АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

13 марта 2023 года

Дело №

А21-6981/2018

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Богаткиной Н.Ю., судей Бычковой Е.Н., Троховой М.В., 

при участии от закрытого акционерного общества «Цессия» ФИО1 (доверенность от 04.03.2020), от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Лэндис Трейдинг Калининград» ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 01.09.2022), 

рассмотрев 02.03.2023 в открытом судебном заседании кассационные  жалобы ФИО4 и ФИО5 на определение Арбитражного суда Калининградской области от 11.07.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А21-6981/2018-14,

у с т а н о в и л:

Решением Арбитражного суда Калининградской области от 31.08.2020 общество с ограниченной ответственность «Лэндис Трейдинг Калининград», адрес: 238430, 

<

...>, каб. 3, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – Общество), признано несостоятельным (банкротом), в отношении его открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО2. 

Конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), о признании недействительными заключенного между Обществом и обществом с ограниченной ответственностью «Церера» (далее – Компания) договора от 22.12.2016 № 22/12-2016 купли-продажи имущества специализированного назначения - сборно-разборного неотапливаемого утепленного металлического модуля (высота 5 м (Н), размеры 9 м (L) * 60 м (B), площадь 5 400 кв.м), расположенного по адресу: 

<

...> (далее – спец.имущество), а также подписанного между Компанией и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее – Предприниматель) договора от 28.02.2018 № 28/02-2018 купли-продажи названного имущества, подписанного между Компанией и индивидуальным предпринимателем ФИО4 (далее – Предприниматель); квалификации этих договоров как единой цепочки сделок должника. 

В порядке применения последствий недействительности цепочки сделок конкурсный управляющий просил обязать Предпринимателя возвратить спец.имущество в конкурсную массу должника, а также взыскать с Предпринимателя и с Компании доходы от сдачи спец.имущества в аренду: 49 095 131 руб. 94 коп. и 2 634 544 руб. 68 коп. соответственно.

Определениями от 15.07.2021 и от 02.12.2021 к участию в обособленном споре в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечены индивидуальные предприниматели ФИО6 и ФИО7, а также общества с ограниченной ответственностью «Ресторан Сервис» и «Капелла» и ФИО5.

Определением суда первой инстанции от 11.07.2022 заявление конкурсного управляющего удовлетворено, суд применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу Общества от Предпринимателя поименованного имущества, восстановил право требования Компании перед должником в размере 11 210 000 руб. Этим же судебным актом суд выделил в отдельное производство заявление конкурсного управляющего ФИО2 о взыскании в конкурсную массу должника с Предпринимателя 49 095 131 руб. 94 коп., с Компании 2 634 544 руб. 68 коп., обособленному спору присвоен номер А21-6981/2018-41, производство по обособленному спору № А21-6981/2018-41 приостановил до вступления в законную силу судебного акта по обособленному спору № А21-6981/2018-14.

       Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 определение от 11.07.2022 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Предприниматель, ссылаясь на несоответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций фактическим обстоятельствам дела, а также на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит отменить указанные определение и постановление, в удовлетворении заявления отказать.

По мнению подателя жалобы, спец.имущество полностью оплачено, цена означенного имущества сформирована на основании отчета об оценке от 22.12.2016 № 126, при этом суд отказал в удовлетворении ходатайства о вызове оценщика в судебное заседание, заявленного с целью опровержения довода конкурсного управляющего о совершении сделки на нерыночных условиях. 

Предприниматель указывает, что конкурсный управляющий не представил доказательства наличия у должника на момент совершения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности, а также доказательства причинения вреда имущественным правам кредиторов. 

Податель жалобы ссылается на допущенные судом первой инстанции нарушения норм процессуального права в части назначения и проведения экспертизы, а также оценки выводов, изложенных в заключении судебной экспертизы от 21.04.2022 № 43615. 

Кроме того, Предприниматель считает, что оспариваемые судебные акты приняты без учета прав и законных интересов ФИО5 и, что суды не учли наличие возможного конфликта судебных актов - принятых по заявлению конкурсного управляющего и того, который будет вынесен по рассмотрении в Московском районном суде Калининградской области искового заявления ФИО5 

В кассационной жалобе ФИО5, ссылаясь на отсутствие в судебных актах выводов о соотношении требований конкурсного управляющего ФИО2 с требованиями ФИО5, заявленных в суде общей юрисдикции, а также, указывая на неисполнение судом обязанности по привлечению его к участию в деле в качестве соответчика, просит обжалуемые судебные акты отменить. 

В отзывах конкурсный управляющий ФИО2 и залоговый кредитор - закрытое акционерное общество «Цессия» (далее - ЗАО «Цессия») просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, а кассационные жалобы Предпринимателя и ФИО5 без удовлетворения.

В судебном заседании представители конкурсного управляющего ФИО2 и ЗАО «Цессия»  поддержали позиции, изложенные в отзывах. 

Иные участвующие в деле лица надлежащим образом извещены о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, однако представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК РФ не стало препятствием для рассмотрения жалоб. 

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, в целях исполнения Обществом своих обязательств по договору о кредитной линии от 17.12.2007 № 3100-08IV перед акционерным обществом банк «DNB NORD» (далее – Банк) стороны заключили договор от 03.11.2011 залога имущества - сборно-разборного металлического утепленного здания (модульного типа) для тестирования и предпродажной подготовки готовой продукции, именуемое также модулем металлическим утепленным: здание модульного типа общей площадью 5400 кв.м, инвентарный номер 00000284 (ранее - спец.имущество). 

Залоговая стоимость оценена сторонами в сумме 31 140 958 руб. 

Кроме того, в целях исполнения Обществом своих обязательств по кредитному договору от 15.09.2008 № 3100-08 IV перед Банком стороны  03.11.2011 подписали договор последующего залога спец.имущества.

Залоговая стоимость оценена сторонами в сумме 31 140 958 руб. 

        Впоследствии 11.11.2011 Банк переименован в акционерное общество «ДНБ банкас», а 28.09.2017 переименован в «Луминор Банк АВ». 

Между Банком (первичным кредитором) и ЗАО «Цессия» (новым кредитором) 26.10.2018 заключен договор переуступки требования, по условиям которого первичный кредитор уступил новому кредитору требования, вытекающие из договоров кредитной линии от 17.12.2007 № 2871-07IV и от 15.09.2008 № 3100-08IV со всеми последующими поправками и/ или дополнениями к ним, заключенных между первичным кредитором и должником.

Общество и Компания 22.12.2016 подписали договор № 22/12-2016 купли-продажи спец.имущества, по условиям которого стоимость приобретаемого имущества составила 11 210 000 руб. 

В последующем, 28.02.2018, Компания и Предприниматель заключили в отношении названного имущества договор купли-продажи № 28/02-2018 по цене 7 200 000 руб. 

Полагая, что спорные сделки являются недействительными, поскольку совершены между заинтересованными лицами в период неплатежеспособности должника, с целью вывода его активов и причинения вреда имущественным правам кредиторов, конкурсный управляющий обратился в суд с настоящим заявлением о признании цепочки сделок недействительными на основании пунктов 1, 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также о применении последствий их недействительности.

Суд первой инстанции установил, что указанные сделки являются единой цепочкой сделок, совершенных между заинтересованными лицами при наличии признаков неплатежеспособности должника, в отсутствие встречного предоставления, с целью причинения имущественного вреда кредиторам.

Суд апелляционной инстанции выводы суда первой инстанции поддержал.

Исследовав материалы дела, изучив доводы кассационных жалоб и отзывов на них, суд кассационной инстанции не усматривает оснований для удовлетворения жалоб и отмены обжалуемых судебных актов.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Возможность оспаривания сделки, состоящей из нескольких взаимосвязанных сделок, предусмотрена, в частности, пунктом 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63).

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В пунктах 5, 6 и 7 Постановления № 63 разъяснено, что для признания сделки недействительной по основанию, предусмотренному пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию. При этом предусмотренные нормой презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

В силу пункта 9 Постановления № 63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления № 63).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд первой инстанции, с которым согласился суд апелляционной инстанции, установил, что первоначальный договор между Обществом и Компанией заключен 22.12.2016, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (12.07.2018), следовательно, подпадает под действие положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 6 Постановления № 63, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, среди которых в том числе совершение сделки безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под таковым понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Аналогичным образом раскрывается понятие вреда, причиненного имущественным правам кредиторов, в пункте 5 Постановления № 63.

Делая вывод о наличии у сторон цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и причинении такого вреда, суд первой инстанции правомерно исходил из того, что на момент совершения оспариваемой сделки между Обществом и Компанией Общество отвечало признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества, сделка была совершена при неравноценном встречном исполнении и в отношении заинтересованного лица.

Судом первой инстанции установлено, что у должника имелись неисполненные обязательства перед Торговой компанией «Landis Trading Corporation» в сумме 22 424 940 руб., которая подтверждена вступившими в законную силу судебными актами – решениями Арбитражного суда Калининградской области от 12.07.2017 по делу № А21-2410/2017 и от 22.12.2017 по делу № А21-2411/2017. 

При этом Общество имело задолженность перед Андре Келером на сумму 27 935 099 руб. 39 коп. как следует из решения Московского районного суда города Калининграда от 01.06.2017 по делу № 2-1542/2017.

Кроме того, судом отмечено наличие задолженности Общества перед Федеральной налоговой службой и ЗАО «Цессия». 

Доказательства обратного, вопреки требованиям статьи 65 АПК РФ в материалы дела не представлены, в связи с чем довод Предпринимателя об отсутствии у должника на момент заключения оспариваемых сделок признаков неплатежеспособности подлежит отклонению.

Суд кассационной инстанции отмечает, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 № 305-ЭС17-11710(3) по делу № А40-177466/2013, по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления № 63 обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

В этой связи является обоснованным вывод судам первой инстанции о наличии признаков неплатежеспособности Общества по состоянию на момент совершения первой из сделок по отчуждению спорного имущества и о значительном ухудшении финансового положения Общества после такого отчуждения.

Суды обоснованно приняли доводы конкурсного управляющего об аффилированности сторон оспариваемых сделок.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

В частности, судом первой инстанции проанализировано поведение сторон сделок и отмечено, что сторонами не раскрыты обстоятельства заключения спорных сделок, порядка передачи денежных средств (от Предпринимателя к Компании), не указана цель, которую реально преследовали стороны оспариваемых сделок.

Суд первой инстанции подробно исследовал обстоятельства оплаты спорного имущества и пришел к выводу об отсутствии надлежащих доказательств оплаты Предпринимателем спорного имущества и, как следствие, о причинении вреда имущественным правам кредиторов Общества.

При этом аффилированность сторон сделки презюмирует и осведомленность о фактической неплатежеспособности должника на дату ее совершения, и совершение сделки в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Суд принял во внимание отсутствие доказательств, опровергающих позицию конкурсного управляющего, установил, что имущество было отчуждено Обществом по нерыночной цене. 

Означенный довод подтвержден заключением судебной экспертизы от 21.04.2022 № 43615, согласно выводам которой рыночная стоимость спорного имущества на дату заключения договора купли-продажи от 22.12.2016 составила 32 693 295 руб., а на дату заключения договора купли-продажи от 28.02.2018 – 31 101 057 руб. 

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно отклонили ходатайство Предпринимателя о проведении повторной судебной экспертизы по определению рыночной стоимости спорного имущества, поскольку не усмотрели противоречий в выводах эксперта.

Доводы Предпринимателя о процессуальных нарушениях относительно назначения и проведения судебной экспертизы отклоняются судом кассационной инстанции.

Согласно материалам дела Предприниматель не возражала против поставленных перед экспертом вопросов.

В соответствии с частью 2 статьи 9 АПК РФ лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Кроме того, суд отметил, что ответчиками не представлены доказательства согласия залогодержателя на заключение договоров купли-продажи спорного имущества. 

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, установив, что оспариваемые сделки совершены в период неплатежеспособности Общества между заинтересованными лицами и имеют место обоснованные сомнения относительно реальности расчетов между Предпринимателем и Компанией (анализ представленных копий оборотно-сальдовой ведомости не позволяет сделать вывод о фактическом поступлении денежных средств за спорное имущество), суд первой инстанции пришел к правомерному выводу о том, что вся оспариваемая цепочка сделок представляет собой единую сделку по выводу актива должника в преддверии его банкротства, совершенную без встречного предоставления, с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Последовательное заключение договоров купли-продажи заинтересованными лицами привело к безвозмездному выбытию из собственности должника ликвидного имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, вследствие чего кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет этого имущества.

В этой связи суды заключили, что указанные действия прикрывают конечную сделку, направленную на отчуждение имущества должника Предпринимателю, совершенную ФИО4 без встречного эквивалентного предоставления с целью недопущения обращения взыскания на спорное имущество со стороны кредиторов.

Вопреки доводам подателей жалоб, прикрываемая сделка обоснованно признана апелляционным судом недействительной как подозрительная на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, поскольку конкурсным управляющим доказаны совершение сделки при неравноценном встречном предоставлении в период подозрительности и с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, фактическое причинение такого вреда названной сделкой, а также осведомленность Предпринимателя об указанной противоправной цели.

На основании изложенного суд первой инстанции правомерно удовлетворил заявление конкурсного управляющего.  

С учетом общих и специальных последствий недействительности сделок, предусмотренных в пункте 2 статьи 167 ГК РФ и пункте 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, суд правомерно применил последствия недействительности сделок в виде обязания Предпринимателя возвратить в конкурсную массу Общества спорные объекты недвижимости.

Доводы подателей жалоб относительно прав и законных интересов ФИО5 подлежат отклонению. 

Как верно указали суды, определением от 02.12.2021 ФИО5 привлечен к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора. 

ФИО5 не заявил ходатайства об изменении своего процессуального статуса, тем самым добровольно принимая на себя последствия, предусмотренные статьей 9 АПК РФ. 

Из мотивировочной части решения Московского районного суда Калининградской области от 13.09.2022 по делу № 2-1106/2022, принятого по результатам рассмотрения искового заявления ФИО5, следует, что суд установил принадлежность спорного имущества Предпринимателю (нахождение в собственности Предпринимателя), при этом ФИО5 не смог представить допустимые доказательства наличия у него права собственности на истребуемое имущество. 

Кредитор ЗАО «Цессия» в отзыве на кассационные жалобы Предпринимателя и ФИО5 указала, что определением Судебной коллегии по гражданским делам Калининградского областного суда от 25.01.2023 решение Московского районного суда Калининградской области от 13.09.2022 по делу № 2-1106/2022 оставлено без изменения, а апелляционная жалоба ФИО5 - без удовлетворения.     

Означенные в кассационных жалобах доводы не могут являться основанием для отмены принятых судебных актов. 

Выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, доводы, приведенные в кассационных жалобах, были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции, где получили надлежащую правовую оценку.

В данном случае доводы подателей кассационных жалоб не опровергают выводов судов первой и апелляционной инстанций, а, по сути, выражают несогласие с оценкой доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела. Переоценка доказательств и установленных судом фактических обстоятельств дела в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы явиться основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Кассационные жалобы не подлежат удовлетворению. 

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Калининградской области от 11.07.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.10.2022 по делу № А21-6981/2018-14 оставить без изменения, а кассационные жалобы  ФИО4 и ФИО5 - без удовлетворения.

 

Председательствующий

Н.Ю. Богаткина

Судьи

 

Е.Н. Бычкова

М.В. Трохова