Арбитражный суд Челябинской области

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А76-9052/2017

18 октября 2018 года

г. Челябинск

Резолютивная часть решения объявлена 11 октября 2018 года

Решение в полном объеме изготовлено 18 октября 2018 года

 

Судья Арбитражного суда Челябинской области Мрез И. В.,  при ведении протокола судебного заседания  с использованием средств аудиофиксации секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении арбитражного суда по адресу: ул. Воровского, 2, каб. 416, дело по заявлению Государственного учреждения- Челябинское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации  к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области, третье лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Протезно-ортопедический центр», общество с ограниченной ответственностью «РТС-Тендер»,  ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Орто-мед», Федеральное государственное унитарное предприятие «Протезно-ортопедическое предприятие», Управление Федерального казначейства по Челябинской области, Главное бюро медико-социальной экспертизы по Челябинской области

о признании недействительным решения

при участии в заседании:

от заявителя: ФИО3, - представителя по доверенности от 31.12.2017;

от заинтересованного лица: ФИО4 - представителя по доверенности от 05.10.2018;

от третьих лиц: не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Государственное учреждение - Челябинское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации (далее -  заявитель, ГУ- ЧРО ФСС РФ) обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области (далее – заинтересованное лицо, УФАС по Челябинской области) о признании недействительным решения от 26.12.2016 № 240-ВП2016.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Протезно-ортопедический центр», общество с ограниченной ответственностью «РТС-Тендер»,  ФИО2, общество с ограниченной ответственностью «Орто-мед», Федеральное государственное унитарное предприятие «Протезно-ортопедическое предприятие», Управление Федерального казначейства по Челябинской области, Главное бюро медико-социальной экспертизы по Челябинской области.

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2018 по настоящему делу заявленные требования удовлетворены, решение Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области от 26.12.2016 № 240-ВП-2016 признано недействительным.

Управлением Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области на  решение Арбитражного суда Челябинской области по настоящему делу подана апелляционная жалоба в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд. Постановлением апелляционной инстанции от 04.12.2017 решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2017 по настоящему делу оставлено без изменения, апелляционная жалоба Управления Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области без удовлетворения.

Управлением Федеральной антимонопольной службы по Челябинской области на  решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2017 по настоящему делу подана кассационная жалоба в Арбитражный суд Уральского округа.

Постановлением кассационной инстанции от 05.04.2018 решение Арбитражного суда Челябинской области от 09.10.2017 по делу № А76-9052/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.12.2017 по настоящему делу отменены, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Челябинской области.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, в судебное заседание не явились, извещены надлежащим образом о времени и месте проведения судебного заседания, о чем в материалах дела имеются соответствующие доказательства. 

С учетом изложенного, суд рассмотрел дело в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле, в порядке статьи 156 АПК РФ.

Представитель заявителя в судебном заседании в обоснование ранее заявленных доводов дополнительно указал, что используемое в аукционной документации понятие «полуфабрикат максимальной готовности» отсутствует в ГОСТах, однако, указанный термин применяется в Функциональной номенклатуре ортопедической обуви, которая была разработана совместно   ФСС    РФ    и   Федеральным    агентством    по    здравоохранению    и социальному развитию от 14.12.2006. Указанная классификация предусматривает изготовление обуви по способу изготовления, в том числе :

 - изготовление обуви из полуфабрикатов максимальной готовности;

- изготовление обуви по обмерам и слепкам. 

ГОСТ Р 54407-2011 не содержит классификации обуви по способу изготовления, а имеющееся   деление   обуви   на   обувь   на   подбор   и   обувь   с   индивидуальными параметрами изготовления не отражает всех особенностей    обуви. Заказчик использовал понятия, отсутствующие в ГОСТах, в целях наиболее полного и всестороннего описания объекта закупки, что не является нарушением ст. 33 Закона о закупках.

Кроме того заявитель указал, что формирование объекта закупки с учетом заболевания граждан для Заказчика не приемлемо, т. к. информация о заболевании конкретного гражданина у заказчика отсутствует. Объект закупки заказчиком определен с учетом собственных потребностей и исходя из специфики осуществляемого вида деятельности. Неясностей данные понятия не содержат, и к сужению круга участников содержание документации не привело. Таким образом, при формировании технического задания заказчику в рамках закона предоставлены полномочия по самостоятельному определению параметров и характеристик товара, в наибольшей степени удовлетворяющих его потребности.

Представитель ответчика возражал по заявленным требованиям по основаниям, изложенным в дополнении к отзыву от 24.09.2018 № 12955/05.

Представители третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, письменных мнений относительно заявленных требований не представили.

Заслушав представителей лиц, участвующих в деле, исследовав письменные доказательства, представленные в материалы дела, суд установил следующие обстоятельства.

 

В Челябинское УФАС России 11.11.2016 поступило обращение гражданина ФИО2 (заявитель), направленное в адрес антимонопольного органа Контрольно-счетной палатой Челябинской области, о нарушении Заказчиком (Челябинское региональное отделение Фонда социального страхования Российской Федерации) законодательства о контрактной системе при проведении электронного аукциона на выполнение работ по изготовлению в 2016 году для лиц, пострадавших в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, ортопедической обуви (извещение № 0269100000115000321).

Начальная (максимальная) цена контракта –  6 071 409  рублей 67 копеек. Извещение размещено в Единой информационной системе (далее — ЕИС) 16.12.2015, в связи с чем, Комиссия при принятии решения руководствовалась Законом о контрактной системе в редакции от 13.07.2015 (начало действия редакции — 01.09.2015).

По состоянию на 26.12.2016 контракт по результатам аукциона заключен с ООО «Протезно-ортопедический центр». Срок действия контракта определен до 31.12.2016.

Согласно Справки (т.2 л.д. 115), по состоянию на 22.11.2016 фактическое исполнение контракта составило 76%.

При рассмотрении заявления Челябинским УФАС установлено, что на территории Российской Федерации действует национальный стандарт Российской Федерации ГОСТ Р 54407-2011 «Обувь ортопедическая. Общие технические условия», утвержденный и введенный  Приказом Росстандарта от 16.09.2011 N 317-ст (далее — ГОСТ Р 54407-2011).

Согласно разделу I ГОСТ Р54407-2011 данный стандарт распространяется на ортопедическую обувь с верхом из кожи, текстиля и комбинированную, предназначенную для взрослых и детей, имеющих медицинские показания к ее использованию.

При этом, в разделе III, IV приведена классификация указанной обуви, (классификация и виды ортопедической обуви отражены в таблице № 1 обжалуемого решения).

Кроме того, раздел III документации об аукционе «Наименование и описание объекта закупки» содержит характеристики товара, который должен быть выполнен подрядчиком в соответствии с контрактом (характеристики товара отражены в таблица № 2 обжалуемого решения).

 Рассмотрев материалы дела, заслушав доводы и объяснения сторон, Комиссия Челябинского УФАС России решила:

1. Признать в действиях Заказчика нарушения пунктов 1 и 2 части 1 статьи 33, части 2 статьи 8, пункта 1 части 1 статьи 64  Закона о контрактной системе.

2. Заказчику, аукционной комиссии, оператору электронной площадки предписание об устранении нарушений законодательства о контрактной системе не выдавать, поскольку контракт по итогам аукциона заключен.

3. Материалы дела должностному лицу Челябинского УФАС России не передавать, в связи с истечением срока давности привлечения виновных лиц к административной ответственности за нарушение законодательства о контрактной системе 16.12.2016.

Не согласившись с указанным решением, заявитель обратился в суд с требованием о признании его недействительным.

При направлении дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции кассационная инстанция указала, что судам необходимо установить фактические обстоятельства и на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств  дать правовую оценку законности оспариваемого решения управления.

Заявителем в материалы дела представлено заключение по результатам экспертного исследования № 10/759и-18 от 18.10.2018 эксперта Юст М.Э. Многопрофильной негосударственной экспертной организации ООО «Независимая экспертиза».

На исследование было представлено:

1) Обувь из материала верха черного цвета, упакованная в пакет из полимерного материала белого цвета с рисунком;

2) Задание № на проведение независимой экспертизы соответствия ортопедической обуви, изготовленной по Государственному контракту № 2016.26422/143 от 29.01.2016 на выполнение работ по изготовлению в 2016 году для лиц пострадавших в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний требованиям технического задания Государственного контракта № 2016.26422/143 от 29.01.2016 положениям пунктов 6.2.2, 6.2.4, 6.2.5, 6.2.11, 6.2.12, 6.3, 6.5.2 раздела 6 ГОСТа Р 54407-2011;

3) Государственный контракт № 2016.26422/143 на выполнение работ по изготовлению в 2016 году для лиц. пострадавших в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, ортопедической обуви.

Перед экспертом поставлены вопросы:

1. Соответствует ли представленные образцы ортопедической обуви по техническому заданию Государственного контракта 2016.26422/143 от 29.01.2016 ?

2. Соответствуют ли представленные образцы ортопедической обуви положениям пунктов 6.2.2, 6.2.4, 6.2.5, 6.2.11, 6.2.12, 6.3, 6.5.2 раздела 6 ГОСТа Р 54407-2011 ?

В указанном заключении специалиста № 10/759и-18 от 18.10.2018 содержатся следующие выводы.

1. Пара обуви, состоявшая из левой полупары (на протез) и правый полупары (сложная ортопедическая без утепленной подкладки), представленная на исследование, не соответствует отдельным условиям технического задания Государственного контракта № 2016.26422/143 от 29.01.2016.

2. Пара обуви, состоящая из левой полупары (на протез) и правой полупары (сложная ортопедическая без утепленной подкладки), представленная на исследование, не соответствует пунктам 6.2.4, 6.25, 6.2.11 и 6.5.2 раздела 6 ГОСТа Р 54407-2011.

В соответствии с ч.1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным ненормативного правового акта, если он полагает, что оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы граждан, организаций, иных лиц в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает на них какие-либо обязанности, создает иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

          Статей 13 ГК РФ установлено, что ненормативный акт государственного органа или органа местного самоуправления, а в случаях предусмотренных законом, также нормативный акт, не соответствующие закону или иным правовым актам и нарушающие гражданские права и охраняемые законом интересы юридического лица, могут быть признаны судом недействительными.

В силу п. 5 ст. 200 АПК РФ обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия),  а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействия).

Пунктом 4 статьи 200 АПК РФ установлено, что при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Из изложенного следует, что для признания ненормативного акта недействительным, решения и действия (бездействия) незаконными необходимо наличие одновременно двух условий: несоответствие их действующему законодательству и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской деятельности и иной экономической.

Как следует из содержания заявления, Заявитель полагает, что оспариваемое им решение УФАС является незаконным, поскольку:

- описание объекта закупки носит объективный характер иполностью соответствует требованиями статьи 33 Закона о контрактной системе;

- конкретные характеристики изделия, сведения о подошве, специальных деталях, виде и конструкции изделия не могут быть определены Заказчиком на стадии формирования закупки, поскольку программы реабилитации инвалидов не содержат указанных сведений;

- обувь на протез включена в раздел «протезы и ортезы», следовательно, применение ГОСТ Р 51819-2001 не противоречит действующемузаконодательству;

- в Приложении №2 к государственному контрактуне определен императивный перечень документов, которые могут подтверждать качество товара в процессе приемки. В акте указан лишь примерный перечень документов, которые могут быть представлены исполнителем;

- антимонопольным органом неправомерно сделан вывод о том, что действия Заказчика противоречат части 2 статьи 8 Закона о контрактной системе. Указанная закупка проводилась для субъектов малого предпринимательства;

- антимонопольный орган не обладает полномочиями по осуществлению контроля в отношении соответствия поставленного товара, выполненной работы или оказанной услуги условиям контракта.

Проанализировав выводы Комиссии УФАС и доводы представителя Заявителя, применительно к установленным при рассмотрении дела, обстоятельствам, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из текста оспариваемого решения, Комиссия УФАС при рассмотрении дела пришла к выводу о том, что отсутствие в документации об электронном аукционе информации о потребности Заказчика в части сведений о количестве необходимой обуви при определенном заболевании, в зависимости от сезонности, а также сведений о необходимых специальных деталях и подошве, используемой при изготовлении обуви, виде, конструкции изделия свидетельствует о нарушении Заказчиком пункта 1 части 1 статьи 64, пункта 1 части 1, части 2 статьи 33 Закона о контрактной системе и не позволяет определить условия исполнения контракта.

Как пояснил представитель УФАС, указанный вывод сделан антимонопольным органом, поскольку в силу пункта 1 части 1 статьи 64 Закона о контрактной системе документация об электронном аукционе наряду с информацией, указанной в извещении о проведении такого аукциона, должна содержать наименование и описание объекта закупки и условия контракта в соответствии со статьей 33 настоящего Федерального закона, в том числе обоснование начальной (максимальной) цены контракта.

При этом, документация о закупке является по своей правовой природе публичной офертой, которая в силу части 2 статьи 437 Гражданского Кодекса Российской Федерации должна быть полной и безоговорочной и содержать все существенные условия, позволяющие сформировать свое предложение (акцепт) участнику закупки для принятия участия в определении поставщика, в том числе в части определения предмета контракта.

Согласно пункту 1 части 1 статьи 33 Закона о контрактной системе описание объекта закупки должно носить объективный характер. В описании объекта закупки указываются функциональные, технические и качественные характеристики, эксплуатационные характеристики объекта закупки (при необходимости).

В соответствии с частью 2 статьи 33 Закона о контрактной системе документация о закупке в соответствии с требованиями, указанными в части 1 статьи 33 Закона о контрактной системе, должна содержать показатели, позволяющие определить соответствие закупаемых товара, работы, услуги установленным заказчиком требованиям. При этом указываются максимальные и (или) минимальные значения таких показателей, а также значения показателей, которые не могут изменяться.

Указанная информация позволяет довести до неопределенного круга лиц сведения о потребности заказчика относительно требований к поставляемому товару, что, в свою очередь, позволит участникам закупки надлежащим образом заполнить заявку на участие в аукционе сформировать свое ценовое предложение с учетом всех условий, установленных заказчиком.

Как верно отметил представитель УФАС, при описании объекта закупки Заказчик должен исходить из того, что в документации должны быть обозначены все качественные и количественные характеристики и признаки товара для того, чтобы впоследствии была удовлетворена потребность конечных получателей товара, что в свою очередь позволит должным образом выполнить условия контракта.

Кроме того, достоверное и точное описание объекта закупки также необходимо Заказчику при формировании начальной максимальной цены контракта, поскольку затраты на изготовление обуви при различных заболеваниях могут существенно отличаться.

На территории Российской Федерации действует национальный стандарт Российской Федерации ГОСТ Р 54407-2011 «Обувь ортопедическая. Общие технические условия», утвержденный и введенный Приказом Росстандарта от 16.09.2011 N 317-ст (далее — ГОСТ Р 54407-2011).

Согласно разделу I ГОСТ Р54407-2011 данный стандарт распространяется на ортопедическую обувь с верхом из кожи, текстиля и комбинированную, предназначенную для взрослых и детей, имеющих медицинские показания к ее использованию. При этом, в разделе III, IV приведена классификация указанной обуви.

В указанном ГОСТе 54407-11 приведена подробная классификация обуви по различным критериям, которую Заказчик обязан использовать при описании объекта закупки в силу пункта 2 части 1 статьи 33, пункта 1 части 1 статьи 64 Закона о контрактной системе, в том числе для того, чтобы описание объекта закупки было максимально четким и объективным.

Так, Комиссия Челябинского УФАС России, изучив описание объекта закупки, пришла к следующим выводам:

а)По позиции № 1 Раздела III документации об аукционе «Наименование и описание объекта закупки» невозможно установить какое количество обуви на протез необходимо изготовить на каждый сезон, в том числе круглосезонную. При описании объекта закупки по позиции № 1 Заказчик не определил должна ли быть в указанной обуви утепленная подкладка, поскольку формулировка «Обувь на утепленной подкладке или без нее» не позволяет точно установить необходимые характеристики изготавливаемой обуви.

б)Как видно из Таблицы № 2 по позиции № 1, 2, 3, 4 Заказчик не определил вид изготавливаемого изделия, и его конструкцию.

в)По позициям № 3 и № 4 Раздела III документации об аукционе «Наименование и описание объекта закупки» не указано для какой категории граждан изготавливается та или иная обувь, общий перечень заболеваний граждан, для которых будет изготовлена та или иная обувь, а также отдельные элементы и детали обуви, которые необходимо использовать при изготовлении, а также основные применяемые материалы.

Кроме того, как указала Комиссия УФАС, исходя из Технического задания не представляется возможным установить потребность Заказчика относительно количества обуви по каждому из указанных заболеваний.

Также из описания объекта закупки невозможно установить, исходя из каких показателей Подрядчик должен определить, какой вид подошвы должен быть использован при изготовлении обуви в том или ином случае.

При этом, как видно из описания объекта закупки, Заказчик указал, что сложная ортопедическая обувь должна включать в себя специальные детали, при этом не указаны конкретные детали и конструктивные особенности обуви при определенном заболевании.

Обоснованным, при этом, является довод представителя УФАС о том, что учитывая, что граждане, имеющие право на обеспечение ортопедической обувью имеют различные виды деформации и дефекты стоп, а также полное или частичное отсутствие конечности в результате ампутации, то Заказчик при подготовке Технического задания должен учитывать заболевания граждан, для которых изготавливается такая обувь, а также количество необходимой обуви при том или ином заболевании.

Таким образом, исходя из совокупности указанных обстоятельства, Комиссия Челябинского УФАС России правомерно пришла к выводу, что отсутствие в документации об электронном аукционе информации о потребности Заказчика в части сведений о количестве необходимой обуви при определенном заболевании и сезоне, а также сведений о необходимых специальных деталях и подошве, используемой при изготовлении обуви, виде, конструкции изделия свидетельствует о нарушении Заказчиком пункта 1 части 1 статьи 64, пункта 1 части 1, части 2 статьи 33 Закона о контрактной системе и не позволяет определить условия исполнения контракта.

При этом, следует также отметить, что в соответствии с подпунктом «а» пункта 3 Постановления Правительства РФ от 07.04.2008 N 240 "О порядке обеспечения инвалидов техническими средствами реабилитации и отдельных категорий граждан из числа ветеранов протезами (кроме зубных протезов), протезно-ортопедическими изделиями" обеспечение инвалидов и ветеранов соответственно техническими средствами и изделиями осуществляется путем предоставления соответствующего технического средства (изделия).

Из содержания указанной нормы следует, что техническое средство реабилитации должно, прежде всего, соответствовать потребности конечного получателя, для того, чтобы указанные средства обеспечили возможность жизнедеятельности инвалида и достижения реабилитационного потенциала.

Доводы представителя Заявителя, со ссылкой на Приказ Минтруда России от 24.05.2013 №214н, не имеет существенного значения для рассмотрения дела, поскольку определяет только перечень ТСР.

Доводы представителя Заявителя о том, что Заказчик использовал понятия, которые не предусмотрены стандартами для объективного описания объекта закупки, что является правомерным. Однако, как верно указал представитель УФАС, как такового определения понятия, например, «полуфабрикат максимальной готовности» не просто не существует, тот смысл, который Заявитель вкладывает в это понятие не является доступным потенциальным участникам закупки (доказательств обратного не представлено).

Обращаясь в арбитражный суд, Заявитель, указывает, что конкретные характеристики изделия, сведения о подошве, специальных деталях, виде и конструкции изделия не могут быть определены Заказчиком на стадии формирования закупки, поскольку программы реабилитации инвалидов не содержат указанных сведений. При этом, сам заявитель делает ссылку на положения ГОСТа Р 55638-2013 «Услуги по изготовлению ортопедической обуви. Требования безопасности», в котором сказано, что в содержание услуг по индивидуальному изготовлению ортопедической обуви входят: осмотр потребителя; классификация ортопедической обуви - по ГОСТ Р 54407: выбор конструкции; определение параметров специальных ортопедических деталей и выбор материалов для их изготовления; определение параметров или получение исходных данных для математической модели (сканирование) стопы и голени потребителя;подбор и подгонка или изготовление индивидуальной технологической оснастки; изготовление ортопедической обуви, включая примерки, в соответствии с ГОСТ Р 54407, контроль качества.

Перечисленное, на что обоснованно указал представитель УФАС, подтверждает то обстоятельство, что для изготовления сложной ортопедической обуви необходимо провести осмотр потребителя, определить конструкцию обуви, параметры специальных ортопедических деталей, выбрать материалы для их изготовления.

Указанные действия необходимо совершить для того, чтобы обувь для конечного получателя была изготовлена в соответствии с его потребностью и медицинскими показаниями.

Необъективное и не конкретизированное описание объекта закупки может привести к тому, что обувь, изготовленная в соответствии с техническим заданием, в котором не определена конструкция обуви, параметры специальных ортопедических деталей, не выбраны материалы для их изготовления, не будут подходить инвалидам, что в конечном итоге может привести к тому, что их потребность в сложной ортопедической обуви не будет удовлетворена.

Вместе с тем, Заявитель говорит, что действия, направленные на определение конструкции обуви, параметров специальных ортопедических деталей, выбор материалов для их изготовления, должны быть совершены непосредственно исполнителем при исполнении заключенного контракта, однако в таком случае в контракте не будет определен предмет закупки.

Учитывая, что все указанные действия совершаются при исполнении контракта, следовательно, они включены в стоимость контракта.

В данном случае для того, чтобы определить, какую обувь необходимо изготовить, целесообразно сначала совершить действия, направленные на установление конструкции обуви, параметров специальных ортопедических деталей, выбор материалов для их изготовления, а затем на основании полученной информации осуществлять закупку той обуви, которая необходима конечным получателям.

В таком случае можно будет учесть и медицинские показания граждан, для которых будет изготовлена обувь. Более того, на стадии формирования объекта закупки можно будет определить конструкцию обуви, параметров специальных ортопедических деталей, выбор материалов для их изготовления.

При названных обстоятельствах доводы представителя заявителя в указанной части, подлежат отклонению.

Доводы заявителя на возможность применения ГОСТ Р 51819-2001, поскольку обувь на протез включена в раздел «протезы и ортезы», подлежат отклонению. Комиссия УФАС обоснованно отметила, что в рассматриваемом случае предметом закупки является изготовление ортопедической обуви. Однако ортопедическая обувь не отнесена в соответствии с Распоряжением Правительства РФ от 30.12.2005 N 2347-р "О федеральном перечне реабилитационных мероприятий, технических средств реабилитации и услуг, предоставляемых инвалиду " (далее — Распоряжение №2347-р) ни к протезам, ни к ортезам, а является самостоятельным техническим средством реабилитации, в связи с чем применение ГОСТ Р 51819-2001 при описании объекта закупки невозможно.

В силу части 13 статьи 34 Закона о контрактной системе в контракт включается обязательное условие о порядке и сроках осуществления заказчиком приемки поставленного товара, выполненной работы (ее результатов) или оказанной услуги в части соответствия их количества, комплектности, объема требованиям, установленным контрактом, а также о порядке и сроках оформления результатов такой приемки.

Из содержания указанной нормы следует, что Заказчик должен максимально четко определить условия приемки.

Приложением № 2 к государственному контракту определена форма Акта проверки соответствия выполненных работ условиям контракта.

Из Формы Акта проверки соответствия выполненных работ условиям контракта, видно, что Заказчик при приемке товара должен проверить четкое и правильное оформление документов, удостоверяющих качество и комплектность изделий (технический паспорт, сертификат, удостоверение о качестве и т.п.).

Исходя из указанных положений документации об аукционе, Подрядчик при приемке товара обязан представить указанные документы, подтверждающие качество товара и сырья, из которого изготовлена обувь, а также комплектность изделия.

Вместе с тем, не представляется возможным установить, на что должен быть представлен технический паспорт, сертификат, удостоверение о качестве. Кроме того, невозможно определить, какие документы должны быть представлены Подрядчиком в качестве документов, удостоверяющих комплектность изделия.

Таким образом, антимонопольный орган правомерно пришел к выводу о том, что Заказчиком нарушены положения пункта 1 части 1 статьи 64 Закона о контрактной системе, поскольку указанная информация не позволяет определить перечень документов, которые необходимо представить Заказчику на этапе приемки товара, что может привести к неисполнению или ненадлежащему исполнению контракта.

Доводы представителя Заявителя о том, что в акте указан лишь примерный перечень документов, которые могут быть представлены исполнителем, не может быть принят во внимание, поскольку в данном случае не будет определен четкий порядок приемки.

Согласно части 2 статьи 8 Закона о контрактной системе запрещается совершение заказчиками, специализированными организациями, их должностными лицами, комиссиями по осуществлению закупок, членами таких комиссий, участниками закупок любых действий, которые противоречат требованиям настоящего Федерального закона, в том числе приводят к ограничению конкуренции, в частности к необоснованному ограничению числа участников закупок.

В силу части 1 статьи 30 Закона о контрактной системе Заказчики обязаны осуществлять закупки у субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций (далее — СМП И СОНКО) в объеме не менее чем пятнадцать процентов совокупного годового объема закупок путем:

1) проведения открытых конкурсов, конкурсов с ограниченным участием, двухэтап-ных конкурсов, электронных аукционов, запросов котировок, запросов предложений, в которых участниками закупок являются только субъекты малого предпринимательства, социально ориентированные некоммерческие организации. При этом начальная (максимальная) цена контракта не должна превышать двадцать миллионов рублей;

2)осуществления закупок с учетом положений части 5 настоящей статьи.

При этом, частью 5 статьи 30 Закона о контрактной системе предусмотрено, что Заказчик вправе установить в извещении об осуществлении закупки требование к поставщику (подрядчику, исполнителю), не являющемуся СМП или СОНКО, о привлечении к исполнению контракта субподрядчиков, соисполнителей из числа субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций.

Такое условие включается в контракты с указанием объема такого привлечения, установленного в виде процента от цены контракта. Указанный объем учитывается в объеме закупок, осуществленных заказчиками у субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций в соответствии с частью 1 настоящей статьи, и включается в отчет, указанный в части 4 настоящей статьи (часть 6 статьи 30 Закона о контрактной системе).

Таким образом, в целях выполнения обязанности о привлечении субъектов малого предпринимательства, социально ориентированных некоммерческих организаций в объеме не менее чем пятнадцать процентов совокупного годового объема закупок Заказчик имеет право не только проводить закупки для таких субъектов, но и устанавливать в извещении и документации условие о привлечении субъектов малого предпринимательства в качестве субподрядчиков при исполнении контракта.

Как следует из тексту извещения и документации об аукционе, было  установлено ограничение, согласно которому в настоящем аукционе могут принимать участие только субъекты малого предпринимательства и социально ориентированные некоммерческие организации. При этом, в документации установлено место выполнения работ: г. Челябинск.

Таким образом, документация об электронном аукционе предполагает наличие производственных мощностей, необходимых для изготовления ортопедической обуви, на территории г. Челябинска.

Однако, Комиссия УФАС при рассмотрении дела установила, что на территории г. Челябинска существует только 2 хозяйствующих субъекта, которые занимаются изготовлением ортопедической обуви: ООО «Орто-мед»; ФГУП «Протезно-ортопедическое предприятие».

При рассмотрении дела в УФАС, представитель ООО «Орто-мед» пояснил, что общество квалифицируется в основном на пошиве детской ортопедической обуви.

ФГУП «Протезно-ортопедическое предприятие» не смогло принять участие в закупки, так как данное предприятие не является субъектом малого предпринимательства в соответствии с подпунктом «а» пункта 1 части 1.1. статьи 4 Федерального закона от 24.07.2007 N 209-ФЗ "О развитии малого и среднего предпринимательства в Российской Федерации" (далее — Закон о СМП), поскольку единственным учредителем предприятия является Министерство здравоохранения и социального развития Российской Федерации.

На заседании комиссии при рассмотрении дела в УФАС, представитель ООО «Протезно-ортопедический центр» пояснил, что решение об участие в закупке принято на основании просьбы ФГУП «Протезно-ортопедическое предприятие», с которым общество заключило договор субподряда.

Таким образом, ООО «Протезно-ортопедический центр» исполняло контракт не самостоятельно, а с привлечением лица, которое в силу ограничения, установленного документацией, не смогло принять участие в аукционе.

Устанавливая ограничение, согласно которому в настоящем аукционе могут принимать участие только субъекты малого предпринимательства и социально ориентированные некоммерческие организации, Заказчик совершил действия, которые не позволили ФГУП «Протезно-ортопедическое предприятие», которое специализируется на изготовлении ортопедической обуви, принять участие в данном аукционе. Установление такого ограничения в извещении и документации об аукционе приводит к нарушению части 2 статьи 8 Закона о контрактной системе.

Указанный вывод УФАС является правомерным и обоснованным.

Более того, УФАС также обоснованно отметило, что, учитывая сложность и объем выполнения работ, а также число хозяйствующих субъектов на данном рынке, целесообразно проводить такую закупку, не устанавливая ограничения для субъектов малого предпринимательства и социально ориентированные некоммерческие организации, учитывая, что требование, установленное частью 1 статьи 30 Закона о контрактной системе может быть выполнено путем: включения в проект контракта обязанности о привлечении к выполнению работ лиц из числа СМП и СОНКО в качестве субподрядчиков; проведения закупок на приобретение иных товаров, выполнение работ или оказание услуг, где число хозяйствующих субъектов (в том числе субъектов малого предпринимательства) на том или ином рынке превышает количество организаций, основной деятельностью которых является изготовление ортопедической обуви.

Таким образом, проведение закупки на выполнение работ по изготовлению в 2016 году для лиц, пострадавших в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний, ортопедической обуви для СМП и СОНКО привело к тому, что один из двух производителей ортопедической обуви на территории г. Челябинска, а именно ФГУП «Протезно-ортопедическое предприятие», не смог принять участие в закупке, поскольку данное предприятие не является субъектом малого предпринимательства в силу положений Закона о СМП.

Доводы представителя заявителя в отношении отсутствия у УФАС полномочий по осуществлению контроля в отношении соответствия поставленного товара, выполненной работы или оказанной услуги условиям контракта, также подлежат отклонению, как не имеющие значения при рассмотрении настоящего спора, поскольку в тексте оспариваемого решения Комиссия указала на невозможность оценки соответствующих доводов жалобы гражданина, поскольку в силу пункта 5 части 8 статьи 99 Закона о контрактной системе органы внутреннего государственного (муниципального) финансового контроля осуществляют контроль в отношении соответствия поставленного товара, выполненной работы (ее результата) или оказанной услуги условиям контракта.

Кроме того, в силу пункта 1 части 9 статьи 99 Закона о контрактной системе контроль в сфере закупок в соответствии с частью 8 настоящей статьи осуществляется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по контролю и надзору в финансово-бюджетной сфере, в отношении закупок для обеспечения федеральных нужд; в целях установления законности составления и исполнения бюджетов бюджетной системы Российской Федерации в отношении расходов, связанных с осуществлением закупок, достоверности учета таких расходов и отчетности в соответствии с настоящим Федеральным законом, Бюджетным кодексом Российской Федерации и принимаемыми в соответствии с ними нормативными правовыми актами Российской Федерации.

В соответствии с Постановлением Правительства РФ от 30.06.2004 №331 «Об утверждении Положения о Федеральной антимонопольной службе», Приказом ФАС России от 23.07.2015 № 649/15 «Об утверждении Положения о территориальном органе Федеральной антимонопольной службы», пунктом 5 части 8, пунктом 1 части 9 статьи 99 Закона о контрактной системе Челябинское УФАС России не обладает полномочиями по осуществлению финансового контроля и контроля в отношении соответствия поставленного товара, выполненной работы (ее результата) или оказанной услуги условиям контракта.

Таким образом, Челябинское УФАС России в решении № 240-вп/2016 от 26.12.2016 не делает выводы о том, что Заказчиком нарушены положения законодательства о контрактной системе, касающиеся исполнения контракта.

Проанализировав все вышеизложенное в совокупности, суд приходи к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявителя.

руководствуясь статьями 110, 176, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца со дня его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд.

Судья                                                                                              И.В. Мрез