ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-26864/2018

город Ростов-на-Дону

30 марта 2024 года

15АП-21266/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 марта 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 30 марта 2024 года.

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Долговой М.Ю.,

судей Деминой Я.А., Сурмаляна Г.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

при участии:

от ФИО2: представитель ФИО3 по доверенности от 25.04.2023.

от финансового управляющего ФИО4: представитель ФИО5 по доверенности от 27.07.2023,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2 

на определение Арбитражного суда Ростовской области от 07.12.2023 по делу                    № А53-26864/2018 

о признании недействительной сделки супруги должника и применении последствий недействительности сделки 

по заявлению финансового управляющего ФИО4,

ответчик: ФИО6,

в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7    (ИНН 

<

***>),

УСТАНОВИЛ:

в рамках  дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7 (далее – должник) финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании недействительными сделками платежей, совершённых супругой должника ФИО2  в период с 05.06.2018 по 27.04.2020  в пользу ФИО6 (далее – ответчик) на сумму 464 408 руб., и взыскании с последнего  234 204 руб., а также процентов за пользование чужими денежными средствами.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 07.12.2023 по делу                 № А53-26864/2018 недействительными сделки по перечислению со счета ФИО2 в пользу ФИО6 05.06.2018, 06.06.2018, 16.06.2018, 02.08.2019,   18.11.2019,   20.11.2019,   20.11.2019,   21.11.2019,   23.11.2019, 24.11.2019, 28.11.2019, 30.11.2019, 02.12.2019, 03.12.2019, 19.02.2020, 31.12.2018,  17.01.2019, 08.03.2019, 22.03.2019, 25.03.2019, 01.06.2019, 06.07.2019, 12.07.2019, 18.07.2019, 27.07.2019, 07.08.2019, 09.08.2019, 12.09.2019, 13.09.2019, 24.09.2019, 04.12.2019, 16.12.2019, 02.01.2020, 15.01.2020, 26.01.2020, 27.01.2020, 28.01.2020, 13.02.2020, 21.02.2020, 05.03.2020, 19.03.2020, 31.03.2020, 06.04.2020, 09.04.2020, 13.04.2020, 27.04.2020, 30.04.2020, 08.05.2019 денежные средства в общей сумме 468 408 руб. Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО6 в пользу ФИО7 234 204 руб.,  проценты за пользование чужими денежными средствами, подлежащие начислению на сумму 234 204 руб. по ключевой ставке Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, с момента вступления в законную силу настоящего определения до фактического погашения задолженности.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО2 обжаловала определение суда первой инстанции от 07.12.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просила обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что суд первой инстанции не дал оценки доводам о том, что денежные средства перечислены ввиду оказания ответчиком услуг водителя. Податель жалобы указывает, что размер перечисления не выходит за пределы хозяйственной деятельности должника.

В отзыве на апелляционную жалобу финансовый управляющий ФИО4 просит оставить обжалуемый судебный акт без изменения, апелляционную жалобу – без изменения.

В отзыве на апелляционную жалобу ответчик просил удовлетворить апелляционную жалобу ФИО2.

В судебном заседании представители ФИО2 и финансового управляющего ФИО4 поддержали доводы апелляционной жалобы.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы и отзыва, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, общество с ограниченной ответственностью «БиС Консалтинг» обратилось в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 21.09.2018 заявление принято к производству суда, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 финансовым управляющим утвержден ФИО4

При выполнении своих обязанностей финансовый управляющий установил, что в период с 05.06.2018 по 27.04.2020  в пользу ФИО6 супругой должника - ФИО2 перечислены денежные средства в размере 464 408 руб. Полагая, что в результате совершения супругой должника сделок по перечислению денежных средств в пользу ответчика на общую сумму 464 408 руб. должнику причинен имущественный вред, выразившийся в необоснованном уменьшении активов, которые могли участвовать в формировании конкурсной массы, финансовый управляющий ФИО4 обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о признании сделок недействительными по основаниям, предусмотренным пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)".

Исследовав материалы дела по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, дав надлежащую правовую оценку доводам лиц, участвующих в деле, суд первой инстанции удовлетворил заявленное требование, обоснованно приняв во внимание нижеследующее.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством (пункт 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве). Речь идет, в частности, о сделках, для совершения которых наличие согласия другого супруга предполагается (пункт 2 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации), то есть о сделках по распоряжению общим имуществом супругов.

Как следует из материалов дела, 17.10.2017 ФИО7 и ФИО9 заключили брак, о чем в тот же день составлена актовая запись № 753.

Брак расторгнут решением мирового судьи судебного участка № 4 Неклиновского судебного района Ростовской области от 19.06.2020.

Оспариваемые перечисления совершены супругой должника с 05.06.2018 по 27.04.2020, до и после принятия судом заявления о признании должника банкротом (21.09.2018) и введения процедуры реализации имущества в отношении должника (13.11.2018).

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

На момент совершения оспариваемой сделки в отношении должника было возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве), что свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Как установлено судом и следует из материалов дела, брак между должником и ФИО9 зарегистрирован 17.10.2017.

Оспариваемые перечисления совершены супругой должника с 05.06.2018 по 27.04.2020, до и после принятия судом заявления о признании должника банкротом (21.09.2018) и введения процедуры реализации имущества в отношении должника (13.11.2018).

Сведений о том, что супругами был произведен раздел совместно нажитого имущества или о том, что брачным договором между ними установлен иной режим этого имущества, сторонами не представлено, такие доводы не заявлены.

В соответствии с пунктом 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве в деле о банкротстве гражданина-должника, по общему правилу, подлежит реализации его личное имущество, а также имущество, принадлежащее ему и супругу на праве общей собственности. Распределение выручки от реализации общего имущества супругов зависит от того, включены в реестр требований кредиторов только личные обязательства супруга-должника либо совокупность его личных обязательств и общих обязательств обоих супругов. Однако различия заключаются в том, что в первом случае супруг получает в деньгах стоимость общего имущества супругов, приходящуюся на его долю; во втором случае выручка, приходящаяся на долю супруга, дополнительно уменьшается на сумму, необходимую для покрытия общих долгов супругов.

Таким образом, при несостоятельности одного из супругов погашение долговых обязательств в любом случае осуществляется и за счет общего имущества супругов.

При обращении с настоящим заявлением финансовым управляющим было указано следующее.

Согласно банковской выписке по счету супруги должника, ФИО2 произвела перечисления денежных средств в период с 05.06.2018 по 27.04.2020  в пользу ФИО6 на общую сумму 464 408 руб.

Назначение платежа отсутствует.

В соответствии с пунктом 1 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. Оно признается таковым независимо от того, на имя кого из супругов оформлена вещь либо кем из супругов внесены денежные средства в счет ее оплаты (пункт 2 статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации).

К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В том числе к общему имуществу супругов относится заработная плата, полученная одним из супругов во время брака, но перечисленная ему работодателем в период после прекращения брака (пункт 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1 (2022), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.06.2022).

Указанная правовая позиция изложена в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ от 26.10.2021 № 5-КГ21-101-К2, Апелляционном определении Московского городского суда от 14.11.2022 по делу № 33-44975/2022.

Таким образом, доходы от трудовой деятельности каждого из супругов относятся к имуществу, нажитому ими во время брака. То есть это их совместная собственность.

В соответствии с пунктом 1 статьи 256 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью, если договором между ними не установлен иной режим этого имущества.

В силу пункта 1 статьи 39 Семейного кодекса Российской Федерации при разделе общего имущества супругов и определении долей в этом имуществе доли супругов признаются равными, если иное не предусмотрено договором между супругами.

Применительно к рассматриваемому случаю, в материалах дела отсутствует соглашение о разделе совместно нажитого имущества супругов, судебный акт, вступивший в законную силу о разделе совместно нажитого имущества супругов. Также отсутствуют доказательства заключения между должником и ФИО2 брачного договора.

Ввиду чего, доли супругов в отношении имущества, включая денежные средства, полученные, в том числе от трудовой деятельности одного из супругов, признаются равными.

Поскольку спорные денежные средства, согласно представленным выпискам, были получены ФИО2 в период брака с должником и доказательств установления в отношении них режима раздельной собственности супругов не представлено, указанные денежные средства считается общим имуществом супругов, которым они обладают в равных долях.

Из материалов дела следует, что с 17.10.2017, должник ФИО7 состоял в зарегистрированном браке с ФИО2, соответственно, оспариваемые сделки по перечислению денежных средств были совершены ею в период брака с должником в отношении совместно нажитого имущества, иного не доказано.

Таким образом, поскольку сделка по отчуждению общего имущества должника и его супруги, совершенная супругой должника, затрагивает имущественные интересы кредиторов, справедливо рассчитывающих на погашение своих требований и за счет общего имущества, она может быть оспорена в рамках дела о банкротстве как подозрительная.

Как указано выше, в соответствии с пунктом 1 статьи 61.2 для признания сделки недействительной не требуется установление наличие признаков неплатежеспособности у должника, а также осведомленности контрагента по сделке, единственным достаточным основанием для признания договора недействительным является установление факта неравноценности встречного предоставления.

Оспаривая сделку, финансовый управляющий сослался на то, что супруга должника перечислила в пользу ответчика денежные средства в общей сумме 464 408 руб. в отсутствие встречного исполнения.

Учитывая, что в обоснование предъявленного заявления финансовый управляющий ссылается на перечисление денежных средств в размере 464 408 руб. в отсутствии оснований для совершения таких операций, по данному спору юридически значимым и подлежащим доказыванию обстоятельством является вопрос о получении встречного предоставления со стороны ответчика.

В отзыве, направленном в суд первой инстанции, ФИО6 пояснил, что являлся личным помощником ФИО7 и ФИО2, работал водителем и выполнял различные личные поручения.

В обоснование представлена банковская выписка за период с 03.10.2018 по 01.10.2019. Данная выписка не содержит сведений о движении денежных средств за период до 02.10.2018; согласно выписке назначение платежей отсутствует, денежные средства снимались со счета после получения (6 000 руб. - 23.11.2019, 15 000 руб. - 21.02.2020), осуществлен перевод иным лицам - 227 500 руб.

В суд апелляционной инстанции представлен скриншот переписки в мессенджере.

Вместе с тем, договор на оказание услуг отсутствует. В связи с этим соотнести действительность оказания услуг в конкретный период с их объемом и стоимостью не представляется возможным.

В соответствии со статьей 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

В суд первой и апелляционной инстанции лицами, участвующими в деле, не представлено доказательств в обоснование равноценности встречного предоставления по оспариваемым перечислениям. Доказательств наличия гражданско-правовых отношений между ответчиком и должником не представлено.

В соответствии с частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что оспариваемые платежи произведены в отсутствие каких-либо оснований, что свидетельствует о неравноценности встречного предоставления.

Совершение данной сделки фактически является действием, направленным на предотвращение возможности обращения взыскания кредиторов на совместно нажитое имущество.

Таким образом, супругой должника произведены платежи без предоставления встречного исполнения обязательств.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 03.02.2022 № 5-П, сам факт неравноценного встречного исполнения обязательств, т.е., в частности, установленного судом, рассматривающим иск о признании сделки недействительной, существенного превышения рыночной стоимости переданного должником имущества над стоимостью полученного им встречного предоставления, определенной с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств, в контексте начавшейся процедуры банкротства (либо принятия мер по предупреждению банкротства), по существу, означает, что имущество должника уменьшилось, а другая сторона такой сделки получила имущественную выгоду в ущерб интересам кредиторов.

В результате совершения безвозмездной сделки должником утрачено имущество - его доля в совместно нажитом с супругой имуществе (денежные средства), что значительно ухудшило его имущественное положение.

Таким образом, ФИО2, состоя в браке с должником, не могла не понимать смысл осуществления оспариваемых платежей в отсутствие встречного предоставления, располагала всей необходимой информацией о состоянии дел супруга, в отношении которого была введена процедура банкротства, что само по себе достаточно для того, чтобы квалифицировать оспариваемые финансовым управляющим платежи, в качестве недействительных сделок по смыслу положения части 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что оспариваемая сделка не может быть отнесена к сделкам совершенным в рамках обычной хозяйственной деятельности, ввиду следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 названного Федерального закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период.

В пункте 14 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что при определении того, была ли сделка совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, следует учитывать, что таковой является сделка, не отличающаяся существенно по своим основным условиям от аналогичных сделок, неоднократно совершавшихся до этого должником в течение продолжительного периода времени. К таким сделкам, в частности, с учетом всех обстоятельств дела, могут быть отнесены платежи по длящимся обязательствам (возврат очередной части кредита в соответствии с графиком, уплата ежемесячной арендной платы, выплата заработной платы, оплата коммунальных услуг, платежи за услуги сотовой связи и Интернет, уплата налогов и т.п.). Не могут быть, по общему правилу, отнесены к таким сделкам платеж со значительной просрочкой, предоставление отступного, а также не обоснованный разумными экономическими причинами досрочный возврат кредита.

Для правильного разрешения вопроса о совершении сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности следует учитывать, что к таковым не могут быть отнесены сделки, совершенные при наличии обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности контрагента несостоятельного должника, который, в частности, согласился принять исполнение без учета принципов очередности и пропорциональности, располагая информацией о недостаточности имущества должника для проведения расчетов с другими кредиторами.

Платежи совершены для ответчика безвозмездно, в отсутствие какого-либо встречного предоставления; доказательства того, что супруга должника, совершив платежи, или должник получил от ФИО6  какое-либо встречное имущественное предоставление суду не представлено; платежи совершены после введения процедуры реализации имущества гражданина, в условиях неплатежеспособности и недостаточности имущества должника. Безвозмездная сделка, совершенная в состоянии объективного банкротства должника, а тем более после признания его банкротом, не может быть отнесена к обычной деятельности должника - гражданина.

Доводы апелляционной жалобы о том, что размер оспариваемых платежей составляет менее 1 % от стоимости принадлежащего должнику недвижимого имущества, находящегося в Швейцарии, подлежат отклонению.

20.02.2016 должник заключил с ФИО10 соглашение о дополнительных последствиях развода, в соответствии с которым недвижимое имущество в Швейцарии, принадлежащее должнику, передано в собственность ФИО10

Впоследствии указанная сделка признана недействительной определением суда от 30.12.2021 по настоящему делу. Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.02.2022 по делу № А53-26864/2018 определение суда от 30.12.2021 оставлено без изменения.

Таким образом, на дату совершения оспариваемых платежей, недвижимое имущество в Швейцарии принадлежало ФИО10 по соглашению от 20.02.2016, а не должнику.

С учетом изложенного, оспариваемые сделки не могут быть отнесены к сделкам, совершенным в процессе обычной хозяйственной деятельности должника.

Кроме того, в постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.09.2023 № 15АП-14025/2023 по делу № А53-26864/18 установлено, что ФИО6 в 2017-2019 годы являлся сотрудником ООО «Умные зерна». Согласно представленным ООО «Умные зерна» документам, между данной компанией и ФИО6 заключен трудовой договор от 01.09.2017 № 21, в соответствии с которым ответчик принят на должность водителя.

Ранее постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2021, оставленным без изменения постановлением Арбитражного суда СевероКавказского округа от 20.07.2021 по настоящему делу, установлено, что согласно данным ЕГРЮЛ, ООО «СМАРТСИДС» является участником ООО «СМАРТКОНТРАКТ» (ИНН 

<

***>) с размером доли 49%, которое представило сведения о получении ФИО2 (супруга должника) в 2018 и 2019 годы дохода в форме заработной платы в размере 26 454 315 руб.

ООО «СМАРТКОНТРАКТ» являлось участником ООО «УМНЫЕ ЗЕРНА» (ИНН 

<

***>), на базе которой функционировала IT-платформа Smartseeds, руководителем которой (CEO (от англ. Chief Executive Officer - директор) на сайте компании указывался ФИО7

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованным лицом по отношению к должнику признается лицо, которое является аффилированным лицом должника, а также: руководитель должника, лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором данного пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 указанной статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В силу статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Таким образом, компания-работодатель ответчика подконтрольна должнику на дату совершения оспариваемых транзакций. Судом первой инстанции верно установлено, что ответчик является аффилированным лицом по отношению к должнику.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к верному выводу о наличии оснований для признания платежей недействительной сделкой на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Поскольку сведений о том, что между должником и ФИО2 заключен брачный договор, материалы дела не содержат, суд первой инстанции верно квалифицировал перечисленные денежные средства как совместную собственность супругов.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции верно применил последствия недействительности сделок в виде взыскания с ФИО6 ? от перечисленных             468 408 руб., то есть 234 204 руб.

Выводы суда соответствует правовому подходу, изложенному в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.08.2023 № Ф08-12024/2022 по настоящему делу, Постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.02.2023 № Ф08-438/2023, Постановлении Арбитражного суда Московского округа от 19.04.2022 № Ф05-6985/2022.

Кроме того, финансовый управляющий просил о взыскании с ответчика процентов за пользование чужими денежными средствами.

Как указано в пункте 1 статьи 395 Гражданского кодекса Российской Федерации  в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Возможность начисления процентов за пользование чужими денежными средствами на сумму признанного недействительным в рамках дела о банкротстве денежного исполнения предусмотрена в пункте 29.1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)».

В условиях признания платежа недействительным нормы о неосновательном обогащении (кондикции) применяются дополнительно (субсидиарно) по отношению к правилам о реституции, что, в частности, следует из подпункта 1 статьи 1103 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, требование о взыскании процентов со ссылкой на пункт 29.1 постановления № 63 является частью реституционного требования и подлежит рассмотрению наряду с ним в рамках одного спора.

Аналогичная правовая позиция изложена в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 17.08.2017 № 305 -ЭС17-3817.

Отклоняя заявление ФИО2 о пропуске срока исковой давности, суд первой инстанции верно руководствовался следующим.

Стабильность экономических отношений обеспечивается установлением срока для защиты права по иску лица, право которого нарушено - исковая давность (статья 195 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. По общему правилу, срок исковой давности составляет три года. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске (статьи 195, 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина финансовым управляющим, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения.

В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве.

В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

Утвержденные арбитражным судом арбитражные управляющие являются процессуальными правопреемниками предыдущих арбитражных управляющих (пункт 6 статьи 20.3 Закона о банкротстве).

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо фактически узнало о нарушении своего права, но и с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Как указано в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2003 № 5-П, течение этого срока должно начинаться с того момента, когда правомочное лицо узнало или реально имело возможность узнать не только о факте совершения сделки, но и о том, что она совершена лицами, заинтересованными в ее совершении. Таким образом, в целях применения срока исковой давности необходимо оценивать не только фактическую информированность истца, но и наличие возможности быть информированным о совершении оспариваемой сделки и наличии оснований для признания ее недействительной. Иное понимание указанной нормы не отвечало бы принципам стабильности гражданского оборота и добросовестного осуществления гражданских прав.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве арбитражный управляющий при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Из изложенного следует, что направленность действий арбитражного управляющего в деле о банкротстве не ограничена интересами должника, арбитражный управляющий также в равной степени должен руководствоваться и интересами кредиторов, и общества в целом, которые, как правило, сводятся к пополнению конкурсной массы должника и к получению удовлетворения имущественных требований, что становится возможным, в том числе при реализации механизмов оспаривания сделок.

Финансовым управляющим утверждается лицо, отвечающее критерию независимости (то есть не связанное с должником и его аффилированными лицами), для выявления факта совершения оспоримых сделок ему предоставляется разумный срок, после которого начинает течь исковая давность по требованиям о признании подобных сделок недействительными.

В течение такого срока финансовый управляющий должен принять меры к получению от регистрирующих органов и должника документов, отражающих его экономическую деятельность.

На основании полученных документов провести анализ финансового состояния должника, по итогам которого подготовить заключение, в том числе и о наличии или отсутствии оснований для оспаривания сделок.

При рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок.

Поэтому бездействие по неоспариванию сделок начинается не ранее момента, когда истек разумный срок на получение информации о наличии у сделок должника пороков недействительности и личности ответчика по иску, а также на подготовку документов, необходимых для предъявления соответствующих требований в суд.

Само по себе введение процедуры реструктуризации долгов гражданина не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, необходимо учитывать, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Таким образом, законодательство связывает начало течения срока исковой давности не только с моментом, когда лицо узнало о нарушении своего права, но с моментом, когда оно должно было, то есть имело юридическую возможность узнать о нарушении права.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Ростовской области от 13.11.2018 должник признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО8

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.02.2021 (резолютивная часть от 25.01.2021) арбитражный управляющий ФИО8 отстранен от исполнения обязанностей финансового управляющего ввиду наличия заинтересованности с должником. Финансовым управляющим утвержден ФИО4

В определении от 03.02.2021 суд пришел к выводу о доказанности злоупотребления правом со стороны арбитражного управляющего ФИО8 и ФИО7 при их намерении причинить вред правам и законным интересам кредитора путем осуществления должником предпринимательской деятельности в период рассмотрения настоящего дела, и совершение действий с целью исключения обращения взыскания на имущество и доходы, а также с учетом попытки обойти правила об исполнительском иммунитете, в связи с чем отстранил финансового управляющего ФИО8

При изложенных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что срок исковой давности не может исчисляться с даты утверждения финансового управляющего ФИО8

В силу разъяснений, изложенных в пункте 42 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», если в судебном заседании была объявлена только резолютивная часть судебного акта об утверждении арбитражного управляющего, то датой возникновения либо прекращения полномочий арбитражного управляющего будет дата объявления такой резолютивной части.

На необходимость исчисления срока исковой давности с даты объявления резолютивной части решения о признании должника банкротом и введения процедуры указывает Верховный Суд Российской Федерации в определении от 12.02.2018 N 305-ЭС17-11710 (3) по делу № А40-177466/2013.

В связи с этим срок исковой давности на подачу заявления об оспаривании сделки должника в силу статьи 61.9 Закона о банкротстве и разъяснений, изложенных в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63   «О  некоторых вопросах,  связанных  с применением главы Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)», начинает течь с 25.01.2021.

Следует отметить, что срок исковой давности не может начать течь ранее даты, когда первый финансовый управляющий не только узнал о совершенной сделке, но и наличии правовых оснований для ее оспаривания.

Суд первой инстанции верно установил, что в материалах дела содержалась информация о движении денежных средств по трем счетам ФИО2, открытым в ПАО «Сбербанк России» (№ 40817810952094753940, № 40817810652094738728, № 40817810840013490144).

18.02.2021 финансовый управляющий обратился с ходатайством об ознакомлении с материалами дела. Код доступа для ознакомления получен 24.02.2021.

Таким образом, финансовый управляющий ФИО4, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, оперативно, в течение одного месяца после назначения его финансовым управляющим принял меры к ознакомлению с выписками о движении денежных средств по счету супруги должника.

Как указывает управляющий, выписка о движении денежных средств по счету № 40817810840013490144 содержит 480 операций, выписка о движении денежных средств по счету № 40817810952094753940 содержит 420 операций. Все эти выписки представлены только в печатном виде и подлежали обработке без автоматизированных систем. Указанные выписки содержат только сведения о сумме перечислений и номерах карт получателей, без указания ФИО.

Сведения о том, что получателем спорных перечислений является ФИО6 и его персональные данные стали известны из ответа ПАО «Сбербанк России» от 02.08.2021 № ЗНО0155475406.

10.08.2021     ответ банка поступил в суд. 21.08.2021 финансовый управляющийознакомился с ответом от 02.08.2021 № ЗНО0155475406.

05.03.2022     финансовый управляющий ФИО4 обратился в суд стребованием о признании сделки недействительной.

Изложенные обстоятельства позволили суду первой инстанции прийти к правильному выводу о том, что пропуск исковой давности финансовым управляющим ФИО4 не пропущен.

Доводы апеллянта о том, что финансовый управляющий не вправе оспаривать сделку супруги должника, подлежат отклонению.

Согласно пункту 4 статьи 213.32 Закона о банкротстве оспариванию в рамках дела о банкротстве гражданина подлежат также сделки, совершенные супругом должника-гражданина в отношении имущества супругов, по основаниям, предусмотренным семейным законодательством.

Изложенное, по мнению суда апелляционной инстанции, не лишает финансового управляющего возможности в рамках дела о банкротстве должника оспаривания сделок и доказывания всех условий недействительности сделок, совершенных его супругой, в том числе, с денежными средствами, в отношении которых установлена их принадлежность к совместно нажитому имуществу и которые необоснованно израсходованы ею в противоправных целях, в отсутствие встречного предоставления.

Доводы апелляционной жалобы не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, повлияли бы на их обоснованность и законность либо опровергли выводы суда, в связи с этим признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в любом случае основаниями для отмены судебного акта, судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 258, 269 – 272  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 07.12.2023 по делу № А53-26864/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления в законную силу настоящего постановления.

Председательствующий                                                                                  М.Ю. Долгова

 

Судьи                                                                                                                Я.А. Демина

 

                                                                                                                           Г.А. Сурмалян