем, общество обратилось с иском в суд.

Первоначально отказывая в иске, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 779, 845, 846, 851, 854, 863 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 5 и 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» (далее – Закон о банковской деятельности), пунктом 1.1 Положения Банка России от 29.06.2021 № 762-П «О правилах осуществления перевода денежных средств», а также правовой позицией, изложенной в пункте 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 147 «Обзор судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре», и исходили из того, что условия об одностороннем изменении банком правил и тарифов согласованы сторонами при заключении договора, это не противоречит закону; присоединившись к условиям договора, истец выразил согласие с действующими в банке тарифами и комиссиями, в том числе на расчетно-кассовое обслуживание.

Отменяя судебные акты и направляя дело на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции указал, что судами не принято во внимание в совокупности положения пункта 3 статьи 1, пункта 3 статьи 307, пункта 2 статьи 310, пункта 1 статьи 846, пункта 1 статьи 851 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 и 5 статьи 29 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» а также разъяснения, данные в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», согласно которым при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства она должна действовать добросовестно, соизмеряя свои действия с поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства (статьи 10 и 168, пункт 1 статьи 6 и пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Судам необходимо установить, применяла ли кредитная организация при заключении с клиентом – обществом договора банковского счета в 2017 году специальное повышенное комиссионное вознаграждение за перечисление денежных средств на счета физических лиц (предложить сторонам представить тарифы банка, действующие на момент заключения договора банковского счета), оценить доводы и возражения сторон относительно соблюдения банком требования добросовестности при установлении в одностороннем порядке комиссионного вознаграждения за перевод денежных средств на счета физических лиц в размере, создающем препятствия для свободного распоряжения клиентом денежными средствами, находящимися на открытом в банке счете, принять законные и обоснованные судебные акты.

В силу части 2.1 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указания арбитражного суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

При новом рассмотрении спора, с учетом указаний суда кассационной инстанции, повторно разрешая спор, арбитражный суд первой инстанций, руководствуясь пунктом 1 статьи 846, пунктом 1 статьи 851 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения заявленных требований в связи с тем, что в данном случае имеет место установление и взимание банком комиссионного вознаграждения в размере, препятствующем реализации клиентом банка своего права распоряжаться денежными средствами по собственному усмотрению, что свидетельствует о несоблюдении банком требований разумности и добросовестности при установлении спорного тарифа.

Согласно пункту 1 статьи 846, пункту 1 статьи 851 Гражданского кодекса Российской Федерации при заключении договора банковского счета клиенту или указанному им лицу открывается счет в банке на условиях, согласованных сторонами. В случаях, предусмотренных договором банковского счета, клиент оплачивает услуги банка по совершению операций с денежными средствами, находящимися на счете.

Комиссионное вознаграждение по операциям устанавливается кредитной организацией по соглашению с клиентами, если иное не предусмотрено федеральным законом. Кредитная организация вправе в одностороннем порядке изменять комиссионное вознаграждение в случаях, предусмотренных федеральным законом или договором с клиентом, являющимся субъектом предпринимательской деятельности (пункт 2 статьи 310 Гражданского кодекса Российской Федерации, части 1 и 5 статьи 29 Закона о банковской деятельности).

Исходя из пункта 3 статьи 1, пункта 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации и разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства она должна действовать добросовестно, соизмеряя свои действия с поведением, ожидаемым от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны.

Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства (статьи 10 и 168, пункт 1 статьи 6 и пункт 4 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении»).

Как следует из приведенных положений, содержанием договора банковского счета является, с одной стороны, обязанность банка по принятию и зачислению на счет клиента адресованных ему платежей, а также выполнение поручений клиента по переводам и выдаче наличных денежных средств. С другой стороны, клиент обязан уплатить банку установленное договором вознаграждение за расчетно-кассовое обслуживание.

Включение в договор банковского счета условия об одностороннем изменении кредитной организацией условий договора, касающихся взимания платы (комиссионного вознаграждения) за совершение операций по счету, открытому субъекту предпринимательской деятельности не противоречит закону, так как в нормативных актах, регулирующих отношения банка и клиента - юридического лица, отсутствует явно выраженный запрет таких договоренностей. Такой запрет не следует из существа отношений между банком и клиентом.

Следовательно, условие о праве банка в одностороннем порядке изменять условия вознаграждения за расчетно-кассовое обслуживание не может быть квалифицировано как условие, нарушающее законодательный запрет (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Кроме того, для банковской деятельности характерно обслуживание кредитными организациями значительного числа клиентов, имеющих потребность в совершении типовых операций. Этим предопределяется широкое применение стандартизированных типовых форм договоров, регулирующих отношения банка и клиента, что позволяет сторонам избежать финансовых и временных издержек, связанных с необходимостью согласования договорных условий. Одностороннее установление кредитной организацией комиссионного вознаграждения, при разумном осуществлении данного права, в свою очередь, позволяет обеспечить применение единых тарифов для всех клиентов с учетом изменения имущественного положения банка и экономических условий ведения его деятельности, а также оперативную адаптацию этих тарифов под изменяющиеся внешние экономические факторы.

Соответственно, условие договора, предоставляющее банку право в одностороннем порядке вводить комиссионное вознаграждение по операциям и определять его размер (тариф), даже если оно включено в стандартную форму договора, разработанную банком, само по себе не может рассматриваться в качестве несправедливого договорного условия, которое хотя и не противоречит закону и иным правовым актам, но лишает эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключает или ограничивает ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержит другие явно обременительные условия (пункты 1 - 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Однако это не означает, что у судов отсутствует возможность контролировать соблюдение стороной, которая закрепила за собой право в одностороннем порядке изменять условия договора, принципа добросовестности. Применительно к предпринимательским отношениям, если в договоре предусмотрено право одной из сторон в одностороннем порядке изменять условия договора и оно было реализовано стороной, то экономическое обоснование решения об одностороннем изменении условий договора имеет юридическое значение.

Вводя комиссионное вознаграждение за совершение той или иной операции по счету и определяя его размер в одностороннем порядке, кредитная организация, действуя разумно и добросовестно по отношению к своим клиентам, не должна подрывать ожидания клиентов, размещающих денежные средства на счете, и позволяющих кредитной организации извлекать выгоду из имеющихся на счете средств (пункт 2 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации), в сохранении у них возможности беспрепятственного распоряжения своим имуществом, в том числе путем совершения законных операций по перечислению денежных средств другим лицам (пункт 3 статьи 845 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При осуществлении предусмотренного договором права на изменение в одностороннем порядке условий, касающихся комиссионного вознаграждения по операциям, кредитная организация не должна вводить комиссионное вознаграждение, которое в силу значительности своего размера начинает препятствовать совершению клиентами банка экономически обоснованных операций по счетам, то есть приобретает заградительный характер.

Изложенное согласуется с пунктом 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с применением положений Гражданского кодекса Российской Федерации о кредитном договоре (Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 13.09.2011 № 147), который в соответствии частью 4 статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации сохраняет свою актуальность.

Таким образом, в рамках настоящего дела подлежит проверка правомерности условий договора о расчетно-кредитном обслуживании и последующего взимания кредитной организацией комиссионного вознаграждения в размере, препятствующем реализации клиентом банка своего права распоряжаться денежными средствами по собственному усмотрению, что затрагивает существо обязательств банка по договору банковского счета.

Вышеуказанный подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2024 по делу № А40-44342/2013.

В отсутствие экономического обоснования банком себестоимости услуги по проведению платежей по распоряжениям его клиентов, действия банка по установлению размера комиссии за перевод денежных средств на счета физических лиц, существенно увеличенной по сравнению с комиссией, применяемой к перечислению денежных средств в пользу юридических лиц, имеют очевидные признаки заведомо недобросовестного осуществления кредитной организацией гражданских прав (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), подрывающего ожидания клиентов, размещающих денежные средства на счете, в сохранении у них возможности беспрепятственного распоряжения своим имуществом (определения Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2023 № 310-ЭС23-14161, от 15.01.2024 № 305-ЭС23-14641, от 19.02.2024 № 305-ЭС23-22693, от 20.02.2024 № 308-ЭС23-22397).

При этом, для банковской деятельности действительно характерно обслуживание кредитными организациями значительного числа клиентов, имеющих потребность в совершении типовых операций. Этим предопределяется широкое применение стандартизированных типовых форм договоров (пункт 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации), регулирующих отношения банка и клиента, что позволяет сторонам избежать финансовых и временных издержек, связанных с необходимостью согласования договорных условий.

Между тем, сама по себе возможность установления кредитной организацией комиссионного вознаграждения (тарифов), рассчитанного на применение ко всем клиентам, и оперативной адаптации размера вознаграждения под изменяющиеся внешние экономические факторы, не означает, что данное право может быть реализовано кредитной организацией произвольно, без учета требований разумности и добросовестности, в ущерб правам и законным интересам клиентов.

Для присоединившейся к договору стороны условие о применении существенно различающихся величин комиссий при осуществлении перевода денежных средств со счета клиента в кредитной организации в зависимости от того, осуществляется ли перевод в пользу физического или юридического лица, является по смыслу пункта 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации явно обременительным.

Судом первой инстанции истребованы тарифы банка, действовавшие на момент заключения договора банковского счета и действовавшие на момент списания комиссионного вознаграждения, из условий которых следует, что доводы о том, что размер удержанной комиссии сопоставим с размером вознаграждения за аналогичную операцию, взимаемого иными кредитными учреждениями выводы суда не опровергают и подлежат отклонению.

В данном случае, как следует из установленных обстоятельств, к моменту поступления 12.09.2022 поручения клиента о перечислении имеющейся на счете денежных средств в размере 22 690 тыс. рублей установленный банком в одностороннем порядке тариф за совершение названной операции (перечисление денежных средств на счета физических лиц) составлял 6% от суммы платежа.

Имея намерение перечислить денежные средства контрагенту в размере 22 690 тыс. рублей, общество столкнулось с необходимостью уплатить кредитной организации в качестве комиссионного вознаграждения 1 361 400 рублей, что сопоставимо с годовым доходом, который, исходя из ключевой ставки Банка России, мог быть получен клиентом банка от использования указанной суммы денежных средств в собственном обороте. При этом, с учетом установленных банком тарифов, в случае перечисления той же суммы денежных средств на счет, открытый юридическому лицу, комиссионное вознаграждение за совершение операции составило бы 8 рублей (если счет получателя открыт в том же банке) или 35 руб. (если счет получателя открыт в другом банке).

При этом, перевод на счет физического лица может быть квалифицирован как его доход в случае получения средств за продажу его квартиры, однако в рассматриваемом случае, ФИО2, являясь специальным (уполномоченным судом) субъектом, финансовым управляющим по делу № А18-4828/2021 о банкротстве ФИО3, совершил сделку по продаже квартиры должника, действовал не как физическое лицо, а скорее как специальный субъект, имеющий соответствующую лицензию и при условии назначения его судом для проведения процедуры реализации имущества должника по делу № А18-4828/2021.

Доводы ответчика в отношении применения аналогичных комиссий иными кредитными учреждениями региона и включения в себестоимость услуги по проведению платежей в пользу физических лиц различных расходов банка, отклоняются, поскольку эти обстоятельства не являются юридически значимыми для настоящего спора (часть 2 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) в отсутствие расчета и экономического заключения по результатам анализа и расшифровок показателей расходов, участвующих в определении себестоимости услуг банка.

В соответствии со статьей 1 и 10 Гражданского кодекса Российской Федерации кредитная организация не вправе накладывать на контрагентов неразумные ограничения или устанавливать необоснованные условия реализации их прав. Поэтому клиент имеет возможность доказать, что условия заключенного с ним договора нарушают разумный баланс прав и обязанностей сторон, противоречат устоявшимся деловым отношениям либо иным образом нарушают основополагающие частноправовые принципы разумности и добросовестности. Так, если банк устанавливает повышенную комиссию за перечисление денежных средств для отдельных категорий лиц, например на счета физических лиц, то он ставит кредиторов в неравное положение по сравнению с другими участниками гражданского оборота. Комиссия за перевод не создает какого-либо полезного эффекта для лиц, участвующих в переводе, в зависимости от их статуса. Таким образом, в этом случае действия Банка фактически могут быть направлены не на противодействие незаконным операциям или оплату.

Таким образом, в силу названных положений Гражданского кодекса Российской Федерации при ссылке заинтересованного лица на обременительность отдельных условий договора не имеет правового значения добровольное присоединение этого лица к договору (пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации), и, следовательно, материалы настоящего дела не свидетельствуют о наличии оснований для того, чтобы согласиться с возражениями Банка, заявленными со ссылкой на то, что он действовал открыто и добросовестно при введении тарифов, установленные тарифы были сопоставимы с тарифами других банков, в связи с чем, отсутствуют основания считать установленный тариф заградительным.

Ответчиком не представлено доказательств и пояснений какие дополнительные расходы/затраты несет банк, осуществляя перевод денежных средств со счета юридического лица на счет физического лица по сравнению с осуществлением такого перевода на счет юридического лица.

Таким образом, установленная банком комиссия за перевод денежных средств на счета физических лиц, в отличие от комиссий, применяемых к перечислению денежных средств в пользу юридических лиц, имеет очевидные признаки введенного в одностороннем порядке заградительного тарифа, препятствующего совершению законной банковской операции клиентом в ситуации, когда контрагентом клиента выступает физическое лицо.

В данном случае, имеет место установление и взимание банком комиссионного вознаграждения в размере, препятствующем реализации клиентом банка своего права распоряжаться денежными средствами по собственному усмотрению, что свидетельствует о несоблюдении банком требований разумности и добросовестности при установлении спорного тарифа.

Поскольку перевод денежных средств отправлен обществом по системе дистанционного банковского обслуживания согласно пункту 1.1.5.2 Тарифов комиссионного вознаграждения, действовавших на момент списания то размер тарифа должен соответствовать сумме 35 рублей.

Учитывая изложенные обстоятельства, суд первой инстанции, руководствуясь статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, пришел к правомерному выводу о возникновении на стороне банка неосновательного обогащения в сумме необоснованно списанной комиссии 1 361 365 рублей (за вычетом 35 рублей, учтенных судом при определении искового требования, как тарифа по спорной операции по аналогии с тарифом за перевод юридическому лицу в другом банке), в связи с чем требования истца в этой части являются законными, обоснованными и подлежащими удовлетворению.

При разрешении требования истца о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 15.09.2022 по 07.06.2024 в сумме 260 302,29 рублей суд первой инстанции правомерно руководствовался пунктом 2 статьи 1107 и статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, о том, что истцом верно определен период просрочки, количество дней его составляющих, расчет соответствует требованиям законодательства, арифметически верен. 

Вместе с тем, с учетом частичного удовлетворения требований в части неосновательного обогащения, размер процентов составляет 260 302,29 рублей.

Истец также просит начислить проценты по день фактического исполнения обязательства.

Исходя из правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, приведенной в пункте 48 Постановления от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», исковые требования о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами по день фактического исполнения обязательства правомерно удовлетворены судом.

Требование истца о начислении процентов за пользование чужими денежными средствами с 08.06.2024 по день фактического исполнения обязательства также обоснованно удовлетворено судом с учетом положений пункта 3 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 48 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств».

Доводы жалобы ответчика сводятся к несогласию с оценкой судом первой инстанции представленных в материалы дела доказательств. Судом апелляционной инстанции нарушений судом первой инстанции требований статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не установлено.

Другой подход заявителя к интерпретации применимых в настоящем деле нормативных положений не свидетельствует об ошибочном толковании и применении судом норм права, не подтверждает существенных нарушений норм материального права и норм процессуального права, повлиявших на исход дела, и не является достаточным основанием для отмены принятого судебного акта.

Убедительных аргументов, основанных на доказательственной базе и опровергающих выводы суда первой инстанции, апелляционная жалоба не содержит, в силу чего удовлетворению не подлежит.

Нарушений норм процессуального законодательства, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены принятого судебного акта, допущено не было.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что обжалуемое решение следует оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 110, 268, 269-271, 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестнадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Ингушетия от 23.08.2024 по делу № А18-193/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в двухмесячный срок через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий А.А. Мишин 

Судьи О.В. Марченко

 А.В. Счетчиков