﻿

СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-15424/2020(6)-АК

Дело №А60-24454/2019

26 ноября 2021 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 ноября 2021 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 26 ноября 2021 года.

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего Нилоговой Т.С., 

судей                               Даниловой И.П., Макарова Т.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Ковалевой А.Л. (11.11.2021 до перерыва в судебном заседании), секретарем Карпаковой С.В. (18.11.2021 после перерыва в судебном заседании), 

при участии:

финансового управляющего должника  Дубаревой И.В., предъявлен паспорт  (в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел», до и после перерыва в судебном заседании),

от должника Бурнина В.Г.: Токарь Е.И., предъявлен паспорт, доверенность от 07.03.2017 (до и после перерыва; до перерыва в судебном заседании явка обеспечена в зал судебного заседания, после – в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»),

от кредитора общества с ограниченной ответственностью «Элитстрой-КР-11»: Линенко С.С., предъявлен паспорт, доверенность от 27.09.2021 (после перерыва в судебном заседании – в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел»),   

от иных лиц, участвующих в деле, представители не явились,

(лица, участвующие в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда),

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу кредитора общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» (правопреемник общество с ограниченной ответственностью «Элитстрой-КР-11»)

на определение Арбитражного суда Свердловской области  

от 26 апреля 2021 года 

об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании  недействительным договора от 22.03.2016 дарения должником квартиры, расположенной по адресу: г.Екатеринбург, ул.Радищева, д.31, кв.108, в пользу Бурнина Артема Вадимовича и Бурнина Арсения Вадимовича,

вынесенное в рамках дела  №А60-24454/2019

о признании несостоятельным (банкротом) Бурнина Вадима Геннадьевича, 

с участием законного представителя Бурнина Артема Вадимовича и Бурнина Арсения Вадимовича Бурниной Натальи Анатольевны,

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Орган опеки и попечительства по Ленинскому району г. Екатеринбурга

установил:

29.04.2019 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление общества с ограниченной ответственностью «Ясный Свет» (далее – общество «Ясный Свет») о признании Бурнина Вадима Геннадьевича (далее – Бурнин В.Г., должник) несостоятельным (банкротом), которое после устранения недостатков, послуживших основанием для оставления заявления без движения, определением от 21.06.2019 принято к производству суда, возбуждено настоящее дело о банкротстве должника.  

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.08.2019 (резолютивная часть от 19.08.2019) в отношении Бурнина В.Г. введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена Дубарева Ирина Валерьевна (далее – Дубарева И.В.), член союза «Межрегиональный центр арбитражных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 31.08.2019 №157(6637), стр.154. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 03.02.2020 (резолютивная часть от 27.01.2020) Бурнин В.Г. признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена Дубарева И.В.

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 15.02.2020 №28(6749), стр.126. 

11.01.2021 в Арбитражный суд Свердловской области поступило заявление финансового управляющего Дубаревой И.В. о признании недействительной сделкой договора дарения от 22.03.2016 квартиры по адресу: г.Екатеринбург, ул.Радищева, д.31, кв.108, кадастровый номер 66:41:0401020:1200, заключенного между Бурниным В.Г. и Бурниным Артемом Вадимовичем (далее – Бурнин Артем), Бурниным Арсением Вадимовичем (далее – Бурнин Арсений), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу Бурнина В.Г. указанного имущества (с учетом уточнения заявленного требования, принятого судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) (л.д.103).

Определением суда от 13.03.2021 к участию в настоящем обособленном споре привлечена законный представитель несовершеннолетних Бурниных Артема и Арсения – Бурнина Наталья Анатольевна (далее – Бурнина Н.А.), в качестве третьего лица привлечен Орган опеки и попечительства по Ленинскому району г. Екатеринбурга.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 26.04.2021 (резолютивная часть от 15.04.2021) в удовлетворении заявления финансового управляющего Дубаревой И.В. о признании недействительной сделки дарения между Бурниным В.Г. и Бурниными Артемом и Арсением отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда, кредитор общество с ограниченной ответственностью «Агроинвест» (далее – общество «Агроинвест») обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит указанный судебный акт отменить, принять новый об удовлетворении требований финансового управляющего.

В обоснование доводов апелляционной жалобы ее заявитель ссылается на противоречивость выводов суда относительно фактов, имеющих значение для спора, несоответствие выводов суда имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права. Полагает, что судом допущены взаимоисключающие выводы по обстоятельствам, имеющим значение для дела, а именно, одновременно сделаны выводы о недоказанности финансовым управляющим проживания должника в спорной квартире,  связи с чем сделка не может быть мнимой и о том, что спорная квартира является единственным жильем должника и его семьи, вследствие чего защищена исполнительским иммунитетом. Указывает, что установление факта проживания должника в спорной квартире входит в предмет доказывания как по вопросу о мнимости сделки, так и по вопросу о применении исполнительского иммунитета на единственное жилье должника. Считает, дарение квартиры близким родственникам в преддверии банкротства, при наличии факта проживания в ней, само по себе является признаком мнимости сделки и подтверждает ее недействительность. Обращает внимание, что сделка от 22.03.2016 совершена сразу же после осознанного совершения Бурниным В.Г., как директором и участником подконтрольного общества, действий по доведению предприятия до банкротства в составе цепочки сделок по целенаправленному выводу имущества из-под взыскания; на момент совершения спорной сделки Бурнин В.Г. уже имел обязательства в размере 32 млн руб. по долгам подконтрольного общества; далее должник продолжил совершать действия по сокрытию собственных активов, а именно, произвел отчуждение земельных участков, жилого дома и комплекса нежилых зданий (15.05.2016), доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «ВМЗ Северный Ниобий» (25.07.2016), прекратил брак (03.08.2016), продал парковочные места (29.08.2016), формально снялся с регистрационного учета в спорной квартире (06.09.2016), по цессии передал права требования по взысканию штрафных санкций к застройщику из договора долевого участия в строительстве торгового центра (10.05.2017), продал автомобиль (22.07.2017), по цессии передал права на ½ доли в праве собственности на помещение торгового центра (11.12.2017), передал по цессии 24/100 в праве собственности на помещение третьего этажа торгового центра (01.03.2015), продал  долю в общества (04.10.2018). В настоящее время конкурсная масса Бурнина В.Г. пуста, любое имущество отсутствует, при этом реестр требований кредиторов составляет более 38 млн руб. Считает необоснованным отказ суда в признании сделки недействительной со ссылками на исполнительский иммунитет, поскольку вопрос о защите имущества исполнительским иммунитетом должен решаться после формирования конкурсной массы; сам по себе факт единственного жилья не является основанием для отказа в признании сделки недействительной. Кроме того, при разрешении вопроса об исполнительском иммунитете суду следовало исследовать вопрос, является ли данное жилье роскошным (квартира площадью 136 кв.м) и чрезмерным для нужд должника с учетом необходимости защиты прав его кредиторов, а также провести рыночную оценку помещения. Также ссылается на недоказанность материалами дела того факта, что квартира является единственным пригодным для проживания помещением ответчиков. Суд, запросив определением от 10.03.2021 в порядке подготовки дела к разбирательству у Бурниной Н.А. выписки из ЕГРН, относительно принадлежащего ей и детям имущества, в итоговом судебном акте не отразил данные доказательства, не зафиксировал факт их предоставления в суд, что свидетельствует о принятии обжалуемого определения при неполном исследовании обстоятельств дела, противоречивости выводов относительно фактов, имеющих значение для спора.

Одновременно кредитором обществом «Агроинвест» в жалобе заявлено ходатайство о процессуальном правопреемстве, замене кредитора общества с ограниченной ответственностью «ВМП Инвест» (далее – «ВМП Инвест») общество на правопреемника общество «Агроинвест» в рамках данного обособленного спора, мотивированное заключенным между данными лицами договором уступки прав от 18.10.2020, по условиям которого к обществу «Агроинвест» перешло право требования к Бурнину В.Г. в размере 18 140 926,51 руб., а также произведенной определением Арбитражного суда Свердловской области от 20.04.2021 по настоящему делу заменой общества «ВМП Инвест» на общество «Агроинвест».  

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2021 апелляционная жалоба общества «Агроинвест» принята к производству суда, дело назначено к судебному разбирательству на 19.08.2021.

Финансовый управляющий должника представил письменный отзыв на апелляционную жалобу, в котором поддержал позицию заявителя жалобы.

Должник Бурнин В.Г. по основаниям, изложенным в отзыве на жалобу, против ее удовлетворения возражал.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.08.2021, вынесенным в составе председательствующего судьи Нилоговой Т.С., судей Гладких Е.О., Даниловой И.П., судебное разбирательство по спору было отложено на 06.09.2021 в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств по делу и представления дополнительных доказательств финансовым управляющим, об истребовании которых просило общество «Агроинвест». 

До начала судебного заседания, назначенного на 06.09.2021 от финансового управляющего поступили заявления (№51 и №52) с приложением выписок из ЕГРН, из которых следовало владение бывшей супругой должника на момент дарения должником спорной квартиры своим детям двумя собственными квартирами, впоследствии 07.12.2018 и 17.03.2020 отчужденными ею.

 От общества «Агроинвест» поступила письменная позиция с приложением выписок из ЕГРН. 

Представленные дополнительные документы на основании ходатайств указанных лиц об их приобщении к материалам дела были приобщены апелляционным судом к материалам дела.

Кроме того, по ходатайству представителя должника Бурнина В.Г. к материалам настоящего обособленного спора приобщены копии соглашения и соглашения об уплате алиментов от 01.06.2016, заключенные между должником и Бурниной Н.А., которые уже находятся в материалах настоящего дела о банкротстве.

Определением от 06.09.2021 апелляционный суд отложил судебное разбирательство на 15.09.2021 в связи с невозможностью рассмотрения дела в названном судебном заседании.

Должнику Бурнину В.Г. в том числе предложено представить письменные пояснения по доводам кредитора и финансового управляющего с учетом представленных ими сведений из ЕГРН, а также представить пояснения и сведения о принадлежности жилых помещений, по адресу которых у должника имеется регистрация по месту жительства и имеется (имелась) регистрация по месту пребывания.

До начала судебного заседания 15.09.2021 от кредитора общества «Агроинвест» поступила письменная позиция по делу.

Должником определение от 06.09.2021 не исполнено, от него, а также Бурниной Н.А. (законного представителя несовершеннолетних Бурниных Артема и Арсения) поступили ходатайства об отложении судебного заседания, мотивированные Бурниной Н.А. необходимостью ознакомления с материалами дела для подготовки письменной позиции по рассматриваемому обособленному спору; Бурниным В.Г. – недостаточностью времени для исполнения требований определения суда от 06.09.2021. 

Определением от 15.09.2021 апелляционный суд отложил судебное разбирательство по спору на 13.10.2021.

Определением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2021 на основании и в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Гладких Е.О. на судью Макарова Т.В., сформирован состав под председательством судьи Нилоговой Т.С., судей Даниловой И.П., Макарова Т.В. 

До начала судебного заседания 12.10.2021 от общества с ограниченной ответственностью «Элитстрой-КР-11» (далее – общество «Элитстрой-КР-11») поступило заявление о процессуальном правопреемстве, в котором оно просит произвести замену заявителя по обособленному спору общества «Агроинвест» на его правопреемника – общество «Элитстрой-КР-11», мотивированное заключенным между указанными лицами договором уступки от 01.09.2021 права требования с должника задолженности в размере 18 140 926,51 руб.

Должником Бурниным В.Г. во исполнение определения суда об отложении судебного разбирательства от 06.09.2021 были представлены письменные пояснения относительно объектов недвижимости.

Также поступила письменная позиция от общества «Элитстрой-КР-11» по рассматриваемому обособленному спору с приложением оценочного отчета и выписки по счету должника.

Участвующие в судебном заседании представители общества «Элитстрой-КР-11» настаивали на рассмотрении заявления о процессуальном правопреемстве в рамках настоящего обособленного спора, просили заменить заявителя по обособленному спору общество «Агроинвест» на общество «Элитстрой-КР-11» .

Апелляционный суд, установив, что названное ходатайство с документами участникам дела о банкротстве ими не направлялось, признал невозможным переход к его рассмотрению по существу, отложив определением от 13.10.2021 судебное разбирательство по спору на 11.11.2021.

Судебное заседание 11.11.2021 в апелляционном суде проведено в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании, состоявшемся после отложения, 11.11.2021 финансовый управляющий доводы жалобы кредитора поддерживал.

Представитель должника поддержал позицию, изложенную в ранее представленных отзыве, пояснениях, просил отказать в удовлетворении жалобы общества «Агроинвест».

Судом перед присутствующими в судебном заседании финансовым управляющим, представителем должника поставлен вопрос о целесообразности процессуального правопреемства, с учетом того, что в информационной системе «Картотека арбитражных дел» размещена резолютивная часть определения суда первой инстанции по настоящему делу от 09.11.2021, в соответствии с которым произведена замена кредитора общества «Агроинвест» (ИНН 7707681847) по делу №А60-24454/2019 на его правопреемника общество «Элитсрой-КР-11» (ИНН 7730255597) в части суммы требования в размере 18 140 926,51 руб., установленного определением суда от 26.08.2019.

Финансовый управляющий, а также представитель должника указали на наличие основания с учетом произведенной замены кредитора в деле о банкротстве для оставления соответствующего ходатайства о процессуальном правопреемстве без рассмотрения.

Также судом перед финансовым управляющим поставлен вопрос о целесообразности оспаривания названной сделки.

С учетом принятого Верховным Судом Российской Федерации определения от 07.10.2021 №304-ЭС21-9542(1,2) по делу №А27-17129/2018 и обозначенных в нем подходах, а также невозможностью финансового управляющего дать пояснения относительно рациональности, необходимости и целесообразности оспаривания сделки договора дарения от 22.03.2016 между должником и его несовершеннолетними детьми, апелляционный суд пришел к выводу о невозможности рассмотрения спора в данном судебном заседании. 

В целях детального ознакомления сторон с подходами и правовой позицией, приведенными Верховным Судом Российской Федерации в названном определении, необходимости представления письменных пояснений участвующих в деле лиц о целесообразности оспаривания сделки, апелляционным судом в судебном заседании 11.11.2021 объявлен перерыв до 18.11.2021 до 14 час 45 мин.

После перерыва 18.11.2021 в 16 час 45 мин. судебное заседание продолжено в том же составе суда, при ином секретаре судебного заседания. В судебном заседании произведена замена секретаря судебного заседания Ковалевой А.Л., обеспечивающей ведение протокола судебного заседания до объявленного перерыва – 11.11.2021, на секретаря Карпакову С.В.

В связи с наличием технических неполадок информационной системы «Картотека арбитражных дел», невозможности подключиться к судебному заседанию в онлайн-режиме, в судебном заседании объявлен перерыв до 18.11.2021 до 17 час 30 мин.

 После перерыва 18.11.2021 судебное заседание продолжено в онлайн-режиме посредством использования информационной системы «Картотека арбитражных дел» с участием финансового управляющего должника, представителей должника и кредитора общества «Элитстрой-КР-11».

К судебному заседанию 18.11.2021 в апелляционный суд поступили письменные позиции по спору, относительно применения ограничения исполнительского иммунитета, представленные должником Бурниным В.Г., полагающим основания для применения соответствующих ограничений в отношении спорной квартиры, отвечающей критериям единственного жилья, отсутствующими и кредитора общества «Элитстрой-КР-11», напротив, настаивающего на наличии оснований для применения таких ограничений.

В судебном заседании апелляционного суда финансовый управляющий, представители должника и общества «Элитстрой-КР-11» поддерживали приводимые ими по спору доводы.

Апелляционный суд, установив, что определением Арбитражного суда Свердловской области по настоящему делу от 20.04.2021 судом была произведена замена кредитора общества «ВМП Инвест» (ИНН 7704733085) на его правопреемника общество «Агроинвест» (ИНН 7707681847), а в дальнейшем определением от 16.11.2021 Арбитражный суд Свердловской области на основании заявления общества «Элитстрой-КР-11» произвел замену кредитора общества «Агроинвест» на его правопреемника общество «Элитсрой-КР-11» (ИНН 7730255597) в части суммы требования в размере 18 140 926,51 руб., установленного определением от 26.08.2019 по делу №А60-24454/2019, оставил без рассмотрения ранее заявленные обществами «Агроинвест» и «Элитстрой-КР-11» ходатайства о процессуальном правопреемстве.

Иные лица, участвующие в деле письменные отзывы на жалобу не представили, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу статьи 156 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 266, 268 АПК РФ. 

Как следует из материалов дела, должнику Бурнину В.Г. на праве собственности принадлежала трехкомнатная квартира, площадью 136,7 кв.м, кадастровый номер: 66:41:0401020:1200, расположенная по адресу: Свердловская область, г.Екатеринбург, ул.Радищева, д.31, кв.108, что подтверждается свидетельством о государственной регистрации права 66 АВ 418853 от 06.10.2006 (л.д.51).

Указанная квартира была приобретена Бурниным В.Г. по договору  о долевом участии в строительстве от 10.12.2001 №10/12-3, заключенном с обществом с ограниченной ответственностью «Строительно-монтажное управление №77» (далее – общество «СМУ-77» (л.д.55-61). 

По акту от 11.08.2006 состоялась передача указанной квартиры от общества «СМУ-77» Бурнину В.Г. (л.д.62), а 06.10.2006 зарегистрировано право собственности должника на спорный объект недвижимости.

22.03.2016 между должником Бурниным В.Г. (даритель) и Бурниной Н.А., действующей в качестве законного представителя своих малолетних детей Бурниных Арсения и Артема (дети должника, одаряемые) был заключен договор дарения, по условиям которого даритель безвозмездно передал в собственность одаряемым, а одаряемые приняли в дар в равных долях квартиру трехкомнатную под номером 108, расположенную по адресу: г.Екатеринбург, ул.Радищева, д.31, общей площадью 136,7 кв.м (л.д.76-77).

В соответствии с пунктом 6 договора дарения Бурнины Арсений и Артем приобретают по ½ доли в праве собственности на указанную квартиру с момента государственной регистрации перехода права собственности.

Право общей долевой собственности Бурнина Арсения и Бурнина Артема по ½ доли в праве собственности за каждым зарегистрировано Управлением Росреестра по Свердловской области 07.04.2016, о чем на договоре сделана соответствующая отметка.

Ссылаясь на то, что на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись обязательства по долгам подконтрольного общества (требования к должнику основано на факте привлечения Бурнина В.Г. к субсидиарной ответственности в рамках дела №А60-2973/2016 о банкротстве общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Вишневогорский металлургический завод «Северный Ниобий» (далее – общество УК «ВМЗ «Северный Ниобий»)), в период с 2016 года по 2018 год должником совершены действия по отчуждению имущества, оспариваемая сделка направлена на причинение вреда добросовестным кредиторам должника, о чем стороны сделки в силу их заинтересованности по отношению к должнику осведомлены, сделка совершена для вида, Бурнин В.Г. не прекратил пользования и проживания в спорной квартире, сделка совершена со злоупотреблением правом, с целью вывода ликвидного имущества из конкурсной массы должника, финансовый управляющий Дубарева И.В. обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании договора дарения от 22.03.2016 недействительной сделкой, применении последствий недействительности сделки применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве, Закон), статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). 

Принимая решение об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего, суд первой инстанции не установил обстоятельства, необходимые для признания оспариваемой сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, статей 10, 168, 170 ГК РФ. 

При этом, суд исходил из того, что оспоренная сделка совершена за пределами периода подозрительности, определенного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, не может быть признана недействительной по специальным основаниям, предусмотренным данной нормой. Приняв во внимание, что стороны осуществили фактическое исполнение по сделке, она является реальной и привела к предусмотренному законодательством в отношении сделок данного вида правовому результату, на достижение которого и была направлена воля сторон при ее заключении, суд отказал в признании ее мнимой. Кроме того, суд указал на невозможность признания данной сделки недействительной, исходя из того, что спорная квартира является для членов семьи должника единственным пригодным для постоянного проживания жилым помещением. В этой связи, совершение спорной сделки не влечет уменьшения конкурсной массы, отсутствие возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований за счет указанного жилого помещения, свидетельствует об отсутствии причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемой сделкой. Злоупотребление правом при совершении сделки дарения от 22.03.2016 судом также не установлено. 

Исследовав представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, отзывов на нее, а также письменных позиций лиц, участвующих в деле, по существу рассматриваемого спора, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта и удовлетворения жалобы кредитора не установил.

В соответствии со статьей 223 АПК РФ и статьей 32 Закона о банкротстве дела о банкротстве юридических лиц и граждан, в том числе зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом.

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главой I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в самом Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

В силу пункта 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве финансовый управляющий вправе подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве, а также сделок, совершенных с нарушением Закона о банкротстве.

Согласно пункта 1, 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 Закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина.

В силу пункта 3 той же статьи под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением Главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63), под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III. 1 этого Закона, понимаются, в том числе, действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

Пунктом 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 №154-ФЗ предусмотрено, что абзац второй пункта 7 статьи 213.9 и пункты 1 и 2 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 ГК РФ по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве. 

Оспариваемая сделка совершена 22.03.2016, то есть после 01.10.2015, следовательно, данная сделка может быть оспорена как по общим основаниям гражданского законодательства, предусмотренным статьями 10, 168, 170 ГК РФ, так и по специальным основаниям Закона о банкротстве, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве.

В рассматриваемом случае сделка оспорена финансовым управляющим как по специальным основаниям, предусмотренным главой III.1 Закона о банкротстве, так и по общим основаниям гражданского законодательства (статьи 10, 168, 170 ГК РФ).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

При наличии указанных в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий информированность другой стороны сделки о преследуемой должником цели и намерение со стороны должника причинить вред имущественным правам кредиторов предполагаются.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63 указано на то, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым-пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором-пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве, под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением от 21.06.2019, оспариваемый договор дарения недвижимого имущества заключен между Бурниным В.Г. и его несовершеннолетними детьми в лице их законного представителя Бурниной Н.А. 22.03.2016, регистрация права собственности на объект недвижимости осуществлена 07.04.2016, т.е. более чем за три года до возбуждения настоящего дела о банкротстве.

При таких обстоятельствах сделка дарения совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности, предусмотренного пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, что исключает возможность ее оспаривания по данному основанию, на чем также верно акцентировал внимание суд первой инстанции.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 4 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 №63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ).

Оценивая оспариваемую сделку на предмет ее заключения с злоупотреблением правом, при наличии признаков мнимости, суд первой инстанции оснований, предусмотренных статьями 10, 168, 170 ГК РФ, для удовлетворения заявленных финансовым управляющим должника требований также не установил. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В силу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

Согласно пункту 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. 

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

В силу пункта 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. 

Диспозиция данной нормы содержит следующие характеристики мнимой сделки: отсутствие намерений сторон создать соответствующие сделке правовые последствия, совершение сделки для вида (что не исключает совершение сторонами некоторых фактических действий, создающих видимость исполнения, в том числе, составление необходимых документов), создание у лиц, не участвующих в сделке, представления о сделке как действительной. 

Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения, ее исполнение оформляется документально лишь для вида. 

В подтверждение мнимости сделки необходимо установить, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки. 

Поскольку спорная сделка оспаривается в рамках дела о банкротстве, то при установлении того заключена ли сделка с намерением причинить вред другому лицу, следует установить имелись ли у сторон сделки намерения причинить вред имущественным правам кредиторов, то есть была ли сделка направлена на уменьшение конкурсной массы.

Обосновывая свои требования, финансовый управляющий в заявлении об оспаривании сделки, кредитор в жалобе акцентируют внимание на обстоятельствах, свидетельствующих о совершении сделки от 22.03.2016 сразу же после осознанного совершения Бурниным В.Г., как директором и участником подконтрольного общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий»  (ИНН 6685009732) действий по доведению его до банкротства в составе цепочки сделок по целенаправленному выводу имущества из-под взыскания.

Так, дело о банкротстве должника было возбуждено на основании факта привлечения Бурнина В.Г. к субсидиарной ответственности в рамках дела №А60-2973/2016 о банкротстве общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий»   определением от 02.08.2018.

Данным судебным актом, в частности, установлено, что в результате действий Бурнина В.Г., являющегося учредителем и генеральным директором общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий», имущество данного предприятия общей стоимостью 80 млн рублей было выведено из предприятия, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы и удовлетворения требований конкурсных кредиторов.

По мнению финансового управляющего, заявителя жалобы общества «Агроинвест» (его правопреемника общества «Элитстрой-КР-11), на момент совершения сделки дарения квартиры должника своим несовершеннолетним детям в 2016 году у Бурнина В.Г. имелись обязательства в размере порядка  32 млн руб. по долгам подконтрольного общества, поскольку Бурниным В.Г. уже были совершены действия (сделки), повлекшие привлечение его субсидиарной ответственности.

Действительно, определением Арбитражного суда Свердловской области от 02.08.2018, постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.10.2018, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 22.01.2019 по делу №А60-2973/2016 установлены обстоятельства совершения Бурниным В.Г. действий, следствием которых явилось привлечение Бурнина В.Г. к субсидиарной ответственности в размере порядка 32 млн руб. по обязательствам общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий». Также на момент совершения оспариваемой сделки дарения в отношении подконтрольного Бурнину В.Г. общества уже было возбуждено дело о несостоятельности последнего (04.02.2016).

Следовательно, доводы о том, что  у должника на момент совершения сделки в 2016 году уже имелись обязательства в размере 32 млн руб., а также признаки неплатежеспособности являются обоснованными.

Между тем, указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о том, что сделка дарения должником своим малолетним детям спорной квартиры является сделкой по выводу активов Бурнина В.Г.

При этом апелляционная коллегия судей исходит из следующего.

В обоснование совершения сделки с целью злоупотребления правом финансовый управляющий в своем заявлении, а также заявитель жалобы указывают, что спорный договор от 22.03.2016 заключен между заинтересованными лицами; на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ является ничтожным, поскольку сделка совершена лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия.

Материалами дела подтверждается и не является спорным, что даритель и одаряемые находятся между собой в отношениях заинтересованности, поскольку одаряемые являются детьми должника. 

Вместе с тем, действующее законодательство не запрещает заключение договора между заинтересованными лицами, родственниками. 

Заключая оспариваемый договор, Бурнин В.Г. реализовал свое право на распоряжение принадлежащим ему имуществом в пользу несовершеннолетних детей, которые с рождения проживали и проживают в спорной квартире и для которых данная квартира является единственным местом жительства. При этом квартира была приобретена должником задолго до возникновения семьи Бурниных, рождения детей, создания общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий», по обязательствам которого привлечен в дальнейшем к субсидиарной ответственности.

Как указано выше, спорная квартира приобретена должником на основании договора участия в долевом строительстве от 10.12.2001, право собственности зарегистрировано 06.10.2006. Общество УК «ВМЗ «Северный Ниобий» было учреждено должником и зарегистрировано в качестве юридического лица 25.04.2012.

Должник, проживая в спорной квартире, вступил в брак с Бурниной Н.А.; в семье Бурниных родились дети Артем и Арсений, оба 11.08.2008 года рожд. (л.д.80, 82). При заключении брака супруги Бурнины сразу заключили брачный договор, урегулировав свои имущественные отношения (л.д.78-79).

В дальнейшем, семья Бурниных распалась, дети должника со своей матерью остались проживать в спорной квартире.

Из пояснений должника следует, что сделка дарения квартиры детям была совершена в связи с предстоящим разводом с Бурниной Н.А., с которой должник в зарегистрированном браке состоял с 11.07.2008 по 01.08.2016. 

Спорная квартира была приобретена Бурниным В.Г. до брака и до совершения сделки находилась в его единоличной собственности.

Так, до 2016 года должник постоянно проживал в спорной квартире №108 по ул.Радищева, д.31 в г.Екатеринбурге вместе со своей супругой Бурниной Н.А. и двумя несовершеннолетними детьми Артемом и Арсением (2008 г.р.), в период с 10.10.2006 по 06.09.2016 был зарегистрирован по данному адресу.

Несовершеннолетние дети зарегистрированы и постоянно проживают в указанной квартире с момента рождения и по настоящее время, их мать Бурнина Н.А. зарегистрирована по месту жительства в данной квартире 09.09.2016, постоянно проживает с 2008 года. 

Как указывает должник, решение подарить квартиру, являющуюся единственным жильем для него и всех членов его семьи, в равных долях своим сыновьям Бурниным Артему и Арсению, было принято им в связи с прекращением брачных отношений с Бурниной Н.А. и в целях обеспечения детей жилым помещением на будущее время.

По утверждению Бурнина В.Г., с января 2016 года он не проживает в квартире по адресу: г.Екатеринбург, ул.Радищева, д.31, кв.108.

Согласно представленным в материалы дела доказательствам в период с 23.12.2016 по 18.12.2018 должник был временно зарегистрирован по адресу: г.Екатеринбург, пр.Ленина, д.54, корп.4, кв.185-186 (л.д.117, 118). Данное жилое помещение, исходя из пояснений должника апелляционному суду, принадлежало на праве собственности его двоюродной сестре Блашенцевой Н.А. 

После того, как данная комната была продана Блашенцевой Н.А., должник переехал жить в квартиру Блашенцевой Н.А. по адресу: г.Екатеринбург, ул.Профсоюзная, д.43, кв.41, где также был зарегистрирован по месту пребывания вплоть до продажи данной квартиры, т.е. с 06.08.2019 по 16.09.2021 (л.д.119).

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о том, что должник фактически продолжает проживать в подаренной детям квартире, в материалах дела отсутствуют (статья 65 АПК РФ). 

Доказательств дарения Бурниным В.Г. квартиры детям именно в целях предотвращения возможного обращения на нее взыскания также не имеется, поскольку хронология событий, поведение Бурнина по отношению к своим детям и бывшей супруге, по мнению коллегии судей, свидетельствует о том, что именно спорная сделка была совершена в рамках семейных отношений.

При этом, апелляционный суд принимает во внимание, что спорная квартира приобретена должником еще в 2006 году, отношения по участию в долевом строительстве названной квартиры относятся к еще более раннему периоду – 2001 году, т.е. задолго до создания подконтрольного по отношению к должнику общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий» (дата создания 25.04.2012), по долгам которого Бурнин В.Г. определением от 02.08.2018 в рамках дела №А60-2973/2016 о банкротстве названного общества был привлечен к субсидиарной ответственности, в результате чего возбуждено настоящее дело о банкротстве должника. 

Приобретение данной квартиры непосредственным образом было продиктовано необходимостью обеспечения Бурниным В.Г. себя, а затем и членов своей семьи пригодными для комфортного проживания жильем, используемым по данному назначению на протяжении длительного периода времени.

Указанное является свидетельством того, что активы общества УК «ВМЗ «Северный Ниобий» не были задействованы в приобретении спорной квартиры и совершение сделки с ней не причинило и не могло причинить вреда имущественным интересам кредиторов.

Принимая во внимание обстоятельства приобретения спорной квартиры, длительного проживания в ней семьи Бурниных, оснований полагать, что названная сделка совершена не в рамках обычных семейных отношений, ее совершение не было продиктовано целями обеспечения своих детей достойных жилищных условий по месту жительства, где у них, с учетом проживания в данной квартире с рождения уже сложились устойчивые социальные связи, в том числе с объектами инфраструктуры, находящимися в непосредственной близости (как то образовательные, лечебные и иные учреждения), а в иных противоправных целях, отчуждения актива для недопущения обращения взыскания на него кредиторов, не имеется. 

Поскольку спорный договор исполнен сторонами, оснований для выводов о его совершении для вида, без намерения создать соответствующие правовые последствия, несоответствии волеизъявления сторон сделки их внутренней воле, мнимости, направленности исключительно на вывод активов в череде последовательно совершенных сделок с иным имуществом, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, у апелляционного суда не имеется.

Приводимые финансовым управляющим, заявителем жалобы обстоятельства совершения должником недобросовестных действий по выводу иного имущества, его сокрытию, апелляционным судом исследованы и отклонены, как не свидетельствующие о безусловном наличии пороков воли у сторон сделки при заключении спорного договора дарения от 22.03.2016 и не влекущие удовлетворения заявленных требований по данному мотиву. Иначе говоря, совершение должником иных сделок по отчуждению своего имущества, в том числе коммерческих активов, предположительно с целью причинения вреда кредиторам само по себе не свидетельствует о том, что все сделки должника были подчинены одной цели.

Доказательств, позволяющих сделать вывод о том, что при заключении спорного договора дарения стороны действовали исключительно с целью причинения вреда третьим лицам и нарушением пределов осуществления гражданских прав, в материалы дела не представлено.

В отсутствие доказательств заключения договора дарения от 22.03.2016 злонамеренно, с целью нанести вред кредиторам, а также должнику, принимая во внимание конкретные обстоятельства спора, установленные особенности внутрисемейных имущественных взаимоотношений, исторического использования спорного имущества для нужд семьи, суд первой инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии правовых оснований для применения к возникшим правоотношениям сторон оспариваемой сделки положений статей 10, 168, 170 ГК РФ, обоснованно отклонив доводы финансового управляющего со ссылками на отсутствие воли сторон на заключение данной сделки.

При таких обстоятельствах, принимая их в совокупности, судом апелляционной инстанций по результатам повторного рассмотрения дела не установлено оснований, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной как на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, так и статей 10, 168, 170 ГК РФ. 

Принимая решение, суд первой инстанции дополнительно указал на невозможность признания данной сделки недействительной по причине того, что спорная квартира представляет собой единственное пригодное для проживания членов семьи должника жилье, в связи с чем, не может быть возвращена в конкурсную массу.

При оценке представленных в дело доказательств и установления юридически значимых обстоятельств, апелляционный суд признает данный вывод верным.

Несовершеннолетние дети должника, даже при разводе супругов, не перестают быть членами семьи должника и не перестанут, даже если должник вступит в новый брак, в котором родятся дети; в период сохранения алиментных обязательств должника по отношению к детям от предыдущего брака жилищные права несовершеннолетних детей подлежат защите посредством института исполнительского иммунитета.

Согласно пункту 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

В силу статьи 24 ГК РФ гражданин отвечает по своим обязательствам всем принадлежащим ему имуществом, за исключением имущества, на которое в соответствии с законом не может быть обращено взыскание. Перечень имущества граждан, на которое не может быть обращено взыскание, устанавливается гражданским процессуальным законодательством.

В соответствии с пунктом 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса  Российской Федерации (далее – ГПК РФ) взыскание по исполнительным документам не может быть обращено, в том числе на следующее имущество, принадлежащее гражданину-должнику на праве собственности: жилое помещение (его части), если для гражданина-должника и членов его семьи, совместно проживающих в принадлежащем помещении, оно является единственным пригодным для постоянного проживания помещением, за исключением указанного в настоящем абзаце имущества, если оно является предметом ипотеки и на него в соответствии с законодательством об ипотеке может быть обращено взыскание.

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 26.04.2021 №15-П «По делу о проверке конституционности положений абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и пункта 3 статьи 213.25 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» в связи с жалобой гражданина И.И.Ревкова» определены правовые подходы о возможности ограничения исполнительного иммунитета в отношении единственного пригодного для проживания жилого помещения гражданина.

По смыслу приведенных в названном постановлении Конституционным Судом Российской Федерации подходов, исполнительский иммунитет в отношении жилых помещений предназначен для гарантии гражданину-должнику и членам его семьи уровня обеспеченности жильем, необходимого для нормального существования, не допуская нарушения самого существа конституционного права на жилище и умаления человеческого достоинства, однако он не носит абсолютный характер. Исполнительский иммунитет не предназначен для сохранения за гражданином-должником принадлежащего ему на праве собственности жилого помещения в любом случае. В применении исполнительского иммунитета суд может отказать, если доказано, что ситуация с единственно пригодным для постоянного проживания помещением либо создана должником со злоупотреблением правом, либо сложилась объективно, но размеры жилья существенно (кратно) превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе его проживания.

В первом случае суд вправе применить к должнику предусмотренные законом последствия злоупотребления – отказать в применении исполнительского иммунитета к упомянутому объекту (пункт 2 статьи 10 ГК РФ). Во втором случае суд должен разрешить вопрос о возможности (как минимум потенциальной) реализации жилья должника на торгах с таким расчетом, чтобы за счет вырученных от продажи жилого помещения средств должник и члены его семьи могли бы быть обеспечены замещающим жильем, а требования кредиторов были бы существенно погашены. При этом замещающее жилье должно быть предоставлено в том же (как правило) населенном пункте и не меньшей площадью, чем по нормам предоставления жилья на условиях социального найма.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2021 №304-ЭС21-9542(1,2) по делу №А27-17129/2018 сформулирована правовая позиция, согласно которой, ввиду того, что правовая возможность возврата по недействительным сделкам имущества должника в его конкурсную массу является одним из обстоятельств, имеющих значение для правильного решения обособленного спора по оспариванию сделок должника, в подобных судебных спорах суд должен решить и вопрос о перспективе применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении этого имущества. При этом для судебной перспективы оспаривания сделки достаточно лишь вывода о высокой вероятности введения таких ограничений, так как результатом оспаривания сделок должника может быть только возвращение имущества в конкурсную массу, а определение его дальнейшей судьбы происходит в иных процедурах.

Выяснение данных обстоятельств имеет значение, в том числе и при оспаривании сделок должника для оценки перспективы применения ограничения исполнительского иммунитета.

Учитывая позицию вышестоящего суда, названные обстоятельства подлежат оценке апелляционным судом. 

Заявителем жалобы обществом «Элитстрой-КР-11», как правопреемником общества «Агроинвест», относительно возможности признания оспариваемой квартиры в качестве единственного пригодного для проживания членов семьи должника жилья выражено мнение об отсутствии оснований полагать, что ситуация с единственным жильем сложилась объективно, вне зависимости от действий должника, учитывая, что Бурниным В.Г. и его бывшей супругой последовательно были отчуждены иные жилые помещения (три квартиры и жилой дом), принадлежавшие им на момент совершения оспоренной сделки дарения. Также приводит доводы о том, что спорный объект является дорогостоящим и по своим характеристикам (общая площадь квартиры составляет 136,7 кв.м) явно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности двух несовершеннолетних детей должника в жилище. 

Исследовав приводимые доводы, апелляционный суд не усматирвает оснований для их принятия и удовлетворения.

Из материалов дела следует, что должнику помимо спорной квартиры ранее принадлежали жилой дом в г.Сысерти Свердловской области и квартира по адресу: г.Екатеринбург, ул.Шейнкмана, д.119, кв.115. 

Указанный дом с 2012 года находился в залоге у Моисеевских А.И., зарегистрированном в установленном порядке.

В рамках настоящего дела о банкротстве Бурнина В.Г. сделка по отчуждению в июне 2016 года должником дома в пользу Моисеевских А.И. являлась предметом рассмотрения судов. Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Свердловской области от 04.12.2020, оставленным без изменения последующими судебными инстанциями (постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.03.2021, постановлением Арбитражного суда Уральского округа от 29.06.2021), в признании указанной сделки недействительной отказано.

Учитывая нахождение спорного дома в залоге, его расположение в другом муниципальном образовании (в г.Сысерти), а не в г.Екатеринбурге, где постоянно проживала и проживает семья Бурнина и где дети посещают учебные (образовательные) заведения, оснований полагать, что указанный дом мог быть выбран в качестве единственного жилья семьи Бурниных не имеется.

Квартира по адресу: г.Екатеринбург, ул.Шейнкмана, д.119, кв.115, на момент ее продажи должником находилась в ипотеке у ПАО «Сбербанк России», на погашение которой, как поясняет должник, была направлена основная часть денежных средств от продажи квартиры.

Помимо этого, в квартире отсутствовал ремонт (имелась лишь черновая отделка) и она не была пригодна для проживания, что также исключает возможность расценивать данный объект недвижимости в качестве единственного пригодного для проживания жилья. 

В рамках рассмотрения апелляционной жалобы по настоящему спору также установлено, что бывшая супруга должника Бурнина Н.А. действительно ранее имела в собственности две квартиры: 

1) по адресу: г.Екатеринбург, ул.Восточная, д.230, кв.34, площадью 29,9 кв.м, которая была приобретена Бурниной Н.А. за шесть лет до брака с должником по договору купли-продажи от 19.06.2002 и, как поясняет должник, на денежные средства, полученные от продажи по договору купли-продажи от 06.06.2002 квартиры по адресу: г.Екатеринбург, ул.Расточная, д.15, корп.2, кв.27, принадлежавшей матери Бурниной Н.А. – Цымбал А.Н., которая и проживала в ней с момента приобретения и до момента ее продажи в 2020 году; 

2) по адресу: г.Екатеринбург, ул.Восточная, д.82, кв.13, площадью 36,0 кв.м, полученная Бурниной Н.А. в период брака 05.10.2011 в порядке наследования по завещанию после смерти ее деда Цымбала Н.С.

С учетом обстоятельств их приобретения Бурниной Н.А. (квартиры исторически принадлежали семье Цымбал), а также характеристик названных объектов (общей площадью 30 и 36 кв.м), данные объекты также не могут рассматриваться в качестве жилых помещений, пригодных для постоянного проживания должника и членов его семьи. 

Более того, семья Бурниных никогда не проживала в данных квартирах, тогда как в силу обстоятельств, изложенных выше, должник, его супруга и их несовершеннолетние дети с момента рождения (2008 года) проживали по месту жительства в спорной квартире.

В настоящее время в спорной квартире проживают и зарегистрированы несовершеннолетние дети должника со своей матерью.

В связи с чем, аргументы о злоупотреблении правом должником и его бывшей супругой, сводящиеся  к тому, что спорный объект недвижимости стал единственным пригодным для проживания детей должника в результате действий по отчуждению иных жилых помещений, апелляционным судом признаются безосновательными. Суд не усматривает в поведении должника и его бывшей супруги целенаправленных действий по искусственному созданию условий для распространения на спорную квартиру исполнительского иммунитета.

Не усматривая основания для принятия доводов о том, что размеры спорного жилья существенно превосходят нормы предоставления жилых помещений на условиях социального найма в регионе проживания должника, апелляционный суд руководствуется следующим.

Из представленной в материалы дела технической информации на спорную квартиру следует, что жилая площадь данной квартиры составляет 58,4 кв.м (три жилых комнаты по 13,7 кв.м, 17,3 кв.м и 27,4 кв.м) (л.д.64, 65).

По убеждению коллегии судей, квартира общей площадью 136,7 кв.м, из которых жилая площадь составляет лишь 58,4 кв.м, и в которой проживают два несовершеннолетних ребенка должника вместе со своей матерью, по своим характеристикам явно не превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности членов семьи гражданина-должника в жилище.

Доказательства того, что указанная квартира по своим характеристикам очевидно превышает уровень, достаточный для удовлетворения разумной потребности в жилище, и сохранение несовершеннолетним детям должника такого жилья не отвечает той цели, которая была заложена законодателем при введении исполнительного иммунитета, отсутствуют.

При таких обстоятельствах, с учетом фактических обстоятельств настоящего обособленного спора, а именно, постоянного проживания семьи вместе с детьми в одной спорной квартире, отсутствия среди отчужденных объектов иных пригодных для постоянного проживания членов семьи должника жилых помещений, приобретения должником спорной квартиры в 2006 году (задолго до процедуры банкротства самого должника, создания подконтрольного ему общества, признанного банкротом), совершения сделки в рамках обычных семейных отношений с целью обеспечения благополучия несовершеннолетних детей, технических характеристик и особенностей планировки квартиры, судом признаны отсутствующими перспективы применения ограничения исполнительского иммунитета в отношении спорного имущества. 

Оснований для нераспространения исполнительского иммунитета на спорную квартиру, как единственное пригодное для постоянного проживания жилое помещение, апелляционный суд не усмотрел.

Доводы жалобы о том, что судом допущены взаимоисключающие выводы по обстоятельствам, имеющим значение для дела, а именно, одновременно сделаны выводы о недоказанности финансовым управляющим проживания должника в спорной квартире, в связи с чем отказано в признании сделки мнимой и о том, что спорная квартира является единственным жильем должника и его семьи, вследствие чего защищена исполнительским иммунитетом, отклонены апелляционным судом.

Вывод суда о том, что указанная квартира защищена исполнительским иммунитетом не противоречит выводам суда об отсутствии доказательств фактического проживания должника в квартире и реальности оспоренной сделки. Судом фактически оценены перспективы и целесообразность признания сделки недействительной, т.к. в случае признания сделки дарения недействительной данная квартира в отсутствии у должника иных пригодных для проживания детей жилых помещений будет являться для них единственным жильем, за счет которого кредиторы не могут получить удовлетворение своих требований.

На основании изложенного, в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора дарения от 22.03.2016 судом отказано правомерно.

Судебная коллегия считает, что судом первой инстанции при рассмотрении дела в целом установлены и исследованы все существенные для принятия правильного решения обстоятельства, им дана надлежащая правовая оценка, выводы, изложенные в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и действующему законодательству.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые могли бы повлиять на обоснованность и законность определения суда либо опровергнуть выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции является законным и обоснованным. Судом апелляционной инстанции не установлены нарушения норм материального или процессуального права, которые в силу статьи 270 АПК РФ являются основанием для отмены или изменения решения суда первой инстанции. В удовлетворения апелляционной жалобы следует отказать.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на заявителя жалобы.

Руководствуясь статьями 176, 258, 266, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Ходатайства общества с ограниченной ответственностью «Агроинвест» и общества с ограниченной ответственностью «Элитстрой-КР-11» о процессуальной замене заявителя по настоящему обособленному спору оставить без рассмотрения.

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 26 апреля 2021 года по делу № А60-24454/2019 оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области. 

 

Председательствующий

Т.С. Нилогова

 

Судьи

 

И.П. Данилова 

 

Т.В. Макаров