ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-2785/2019

01 июня 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     29 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  01 июня 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Слоневской А.Ю.,

судей  Сотова И.В., Тойвонена И.Ю.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:  

от конкурсного управляющего: ФИО2 по доверенности от 01.09.2020;

от ФИО3: ФИО4 по доверенности от 04.04.2022;

от уполномоченного органа: ФИО5 по доверенности от 16.01.2023;

от ФИО6: ФИО7 по доверенности от 06.09.2022; 

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер  13АП-7974/2023, 13АП-7976/2023) ФИО6 и ФИО3 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 13.02.2023 по обособленному спору № А56-2785/2019/сд.1, принятое 

 

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Сфера» 

к ФИО8 и ФИО6 

о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности сделки 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) обществом с ограниченной ответственностью «Сфера», 

 

установил:

решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.10.2019 общество с ограниченной ответственностью «Сфера» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>; Санкт-Петербург, ул.Пушкинская, д.19, лит.А; далее – Общество) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утвержден ФИО9. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 14.12.2019.

 

Конкурсный управляющий Обществом 26.02.2020 обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительным договора купли-продажи автомобиля Mersedes Benz G500, 2015 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> номер двигателя 27396 330477980, шасси                      № 

<

***>, цвет черный от 28.12.2018, заключенного между Обществом и ФИО8; применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО8 в пользу Общества  рыночной стоимости автомобиля в размере 4 333 333 руб.

Определением суда от 28.02.2021, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.06.2021, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.10.2021 судебные акты первой и апелляционной инстанции по спору №А56-2785/2019/сд.1 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

При новом рассмотрении определением суда от 10.03.2022 ФИО6 привлечена к рассмотрению обособленного спора в качестве соответчика.

Конкурсный управляющий уточнил заявление, просит признать недействительным договор купли-продажи автомобиля (Mercedes-Benz G500; номер двигателя: 27396 330477980; шасси № (VIN) 

<

***>; год выпуска 2015; цвет: черный) от 26.09.2019, заключенный между Обществом в лице ФИО3 (продавец) и ФИО8 (покупатель); договор купли-продажи указанного автомобиля от 28.12.2018, заключенный между Обществом в лице ФИО3 (продавец) и ФИО8 (покупатель); договор купли-продажи от 26.09.2019, заключенный между ФИО8 и ФИО6; применить последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу должника денежных средств в размере, равном рыночной стоимости автомобиля автомобиля Mersedes Benz G500; номер двигателя: 27396 330477980; шасси № 

<

***>; год выпуска 2015; цвет: черный, а именно, 4 336 925 руб.

Определением суда от 13.02.2023 заявление конкурсного управляющего Обществом удовлетворено.

Не согласившись с определением суда от 13.02.2023, ФИО6 и ФИО3 обратились с апелляционными жалобами, в которых просят отменить определение, принять новый судебный акт, отказать в удовлетворении заявления.

ФИО3 в жалобе ссылается на то, что суд первой инстанции необоснованно отказал в удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания. Податель жалобы указывает на то, что в постановлении кассационного суда  от 08.10.2021 указано, что общая сумма ремонта составила 1 430 910 руб., при этом рыночная стоимость автомобиля до повреждения составляла 4 333 333 руб. Податель жалобы обращает внимание на то, что представленное ФИО3 экспертное заключение в обосновании понижения стоимости автомобиля не принято судом первой инстанции во внимание.

ФИО6 в жалобе ссылается на то, что согласно ответу ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области № 12/10-17091 от 03.06.2022  подтвержден факт ДТП с участием спорного автомобиля. Податель жалобы указывает на то, что страховой полис выдан ФИО3 только до момента фактической передачи автомобиля после ремонта ФИО6 и доставки автомобиля в город Санкт-Петербург. 

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, о времени и месте судебного заседания размещена в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». 

Дополнения к апелляционной жалобе ФИО6 не приобщены к материалам дела на основании части 5 статьи 159 АПК РФ, поскольку представлены с нарушением требований части 3 статьи 65 АПК РФ.

В судебном заседании представители подателей жалоб поддержали доводы своих жалоб; конкурсный управляющий поддержал заявление об оспаривании сделок. 

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, Общество (продавец) и ФИО8 (покупатель) 28.12.2018 заключили договор купли-продажи автомобиля с обременением (далее – договор), согласно которому продавец передал в собственность покупателю автомобиль с обременением (ограничение на регистрационные действия), а покупатель обязался принять и оплатить его.

Стоимость автомобиля определена в размере 200 000 руб. (пункт 3.1 договора).

В акте приема-передачи автомобиля от 28.12.2018 покупатель указал, что претензий по техническому состоянию и комплектности не имеет.

ФИО8 и ФИО10 заключили договор купли-продажи от 26.09.2019, согласно которому транспортное средство Mercedes-Benz G500, 2015 года выпуска, VIN 

<

***> отчуждено ФИО8 в пользу ФИО10 также по цене 200 000 руб. (пункт 3.1 договора).

Согласно сведениям Управления ГИБДД ГУ МВД России по городу Санкт-Петербургу и Ленинградской области 09.08.2020 внесена запись о получении ФИО6 государственного регистрационного знака на спорный автомобиль. Смена собственника с ФИО8 на ФИО6 зарегистрирована 27.09.2019.

Согласно документам от ГУ МВД по Краснодарскому краю, в частности страховому полису N 5023978434, ФИО6 (последний покупатель спорного автомобиля) доверяет управление спорным транспортным средством ФИО3 При этом в страховом полисе указан только ФИО3, которому предоставлено  право управления спорным автомобилем, в связи с чем управляющий полагает, что ФИО6 являлась номинальным владельцем и не имела право управлять автомобилем.

Конкурсный управляющий полагает, что имеются основания для признания указанных договоров купли-продажи автомобиля недействительными в соответствии положениями статей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее –  Закон о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий: стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В данном случае заявление о признании Общества несостоятельным (банкротом) принято судом к производству 14.02.2019; оспариваемая договоры заключены 28.12.2018 и 26.09.2019, таким образом, могут быть признаны недействительной как по основаниям, установленным пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и по основаниям, предусмотренным пунктом 2 названной статьи.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление N 63), для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (пункт 7 Постановления N 63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 6 Постановления N 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Установленные абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 7 Постановления N 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

По мнению конкурсного управляющего, сделки совершены с участием заинтересованного лица ФИО3 в отсутствие доказательств наличия равноценного встречного равноценного исполнения со стороны первого и последнего покупателей в рамках оспариваемых сделок, в условиях неплатежеспособности должника, в результате чего правам и законным интересам кредиторов Общества причинен вред посредством уменьшения конкурсной массы.

В обоснование заниженной стоимости автомобиля ответчики ссылаются на произошедшее дорожно-транспортное происшествие, вследствие которого рыночная стоимость автомобиля снизилась до 200 000 руб.

Как установлено судом, в письме № 12/р-33200 от 18.11.2020 ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области сообщило, что на территории Санкт-Петербурга и Ленинградской области в период с 01.01.2020 по настоящее время ДТП с участием спорного автомобиля не зарегистрировано. В  ответе № 12/14540 от 12.05.2022 ГУ МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области повторно указало об отсутствии ДТП в отношении спорного автомобиля.

ГУ МВД России по Краснодарскому краю так же не подтвердило наличие зарегистрированных ДТП с участием спорного автомобиля. Не зарегистрированы ДТП и на территории города Новороссийска.

ГУ МВД России по Ростовской области в ответе № 30/р/1-16202 от 10.05.2022 сообщило, что сведения о дорожно-транспортных происшествиях с участием спорного автомобиля отсутствуют.

В письме от 13.07.2022 ОБ ДПС ГИБДД Управления МВД России по г. Ростов-на-Дону сообщило, что ДТП со спорным автомобилем в ОБ ДПС ГИБДД Управления МВД России по г.Ростов-на-Дону не зарегистрировано.

Таким образом материалами спора опровергаются доводы ответчиком о дорожно-транспортном происшествии с участием автомобиля Mersedes Benz G500, 2015 года выпуска, государственный номерной знак 

<

***> номер двигателя 27396 330477980, шасси № 

<

***>.

Представленные ответчиками фотографии автомобиля, находящегося в разукомплектованном состоянии, не позволяют идентифицировать данный автомобиль как спорный и установить принадлежность фотографий применительно к спорному транспортному средству. Фотоматериалы не содержат идентификационного номера автомобиля, а также иные сведения, в том числе двигателе, которые бы подтверждали, что на представленных документах изображен именно спорный автомобиль. 

Апелляционный суд отмечает, что на представленных ответчиками фото изображен полностью разукомплектованный автомобиль, который явно не соответствует спорному транспортному средству с повреждениями в результате ДТП, на которые так настаивают ответчики. Сведения о том, что в результате какого-либо ДТП с участием спорного транспортного средства у него возникли такие повреждения, как полностью отсутствующий двигатель, сиденья, панель приборов, коробка передач, стекла, двери, внутренняя обивка и т.п., суду не раскрыты. Обстоятельства разбора какого-то транспортного средства также не пояснены сторонами. 

В материалы обособленного спора поступил ответ ГУ МВД по Краснодарскому краю, в котором указано, что согласно страховому полису N 5023978434      ФИО6 (последний покупатель спорного автомобиля) доверяет управление спорным транспортным средством ФИО3 При этом в страховом полисе указан только ФИО3, как лицо, имеющее право управления спорным автомобилем. Данные обстоятельства свидетельствуют о том, что ФИО6 являлась номинальным владельцем и не имела право управлять автомобилем, поскольку ответчиком не опровергнуты разумные сомнения в целесообразности приобретения транспортного средства и оформлении полиса с правом вождения исключительно иным лицом. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве в целях названного Закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006          N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Таким образом, единственный участник должника ФИО3, являющийся аффилированным лицом по отношению к должнику в соответствии с Законом о банкротстве, продолжал использовать спорный автомобиль, в том числе после продажи автомобиля ФИО8, а в дальнейшем ФИО6, так как не утратил контроль над транспортным средством. 

ФИО8 также являлся промежуточным, номинальным собственником транспортного средства, поскольку в день заключения сделки с должником  перепродал автомобиль ФИО6 Приемлемые пояснения относительно обоснованности приобретения автомобиля у одного лица и продажи в этот же день по этой же цене иному лицу ФИО8 не привел. При регистрации права собственности ФИО6 выдала доверенность на ФИО11, которая является супругой ФИО8, что подтверждается сведениями из отдела записи актов гражданского состояния города Новороссийска Управления записи актов гражданского состояния Краснодарского края, полученными по запросу арбитражного суда.

Согласно бухгалтерскому балансу Общества по состоянию на 31.12.2018 указаны дебиторская задолженность 5 839 тыс. руб., запасы 50 540 тыс. руб., всего активов 56 379 тыс.руб. Долгосрочные обязательства и краткосрочные обязательства 72 672 тыс.руб. Таким образом, обязательства превышают активы на 16 293 тыс.руб., из чего следует, что на дату заключения сделки должник отвечал признаку недостаточности имущества.

При проведении финансового анализа в отношении Общества сделаны выводы о том, что должник в период с 2016 по 2019 годы обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества. Так, коэффициент промежуточной ликвидности в 2016 году составлял 0,731, в 2017 году составил 0,155 ед., в 2018 году коэффициент равнялся 0,081 ед., что говорит о возможности погашения краткосрочных обязательств за счет дебиторской задолженности только в 2016 году.

Коэффициент абсолютной ликвидности в 2016 и 2017 годы находился вне допустимых значениях данного показателя, что говорит об отсутствии ликвидности по данному показателю, а на конец 2018 года показатель был равен нулю.

С учетом коэффициентов ликвидности предприятия могут быть разделены на три рейтинговые группы: высшая категория, средняя категория и категория риска. Учитывая значения показателей ликвидности должника, его можно отнести к категории риска, так как не все показатели платежеспособности, во всех исследуемых периодах, имели рекомендуемое значение.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве неплатежеспособностью должника подразумевается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

К моменту заключения договора купли-продажи в открытых источниках, в том числе на интернет сайте картотека арбитражных дел, имелись сведения о 10 арбитражных делах, в рамках которых с Общества взысканы 11 034 225 руб. 46 коп.

На дату заключения сделки в отношении должника на возбуждены исполнительные производства на сумму 22 889 255 руб., что также отражено на сайте Федеральной службы судебных приставов Российской Федерации.

Таким образом, на дату совершения оспариваемой сделки перед кредиторами, включенными в реестр кредиторов должника, имелась задолженность, которая не погашены должником до настоящего времени, что указывает на наличие признака неплатежеспособности Общества на дату совершения оспариваемого договора.

Конкурсный управляющий представил в материалы спора заключение специалиста №104-22 от 25.11.2022 об оценке рыночной стоимости автомобиля Mercedes-Benz G500, 2015 года выпуска, VIN 

<

***>, согласно которому действительная стоимость автомобиля на 26.09.2019 составила     4 336 925 руб.

В свою очередь, оспариваемые конкурсным управляющим договоры не содержат ссылок на то, что транспортное средство находилось в технически неисправном и неэксплуатабельном состоянии, либо имело какие-то существенные недостатки, исключающие его эксплуатацию в обычном режиме.

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Осведомленность контрагента должника о противоправных целях сделки может доказываться через опровержимые презумпции заинтересованности сторон сделки между собой, знание об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках его неплатежеспособности или недостаточности у него имущества (пункт 7 Постановления N 63).

При разрешении подобных споров суду в том числе следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность такого лица.

Оценивая поведение покупателей спорного транспортного средства, суд первой инстанции не установил их заинтересованности по отношению к Обществу.

Вместе с тем суд принял во внимание, что средняя рыночная стоимость транспортного средства согласно представленным конкурсным управляющим сведениям в 20 раз выше, чем установленная спорными договорами (200 тыс.руб).

Действия лица, приобретающего имущество по цене, явно ниже рыночной, нельзя назвать осмотрительными и осторожными. Многократное занижение стоимости отчуждаемого имущества должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности такого отчуждения.

В подобной ситуации предполагается, что покупатель либо знает о намерении должника вывести свое имущество из-под угрозы обращения на него взыскания и действует с ним совместно, либо понимает, что менеджмент или иные контролирующие должника лица избавляются от имущества общества по заниженной цене по причинам, не связанным с экономическими интересами последнего. Соответственно, покупатель прямо или косвенно осведомлен о противоправной цели должника.

Экземпляры договоров от 26.09.2022 между должником и ФИО8, а также между ФИО8 и ФИО6, получены из регистрирующего органа, а именно из ГИБДД РФ.

ФИО3 указал, что 26.09.2019 ФИО8 попросил его подписать договор купли-продажи автомобиля новой датой в соответствии с требованиями пункта 3 Постановления Правительства РФ от 12.08.1994 №938 «О государственной регистрации автотранспортных средств и других видов самоходной техники на территории РФ».

При этом ФИО3 указал, что в действительности договор между должником и ФИО8 заключен 28.12.2018, а после снятия всех ограничений и обременений ФИО8 поставил автомобиль на учет 27.09.2019.

Между тем, суд критически относится к экземпляру договора от 28.12.2018, так как обстоятельства его появления в материалах дела участниками сделки не раскрыты, равно как и не приведены обоснованные пояснения относительно   существенной разницы во времени изготовления одинаковых договоров, один из которых имеется в распоряжении ответчика ФИО8, а другой представлен для регистрации в государственную инспекцию. Коль скоро договор от 26.09.2019 между должником и ФИО8 представлен для регистрации перехода прав в государственную инспекцию и получен конкурсным управляющим и судом по соответствующему запросу, суд исходит из достоверности такого договора с учетом отличного содержания иного договора, не представленного на регистрации и ранее публично не раскрытого. 

Доводы участника должника о наличии определенных обременений, препятствующих регистрации транспортное средства, не имеют существенного правового значения для настоящего спора, поскольку ни один текст договоров, ни акты приема-передачи автомобиля не содержат сведений о том, что спорное транспортное средство находилось в неудовлетворительном состоянии, либо имело какие-либо существенные дефекты, влияющие на согласованную сторонами сделки стоимость отчуждаемого имущества.

Доказательств относительно технического состояния транспортного средства, в том числе, подтверждающих столь значительное понижение его действительной стоимости, в том числе ввиду необходимости проведения значительных финансовых вложений для приведения транспортного средства в рабочее состояние, ответчики и участник должника суду не представили.

Ответчики не опровергли содержащиеся в заключении сведения, ходатайства о назначении судебной экспертизы на предмет определения рыночной стоимости спорного транспортного средства на дату его отчуждения не заявили.

Вопреки доводам жалобы, суд первой инстанции не принял экспертное заключение, представленное ФИО3 в обоснование понижения стоимости автомобиля, так как оно основано на материалах, относимость которых к спорному транспортному средству не подтверждена надлежащими доказательствами, в связи с чем сделанные специалистом выводы не могут считаться достоверными и относимыми к предмету спора.  

В подтверждение осуществления ремонта автомобиля ФИО6 к материалам дела приобщены копии кредитных договоров на сумму 2 341 000 руб., заключенных ею с ПАО Сбербанк. При этом, не раскрыта информация о движении денежных средств, не предоставлены доказательства использования денежных средств на покупку и ремонт автомобиля, не представлены документы, подтверждающие, что в отношении автомобиля производился какой-либо ремонт. Таким образом, факт ремонта автомобиля, необходимость такого ремонта и использование денежных средств ФИО6 на ремонт спорного транспортного средства не доказаны.

Согласно пояснениям ФИО6, она взяла кредит на сумму                    2 341 000 руб. для приобретения и ремонта автомобиля, в дальнейшем на основании устной договоренности передала эти деньги ФИО8, с которым не знакома, и по истечении более пяти месяцев пока автомобиль находился в ремонте в другом регионе страны, выдала доверенность на управление транспортным средством и на совершение от ее имени регистрационных действий в отношении автомобиля на других двух также незнакомых лиц (ФИО3 и ФИО11).

Совокупность изложенных обстоятельств свидетельствует об отсутствии разумных и экономически обоснованных мотивов ФИО6 для принятия кредитных обязательств в целях передачи денежных средств на приобретение и ремонт автомобиля, находящегося в другом субъекте России, незнакомым лицам по устной договоренности. 

Кроме того, конкурсный управляющий приводил доводы об отсутствии как надлежащих доказательств оплаты имущества и поступления денежных средств Обществу, так и финансовой возможности покупателей транспортного средства оплатить имущество в установленном размере.

Как указала ответчик, денежные средства за спорный автомобиль в размере 200 000 руб. переданы, о чём составлена расписка ФИО8

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце третьем пункта 26 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», при оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства; имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником; отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

При этом доказательств наличия у ответчиков возможности предоставить денежные средства в таком размере к моменту возникновения обязательства по оплате по договору, в частности, доказательства их хранения до момента передачи, снятия с расчетного счета, аккумулирования в преддверии оплаты, материалы спора не содержат.

Согласно двум оспариваемым договорам ФИО8 и ФИО6 оплачивают стоимость автомобиля, установленную пунктом 3.1 договоров, путем перечисления средств на банковский счет продавца, с указанием реквизитов получателя средств. Между тем ответчики ссылаются в своих возражениях на то, что оплата ими производилась в наличной форме. 

Ни ФИО6, ни ФИО8 не подтвердили ни наличие у них финансовой возможности передачи денежных средств в размере 200 000 руб., ни факт реальной передачи таких средств, так как документооборот осуществлялся в рамках одной группы лиц, объединенных общей целью по выводу активов должника в пользу заинтересованного лица ФИО3

Наряду с фактом неравноценности обеих сделок, судом также установлена её безденежность, что является пороками оспариваемых сделок, предусмотренными пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Совокупность установленных обстоятельств спора и приведенных конкурсным управляющим доводов убедительным образом свидетельствовала в пользу того, что отчуждение имущества, скорее всего, осуществлено с целью вывода ликвидного актива из конкурсной массы в ущерб обществу. Бремя их опровержения подлежало переложению на покупателя.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ ответчики уникальные характеристики транспортного средства, которые бы объективно свидетельствовали о наличии индивидуальных особенностей, столь сильно снижающих его стоимость, не раскрыли, ходатайство о проведении судебной экспертизы рыночной стоимости имущества не заявили, надлежащих доказательств его оплаты (первичных документов бухгалтерского учета) не представили, добросовестность и разумность своих действий не подтвердили.

Доводы о несоответствии поведения сторон типичной модели поведения участников гражданского оборота, находящихся в схожих обстоятельствах, не опровергнуты.

Таким образом, противоречие сведений относительно оплаты по оспариваемым договорам подтверждают противоправную цель должника по выводу ликвидных активов из владения должника с целью недопущения их последующей реализации для удовлетворения требований кредиторов должника за счет вырученных средств; оспариваемые сделки заключены при наличии у должника неисполненных денежных обязательств перед иными кредиторами по цене существенно ниже рыночной, в результате совершения сделок должник лишился значительной части своего ликвидного имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о наличии у оспариваемых сделок (цепочки сделок) признаков подозрительности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

Арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, в случае возникновения технических неполадок при использовании технических средств ведения судебного заседания, в том числе систем видео-конференц-связи, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий (часть 5 статьи 158 АПК РФ).

Соответственно, отложение судебного разбирательства является правом, а не обязанностью суда. При этом, участник процесса, который ходатайствует об отложении судебного разбирательства, должен обосновать наличие обстоятельств, которые, по его мнению, препятствуют правильному и своевременному рассмотрению арбитражного спора и принятию законного и обоснованного судебного акта.

Суд первой инстанции обоснованно отклонил ходатайство об отложении судебного заседания, поскольку предусмотренных статьей 158 АПК РФ препятствий к рассмотрению дела не имелось.

Апелляционный суд не находит оснований для отмены или изменения определения суда по доводам жалоб.

Определение суда является законным и обоснованным.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда А56-2785/2019/сд.1 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.   

Постановление  может быть  обжаловано  в  Арбитражный  суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

А.Ю. Слоневская

Судьи

 

И.В. Сотов

 И.Ю. Тойвонен