АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИE

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А35-7089/2020

г.Калуга

24 января 2022 года

Резолютивная часть постановления оглашена: 18.01.2022

                        

Постановление

 изготоволено в полном объеме: 24.01.2022

Арбитражный суд Центрального округа  в составе:

Председательствующего

Андреева А.В.

Судей

Ивановой М.Ю.

ФИО1.

 

от заявителя жалобы:

от иных лиц, участвующих в деле:

ФИО2 - представитель по дов. от 29.12.2021;

не явились, извещены надлежаще.

 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО3 на постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда 27.10.2021 по делу № А35-7089/2020, 

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4 (ИНН 

<

***>) финансовый управляющий ФИО5 обратился в Арбитражный суд Курской области с заявлением, в котором просил признать договор дарения нежилого помещения, расположенного по адресу: 

<

...>, площадью 90,6 кв.м, заключенный 15.06.2018 между ФИО4 и ФИО3, недействительной сделкой и применить последствия её недействительности, в виде возврата в конкурсную массу ФИО4 указанного недвижимого имущества. 

Определением Арбитражного суда Курской области от 24.06.2021 в удовлетворении заявленных требований отказано.

Постановлением Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда 27.10.2021 (судьи: Г.В. Владимирова, Т.Б. Потапова, Т.И. Орехова) определение суда первой инстанции от 24.06.2021 отменено. Договор дарения нежилого помещения от 15.06.2018, заключенный между ФИО4 и ФИО3, признан недействительной сделкой и применены последствия недействительности сделки в виде обязания ФИО3 возвратить в конкурсную массу ФИО4 указанного недвижимого имущества.

Не согласившись с вынесенным постановлением апелляционного суда, ссылаясь на его незаконность и необоснованность, ФИО3 обратилась в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой просит судебный акт отменить.

Заявитель жалобы считает, что выводы суда не соответствуют фактическим обстоятельствам дела, а также приняты с нарушениями норм материального права.

Кассационная жалоба мотивирована тем, что, оспариваемая сделка неправомерно признана недействительной в отсутствие совокупности условий, предусмотренных ст. 62.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Заявитель полагает, что суд не учёл, что на дату совершения спорной сделки у ФИО4 отсутствовали неисполненные, либо просроченные обязательства. Заявитель считает, что совершение оспариваемой сделки не привело к утрате возможности кредиторов получить удовлетворение требований за счет имущества должника, что свидетельствует об отсутствии цели причинении вреда имущественным правам кредиторов должника и, как следствие, об отсутствии оснований для признания спорной сделки недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В судебном заседании представитель ФИО3 поддержала доводы кассационной жалобы по изложенным в ней мотивам.

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились. 

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в оспариваемом судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, оценив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия не находит оснований для отмены постановления Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда 27.10.2021.

Как следует из материалов дела и установлено судами, 15.06.2018 между ФИО4 и ФИО3 был заключен договор дарения, по условиям которого ФИО4 (даритель) безвозмездно передает в собственность ФИО3 (одаряемая) нежилое помещение, расположенное по адресу: 

<

...>, площадью 90,6 кв.м, этаж 1, кадастровый номер: 46:29:102272:262.

Решением Арбитражного суда Курской области от 06.10.2020 в отношении ФИО4 введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО5

Полагая, что сделка дарения от 15.06.2018 совершена должником в период подозрительности, в условиях отсутствия встречного предоставления с заинтересованным лицом, в связи с чем, является недействительной по пункту 2 статьи 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также в соответствии со статьями 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), как направленная на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Разрешая спор, суд первой инстанции, руководствуясь пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротства, а также исходя из разъяснений, содержащихся в  пунктах 5 - 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункте 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пришёл к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

Отменяя, вынесенное определение, суд апелляционной инстанции, указал на то, что должник произвел отчуждение ликвидного имущества в пользу своей матери – ФИО3, по смыслу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве являющейся заинтересованным лицом, по безвозмездной сделке при наличии принятых и неисполненных обязательств перед иными кредиторами, в результате совершения дарения спорное имущество было выведено из состава конкурсной массы должника, чем нарушены права и интересы других кредиторов. При этом, суд указал, что доводы сторон о том, что целью совершения договора дарения недвижимого имущества явилась болезнь матери должника, ввиду чего, ФИО4 (дочь) подарила спорное имущество ФИО3 для получения последней кредита в ПАО «Восточный экспресс банк», в обеспечение которого в залог было передано спорное имущество, а также о том, что первоначально спорное имущество приобреталось ФИО4 на денежные средства ФИО3, правового значения не имеют.

По мнению суда кассационной инстанции, выводы суда апелляционной инстанции являются верными и соответствуют нормам права, регулирующим спорные правоотношения.

Так, в силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Федеральном законе.

На основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, названных в абзацах третьем - пятом пункта 2 данной статьи Закона о банкротстве.

Оспариваемая сделка должника совершена 15.06.2018, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (07.09.2020), следовательно, она подпадает под период подозрительности, определенный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Исходя из разъяснений, изложенных в пунктах 5, 6 и 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума №63), для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки. При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Судом апелляционной инстанции установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелся ряд неисполненных обязательств перед кредиторами: АО «Банк Русский Стандарт», ПАО Сбербанк.

Также, судом установлено, что ФИО3 является матерью ФИО4, то есть заинтересованным по отношению к должнику лицом, что предполагает ее осведомленность о наличии у него неисполненных обязательствах, признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на дату заключения договора по безвозмездному отчуждению квартиры.

С учетом изложенного, оценив в совокупности по правилам статьи 71 АПК РФ собранные по делу доказательства, доводы и возражения лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции счёл, что при заключении договора дарения 15.06.2018 в пользу своей матери, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов, должник умышленно уменьшил объем своих активов, совершив недобросовестные действия по выводу ликвидного имущества в целях исключения возможности обращения на него взыскания (сохранив при этом за ним фактический контроль в рамках одной семьи), чем причинил кредиторам вред.

При этом апелляционный суд правомерно критически отнесся к поступившим от ответчика и должника пояснениям относительно цели совершения сделки дарения нежилого офисного помещения, поскольку они даны заинтересованными между собой лицами, противопоставляющими свои интересы правам независимых кредиторов, и какими-либо иными внешними объективными данными не подтверждены.

С точки зрения принципа добросовестности в ситуации существования значительных долговых обязательств, указывающих на возможность возникновения у гражданина-должника признака недостаточности имущества, его стремление одарить родственника не может иметь приоритет над необходимостью удовлетворения интересов кредиторов за счет имущества должника.

Вместе с тем, рассмотрев доводы финансового управляющего ФИО5 о необходимости квалификации договора дарения от 15.06.2018, как совершенного со злоупотреблением правом, суд пришел к правомерному выводу о неподтвержденности обстоятельств, свидетельствующих о наличии у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, установленных специальными нормами Закона о банкротстве.

Основания не согласиться с выводами суда у кассационной инстанции отсутствуют.

Доводы кассационной жалобы об отсутствии у ФИО4 на момент совершения сделки признаков неплатежеспособности, отклоняется окружным судом на основании следующего.

В соответствии с правовыми позициями Верховного Суда Российской Федерации, сформулированными в определении от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710(4), сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной; в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях; по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

Из материалов дела о банкротстве следует, что на дату совершения договора дарения 15.06.2018 у должника имелись неисполненные обязательства перед АО «Банк Русский Стандарт», ПАО Сбербанк, чьи требования в дальнейшем включены в реестр кредиторов должника.

Следовательно, при формировании условий сделки по распоряжению своим активом, а тем более не предполагающей получение встречного исполнения, должник, являющийся заемщиком, был обязан учитывать интересы своих кредиторов, как имеющихся в момент отчуждения имущества, так и необходимость погашения задолженности, срок погашения которой наступит после. Сделками по отчуждению имущества должник не вправе создавать невозможность исполнения уже принятых на себя обязательств в будущем, умышленно уменьшать объем активов.

Однако обстоятельства настоящего дела свидетельствует об отчуждении ФИО4 в пользу своей матери имущества, не защищенного исполнительским иммунитетом без учета установленных судом обстоятельств - безвозмездное отчуждение должником ликвидного имущества произведено при наличии у него неисполненных обязательств перед кредиторами в существенном размере, которые имели право на удовлетворение своих требований за его счет.

В целом доводы кассационной жалобы не опровергают выводов суда апелляционной инстанции и направлены на переоценку фактических обстоятельств спора, а также представленных в материалы дела доказательств.

Нарушений либо неправильного применения норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену постановления, судом не допущено.

С учетом изложенного кассационная жалоба удовлетворению не подлежит, а обжалуемый судебный акт следует оставить в силе.

Руководствуясь п.1 ч.1 ст.287, ст. 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда 27.10.2021 по делу № А35-7089/2020 оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном ст. 291.1 АПК РФ.

Председательствующий                                                               А.В.Андреев

Судьи                                                                                                         М.Ю. Иванова

                                                                                                                    ФИО1