ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-11732/2023

г. Челябинск

20 ноября 2023 года

Дело № А76-25911/2022 

 

Резолютивная часть постановления объявлена 13 ноября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 20 ноября 2023 года 

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего судьи Курносовой Т.В., судей Журавлева Ю.А., Калиной И.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО2 (ИНН 

<

***>) - ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.07.2023 по делу № А76-25911/2022 об отказе в удовлетворении заявления о признании сделки недействительной и применении последствий ее недействительности.

Лица, участвующие в деле, не явились, о месте и времени рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда, 

 

Установил:

определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.08.2022 по заявлению должника возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО2

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 03.10.2022 ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим имуществом должника утвержден арбитражный управляющий ФИО4 из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих «Гарантия».

Определением суда от 27.02.2023 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего в деле о банкротстве должника.

Определением суда от 20.03.2023 финансовым управляющим имуществом ФИО2 утверждена арбитражный управляющий ФИО3

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании договора залога от 14.06.2021, заключенного ФИО2 с ФИО5, недействительной сделкой и применении последствий ее недействительности в виде возврата в конкурсную массу должника автомобиля HYUNDAI VELOSTER 2013 г.в vin 

<

***>.

Определением суда от 31.05.2023 к рассмотрению обособленного спора в качестве третьих лиц, на заявляющих самостоятельных требований, относительно его предмета, привлечены ФИО6, акционерное общество Коммерческий банк «Русский народный банк» (далее – общество КБ «Русский народный банк»). 

Определением суда от 26.07.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с вынесенным определением суда первой инстанции, финансовый управляющий обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит обжалуемый судебный акт отменить и принять новый об удовлетворении заявленных требований. 

В обоснование поданной жалобы ее заявитель указывает на неполное исследование судом первой инстанции имеющих значение обстоятельств, в частности обстоятельства исполнения заключенного между ФИО7 и ответчиком договора займа, обязательства по которому обеспечивалось оспариваемым договором залога.

В частности апеллянт считает, что судом безосновательно не исследованы обстоятельства наличия финансовой возможности у ФИО5 предоставить  займ  ФИО7, а также не проверена подлинность расписки последнего о получении соответствующих денежных средств.

Определением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2023 апелляционная жалоба принята к производству и назначена к рассмотрению на 13.11.2023. 

Лица, участвующие в деле, судом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание не явились. Апелляционная жалоба рассмотрена судом в их отсутствие в порядке статей 123, 156 АПК РФ.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Как следует из материалов дела и установлено судом, 06.07.2020 между ФИО2 (заемщик) и обществом КБ «Русский народный банк» заключен кредитный договор № 

<

***>, по условиям которого банк предоставил ФИО2 кредитные средства в размере 782 961 руб. 91 коп. для целей приобретения транспортного средства HYUNDAI VELOSTER 2013 года изготовления, VIN 

<

***>, № двигателя G4FGDU441455, № кузова КМНТС61САDU171215 (пункты 1, 11 договора).

Пунктом 10 данного договора предусмотрено, что с момента возникновения у заемщика права собственности на приобретаемый товар, он признается находящимся в залоге у банка для обеспечения исполнения заемщиком обязательств установленных кредитным договором.

Доказательств, подтверждающих внесение записи о залоге транспортного средства в пользу банка в Реестр уведомлений о залоге движимого имущества, в материалы обособленного спора не представлено.

В свою очередь, ФИО7 (заемщик), приходящимся должнику супругом, с ФИО5 (займодавец) 14.06.2021  заключен договор займа, по условиям пункта 1.1 которого займодавец передает заемщику на срок 24 месяца (до 14.06.2023) денежные средства в размере 800 000 руб. путем передачи их заемщику наличными денежными средствами, а заемщик обязуется их вернуть займодавцу вместе с процентами наличными денежными средствами. 

По договору залога, заключенному 14.06.2021 между ФИО5 (залогодержатель) и ФИО2 (залогодатель), исполнение обязательств ФИО7 по договору займа обеспечивалось залогом транспортного - HYUNDAI VELOSTER 2013 года изготовления, VIN 

<

***>, принадлежащего должнику на праве собственности.

Согласно свидетельству о смерти от 28.12.2021 серии 

<

...> ФИО7 умер 21.12.2021.

Решением Учалинского районного суда Республики Башкортостан от 02.06.2022 по делу № 2-674/2022 удовлетворены исковые требования ФИО5 к ФИО2, обращено взыскание на залоговое имущество – автомобиль HYUNDAI VELOSTER 2013 года изготовления, VIN 

<

***>, установлена начальная продажная стоимость предмета залога в размере 800 000 руб. в счет погашения задолженности  ФИО7 перед ФИО5 по договору займа от 14.06.2021.

Постановлением судебного пристава-исполнителя Учалинского межрайонного отделения судебных приставов возбуждено исполнительное производство № 57135/22/02026-ИП.

Определением Учалинского районного суда Республики Башкортостан от 15.08.2022 на стадии исполнения судебного акта утверждено мировое соглашение, заключенное ФИО5 и ФИО2, по условиям которого его стороны установили, что залогодержатель оставляет предмет залога за собой, с момента подписания соглашения о чем и передачи ФИО2 документов и ключей от автомобиля ФИО5 обязательства по договору займа от 14.06.2021 считаются исполненными, залог прекращается.     

ФИО5 и ФИО2 07.09.2022 в соответствии с условиями мирового соглашения к договорам займа и залога заключено соглашение об оставлении залогодержателем предмета залога за собой. 

Документы на транспортное средство и ключи переданы ФИО5 по акту приема-передачи от 07.09.2022, залог транспортного средства HYUNDAI VELOSTER 2013 года изготовления VIN 

<

***> прекращен.

В последующем автомобиль продан ФИО8 по договору купли-продажи от 07.09.2022 ФИО6, которая, по данным МВД по Республике Башкортостан, 10.09.2022 зарегистрировала его за собой.

Ссылаясь на недействительность договора залога, заключенного 14.06.2021 между должником и ФИО5 по пункту 2 статьи 61.2, статье 61.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также по основаниям статей 10, 168 ГК РФ, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с соответствующими требованиями.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности оснований для признания оспариваемого договора залога недействительной сделкой.

Повторно исследовав и оценив материалы дела, рассмотрев доводы апелляционной жалобы должника, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены обжалуемого судебного акта в силу следующего.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закон о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные соответствующей главой (т.е. главой X «Банкротство граждан»), регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI Закона о банкротстве.

В пункте 7 статьи 213.9 Закона о банкротстве установлено право финансового управляющего подавать в арбитражный суд от имени гражданина заявления о признании недействительными сделок.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника - гражданина возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

Пунктом 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве установлено, что заявление об оспаривании сделки должника подается в арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника.

По пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с ГК РФ, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

Во избежание нарушения имущественных прав и законных интересов конкурсных кредиторов Законом о банкротстве закреплен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (статья 61.2), а также сделок с предпочтением (статья 61.3). 

В данных правовых нормах приведены специальные (характерные для каждого из названных видов сделок) основания их оспаривания, презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора, а также ретроспективные периоды глубины их проверки, исчисляемые от даты принятия заявления о признании должника банкротом. 

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Совершенная должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка может быть признана арбитражным судом недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве в случае ее совершения в пределах трехгодичного периода подозрительности и доказанности оспаривающим ее лицом совокупности следующих обстоятельств: противоправная цель сделки, причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате ее совершения, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки. 

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию (пункт 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ № 63)).

В случае доказанности обстоятельств, составляющих основания презумпций, закрепленных в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, предполагается, что сделка была совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов. В свою очередь, в абзаце первом пункта 2 статьи 61.2 Закона названы обстоятельства, при доказанности которых предполагается, что контрагент должника знал о противоправной цели совершения сделки.

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (пункты 6 и 7 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Предполагается, что заинтересованное лицо знало о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества, если не доказано обратное.

По смыслу статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по отношению к нему аффилированными.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Кроме того, в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо и через подтверждение фактической аффилированности лиц.

Согласно разъяснениям абзаца 5 пункта 6 постановления Пленума ВАС РФ № 63 при определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. 

При этом Закон о банкротстве устанавливает презумпцию неплатежеспособности гражданина в случае прекращения им расчетов с кредиторами, то есть прекращения исполнения денежных обязательств, срок исполнения которых наступил (абзац третий пункта 3 статьи 213.6 Закона о банкротстве).

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно пункту 1, 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из условий, указанных в абзацах 2 – 5 пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве.    

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве, может быть признана арбитражным судом недействительной, если она совершена после принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом или в течение одного месяца до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом (пункт 2 статьи 61.3 Закона о банкротстве).

Сделка, указанная в пункте 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

При этом в упомянутых разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304-ЭС15-20061, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 и др.).

Правонарушение, заключающееся в совершении сделки, направленной на уменьшение имущества должника или увеличение его обязательств, совершенное в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника в преддверии его банкротства в ситуации, когда другая сторона сделки (кредитор) знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки, является основанием для признания соответствующих действий недействительными по специальным правилам, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Иной подход приводит к тому, что содержание части 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом. 

Исходя из содержания статьи 10 ГК РФ, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. 

При решении вопроса о наличии в поведении того или иного лица признаков злоупотребления правом суд должен установить, в чем заключалась недобросовестность его поведения при заключении оспариваемых договоров, имела ли место направленность поведения лица на причинение вреда другим участникам гражданского оборота, их правам и законным интересам (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.08.2014 № 67- КГ14-5).

Кроме того, следует учитывать, что при наличии в законе специального основания недействительности сделки, нарушающей запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 ГК РФ, такая сделка признается недействительной по этому основанию (например, по правилам статьи 170 ГК РФ) (пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Гражданский кодекс Российской Федерации исходит из ничтожности мнимых сделок, то есть сделок, совершенных лишь для вида, без намерения создать соответствующие им правовые последствия (пункт 1 статьи 170 ГК РФ); фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов; реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника либо сокрытие имущества от обращения на него взыскания, при котором оно фактически остается в имущественной массе и в сфере контроля самого должника, искусственно приобретая черты исполнительского иммунитета; в то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется; установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

На основании части 1 статьи 133 и части 1 статьи 168 АПК РФ суд должен самостоятельно определить характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами, а также нормы права, подлежащие применению (дать правовую квалификацию), и при установлении наличия оснований признать сделку недействительной в соответствии с надлежащей нормой права (пункт 9.1 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Согласно положениям части 1 статьи 64 и статей 71, 168 АПК РФ арбитражный суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, на основании представленных доказательств.

В данном случае судом установлено, что финансовый управляющий оспаривает только непосредственно договор залога от 14.06.2021.

Формулирование предмета требования является прерогативой конкурсного (финансового) управляющего. Процессуальный закон не предоставляет суду полномочий по изменению по своему усмотрению предмета заявления управляющего с целью использования более эффективного способа защиты. Такие действия являлись бы нарушением как положений статьи 49 АПК РФ, так и принципа равноправия сторон (статья 8 названного Кодекса) (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.08.2021 № 305-ЭС18-19395(12)).

Оспариваемый договор залога заключен 14.06.2021, то есть более одного года ранее возбуждения дела о банкротстве ФИО2 определением суда от 10.08.2022, в связи с чем данная сделка подпадает только под период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В качестве фактических оснований заявленных требований финансовый управляющий ссылается на мнимость правоотношений, обеспеченных спорным залогом имущества должника, и, как следствие, на неправомерность фактической передачи должником транспортного средства, являющегося предметом залога, ФИО5 как залогодержателю.

При этом в рассматриваемом случае взыскание на переданный ответчику в залог автомобиль обращено вступившим в законную силу решением Учалинского районного суда Республики Башкортостан от 02.06.2022 по делу № 2-674/2022, из содержания которого следует, что реальность заемных правоотношений ФИО5 и супруга должника исследовалась, и транспортное средство поступило затем в собственность ФИО5 в результате исполнения ФИО2 заключенного данными лицами на стадии исполнительного производства мирового соглашения, утвержденного определением Учалинского районного суда Республики Башкортостан от 15.08.2022.

Таким образом, передача ФИО2 ответчику автомобиля направлена на исполнение должником собственных обязательств залогодателя, предоставившего соответствующее обеспечение по заемным обязательствам своего супруга, размер которых на дату заключения соглашения составлял 800 000 руб. основного долга, 234 082 руб. 19 коп. процентов за пользование займом и 206 904 руб. 11 коп. неустойки.

Финансовый управляющий правом на обжалование указанных судебных актов не воспользовался, реальность договора займа, обеспечением которого является оспариваемый договор залога, не опроверг.

Наряду с этим из анализа определений в деле о банкротстве ФИО2 следует, что на дату заключения, договоров займа и залога от 14.06.2021 у должника неисполненные обязательства с истекшим сроком их исполнения отсутствовали.

В состав третьей очереди реестра требований кредиторов должника включены требование публичного акционерного общества «Сбербанк России» в общем размере 965 662 руб. 15 коп. основного долга по возврату займа и уплате процентов за пользование кредитными денежными средствами без начисления неустоек за несвоевременное внесение платежей; причем основная задолженность основана на кредитном договоре от 17.01.2022 № 78491, то есть заключенном с банком и должником через полгода после оспариваемого договора залога (определение суда от 15.12.2022); Федеральной налоговой службы в лице Межрайонной Инспекции Федеральной налоговой службы № 4 по Республике в размере 6112 руб. основного долга по имущественным налогам на основании налогового уведомления от 01.09.2022 № 53434937 (определение суда от 04.05.2023). 

Заинтересованность ответчика по отношению к должнику также не доказана финансовым управляющим.

При таких обстоятельствах сделать вывод о том, что при совершении оспариваемой сделки залога должник имел цель причинить вред имущественным правам каких-либо кредиторов, о существовании которых мог знать ответчик, не представляется возможным, то есть совокупность предусмотренных пунктов 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве условий, не доказана.

 В отсутствии доказательств наличия умысла о обеих сторон договора залога от 14.06.2021 на причинение вреда каким-либо третьим лицам или создания видимости передачи автомобиля в залог без реальных на то намерений, оснований для квалификации оспариваемой сделки как ничтожной по статьям 10, 168, 170 ГК РФ, у суда также не имелось.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении заявленных финансовым управляющим требований. 

Пунктом 1 статьи 334 ГК РФ установлено, что в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя). В случаях и в порядке, которые предусмотрены законом, требование залогодержателя может быть удовлетворено путем передачи предмета залога залогодержателю (оставления у залогодержателя).

Фактически финансовый управляющий мог оспаривать в качестве сделки должника непосредственно передачу транспортного средства ответчику, состоявшуюся 07.09.2022 (подпункт 6 пункта 1 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

При этом ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80% стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - статья 18.1, пункт 2 статьи 138 Закона о банкротстве).

Соответственно, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной статьями 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в период, указанный в пункте 3 статьи 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80%.

Исходя из указанного, по общему правилу, признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в той части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения. При этом, в случае невозможности осуществления натуральной реституции в рамках применения последствий недействительности сделки с залогового кредитора взыскиваются денежные средства только в размере обязательств, погашенных с предпочтением (пункт 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 04.07.2018).

Оспаривание преференциальных сделок является разновидностью косвенного иска, предъявляемого в интересах гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов несостоятельного должника и право на конкурсное оспаривание в материальном смысле возникает только тогда, когда сделкой нарушается баланс интересов названного сообщества кредиторов и контрагента (выгодоприобретателя), последний получает то, на что справедливо рассчитывали первые (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 03.08.2020 № 306-ЭС20-2155). 

Соответственно, отвечая на вопрос о наличии предпочтения, необходимо выявить круг кредиторов, чьи права нарушены оспариваемой сделкой, то есть круг лиц, чьи интересы и требования можно противопоставить погашенному требованию контрагента по сделке. Бремя доказывания того, что сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения, возлагается на оспаривающее ее лицо (абзац 5 пункта 10 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Правила распределения денежных средств, вырученных от продажи заложенного имущества при несостоятельности физического лица - залогодателя, изложены в пункте 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве. 

По смыслу данной нормы, если в залоге находится имущество целиком, то восемьдесят процентов вырученных средств подлежат направлению залоговому кредитору. В соответствии с абзацем четвертым данного пункта из оставшихся средств десять процентов (далее – «проценты на расходы») направляются на погашение судебных расходов, расходов на выплату вознаграждения финансовому управляющему, расходов на оплату услуг лиц, привлеченных финансовым управляющим в целях обеспечения исполнения возложенных на него обязанностей, и расходов, связанных с реализацией предмета залога. 

Оставшиеся от «процентов на расходы» средства подлежат направлению на расчеты с залоговым кредитором (абзац шестой названного пункта). 

В силу абзаца третьего пункта 5 статьи 213.27 Закона о банкротстве другие десять процентов (далее – «другие десять процентов») направляются на погашение требований кредиторов должника первой и второй очереди в случае недостаточности иного имущества гражданина для погашения указанных требований. 

В абзаце пятом этого же пункта указано, что при отсутствии кредиторов первой и второй очереди (или при достаточности иного имущества для расчетов с ними) «другие десять процентов» включаются в конкурсную массу. Указание законом на включение названных средств в конкурсную массу означает, что они также подлежат распределению с учетом приоритета залогового кредитора (статьи 18.1, 134 и 138 Закона о банкротстве) при условии, что обеспеченное залогом требование не было удовлетворено в полном объеме. Именно такое толкование названной норме дано в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2018 № 305-ЭС18-15086(1,2) и от 24.12.2018 № 304-ЭС18-13615.

В данном случае из материалов дела следует, что кредиторы с требованиями первой и второй очередей удовлетворения у должника отсутствуют, а какие-либо расходы, связанные с делом о банкротстве, к моменту получения ответчиком исполнения в свою пользу с учетом даты введения в отношении должника процедуры банкротства объективно еще не были понесены. 

Таким образом, сделать вывод о наличии у исполнения, полученного ФИО5, признаков предпочтения, оснований не имеется.

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению, поскольку приведены без учета предмета и оснований заявленных требований и не содержат ссылок на факты, которые не были проверены и опровергали бы итоговые выводы суда по результатам рассмотрения спора.

Суд апелляционной инстанции полагает, что изложенные в обжалуемом определении выводы соответствуют установленным на основании имеющейся доказательственной базы фактическим обстоятельствам дела и подлежащим применению нормам права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе являющихся в соответствии с частью 4 статьи 288 АПК РФ безусловными основаниями для отмены судебного акта, судом первой инстанции не установлено.

При указанных обстоятельствах у апелляционного суда отсутствуют предусмотренные статьей 270 АПК РФ основания для изменения или отмены судебного акта арбитражного суда первой инстанции.

В соответствии со статьей 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе относятся на ее заявителя.

Поскольку при подаче апелляционной жалобы предоставлялась отсрочка уплаты государственной пошлины в размере 3000 руб., с учетом итогов рассмотрения жалобы данная сумма пошлины подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета (абзац 3 пункта 24 постановления Пленума ВАС РФ № 63).

Руководствуясь статьями 176, 268 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

постановил:

определение Арбитражного суда Челябинской области от 26.07.2023 по делу № А76-25911/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу финансового управляющего имуществом должника ФИО2 - ФИО3 - без удовлетворения. 

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение одного месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции. 

 

Председательствующий судья                                       Т.В. Курносова

 

Судьи:                                                                          Ю.А. Журавлев

 

                                                                                      И.В. Калина