, № 09АП-6437/2024

Дело № А40-58526/19

г. Москва

05 апреля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 марта 2024 года 

Постановление

 изготовлено в полном объеме 05 апреля 2024 года 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи А.Н. Григорьева, 

судей О.В. Гажур, Р.Г. Нагаева

при ведении протокола секретарем судебного заседания П.С. Бурцевым,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные ФИО1, АО «АК Банк» в лице к/у ГК «АСВ»на определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.12.2023 по делу №А40-58526/19об отказе в удовлетворении заявления АО «АК Банк» о признании недействительным Договора хранения № 04/15-01 от 01.06.2019, заключённого между ФИО2, действующим от имени ООО «Леокам Проект», и ФИО3, ничтожным, фактически прикрывающим арендные отношения, где арендодателем является ООО «Леокам Проект», и применении последствий недействительности сделки,по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Леокам Проект»,

при участии в судебном заседании:

от к/у АО «АК Банк» - ГК «АСВ»: ФИО4 по дов. от 16.11.2023

от ФИО1: ФИО5 по дов. от 01.03.2024

ФИО2 лично, паспорт

иные лица не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.03.2019 принято к производству заявление ООО «ГРАНДА Консалт» о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Леокам Проект», возбуждено производство по делу № А40-58526/19-66-59.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 30.05.2019 должник ООО «Леокам Проект» признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО2, являющийся членом Союза "СРО АУ "Стратегия".

Сообщение об открытии в отношении должника процедуры конкурсного производства должника опубликовано в газете «Коммерсантъ» №102(6582) от 15.06.2019.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 02.02.2023 ФИО2 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Леокам Проект», конкурсным управляющим ООО «Леокам Проект» утвержден ФИО6, являющийся членом Союза арбитражных управляющих «Авангард».

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 03.08.2023 конкурсным управляющим ООО «Леокам Проект» утвержден ФИО7, являющийся членом СОЮЗА "Саморегулируемая организация арбитражных управляющих северо-запада".

Банк обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением об оспаривании Договора хранения № 04/15-01 от 01.06.2019. (далее также – «Договор хранения») по основаниям п. 2 ст. 170 ГК РФ как притворной сделки, применения последствий недействительности сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022 по делу № А40- 58526/2019 удовлетворены требования АО «АктивКапитал Банк» о признании договора хранения недействительным.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.11.2022 по делу определение Арбитражного суда города Москвы от 18.07.2022 по делу № А40- 58526/2019 оставлено без изменения.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 01.03.2023 по делу №А40-58526/19 судебные акты нижестоящих инстанций отменены, спор направлен на новое рассмотрение.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2023 по делу № А40- 58526/2019 отказано в удовлетворении требований АО «АктивКапитал Банк» о признании договора хранения недействительным.

Не согласившись с принятым по делу судебным актом, Банк совместно с конкурсным управляющим ООО «Леокам Проект» обратились в Девятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами (доводы апеллянтов схожие).

Доводы апелляционных жалоб сводятся к тому, что судом первой инстанции незаконно сделан вывод, что ряд условий договора хранения не свидетельствует о притворной сделке, судом первой инстанции незаконно учтены и приняты выводы судов по иным обособленным спорам.

Представители конкурсного управляющего АО «АК Банк» - ГК «АСВ», ФИО1 доводы своих апелляционных жалоб поддержали по мотивам, изложенным в них. 

ФИО2 возражал на доводы апелляционной жалобы, указывая на ее необоснованность. Просил определение суда оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству вместе с соответствующим файлом размещена в информационно-телекоммуникационной сети Интернет на сайте www.kad.arbitr.ru в соответствии положениями части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Рассмотрев дело в порядке статей 266, 267, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционных жалоб и отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации, в силу следующих обстоятельств.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)".

Направляя спор на новое рассмотрение, суд кассационной инстанции отметил, что выводы суда первой и апелляционной инстанции о притворности сделки являются преждевременными.

Суд округа указал следующее:

- в рассматриваемой ситуации, исходя из доводов заявителя, суды обязаны были проверить позицию конкурсного управляющего ФИО2, помимо прочего ссылавшегося на судебные акты по другим делам, которые вынесены в связи со спорным договором.

- при новом рассмотрении суду первой инстанции следует проверить и дать правовую оценку доводу ФИО2 о недоказанности доводов Банка об ухудшении технического состояния имущества, переданного на хранение.

- дополнительно проверить довод кассационной жалобы о том, что конкурсный управляющий обратился от имени Должника с иском к ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения по фактам использования техники.

Таким образом, суд кассационной инстанции отметил конкретные нарушения, которые нужно устранить при новом рассмотрении.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019 по делу №А40-58526/2019 требования Банка размере 254 298 787,94 руб. признаны обоснованным и подлежащим включению в реестр требований кредиторов Должника как обеспеченное залогом имущества Должника.

Требования Банка обеспечены, в том числе залогом транспортных средств и специализированной техники (самоходных машин) в количестве 26 единиц в соответствии с Договором залога транспортных средств № ЗТС10-17-0975-05 от 20.10.2017, Договором залога транспортных средств № ЗТС10- 17-0975-06 от 15.12.2017, Договора залога транспортных средств № ЗТС10-17-0975-10 от 27.12.2017, что установлено Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.11.2019 по делу №А40-58526/2019.

Согласно актам инвентаризации имущества Должника №№ 8,9, размещённым конкурсным управляющим ФИО2 в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 01.05.2020, всего у Должника имеется в собственности 28 единиц техники (в наличии).

Конкурсным управляющим ФИО2 с физическим лицом ФИО3 (хранитель) заключён Договор хранения № 04/15-01 от 01.06.2019, согласно тексту которого имеющиеся у Должника транспортные средства и самоходные машины (28 единиц) переданы на хранение ФИО3

Основные условия Договора хранения:

-место хранения - не указано;

-срок хранения - до востребования;

-возможность использования хранимого имущества - не предусмотрена;

-вознаграждение за хранение - оплачивается по окончании хранения в размере 27 000,00 руб., включая НДФЛ.

Банк полагает, что указанный Договор хранения является притворным, прикрывающим сложившиеся между сторонами арендные отношения, где арендодателем выступает ООО «Леокам Проект», заключён с нарушением требований п. 4 ст. 20.3, абз. 5 п. 1 ст. 126, п. 2, 3 ст. 129 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», в связи с чем указанный договор является недействительным (ничтожным) на основании ст. 168, п.2 ст. 170 ГКРФ.

Банк считает, что ФИО2, действуя от имени Должника, и ФИО3 при заключении Договора хранения в действительности не имели намерения на возникновение вытекающих из него правовых последствий. Действительная воля сторон при заключении Договора направлена на передачу имущества Должника в пользование, в связи с чем Договор хранения от 01.06.2019 является притворной сделкой.

Притворность договора хранения, по мнению банка, подтверждается следующими обстоятельствами:

1) в Договоре хранения отсутствуют сведения о месте хранения транспортных средств и специализированной техники. Сведения о месте нахождения имущества не отражены в отчётах конкурсного управляющего ФИО2, а также не указаны в актах инвентаризации;

2) Договор хранения не содержит информации, позволяющей определить, что у ФИО3 имеются площади, позволяющие осуществлять хранение транспортных средств, отвечающие требованиям противопожарной безопасности, установленных для подземных/ наземных автостоянок, и обеспечению сохранности;

 3) в Договоре хранения, актах инвентаризации не зафиксировано техническое состояние транспортных средств на момент их приёма на хранение;

4) не указана стоимость объектов хранения, исходя из которой при наступлении определенных законом и Договором обстоятельств, будет рассчитываться размер ответственности хранителя за повреждение, утрату хранимого имущества;

5) Договор хранения подписан с физическим лицом, что не позволяет оценить финансовое положение контрагента, проверить состояние расчётов по налогам и сборам и существенно осложняет взыскание убытков (в случае наступления обстоятельств, влекущих ответственность хранителя);

6) условия об оплате хранения в конце срока действия договора, который не определён, являются нетипичными. Заключая договор на подобных условиях, следует предвидеть намерение пользования предметом хранения;

7) согласие Банка как залогового кредитора на передачу объектов залога на хранение ФИО3 конкурсным управляющим ФИО2 получено не было.

8) Транспортные средства и специализированная техника эксплуатировались в ходе конкурсного производства с целью извлечения коммерческой выгоды.

9) Конкурсный управляющий занимал пассивную позицию относительно контроля обеспечения сохранности имущества должника, переданного на хранение.

Судом апелля отклоняются данные доводы по следующим основаниям.

1) Довод об отсутствии в Договоре хранения условий о месте хранения имущества Должника не может свидетельствовать о его притворности, поскольку данное условие не является существенным.

Согласно п. 1 ст. 432 ГК РФ, договор считается заключенным, если между, сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

В соответствии с п. 1 ст. 886 ГК РФ по договору хранения одна сторона (хранитель) обязуется хранить вещь, переданную ей другой стороной (поклажедателем), и возвратить эту вещь в сохранности.

Соответственно, существенным условием для любого договора хранения является условие о предмете – передаваемом на хранение имуществе.

Банк информирован о месте хранения имущества Должника.

Унифицированная форма инвентаризационной описи товарно-материальных ценностей № ИВН-3, утвержденная постановлением Госкомстата России от 18.08.1998 № 88, не содержит графы «место нахождения/хранения».

Указывается имущество находится в собственности организации или получено для переработки.

Аналогичные графы отсутствуют также и в Типовой форме отчета конкурсного управляющего о своей деятельности и о результатах проведения конкурсного производства, утвержденной Приказом Минюста РФ от 14.08.2003 № 195.

Соответственно, в законе не установлена обязанность по внесению данной информации в указанные Банком документы.

Банку и иным кредиторам представлена информация о месте нахождении имущества.

Указанные обстоятельства подтверждаются ссылкой самого Банка на место хранения имущества в заявлении (стр. 4, 5), а также Актом осмотра предмета залога от 29.09.2021, подписанным представителем ГК «АСВ».

Информация о месте хранении имущества Должника была не раз представлена на собраниях кредиторов ООО «Леокам Проект», а также представлена в суд в качестве приложений к отчету конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции также указал, что Банк во время осмотров места хранения не выдвигал каких-либо замечаний относительно характеристик мест хранения.

О знании места хранения свидетельствует также ссылка Банка в заявлении об оспаривании договора хранения.

Между тем, в процессе рассмотрения как жалобы, так и заявления суд дал надлежащую оценку доводам Банка в части необеспечения надлежащего хранения имущества Должника, пришел к выводу о соответствии места хранения установленным требованиям и о надлежащем обеспечении сохранности имущества.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.10.2021 по делу № А40- 58526/2019 в удовлетворении жалобы и заявления Банка отказано.

Суды дважды в разных обособленных спорах признавали условия хранения надлежащими, Банк повторно ссылается на данный довод.

Следовательно, Банк фактически пытается преодолеть установленные вступившими в законную силу судебными актами обстоятельства, что является недопустим (ч. 2 ст. 69 АПК РФ).

2) Довод о том, что Договор хранения не содержит информации, позволяющей определить, что у ФИО3 имеются площади, позволяющие осуществлять хранение транспортных средств, отвечающие требованиям противопожарной безопасности, установленных для подземных/ наземных автостоянок, и обеспечению сохранности подлежит отклонению, поскольку сведения касательно наличия возможности хранения на тех или иных площадях подтверждаются актами осмотров техники, в том числе осмотры были осуществлены заявителем АО «АктивКапитал Банк» в лице ГК АСВ в сентябре 2021 года, что подтверждается материалами дела.

3) Довод о том, что в Договоре хранения, актах инвентаризации не зафиксировано техническое состояние транспортных средств на момент их приёма на хранение отклоняется судебной коллегией.

Из материалов дела следует, что техническое состояние транспортных средств при хранении не ухудшилось, техническое состояние соответствует на дату передачи транспортных средств хранителю.

Вопрос об изменении технического состояния имущества не может свидетельствовать о притворности договора, а связан с вопросами ответственности хранителя.

В частности, Банк, будучи заинтересованным в обеспечении сохранности предмета залога, при заключении договоров залога (имеются в материалах дела о банкротстве Должника) также не отразил, в каком техническом состоянии имущество принималось в залог.

Между тем, иная стоимость имущества, при сравнении отчетов об оценке, не может быть связана с ухудшением состояния имущества.

Реализация ФИО2 по рыночной цене имущества доказывает отсутствие виновных действий арбитражного управляющего, равно как и отсутствие ухудшения в состоянии имущества должника.

Часть транспортных средств, состояние которых обсуждалось при рассмотрении дела в суде первой инстанции реализовано выше стоимости, определенной в отчете об оценке.

Таким образом, доводы заявителей апелляционной жалобы в указанной части являются необоснованными и не имеют отношения к предмету доказывания.

Кроме того, данные заявления Банка также были предметом рассмотрения в рамках иных обособленных споров в деле о банкротстве Должника, которые носят для дела преюдициальный характер в силу ст. 69 АПК РФ.

4) Довод о том, что не указана стоимость объектов хранения, исходя из которой при наступлении определенных законом и Договором обстоятельств, будет рассчитываться размер ответственности хранителя за повреждение, утрату хранимого имущества не свидетельствует о мнимом характере сделки.

На случай наступления ответственности хранителя за повреждение или утрату хранимого имущества следует исходить из его рыночной стоимости Банк в заявлении указывает, что сторонами Договора хранения не предусмотрена стоимость объектов хранения, в связи с чем будет невозможно установить размер ответственности хранителя за повреждение или утрату хранимого имущества.

Судебная коллегия отклоняет указанный довод.

Так, при определении размера ответственности хранителя следует исходить из рыночной оценки передаваемого на хранение имущества.

Само по себе указание в Договоре хранения стоимости достоверно не определяет его действительную стоимость.

На момент заключения Договора хранения (01.06.2019) конкурсный управляющий не мог знать о стоимости передаваемого на хранение имущества, поскольку не окончил инвентаризацию имущества ООО «Леокам Проект», так как был утвержден 15.05.2019, и ещё не проводил его оценку.

Между тем, в условиях необходимости обеспечения сохранности имущества заключение конкурсный управляющий не мог не заключить Договор хранения.

Ввиду изложенного ссылка апеллянтов на неуказание стоимости передаваемого на хранение имущества как признака притворности является несостоятельной.

5) Довод о том, что Договор хранения подписан с физическим лицом, что не позволяет оценить финансовое положение контрагента, проверить состояние расчётов по налогам и сборам и существенно осложняет взыскание убытков (в случае наступления обстоятельств, влекущих ответственность хранителя) подлежит отклонению по следующим основаниям.

Деятельность по хранению транспортных средств в силу действующего правового регулирования не требует получения специальных лицензий или разрешений.

То обстоятельство, что Договор хранения заключен с физическим лицом, не означает, что конкурсный управляющий при выборе хранителя не убедился в возможности последнего исполнить обязательства по хранению.

Довод о финансовом положении хранителя в контексте требований Банка о переквалификации отношений хранения в арендные тем более не может свидетельствовать о притворности сделки, поскольку передача имущества контрагенту с затруднительным финансовым положениям причинит больший вред конкурсной массе, так как в результате использования имущества риск его повреждения или утраты становится более вероятным.

6) Банк в числе оснований заявления о признании Договора хранения недействительным по признаку притворности указывает на условие об оплате хранения в конце срока действия Договора, полагая, что оно является нетипичным.

Судебная коллегия отклоняет указанный довод.

В силу принципа свободы договора (ст. 421 ГК РФ) условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (ст. 422 ГК РФ).

В отношении простого договора хранения нормами гражданского законодательства и иными нормативными правовыми актами не установлены какие-либо требования касательно порядка оплаты услуг по хранению.

Следовательно, стороны вправе самостоятельно определить, в каком порядке будет произведена оплата. Аналогичные выводы применимы и в части условия Договора хранения о его сроке. 

Суд кассационной инстанции пришел к выводу, что наличие условий об оплате хранения в конце срока действия договора, который не определен, также в силу положений гражданского законодательства о договоре хранения не свидетельствует о пороках воли у контрагентов, так как, в соответствии с пунктом 2 статьи 889 ГК РФ в том случае, когда срок хранения договором не предусмотрен и не может быть определен исходя из его условий, хранитель обязан хранить вещь до востребования ее поклажедателем.

7) Ссылка на заключение Договора хранения с ИП ФИО3 банком без согласия кредитора не имеет значения, поскольку Договор хранения №04/15-01 от 01.06.2019 (предметом которого являлось хранение 28 единиц транспортных средств и самоходной техники, составляющих конкурсную массу Должника) с ИП ФИО3 был заключен до включения в реестр требований кредиторов АО «АктивКапитал Банк».

01.11.2019 Определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40- 58526/2019 требования Банка включены в реестр требований кредиторов ООО «Леокам Проект», как обеспеченные залогом имущества должника (транспортные средства и/или техника и др.).

Согласно п. 2 ст. 129 Закона о банкротстве обязывает конкурсного управляющего обеспечить сохранность имущества Должника.

Вопреки доводам заявителя о необходимости наличия согласия Банка на заключение договора хранения, требования Банка включены в реестр кредиторов должника спустя 5 месяцев после заключения договора хранения.

В связи, с чем не представлялась возможность согласования заключения сделки с кредитором, чьи требования ещё не были признаны обоснованными и включенными в реестр требований кредиторов должника.

После включения требований в реестр требований кредиторов должника Банк не возражал по выбранному способу обеспечения сохранности залогового имущества Должника арбитражным управляющим ФИО2

Оплата услуг привлеченных лиц в процедурах наблюдения и финансового оздоровления осуществляется должником по требованию арбитражного управляющего, а в процедурах внешнего управления и конкурсного производства - самим управляющим за счет имущества должника.

Таким образом, согласие кого-либо из конкурсных кредиторов на привлечение специалистов не требуется.

8) Ненадлежащее исполнение хранителем обязательств по хранению не может свидетельствовать о притворности договора хранения.

Банк ссылается на факт использования имущества, переданного на хранение.

В подтверждение своей позиции ссылается на то, что с использованием транспортных средств совершаются административные правонарушения.

За период с момента передачи имущества на хранение в адрес конкурсного управляющего не поступило ни одного постановления по делам об административных правонарушениях в отношении ООО «Леокам Проект» как от Московской административной дорожной инспекции (МАДИ), так и от ГКУ «Администратор московского парковочного пространства» (ГКУ «АПММ»).

Представленными в материалы дела доказательствами не подтверждается факт взыскания штрафов с должника, эксплуатации имущества (транспортных средств) должника, ухудшения этого имущества, равно как и его утрата или уменьшение конкурсной массы.

В результате анализа документов, представленных заявителем (ответы из МАДИ, АМПП, ГУ МВД), установлено, что штрафы начислялись лишь только в отношении некоторых транспортных средств должника, что свидетельствует о нарушении условий договора хранения, но не доказывает виновных действий ФИО2 в ущерб интересам должника и кредиторов».

Таким образом, нарушение условий Договора лишь в отношении некоторых транспортных средств не может свидетельствовать о притворности сделки.

9) Довод о том, что конкурсный управляющий занимал пассивную позицию относительно контроля обеспечения сохранности имущества должника, переданного на хранение опровергается материалами дела.

Бывший конкурсный управляющий ФИО2 действовал разумно и добросовестно как представитель стороны по Договору хранению.

Кроме того, после обнаружения нарушений условий Договора хранения обратился с исковыми заявлениями о взыскании убытков с ФИО3 и неосновательного обогащения (Дело №А40-68476/22).

ФИО2 не преследовал цель передачи имущества должника в пользование для извлечения дохода, скрытого от конкурсной массы должника и его кредиторов.

Заключение договора хранения связано с исполнением обязанности, установленной ст. 129 Закона о банкротстве.

Судебная коллегия отмечает, что одним из оснований для обращения Банка с заявлением о взыскании убытков с ФИО2 являлось несение расходов в связи с заключением настоящего Договора хранения, наличие штрафов.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 26.12.2023 по делу А40-58526/19, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.03.2024 по делу А40-58526/19 отказано во взыскании убытков с ФИО2

Конкурсный управляющий Должника ФИО2 предпринял меры по взысканию убытков и неосновательного обогащения с хранителя в связи с нарушением условий договора хранения.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10 ноября 2022 года по делу №А40- 100472/22-28-716 по иску конкурсного управляющего ФИО2 с ИП ФИО3 в пользу Должника взыскано неосновательное обогащение в размере 2 166 156 руб.; Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2023 по делу № А40-100472/22 решение суда первой инстанции оставлено без изменения, апелляционная жалоба ИП ФИО3 без удовлетворения. Судебный акт вступил в законную силу.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 14 октября 2022 года по делу №А40-68476/22-76-434 в иске о взыскании с хранителя ФИО3 убытков в виде реального ущерба в размере 1 304 500 руб. отказано, Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 18 января 2023 года № 09АП-84141/2022 решение Арбитражного суда города Москвы от 14 октября 2022 года по делу № А40-68476/22-76-434 оставлено без изменения.

Заявителями апелляционных жалоб не доказана совокупность обстоятельств, являющихся основанием для признания Договора хранения притворной сделкой, в связи с чем отсутствуют основания для отмены принятого по делу судебного акта.

Приводимые в апелляционных жалобах доводы были предметом рассмотрения суда первой инстанции и им дана надлежащая оценка с учетом совокупности обстоятельств дела, и не свидетельствуют о неправильном применении судом норм права.

На основании вышеизложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявления о признании недействительной сделки должника.

При рассмотрении дела и вынесении обжалуемого судебного акта судом нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, апелляционной инстанцией не установлено. Нормы материального права применены правильно.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 269, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 26.12.2023 по делу №А40-58526/19 оставить без изменения, а апелляционные жалобы ФИО1, АО «АК Банк» в лице к/у ГК «АСВ» - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:  А.Н. Григорьев 

Судьи:  О.В. Гажур 

 Р.Г. Нагаев