АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

 http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции 

 

Нижний Новгород

Дело № А43-36040/2021

23 октября 2024 года

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09.10.2024.

 

Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Белозеровой Ю.Б.,

судей Елисеевой Е.В., Ионычевой С.В.,

 

при участии представителей

ФИО1: ФИО2 по доверенности от 13.08.2.024,

ФИО3: ФИО4 по доверенности от 03.10.2022,

общества с ограниченной ответственностью «ПБК»: 

ФИО5 по доверенности от 01.08.2024 (в судебном заседании 02.10.2024),

акционерного общества «Дом.РФ»: 

ФИО6 по доверенности от 05.12.2023 (в судебном заседании 02.10.2024), 

ФИО7 по доверенности от 13.12.2023 (в судебном заседании 09.10.24),

ФИО8: ФИО9

по доверенности от 27.02.2024 (в судебном заседании 02.10.2024),

 

рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы 

ФИО1 и ФИО3 

на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.02.2024  и 

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 

по делу № А43-36040/2021

 

по заявлению ФИО3 

о включении требований в реестр требований кредиторов должника – 

общества с ограниченной ответственностью «ПБК» 

(ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),

 

и   у с т а н о в и л : 

 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «ПБК» (далее – общество «ПБК», должник) в Арбитражный суд Нижегородской области обратился ФИО3 с заявлением о включении требований в сумме 327 155 986 рублей 46 копеек в реестр требований кредиторов должника. 

            Заявление мотивировано наличием у должника неисполненных обязательств по оплате выполненных обществом с ограниченной ответственностью «Деметра+» (далее – общество «Деметра+») работ, подтвержденных вступившим в законную силу судебным актом, право требования исполнения которых передано ФИО3 ФИО1 на основании договора уступки права требования (цессии) от 12.05.2022.

При рассмотрении обособленного спора в суде первой инстанции ФИО1 заявил ходатайство о проведении процессуального правопреемства кредитора по требованию в связи с расторжением сторонами договора уступки права требования (цессии) от 12.05.2022.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета обособленного спора, привлечено общество с ограниченной ответственностью «Гранд – НН» (далее – общество «Гранд – НН»). 

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 29.02.2024, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024, отказал в удовлетворении заявленного требования.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО1 и       ФИО3 обратились в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационными жалобами, в которых просят отменить определение от 29.02.2024 и постановление             от 31.05.2024 и принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований.

В кассационной жалобе ФИО3 указывает на ошибочность выводов судов, положенных в основу судебных актов. Так, заявитель не согласен с заключением судов о невозможности расторжения договора уступки права требования по причине его прекращения реальным исполнением. Расторжение договора цессии фактически является соглашением сторон об обратной уступке, что не противоречит закону и не нарушает права третьих лиц. Кроме того, обязательства по договору цессии от 12.05.2022 исполнены не в полном объеме, поскольку ФИО3 не предан исполнительный лист, подтверждающий размер задолженности. 

Заявитель кассационной жалобы оспаривает вывод судов о противоправности целей ФИО3 и ФИО1 при заключении договора цессии и последующем его расторжении, полагает его несоответствующим установленным по делу обстоятельствам и представленным доказательствам. Кредитор отмечает, что в материалах дела отсутствуют доказательства аффилированности ФИО1 с должником; финансовая возможность ФИО1 оплатить цену первоначального договора уступки права требования, заключенного с обществом «Деметра+», подтверждена самим фактом ее оплаты. Вывод судов об отсутствии у ФИО1 финансовой возможности возвратить         ФИО3 оплаченную цессионарием цену договора после его расторжения противоречит выводу об отсутствии у ФИО3 финансовой возможности оплатить цену договора при его заключении.

ФИО3 считает, что судами неверно применены положения статьи 322 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о возможности восстановления пропущенного срока на принудительное исполнение судебного акта только на основании соответствующего определения арбитражного суда, поскольку в рассматриваемом споре на дату обращение ФИО3 с заявлением срок на принудительное исполнение  судебного акта не истек.

Кассатор полагает ошибочным вывод о том, что размер права требования в рассматриваемом споре составляет 290 000 рублей, поскольку он основан на неверном толковании процессуального поведения ФИО1 при рассмотрении его заявления о банкротстве общества «ПБК» в деле № А43-22854/2018. Действия ФИО1 в указанном деле были направлены на отказ от заявления о банкротстве должника и несения связанных с этим затрат, а не от материального права требования к должнику. Фактическое исполнение обязательств перед ФИО1 должником не производилось.

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержал доводы кассационной жалобы, дополнительно пояснил, что решение о расторжении договора уступки права требования от 12.05.2022 принято сторонами в связи с длительным отсутствием возможности реализовать право кредитора посредством включения уступленного права требования в реестр требований кредиторов общества «ПБК» и наличием судебного спора о признании недействительным первоначального договора цессии от 28.09.2020.

ФИО1 в кассационной жалобе указывает, что ФИО3 является надлежащим кредитором общества «ПБК», поэтому возможно как включение его требований в реестр требований кредиторов должника, так и проведение процессуального правопреемства на ФИО1 в связи с расторжением договора уступки.

Заявитель кассационной жалобы отмечает, что срок на принудительное исполнение решения Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу                         № А43-51463/2018 на дату обращения ФИО3 в суд с рассматриваемым заявлением не истек, поскольку прерывался предъявлением ФИО1 заявления о признании должника банкротом в деле № А43-22854/2018. Течение срока возобновлено 06.07.2021 после прекращения указанного дела о банкротстве.

ФИО1 также поддерживает доводы кассационной жалобы ФИО3 о том, что размер права требования в рассматриваемом споре составляет 327 155 986 рублей 46 копеек, и об отсутствии у него аффилированности с обществом «ПБК». 

Кроме того, кассатор обращает внимание суда округа на то, что в материалы обособленного спора были представлены доказательства наличия у него финансовой возможности оплатить первоначальную уступку права требования обществу «Деметра+» , поскольку в деле имеются копии платежных поручений об оплате цены договора. Возможность ФИО3 произвести оплату цены договора цессии от 12.05.2022 также подтверждена.

Подробно доводы заявителей изложены в кассационных жалобах и поддержаны представителями ФИО3 и ФИО10 в судебном заседании.

Кредитор должника акционерное общество «Дом.РФ» (далее – общество «Дом.РФ») в отзыве на кассационные жалобы и письменных пояснениях к нему указало на законность и обоснованность принятых по обособленному спору судебных актов. 

По мнению общества «Дом.РФ» ФИО3 не является надлежащим кредитором должника, поскольку право требования к должнику приобретено им до обращения в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов «ПБК», при этом в материалы обособленного спора не представлен судебный акт о проведении правопреемства взыскателя по делу № А43-51463/2018.

Кредитор считает верным вывод судов о пропуске заявителем установленного статьей 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации трехлетнего срока на принудительное исполнение судебного акта, а также об отсутствии у должника задолженности в указанном ФИО3 и ФИО1 размере. По мнению общества «Дом.РФ», в настоящее время задолженность общества «ПБК» по решению Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу № А43-51463/2018 составляет 290 000 рублей.

Общество «Дом.РФ» отмечает, что материалами дела не опровергнуты его доводы о сомнительном характере сделок по передаче права требования должника от общества «Деметра+» к ФИО1 и затем к ФИО11, а также от ФИО11 обратно к ФИО1  

Представитель общества «ПБК» в судебном заседании выразил согласие с доводами кассационных жалоб о предъявлении ФИО3 заявления о включении требований в реестр в пределах срока на принудительное исполнение судебного акта, а также об отсутствии в действиях сторон договоров цессии признаков злоупотребления гражданскими правами. Полагает ошибочным довод о наличии права требования к должнику в сумме, превышающей 290 000 рублей.

ФИО8 в письменных пояснениях обращает внимание суда округа на то, что в тексте обжалуемых судебных актов неверно указан размер права требования, которое было заявлено ФИО1 к включению в реестр требований кредиторов общества «ПБК» в деле № А43-22854/2018 (359 409 156 рублей). Указанный размер составлял 327 155 986 рублей 46 копеек, что отражено в судебных актах по делу № А43-22854/2018.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте слушания жалобы, явку представителей в заседание суда округа не обеспечили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

В судебном заседании, назначенном на 02.10.2024, по правилам статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 09.10.2024, после которого рассмотрение дела продолжено.

Законность обжалованных судебных актов проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном статьями 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установили суды, вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу № А43-51463/2018 с должника в пользу общества «Деметра+» взыскано 327 155 986 рублей 46 копеек задолженности по оплате работ по договорам подряда.

В последующем общество «Деметра+» и ФИО1 заключили договор уступки права требования (цессии) от 28.09.2020 № 3/Д, согласно которому право требования к обществу «ПБК» перешло к ФИО1 

Далее на основании договора уступки права требования (цессии) от 12.05.2022 ФИО1 передал право требования задолженности к обществу «ПБК» в размере    327 155 986 рублей 46 копеек ФИО3 

Указывая на отсутствие погашения задолженности, присужденной вступившим в законную силу решением Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу № А43-51463/2018, ФИО3 обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требований в размере 327 155 986 рублей 46 копеек в реестр требований кредиторов должника.

В процессе рассмотрения обособленного спора в суде первой инстанции      ФИО1 заявил ходатайство о проведении процессуального правопреемства кредитора в споре в связи с заключением 02.03.2023 соглашения о расторжении договора уступки права требования (цессии) от 12.05.2022.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды первой и апелляционной инстанций руководствовались положениями статей 4, 16, 71 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статей 10, 382, 384, 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 48, 321, 322 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, разъяснениями постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее – Постановление № 35).

Исследовав материалы дела, проверив обоснованность доводов, изложенных в кассационных жалобах, заслушав представителей участвующих в деле лиц, суд округа пришел к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемых судебных актов в силу следующего.

На основании пункта 6 статьи 16 Закона о банкротстве требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

В силу абзаца второго пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве разногласия по требованиям кредиторов, подтвержденным вступившим в законную силу решением суда в части их состава и размера, не подлежат разрешению арбитражным судом, рассматривающим дело о банкротстве, за исключением разногласий, связанных с исполнением судебных актов или их пересмотром.

Данное правило основано на принципе обязательности судебных актов (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статья 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). При наличии вступившего в законную силу решения суда, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд в рамках дала о банкротстве проверят лишь, не было ли данное решение пересмотрено (отменено, изменено), исполнялось ли оно и в какой части, определяет допустимость предъявления требований в деле о несостоятельности, очередность их удовлетворения.

Установление размера требований кредиторов осуществляется арбитражным судом в порядке, определенном статьями 71 и 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 Постановления № 35  разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 – 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором – с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 23 Постановления № 35, если требование кредитора подтверждено вступившим в законную силу судебным актом и подается лицом, являющимся правопреемником истца по соответствующему делу, то к такому требованию по смыслу пункта 1 статьи 71 или пункта 1 статьи 100 Закона о банкротстве должно быть приложено определение суда, принявшего решение, о процессуальном правопреемстве (статья 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). При переходе требования кредитора к другому лицу после принятия этого требования рассматривающим дело о банкротстве судом для производства данным судом замены кредитора его правопреемником не требуется предварительной замены его в деле, по которому было вынесено подтверждающее требование решение.

В соответствии с частью 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Для правопреемника все действия, совершенные в арбитражном процессе до вступления правопреемника в дело, обязательны в той мере, в какой они были обязательны для лица, которое правопреемник заменил (часть 3 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации)

В силу статей 382, 384 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона. Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды пришли к выводу о пропуске кредитором срока на принудительное исполнение решения Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу № А43-51463/2018 в связи с обращением с заявлением по истечении трех лет с даты вступления судебного акта в законную силу. При этом судами принято во внимание отсутствие судебного акта о восстановлении пропущенного срока для предъявления исполнительного листа (статья 322 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

Судебные инстанции установили, что переход права требования, основанного на решении Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу № А43-51463/2018, к ФИО3 состоялся 12.05.2022, то есть до его обращения в суд с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника (01.07.2022). При этом судебный акт о проведении процессуального правопреемства взыскателя в деле № А43-51463/2018 заявителем не представлен, что противоречит разъяснениям, содержащимся в пункте 23 Постановления № 35.

Кроме того, судами поставлена под сомнение реальность договора уступки права требования (цессии) от 28.09.2020 № 3/Д, заключенного между обществом «Деметра+» и ФИО1, а также реальность последующего договора цессии от 12.05.2022, по которому ФИО1 передал право требования ФИО3 и соглашения о его расторжении от 02.03.2023. Суды пришли к выводу об отсутствии надлежащих доказательств наличия у ФИО1 финансовой возможности оплатить цену договора уступки права требования (цессии) от 28.09.2020 № 3/Д и возвратить     ФИО12 оплаченную им цену договора от 12.05.2022.

Суды усмотрели в действиях ФИО1 и ФИО3 при заключении и расторжении договора цессии признаки злоупотребления гражданскими правами в связи с противоречивым процессуальным поведением и приняли во внимание доводы общества «Дом.РФ» о наличии у сторон договора цели установления требования в рамках дела, инициированного независимым кредитором, для последующего распределения конкурсной массы и голосов в пользу заявителя, то есть в ущерб независимым кредиторам должника.

Между тем, судами первой и апелляционной инстанции не учтено следующее.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и части 1 статьи 21 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве) исполнительный лист может быть предъявлен к исполнению в течение трех лет со дня вступления судебного акта в законную силу, или со следующего дня после дня принятия судебного акта, подлежащего немедленному исполнению, или со дня окончания срока, установленного при отсрочке или рассрочке исполнения судебного акта.

На основании части 3 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации срок предъявления исполнительного листа к исполнению прерывается предъявлением его к исполнению, если федеральным законом не установлено иное, частичным исполнением судебного акта.

Аналогичные положения закреплены в пункте 1 части 1 статьи 22 Закона об исполнительном производстве.

Обращение кредитора с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), основанном на вступившем в законную силу судебном акте, представляет собой особый способ удовлетворения такого требования, минуя органы принудительного исполнения судебных актов. Данное обращение является основанием для прерывания срока предъявления исполнительного листа к принудительному исполнению на основании части 3 статьи 321 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В случае, если исчисленный с учетом указанных положений срок принудительного исполнения на дату обращения кредитора в дело о банкротстве с заявлением о включении требований в реестр требований кредиторов должника составляет менее трех лет, он не является пропущенным и восстановление срока по правилам статьи 322 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не требуется.

 Выводы судебных инстанций об обратном противоречат указанным положениям Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и Закона об исполнительном производстве.  

Указывая на наличие обоснованных сомнений в реальности последовательных договоров уступки права требования от 29.09.2020 и 12.05.2022, суды исходили из необходимости доказывания финансовой возможности ФИО1 и ФИО3 оплатить цену договоров.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания мнимой сделки недействительной необходимо установить то, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Судами не учтено, что  для подтверждения отсутствия у сторон договора цессии намерения создать соответствующие данной сделке правовые последствия недостаточно установить лишь отсутствие оплаты цены договора. Данное обстоятельство является основанием для взыскания задолженности по договору, не для констатации его ничтожности.

Оценивая наличие у ФИО1 свободных денежных средств для оплаты цены договора уступки от 28.09.2020, суды не исследовали обстоятельства совершения сделки, в том числе не установили и не опровергли сам факт оплаты цены договора. Судами также не дана оценка обстоятельствам, которые могут подтверждать, либо опровергать намерение обеих сторон договора создать соответствующие данному виду сделок правовые последствия, а именно намерение общества «Деметра+» продать спорное право требования и цель ФИО1 его приобрести.

Аналогичным образом судами не дана оценка обстоятельствам заключения ФИО1 и ФИО3 договора уступки права требования от 12.05.2022, в том числе намерению ФИО3 реализовать право на судебную защиту путем обращения в арбитражный суд с заявлением о включении требований кредитора в реестр требований общества «ПБК».

В кассационных жалобах заявители ссылаются на наличие в материалах дела документов, подтверждающих факт оплаты цены договоров уступки права требования от 28.09.2020 и 12.05.2022, однако оценка данным доказательствам судами не дана.

Кроме того, признавая обоснованными доводы общества «Дом.РФ» о наличии сомнений в реальности заключенных договоров цессии, суды не установили аффилированности между ФИО1, ФИО3, должником и обществом «Деметра+».

Судебные инстанции указали на отсутствие оснований для включения требований, основанных на решении Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу                         № А43-51463/2018, в реестр требований кредиторов должника по причине отсутствия судебного акта о правопреемстве в указанном деле. 

Вместе с тем, суды не учли разъяснения, содержащиеся пункте 34 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», допускающие возможность проведения процессуального правопреемства в результате совершения последовательных уступок права требования на конечного цессионария, и не приняли во внимание возможность проведения процессуального правопреемства при переходе требования кредитора к другому лицу после принятия этого требования рассматривающим дело о банкротстве судом (пункт 23 Постановления № 35).

В результате суды не разрешили заявленное ФИО1 в рамках рассматриваемого обособленного спора ходатайство о проведении процессуального правопреемства стороны кредитора на основании соглашения от 02.03.2023 о расторжении договора уступки права требования от 12.05.2022, которое заключено после принятия к производству заявления о включении требований в реестр. Судами не дана оценка обстоятельствам, связанным с переходом права требования и заменой кредитора в спорном материальном правоотношении.

Указывая на наличие в действиях сторон при расторжении договора уступки признаков злоупотребления гражданскими правами, выразившимися в противоречивом поведении сторон и намерении расторгнуть уже исполненный договор, суды не дали оценку доводам ФИО3 о длительном отсутствии возможности реализовать право в связи с наличием судебного спора о включении его требований в реестр и оспариванием договора уступки от 28.09.2020.

Суды установили, что размер неисполненных обязательств общества «ПБК» по решению Арбитражного суда Нижегородской области от 09.04.2019 по делу                        № А43-51463/2018 составляет 290 000 рублей. Данное обстоятельство подтверждено вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Нижегородской области от 06.07.2021 о прекращении производства по делу о банкротстве общества «ПБК»           № А43-22854/2018, резолютивная часть которого объявлена 01.06.2021. В указанном деле представителем ФИО1 заявлено ходатайство об уменьшении размера требований к должнику с 327 155 986 рублей 46 копеек до 290 000 рублей. При прекращении производства по делу о банкротстве на основании заявления ФИО1 судом сделан вывод о том, что размер задолженности общества «ПБК» (ранее – общество с ограниченной ответственностью «Деметра») перед ФИО1 на дату рассмотрения заявления составляет 290 000 рублей.

Указанные обстоятельства с учетом части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации послужили основанием для вывода о передаче ФИО1 несуществующего права требования и одним из оснований для отказа в удовлетворении заявления.

Вместе с тем, наличие у должника основанных на вступившем в законную силу судебном акте неисполненных обязательств в размере 290 000 рублей лицами, участвующими в деле, не оспаривалось. Отсутствие материального права требования к должнику судами не установлено. Таким образом, оснований для отказа в удовлетворении требований в полном объеме по причине уступки не существующего права требования не имелось. 

Оценка обоснованности требований к должнику в указанной части в обжалуемых судебных актах не дана.

На основании изложенного вывод судов об отказе в удовлетворении заявления о включении требований в реестр требований кредиторов должника сделан при неправильном применении норм материального и процессуального права и неполном выяснении обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения спора.

В силу части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, основаниями для отмены решения, постановления являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права. 

Полномочия по установлению обстоятельств, имеющих значение для правильного и всестороннего рассмотрения дела, а также по оценке доказательств, доводов и возражений лиц, участвующих в деле, у суда кассационной инстанции отсутствуют в силу положений главы 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем допущенные арбитражными судами нарушения не могут быть восполнены на стадии кассационного рассмотрения дела. 

В связи с неполным выяснением существенных для обособленного спора обстоятельств определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.02.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 подлежат отмене с направлением дела на новое рассмотрение в арбитражный суд первой инстанции. 

При новом рассмотрении обособленного спора судам надлежит учесть изложенное, правильно применить положения процессуального и материального права и установить все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения заявления кредитора, принять законный и обоснованный судебный акт.

Вопрос о распределении расходов по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы судом округа не рассматривался, поскольку на основании части 3 статьи 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при отмене судебного акта с передачей дела на новое рассмотрение вопрос о распределении судебных расходов разрешается арбитражным судом, вновь рассматривающим дело. 

Руководствуясь статьями 286, 287 (пунктом 3 части 1), 288 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа  

 

П О С Т А Н О В И Л :

отменить определение Арбитражного суда Нижегородской области от 29.02.2024 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 31.05.2024 по делу              № А43-36040/2021.

            Направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

           Председательствующий

 

Ю.Б. Белозерова

 

 

Судьи

 

Е.В. Елисеева

С.В. Ионычева