АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190121

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 декабря 2024 года

Дело №

А13-21426/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 04 декабря 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 18 декабря 2024 года. 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Троховой М.В., судей Чернышевой А.А., Яковца А.В.,

рассмотрев 04.12.2024 в открытом судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческого банка «Кредит Экспресс» на определение Арбитражного суда Вологодской области от 25.03.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024 по делу № А13-21426/2017,

у с т а н о в и л:

решением Арбитражного суда Вологодской области от 28.12.2018  общество с ограниченной ответственностью «Криотехнология», адрес: Вологодская обл., Череповецкий р-н, сельское муниципальное образование «Нелазское сельское поселение», 

<

...>, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом); в отношении него открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО1. 

Конкурсный управляющий обратился в суд с заявлением, уточнив его в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о привлечении солидарно к субсидиарной ответственности ФИО2, ФИО3 по обязательствам должника в размере 353 534 123 руб. 94 коп. 

К участию в деле в качестве соответчика привлечен ФИО4; в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований в отношении предмета спора – конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью «Наш Дом-35» ФИО5. 

Определением от 25.03.2024, оставленным без изменения постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024, производство по заявлению в части требований к ФИО3 прекращено. С ФИО2, ФИО4 в пользу Общества взысканы убытки в размере   10 441 200 руб. В удовлетворении остальной части требований к ФИО2  и ФИО4 отказано.  

В кассационной жалобе Коммерческий Банк «Кредит Экспресс» (общество с ограниченной ответственностью) (далее – Банк) в лице  конкурсного управляющего государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов», просит отменить определение от 25.03.2024 и  постановление от 25.07.2024 и принять по делу новый судебный акт, возобновить производство по делу в части привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности, а также привлечь к субсидиарной ответственности ФИО2 и ФИО4 

Податель жалобы указывает на то, что судами не исследован вопрос о переходе к наследникам ФИО3 права требования о привлечении наследодателя к субсидиарной ответственности, в том числе исходя из возможности признания наследства в части принадлежавших ответчику долей участия в хозяйственных обществах выморочным.  

Как отметил податель жалобы, факт принадлежности ФИО3 долей участия в хозяйственных обществах установлен в деле о его банкротстве.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела,  Общество зарегистрировано в качестве юридического лица 28.02.2005; согласно данным Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ), основным видом деятельности Общества является торговля оптовая неспециализированная.

Учредителями должника являлись в период с 28.02.2005 по 29.01.2013 ФИО6; с 02.03.2006 по 29.01.2013 ФИО7; с 30.01.2013 ФИО3 и ФИО2

Обязанности руководителя Общества последовательно выполняли: с 28.05.2005 по 01.03.2006 – ФИО6; с 02.03.2006 по 15.08.2006 –                 ФИО8;  с 16.08.2006 по 24.01.2013 – ФИО7; с 25.01.2013 по 10.01.2019 – ФИО4 С.20.07.2020 по делу № А13-8792/2019 установлено, что                 ФИО2 и ФИО3 также являлись учредителями общества с ограниченной ответственностью «Наш Дом-35» (далее - ООО «Наш Дом - 35»). 

Между Обществом (участник долевого строительства) и ООО «Наш Дом - 35» были заключены договоры долевого участия в строительстве: от 10.04.2015                № ДУ-ДЗ/20-2015-44, от 24.11.2014 № ДУ-ДЗ/20-2014-28, от 30.01.2015                            № ДУ-ДЗ/20-2014-37.

На основании соглашений от 21.06.2016 и от 01.08.2016 указанные договоры расторгнуты. 

Определениями суда от 02.12.2019; от 06.11.2020; от 06.05.2021 соглашения от 21.06.2016 и от 01.08.2016 признаны недействительными сделками.

ФИО3 скончался 26.02.2023, выдано свидетельство о смерти от 01.03.2023  

<

...>. Нотариальная палата Вологодской области представила в материалы дела ответ от 03.10.2023 № 5035 о том, что по состоянию на 02.102.2023 наследственное дело в отношении имущества ФИО3 не заводилось.

Делая вывод о наличии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к ответственности в виде убытков, суд первой инстанции установил, что финансовые показатели деятельности Общества ухудшились с 2017 года. 

Судом установлено, что ООО «Наш Дом-35» были привлечены кредитные денежные средства акционерного общества Коммерческий Банк «Северный Кредит» (далее - АО КБ «Северный Кредит») на основании кредитных договоров от 17.03.2014 и от 16.05.2013 на общую  сумму 209 млн руб., исполнение обязательств по которому было обеспечено поручительством Общества, а также залогом принадлежащих Обществу объектов недвижимости. 

Должником, в свою очередь, за счет кредитных денежных средств, полученных в 2014-2015 годах у АО КБ «Северный Кредит» и Банка, был приобретен земельный участок для передачи в аренду под строительство многоквартирного дома. 

Исходя из изложенного, суд посчитал, что само по себе заключение соглашений о расторжении договоров долевого участия в строительстве не могло привести к банкротству Общества, поскольку у должника имелось достаточно имущества для осуществления хозяйственной деятельности и ни одна из оспоренных сделок не являлась для должника крупной, а несостоятельность наступила вследствие неисполнения кредитных обязательств основным заемщиком – ООО «Наш Дом-35». 

Таким образом, суд не усмотрел оснований для применения к контролирующим должника лицам субсидиарной ответственности.

Вывод об ответственности в виде убытков сделан исходя из обстоятельств, установленных определением от 06.05.2021 о признании недействительным соглашения от 01.08.2016 о расторжении договора участия в долевом строительстве от 30.01.2015 № ДУ-ДЗ/20-2015-37, а именно, факта неисполнения ООО «Наш Дом-35» обязательства по возврату в пользу Общества 10 441 200 руб., установленного решением Арбитражного суда Вологодской области от 06.05.2021 по делу № А13-21426/2017. 

Основанием для прекращения производства по заявлению в отношении ФИО3 послужил факт его смерти и отсутствия наследников, в отношении которых могла перейти установленная судом обязанность ФИО3  

Апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции, отметив, что доказательств наличия после ФИО3 выморочного имущества также не имеется. 

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции приходит к следующему.

В силу пункта 6 части 1 статьи 150 АПК РФ основанием для прекращения производства по делу является смерть гражданина,  являющегося стороной в деле, если спорное правоотношение не допускает правопреемства.

Как указано в пункте 1 статьи 1151 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), в случае, если отсутствуют наследники как по закону, так и по завещанию, либо никто из наследников не имеет права наследовать или все наследники отстранены от наследования (статья 1117 ГК РФ), либо никто из наследников не принял наследства, либо все наследники отказались от наследства и при этом никто из них не указал, что отказывается в пользу другого наследника (статья 1158 ГК РФ), имущество умершего считается выморочным.

В силу пункта 2 статьи 1151 ГК РФ, за исключением имущества, прямо поименованного в указанном пункте, иное выморочное имущество переходит в порядке наследования по закону в собственность Российской Федерации.

По условиям пункта 3 статьи 1175 ГК РФ кредиторы наследодателя вправе предъявить свои требования к принявшим наследство наследникам в пределах сроков исковой давности, установленных для соответствующих требований. До принятия наследства требования кредиторов могут быть предъявлены к наследственному имуществу, в целях сохранения которого к участию в деле привлекается исполнитель завещания или нотариус. В последнем случае суд приостанавливает рассмотрение дела до принятия наследства наследниками или перехода выморочного имущества в соответствии со статьей 1151 настоящего Кодекса к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации или муниципальному образованию.

Как разъяснено в пункте 60 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2012 № 9 «О судебной практике по делам о наследовании», ответственность по долгам наследодателя несут все принявшие наследство наследники независимо от основания наследования и способа принятия наследства, а также Российская Федерация, города федерального значения Москва и Санкт-Петербург или муниципальные образования, в собственность которых переходит выморочное имущество в порядке наследования по закону.

Между тем, как указал апелляционный суд, ни конкурсный управляющий, ни иные лица, участвующие в деле о банкротстве, не представили в материалы дела доказательств перехода в собственность Российской Федерации имущества умершего ответчика по обособленному спору.

Доводы подателя кассационной жалобы о принадлежности                  ФИО3 имущественных прав в виде прав на доли участия в хозяйственных Обществах, приведенные подателем кассационной жалобы направлены на переоценку фактических обстоятельств, установленных апелляционным судом. При этом податель жалобы не привел каких-либо нарушений норм процессуального права, которые были бы допущены апелляционным судом при исследовании доказательств либо неполноты их исследования. При таких обстоятельствах, исходя из положений статьи 286 АПК РФ, довод Банка о наличии выморочного имущества ответчика не может быть принят судом кассационной инстанции.  

Специальными положениями пункта 1 статьи 61.20 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) предусмотрено, что в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Положениями статьи 53.1 ГК РФ предусмотрены общие требования по возмещению лицом, выступающим в качестве единоличного исполнительного органа юридического лица, убытков, причиненных указанному лицу в результате его неразумных или недобросовестных действий (бездействия).

В пункте 20 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий, не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.

Исходя из положений статей 15, 393 ГК РФ, вывод об ответственности за причинение ущерба может быть сделан при совокупности следующих обстоятельств: противоправного поведения привлекаемого к ответственности лица, наступления вреда и причинно-следственной связи между ними.

Оценив существенность экономических последствий совершения Обществом сделок, признанных недействительными в деле о банкротстве, суды пришли выводу о том, что указанные сделки не могли явиться причиной объективного банкротства должника.

Податель жалобы по существу указанный вывод не опроверг.

При таких обстоятельствах, у суда кассационной инстанции не имеется оснований для переквалификации ответственности ФИО2 и ФИО4 

Оснований для отмены принятых по делу судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не имеется. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 25.03.2024 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.07.2024 по делу № А13-21426/2017 оставить без изменения, а кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью коммерческий банк «Кредит Экспресс» – без удовлетворения.

Председательствующий

М.В. Трохова

Судьи

А.А. Чернышева

А.В. Яковец