ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-91719/2022

Дело № А40-129253/17

г. Москва

15 декабря 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 15 декабря 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи С.А. Назаровой,

судей А.Г. Ахмедова, Ж.Ц. Бальжинимаевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания М.С. Чапего,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего АКБ «Легион» (АО) 

на определение Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022 по делу № А40- 129253/17, об отказе конкурсному управляющему АКБ «Легион» - ГК «АСВ» в удовлетворении заявления о признании недействительным Дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016 к Договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенного между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО) и применении последствий недействительности сделки, 

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) АКБ «Легион» (АО), 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего АКБ «Легион» (АО) – ФИО1 по дов. от 20.09.2023 

от АО «Алькор» - ФИО2 по дов. от 01.06.2022

иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Приказами Банка России от 07.07.2017г. № ОД-1891, №ОД-1892 у АКБ «Легион» (АО) с 07 июля 2017 года отозвана лицензия на осуществление банковских операций и назначена временная администрация Банка России по управлению АКБ «Легион» (АО).

Решением Арбитражного суда города Москвы от 21.09.2017 года (резолютивная часть объявлена 08.09.2017 г. АКБ «Легион» (АО) признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на один год, конкурсным управляющим утверждена государственная корпорация «Агентство по страхованию вкладов».

Сообщение опубликовано в газете «Коммерсантъ» № 182 от 30.09.2017., стр. 50.

В Арбитражный суд города Москвы 18.08.2022 (в электронном виде)   конкурсный управляющий должника  обратился в суд  с заявлением о признании недействительным дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН- ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО),  и применении последствий недействительности  сделки.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 01.12.2022 отказано конкурсному управляющему АКБ «Легион» - ГК «АСВ» в удовлетворении заявления.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, АКБ «Легион» (АО)  обратилось с апелляционной жалобой в Девятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит определение отменить, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении требований, в обоснование ссылаясь на нарушение судом норм материального и процессуального права.

Представитель апеллянта в судебном заседании настаивал на удовлетворении  апелляционной  жалобы по мотивам, изложенным в ней. 

Представитель ООО «Алькор» в судебном  заседании возражал  против  удовлетворения жалобы. 

Иные лица, участвующие в деле в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежаще.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru. 

Рассмотрев дело в порядке статей 156, 266 и 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, исследовав материалы дела, проверив законность и обоснованность определения, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

            Согласно статье 32 Федерального закона Российской Федерации от 26.10.2002 N 127- ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" дела о банкротстве граждан рассматриваются по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными настоящим Федеральным законом.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда г. Москвы от 09.06.2022, оставленным без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2022 признано недействительным дополнительное соглашение № 3 от 02.12.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО) недействительной сделкой, применены последствия недействительности сделки в виде восстановления обязательств сторон по договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенному между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО).

В рамках указанного выше обособленного спора, судебными актами установлено, что 29 февраля 2016 года между АКБ «Легион» (АО) (далее по тексту - Кредитор) и ООО «Металлоконструкции» (далее по тексту - Должник и Заемщик) заключен Договор № 07/16-ВКЛ о кредитной линии (далее по тексту - Кредитный договор), согласно которому Кредитор открывает Заемщику возобновляемую кредитную линию с общей суммой лимита в размере 270 000 000,00 руб. За пользование кредитом Заемщик в соответствии с Кредитным договором и Дополнительными соглашениями к нему уплачивает проценты в размере 16% годовых в период с 29.02.2016 по 30.10.2016, в размере 15,5% годовых в период с 31.10.2016 по 04.04.2017, в размере 15,25% годовых в период с 05.04.2017 по 28.02.2018. Согласно Дополнительному соглашению от 05.04.2017 к Договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016 кредит предоставлен на срок по 28.02.2018г. Задолженность Заемщиком не погашалась. 

В обеспечение исполнения условий по Договору № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016 между АКБ «Легион» (АО), ООО «Алькор» (далее - Ответчик 1 заключен Договор залога недвижимого имущества №07/16-ЗН-ВКЛ-1 от 29.02.2016г.

К договору залога были заключены дополнительные соглашения от 31 октября 2016 года, от 29 марта 2017 года, от 05 апреля 2017 года, по условиям которых, изменялась процентная ставка по кредиту и график погашения.

Банк в рамках дела № А40-242740/2017 обратился с заявлением о взыскании с ООО «Металлоконструкции» задолженности по договору о возобновляемой кредитной линии и об обращении взыскания на объекты недвижимого имущества, обремененные залогом, которое определением от 27.12.2017  принято к производству. 

Определением от 31.01.2018 производство по делу приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по результатам рассмотрения заявления Банка о признании дополнительного соглашения № 4 недействительной сделкой.

ООО «Алькор» в рамках дела № А40-190120/2017 обратилось с заявлением в Арбитражный суд г. Москвы о признании договора залога прекращенными в связи с истечением срока его действия, ссылаясь на то, что он был изменен сторонами дополнительными соглашением № 4 от 19.12.2016.

Определением Арбитражного суда г. Москвы от 17.07.2019 в рамках дела № А40-129253/2017 дополнительное Соглашение № 4 к договору залога недвижимого имущества признано недействительной сделкой, применены последствия недействительности в виде восстановления каждой из сторон в первоначальное положение, существовавшее до заключения недействительных сделок.

Ответчик в рамках дела по рассмотрению спора о признании договора залога прекращенными изменил первоначальные исковые требования, указав, что в результате признания Дополнительного соглашения № 4 недействительной сделкой к положению сторон, имевшемся до его заключения, подлежат применению условия, согласованные сторонами в Дополнительном соглашении № 3 от 02.12.2016 к договору залога недвижимого имущества №07/16-ЗН-ВКЛ-1 от 29.02.2016.

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2019 по делу № А40-190120/17 по исковому заявлению ООО «Алькор» к Банку, Управлению Росреестра по г. Москве признан прекращенным в связи с истечением срока действия договор залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 от 29.02.2016 года, заключенный между ООО «Алькор» и Банком, на регистрирующий орган возложена обязанность внести запись о погашении ипотеки по договору залога в отношении заложенных Банку нежилых помещений.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 22.12.2020 и Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 20.05.2021 указанное Решение Арбитражного суда г. Москвы от 11.04.2019 оставлено без изменения, жалобы Банка без удовлетворения. Банком подана жалоба в Верховный суд Российской Федерации.

При этом, дополнительное соглашение № 3 от 02.12.2016 к договору залога №07/16-ЗН-ВКЛ-1 от 29.02.2016, заключенное между Банком и Залогодателем 1; Дополнительное соглашение от 02.12.2016 к Договору № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016 и Дополнительное соглашение от 11.01.2017 к Договору № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, заключенные между Банком и Заемщиком, представлены Залогодателем 1 в материалы дела № А40-190120/17 не ранее 16.12.2020 (согласно мотивировочной части Постановления от 22.12.2020 Девятого арбитражного апелляционного суда по делу № А40-190120/2017).

Как следует из материалов рассматриваемого настоящего обособленного спора, в Арбитражный суд города Москвы 18.08.2022 (в электронном виде), конкурсный управляющий должника  обратился в суд  с заявлением о признании недействительным дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН- ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО),  и применении последствий недействительности сделки, в  обоснование ссылаясь на  п. 2 ст. 61.2  Закона  о банкротстве  и статьи 10, 168  АПК РФ.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из пропуска  конкурсным управляющим  срока  исковой давности  по оспариванию сделки  на основании п. 2 ст. 61.2  Закона о банкротстве, указав на то, что представителем ответчика в рамках дела № А40-190118/2017 были представлены документы, включающие и спорное дополнительное соглашение, и судом определением от 28.06.2021 приобщены к материалам дела представленные представителем ООО «РБС» документы «с образцами подчерка» ФИО3 а именно: дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-3 от 29.02.2016, заключённого между АКБ «Легион» и ООО «РБС»; дополнительное соглашение №3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 от 29.02.2016, заключённого между АКБ «Легион» и ООО «Интер»; дополнительное соглашение №3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-3 от 29.02.2016, заключённого между АКБ «Легион» и ООО «Алькор».

С данными выводами  суда первой инстанции апелляционный суд  не  может согласиться, в силу  следующего.  

Материалам дела  подтверждено, что 29.02.2016 между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Металлоконструкции» был заключен Договор №07/16-ВКЛ о кредитной линии, согласно п.1.1. которого кредитор (АКБ «Легион» (АО)) открывает заёмщику (ООО «Металлоконструкции») возобновляемую кредитную линию с общей суммой лимита кредитования в размере 270 млн.руб. в порядке и на условиях, предусмотренных указанным договором.

25.10.2016 между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Металлоконструкции» было заключено определяющее с указанной даты порядок и условия предоставления кредита в рамках кредитной линии Дополнительное соглашение к Договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, согласно которому п.1.1 указанного договора о кредитной линии дополнен подпунктом 1.1.1 в следующей редакции: «Кредитор предоставляет Заемщику кредит в рамках кредитной линии, указанной в п.1.1. Договора, на сумму 270.000.000 рублей 00 копеек на срок 276 дней с 29 февраля 2016 г. по 01 декабря 2016 года.

В обеспечение выполнения заёмщиком своих обязательств по указанному договору о кредитной линии между АКБ «Легион» (АО) и ООО «АЛЬКОР» был заключен договор залога №07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016.

Согласно п. 1 ст. 9 Закона от 16.07.1998 №102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» в договоре об ипотеке должны быть указаны предмет ипотеки, его оценка, существо, размер и срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой.

 В пункте 5.5 договор залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016 в редакции, действовавшей до 25.10.2016, указано, что «настоящий договор вступает в силу со дня подписания и действует до полного исполнения принятых на себя обязательств по кредитному договору».

На основании дополнительного соглашения от 25.10.2016 к Договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии, определившего 01.12.2016 как срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой, между АКБ «Легион» (АО) и ООО «АЛЬКОР» заключено дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога №07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, указывающее на срок исполнения обязательства, обеспечиваемого ипотекой.

Согласно п. 1 указанного соглашения № 3 от 25.10.2016  абзац 1 подпункта 1.1. договора залога №07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29 февраля 2016 года  изложен в следующей редакции:

«В силу настоящего договора залогодатель передает залогодержателю в залог имущество, принадлежащее ему на праве собственности (далее - «Предмет залога»), в обеспечение своевременного исполнения обязательств          ООО "Металлоконструкции" (далее - «ЗАЕМЩИК») по возврату кредита, предоставленного Заемщику в рамках кредитной линии и указанного в п.п.1.2.4 настоящего Договора. Кредитная линия открыта Заёмщику в соответствии с Договором № 07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29 февраля 2016 г. (далее – «Кредитный Договор»), заключенным в г. Москва, между Акционерным Коммерческим Банком «Легион» (акционерное общество) и Обществом с ограниченной ответственностью «Металлоконструкции».

Согласно п.2 дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016 к договору залога №07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016 в указанный договор включается подпункт 1.2.4 пункта 1.2 в следующей редакции:

«1.2.4. Залогодержатель предоставляет заемщику кредит в рамках кредитной линии, указанной в п.1.2. настоящего договора на сумму 270.000.000  рублей 00 копеек на срок 276 дней с 29 февраля 2016 г. по 01 декабря 2016 г.».

 В соответствии с п. 4 Дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016 к Договору залога №07/16-3H-BKЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016 п.5.5. указанного Договора залога изложен в следующей редакции:

«5.5. Настоящий Договор вступает в силу со дня подписания и действует до 02 декабря 2016 года. Ипотека (залог) недвижимого имущества, перечисленного в п.п. 1.1.1 настоящего договора, возникает с момента государственной регистрации ипотеки (залога) указанного недвижимого имущества в Управлении Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Москве и прекращается с 02.12.2016 года. По соглашению сторон в соответствии с п.п. 10) п. 1 ст. 352 ГК РФ Стороны определили, что настоящий договор и право залога недвижимого имущества в рамках настоящего договора прекращаются в случае изменения срока исполнения обязательства, обеспеченного залогом и зафиксированного в п.п. 1.2.4. настоящего Договора».

Как следует из материалов  дела, ссылаясь на отсутствие сведений в материалах регистрационного дела и кредитного досье сведений о заключенном дополнительном соглашении № 3 от 26.10.2016, конкурсный управляющий должника ссылался на отсутствие сведений о данной сделке.

Исходя из заявленных апеллянтом доводов и возражений ответчика, исследованных  материалов спора, а также  материалов  дела № А40-190118/2017, апелляционный  суд не может согласиться  с выводами суда первой  инстанции о пропуске конкурсным управляющим  срока исковой давности, в силу  следующего.

В соответствии со ст. 181 ГК РФ в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, срок исковой давности исчисляется со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

В п. 32 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (п. 2 ст. 181 ГК РФ).

В соответствии со ст. 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий п. 3 ст. 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Таким образом, начало течения срока исковой давности по оспариванию сделки должника законодатель связывает с датой, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Учитывая отсутствие доказательств регистрации в ЕГРП сведений о внесении изменений в договор залога, посредством дополнительного соглашения № 3 от 26.10.2016, подлежал установлению момент, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки.

Заявление конкурсного управляющего Банка подано поступило в суд 18.08.2022 (через систему «Мой Арбитр»).

Конкурсный управляющий банка ссылается на то, что о наличии дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3, мог узнать не ранее представления надлежащим образом заверенной копии данного соглашения в рамках иного дела № А40-190118/2017 по исковому заявлению ООО «РБС» о признании залога прекращенным, т.е. не ранее 18.08.2021, в качестве приложения к письменным объяснениям от 18.08.2021 (загружены через систему «Мой Арбитр» 18.08.2021).

В данном случае, суд первой инстанции, устанавливая, что конкурсный управляющий банка мог узнать о наличии спорного соглашения от 25.10.2016 № 3 ранее 18.08.2021, указал следующее.

В определении Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2021 по делу №А40-190118/2017 указано, что по ходатайству конкурсного управляющего, участвовавшего в указанном арбитражном деле в качестве ответчика, в рамках упомянутого дела рассматривался вопрос о назначении судебной экспертизы. Для ее проведения были необходимы образцы документов с образцами подписей заместителя председателя правления АКБ «Легион» (АО) ФИО3 и суд потребовал от истца по делу ООО «РБС» представить оригиналы всех дополнительных соглашений к договору залога, а также сам оригинал договора. Так как ООО «Алькор», ООО «Интер» и ООО «РБС» являются собственниками различных частей одного здания, на которые оформлены залоги в пользу АКБ «Легион» (АО), и их интересы в судах представлял одно лицо - ФИО2, последний представил суду, среди прочих документов: дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 от 29.02.2016, заключенного между АКБ «Легион» и ООО «Алькор»; дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-2 от 29.02.2016, заключенного между АКБ «Легион» и ООО «Интер»; дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-З от 29.02.2016, заключенного между АКБ «Легион» и ООО «РБС».

Суд первой инстанции также учел, что в определении Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 указано, что судом приобщены к материалам дела представленные представителем истца (ООО «РБС») документы «с образцами подчерка» вышеуказанного ФИО3

Таким образом, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что срок исковой давности истек 28.06.2022, считая, с даты определения от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 (об отложении судебного заседания).

Рассматривая апелляционную жалобы конкурсного управляющего должника по настоящему обособленному спору, определением отложено судебное заседание и предложил ответчику представить доказательства времени получения (ознакомления) конкурсным управляющим АКБ «Легион» (АО) копии дополнительного соглашения от 25.10.2016 № 3 к договору залога.

Выводы суда первой  инстанции основаны на определении Арбитражного суда города Москвы от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 и сделаны без исследования материалов указанного дела, в обжалуемом судебном акте первой инстанции не отражены сведения о том, что судом запрашивались материалы дела №А40-190118/2017 или заверенные судом копии из материалов дела, прослушивалась аудиозапись судебных заседания, в т.ч. для установления факта даты приобщения в материалы дела спорной копии дополнительного соглашения, при этом имелись противоречивые позиции конкурсного управляющего и ответчика, в свою очередь, из текста определения суда от 28.06.2021 также не представляется возможным однозначно установить, какие документы представлены и приобщены к материалам дела. При этом в электронном виде копии дополнительных соглашения поименованы в качестве приложений к пояснениям от 18.08.2021. Из копии протокола судебного заседания от 28.06.2021 по делу №А40-190118/2017 также не представляется возможным однозначно установить, какие документы приобщены судом по ходатайству истца ООО «РБС».

В связи с  указанными обстоятельствами, а также  принимая  во внимание  постановление Арбитражного суда Московского округа от 22.09.2022, принятого в рамках настоящего банкротного дела, апелляционным судом отложено  судебное заседание и истребованы материалы дела № А40-190118/2017 для      непосредственного исследования доказательств, представленных в материалы указанного дела № А40-190118/2017, поскольку  из итогового судебного акта по делу дата представления копии дополнительного соглашения не усматривается.

Исследуя непосредственно материалы дела № А40-190118/2017 и представленные в него доказательства, представителем ООО «РБС», апелляционным судом  установлено следующее.

Определением от 16.12.2020 по делу  № А40-190118/2017 судебное заседание отложено, истцу предложено представить все имеющиеся дополнительные   соглашения, оригиналы  на обозрение, надлежащим образом  заверенные  копии – для  приобщения  к  материалам дела.  

На л.д. 90 и 91  т. 3 дела № А40-190118/2017 находятся  копии дополнительных  соглашений  № 3  от 25.10.2016  и  от 01.08.2016, заключенных  с  ООО «РБС», которые  приобщены  судом  к  материалам дела согласно протоколу от 08.02.2021 (л.д. 91 т. 3). 

В материалах дела  № А40-190118/2017 в т. 4 на л.д. 58-59  находятся письменные  объяснения от ООО «РБС» в приложении указано на  копии постановления  Арбитражного суда  Московского округа от 20.05.2021  по  делу  № А40-190120/2017, доверенности и диплома  о высшем  образовании представителя.

На  л.д. 62 т. 4 указанного дела находится дополнительное соглашение  № 3  от 02.12.2016.

Согласно протоколу судебного заседания от 28.06.2021 (л.д. 68 т. 4) «представитель истца  представил для приобщения  к материалам  дела дополнительные  документы. Суд определил: приобщить к материалам дела представленные   представителем  истца дополнительные документы.»

Определением от 28.06.2021 (л.д. 69  т. 4) по делу  № А40-190118/2017 судебное заседание отложено на  18.08.2021, истцу предложено подготовить  дополнительные документы с образцами подчерка, правовую позицию в отношении образцов  подписей.

10.08.2021 в  электронном виде подано ходатайство конкурсным управляющим  АКБ «Легион» (АО) о приостановлении производства по делу (л.д. 70-71 т. 4). 

 18.08.2021 (л.д. 75-76 т. 4) представителем ООО «РБС» представлены письменные   объяснения от 18.08.2021  в приложении которого указаны копии дополнительных  соглашений  № 3 от 25.10.2016 в  договорам  залога   от 29.02.2026, заключенных  с  ООО «РБС», ООО «Алькор», ООО Интер», а также  копии Постановления  Арбитражного апелляционного суда  от 20.05.2021  по делу № А40-190120/2017 и Постановления Девятого арбитражного апелляционного суда от 15.07.2021  по делу  №  А40-190117/2017.

На л.д. 77 - 87 т. 4 находятся копии перечисленных  судебных  актов, на первой страниц которых учинена  запись «копия верна. 18.08.2021  подпись (ФИО2)».

На л.д. 89 т. 4 находится копия дополнительного соглашения  № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО),  на которой учинена запись «копия верна. 18.08.2021  подпись (ФИО2) Прил. 4».

Также, на указанной копии проставлен штамп без содержания принадлежности к конкретной организации, имеющей нечеткие образы цифр дня июня  2021 года, тогда как копия  данного документа представителем  заверена  18.08.2021.

Согласно протоколу судебного заседания от 18.08.2021 (л.д. 93 т. 4) приобщены  к материалам дела дополнительные документы, представленные представителем ответчика.

Определением от 18.08.2021 (л.д. 94 т. 4) по делу  № А40-190118/2017 судебное заседание отложено на 22.09.2021, истребования  из ЦБ РФ документы  и печать  АКБ «Легион» (АО).

На л.д.  95 - 96 т. 4  содержатся  письменные  объяснения ООО «РБС» от 18.08.2021 (загружен документ в «Мой Арбитр» 18.08.2021, 01:11 (МСК), аналогичны тексту объяснений, находящихся на л.д.  (л.д. 75-76 т. 4).  

При этом, доказательств того, что копии приложенных к  данным письменным  объяснениям документов  направлялись  в  адрес  конкурсного управляющего, не имеется. 

Доказательств того, что в судебном  заседании 28.06.2021 текст спорного дополнительного соглашения вручался представителю конкурсного управляющего, материалы  дела  не  содержат.  

Также, при изучении материалов дела № А40-190118/2017 апелляционным судом установлено, что файлы аудиозаписи судебных заседаний 28.06.2021 и 18.08.2021 отсутствуют, о чем  составлен судом акт (л.д. 16 т. 5).

Установив вышеперечисленные обстоятельства, изучив непосредственно материалы дела № А40-190118/2017, апелляционный суд приходит к выводу о том, что со спорной копией дополнительного соглашения, стороной которого является ООО «Алькор», конкурсный управляющий должника мог ознакомиться не  ранее  18.08.2021.

Кроме того, при рассмотрении заявления Банка о признании недействительным Дополнительного соглашения № 3 от 02.12.2016 в рамках настоящего дела о банкротстве,  ООО «Алькор» 08.12.2021 представлены суду письменные объяснения с приложением оспариваемого в настоящем споре дополнительного соглашения, и в   судебном заседании в рамках указанного спора представлен суду на обозрение оригинал дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016. 

При таких обстоятельствах, апелляционный суд приходит к выводу о том, что  по состоянию на момент обращения с настоящим иском в суд 18.08.2022, конкурсным управляющим  срок исковой давности не  пропущен.     

 Как следует из материалов дела, приказом Центрального Банка Российской Федерации от 07.07.2017 № ОД-1892 с 07.07.2017 назначена временная администрация по управлению кредитной организацией АКБ «Легион» (АО).

Принимая во внимание время совершения сделки (25.10.2016), сделка  относится к  подозрительной, применительно к  ст. 61.2  Закона о банкротстве. 

 В силу положений п. 1 ст. 61.2  Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств. 

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве, сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной в порядке и по основаниям, которые предусмотрены Законом о банкротстве, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных параграфом 4.1 главы IX Закона о банкротстве. 

Наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную согласно статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 4 Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III. 1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»).

В пункте 5 Постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходима совокупность следующих условий: а)      сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б)         в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в)          другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а)  на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершенабезвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника; б)  имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым – пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 6 постановления Пленума от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Отказывая в удовлетворении требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств, которая подлежит доказыванию согласно требованиям пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Отклоняя  довод  управляющего, о том, что на момент совершения сделки Банк отвечал признаку неплатежеспособности, суд  первой  инстанции указал на то, что  приведенные доводы относятся к обстоятельствам, предположительно имевшим место 01.12.2016, 01.06.2017 и 04.07.2017, т.е. после заключения оспариваемой сделки от 25.10.2016.

С выводами суда первой инстанции о том, что  по состоянию на  25.10.2016  Банк  не отвечал признакам неплатежеспособности, апелляционный суд не может согласиться, в  силу  следующего.

Как ранее установлено,  29.02.2016 между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Металлоконструкции» был заключен Договор №07/16-ВКЛ о кредитной линии, согласно п.1.1. которого кредитор (АКБ «Легион» (АО)) открывает заёмщику (ООО «Металлоконструкции») возобновляемую кредитную линию с общей суммой лимита кредитования в размере 270 млн.руб. в порядке и на условиях, предусмотренных указанным договором.

25.10.2016 между АКБ «Легион» (АО) и ООО «Металлоконструкции» было заключено определяющее с указанной даты порядок и условия предоставления кредита в рамках кредитной линии Дополнительное соглашение к Договору №07/16-ВКЛ о кредитной линии от 29.02.2016, согласно которому п.1.1 указанного договора о кредитной линии дополнен подпунктом 1.1.1 в следующей редакции: «Кредитор предоставляет Заемщику кредит в рамках кредитной линии, указанной в п.1.1. Договора, на сумму 270.000.000 рублей 00 копеек на срок 276 дней с 29 февраля 2016 г. по 01 декабря 2016 года.

  Исходя из положений п. 1.4. кредитного договора срок окончания действия кредитной линии и, соответственно, срок погашения заемщиком всей задолженности по предоставленным кредитам, включая проценты по ним, устанавливается – 28.02.2018.

  Согласно выписке по ссудному счету № 45207810200000000343, открытому для учета ссудой задолженности по кредитному договору, денежные средства в размере 270 000 000,00 рублей предоставлены ООО «Металлоконструкции» только один раз 29.02.2016. Данное обстоятельство установлено определением Арбитражного суда города Москвы от 20.12.2019 по настоящему делу.

К кредитному договору сторонами были заключены дополнительные соглашения:  от 01.08.2016, устанавливающее обязанность заемщика раскрывать информацию о деятельности заемщика, залогодателей и о состоянии залога; от 29.08.2016, устанавливающее срок предоставления кредита в размере 270 млн. руб. в рамках кредитной линии с 29.02.2016 по 01.08.2017 и возможность продления срока действия кредитного транша до 28.02.2018; от 31.10.2016, изменяющее процентную ставку и устанавливающий график погашения кредитов без изменения срока действия кредитной линии; от 29.03.2017, изменяющее график погашения кредитов без изменения срока действия кредитной линии; от 29.03.2017, устанавливающее срок предоставления кредита в размере 270 млн. руб. в рамках кредитной линии с 29.02.2016 по 28.02.2018; дополнительное соглашение от 05.04.2017, изменяющее процентную ставку и устанавливающий график погашения кредитов без изменения срока действия кредитной линии; от 25.10.2016, устанавливающее срок предоставления кредита в размере 270 млн.руб. в рамках кредитной линии с 29.02.2016 по 01.12.2016; от 02.12.2016, устанавливающее срок предоставления кредита в размере 270 млн.руб. в рамках кредитной линии с 29.02.2016 по 01.01.2017; от 11.01.2017, устанавливающее срок предоставления кредита в размере 270 млн.руб. в рамках кредитной линии с 29.02.2016 по 01.02.2017.

В обеспечение выполнения заёмщиком своих обязательств по указанному договору о кредитной линии между АКБ «Легион» (АО) и ООО «АЛЬКОР» был заключен договор залога №07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, в силу п. 1.1. которого, залогодатель предает недвижимое имущество, принадлежащее ему на праве собственности, в обеспечение своевременного исполнения обязательств ООО «Металлоконструкции» по кредитному договору.

Из материалов банкротного дела следует, что к договору залога были заключены следующие дополнительные соглашения: от 31.10.2016, изменяющее процентную ставку по кредиту и график погашения; от 29.03.2017, изменяющее процентную ставку по кредиту и график погашения; от 05.04.2017, изменяющее процентную ставку по кредиту и график погашения.

При этом, дополнительные соглашения: № 3 от 25.10.2016, изменяло график погашения по кредиту, и устанавливало срок действия договора залога до 02.12.2016;  № 3 от 02.12.2016 (признано судом недействительным в настоящем деле о банкротстве), изменяло график погашения по кредиту, и устанавливало срок действия договора залога до 02.01.2017; № 4 от 19.12.2016 (признано судом недействительным в настоящем деле о банкротстве), изменяло график погашения по кредиту, и устанавливало срок действия договора залога до 01.07.2017.

Вступившим в законную силу определением от 09.06.2022 признано недействительной сделкой дополнительное соглашение № 3 от 02.12.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО), применены последствия недействительности сделки в виде восстановления обязательств сторон по договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенному между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО).

Вступившим в законную силу определением от 17.07.2019 признано недействительной сделкой дополнительное соглашение № 4 от 19.12.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО), применены последствия недействительности сделки в виде приведения сторон в положение, существовавшее до заключения недействительного соглашения.

Согласно положениям договора залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, он был заключен в качестве обеспечения надлежащего исполнения обязательств по кредитному договору, а не в качестве надлежащего исполнения обязательств по возврату определенного кредита (транша), предоставленного Банком в рамках действия кредитной линии.

Дополнительные соглашения к кредитному договору предусматривали по своей сути пролонгацию на возврат предоставленных ООО «Металлоконструкции» 29.02.2016 денежных средств (транша) в размере 270 000 000,00 рублей. При этом, дополнительные соглашения не изменяли общий срок действия самого кредитного договора (кредитной линии).

Таким образом, довод ответчика о том, что поскольку срок действия кредита истекал 01.01.2017, заключение оспариваемого дополнительного соглашения не привело к неблагоприятным последствиям для Банка, не может быть признан  обоснованным, так как  оспариваемое дополнительное соглашение предусматривало изменение срока действия залога,  в то время как срок действия по основному обязательству (кредитному договору) изменен не был, на момент заключения оспариваемого дополнительного соглашения срок действия кредитного договора составлял до 28.02.2018.

Ввиду изложенного, апелляционный суд соглашается с доводом конкурсного управляющего о том, что при заключении оспариваемого дополнительного соглашения стороны прекратили действие договора залога на будущее по обязательству, которое не исполнено. 

В соответствии со ст. 2 Закона о банкротстве под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Согласно статье 189.12 Закона о банкротстве, при нарушении кредитной организацией норматива достаточности собственных средств (капитала), установленного Банком России (Инструкция банка России от 03.12.2012 №139-И «Об обязательных нормативах банков», вступила в силу 01.01.2013, окончание действия документа - 27.07.2017), единоличный исполнительный орган кредитной организации - председатель правления Банка - обязан принять необходимые и своевременные меры по предупреждению банкротства (осуществлению мер по финансовому оздоровлению Банка), а также осуществить обязанности в случае возникновения признаков банкротства Банка.

Вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 21.09.2017 по настоящему делу установлено, что согласно расчету стоимости имущества (активов) и обязательств Банка, осуществленному ГУ Банка России по Центральному федеральному округу по балансу Банка по состоянию на 04.07.2017 (форма 0409101) (дата последней отчетности, представленной в Отделение 1 Москва ГУ Банка России по Центральному федеральному округу до даты отзыва лицензии на осуществление банковских операций) стоимость имущества (активов) кредитной организации составила 12 832 241 000 руб., размер ее обязательств составил 14 437 758 000 руб. Размер обязательств Банка превышает стоимость его имущества (активов) на 1 605 517 000 руб.

29.12.2016 Центральный банк Российской Федерации (Банк России) вынес Предписание № Т1-85-4-08/185723 ДСП по результатам рассмотрения акта инспекционной проверки от 14.11.2016 № А1К-И25-10-10/2438ДСП, с возражениями и комментариями Банка (рег. № 3117), информацией по ссудной задолженности ряда заёмщиков, представленной письмами от 28.10.2016 № 03-01/4936, от 31.10.2016 № 03-01/4951. Банк России установил, что общая сумма резерва к деформированию, исходя из расчета на 01.12.2016, составляет не менее 170 910 тысяч рублей, доформирование резервов в указанном объеме может привести по состоянию на 01.12.2016 к снижению собственных средств (капитала) Банка на 29,7% по сравнению с их (его) максимальной величиной, достигнутой за последние 12 месяцев (на 01.12.2015 - 2 403 796 тысяч рублей), нарушению норматива максимального размера риска на одного заёмщика или группу связанных заёмщиков (Н6 -25,7 при максимально допустимом значении 25%). 28.06.2017 Банк России вынес Предписание № 36-8-3-1/471ДСП. В ходе внеплановых инспекционных проверок в период с 31.03.2017 по 07.07.2017 Банк России установил наличие нарушений требований п.п. 3.9.2 п. 3.12, п. 6.6 Положения № 254-П, п. 1.5 Положения Банка России от 20.03.2006 № 283-П и недооценки риска по ссудной задолженности отдельных заёмщиков и контрагентов. Объем недоформированного резерва по состоянию на 01.06.2017 составил 1 006 875 тыс. рублей. Доформирование резерва в указанном объеме могло привести к полной утрате собственных средств (капитала) Банка, при этом все капиталосодержащие обязательные нормативы были бы нарушены. У Банка могли возникнуть основания для осуществления мер по предупреждению банкротства, предусмотренные п.п. 3, 4 и 6 ст. 189.10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». 07.07.2017 года у Банка отозвана лицензия на осуществление банковских операций в связи с неисполнением Банком федеральных законов, регулирующих банковскую деятельность, а также нормативных актов Банка России, значением всех нормативных достаточности собственных средств (капитала), снижением размера собственных средств ниже минимального значения уставного капитала.

При этом, акт инспекционной проверки от 14.11.2016 № А1К-И25-10-10/2438ДСП Банка России охватывает период проверки за последний отчетный год до начала проверки (с 01.09.2015 по последующую отчетную дату до начала проверки, начало проверки - 20.09.2016), т.е. обстоятельства недоформирования резервов Банком и нарушения норматива максимального размера риска на одного заёмщика или группу связанных заёмщиков были выявлены и имели место на дату совершения  оспариваемой  сделки от   25.10.2016, что  также  подтверждается предоставлением Банком информации по ссудной задолженности ряда заёмщиков (письма от 28.10.2016 № 03-01/4936, от 31.10.2016 № 03-01/4951).

Недостаточность резервов Банка в значительном объеме, подтверждена актом инспекционной проверки Банка России от 14.11.2016.

Также, из анализа конкурсного управляющего о финансовом состояния Банка за период с 01.07.2015 по 07.07.2017 следует, что его капитал имел отрицательное значение на протяжении всего исследуемого периода, стоимости имущества было недостаточно для исполнения обязательств перед кредиторами.

При таких обстоятельствах, вывод суда первой инстанции об отсутствии признаков неплатежеспособности Банка на момент совершения оспариваемой сделки, а именно по состоянию на 25.10.2016,  нельзя  признать верным. 

Кроме того, согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 12.03.2019 № 305-ЭС17-11710 (4) по делу №А40-177466/2013, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной.

В обоснование фактической аффилированности Банка и ООО «Алькор» на момент заключения дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016, конкурсный управляющий  ссылался на установленные судебными актами данные обстоятельства. На момент заключения соглашения директором ответчика являлась ФИО4 - дочь председателя Правления Банка «Легион» ФИО5.

В соответствии со ст. 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику также признаются лица, состоящие в родственных отношениях с руководителем должника.

Согласно  правовой  позиции, изложенной  в Определении Верховного суда Российской Федерации №301-ЭС17-7613 (3) от 23.08.2018 следует критически относиться к обстоятельствам, при которых банк, без видимых к тому причин отказывается от залога по обязательству, которое не исполнено. Поведение кредитора, отказывающегося от обеспечения по обязательству (что влечет существенное снижение гарантий возврата долга), должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения  относительно  правомерности  подобных действий.  Такой участник оборота должен осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств. В результате подобной сделки лицо, освобожденное от обеспечительного бремени, получает существенную нетипичную выгоду (которую бы оно никогда не получило при нормальном развитии отношений).

Из толкований положений договора о залоге, с учетом внесенных дополнительным соглашением изменений, следует, что изменения в спорном дополнительном  соглашении влечет  причинение вреда кредиторам Банка. В отношении иных дополнительных  соглашений  к указанному договору  договора, вступившими в законную силу  судебными актами установлены  обстоятельства причинения  вреда  кредиторам должника. 

Из материалов спора следует, что государственную регистрацию спорное  дополнительное соглашение не проходило.

При этом, запись об ипотеке на основании договора залога зарегистрирована 22.04.2016, номер государственной регистрации: 77-77/003-77/003/006/2016-409/1, срок, на который установлено ограничение прав и обременение объекта недвижимости: 28.02.2018.

Согласно ст. 433 ГК РФ договор, подлежащий государственной регистрации, считается для третьих лиц заключенным с момента его регистрации, если иное не установлено законом.

Федеральным законом от 21.12.2013 № 367-ФЗ «О внесении изменений в часть первую Гражданского кодекса Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации» (пункт 5 статьи 3) установлено, что правила о государственной регистрации ипотеки, содержащиеся в том числе в Законе об ипотеке, не подлежат применению к договорам ипотеки, заключаемым после вступления в силу указанного Федерального закона (т.е. после 01.07.2014).

Новая редакция ст. 339.1 ГК РФ в названном законе устанавливает правила государственной регистрации залога.

В соответствии с п.п. 1 п. 1 ст. 339.1 ГК РФ залог подлежит государственной регистрации и возникает с момента такой регистрации в случаях, если в соответствии с законом права, закрепляющие принадлежность имущества определенному лицу, подлежат государственной регистрации (статья 8.1).

Согласно ст. 164 ГК РФ в случаях, если законом предусмотрена государственная регистрация сделок, правовые последствия сделки наступают после ее регистрации (пункт 1); сделка, предусматривающая изменение условий зарегистрированной сделки, подлежит государственной регистрации (пункт 2).

Таким образом, если дополнительное соглашение заключено к договору ипотеки, подписанному до 01.07.2014 включительно, оно подлежит обязательной государственной регистрации и считается заключенным с момента такой регистрации, в то время как дополнительное соглашение к договору ипотеки, заключенному после 01.07.2014, государственной регистрации не подлежит и вступает в силу, с момента его подписания сторонами, но при этом на основании такого соглашения должны быть внесены соответствующие изменения в регистрационную запись об ипотеке, в случае если данным соглашением изменяются существенные условия договора ипотеки.

Следовательно, дополнительные соглашения должны представляться на государственную регистрацию в случае необходимости внесения на их основании изменений в регистрационную запись об ипотеке.

Доказательств того, что в Единый государственный реестр недвижимости в отношении объекта недвижимости, являющегося предметом залога по договору залога недвижимого имущества, были внесены изменения о том, что срок действия договора залога установлен (изменен) до 02.12.2016, в  материалы дела не представлено.

При этом, апелляционный суд  учитывает выводы, содержащиеся во вступивших в законную силу  судебных актах, принятых по результатам настоящего дела о банкротстве (оставлены  без  изменения постановлениями Арбитражного суда Московского округа от 30.01.2023, от 20.02.2023, от 13.02.2023) о необходимости регистрации изменений, вносимых в договор залога. 

Однако с момента спорного дополнительного соглашения (25.10.2016) ответчик обратился с иском о признании договора залога прекращенным в рамках  дела № А40-190117/2017  -  10.10.2017, т.е. спустя почти год. 

Подобное поведение ответчика не свойственное добросовестному участнику хозяйственного оборота.

Довод  ответчика о недоказанности его заинтересованности по отношению к Банку, подлежит отклонению, поскольку имеет значение не только юридическая аффилированность, но и фактическая. Тогда как в рассматриваемом случае ответчик, очевидно знал о неудовлетворительном финансовом состоянии Банка, с которым имел отношения, на условиях, недоступных для неограниченного круга лиц.

Исходя из положений статей 431 и 450 ГК РФ это фактически означает, что стороны расторгли соглашение о залоге на будущее, поэтому действительность оспариваемой сделки необходимо проверять так, как если бы оспаривалось соглашение о расторжении договора залога (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2018 № 301-ЭС17-7613(3) по делу № А79-8396/2015).

Таким образом, оспариваемое дополнительное соглашение предусматривало изменение срока действия залога до 02.12.2016, в то время как срок действия по основному обязательству (Кредитному договору) изменен не был, на момент заключения оспариваемого дополнительного соглашения срок действия кредитного договора составлял до 28.02.2018.

Апелляционный суд  не может согласиться с  выводом суда первой инстанции о том, что Банк уклонился от внесения в регистрационную записи об ипотеке изменений, связанных с предъявленным суду дополнительным соглашением, в связи с чем ответчик был вынужден обратиться в Арбитражный суд города Москвы в рамках дела № А40-190120/2017 с требованием о внесении таких изменений в регистрационную запись об ипотеке.

Так, из материалов  дела  следует, что оспариваемое дополнительного соглашение № 3 от 25.10.2016, и признанные недействительными дополнительными соглашениями № 3 от 02.12.2016 и № 4 от 19.12.2016 отсутствовали в кредитном досье, переданном АСВ от временной администрации Банка, и указанные соглашения представлены ответчиком в рамках судебных  споров. 

В связи с чем, вывод суда  первой  инстанции о осведомленности Банка о наличии спорного дополнительного соглашения на момент его изготовления и об уклонении Банка от регистрации его условий о сроке, не основан на материалах и фактических обстоятельствах дела.

Отказывая в  удовлетворении требования о признании сделки  недействительной  на основании статей 10 и 168 ГК РФ, суд первой инстанции исходил из того, что Банком не указано, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные им нарушения выходят за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. Такое одновременное применение норм статей 10 и 168 ГК РФ о ничтожности сделки и норм ст. 61.2 Законе о банкротстве об оспоримости сделки без указания, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделки выявленные заявителем нарушения закона выходят за пределы диспозиции п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, согласно правовой позиции, выраженной в определении СКЭС ВС РФ от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1) по делу № А41-20524/2016, недопустимо.

Однако согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 9.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", если суд, исходя из доводов оспаривающего сделку лица и имеющихся в деле доказательств, придет к выводу о наличии иного правового основания недействительности сделки, чем то, на которое ссылается истец, то на основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права.

Действительно, вопрос о допустимости оспаривания сделок должника на основании статей 10 и 168 ГК РФ неоднократно рассматривался Судебной коллегией по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (определения СКЭС ВС РФ от 24.10.2017 N 305-ЭС17-4886(1), от 31.08.2017 N 305-ЭС17-4886, от 17.12.2018 N 309-ЭС18-14765, от 06.03.2019 N 305-ЭС18-22069). Согласно сложившейся судебной практике, применение статьи 10 ГК РФ возможно лишь в том случае, когда речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок.

Согласно п. 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63, наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу статьи 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Пунктом 2 статьи 168 ГК РФ установлено, что сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

Кроме того, в соответствии с п.п. 7, 8 и п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23. Об. 2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 ГКРФ).

Из содержания ст. 10 ГК РФ следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

По общему правилу п. 5 ст. 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. 

В соответствии со статьей 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Поведение кредитора, отказывающегося от обеспечения по обязательству (что влечет существенное снижение гарантий возврата долга), должно породить у любого добросовестного и разумного участника гражданского оборота сомнения относительно правомерности подобных действий. Такой участник оборота должен осознавать, что сделка по расторжению соглашения об обеспечении с высокой степенью вероятности может нарушать права и законные интересы кредиторов его контрагента, справедливо рассчитывающих на удовлетворение своих требований за счет пополнения конкурсной массы посредством возврата кредитных средств. Учитывая, что в результате подобной сделки лицо, освобожденное от обеспечительного бремени, получает существенную нетипичную выгоду (которую бы оно никогда не получило при нормальном развитии отношений), на него подлежит возложению риск последующего скорого банкротства контрагента, заключающийся в оспаривании соответствующей сделки. Отклонение поведения банка от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав указывает на сомнительность отмены обеспечительного обязательства, что должен был понимать залогодатель в отсутствие полного погашения обеспеченного залогом обязательства перед банком (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 23.08.2018 N 301-ЭС17-7613(3) по делу № А79-8396/2015).

Однако, доказательств наличия  экономически разумного обоснования действий Банка по отказу от права залога в материалы дела не представлено.

Тогда, как заключение обеспечительных обязательств при заключении кредитных договоров само по себе является гарантией для заимодавца получить исполнение по своим требованиям и применительно к настоящему обособленному спору ограничивать срок действия обеспечительных обязательств неразумно, экономически нецелесообразно и фактически влечет убытки в случае неисполнения своих обязательств заемщиком.

В силу вышеизложенного, апелляционный суд  приходит к выводу о том, что  оспариваемое соглашение заключено со злоупотреблением правом и подлежат квалификации применительно к  статьям 10 и 168 ГК РФ.

Учитывая вступившее в законную силу определение Арбитражного суда г. Москвы от 09.06.2022, оставленное без изменения Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 19.10.2022 (признано недействительным дополнительное соглашение № 3 от 02.12.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенное между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО) недействительной сделкой)  которым  применены последствия недействительности сделки в виде восстановления обязательств сторон по договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенному между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО), исходя из положений  ст. 167  ГК РФ и ст. 61.6  Закона о банкротстве,  апелляционный суд  применяет последствия недействительности дополнительного соглашения № 3 от 25.10.2016 в виде признания отсутствующим обязательства должника (Банка) по оспариваемой сделке.

Принимая во внимание установленные  по делу  обстоятельства, а  также вступившие в законную силу судебные акты о признании недействительными дополнительных соглашений № 3 от 02.12.2016 и № 4 от 19.12.2016 к указанному договору залога, апелляционный  суд  приходит к выводу  о наличии  правовых  оснований для  квалификации спорной сделки недействительной на основании п.  2 ст. 61.2 Закона о банкротстве и ст. ст. 10, 168  ГК РФ.

Ответчик возражая  против удовлетворения апелляционной жалобы, заявил о наличии оснований  для  применения процессуального эстоппеля, в связи с тем, что в заявлении об оспаривании дополнительного соглашения №3 от 25.10.2016 к Договору залога №07/16-ЗН- ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заявитель указал, что об оспариваемом соглашении стало известно 08.12.2021, тогда как в апелляционной жалобе конкурсный управляющий изменил свою позицию по обстоятельствам дела, ссылаясь  на то, что  копия оспариваемого соглашения впервые была представлена представителем ООО «РБС» 18.08.2021, когда представитель ООО «РБС» приобщил его к материалам дела №А40-190118/2017, и с указанной даты об оспариваемом соглашении стало известно заявителю.

Однако, вопреки доводам ответчика  апелляционный суд полагает, что правовой принцип утраты права на возражение при недобросовестном или противоречивом поведении ("эстоппель") не подлежит применению в настоящем случае, так как действия  конкурсного управляющего направлены на защиту прав кредиторов должника в рамках Закона  о банкротстве.

Такое изменение позиции заявителя не свидетельствует о нарушении им принципа процессуального эстоппеля и злоупотребления правом.

Оснований для квалификации действий конкурсного управляющего как злоупотребление правом, апелляционный суд  не  усматривает.

При таких обстоятельствах, определение в соответствии со ст. 270 АПК РФ подлежит отмене, с принятием решения об удовлетворении требований конкурсного управляющего должника  в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 176, 266 - 270, 271 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01.12.2022 по делу № А40- 129253/17 отменить.

Признать недействительным дополнительное соглашение № 3 от 25.10.2016 к договору залога № 07/16-ЗН-ВКЛ-1 недвижимого имущества от 29.02.2016, заключенного между ООО «Алькор» и АКБ «Легион» (АО). Применить последствия недействительности сделки, признать отсутствующим  обязательства должника  по оспариваемой сделке.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     С.А. Назарова

Судьи:                                                                                                          А.Г. Ахмедов

                                                                                                          Ж.Ц. Бальжинимаева