ТРЕТИЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №

 А33-18020/2017к2

г. Красноярск

06 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена «29» ноября 2018 года. 

Полный текст постановления изготовлен «06» декабря 2018 года.

Третий арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего - Споткай Л.Е.,

судей: Бутиной И.Н., Хабибулиной Ю.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лизан Т.Е.,

при участии: 

от индивидуального предпринимателя Алексеева Павла Николаевича: Петровой Н.В., представителя по  доверенности от 29.11.2016 24 АА № 2510656, 

от общества с ограниченной ответственностью «Региональная сетевая компания»:  

Гудим Е.Р., представителя по доверенности от 08.08.2018; Яценко Г.С., представителя по доверенности от 10.08.2018, 

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу индивидуального предпринимателя Алексеева Павла Николаевича

на определение Арбитражного суда Красноярского края

от 15 июня 2018 года по делу № А33-18020/2017к2, принятое судьёй Григорьевой Ю.В.,  

 

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Кредитстрой» (далее – кредитор) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением о признании общество с ограниченной ответственностью «Сибэлектросталь» (ИНН 2461206247,                       ОГРН 1092468014220, далее – ООО «Сибэлектросталь», должник) банкротом.

Определением от 22.09.2017 принято к производству заявление общества с ограниченной ответственностью «Региональная сетевая компания» (ИНН 2463064830, ОГРН 1032402211456, далее – ООО «РСК») возбуждено производство по делу.

Определением Арбитражного суда Красноярского  края от 27.11.2017 заявление ООО «РСК» о признании ООО «Сибэлектросталь» банкротом признано обоснованным, в отношении должника введена процедуру наблюдения. Временным управляющим должника утвержден Туровцев Алексей Александрович.

Сообщение временного управляющего о введении в отношении должника процедуры наблюдения опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 02.12.2017 за номером № 54030406868.

Рассмотрение итогов процедуры отложено на 13.06.2018.

18.12.2017 в арбитражный суд поступило требование  Алексеева Павла Николаевича, уточненное в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о включении в реестр требований кредиторов, в котором просит суд включить в третью очередь реестра требований кредиторов сумму задолженности в размере 4 359 536 рублей, в том числе 3 153 975 рублей – основной долг, 864 853 рубля 57 копеек – проценты за пользование займом, 340 707 рублей 43 копейки – проценты за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 15.06.2018 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Не согласившись с принятым судебным актом, Алексеев П.Н. обратился с апелляционной жалобой в Третий арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение арбитражного суда от 15.06.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт.

В апелляционной жалобе Алексеев П.Н ссылается на следующие доводы: 

-  договор займа от 12.08.2015 № 11/1 был процентный, что свидетельствует о намерении займодавца получить экономическую выгоду от предоставленного займа в виде процентов за пользование суммой займа; 

- денежные средства, предоставленные по договору займа, получены        Алексеевым П.Н. от собственной предпринимательской деятельности, не связанной с его участием в ООО «Красный Яр», доходы от которой превышают суммы, перечисленные по договору займа; 

- денежные средства по договору займа были перечислены всеми учредителями ООО «Красный Яр» в разные даты и разными суммами;

- денежные средства, перечисленные по договору займа № 13/1 пошли на оплату затрат на техническое обслуживание электросетей ООО «Сибэлектросталь», ремонт электрооборудования, затрат на обслуживающий персонал электросетевого хозяйства, на период до утверждения тарифа ООО «Сибэлектросталь» РЭК Красноярского края, на передачу электроэнергии на 2016 г. (приказ от 29.12.2015 № 643-п);

- денежные средства были перечислены по разовой сделке. Договор займа № 13/1 был заключен единожды, на малый срок. Иные договоры, заключенные между кредитором и должником отсутствуют. 

От Туровцева А.А. и ООО «РСК» в материалы дела поступили отзывы, в которых отклонены доводы апелляционной жалобы.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 05.07.2018 апелляционная жалоба принята к производству, назначено судебное заседание. Рассмотрение жалобы откладывалось.

В соответствии с Федеральным законом Российской Федерации от 23.06.2016                  № 220-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части применения электронных документов в деятельности органов судебной власти» предусматривается возможность выполнения судебного акта в форме электронного документа, который подписывается судьей усиленной квалифицированной электронной подписью. Такой судебный акт направляется лицам, участвующим в деле, и другим заинтересованным лицам посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его вынесения, если иное не установлено Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Текст определения о принятии к производству апелляционной жалобы от 05.07.2018 подписанного судьей усиленной квалифицированной электронной подписью, опубликован в Картотеке арбитражных дел (http://kad.arbitr.ru/) 06.07.2018 в 11:31:45 МСК.

Определением Третьего арбитражного апелляционного суда от 28.11.2018 в деле    № А33-18020/2017к2 произведена замена судей Шелега Д.И., Радзиховской В.В. на судей Бутину И.Н., Хабибулину Ю.В.. В соответствии со статьей 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение дела начато сначала.

В силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

В судебном заседании представитель индивидуального предпринимателя    Алексеева П.Н. поддержал доводы апелляционной жалобы, просил определение арбитражного суда от 15.06.2018 отменить и принять по делу новый судебный акт.

В судебном заседании представители ООО «РСК» отклонили доводы апелляционной жалобы по основаниям, изложенным в отзыве, указав на законность определения суда первой инстанции.

Учитывая, что иные лица, участвующие в деле, уведомлены о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в соответствии с требованиями статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (путем направления копий определения о назначении судебного заседания лицам, участвующим в деле, а также путем размещения публичного извещения о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы в разделе Картотека арбитражных дел официального сайта Арбитражные суды Российской Федерации Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации (http://kad.arbitr.ru/) и в соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается без участия их представителей.

Исследовав представленные доказательства, суд апелляционной инстанции установил следующие обстоятельства, имеющие существенное значение для рассмотрения спора.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) дела о банкротстве юридических лиц рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

В соответствии со статьей 71 Закона о банкротстве для целей участия в первом собрании кредиторов кредиторы вправе предъявить свои требования к должнику в течение 30 дней с даты опубликования сообщения о введении наблюдения. Указанные требования направляются в арбитражный суд, должнику и временному управляющему с приложением судебного акта или иных документов, подтверждающих обоснованность этих требований.

Указанные требования включаются в реестр требований кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных требований в реестр требований кредиторов.

Статьей 8 Гражданского кодекса  Российской Федерации установлено, что гражданские права и обязанности возникают из оснований предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действия граждан и юридических лиц. В том числе гражданские права и обязанности могут возникать из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему.

Согласно статьям 307, 309 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу обязательства одно лицо (должник) обязано совершить в пользу другого лица (кредитора) определенное действие, как то: передать имущество, выполнить работу, уплатить деньги и т.п., либо воздержаться от определенного действия, а кредитор имеет право требовать от должника исполнения его обязанности. Обязательства должны выполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства, требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными предъявляемыми требованиями.

На основании статьи 4 Закона о банкротстве размер денежных обязательств или обязательных платежей считается установленным, если он определен судом в порядке, предусмотренном Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Кредитор обратился с требованием о включении в реестр требований кредиторов с учетом уточнений от 05.03.2018  в сумме 4 359 536 рублей задолженности по договору займа от 12.08.2015 № 13/1.

Правоотношения по договору займа регламентированы главой 42 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно договору займа от 12.08.2015 № 13/1 индивидуальный предприниматель Алексеев П.Н. (займодавец) передал ООО «Сибирьэлеткросталь» (заемщик) денежную сумму в размере 1 400 000 рублей сроком до 10.08.2016 с правом досрочного погашения как всей суммы займа, так и его части. Размер процентов за пользование заемными средствами составляет 15 % годовых. Уплата процентов производится единовременно в конце срока, но не позднее 10.08.2016.  Займодавец обязан передать заемщику сумму займа или ее часть в сроки, которые будут согласовываться сторонами дополнительно в устной форме. Согласно пункту 2.2 подтверждением перечисления сумы займа на банковский счет заемщика является платежное поручение с отметкой банка об исполнении. Подтверждением внесения суммы займа в кассу заемщика является приходно-кассовый ордер. Пунктом 3.1 договора займа закреплено, что в случае невыполнения своих обязательств стороны несут ответственность в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.

Дополнительным соглашением от 05.10.2015 № 1 стороны увеличили сумму займа до 2 070 000 рублей; дополнительным соглашением от 24.12.2015 № 2 сумма займа увеличена до 2 441 342 рублей; дополнительным соглашением от 08.02.2016 № 3 сумма займа увеличена до 2 743 895 рублей; дополнительным соглашением от 04.04.2016 № 4 сумма займа увеличена до 3 154 974 рублей; дополнительным соглашением  от 10.08.2016 № 5 продлен срок договора до 30.10.2016.

Согласно статье 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Факт перечисления заемщику денежных средств подтверждается представленными в материалы дела платежными поручениями от 14.08.2015 № 30 на сумму 205 500 рублей, от 11.09.2015 № 38 на сумму 99 000 рублей, от 05.10.2015 № 3511 на сумму              204 265 рублей 38 копеек, от 10.11.2015 № 3514 на сумму 206 356 рублей 68 копеек, от 16.12.2015 № 4578 на сумму 314 340 рублей 30 копеек, от 21.12.2015 № 4580 на сумму 600 000 рублей, от 11.01.2016 № 2 на сумму 496 774 рубля 09 копеек, от 22.01.2016          № 6619 на сумму 167 077 рублей 19 копеек, от 25.01.2016 № 6621 на сумму 201 358 рублей 87 копеек, от 18.02.2016 № 6868 на сумму 111 807 рублей 86 копеек, от 20.06.2016 № 18936 на сумму 234 231 рубль 23 копейки, от 27.09.2016 № 18962 на сумму          314 262 рубля 92 копейки. 

Факт поступления денежных средств на расчетный счет должника №40702810500040000520 подтверждается представленной в материалы дела выпиской по расчетному счету за период с 01.08.2015 по 31.12.2017.

В соответствии со статьей 809 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если иное не предусмотрено законом или  договором займа,  займодавец   имеет  право на получение с заемщика процентов  на сумму займа  в размерах и в порядке, определенных договором.

В соответствии с условиями договора займа от 12.08.2015 № 13/1 займодавцем начислены проценты за пользование заемными средствами по состоянию на 19.11.2017 (с учетом уточнений от 05.03.2018) начислены проценты в сумме 864 853 рубля 57 копеек. 

В соответствии со статьей 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств обеспечивается в том числе, неустойкой. В соответствии с пунктом 1 статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Займодавцем в порядке статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с невозвратом заемных средств в установленный в договоре срок (10.08.2016) начислены проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 11.08.2016 по 19.11.2017 на всю сумму задолженности – 3 153 975 рублей в сумме   340 707 рублей 43 копеек. 

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Сибирьэлектросталь» единственным участником должника с 09.09.2015 является общество с ограниченной ответственностью «Красный Яр» (ИНН 2461029213, ОГРН 1152468038447, далее – ООО «Красный яр»), обладающее 100 % доли в уставном капитале номинальной стоимостью 2 807 918 рублей. 

Согласно статье 19 Закона о банкротстве в целях Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Аффилированными лицами являются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Аффилированными лицами юридического лица являются в том числе, лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица (статья 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках»).

Таким образом, ООО «Сибэлектросталь» и его единственный участник -              ООО «Красный Яр» - являются аффилированными по отношению друг к другу.

Согласно статье 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков, в том числе, хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

Как разъяснено в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Так, в частности, предполагается, что контролирующим должника является третье лицо, которое получило существенный актив должника (в том числе по цепочке последовательных сделок), выбывший из владения последнего по сделке, совершенной руководителем должника в ущерб интересам возглавляемой организации и ее кредиторов (например, на заведомо невыгодных для должника условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом («фирмой-однодневкой» и т.п.) либо с использованием документооборота, не отражающего реальные хозяйственные операции, и т.д.). Опровергая названную презумпцию, привлекаемое к ответственности лицо вправе доказать свою добросовестность, подтвердив, в частности, возмездное приобретение актива должника на условиях, на которых в сравнимых обстоятельствах обычно совершаются аналогичные сделки.

Также предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения презумпции выгодоприобретатель должен доказать, что его операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами.

Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц в отношении ООО «Красный Яр» участниками общества являются:

- Пономарева С.И. с долей участия 40 % с 10.06.2016 (номинальная стоимость доли 34 283 034 рубля 57 копеек);

- Сиваев А.В. с долей участия 30 % с 11.08.2015 (размер доли изменен с 10.06.2016, номинальная стоимость доли 25 712 275 рублей 93 копейки);

- Алексеев П.Н. с долей участия 30 % с 07.11.2017 (размер доли изменен с 10.06.2016, номинальная стоимость доли 25 712 275 рублей 93 копейки).

ООО «Красный Яр» является правопреемником «Красный Яр АО»                      (ИНН 7701243572); договор займа № 13/1 между Алексеевым П.Н. и должником заключен на следующий день после ликвидации «Красный Яр АО» - 12.08.2015. Запись в едином государственном реестре юридических лиц о том, что ООО «Красный Яр» является участником должника, внесена 09.09.2015.

Таким образом, участники ООО «Красный Яр», являющегося единственным учредителем должника, фактически вправе давать обязательные для исполнения указания должнику, выступают конечными бенефициарами от участия в деятельности должника через ООО  «Красный Яр». Следовательно, Алексеев П.Н. имел возможность самостоятельно определять порядок оформления правоотношений между         Алексеевым П.Н. и должником (в форме договора займа, в рамках увеличения уставного капитала и т.п.).

Алексеев П.Н., возражая против доводов иных лиц, участвующих в деле, указывает, что согласно свидетельству об удостоверении принятия внеочередным общим собранием участников ООО «Красный Яр» решений и состава участников общества, присутствовавших при их принятии, был принят в состав участников после 12.08.2015, то есть на момент предоставления займа не являлся контролирующим должника лицом.

Учитывая обстоятельства предоставления займа, наличие корпоративных отношений между кредитором, заявившим о включении в реестр требований кредиторов и должником, суд первой инстанции при рассмотрении настоящего требования учитывал правовую позицию, изложенную Верховным Судом Российской Федерации в определении от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647, от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973, определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), а также в определении от  06.07.2017 №308-ЭС17-1556 (1) по делу № А32-19056/2014 где, в частности, указано следующее.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. Кроме того, тот факт, что участник должника является его займодавцем, сам по себе не свидетельствует о корпоративном характере требования по возврату суммы займа для целей банкротства.

Правоотношения, связанные с участием в обществе с ограниченной ответственностью, регламентируются Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Статья 8 названного Федерального закона определяет права участников общества: участники общества вправе участвовать в управлении делами общества в порядке, установленном законом и уставом общества, получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его уставом порядке; принимать участие в распределении прибыли; продать или осуществить отчуждение иным образом своей доли или части доли в уставном капитале общества одному или нескольким участникам данного общества либо другому лицу в порядке, предусмотренном законом и уставом общества; выйти из общества путем отчуждения своей доли обществу, если такая возможность предусмотрена уставом общества, или потребовать приобретения обществом доли в случаях, предусмотренных законом; получить в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость. Участники общества имеют также другие права, предусмотренные названным Федеральным законом.

В предусмотренных указанным Федеральным законом и уставом общества случаях правам участников корреспондируют соответствующие обязанности общества; при их ненадлежащем исполнении участники общества вправе предъявить обществу свои имущественные и неимущественные требования, вытекающие из данных правоотношений.

Таким образом, к обязательствам должника перед его учредителями (участниками), вытекающим из участия в обществе, относятся обязательства, корреспондирующие корпоративным правам участников и регулируемые нормами корпоративного законодательства.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Закона о банкротстве к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия.

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы займодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах») объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

Также в определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (1) Верховный Суд Российской Федерации указал на то, что распределение прибыли в пользу участника и последующее предоставление должнику финансирования за счет этой прибыли свидетельствует об искусственном кругообороте денежных средств и позволяет сделать вывод о злоупотреблении участником своими правами во вред остальным кредиторам и мнимости многочисленных заемных сделок, что если распределение между участниками прибыли приводит к невозможности дальнейшего ведения хозяйственной деятельности ввиду недостаточности оборотных денежных средств, то предоставление должнику обратного финансирования в форме займов должно квалифицироваться в качестве обязательства, вытекающего из факта участия, и влечет отказ во включении в реестр требования по возврату суммы займа.

При таких условиях с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац 8 статьи 2 Закона о банкротстве), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2018 № 305-ЭС17-17342, судам рекомендовано при квалификации сделок должника не ограничиваться буквальным содержанием перечня, установленного в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве», рекомендовал устанавливать действительную волю участников правоотношений на совершение тех либо иных сделок, в том числе конечными бенефициарами. Судебная коллегия обратила внимание на то, что институт оспаривания сделок должника представляет собой правовую гарантию, предоставляющую кредиторам действенный механизм наполнения конкурсной массы должника за счет неправомерно отчужденного имущества последнего. При наличии у должника или сторон этих сделок взаимного интереса по сокрытию обстоятельств и действительных целей сделок кредиторы, оспаривающие сделки, объективно ограничены в возможностях по доказыванию обстоятельств сделок, в которых они не участвовали. Следовательно, при рассмотрении споров данной категории для выравнивания процессуальных возможностей сторон и достижения задач судопроизводства, установленных в статье 2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судам надлежит оказывать содействие в реализации процессуальных прав кредиторов (в том числе предусмотренных пунктом 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), создавать условия для всестороннего и полного исследования доказательств, установления фактических обстоятельств и правильного применения законов и иных нормативных правовых актов при рассмотрении дела (пункт 3 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что указанная позиция может быть применена и в отношении требований о включении в реестр требований кредиторов конечных бенефициаров должника с требованием о включении в реестр требований кредиторов по заемным обязательствам.

Конкурсным кредитором ООО «РСК», временным управляющим представлены возражения на требования кредитора, поскольку заем был предоставлен кредитором в связи с участием в управлении должником.

Как отмечено временным управляющим и конкурсным кредитором, выпиской по расчетному счету должника подтверждается, что в период с 11.08.2015 (даты внесения записи о создании ООО «Красный Яр») деятельность ООО «Сибирьэлектросталь» финансировалась соучередителями ООО «Красный Яр» пропорционально доле участия в ООО «Красный Яр».

Согласно представленной выписке по расчетному счету должника Пономаревой С.И. и Алексеевым П.Н., а также Сиваевой Ю.В., – то есть всеми участниками ООО «Красный Яр», производилось финансирование деятельности должника (в основании перечисления на расчетный счет должника денежных средств указано на перечисление займа, указаны реквизиты договоров займа), пропорционально доле участия в ООО «Красный Яр»:

Номер операции по выписке

Алексеев Павел Николаевич (ИНН 246304884040)

Сумма займа

Номер операции по выписке

Пономарева Светлана Игоревна (ИНН 463211797196)

Сумма займа

Номер операции по выписке

Сиваев Александр Владимирович (ИНН 245303533304)

Сумма займа

216 от 14.08.2015

205500

218 от 14.08.2015

274000

217 от 14.08.2015

205500

278 от 11.09.2015

99000

280 от 11.09.2015

132000

279 от 11.09.2015

99000

312 от 05.10.2015

204265,38

313 от 05.10.2015

272353,84

317 от 07.10.2015

204265

415 от 10.11.2015

206356,68

419 от 11.11.2015

272142,24

418 от 11.11.2015

206357

487 от 16.12.2015

314340,30

488 от 16.12.2015

419120,40

494 от 17.12.2015

314340,30

511 от 21.12.2015

600000

512 от 21.12.2015

800000

513 от 22.12.2015

600000

566 от 11.01.2016

496774,09

567 от 11.01.2016

662365,45

572 от 12.01.2016

496774,09

589 от 22.01.2016

167077,19

590 от 22.01.2016

222769,59

612 от 25.01.2016

167077,19

613 от 25.01.2016

201358,87

614 от 25.01.2016

268478,50

618 от 26.01.2016

201358,87

661 от 28.02.2016

111807,86

663 от 18.02.2016

149077,48

662 от 18.02.2016

111807,92

942 от 20.06.2016

234231,23

944 от 20.06.2016

312308,30

943 от 20.06.2016

234231,23

1183 от 27.09.2016

314262,92

1085 от 16.08.2016

419017,22

1077 от 05.08.2016

314262,92

Представленной выпиской по счету должника также подтверждается, что в период финансирования деятельности  должника участниками ООО «Красный Яр» в пользу последнего производились платы за аренду электросетевого хозяйства по договору от 22.10.2015 № 15/25 и за аренду нежилого помещения по договору от 01.12.2014 № 14/124 в размере, превышающем перечисленный участниками для финансирования деятельности должника объем финансирования.

Возражения кредитора Алексеева П.Н. о том, что в период выдачи займов он не являлся участником должника, обоснованно отклонены судом первой инстанции на основании следующего.

С даты вынесения арбитражным судом определения о введении процедуры наблюдения не допускаются удовлетворение требований учредителя (участника) должника о выделе доли в имуществе должника в связи с выходом из состава его учредителей (участников), выплата действительной стоимости доли и доходов по паям, а также распределение прибыли между этими лицами (абзацы 5 и 9 пункта 1 статьи 63 Закона о банкротстве).

С учетом изложенного учредители (участники) юридического лица (должника) по правоотношениям, связанным с таким участием, не могут являться конкурсными кредиторами в деле о банкротстве.

В соответствии со статьей 63 Гражданского кодекса Российской Федерации оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или обязательственные права в отношении этого юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительными документами юридического лица.

При разъяснении практики применения восьмого абзаца статьи 2 Закона о банкротстве Конституционный Суд Российской Федерации в пункте 2 определения от 27.01.2011 № 75-О-О указал, что непризнание учредителей (участников) должника конкурсными кредиторами не противоречит законодательству о банкротстве, поскольку характер обязательств учредителей (участников) должника непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Кроме того, закон не лишает их права претендовать на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Таким образом, учредители (участники) юридических лиц лишены права предъявлять какие-либо требования к должнику в процессе его банкротства. Обязательства перед учредителями (участниками) должника - юридического лица, вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью, и могут заявлять требования лишь на имущество, оставшееся после удовлетворения требований всех других кредиторов.

В силу пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве требование учредителя (участника) должника может быть удовлетворено только за счет имущества, оставшегося после удовлетворения требований всех других кредиторов.

Именно участники общества - должника ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им.

Как указал Высший Арбитражный Суд Российской Федерации в Постановлении Президиума ВАС РФ от 30.11.2010 № 10254/10 по делу № А45-808/2009, из смысла указанных выше норм Гражданского кодекса Российской Федерации и Закона о банкротстве следует, что требования по выплате участнику (акционеру) ликвидируемого хозяйственного общества за счет имущества данного общества денежных средств при прекращении отношений, связанных с владением этим участником (акционером) долями (акциями), не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота: участники (акционеры) должника вправе претендовать лишь на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами. Данный порядок предопределен тем, что именно участники (акционеры) хозяйственного общества-должника, составляющие в совокупности высший орган управления обществом (общее собрание участников (акционеров)), ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определенный риск наступления негативных последствий своего управления им.

Аналогично должен разрешаться вопрос и при представлении участником общества займа, поскольку фактически вместо увеличения уставного капитала участником общества передаются денежные средства по договору займа, хотя воля участника общества направлена на увеличение оборотных средств и обеспечение прибыльности деятельности общества, участником которого он является. При этом само по себе заключение займа не является неправомерным, однако должно рассматриваться как внутренние отношения общества и должника. В случае безубыточности общества и нормальной хозяйственной деятельности участник самостоятельно определяет необходимость внесения и возврата денежных средств.

Вместе с тем, в процедуре банкротства, когда нарушаются права кредиторов общества, они подлежат первоочередной защите, поскольку кредиторы не участвуют в управлении обществом, вина за убыточность его деятельности не может быть возложена на них. Отношения кредиторов и общества является внешними, и такие требования подлежат включению в реестр требований кредиторов по правилам статей 71, 100, 142 Закона о банкротстве. Внутренние отношения общества и участников, как было указано, определяются по общим правилам гражданского законодательства. Указанное правило действует и при предоставлении денежных средств обществу участником по договору займа, поскольку сама по себе юридическая форма данных отношений не меняет их правовой природы – отношения участника общества в целях получения участником прибыли.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 27.01.2011 № 75-О-О, непризнание учредителей (участников) должника конкурсными кредиторами само по себе их прав не нарушает, поскольку характер обязательств учредителей (участников) должника непосредственно связан с ответственностью указанных лиц за деятельность общества в пределах стоимости принадлежащих им долей. Кроме того, закон не лишает их права претендовать на часть имущества ликвидируемого общества, оставшегося после расчетов с другими кредиторами.

Учредители (участники) юридических лиц лишены права предъявлять какие-либо требования к должнику в процессе его банкротства. Обязательства перед учредителями (участниками) должника - юридического лица, вытекающие из такого участия, носят внутренний характер и не могут конкурировать с внешними обязательствами, то есть с обязательствами должника как участника имущественного оборота перед другими участниками оборота. Учредители (участники) должника - юридического лица несут риск отрицательных последствий, связанных с его деятельностью, и могут заявлять требования лишь на имущество, оставшееся после удовлетворения требований всех других кредиторов.

Такое правовое положение участников общества в банкротском процессе абсолютно оправданно, т.к. «материальная недокапитализация» общества, как правило, вызвана принятием обществом на себя избыточных обязательств в процессе хозяйственной деятельности при отсутствии достаточного финансирования со стороны его учредителей для исполнения таких обязательств.

Данный вывод суда первой инстанции подтверждается судебной практикой (Постановление ФАС Поволжского округа от 06.09.2013 по делу № А12-27326/2012, Постановление ФАС Уральского округа от 10.02.2011 № Ф09-116/11-С4 по делу № А76-407/2010-20-10, Постановление Пятого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2013 № 05АП-2120/2013 по делу № А24-3385/2012, Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.02.2014 по делу № А12-11003/2013, Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.12.2013 по делу № А06-4128/2013, Постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2012 по делу № А06-2658/2012, Постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2011 по делу № А56-28537/2010, Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 08.09.2014 по делу №А33-233/2014-к3).

Как установлено материалами дела, действительно, запись о том, что  Алексеев П.Н. является участником должника, внесена в Единый государственный реестр юридических лиц 07.11.2017, вместе с тем уставный капитал ООО «Красный Яр» был увеличен за счет вклада кредитора 10.06.2016  на 25 712 275 рублей 93 копеек. Также судом первой интанции установлен тот факт, что запись в ЕГРЮЛ об изменении учредителей единственного участника должника – ООО «Красный Яр» внесена после возбуждения дела о банкротстве (04.08.2017)  и за неделю до введении в отношении должника процедуры банкротства (резолютивная часть 20.11.2017).

Кроме того, Алексееву П.Н. было известно о предоставлении иными учредителями  ООО «Красный Яр» должнику займов до внесения записи в ЕГРЮЛ изменений об учредителях общества (07.11.2017). Так, к примеру, супруга Алексеева П.Н. –     Алексеева Е.М. (30%) и Сиваева Ю.В. (30%, Пономарева С.И. 40% являются учредителями ООО «Росток-Сибирь». При этом, ООО «Росток Сибирь» (25%) и   Алексеев П.Н. (25%) являются участниками ООО «НПО Сибирь».  Доказательства, опровергающие вышеуказанные факты в материалы дела не представлено, кредитором не оспаривалось.  Таким образом, действия кредитора, в период, предшествующий банкротству должника направлены на искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной  массы между дружественными кредиторами (Алексеевым П.Н., Пономаревой С.И., Сиваевой Ю.В.) в процентном соотношении.

Судом первой инстанции установлено и подтверждено материалами дела, что после увеличения кредитором уставного капитала ООО «Красный Яр» (единственного участника должника доля 100%), т.е. после 10.06.2016, последним предоставлено два займа от 20.06.2016, от 27.09.2016. При этом, за весь срок действия договора займа оплата задолженности не производилась,  претензии в адрес должника не направлялись, доказательства обращения в суд с иском о взыскании задолженности по указанному договору займа в материалы дела не представлены.  Требование о включении в реестр требований кредиторов подано 18.12.2017 – будучи учредителем ООО «Красный Яр».

Таким образом, с учетом поступивших возражений и фактических обстоятельств выдачи кредитором займов, возникают обоснованные сомнения в том, что        Алексеевым П.Н. фактически был предоставлен заем (совершена гражданско-правовая сделка), а не имеются иные корпоративные отношения между сторонами.

Согласно позиции, изложенной в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 5 (2017)» (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.12.2017), если конкурсный кредитор обосновал существенные сомнения, подтверждающие наличие признаков мнимости у сделки, совершенной должником и другим конкурсным кредитором, на последних возлагается бремя доказывания действительности сделки. 

Как правило, для установления обстоятельств, подтверждающих позицию истца или ответчика, достаточно совокупности доказательств (документов), обычной для хозяйственных операций, лежащих в основе спора. Однако в условиях банкротства ответчика и конкуренции его кредиторов интересы должника-банкрота и аффилированного с ним кредитора (далее также - «дружественный» кредитор) в судебном споре могут совпадать в ущерб интересам прочих кредиторов. Для создания видимости долга в суд могут быть представлены внешне безупречные доказательства исполнения по существу фиктивной сделки. Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон. Реальной целью сторон сделки может быть, например, искусственное создание задолженности должника-банкрота для последующего распределения конкурсной массы в пользу «дружественного» кредитора.

Стороны мнимой сделки могут осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и, как следствие, нарушений прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с возникновением задолженности должника - банкрота, предъявляются повышенные требования (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22 июня 2012 года № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», пункта 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 года).

Также согласно позиции, выраженной в определении от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556 (2), определении от 15.02.2018 по делу № 305-ЭС17-17208, при предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем доказывания гражданско-правовой природы обязательства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы выбора конструкции займа, привлечения займа именно от аффилированного лица, предоставления финансирования на нерыночных условиях и т.д.

Какие-либо пояснения о цели предоставления займа должнику кредитором предоставлено не было, не представлены пояснения о том, почему заемные средства предоставлялись одновременно всеми соучередителями ООО «Красный Яр» пропорционально доли участия. Суд первой инстанции пришел к верному выводу, что заемные отношения между должником и кредитором носят корпоративный характер.

Из приведенных норм следует, что возможность признания лица конкурсным кредитором в деле о банкротстве обусловлена существом обязательства, лежащего в основании требования к должнику. Учредители (участники) юридического лица (должника) по обязательствам, вытекающим из такого участия, не могут являться его конкурсными кредиторами (Определение Верховного Суда РФ от 06.08.2015 № 302-ЭС15-3973 по делу № А33-16866/2013).

В соответствии с пунктом 2 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Подпункт первый пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации называет договоры и иные сделки в качестве оснований возникновения гражданских прав и обязанностей.

При заключении договоров займа кредитор и должник приняли на себя взаимные обязательства, которые согласно закону (статьям 307 и 309 Гражданского кодекса Российской Федерации) должны были исполняться каждым из них надлежащим образом и в соответствии с условиями сделок.

В соответствии с положениями статей 807, 808 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи.

Таким образом, правоотношения, основанные на договорах займа, подлежат регулированию нормами главы 42 Гражданского кодекса Российской Федерации. Фактически, вытекающие из данных правоотношений требования не носят корпоративный характер.

Выше было указано, что требование заявителя возникло из договора займа (в редакции дополнительных соглашений), кредитор фактически является конечным бенефициаром должника через участие в ООО «Красный Яр» (единственного участника должника).

Возражая против доводов временного управляющего и конкурсного кредитора   ООО «Региональная сетевая компания», кредитор указывает, что заем является процентным, целью предоставления займа было получение выгоды от передачи заемных средств должнику.

Согласно условиям договора займа от 12.08.2015 № 13/1 заем действительно является возмездным, проценты по займу составляют 15 % годовых, что сопоставимо с ключевой ставкой  Центрального Банка Российской Федерации  (11%) на момент предоставления займа. 

Единственная экономическая цель предоставления займа (кредита) в предпринимательских отношениях - это получение прибыли за счет платы за пользование займом.

Экономическая цель предоставления займа мажоритарным участником общества этому обществу в конечном счете заключается в увеличении доходности принадлежащей участнику доли. Заем может быть предоставлен на условиях, отличных от рыночных (безвозмездность или установление процентов ниже ключевой ставки, неоднократное продление сроков возврата займа), а может и на обычных рыночных условиях.

Вместе с тем, условиями договора предусмотрена уплата процентов единовременно в конце срока, но не позднее 10.08.2016 (даты возврата займа).

Таким образом, с учетом всей совокупности  обстоятельств по делу суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что заявитель действовал не как обычный кредитор-займодавец, поскольку поведение заявителя не соответствует обычаям делового оборота: разумный займодавец обратился бы с иском к должнику или, как минимум, направил бы претензию или предложил заключить дополнительное соглашение к договору займа (например, с целью продления срока возврата займа, но с одновременным увеличением процентной ставки по договору займа), понудил должника к подписанию акта сверки, отказал бы в предоставлении заемных средств по истечении срока возврата заемных средств и т.п.

Доказательства обращения кредитора к должнику в период с даты возврата займа (30.10.2016) до даты предъявления требования (18.12.2017) в материалы дела не представлены.

При рассмотрении дела было установлено, что платежи в соответствии с соглашением о предоставлении займа кредитором производились пропорционально доле участия в ООО «Красный Яр», до вступления в состав участников ООО «Красный Яр». В период выдачи займов должнику наравне с кредитором иными участниками                 ООО «Красный Яр» также предоставлялись займы должнику пропорционально своей доле в тот же день либо в следующий за днем предоставления кредитором займа.

Также одним из доводов возражений является отсутствие у кредитора финансовой возможности для выдачи займа в указанном размере.

В пункте 26 Постановления Пленума ВАС РФ № 35 от 22.06.2012 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», разъяснено, что при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

С учетом того, что денежные средства предоставлялись должнику в безналичном порядке, у суда отсутствуют сомнения в реальности займа, факт перечисления денежных средств подтверждается материалами дела, основания для проверки финансового состояния кредитора у суда не имеются, вместе с тем, из представленных в материалы дела документов о своем финансовом положении можно сделать следующие выводы.

В подтверждение наличия финансовой возможности предоставить займ должнику кредитором предоставлены налоговые декларации по налогу, уплачиваемому в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2015-2016 годы.

Согласно представленным декларациям сумма полученных доходов за первый квартал 2015 года составила 60 000 рублей, за полугодие – 240 000 рублей, за девять месяцев 2015 года – 433 404 рубля, за налоговый период – 1 918 404 рубля, за первый квартал 2016 года – 570 378 рублей, за полугодие 2016 года – 1 467 043 рубля, за 9 месяцев 2016 года – 6 625 431 рубль.

Материалами дела подтверждается, что заемные средства предоставлялись в период с 14.08.2015 по 29.09.2016. За первые  9 месяцев 2015 года (14.08.2015 и 11.09.2015) были предоставлены заемные средства в сумме – 304 000 рублей, что сопоставимо с доходом кредитора (433 404 рубля); всего за 2015 год предоставлены заемные средства в размере 1 629 462 рублей 36 копеек из 1 918 404 рублей, полученных за налоговый период – 2015 год. То есть на личные нужды кредитором в 2015 году было потрачено только         288 941 рубль 64 копейки. О наличии иного дохода суду не сообщено. В 1 квартале 2016 года должнику был предоставлен заем в сумме 977 018 рублей 10 копеек при доходе кредитора в 570 378 рублей в первом квартале 2016 года. Во втором квартале сумма займа была увеличена до 1 211 249 рублей 24 копеек при доходе за полугодие – 1 467 043 рубля.

Подобное распределение доходов кредитора (незначительный доход с учетом сумм предоставленных должнику денежных средств) указывает на то, что кредитором, вероятно, денежные средства для предоставления займа были получены в качестве прибыли от участия в ООО «Красный Яр», которое является участником должника.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает обоснованным вывод суда первой инстанции о том, что сложившиеся между должником и кредитором     Алексеевым П.Н. правоотношения по договору от 12.08.2015 № 13/1 носят корпоративных характер, представляют собой способ увеличения оборотных активов должника, без документального оформления увеличения уставного капитала должника через участие в ООО «Красный Яр» (единственном участнике должника). 

Именно участники, а не внешние кредиторы, вступившие с обществом в отношения на рыночных условиях, должны нести риск банкротства подконтрольного им общества. Такой риск можно считать частью предпринимательского риска в целом, и его наличие не зависит от добросовестности и разумности действий участников общества. Если они действовали разумно и добросовестно, но в отношении общества введена процедура банкротства, было бы несправедливо распределять конкурсную массу на равных основаниях между внешними кредиторами, которые не имели возможности влиять на ведение бизнеса должником, и участниками общества, даже при условии, что последние напрямую не виноваты в банкротстве. Соответственно, требования заимодавцев - участников должника не могут быть включены в реестр требований кредиторов на основании статьи 2 Закона о банкротстве (поскольку данные требования вытекают из участия кредитора в уставном капитале должника).

Оценив представленные доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Суд первой инстанции полно и всесторонне исследовал материалы дела и дал им правильную оценку и не допустил нарушения норм материального и процессуального права.

При таких обстоятельствах, Третий арбитражный апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для отмены оспариваемого судебного акта.

Согласно положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подпункта 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, уплата государственной пошлины в случае подачи апелляционных жалоб на определения, не указанные в приведенном подпункте статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, не предусмотрена.

Руководствуясь статьями 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Третий арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 15 июня 2018 года по делу № А33-18020/2017к2 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Настоящее постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд, принявший определение.

 

Председательствующий

Л.Е. Споткай

Судьи:

И.Н. Бутина

 

Ю.В. Хабибулина