922/2023-61690(1) 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА 

Именем Российской Федерации 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-63596/2022

г. Краснодар

22 ноября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 15 ноября 2023 года.  Постановление изготовлено в полном объеме 22 ноября 2023 года.  

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего  Тамахина А.В., судей Бабаевой О.В. и Рассказова О.Л., при участии в судебном заседании  от истца – ФИО1 (ИНН 

<

***>) – ФИО1  (лично), ФИО2 (доверенность от 18.08.2022), от ответчика – общества  с ограниченной ответственностью «Межрегиональная компания "Тополь"»  (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО3 (доверенность от 21.08.2023),  рассмотрев кассационную жалобу ФИО1 на постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу   № А32-63596/2022, установил следующее.  

Индивидуальный предприниматель ФИО1 обратилась  в Арбитражный суд Краснодарского края с иском к ООО «Межрегиональная компания  "Тополь"» (далее – общество) о признании недействительными (ничтожными) пунктов  5.7 и 8.1 договора займа от 20.12.2019 № 40.  

31 декабря 2022 года (после подачи иска) ФИО1 прекратила  деятельность в качестве индивидуального предпринимателя в результате исключения  из единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей по решению  регистрирующего органа в связи с наличием оснований, предусмотренных пунктом 1  статьи 22.4 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной  регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей», в связи с чем дело  рассматривается судом с участием ФИО1 как физического лица с учетом  разъяснений, данных в абзаце 5 пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой  Гражданского кодекса Российской Федерации».  

Решением от 31.03.2023 признаны недействительными (ничтожными) пункт 5.7  и пункт 8.1 (в части возможности начисления неустойки на проценты за пользование  суммой займа) договора займа от 20.12.2019 № 40, заключенного обществом  и Безбородовой О.Е. С общества в доход федерального бюджета взыскано 6 тыс. рублей  государственной пошлины.  

Постановлением апелляционного суда от 26.06.2023 решение от 31.03.2023  отменено, в удовлетворении исковых требований отказано, с ФИО1 в доход  федерального бюджета взыскано 6 тыс. рублей государственной пошлины по иску,  в пользу общества – 3 тыс. рублей расходов по уплате государственной пошлины  по апелляционной жалобе.  

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить постановление  апелляционного суда и оставить в силе решение суда первой инстанции. Заявитель  жалобы указывает, что очередность погашения требований, установленная пунктом 5.7  договора займа от 20.12.2019 № 40, не соответствует статье 319 Гражданского кодекса  Российской Федерации. Кроме спорного договора, общество заключило договоры  на аналогичных условиях с другими лицами, что свидетельствует о неоднократном  нарушении прав и законных интересов неопределенного круга лиц включением в договор  условия, противоречащего указанной норме права. Судом апелляционной инстанции  не рассмотрено ходатайство о приобщении дополнительных доказательств по делу,  поданное ФИО1 26.06.2023 в электронном виде через систему «Мой арбитр»,  а также необоснованно отказано в отложении судебного заседания. Договор займа  от 20.12.2019 № 40 не относится к иным займам, поэтому к нему не применяется пункт 3  части 1 статьи 9 Федерального закона от 02.07.2010 № 151-ФЗ «О микрофинансовой  деятельности и микрофинансовых организациях» (далее – Закон № 151-ФЗ).  Предоставленный обществом заем является микрозаймом, поскольку не превышает  предельную сумму микрозайма, выдаваемого заемщику – индивидуальному  предпринимателю (5 млн рублей). Оспариваемые условия договора являются  ничтожными, поэтому срок исковой давности составляет три года и ФИО1  не пропущен.  

В отзыве на кассационную жалобу общество отклонило доводы ФИО1,  просило оставить постановление апелляционного суда без изменения, кассационную  жалобу – без удовлетворения.  

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.09.2023  рассмотрение кассационной жалобы отложено на 16 часов 00 минут 19.10.2023.  

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 26.10.2023  рассмотрение кассационной жалобы отложено на 14 часов 15 минут 15.11.2023.  

Определением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 14.11.2023  на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации произведена замена судьи Алексеева Р.А. на судью  Рассказова О.Л.  

После замены судьи рассмотрение кассационной жалобы начато с начала. 

В судебном заседании истец и его представитель поддержали доводы кассационной  жалобы.  

Представитель ответчика возражал против удовлетворения жалобы. 

В ходе рассмотрения кассационной жалобы сторонами представлены письменные  объяснения по существу спора с приложением дополнительных доказательств. Кроме  того, истцом в судебном заседании заявлено ходатайство о приобщении к материалам  дела аудиозаписи допроса свидетеля, произведенного в рамках судебного разбирательства  по другому делу.  

Суд кассационной инстанции не принимает новые доказательства, представленные  сторонами на стадии кассационного производства ввиду следующего.  

Как разъяснено в пунктах 28 – 30 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном  суде кассационной инстанции», из положений частей 1 и 3 статьи 286 названного Кодекса  следует, что суд кассационной инстанции при проверке законности судебных актов,  принятых судами первой и апелляционной инстанций, устанавливает правильность  применения норм материального права и норм процессуального права, а также проверяет  соответствие выводов судов первой и апелляционной инстанций о применении нормы  права установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,  исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно  жалобы.  

При решении вопроса о принятии дополнений, письменных пояснений  к кассационной жалобе либо отзыва на кассационную жалобу судам кассационной  инстанции необходимо иметь в виду, что сугубо правовое обоснование доводов  и возражений стороны вправе приводить на всех стадиях рассмотрения дела, если они  основаны на доказательствах, имеющихся в материалах дела, и если такие дополнения,  пояснения к кассационной жалобе не содержат ни новых требований, ни новых  доказательств, которые в силу положений Арбитражного процессуального кодекса  

Российской Федерации не могут рассматриваться и исследоваться судом кассационной  инстанции.  

Новые и (или) дополнительные доказательства, имеющие отношение  к установлению обстоятельств по делу, судом кассационной инстанции не принимаются.  

Если лицо, участвующее в деле, представило в суд кассационной инстанции  дополнительные доказательства, не представленные им в суд первой, апелляционной  инстанции, в том числе вместе с отзывом на кассационную жалобу, то такие  доказательства судом кассационной инстанции к материалам дела не приобщаются и при  необходимости возвращаются.  

Доводы лиц, участвующих в деле, относительно фактических обстоятельств,  на которые такие лица ранее не ссылались, которые не подтверждаются имеющимися  в деле доказательствами и судами первой и апелляционной инстанций  не устанавливались, не принимаются во внимание и не могут быть положены в основу  постановления суда кассационной инстанции.  

По изложенным причинам представленные сторонами в суд кассационной  инстанции дополнительные доказательства подлежат возврату без рассмотрения  по существу ввиду отсутствия у суда кассационной инстанции полномочий по сбору,  исследованию и оценке доказательств.  

Согласно части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов, принятых  судами первой и апелляционной инстанций, устанавливая правильность применения норм  материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого  судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в жалобе и возражениях на нее.  

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, отзыва на нее и выслушав  представителей сторон, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа пришел  к следующим выводам.  

Как видно из материалов дела и установлено судами, 20.12.2019 общество  (займодавец) и ИП ФИО1 (заемщик) заключили договор займа № 40,  по условиям которого займодавец обязуется предоставить заемщику микрозаем (заем)  на рефинансирование, а именно: полное погашение займа по договору займа от 23.01.2019   № 767, предоставленного заемщику ООО «Микрокредитная компания "Регион-Юг"»,  а заемщик обязуется своевременно возвратить полученный заем, уплатить проценты  за пользование займом и исполнить иные обязательства по договору (пункт 1.1 договора).  

Сумма займа составляет 4,5 млн рублей (пункт 1.2 договора). Окончательная дата  возврата займа 22.06.2020 (пункт 1.3 договора).  

Согласно пункту 1.4 договора процентная ставка за пользование займом составляет  35% годовых.  

Проценты, указанные в пункте 1.4 договора, начисляются на остаток срочной  задолженности (займа) заемщика, начиная со дня, следующего за днем получения займа,  по день фактического возврата займа включительно (пункт 4.1 договора).  

Согласно пункту 5.1 договора возврат займа и уплата процентов за пользование  займом за расчетный период, определяемый в соответствии с правилами настоящего  пункта договора, осуществляется заемщиком в следующем порядке. Задолженность  по основному долгу уплачивается не позднее окончательной даты возврата займа,  указанной в пункте 1.3 договора. Проценты за пользование займом начисляются  в соответствии с пунктом 4.1 договора и уплачиваются заемщиком не позднее последнего  рабочего дня текущего месяца.  

В соответствии с пунктом 5.7 договора в случае, если перечисленная заемщиком  сумма недостаточна для исполнения всех обязательств заемщика по договору,  устанавливается следующая очередность погашения требований займодавца:  

в первую очередь погашаются издержки займодавца по получению исполнения  обязательств заемщика (в том числе судебные расходы, расходы по исполнительному  производству, а также любые иные расходы, которые понесет займодавец в случае  принудительного взыскания задолженности);  

во вторую очередь – неустойка за просрочку процентов за пользование займом; в третью очередь – неустойка за просрочку ссудной задолженности; в четвертую очередь – задолженность по уплате просроченных процентов; 

в пятую очередь – задолженность по просроченной ссудной задолженности (или ее  части);  

в шестую очередь – задолженность по уплате срочных процентов;  

в седьмую очередь – задолженность по срочной ссудной задолженности (или ее  части). Микрокредитная компания вправе в одностороннем порядке изменить  установленную названным пунктом очередность погашения своих требований.  

Согласно пункту 8.1 договора при несвоевременном перечислении суммы займа  и начисленных процентов за его пользование в срок, установленный договором, заемщик  уплачивает займодавцу неустойку в размере 1% от суммы просроченного платежа  за каждый день просрочки в период с даты возникновения просроченной задолженности  (не включая эту дату) по дату полного погашения просроченной задолженности  (включительно). Размер неустойки для конкретного заемщика указывается в договоре  микрозайма, иного займа.  

По мнению Безбородовой О.Е., пункт 5.7 договора противоречит статье 319  Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей очередность погашения  требований по денежному обязательству, а пункт 8.1 договора – статье 12.1 Закона   № 151-ФЗ, не предусматривающей возможности начисления неустойки на сумму  процентов за пользование займом по договору потребительского займа, а, кроме того,  установленная пунктом 8.1 договора неустойка (1%) является чрезмерно высокой,  поэтому данные пункты являются ничтожными.  

Названные обстоятельства послужили основанием для обращения  ФИО1 в арбитражный суд с иском.  

Суд первой инстанции, удовлетворяя иск, руководствовался статьями 166, 168, 181,  317.1, 319, 330, 333, 395, 421, 422, 428, 432, 807, 810 Гражданского кодекса Российской  Федерации, положениями Закона № 151-ФЗ, Федерального закона от 21.12.2013 № 353-ФЗ  «О потребительском кредите (займе)», разъяснениями, изложенными в пункте 74  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25  «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского  кодекса Российской Федерации» (далее – постановление № 25), пункте 37 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 № 54 «О некоторых  вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации  об обязательствах и их исполнении» (далее – постановление № 54), пунктах 75, 77, 79  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7  «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской  Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – постановление № 7),  пункте 2 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 20.10.2010 № 141 «О некоторых вопросах применения положений статьи  319 Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – информационное письмо   № 141).  

Рассматривая требования в части признания недействительным (ничтожным)  пункта 5.7 договора, суд первой инстанции, исходил из правовой позиции, изложенной  в пункте 2 информационного письма № 141, из которой следует, что применяя  статью 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды должны учитывать, что  названная норма не регулирует отношения, связанные с привлечением должника  к ответственности за нарушение обязательства (глава 25 Гражданского кодекса  Российской Федерации), а определяет порядок исполнения денежного обязательства,  которое должник принял на себя при заключении договора. Соглашение,  предусматривающее, что при исполнении должником денежного обязательства  

не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов, предусмотренных  статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или иные связанные  с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований, названных  в статье 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоречит смыслу данной  статьи и является ничтожным (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Руководствуясь правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации и установив, что предусмотренная договором очередность погашения  требований по денежному обязательству противоречит смыслу статьи 319 Гражданского  кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что иск  в части признания недействительным (ничтожным) пункта 5.7 договора подлежит  удовлетворению.  

При рассмотрении требования о признании недействительным (ничтожным)  пункта 8.1 договора суд первой инстанции руководствовался частью 2 статьи 12.1 Закона   № 151-ФЗ, согласно которой после возникновения просрочки исполнения обязательства  заемщика – физического лица по возврату суммы займа и (или) уплате причитающихся  процентов микрофинансовая организация по договору потребительского займа, срок  возврата потребительского займа по которому не превышает один год, вправе начислять  заемщику – физическому лицу неустойку (штрафы, пени) и иные меры ответственности  только на не погашенную заемщиком часть суммы основного долга.  

Как указал суд, из названной нормы закона следует, что нарушение заемщиком  срока, установленного для возврата очередной части займа, не свидетельствует  о допустимости установления ответственности в виде уплаты заемщиком неустойки  на проценты, начисляемые на сумму основного долга; иное означало бы установление  двойной ответственности за неисполнение заемщиком своих обязательств.  

На основании изложенного суд первой инстанции пришел к выводу о том,  что пункт 8.1 договора, предусматривающий право общества на начисление неустойки  в случае нарушения сроков уплаты процентов за пользование суммой займа, противоречит  статье 12.1 Закона № 151-ФЗ, что влечет его ничтожность в этой части.  

Отклоняя довод ФИО1 о недействительности (ничтожности) пункта 8.1  договора в части установления неустойки в размере 1%, суд первой инстанции согласился  с доводами истца о чрезмерности установленной ответственности, однако указал, что  данное обстоятельство не влечет ничтожность оспариваемого условия договора. Суд  отметил, что законодательством предусмотрены механизмы защиты должника в случае  начисления кредитором несоразмерной неустойки, в частности, снижение размера  

договорной неустойки на основании статьи 333 Гражданского кодекса Российской  Федерации.  

При рассмотрении заявления общества о применении срока исковой давности суд  первой инстанции исходил из положений статей 181, 807 Гражданского кодекса  Российской Федерации и, установив, что исковое заявление подано 19.12.2022, пришел  к выводу о том, что трехлетний срок давности по требованию о признании ничтожными  условий договора от 20.12.2019 № 40 истцом не пропущен.  

Отклоняя ссылку ответчика на положения абзаца четвертого пункта 2 статьи 166  Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции указал на отсутствие  в деле доказательств того, что истец после заключения договора каким-либо образом  выражал свою волю на сохранение спорных условий договора.  

Суд апелляционной инстанции, отменяя решение суда и отказывая в иске, исходил  из того, что предоставляя ФИО1 денежные средства в размере  4 500 тыс. рублей под залог недвижимого имущества, общество руководствовалось  положениями подпункта 3 пункта 1 статьи 9 Закона № 151-ФЗ, по смыслу которого оно  вправе предоставлять заем, не ограниченный суммой, обеспеченный залогом  недвижимого имущества, отнеся такой заем к категории «иные займы».  

Апелляционный суд указал, что ФИО1 при заключении сделки  действовала как индивидуальный предприниматель, преследовала цель получения  заемных денежных средств для полного погашения займа по иному договору.  Следовательно, ФИО1 вправе была оспорить договор только по строго  определенным основаниям, закрепленным нормами статей 178 и 179 Гражданского  кодекса Российской Федерации. После заключения оспариваемого договора  ФИО1 фактически получила заемные средства от общества, воспользовалась  ими. Подобные действия ФИО1 давали обществу основания полагаться  на действительность договора. Обстоятельства, на которые ссылается ФИО1  в обоснование недействительности договора, были ей известны на момент заключения  и исполнения договора.  

Суд второй инстанции не установил наличия доказательств, свидетельствующих  о нарушении публичных интересов в результате заключения спорного договора, либо  о нарушении прав и законных интересов третьих лиц указанным договором, в связи с чем  пришел к выводу о том, что договор является оспоримой сделкой, срок исковой давности  по которой составляет один год (пункт 2 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Признав обоснованным заявление общества о применении срока исковой давности,  суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 181, 195, 199 Гражданского  кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в пункте 15  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43  «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса  Российской Федерации об исковой давности», установив, что договор заключен  сторонами 20.12.2019, иск подан в суд 19.12.2022, пришел к выводу о пропуске  Безбородовой О.Е. годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 Гражданского  кодекса Российской Федерации), что является самостоятельным основанием для отказа  в иске.  

Вместе с тем суд апелляционной инстанции не учел следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской  Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом,  в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого  признания (ничтожная).  

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть  предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка  может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые  законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные  для него последствия (пункт 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Согласно пункту 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой,  если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения,  не связанные с недействительностью сделки. В силу пункта 2 статьи 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации, если из закона не следует иное, сделка, нарушающая  требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные  интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна.  

Из разъяснений, содержащихся в абзаце втором пункта 74 постановления № 25,  следует, что договор, условия которого противоречат существу законодательного  регулирования соответствующего вида обязательства, может быть квалифицирован как  ничтожный полностью или в соответствующей части, даже если в законе не содержится  прямого указания на его ничтожность.  

Статьей 319 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена  очередность погашения требований по денежному обязательству: сумма произведенного  платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью,  

при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по  получению исполнения, затем – проценты, а в оставшейся части – основную сумму долга.  

В соответствии с пунктом 37 постановления № 54 по смыслу приведенной нормы  под упомянутыми в ней процентами понимаются проценты, являющиеся платой  за пользование денежными средствами (например, статьи 317.1, 809, 823 Гражданского  кодекса Российской Федерации). Проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой  ответственности, например проценты, предусмотренные статьей 395 Гражданского  кодекса Российской Федерации, а равно начисляемые на сумму задолженности неустойки,  к указанным в статье 319 Гражданского кодекса Российской Федерации процентам  не относятся и погашаются после суммы основного долга.  

Положения статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации,  устанавливающие очередность погашения требований по денежному обязательству, могут  быть изменены соглашением сторон. Однако соглашением сторон может быть изменен  порядок погашения только тех требований, которые названы в данной норме (абзац  второй пункта 37 постановления № 54).  

Аналогичные разъяснения даны в пункте 49 постановления № 7. 

В пункте 2 информационного письма № 141 разъяснено следующее. Применяя  статью 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, суды должны учитывать, что  названная норма не регулирует отношения, связанные с привлечением должника  к ответственности за нарушение обязательства (глава 25 Гражданского кодекса  Российской Федерации), а определяет порядок исполнения денежного обязательства,  которое должник принял на себя при заключении договора.  

В связи с изложенным судам следует иметь в виду, что соглашением сторон может  быть изменен порядок погашения только тех требований, которые названы в статье 319  Гражданского кодекса Российской Федерации (например, стороны вправе установить, что  при недостаточности платежа обязательство должника по уплате процентов погашается  после основной суммы долга) (абзац второй пункта 2 информационного письма № 141).  

Соглашение, предусматривающее, что при исполнении должником денежного  обязательства не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов,  предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или иные  связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований,  названных в статье 319 Кодекса, противоречит смыслу данной статьи и является  ничтожным (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации) (абзац третий  пункта 2 информационного письма № 141).  

Аналогичная правовая позиция выражена в постановлении Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.06.2011 № 17859/10.  

Исходя из этого соглашение, предусматривающее, что при исполнении должником  денежного обязательства не в полном объеме требования об уплате неустойки, процентов,  предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, или иные  связанные с нарушением обязательства требования погашаются ранее требований,  названных в статье 319 Гражданского кодекса Российской Федерации, противоречит  существу законодательного регулирования и является ничтожным (пункт 27 Обзора  судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга),  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021).  

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно удовлетворил иск в части  требования о признании недействительным (ничтожным) пункта 5.7 договора займа  от 20.12.2019 № 40, поскольку установленная названным пунктом очередность погашения  требований противоречит существу законодательного регулирования, что в силу  приведенных выше норм права и разъяснений высшей судебной инстанции влечет его  ничтожность.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий  недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной  (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным  требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае  предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало  или должно было узнать о начале ее исполнения. При этом срок исковой давности для  лица, не являющегося стороной сделки, во всяком случае не может превышать десять лет  со дня начала исполнения сделки.  

Поскольку пункт 5.7 договора займа является ничтожным, договор заключен  20.12.2019, исполнение договора началось 27.12.2019 (с указанной даты ответчик  начисляет проценты за пользование займом согласно расчету задолженности (т. 1,  л.д. 69)), исковое заявление подано 19.12.2022, то есть в пределах трех лет с даты  заключения договора и начала его исполнения, то срок исковой давности истцом  не пропущен.  

Суд первой инстанции отклонил возражения ответчика со ссылкой на абзац 4  пункта 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, указав на отсутствие  в материалах дела доказательств того, что ФИО1 каким-либо образом после  заключения договора выражала свою волю на сохранение спорного условия договора.  

Апелляционный суд напротив усмотрел в действиях истца признаки  злоупотребления правом, указав на то, что после заключения оспариваемого договора  Безбородова О.Е. фактически получила заемные средства от ответчика, воспользовалась  ими. Подобные действия истца давали другим лицам основания полагаться  на действительность договора. Обстоятельства, на которые ссылается истец в обоснование  недействительности договора, были ему известны на момент заключения и исполнения  договора. Подача Безбородовой О.Е. искового заявления судом апелляционной инстанции  расценена как способ уклонения от исполнения взятых на себя обязательства по договору  и воспрепятствования ответчику в осуществлении мер по возврату долга, что является  формой злоупотребления правом (статья 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Исходя из абзаца 4 части 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской  Федерации и пункта 72 постановления № 25 сторона сделки, из поведения которой  явствует воля сохранить силу оспоримой сделки, не вправе оспаривать эту сделку  по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать, когда проявляла волю  на сохранение сделки.  

Таким образом, положения абзаца 4 части 2 статьи 166 Гражданского кодекса  Российской Федерации касаются оспоримых сделок.  

Однако пункт 5.7 договора является не оспоримым, а ничтожным, поэтому  положения абзаца 4 части 2 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации  к нему применению не подлежат.  

В абзаце 5 пункта 1 постановления № 25 разъяснено, что если будет установлено  недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела  и с учетом характера последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего  ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие  защиту интересов другой стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения  другой стороны (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Аналогичные разъяснения даны в пункте 70 данного постановления, в силу  которого сделанное в любой форме заявление о недействительности (ничтожности,  оспоримости) сделки и о применении последствий недействительности сделки  (требование, предъявленное в суд, возражение ответчика против иска и т.п.) не имеет  правового значения, если ссылающееся на недействительность лицо действует  недобросовестно, в частности, если его поведение после заключения сделки давало  основание другим лицам полагаться на действительность сделки (пункт 5 статьи 166  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Изучив материалы дела, суд кассационной инстанции не может согласиться  с выводом апелляционного суда о наличии в действиях Безбородовой О.Е. признаков  злоупотребления правом.  

Само по себе то обстоятельство, что ФИО1 получила денежные средства  по договору займа от 20.12.2019 № 40 и воспользовалась ими, не свидетельствует о том,  что ее заявление о признании недействительным (ничтожным) пункта 5.7 договора  является злоупотреблением правом.  

В данном случае включение займодавцем в договор пункта 5.7 договора,  устанавливающего возможность направлять поступившие от заемщика денежные средства  в счет погашения неустойки за просрочку уплаты процентов за пользование займом  и ссудной задолженности ранее суммы основного долга существенным образом нарушает  права заемщика и баланс интересов сторон, поскольку приводит к значительному росту  размера задолженности заемщика по договору, принимая во внимание размер неустойки,  установленный пунктом 8.1 договора за нарушение срока возврата как суммы займа,  так и процентов за пользование займом (1% от суммы просроченного платежа за каждый  день просрочки).  

Иными словами условия договора сформулированы таким образом, что все  платежи, поступающие от заемщика в счет погашения суммы займа и процентов  за пользование займом направляются займодавцем в первоочередном порядке в счет  погашения неустойки, начисленной за нарушение срока уплаты указанных сумм, которая  в силу ее значительного размера существенно увеличивается за короткий промежуток  времени, соответственно, поступающих от должника денежных средств не хватает  ни на погашение неустойки, ни на погашение суммы основного долга, что приводит  к существенному росту общего размера задолженности заемщика.  

Согласно представленному в материалы дела расчету задолженности по спорному  договору по состоянию на 12.01.2023 при сумме займа 4,5 млн рублей сумма процентов  за пользование займом составляет 5 119 890 рублей 76 копеек, неустойка по  просроченным процентам – 22 631 317 рублей 41 копейку, неустойка по просроченному  основному долгу – 33 840 тыс. рублей, а всего общая сумма долга ФИО1  перед обществом составляет 66 091 208 рублей 16 копеек (т. 1, л. д. 69 – 70).  

Являясь более слабой стороной и фактически присоединившись к условиям  договора, проект которого разработан обществом – микрокредитной компанией,  осуществляющей на профессиональной основе деятельность по выдаче займов,  ФИО1 имела явно меньшие переговорные возможности, в связи с чем ее  последующее несогласие с пунктом 5.7 договора, противоречащим существу  

законодательного регулирования, выраженное путем предъявления настоящего иска,  не может рассматриваться как злоупотребление правом.  

Принцип свободы договора в сочетании с принципом добросовестного поведения  участников гражданских правоотношений не исключает обязанности суда оценивать  условия конкретного договора с точки зрения их разумности и справедливости, с учетом  того, что условия договора займа, с одной стороны, не должны быть явно  обременительными для заемщика, а с другой стороны, они должны учитывать интересы  кредитора как стороны, права которой нарушены в связи с неисполнением обязательства.  

Это положение имеет особое значение, когда возникший спор связан  с деятельностью микрофинансовых организаций, которые предоставляют займы на  небольшие суммы и на короткий срок, чем и обусловливается возможность установления  повышенных процентов за пользование займом. Иное, то есть установление сверхвысоких  процентов за длительный срок пользования микрозаймом, выданным на короткий срок,  приводило бы к искажению цели деятельности микрофинансовых организаций.  

На основании изложенного суд кассационной инстанции не принимает заявление  общества о злоупотреблении правом со стороны истца, мотивированное ссылкой  на пункт 5 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

На основании изложенного суд кассационной инстанции приходит к выводу о том,  что суд первой инстанции в части требования о признании недействительным  (ничтожным) пункта 5.7 договора оценил в полном объеме представленные сторонами  доказательства и установленные на их основании обстоятельства дела, а также дал им  надлежащую правовую оценку в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации и верно применил нормы материального  права, в связи с чем у апелляционного суда отсутствовали установленные  статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основания  для отмены решения суда в этой части.  

Пунктом 5 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражному суду кассационной инстанции предоставлено право  по результатам рассмотрения кассационной жалобы оставить в силе одно из ранее  принятых по делу решений или постановлений.  

При указанных обстоятельствах, на основании изложенных положений правовых  норм и установленных фактических обстоятельств дела суд кассационной инстанции  считает постановление арбитражного апелляционного суда в части отмены решения суда  от 31.03.2023 и отказа в удовлетворении требования ФИО1 о признании  

недействительным (ничтожным) пункта 5.7 договора займа от 20.12.2019 № 40,  подлежащим отмене, а решение суда в указанной части – оставлению в силе.  

В обоснование требования о признании недействительным (ничтожным) пункта 8.1  договора истец ссылается на несоответствие его статье 12.1 Закона № 151-ФЗ,  не предусматривающей возможности начисления неустойки на сумму процентов  за пользование займом по договору потребительского займа, а также на чрезмерность  установленной пунктом 8.1 договора неустойки (1%).  

Согласно части 2 статьи 12.1 Закона № 151-ФЗ после возникновения просрочки  исполнения обязательства заемщика – физического лица по возврату суммы займа и (или)  уплате причитающихся процентов микрофинансовая организация по договору  потребительского займа, срок возврата потребительского займа по которому  не превышает один год, вправе начислять заемщику – физическому лицу неустойку  (штрафы, пени) и иные меры ответственности только на не погашенную заемщиком часть  суммы основного долга.  

Из буквального содержания части 2 статьи 12.1 Закона № 151-ФЗ следует, что  названной статьей установлены ограничения только в отношении договоров  потребительского займа, заключенных микрофинансовой организацией с заемщиком –  физическим лицом, то есть договоров займа, заемщиком по которым выступает  физическое лицо и заем берется на потребительские цели – для личных бытовых нужд.  

Закон № 151-ФЗ допускает выдачу микрозаймов как физическим лицам  для потребительских целей, так и юридическим лицам и индивидуальным  предпринимателям.  

В соответствии с пунктом 8 части 1 статьи 12 Закона № 151-ФЗ микрофинансовая  организация не вправе выдавать заемщику – юридическому лицу или индивидуальному  предпринимателю микрозаем (микрозаймы), если сумма основного долга заемщика –  юридического лица или индивидуального предпринимателя перед этой микрофинансовой  организацией по договорам микрозайма в случае предоставления такого микрозайма  (микрозаймов) превысит пять миллионов рублей.  

Согласно пункту 2 части 3 статьи 12 Закона № 151-ФЗ микрокредитная компания  помимо ограничений, установленных частью 1 настоящей статьи, не вправе выдавать  заемщику – физическому лицу микрозаем (микрозаймы), если сумма основного долга  заемщика перед микрокредитной компанией по договорам микрозайма в случае  предоставления такого микрозайма (микрозаймов) превысит пятьсот тысяч рублей.  

Таким образом, микрокредитная компания, которой являлся ответчик на момент  заключения спорного договора с истцом, вправе выдавать микрозаймы заемщику –  

физическому лицу на общую сумму не более 500 тыс. рублей, а заемщику –  юридическому лицу или индивидуальному предпринимателю – на общую сумму не более  5 млн рублей.  

Спорный договор займа заключен ФИО1 как индивидуальным  предпринимателем, сумма займа составила 4,5 млн рублей, заем предоставлен в целях  рефинансирования, а именно: полного погашения займа по договору займа от 23.01.2019   № 767, предоставленного заемщику ООО «МКК "Регион-Юг"».  

Обращаясь с рассматриваемым иском, ФИО1 указала, что целью  заключения спорного договора являлось рефинансирование займа в ООО «МКК "Регион- Юг"» и пополнение оборотных средств.  

Из постановления Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 05.07.2022  по делу № А32-29301/2021 по иску ФИО1 к обществу о признании  недействительным пункта 8.3 договора займа от 20.12.2019 № 40, о признании  недействительным соглашения об уплате 225 тыс. рублей единовременной комиссии  за пролонгацию договора, о признании недействительным соглашения о пролонгации  договора под 45% годовых и о взыскании неосновательного обогащения, также следует,  что денежные средства были получены истцом на рефинансирование займа  в ООО «МКК "Регион-Юг"», пополнение оборотных средств. Как указано  в постановлении окружного суда, 27.12.2019 общество перечислило денежные средства  в сумме остатка долга на расчетный счет ООО «МКК "Регион-Юг"» в счет погашения  ранее предоставленного ФИО1 займа, остаток денежных средств перечислен  на расчетный счет истца на пополнение оборотных средств.  

В судебном заседании кассационной инстанции ФИО1 пояснила, что  денежные средства были получены ею в целях использования в предпринимательской  деятельности, на пополнение оборотных средств.  

Иной цели получения ФИО1 денежных средств по договору займа  от 20.12.2019 № 40, заключенному с обществом, из материалов дела не усматривается  и соответствующие доказательства истцом не представлены.  

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что денежные средства,  полученные ФИО1 по договору займа от 20.12.2019 № 40, фактически  направлены для личных бытовых нужд, не связанных с предпринимательской  деятельностью.  

Таким образом, приведенная выше совокупность обстоятельств (заключение  ФИО1 договора займа как индивидуальным предпринимателем; получение  займа на сумму 4,5 млн рублей, превышающую установленное для микрокредитных  

компаний ограничение для выдачи займов заемщикам – физическим лицам (500 тыс.  рублей), но в пределах суммы, установленной для заемщиков – юридических лиц  и индивидуальных предпринимателей (5 млн рублей); целевое назначение займа –  рефинансирование другого займа и пополнение оборотных средств; отсутствие  доказательств расходования полученных денежных средств на личные бытовые нужды)  позволяет сделать вывод о том, что заем, предоставленный по договору от 20.12.2019   № 40, не является потребительским займом, в связи с чем ограничения, установленные  пунктом 12.1 Закона № 151-ФЗ, на него не распространяются.  

Иные нормы права, которым противоречит пункт 8.1 договора в части,  предусматривающей возможность начисления неустойки на сумму процентов  за пользование займом в случае нарушения срока их уплаты, истец при обращении  с иском не указал.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в абзаце первом пункта 15  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 13, Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 14 от 08.10.1998 «О практике  применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о процентах  за пользование чужими денежными средствами» (далее – постановление № 13/14)  при рассмотрении споров, связанных с исполнением договоров займа, а также  с исполнением заемщиком обязанностей по возврату банковского кредита, следует  учитывать, что проценты, уплачиваемые заемщиком на сумму займа в размере  и в порядке, определенных пунктом 1 статьи 809 Гражданского кодекса Российской  Федерации, являются платой за пользование денежными средствами и подлежат уплате  должником по правилам об основном денежном долге.  

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 811 Гражданского кодекса  Российской Федерации, являются мерой гражданско-правовой ответственности.  Указанные проценты, взыскиваемые в связи с просрочкой возврата суммы займа,  начисляются на эту сумму без учета начисленных на день возврата процентов  за пользование заемными средствами, если в обязательных для сторон правилах либо  в договоре нет прямой оговорки об ином порядке начисления процентов (абзац четвертый  пункта 15 постановления № 13/14).  

На сумму несвоевременно уплаченных процентов за пользование заемными  средствами, когда они подлежат уплате до срока возврата основной суммы займа,  проценты на основании пункта 1 статьи 811 Гражданского кодекса Российской Федерации  не начисляются, если иное прямо не предусмотрено законом или договором (абзац пятый  пункта 15 постановления № 13/14).  

В пункте 33 постановления № 54 разъяснено, что при просрочке уплаты суммы  основного долга на эту сумму подлежат начислению как проценты, являющиеся платой  за пользование денежными средствами (например, проценты, установленные пунктом 1  статьи 317.1, статьями 809, 823 Гражданского кодекса Российской Федерации),  так и проценты, являющиеся мерой гражданско-правовой ответственности (например,  проценты, установленные статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

При этом в соответствии с пунктом 2 статьи 317.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации по общему правилу не допускается начисление предусмотренных  законом или договором процентов, являющихся платой за пользование денежными  средствами, на такие же проценты за предыдущий срок (сложные проценты),  за исключением обязательств, возникающих из договоров банковского вклада  или из договоров, связанных с осуществлением их сторонами предпринимательской  деятельности. Однако, если иное не установлено законом или договором, за просрочку  уплаты процентов, являющихся платой за пользование денежными средствами, кредитор  вправе требовать уплаты неустойки или процентов, предусмотренных  статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (абзац второй пункта 33  постановления № 54).  

В соответствии с пунктом 4 статьи 395 Гражданского кодекса Российской  Федерации в случае, когда соглашением сторон предусмотрена неустойка  за неисполнение или ненадлежащее исполнение денежного обязательства,  предусмотренные настоящей статьей проценты не подлежат взысканию, если иное  не предусмотрено законом или договором.  

Таким образом, поскольку право займодавца начислять неустойку за просрочку  уплаты заемщиком процентов, являющихся платой за пользование заемными денежными  средствами, прямо предусмотрено сторонами в пункте 8.1 договора займа, связанного  с осуществлением сторонами предпринимательской деятельности, что не противоречит  действующему правовому регулированию, то требование о признании договора займа  недействительным в этой части заявлено истцом неправомерно, в связи с чем не подлежит  удовлетворению, что не учтено судом первой инстанции при вынесении решения.  

Судебная практика также исходит из допустимости начисления неустойки  за нарушение срока уплаты процентов за пользование суммой займа, если такое условие  согласовано сторонами при заключении договора.  

Отказывая в признании недействительным пункта 8.1 договора в части  установленного данным пунктом размера неустойки (1% от суммы просроченного  платежа за каждый день просрочки), начисляемой при несвоевременном перечислении  

суммы займа и начисленных процентов за пользование займом, суд первой инстанции  правомерно исходил из того, что данное обстоятельство не влечет ничтожность  оспариваемого условия договора. Суд отметил, что законодательством предусмотрены  механизмы защиты должника в случае начисления кредитором несоразмерной неустойки,  в частности, снижение размера договорной неустойки на основании статьи 333  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции истец и его представитель  пояснили, что выводы суда первой инстанции в этой части не оспаривают,  из кассационной жалобы несогласие с данными выводами не следует, в просительной  части кассационной жалобы истец просит оставить решение суда первой инстанции в силе  в полном объеме (то есть с учетом отказа в удовлетворении требования о признании  пункта 8.1 договора недействительным в части установленного размера неустойки).  

При таких обстоятельствах полный отказ в удовлетворении требования  о признании недействительным (ничтожным) пункта 8.1 договора является правомерным,  в связи с чем постановление суда апелляционной инстанции в части отказа  в удовлетворении требования о признании пункта 8.1 договора недействительным  (ничтожным) подлежит оставлению без изменения.  

Постановление апелляционного суда в части распределения судебных расходов  подлежит отмене с учетом результата рассмотрения дела.  

Государственная пошлина за рассмотрение неимущественного требования  о признании недействительными пунктов 5.7 и 8.1 договора истцом не уплачивалась (при  принятии искового заявления истцу предоставлена отсрочка по уплате государственной  пошлины).  

Поскольку по результатам рассмотрения дела исковое заявление признано  подлежащим удовлетворению в части признания недействительным (ничтожным) пункта  5.7 договора, то на ответчика с учетом положений абзаца 2 пункта 21 постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых  вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных  с рассмотрением дела» (далее – постановление № 1), относится государственная пошлина  за рассмотрение неимущественного требования в размере 6 тыс. руб., которая подлежит  взысканию с него в доход федерального бюджета.  

Таким образом, решение суда первой инстанции в части взыскания с общества  в доход федерального бюджета 6 тыс. рублей государственной пошлины подлежит  оставлению в силе.  

Расходы общества по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе  в размере 3 тыс. рублей подлежат отнесению на Безбородову О.Е. с учетом абзаца 2  пункта 21 постановления № 1 и того, что апелляционная жалоба общества на решение  суда в части признания недействительным пункта 8.1 договора являлась обоснованной.  

Расходы ФИО1 по уплате государственной пошлины по кассационной  жалобе в размере 3 тыс. рублей подлежат отнесению на общество с учетом абзаца 2  пункта 21 постановления № 1 и того, что кассационная жалоба ФИО1  на постановление апелляционного суда в части отмены решения суда первой инстанции  о признании недействительным пункта 5.7 договора является обоснованной.  

Суд кассационной инстанции, руководствуясь разъяснениями, данными в пункте  23 постановления № 1, считает возможным произвести зачет подлежащих взысканию  в пользу каждой из сторон расходов по уплате государственной пошлины  по апелляционной и кассационной жалобам.  

Руководствуясь статьями 274, 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023 по делу   № А32-63596/2022 в части отмены решения Арбитражного суда Краснодарского края  от 31.03.2023 по делу № А32-63596/2022 и отказа в удовлетворении требования  ФИО1 о признании недействительным (ничтожным) пункта 5.7  договора займа от 20.12.2019 № 40, заключенного между обществом с ограниченной  ответственностью «Межрегиональная компания «Тополь» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) и ФИО1 (ИНН 

<

***>), а также  в части распределения судебных расходов по уплате государственной пошлины отменить.  

Решение Арбитражного суда Краснодарского края от 31.03.2023 по делу   № А32-63596/2022 в части признания недействительным (ничтожным) пункта 5.7  договора займа от 20.12.2019 № 40, заключенного между обществом с ограниченной  ответственностью «Межрегиональная компания «Тополь» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) и ФИО1 (ИНН 

<

***>),  и взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Межрегиональная компания  «Тополь» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в доход федерального бюджета  6 тыс. рублей государственной пошлины оставить в силе.  

В остальной части постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного  суда от 26.06.2023 по делу № А32-63596/2022 оставить без изменения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок,  не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном  статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий А.В. Тамахин 

Судьи О.В. Бабаева 

О.Л. Рассказов