ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  г. Москва

12.08.2019

                      Дело № А40-24347/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 05 августа 2019 года  

Полный текст постановления изготовлен 12 августа 2019 года 

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего судьи Е.Л. Зеньковой, 

судей: С.А. Закутской, Н.Н. Тарасова, 

при участии в заседании:

от ФИО1 – ФИО2, по доверенности от 29.06.2018, срок 3 года № 77/383-н/77-2018-6-303

от ФИО3 – ФИО4, по доверенности от 19.11.2018, срок 2 года, № 50/407-н/50-2018-17-922,

от ПАО «МОЭК» - ФИО5, по доверенности от 22.03.2019, срок до 28.09.2023,

от конкурсного управляющего ООО «УК Гольяново» - ФИО6, по доверенности от 09.01.2019, срок 1 год,

рассмотрев 05.08.2019 в судебном заседании кассационные жалобы ФИО1, ФИО7, ФИО3

на определение от 27.02.2019

Арбитражного суда города Москвы, 

вынесенное судьей Н.Л. Бубновой, 

на постановление от 22.04.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

принятое судьями М.С. Сафроновой, А.С. Масловым, П.А. Порывкиным, 

в части привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника ФИО3

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Управляющая компания Гольяново»,

установил:

решением Арбитражного суда города Москвы от 23.05.2017 должник – ООО «Управляющая компания Гольяново» признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.11.2018 ФИО9 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, конкурсным управляющим ООО «Управляющая компания Гольяново» утвержден ФИО10 

Арбитражный суд города Москвы определением от 27.02.2019 привлек к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Управляющая компания Гольяново»  ФИО11 и ФИО3 в размере 148 601 824, 66 руб., ФИО1, ФИО12 в размере 67 420 352, 94 руб., отказал конкурсному управляющему ООО «Управляющая компания Гольяново»  в удовлетворении заявления о взыскании с ФИО11 убытков в размере 39 562 560, 72 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019  определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 оставлено без изменения, апелляционные жалобы ФИО1, ФИО3, ФИО7 – без удовлетворения.  

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО1 обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и принять новый судебный акт, отказав в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО1

Также в Арбитражный суд Московского округа обратился ФИО12 с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7 и принять новый судебный акт, отказав в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7

ФИО3 также обратилась в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит, с учетом уточнений, отменить определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019, постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 и в указанной части направить спор на новое рассмотрение.

В обоснование доводов кассационных жалоб заявители указывают на неправильное применение судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права в обжалуемых частях, на несоответствие выводов судов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.  

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Определением Арбитражного суда Московского округа от 05.08.2019 на основании статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по делу №А40-24347/17 судья Н.Я. Мысак заменен на судью С.А. Закутскую в связи с отпуском судьи Мысака Н.Я.

В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации к материалам дела приобщены отзывы, согласно которым кредитор ПАО «МОЭК» просит отказать ФИО7, ФИО3 в удовлетворении кассационных жалоб, обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании представитель ФИО1 доводы своей кассационной жалобы и жалобы ФИО7 поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в них. 

Представитель ФИО3 доводы своей кассационной жалобы поддержал в полном объеме по мотивам, изложенным в ней.

Представитель ПАО «МОЭК» и представитель конкурсного управляющего должника возражали против доводов всех кассационных жалоб. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив доводы кассационных жалоб, исследовав материалы дела, заслушав явившихся в судебное заседание лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права в обжалуемых частях судебных актов, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам в обжалуемых частях, суд кассационной инстанции приходит к следующим выводам. 

          Суд округа проверяет указанные судебные акты только в обжалуемых частях в пределах заявленных доводов кассационных жалоб.

Из содержания обжалуемых судебных актов усматривается, что суды пришли к выводу о том, что при рассмотрении указанного заявления конкурсного управляющего подлежат применению положения о субсидиарной ответственности в редакции Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, поскольку заявления конкурсного управляющего и конкурсного кредитора о привлечении к субсидиарной ответственности поданы в Арбитражный суд города Москвы после 01.07.2017. 

Так судами установлено, что на начало 2014 года у должника имелась задолженность перед ПАО «МОЭК», возникшая по договору теплоснабжения от 01.12.2010 № 04.303186-ТЭ, в соответствии с которым в период с декабря 2013 года по апрель 2014 года, с октября 2014 года по декабрь 2014 года ПАО «МОЭК» отпустило ответчику через присоединенную сеть тепловую энергию и горячую воду, которая подтверждена вступившим в законную силу решением Арбитражного суда города Москвы от 13.07.2016 по делу А40-154620/15 и включена в реестр требований кредиторов должника в размере 123 244 000 руб. - основной долг, 20 108 671, 28 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами. В соответствии со справкой о задолженности по выставленному счёту сумма задолженности за декабрь 2013 г. составляет 6 417 422, 83 руб.

В этой связи судами сделан вывод о том, что заявление о признании должника банкротом должно было быть направлен в арбитражный суд не позднее 01.05.2014, поскольку по состоянию на 01.04.2014 ООО «УК «Гольяново» уже имело просроченную задолженность сроком более трех месяцев в размере более 300 000 рублей, следовательно, 01.04.2014 ООО «УК «Гольяново» имело признаки банкротства, однако, указанная обязанность не была исполнена.

Кроме того, судами установлено, что после указанной даты задолженность ООО «УК «Гольяново» продолжала увеличиваться, в том числе и перед другими кредиторами. Данный довод подтверждается определением суда по настоящему делу (решение ФНС России № 92 об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 20.07.2016 в размере 1 503 517 руб. - основной, долг, 307 066,49 руб. - пени); определением суда от 22.11.2017 (ООО «Спецтранс-Сити» за период: май 2014 - декабрь 2014 г. в размере: 2 410 000 руб. - основной долг, 401 456, 31 руб. - проценты за пользование чужими денежными средствами); определением суда от 29.05.2018 (АО «Мосводоканал» за период с 01.10.2014 по 31.12.2014 в размере 279 788, 12 руб. - основной долг).

Также судами установлено, что анализ бухгалтерского баланса должника за 2013 год указывает на то, что по состоянию на 31.12.2012 совокупный размер кредиторской задолженности должника составлял 141 162 тыс. рублей, по состоянию на 31.12.2013 указанный показатель составлял уже 196 739 тыс. рублей. Активами должника по состоянию на 31.12.2012 являлись основные средства - 181 тыс. руб., дебиторская задолженность - 88 746 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 2 115 тыс. руб.; по состоянию на 31.12.2013 основные средства - 98 тыс. руб., дебиторская задолженность -106 290 тыс. руб., денежные средства и денежные эквиваленты - 3 059 тыс. руб. При этом в 2012 году предприятием получен убыток в 50 818 тыс. руб., в 2013 году убытки составили уже 86 570 тыс. руб.

Суды указали, что в соответствии с п. 12.1.1 Устава ООО «УК «Гольяново» высшим органом общества является общее собрание участников общества. К компетенции общего собрания участников общества относится ряд вопросов, одним из которых является - утверждение годовых отчётов и годовых бухгалтерских балансов общества (пп. 4, п. 12.2.1 устава). Обязательный экземпляр составленной годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности представляется не позднее трех месяцев после окончания отчетного периода. 

           Таким образом, суды посчитали, что  бухгалтерский баланс должника за 2013 год рассмотрен и утверждён участниками должника до 01.04.2014, должник на указанную дату уже обладал признаками неплатёжеспособности и участники должника ФИО1 (размер доли - 51%), ФИО12 (размер доли - 23,5 %), утверждая годовой баланс должника за 2013 год, не могли об этом не знать.

В этой связи  суды пришли к выводу о том, что каждый участник должника (ФИО1 (размер доли - 51 %), ФИО12 (размер доли - 23,5 %), обладая более чем 10% долей в уставном капитале должника, будучи осведомлёнными по состоянию на 01.04.2014 о неплатёжеспособности ООО «УК «Гольяново», и зная, что директором должника - ФИО13 по состоянию на 01.05.2014 заявление о признании должника банкротом не подано, были обязаны созвать собрание участников и потребовать от генерального директора проведения внеочередного общего собрания участников общества, с целью принятия решения об обращении в Арбитражный суд с заявлением о признании общества банкротом, которое должно было состояться не позднее 01.05.2014, однако указанная обязанность участниками должника не исполнена, внеочередное общее собрания участников общества по указанному вопросу не проводилось.

При этом судами установлено, что производство по делу о несостоятельности (банкротстве) возбуждено только 15.02.2017 по заявлению конкурсного кредитора ПАО «МОЭК».

Таким образом, судами сделан вывод о том, что факт неисполнения обязанности контролирующих должника лиц по своевременному инициированию процедуры банкротства ООО «УК «Гольяново», по подаче заявления должника в арбитражный суд, по созыву собрания участников для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения подтверждён материалами дела о банкротстве должника, а также представленными доказательствами. 

              Кроме того, суды  исходили из того, что ПАО «МОЭК» в материалы дела представлены достаточные и достоверные доказательства совершения ФИО3 как действий, ставших необходимой причиной объективного банкротства, так и бездействия, существенно ухудшившего финансовое положение должника и создавшего условия для дальнейшего роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств.

Суд кассационной инстанции считает, что исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций в части привлечения ФИО3  к субсидиарной ответственности по обязательствам должника правильно определили правовую природу спорных правоотношений, с достаточной полнотой установили все существенные для дела обстоятельства в указанной части, которым дали надлежащую правовую оценку и пришли к правильным выводам по следующим основаниям.   

В Определении от 31.03.2016 № 309-ЭС15-16713 Верховный Суд Российской Федерации сформулировал правовую позицию, согласно которой, исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно не только по отношению к возглавляемому им юридическому лицу, но и по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

В силу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

При нарушении указанной обязанности несколькими лицами эти лица отвечают солидарно.

Пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве устанавливает, что размер ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного пунктами 2-4 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).

Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Согласно пункту 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если:

удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; органом должника, уполномоченным в соответствии с его учредительными документами на принятие решения о ликвидации должника, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

органом, уполномоченным собственником имущества должника - унитарного предприятия, принято решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника;

обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника;

должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Пункт 2 статьи 9 Закона о банкротстве устанавливает, что заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность определена как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В соответствии с пунктом 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016) при разрешении заявления уполномоченного органа о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве следует учитывать, что его обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника возникает в момент, когда находящийся в сходных обстоятельствах добросовестный и разумный менеджер в рамках стандартной управленческой практики должен был узнать о действительном возникновении признаков неплатежеспособности либо недостаточности имущества должника.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Одним из правовых механизмов, обеспечивающих защиту кредиторов, не осведомленных по вине руководителя должника о возникшей существенной диспропорции между объемом обязательств должника и размером его активов, является возложение на такого руководителя субсидиарной ответственности по новым гражданским обязательствам при недостаточности конкурсной массы.

Момент подачи заявления о банкротстве должника имеет существенное значение и для разрешения вопроса об очередности удовлетворения публичных обязательств. Так, при должном поведении руководителя, своевременно обратившегося с заявлением о банкротстве возглавляемой им организации, вновь возникшие фискальные обязательства погашаются приоритетно в режиме текущих платежей, а при неправомерном бездействии руководителя те же самые обязательства погашаются в общем режиме удовлетворения реестровых требований (пункт 1 статьи 5, статья 134 Закона о банкротстве).

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о 15 банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Исходя из этого,  законодатель в абзаце 2, пункта 2, статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмировал наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника заявления о банкротстве и негативными последствиями для кредиторов и уполномоченного органа в виде невозможности удовлетворения возросшей задолженности.

В соответствии с пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

При неисполнении руководителем должника, ликвидационной комиссией в установленный срок обязанности по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве, решение об обращении в суд с таким заявлением должно быть принято органом управления, к компетенции которого отнесено разрешение вопроса о ликвидации должника (пункт 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве).

По смыслу пункта 3.1 статьи 9, статьи 61.10, пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве лицо, не являющееся руководителем должника, ликвидатором, членом ликвидационной комиссии, может быть привлечено к субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника о собственном банкротстве при наличии совокупности следующих условий:

это лицо являлось контролирующим, в том числе исходя из не опровергнутых им презумпций о контроле мажоритарного участника корпорации (подпункт 2 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве), о контроле выгодоприобретателя по незаконной сделке (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве) и т.д.;

оно не могло не знать о нахождении должника в таком состоянии, при котором на стороне его руководителя, ликвидационной комиссии возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве, и о невыполнении ими данной обязанности:

данное лицо обладало полномочиями по созыву собрания коллегиального органа должника, к компетенции которого отнесено принятие корпоративного решения о ликвидации, или обладало полномочиями по самостоятельному принятию соответствующего решения;

оно не совершило надлежащим образом действия, направленные на созыв собрания коллегиального органа управления для решения вопроса об обращении в суд с заявлением о банкротстве или на принятие такого решения.

Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Кроме того, в соответствии с положениями статьи 30 Закона о банкротстве в случае возникновения признаков банкротства, установленных пунктом 2 статьи 3 настоящего Федерального закона, или обстоятельств, предусмотренных статьей 8 или 9 настоящего Федерального закона, руководитель должника обязан включить сведения о наличии таких обстоятельств в Единый федеральный реестр сведений о фактах деятельности юридических лиц в течение десяти рабочих дней с даты, когда руководителю стало или  должно было стать известно об их возникновении, а также в разумный срок предпринять все зависящие от него разумные необходимые меры, направленные на предупреждение банкротства должника.

               Аналогичная позиция предусмотрена и пунктом 29 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 14.11.2018.

В данном обособленном споре судами верно установлено и подтверждено материалами дела, что вышеуказанная обязанность ФИО3, как генеральным директором Обществом не была исполнена и ею не предприняты все зависящие,  разумные и  необходимые меры, направленные на предупреждение банкротства должника.

          Кроме того, судами установлено, что основанием для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 явились  факты совершения в период исполнения обязанностей генерального директора сделок, причинивших вред кредиторам.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказывать обязательства, на которое оно ссылается как на основание своих требований и возражений. 

Под достаточностью доказательств понимается такая их совокупность, которая позволяет сделать однозначный вывод о доказанности или о недоказанности определенных обстоятельств.

В соответствии с частью 1 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Опровержения названных установленных судами первой и апелляционной инстанций обстоятельств в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 в материалах дела отсутствуют, в связи с чем суд кассационной инстанции считает, что выводы судов в указанной части основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу и соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства. 

Суды обеих инстанций в данной части правильно применили нормы материального права, не допустив нарушений норм процессуального права, являющихся безусловным основанием для отмены судебного акта. 

Доводы кассационной жалобы ФИО3 изучены судом, однако, они подлежат отклонению, поскольку данные доводы основаны на неверном толковании норм права, с учетом установленных судами фактических обстоятельств дела. Кроме того, указанные в кассационной жалобе доводы были предметом рассмотрения и оценки суда апелляционной инстанции и были им обоснованно отклонены. Доводы кассационной жалобы ФИО3 направлены на несогласие с выводами судов и связаны с переоценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных судами обстоятельств, что находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Таким образом, на основании вышеизложенного суд кассационной инстанции считает, что оснований  для удовлетворения кассационной жалобы ФИО3  не имеется.  

Вместе с тем, суд кассационной инстанции считает, что обжалуемые судебные акты в части привлечения ФИО1 и ФИО7 подлежат отмене по следующим основаниям. 

Так суды обеих инстанций в обжалуемых судебных актах пришли к выводу о  не исполнении ФИО1 и ФИО7, как участниками Общества, обязанности предусмотренной пунктом 3.1 статьи 9 и статьи  61.12 ФЗ Закона о банкротстве, по созыву внеочередного собрания участников для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом), установив необходимую дату для такого обращения – 01.05.2014.

           Вместе с тем действие данной нормы было введено Федеральным законом от 29.07.2017 №266-ФЗ. 

Как предусмотрено пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 №266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (в редакции настоящего Федерального закона).

В данном случае заявление конкурсного кредитора и конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности участников общества поступило в суд после 01.07.2017.

Порядок введения в действие соответствующих изменений в Закон о банкротстве с учетом Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 №137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 №73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации» означает следующее.

Правила действия процессуального закона во времени приведены в пункте 4 статьи 3 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, где закреплено, что судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Между тем, действие норм материального права во времени, подчиняется иным правилам - пункту 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие; действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, прямо предусмотренных законом. 

Как следует из правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации, в частности изложенных в постановлениях от 22.04.2014 №12-П и от 15.02.2016 №3-П. преобразование отношения в той или иной сфере жизнедеятельности не может осуществляться вопреки общему (основному) принципу действия закона во времени, нашедшему отражение в статье 4 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Данный принцип имеет своей целью обеспечение правовой определенности и стабильности законодательного регулирования в России как правовом государстве и означает, что действие закона распространяется на отношения, права и обязанности, возникшие после введения его действий; только законодатель вправе распространить новые нормы на факты и порожденные ими правовые последствия, возникшие до введения соответствующих норм в действие, то есть придать закону обратную силу, либо, напротив, допустить в определенных случаях возможность применения утративших силу норм.

          При этом согласно части 1 статьи 54 Конституции Российской Федерации закон, устанавливающий или отягчающий ответственность, обратной силы не имеет.

Таким образом, подлежит применению подход, изложенный в пункте 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, по которому к материальным правоотношениям между должником и контролирующими лицами подлежит применению редакция Закона о банкротстве, действовавшая на момент возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к такой ответственности. Основания привлечения к субсидиарной ответственности на дату обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением, рассматриваемыми в рамках настоящего обособленного спора в деле о банкротстве Общества, определялись статьей 9.10 Закона о банкротстве, действовавшего в период, указанный заявителем в качестве основания для возникновения соответствующей обязанности (на май 2014 года). 

Статья 9 Закона о банкротстве в редакции, подлежащей применению к настоящему обособленному спору (редакция Федерального закона № 46 от 12.03.2014, начало действия редакции - 12.03.2014 (за исключением отдельных дополнений, внесенных Федеральным законом от 28.12.2013 №410-ФЗ) не содержала обязанность по созыву собрания участников, не исполнение которой повлекло бы привлечение к субсидиарной ответственности.

В соответствии с частью 2 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции на отчетную дату правоотношений, неподача заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктом 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Применение судами в данной части положений пункта 3.1 статьи 9 и статьи 61.12 Закона о банкротстве в части оценки действий именно участников – ФИО1, ФИО7,  ошибочно, не соответствует пункту 2 Информационного письма Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137, что привело к принятию неправильного судебного акта.

Кроме того, в обжалуемых судебных актах суды обеих инстанций не дали никакой оценки представленным доводам и доказательствам со стороны ответчиков ФИО1 и ФИО7, при этом суды указали, что ответчики не принимали меры,  направленные на предупреждение банкротства должника. 

Вместе с тем, материалы настоящего обособленного спора содержат отзыв ФИО1, в котором содержится информация о мероприятиях проводимых руководством и участниками для устранения причин финансовых трудностей общества и по предупреждению банкротства должника в соответствии со статьей 30 Закона о банкротстве.  Данные доводы не были проверены и оценены судами.

Согласно части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Основаниями для изменения или отмены решения, постановления арбитражного суда первой и апелляционной инстанций согласно части 1 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются несоответствие выводов суда, содержащихся в решении, постановлении, фактическим обстоятельствам дела, установленным арбитражным судом первой и апелляционной инстанций, и имеющимся в деле доказательствам, нарушение либо неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

          С учетом вышеизложенного, суд кассационной инстанции считает, что вывод судов в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО7 по обязательствам должника сделаны при неправильном применении норм материального права, без установления всех фактических обстоятельств дела, без проверки и оценки всех доводов и доказательств, представленных данными ответчиками.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

Аналогичные требования предъявляются к судебному акту апелляционного суда в соответствии с частью 2 статьи 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, суд кассационной инстанции приходит к выводу, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части привлечения ФИО1 и ФИО7 к субсидиарной ответственности, поскольку, устанавливая фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, суды не в полной мере исследовали имеющиеся в деле доказательства и доводы этих ответчиков о принятых ими мерах, в связи с чем для принятия обоснованного и законного судебного акта обособленный спор в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1 и ФИО7 подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы, в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора суду первой инстанции в указанной части следует учесть изложенное, всесторонне, полно и объективно, с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт в данной части.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 по  делу №А40-24347/17 в части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО1, ФИО7 отменить.

В отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В части привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3 определение Арбитражного суда города Москвы от 27.02.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.04.2019 по  делу №А40-24347/17 оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Председательствующий-судьяЕ.Л. Зенькова  

Судьи: С.А. Закутская  

                                                                  Н.Н. Тарасов