ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А65-11502/2017

г. Самара

23 марта 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 марта 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 23 марта 2022 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Александрова А.И., Мальцева Н.А., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционные жалобы АКБ «Спурт» (ПАО), ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021 по заявлению исполняющего обязанности конкурсного управляющего ОАО «Казанский завод синтетического каучука» о признании сделок должника недействительными и применении последствий их недействительности (вх.58744), по делу о несостоятельности (банкротстве) Открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>

при участии третьих лиц: ООО «Даламит», ООО «Поликсен», ООО «Арфин» в лице конкурсного управляющего ФИО2, ООО «Химснаб», ООО «Промресурс», ООО «Химэксгрупп» в лице конкурсного управляющего ФИО3, ООО «Прогресс Опторг», ООО «Консенсус», ООО «ТЛЦ «СК-Терминал», ООО «ХимКамСнаб», ООО «Химинверс», ФИО4, ПАО «Интехбанк»

 

при участии в судебном заседании до и после перерыва:

представитель конкурсного управляющего ОАО «Казанский завод синтетического каучука» – ФИО5, доверенность от 21.07.2021.

представитель АКБ «Спурт» (ПАО) – ФИО6, доверенность от 24.12.2020.

представитель ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» – ФИО7, доверенность от 11.03.2019. 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 19.06.2017 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.04.2018 в отношении открытого акционерного общества «Казанский завод синтетического каучука» признано несостоятельным (банкротом) введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО8.

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.07.2019 ОАО «Казанский завод синтетического каучука» признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство. Исполняющим обязанности конкурсного управляющего должника утверждена ФИО9.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.07.2021 конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Ранее, в Арбитражный суд Республики Татарстан 21.12.2018 поступило заявление и.о. конкурсного управляющего ОАО «Казанский завод синтетического каучука» о признании недействительными договоров поручительства 

<

***>-14234-15030-15243-16189-п от 06.03.2017, №

<

***>-15008-

<

***>-

<

***>-п от 06.03.2017, 

<

***>-15037-15096-15173-1615-п от 09.03.2017, 

<

***>-15122-15165-п от 06.03.2017, 

<

***>-15137-15166-п от 09.03.2017, 

<

***>-15158-15250-

<

***>-п от 09.03.2017, 

<

***>-15160-1668-16195-п от 09.03.2017, 

<

***>-1627-1636-1641-1643-17021-п от 09.03.2017, №

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-п от 06.03.2017, 

<

***>-16122-16125-16127-16133-16147-16154-п от 06.03.2017, №1686-1689-1692-1693-1695-16105-16108-17022-п от 09.03.2017, 

<

***>-16191-16194-

<

***>-16213-16214-17006-п от 09.03.2017, 

<

***>-16192-16196-16210-16212-17007-17009-17015-17019-п от 09.03.2017, №

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-п от 09.03.2017, 

<

***>-17033-17036-п от 09.03.2017, 

<

***>-17031-17035-п от 09.03.2017, заключенных между должником и АКБ «СПУРТ» (ПАО), соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 06.03.2017, соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 09.03.2017, соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 09.03.2017, заключенных между должником и АКБ «СПУРТ» (ПАО) (вх.58744), впоследствии поддержанное и.о. конкурсного управляющего.

Определениями Арбитражного суда Республики Татарстан от 30.01.2019, 25.06.2020, 20.01.2021 к участию в рассмотрении заявления в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО «Даламит», ООО «Поликсен», ООО «Арфин» в лице конкурсного управляющего ФИО2, ООО «Химснаб», ООО «Промресурс», ООО «Химэксгрупп» в лице конкурсного управляющего ФИО3, ООО «Прогресс Опторг», ООО «Консенсус», ООО «ТЛЦ «СК-Терминал», ООО «ХимКамСнаб», ООО «Химинверс», ФИО4, ПАО «Интехбанк».

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021 производство по рассмотрению заявления в части требования о признании недействительным договора поручительства №1686-1689-1692-1693-1695-16105-16108-17022-п от 09.03.2017 прекращено, заявление в остальной части удовлетворено, оспариваемые сделки признаны недействительными, применены последствия их недействительности.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 09.11.2021 исправлены допущенные в резолютивной части определения от 21.10.2021 технические ошибки, абзац 7 страницы 37 резолютивной части определения изложен в следующей редакции: « задолженность по кредитному договору 

<

***> от 20.03.2015 г. в размере 61 328 317,61 рублей, где 46 984 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 14 344 317,61 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;». Также, из резолютивной части определения исключен абзац 12 страницы 32 и абзац 1 страницы 33. 

АКБ «Спурт» (ПАО) обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.11.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 13.01.2021. 

ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» также обратилось в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.11.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16.12.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 13.01.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Определением от 19.01.2022 судебно заседание отложено на 16.02.2022. Определением от 14.02.2022 произведена замена судей Александрова А.И., Гадеевой Л.Р. на судей Барковскую О.В., Серову Е.А. Определением от 21.02.2022 судебно заседание отложено на 09.03.2022. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.03.2022 произведена замена судей Барковской О.В., Серовой Е.А., на судей Александрова А.И., Мальцева Н.А. 

От ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» поступили письменные пояснения. Письменные пояснения приобщены к материалам дела.

В судебном заседании, открытом 09.03.2022, в соответствии со статьей 163 АПК РФ, объявлялся перерыв до 16.03.2022 до 12 часов 15 минут, информация о котором размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по веб-адресу: https://11aas.arbitr.ru.

После перерыва от ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» поступили письменные пояснения, письменные пояснения приобщены к материалам дела.

Представители АКБ «Спурт» (ПАО), ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» апелляционные жалобы поддержали в полном объеме, просили определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021 отменить, апелляционную жалобу удовлетворить. 

Представитель конкурсного управляющего ОАО «Казанский завод синтетического каучука» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Как установлено судом первой инстанции, 06.03.2017 и 09.03.2017 между АКБ «СПУРТ» (ПАО) и должником заключены договоры поручительства 

<

***>-14234-15030-15243-16189-п от 06.03.2017, №

<

***>-15008-

<

***>-

<

***>-п от 06.03.2017, 

<

***>-15037-15096-15173-1615-п от 09.03.2017, 

<

***>-15122-15165-п от 06.03.2017, 

<

***>-15137-15166-п от 09.03.2017, 

<

***>-15158-15250-

<

***>-п от09.03.2017, 

<

***>-15160-1668-16195-п от 09.03.2017, 

<

***>-1627-1636-1641-1643-17021-п от 09.03.2017, №

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-п от 06.03.2017, 

<

***>-16182-16125-16127-16133-16147-16154-п от 06.03.2017, №1686-1689-1692-1693-1695-16105-16108-17022 от 09.03.2017, 

<

***>-16191-16194-

<

***>-16213-16214-17006-п от 09.03.2017, 

<

***>-16192-16196-16210-16212-17007-17009-17015-17019-п от 09.03.2017, №

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-

<

***>-п от 09.03.2017, 

<

***>-17033-17036-п от 09.03.2017, 

<

***>-17031-17035-п от 09.03.2017, по условиям которых должник принял на себя обязательство отвечать за исполнение третьими лицами - ООО «Даламит», ООО «Поликсен», ООО «Арфин», ООО «Алиант-К», ООО «ТЕСМАР», ООО «Фит-Инвест», ООО «ХИМСНАБ», ООО «ПРОМРЕСУРС», ООО «Фрезия-С», ООО «ХимКомИнвест», ООО «ХИМЭКСГРУПП», ООО «Прогресс Опторг», ООО «Консенсус», ООО «Транспортно-логистический центр «СК-Терминал», ООО «ХИМКОМСНАБ», ООО «ХИМИНВЕРС» обязательств по кредитным договорам.

В последующем между АКБ «СПУРТ» (ПАО) и должником заключены соглашения о предоставлении отступного с передачей должником своего имущества кредитору, а именно:

1) соглашение от 06.03.2017, по условиям которого прекращены следующие обязательства:

а) задолженность должника на общую сумму 307 923 087,69 руб., из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 14.12.2016 г. в размере 82 106 923,29 рублей, где 81 683 957,04 рублей - задолженность по основному долгу и 422 966,25 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 01.06.2012 г. в размере 69 013 479,45 рублей, где 68 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 1 013 479,45 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.06.2012 г. в размере 35 521 643.83 рублей, где 35 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 521 643.83 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 13.11.2012 г. в размере 50 745 205,48 рублей, где 50 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 745 205,48 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 25.12.2012 г. в размере 4 567 068.50 рублей, где 4 500 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 67 068.50 рублей -задолженность по процентам за пользование кредитом.

. • задолженность по кредитному договору 

<

***> от 05.02.2013 г. в размере 22 327 890,41 рублей, где 22 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 327 890,41 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 30.04.2013 г. в размере 33 491 835,63 рублей, где 33 000 000,00 рублей - задолженность но основному долгу и 491835,63 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.08.2013 г. в размере 10 149 041,10 рублей, где 10 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 149 041,10 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

б) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Алиант-К» в размере 131 077 277,56 рублей (Сто тридцать один миллион семьдесят семь тысяч двести семьдесят семь рублей 56 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 30.07.2015 г. в размере 52 232 739,73 рублей, где 43 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 9 232 739,73 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 30.07.2015 г. в размере 51 496 414,54 рублей, где 42 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 9 496 414,54 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 02.10.2015 г. в размере 27 348 123,29 рублей, где 24 600 000,00 рублей - задолженность но основному долгу и 2 748 123,29 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

в) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «ХимКомИнвест» в размере 117 185 903,01 рублей (Сто семнадцать миллионов сто восемьдесят пять тысяч девятьсот три рубля 01 копейка), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 22.08.2016 г. в размере 20 298 082,19 рублей, где 20 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 298 082,19 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 22.08.2016 г. в размере 20 298 082,19 рублей, где 20 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 298 082,19 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 02.09.2016 г. в размере 17 253 369,86 рублей, где 17 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 253 369,86 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

 • задолженность по кредитному договору 

<

***> от 05.09.2016 г. в размере \6 588 607,67 рублей, где 16 345 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 243 607,67 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 13.09.2016 г. в размере 11 245 137,54 рублей, где 11 080 000,00 рублей - задолженность по основном) долгу и 165 137,54 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 10.10.2016 г. в размере

14 249 253,70 рублей, где 14 040 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 209 253,70 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 19.10.2016 г. в размере 17 253 369,86 рублей, где 17 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 253 369,86 рублей - задолженность по процентам за пользование.

г) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Даламит» в размере 154 983 426,09 рублей (Сто пятьдесят четыре миллиона девятьсот восемьдесят три тысячи четыреста двадцать шесть рублей 09 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 30.12.2014 г. в размере 58 546 987,39 рублей, где 43 680 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 14 866 987,39 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 30.12.2014 г. в размере 40 662 483,56 рублей, где 31 300 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 9 362 483,56 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 10.03.2015 г. в размере 17 083 677.55 рублей, где 13 257 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 3 826 677,55 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 23.12.2015 г. в размере 22 350 321,42 рублей, где 22 012 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 338 321,42 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 12.12.2016 г. в размере 16 339 956,17 рублей, где 16 100 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 239 956,17 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

д) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Фрезия-С» в размере 121 058 189,03 рублей (Сто двадцать один миллион пятьдесят восемь тысяч сто восемьдесят девять рублей 03 копейки), из которых:

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 18.08.2016 г. в размере 20 178 054,79 рублей, где 19 900 000 рублей - задолженность по основному долгу и 278 054,79 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 26.08.2016 г. в размере 30 419 178,08 рублей, где 30 000 000 рублей - задолженность по основному долгу и 419 178,08 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 05.09.2016 г. в размере 17 764 800 рублей, где 17 520 000 рублей - задолженность по основному долгу и 244 800 рублей -задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 13.09.2016 г. в размере 16 274 260,27 рублей, где 16 050 000 рублей - задолженность по основному долгу и 224 260.27 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 10.10.2016 г. в размере 16 243 841,10 рублей, где 16 020 000 рублей - задолженность но основному долгу и 223 841.10 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 28.10.2016 г. в размере 20 178 054,79 рублей, где 19900 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 278 054.79 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

е) задолженность Общества с ограниченной ответственностью ООО «Поликсен» в размере 143 261 793,29 рублей (Сто сорок три миллиона двести шестьдесят одна тысяч асемьсот девяносто три рубля 29 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 22.01.2015 г. в 48 994 716,99 рублей, где 39 700 000 рублей - задолженность по основному долгу и 9 294 716.99 рублей -задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 22.01.2015г. в размере 48 112 643.84 рублей, где 39 000 000 рублей - задолженность по основному долгу и 9 112 643,84 рублей -задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 18.11.2015г. в размере 30 944 843,42 рублей, где 27 230 000 рублей - задолженность по основному долгу и 3 714 843,42 рублей -задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 29.02.2016 г. в размере 15 209 589.04 рублей, где 15 000 000 рублей - задолженность по основному долгу и 209 589.04 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

 Итого общая задолженность по вышеуказанным кредитным договорам, составляет 975 489 676,67 рублей (Девятьсот семьдесят пять миллионов четыреста восемьдесят девять тысяч шестьсот семьдесят шесть рублей 67 копеек).

В целях прекращения обязательств должником были кредитору переданы семь единиц недвижимого имущества, перечисленные в соглашении стоимостью 975 489 676,67 руб.

2) соглашение от 09.03.2017, по условиям которого прекращены следующие обязательства:

а) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Консенсус» в размере 130 589 941,65 рублей (Сто тридцать миллионов пятьсот восемьдесят девять тысяч девятьсот сорок один рубль65 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 12.12.2016 г. в размере 16 852 410,96 рублей, где 16 600 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 252 410,96 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 13.12.2016 г. в размере 8 125 704,66 рублей, где 8 004 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 121 704,66 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 14.12.2016 г. в размере 20 304 109,59 рублей, где 20 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 304 109,59 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 27.12.2016 г. в размере 21 725 397,26 рублей, где 21 400 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 325 397,26 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 28.12.2016 г. в размере 20 913 232,88 рублей, где 20 600 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 313 232,88 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 16.01.2017 г. в размере 11 075 891,78 рублей, где 10 910 000,00 рублей - задолженность но основному долгу и 165 891,78 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 17.01.2017 г. в размере 5 989 712,33 рублей, где 5 900 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 89 712,33 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 24.01.2017 г. в размере 5 299 372,60 рублей, где 5 220 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 79 372,60 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 26.01.2017 г. в размере 20 304 109,59 рублей, где 20 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 304 109,59 рублей - задолженность по процентам за пользование.

б) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Промресурс» в размере 128 274 309,98 рублей (Сто двадцать восемь миллионов двести семьдесят четыре тысячи триста девять рублей 98 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 09.02.2016 г. в размере 21 329 958,90 рублей, где 21 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 329 958,90 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 08.04.2016 г. в размере 18 790 678,08 рублей, где 18 500 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 290 678,08 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.02.2016 г. в размере 14 321 543,83 рублей, где 14 100 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 221 543,83 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 24.03.2016 г. в размере 22 345 671,23 рублей, где 22 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 345 671,23 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 31.03.2016 г. в размере 36 768 786,30 рублей, где 36 200 000,00 рублей - задолженность по основному долгу, и 568 786,30 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 27.01.2017 г. в размере 14 717 671,64 рублей, где 14 490 000,00 рублей - задолженность п основному долгу и 227 671,64 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

в) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «ХИМЭКСГРУПП» в размере 8 466 813,70 рублей (Восемь миллионов четыреста шестьдесят шесть тысяч восемьсот тринадцать рублей70 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.06.2016 г. в размере 8 466 813,70 рублей, где 8 340 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 126813,70 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

г) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «ХИМСНАБ» в размере 139 891 943,71 рублей (Сто тридцать девять миллионов восемьсот девяносто одна тысяча девятьсот сорок три рубля 71 копейка), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 18.05.2016 г. в размере 14 212 876,71 рублей, где 14 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 212 876,71 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

 • задолженность по кредитному договору 

<

***> от 14.12.2016 г. в размере 15 228 082,19 рублей, где 15 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 228 082,19 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.09.2015 г. в размере 52321301,37 рублей, где 47 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 5321301,37 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.09.2015 г. в размере 58129683,44 рублей, где 50 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 8 129 683,44 рублей - задолженность по процентам за пользование.

д) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Прогресс Опторг» в размере 85 988 401,97 рублей (Восемьдесят восемь миллионов девятьсот восемьдесят восемь тысяч четыреста один рубль 97 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 13.12.2016 г. в размере 12 200 727,46 рублей, где 12 006 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 194 727,46 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 14.12.2016 г. в размере 15 243 287,67 рублей, где 15 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 243 287,67 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 23.12.2016 г. в размере 26 726 564,38 рублей, где 26 300 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 426 564,38 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 28.12.2016 г. в размере 22 621 038,90 рублей, где 22 260 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 361 038,90 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 16.01.2017 г. в размере 9 196 783.56 рублей, где 9 050 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 146 783,56 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

е) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «ХИМКОМСНАБ» в размере 69 654 018,05» рублей шестьдесят девять миллионов пятьдесят четыре тысячи восемнадцать рублей 08 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 10.02.2017 г. в размере19 195432,33 рублей, где 19 120 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 75 432,33 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 15.02.2017 г. в размере 35 680 212,60 рублей, где 35 540 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 140 212,60 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 2.03.2017 г. в размере 14 178 373,15 рублей, где 14 135 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 43 373,15 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

ж) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «ХИМИНВЕРС» в размере 63 284 689,97 рублей (Шестьдесят три миллиона двести восемьдесят четыре тысячи шестьсот восемьдесят девять рублей 97 копейки), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 10.02.2017 г. в размере 19 777 720,55 рублей, где 19 700 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 77 720,55 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 13.02.2017 г. в размере 34 846 938,08 рублей, где 34 710 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 136 938,08 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 27.02.2017 г. в размере 8 660 031,34 рублей, где 8 626 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 34 031,34 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

 Итого общая задолженность по вышеуказанным кредитным договорам, составляет 625 550 119,06 рублей (Шестьсот двадцать пять миллионов пятьсот пятьдесят тысяч сто девятнадцать рублей 06 копеек).

В целях прекращения обязательств должником были кредитору переданы одиннадцать единиц недвижимого имущества, перечисленные в соглашении стоимостью 625 550 119,06 руб.

3) соглашение от 09.03.2017, по условиям которого прекращены следующие обязательства:

а) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Тесмар» в размере 132 318 374,01 рублей (Сто тридцать два миллиона триста восемнадцать тысяч триста семьдесят четыре рубля 01 копейка), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 27.08.2015 г. в размере 46 690 547,94 рублей, где 38 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 8 690 547,94 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 27.08.2015 г. в размере 57 812 415,09 рублей, где 47 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 10 812 415,09 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 02.10.2015 г. в размере 27 815 410,98 рублей, где 25 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 2 815 410,98 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

б) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Арфин» в размере 135 488 746,81 рублей (Сто тридцать пять миллионов четыреста восемьдесят восемь тысяч семьсот сорок шесть рублей 81 копейка), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 10.03.2015 г. в размере 13 165 673,42 рублей, где 9 937 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 3 228 673,42 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 20.03.2015 г. в размере 61 328 317,61 рублей, где 46 984 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 1 344 317,61 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 30.06.2015 г. в размере 8 771 525.63 рублей, где 7 268 120,00 рублей - задолженность по основному долгу и 1 503 405,63 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 09.10.2015 г. в размере 30 152 663,03 рублей, где 25 200 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 4 952 663,03 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 05.02.2016 г. в размере 22 070 567,12 рублей, где 21 740 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 330 567,12 рублей - задолженность по процентам за пользование.

в) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Фит-Инвест» в размере 132 161 494,14 рублей (Сто тридцать два миллиона сто шестьдесят одна тысяча четыреста девяносто четыре рубля 14 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.09.2015 г. в размере 53 434 520,55 рублей, где 48 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 5 434 520,55 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.09.2015 г. в размере 57 858 912,77 рублей, где 50 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 7 858 912,77 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 24.12.2015 г. в размере 10 162 191,78 рублей, где 10 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 162 191,78 рублей - задолженность по процентам за пользование.

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 28.10.2016 г. в размере 10 705 869.04 рублей, где 10 535 000,00 рублей - задолженность но основному долгу и 170 869,04 рублей - задолженность по процентам за пользование.

г) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Прогресс Опторг» в размере 45 628 241,09 рублей (Сорок пять миллионов шестьсот двадцать восемь тысяч двести сорок один рубль 09 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 12.12.2016 г. в размере 17 275 726,02 рублей, где 17 000 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 275 726,02 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору 

<

***> от 29.12.2016 г. в размере 28 352 515,07 рублей, где 27 900 000,00 рублей - задолженность по основному долгу и 452 515,07 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

д) задолженность Общества с ограниченной ответственностью «Транспортно-логистический центр «СК-Терминал» в размере 124 291 606,85 рублей (Сто двадцать четыре миллиона двести девяносто одна тысяча шестьсот шесть рублей 85 копеек), из которых:

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 23.12.2016 г. в размере 24 771 013,7 рублей, где 24 400 000 рублей - задолженность по основному долгу и 371 013,70 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 27.12.2016 г. в размере 24 060 369.86 рублей, где 23 700 000 рублей - задолженность по основному долгу и 360 369,86 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 29.12.2016 г. в размере 26 902 945.21 рублей, где 26 500 000 рублей - задолженность по основному долгу и 402 945,21 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 12.01.2017 г. в размере 15 228 082.19 рублей, где 15 000 000 рублей - задолженность по основному долгу и 228 082,19 рублен - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 16.01.2017 г. в размере 11 268 780,82 рублей, где 11 100 000 рублей - задолженность по основному долгу и 168 780,82 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 20.01.2017 г. в размере 14 212 876.71 рублей, где 14 000 000 рублей - задолженность по основному долгу и 212 876,71 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом;

• задолженность по кредитному договору № 

<

***> от 25.01.2017 г. в размере 7 847 538,36 рублей, где 7 730 000 рублей - задолженность по основному долгу и 117 538,36 рублей - задолженность по процентам за пользование кредитом.

Итого общая задолженность по вышеуказанным кредитным договорам, составляет 569 888 462,90 рублей (Пятьсот шестьдесят девять миллионов восемьсот восемьдесят восемь тысяч четыреста шестьдесят два рубля 90 копеек).

В целях прекращения обязательств должником были кредитору переданы тридцать четыре единицы недвижимого имущества, перечисленные в соглашении стоимостью 569 888 462,90 руб.

Согласно п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в данном Федеральном законе.

В связи с этим по правилам главы III.1 Закона о банкротстве могут, в частности, оспариваться действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.) (п.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ №63).

В соответствии с п.1 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Предусмотренные статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве основания недействительности сделок влекут оспоримость, а не ничтожность соответствующих сделок, что также прямо указано в п.4 постановления Пленума ВАС РФ №63.

В силу п.2 ст.166 Гражданского кодекса Российской Федерации требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Право на обращение с заявлением о признании сделки должника недействительной принадлежит конкурсному управляющему на основании п.1 ст.61.9, п.3 ст.129 Закона о банкротстве.

В пункте 9 постановления Пленума ВАС РФ №63 разъяснено, что в случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Исходя из положений п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве и разъяснений, данных в постановлении Пленума ВАС РФ № 63, для признания сделки недействительной по указанному основанию лицу, требующему признания сделки недействительной, необходимо доказать, а суд должен установить следующие обстоятельства: сделка должна быть заключена в течение года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления (данный срок является периодом подозрения, который устанавливается с целью обеспечения стабильности гражданского оборота) и неравноценное встречное исполнение обязательств.

Между тем, согласно разъяснениям, изложенным в п.8 постановления Пленума ВАС РФ № 63, судам необходимо учитывать, что по правилам упомянутой нормы могут оспариваться только сделки, в принципе или обычно предусматривающие встречное исполнение; сделки же, в предмет которых в принципе не входит встречное исполнение (например, договор дарения) или обычно его не предусматривающие (например, договор поручительства или залога), не могут оспариваться на основании пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, но могут оспариваться на основании пункта 2 этой статьи.

С учетом изложенного суд первой инстанции посчитал, что договоры поручительства не могут быть оспорены на основании п.1 ст.61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрена возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка)

Согласно п.2 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, изложенным в пп.5,6 постановления Пленума ВАС РФ №63 для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 постановления Пленума ВАС РФ №63).

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а именно: 

сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы,

документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Суд первой инстанции указал, что договоры поручительства заключены 06.03.2017 и 09.03.2017, то есть в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве должника (19.06.2017).

При этом, согласно реестру требований кредиторов по состоянию на 09.03.2017 просроченная задолженность должника составляла 141 718 199,47 руб., общая сумма задолженности – 1 188 600 166,94 руб., в том числе, как указано и.о. конкурсного управляющего, имелась задолженность перед ООО «Нео Кемикал», ООО «Энергоподдержка», ООО «Титан», ООО «Стерлинг», ООО «Инженерный центр Энерготехаудит», ООО «Компания Мета», АО «КЗСК-Силикон» и т.д.

Суд первой инстанции указал, что с заявлением о признании должника банкротом его руководитель обратился в арбитражный суд 03.05.2017, что свидетельствует о том, что большая часть требований образовалась до заключения оспариваемых договоров.

Как указал суд первой инстанции, непосредственно должником в заявлении о признании его несостоятельным (банкротом) в обоснование указано, что сумма требований кредиторов по денежным обязательствам на 13.04.2017 составляет 38 286 838,36 руб., в том числе по обязательствам, срок исполнения по которым наступил на дату обращения с заявлением, - 17 440 718,25 руб.; задолженность по обязательным платежам – 86 880 089,90 руб., в том числе по налогам – 64 530 089,90 руб., по уплате взносов в ПФР – 20 000 000 руб., в другие внебюджетные фонды – 2 350 000 руб.; задолженность по кредитным обязательствам перед банками составляет 1 025 320 000 руб., задолженность по займам перед третьим лицами составляет 1 892 266 908,90 руб.; наличие обязательств перед ГК «Банк развития и внешнеэкономической деятельности» по договору поручительства за исполнение ОАО «КЗСК-Силикон» обязательств по кредитному соглашению №110100/1441 от 18.06.2014 на сумму 7 800 000 000 руб. Задолженность по выплате заработной платы на дату обращения составляла 8 968 081,19 руб.

Также согласно заявлению и представленным доказательствам по состоянию на дату обращения с заявлением о признании банкротом должником не исполнены обязательства на общую сумму 125 166 928,26 руб., в том числе их них 79 246 984,05 руб. – обязательства, которые не были исполнены в течение трех месяцев с даты наступления срока их исполнения. При этом должником указано, что у него отсутствует возможность погасить задолженность в связи с отсутствием достаточных собственных средств, отказом кредитных организаций в представлении заемных денежных средств, убыточностью производства продукции; согласно данным бухгалтерского баланса за 2016 год убыток составил 398 656 000 руб., непокрытый убыток – 18 889 000 руб.

Как указал суд первой инстанции, вышеуказанные обстоятельства установлены вступившим в законную силу определением от 04.04.2018 по настоящему делу, которым в отношении должника введена процедура наблюдения, и очевидно свидетельствуют о наличии у должника признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества непосредственно перед совершением оспариваемых сделок (за месяц до их совершения). 

Кроме того, аналогичные выводы относительно признаках неплатежеспособности должника в марте 2017 года поддержаны Арбитражным судом Поволжского округа в постановлениях от 26.06.2019, от 08.12.2020 по настоящему делу.

Также, как установлено судом первой инстанции, в письменных пояснениях №46 от 13.05.2019 конкурсным управляющим приведен перечень кредиторов, включенных в реестр, требования которых существовали по состоянию на момент совершения сделок.

В соответствии с п.1 ст.19 Закона о банкротстве в целях данного Федерального закона заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются: лицо, которое в соответствии с Федеральным законом от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции» входит в одну группу лиц с должником; лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Согласно п.1 ст.9 Федерального закона от 26 июля 2006 года N 135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам из следующих признаков:

1) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо имеет в силу своего участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) либо в соответствии с полномочиями, полученными, в том числе на основании письменного соглашения, от других лиц, более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства);

2) юридическое лицо и осуществляющие функции единоличного исполнительного органа этого юридического лица физическое лицо или юридическое лицо;

3) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если такое физическое лицо или такое юридическое лицо на основании учредительных документов этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства) или заключенного с этим хозяйственным обществом (товариществом, хозяйственным партнерством) договора вправе давать этому хозяйственному обществу (товариществу, хозяйственному партнерству) обязательные для исполнения указания;

4) юридические лица, в которых более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа и (или) совета директоров (наблюдательного совета, совета фонда) составляют одни и те же физические лица;

5) хозяйственное общество (хозяйственное партнерство) и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица назначен или избран единоличный исполнительный орган этого хозяйственного общества (хозяйственного партнерства);

6) хозяйственное общество и физическое лицо или юридическое лицо, если по предложению такого физического лица или такого юридического лица избрано более чем пятьдесят процентов количественного состава коллегиального исполнительного органа либо совета директоров (наблюдательного совета) этого хозяйственного общества;

7) физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры;

8) лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 настоящей части признаку;

9) хозяйственное общество (товарищество, хозяйственное партнерство), физические лица и (или) юридические лица, которые по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 8 настоящей части признаков входят в группу лиц, если такие лица в силу своего совместного участия в этом хозяйственном обществе (товариществе, хозяйственном партнерстве) или в соответствии с полномочиями, полученными от других лиц, имеют более чем пятьдесят процентов общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции (доли) в уставном (складочном) капитале этого хозяйственного общества (товарищества, хозяйственного партнерства).

В силу ст.4 Закона РСФСР от 22.03.1991 N 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы;

аффилированными лицами физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность, являются:

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное физическое лицо;

юридическое лицо, в котором данное физическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица.

В соответствии с пунктом 7 постановления Пленума ВАС РФ №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Суд первой инстанции указал, что поскольку акционерами должника являются ФИО4 и ООО «Газ-маркет», которые являются также акционерами АКБ «СПУРТ» (ПАО), а ФИО4 также являлась членом совета директоров должника и председателем правления АКБ «СПУРТ» (ПАО), что не оспаривается лицами, участвующими в деле, то ОАО «КЗСК» и АКБ «СПУРТ» (ПАО) на момент совершения сделок являлись аффилированными и заинтересованными лицами.

Кроме того, согласно сложившемуся в судебной практике подходу, нашедшему отражение, в частности, в определении Верховного Суда РФ от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475 по делу N А53-885/2014, понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени «единого хозяйствующего субъекта» (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.).

Как указал суд первой инстанции, приговором Вахитовского районного суда г.Казани от 03.06.2019 по делу №1-141/2019 установлено, что ФИО4 была организована неформально связанная группа юридических лиц, в которую вошли должник, третьи лица и ответчик - АКБ «СПУРТ» (ПАО).

При этом также из приговора следует, что по указанию ФИО4 в качестве руководителей юридических лиц были привлечены работники должника, дилерских и дочерних юридических лиц должника.

Исходя из разъяснений, изложенных в п.3 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», о наличии аффилированности может свидетельствовать заключение и последующее исполнение сделок на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. На такие признаки также указано конкурсным управляющим. 

В соответствии с позицией Пленума Верховного суда РФ, сформулированной в определении №306-ЭС16-20056 (6) от 26.05.2017, при представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства. В частности, судом на такое лицо может быть возложена обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения сделки либо мотивы поведения в процессе исполнения уже заключенного соглашения.

Следовательно, сделки совершены в отношении заинтересованного лица, что одновременно с признаками неплатежеспособности и/или недостаточности имущества образует совокупность признаков, характеризующих цель причинения вреда имущественным правам кредиторов. Презумпция осведомленности АКБ «СПУРТ» (ПАО) о цели причинения вреда имущественными правам кредиторов также не опровергнута.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Как установил суд первой инстанции, в результате заключения оспариваемых сделок должник принял на себя дополнительные обязательства в общем размере 1 863 005 170,94 руб., имея при этом убыток по результатам деятельности в 2016 году в размере 398 656 000 руб.

Возражая против удовлетворения заявленных требований ответчик, третье лицо ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» ссылались на то, что при оценке экономической целесообразности заключения договоров поручительства необходимо учитывать, что должник поручился по кредитным обязательствам третьих лиц, которые фактически в значительной степени выступили источником его собственного финансирования (в день выдачи кредита денежные средства поступали должнику, как правило, в виде предоплаты за поставляемую продукцию), при отсутствии доказательств фактической поставки этой продукции в адрес заемщиков, не заявивших требований о возврате ранее уплаченного в рамках дела о банкротстве должника, полученные им суммы могут быть охарактеризованы в качестве безвозмездного финансирования.

Согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 N 14510/13). Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475). Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Исходя из подхода, изложенного в определении Верховного суда Российской Федерации от 28.05.2018 N 301-ЭС17-22652(1), в такой ситуации для констатации сомнительности поручительства должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения заимодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным заимодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1 и пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). К их числу могут быть отнесены, в том числе следующие:

- участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов;

- получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности;

- реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами), и т.п. (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 N 308-ЭС15-1607).

Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров зависит от статуса кредитора по отношению к заемщику и поручителю.

В ситуации, когда заем является внутригрупповым, денежные средства остаются под контролем группы лиц, в силу чего, с точки зрения нормального гражданского оборота, отсутствует необходимость использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат финансирования. Поэтому в условиях аффилированности заимодавца, заемщика и поручителя между собой, на данных лиц в деле о банкротстве возлагается обязанность раскрыть разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки, в том числе выдачи поручительства. В обратном случае следует исходить из того, что выбор подобной структуры внутригрупповых юридических связей позволяет создать подконтрольную фиктивную кредиторскую задолженность для последующего уменьшения процента требований независимых кредиторов при банкротстве каждого участника группы лиц (определение Верховного Суда РФ от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056(6)).

Суд первой инстанции указал, что согласно материалам дела кредитные правоотношения между ответчиком и третьими лицами являлись внутригрупповыми и подконтрольными бенефициару – ФИО4

Разумные экономические мотивы совершения обеспечительной сделки (выдачи поручительства) и наличие объективной необходимости использовать механизмы, позволяющие дополнительно гарантировать возврат внутригруппового финансирования, не раскрыты. 

Суд первой инстанции указал, что согласно выпискам о движении денежных средств, представленным, в том числе в электронном виде, некоторая часть денежных средств в результате транзитных сделок действительно поступала должнику и расходовалась им на ведение собственной производственно-хозяйственной деятельности, однако, по остальной (большей) части кредитных обязательств соответствующие обстоятельства не усматриваются. Как указал суд первой инстанции, несмотря на предложение суда, указанное в определении от 13.10.2020, выгода должника от расходования денежных средств по ряду сделок, не раскрыта. При этом значительная часть письменных пояснений, приобщенных в ходе судебного заседания 02.12.2020, расходится с реальным движением денежных средств.

Также суд первой инстанции указал, что безусловная необходимость оформления договоров поручительства не усматривается даже по тем кредитным договорам, денежные средства по которым предоставлены в целях опосредованного финансирования должника, учитывая, что в таком случае кредитор не лишен ссылаться на опосредованное финансирование при предъявлении требования к должнику (как, например, в рамках требования, рассмотренного определением от 28.12.2020).

Кроме того, суд первой инстанции посчитал, что применительно к обстоятельствам настоящего обособленного спора даже поступление денежных средств должнику не может являться достаточным и разумным обоснованием экономической целесообразности в выдаче должником поручительства в обеспечение рассматриваемых кредитных обязательств в силу следующего.

Как следует из реквизитов кредитных договоров, в обеспечение которых должником предоставлено поручительство, они заключены задолго до совершения оспариваемых сделок между аффилированными должником и банком, а именно в 2014-2016 годах, тогда как поручительство выдано 06.03.2017 и 09.03.2017. Какие-либо убедительные разумные мотивы предоставления поручительства спустя столь значительное время после выдачи кредитов, в условиях, когда должник сам уже испытывал значительные финансовые трудности, ответчиком не приведены. 

Доказательств того, что у должника имелась потенциальная возможность после выплаты долга получить выплаченное от основного должника в порядке пп.3 п.1 ст.387 Гражданского кодекса Российской Федерации, в материалах дела не имеется. Доводы относительно отсутствия у третьих лиц реальных активов, за счет которых предполагалось бы погашение ими кредита или возмещение исполненного поручителю, подтверждающиеся, среди прочего, приговором Вахитовского районного суда г. Казани от 03.06.2019, установившим технический характер организаций, не опровергнуты, какие-либо доказательства проведения АКБ «СПУРТ» (ПАО) надлежащей проверки заемщика и соответствующие заключения о его платежеспособности, не представлены. 

Таким образом, суд первой инстанции посчитал, что договоры поручительства заключены 06.03.2017 и 09.03.2017 в ущерб интересам независимых кредиторов исключительно с целью получения аффилированным ответчиком формально основанной на договорах возможности непосредственно перед возбуждением дела о банкротстве изъять недвижимое имущество должника путем оформления соглашений об отступном, датированных тем же днем, что и договоры поручительства.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что оспариваемые договоры поручительства подлежат признанию недействительными на основании п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве. 

Суд первой инстанции отметил также, что доводы о предоставлении опосредованного финансирования, не способные опровергнуть наличие условий для признания недействительными сделок, могут являться основанием для предъявления требования к должнику, основанного на обстоятельствах предоставленного опосредованного финансирования, в связи с чем, признание договоров поручительства не нарушает права банка и его кредиторов. 

Вместе с тем, суд первой инстанции установил, что один из договоров поручительства - №1686-1689-1692-1693-1695-16105-16108-17022-п от 09.03.2017 уже признан недействительной сделкой определением от 01.11.2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2019 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.06.2019, на том основании, что заключен между аффилированными лицами не в момент предоставления кредитных средств третьим лицам, а спустя значительное время и в период непосредственно перед подачей должником заявления о несостоятельности (банкротстве), изначально не в обеспечительном (хозяйственном) интересе такого рода сделок, а с очевидной целью распределения конкурсной массы в пользу аффилированного лица, которую стороны преследовали уже на момент совершения сделок.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что производство по рассмотрению заявления в части оспаривания данного договора поручительства подлежит прекращению в силу п.2 ч.1 ст.150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Оценивая требования конкурсного управляющего о признании недействительными соглашений об отступном, которыми, среди прочего, прекращены обязательства должника по вышеуказанным договорам поручительства, суд первой инстанции указал следующее.

В соответствии с п.1 ст.61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка влечет или может повлечь за собой оказание предпочтения одному из кредиторов перед другими кредиторами в отношении удовлетворения требований, в частности при наличии одного из следующих условий:

сделка направлена на обеспечение исполнения обязательства должника или третьего лица перед отдельным кредитором, возникшего до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к изменению очередности удовлетворения требований кредитора по обязательствам, возникшим до совершения оспариваемой сделки;

сделка привела или может привести к удовлетворению требований, срок исполнения которых к моменту совершения сделки не наступил, одних кредиторов при наличии не исполненных в установленный срок обязательств перед другими кредиторами;

сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, указанная в пункте 1 данной статьи и совершенная должником в течение шести месяцев до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом, может быть признана арбитражным судом недействительной, если в наличии имеются условия, предусмотренные абзацами вторым и третьим пункта 1 настоящей статьи, или если установлено, что кредитору или иному лицу, в отношении которого совершена такая сделка, было известно о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества либо об обстоятельствах, которые позволяют сделать вывод о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Суд первой инстанции установил, что соглашения об отступном заключены 06.03.2017 и 09.03.2017, то есть в течение шести месяцев до даты возбуждения дела о банкротстве.

Поскольку судебными актами по настоящему делу и реестром требований кредиторов подтверждается наличие на момент совершения оспариваемой сделки задолженности перед иными кредиторами, требования которых относятся к той же очереди, что и задолженность перед ответчиком, что было установлены выше, арбитражный суд приходит к выводу о том, что погашение задолженности перед ответчиком привело к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Как установлено судом первой инстанции, должник и ответчик являются аффилированными лицами, в связи с чем суд первой инстанции констатировал, что ответчику на момент совершения сделки не могло быть не известно о финансовом состоянии и неплатежеспособности должника.

Вместе с тем, суд первой инстанции установил, что часть имущества, переданного ответчику на основании оспариваемых соглашений, обеспечивало обязательства непосредственного самого должника перед ответчиком, а именно:

- нежилое здание – восточная проходная 3 эт., общая площадь 1 116,4 кв.м., кадастровый номер 16:50:080530:120 на основании договора залога 

<

***>-13015-13016-13100-13113-13240-43300-зн от 18.10.2013 является предметом залога в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитным договорам 

<

***> от 13.11.2012, №13015 от 05.02.2013, 

<

***> от 05.02.2013, 

<

***> от 30.04.2013, №13113 от 16.05.2013, 

<

***> от 29.08.2013, №13300 от 04.10.2013;

- нежилое здание – цех резиновых смесей корпус 601 с пристроем, общая площадь 5 705 кв.м., кадастровый номер 16:50:000000:3623 на основании договора последующего залога 

<

***>/ЗН от 11.03.2013 является предметом залога в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитному договору 

<

***> от 25.12.2012, на основании договора последующего залога 

<

***>/ЗН от 20.06.2012 – по кредитному договору 

<

***> от 01.06.2012;

- земельный участок, общая площадь 202 724 кв.м., кадастровый номер 16:50:080530:175 на основании договора залога 

<

***>-13015-13016-13100-13113-13240-43300-зн от 18.10.2013 в редакции дополнительного соглашения №07 от 26.03.2015 является предметом залога в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитным договорам 

<

***> от 13.11.2012, №13015 от 05.02.2013, 

<

***> от 05.02.2013, 

<

***> от 30.04.2013, №13113 от 16.05.2013, 

<

***> от 29.08.2013, №13300 от 04.10.2013, на основании договора последующего залога 

<

***>/ЗН от 11.03.2015 в редакции дополнительного соглашения №04 от 26.03.2015 – по кредитному договору 

<

***> от 25.12.2012, на основании договора последующего залога 

<

***>/ЗН от 20.06.2012 в редакции дополнительного соглашения №04 от 26.03.2015 – по кредитному договору 

<

***> от 01.06.2012.

Поскольку полученное ответчиком в данной части исполнение не отвечало признаку безвозмездности, не было связано с безосновательным выводом активов, отчуждением их по заниженной оценке (доказательства обратного не представлены), а было направлено на прекращение собственных обязательств должника, реальность и действительность которых под сомнение не поставлены, то суд первой инстанции посчитал, что в рассматриваемой части сделка не отвечает признаку причинения вреда и не может быть признана недействительной и по п.2 ст.61.2 Закона о банкротстве, ст.ст.10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации. 

Ключевой характеристикой требования залогодержателя является то, что он имеет безусловное право в рамках дела о банкротстве получить удовлетворение от ценности заложенного имущества приоритетно перед остальными (в том числе текущими) кредиторами, по крайней мере, в части 80 процентов стоимости данного имущества (если залог обеспечивает кредитные обязательства - ст. 18.1, п. 2 ст. 138 Закона о банкротстве).

Таким образом, если залоговый кредитор получает удовлетворение не в соответствии с процедурой, предусмотренной ст. 134, 138 и 142 Закона о банкротстве, а в индивидуальном порядке (в том числе в периоды, указанные в пп. 2 и 3 ст. 61.3 данного Закона), он в любом случае не может считаться получившим предпочтение в части названных 80 процентов.

Согласно разъяснениям, изложенным в п.29.3 постановления Пленума ВАС РФ №63, при оспаривании на основании статьи 61.3 Закона о банкротстве сделок по удовлетворению требования, обеспеченного залогом имущества должника, - уплаты денег (в том числе вырученных посредством продажи предмета залога залогодателем с согласия залогодержателя или при обращении взыскания на предмет залога в исполнительном производстве) либо передачи предмета залога в качестве отступного (в том числе при оставлении его за собой в ходе исполнительного производства) - необходимо учитывать следующее.

Такая сделка может быть признана недействительной на основании абзаца пятого пункта 1 и пункта 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве, лишь если залогодержателю было либо должно было быть известно не только о признаке неплатежеспособности или недостаточности имущества заемщика, но и о том, что вследствие этой сделки залогодержатель получил удовлетворение большее, чем он получил бы при банкротстве по правилам статьи 138 Закона о банкротстве, а именно хотя бы об одном из следующих условий, указывающих на наличие признаков предпочтительности:

а) после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у него обязательств, относящихся при банкротстве к первой и второй очереди, и (или) для финансирования процедуры банкротства за счет текущих платежей, указанных в статье 138 Закона о банкротстве;

б) оспариваемой сделкой прекращено в том числе обеспеченное залогом обязательство по уплате неустоек или иных финансовых санкций, и после совершения оспариваемой сделки у должника не останется имущества, достаточного для полного погашения имеющихся у должника обязательств перед другими кредиторами в части основного долга и причитающихся процентов.

Между тем, как указал суд первой инстанции, доказательства наличия указанных обстоятельств не представлены, что исключает недействительность соглашения о предоставлении отступного в части названных трех объектов недвижимости, предоставленных в обеспечение собственных обязательств должника, порочность которых не доказана.

С учетом изложенного суд первой инстанции посчитал, что основания для оспаривания соглашений в части передачи трех объектов недвижимости, обеспечивавших обязательства самого должника, отсутствуют.

Применительно же к прекращению обязательств не самого должника, а третьих лиц на основании договоров поручительства, являющихся недействительными, соглашения не имеют встречного предоставления должнику, в связи с чем, как указал суд первой инстанции, отвечают признакам недействительности, установленным ст.61.2 Закона о банкротстве. 

В силу п.1 ст.61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Последствия признания недействительной сделки по передаче предмета залога в качестве отступного, согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, заключаются в возложении на залогодержателя обязанности по возврату его в конкурсную массу и восстановлении задолженности перед ним; также восстанавливается право залога по смыслу подпункта 1 пункта 1 статьи 352 ГК РФ. При этом восстановленное требование к должнику в той части, в которой оно было погашено с предпочтением, может быть заявлено после возврата в конкурсную массу имущества, полученного по соглашению об отступном, и подлежит удовлетворению по правилам пунктов 2 или 3 статьи 61.6 Закона о банкротстве. 

В той же части, в которой обязательство было прекращено без признаков предпочтения, признание судом сделки недействительной не может повлечь ухудшение положения залогового кредитора в процедуре конкурсного производства. Поэтому в указанной части после возврата имущества в конкурсную массу требование залогового кредитора при его предъявлении в течение двух месяцев со дня вступления в законную силу судебного акта о недействительности сделки считается заявленным в установленный абзацем третьим пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве срок. 

С учетом изложенного, суд первой инстанции посчитал, что признанию недействительным подлежит неделимое соглашение об отступном в целом, в рамках же применения последствий недействительности сделки должна производиться дифференциация в зависимости от получения или неполучения кредитором предпочтения в соответствующей части.

При указанных обстоятельствах, суд первой инстанции посчитал, что все недвижимое имущество, которое зарегистрировано за ответчиком, подлежит возвращению в конкурсную массу должника. При этом восстанавливается право залога по обязательствам должника, обеспеченным на момент совершения сделки залогом и исполненным при отсутствии признаков недействительности и, собственно сами такие обязательства должника перед ответчиком, а именно:

- нежилое здание – восточная проходная 3 эт., общая площадь 1 116,4 кв.м., кадастровый номер 16:50:080530:120 по договору залога 

<

***>-13015-13016-13100-13113-13240-43300-зн от 18.10.2013 в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитным договорам 

<

***> от 13.11.2012, 

<

***> от 05.02.2013, 

<

***> от 30.04.2013, 

<

***> от 29.08.2013, обязательства по которым прекращены на основании соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 06.03.2017; по кредитным договорам 

<

***> от 13.11.2012, 

<

***> от 05.02.2013, 

<

***> от 30.04.2013, 

<

***> от 29.08.2013, обязательства по которым прекращены на основании соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 06.03.2017;

- нежилое здание – цех резиновых смесей корпус 601 с пристроем, общая площадь 5 705 кв.м., кадастровый номер 16:50:000000:3623 по договору последующего залога 

<

***>/ЗН от 11.03.2015 в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитному договору 

<

***> от 25.12.2012, по договору последующего залога 

<

***>/ЗН от 20.06.2012 в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитному договору 

<

***> от 01.06.2012, обязательства по которым прекращены на основании соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 06.03.2017;

- земельный участок, общая площадь 202 724 кв.м., кадастровый номер 16:50:080530:175 по договору залога 

<

***>-13015-13016-13100-13113-13240-43300-зн от 18.10.2013 в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитным договорам 

<

***> от 13.11.2012, 

<

***> от 05.02.2013, 

<

***> от 30.04.2013, 

<

***> от 29.08.2013, по договору последующего залога 

<

***>/ЗН от 11.03.2015 в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитному договору 

<

***> от 25.12.2012, по договору последующего залога 

<

***>/ЗН от 20.06.2012 в обеспечение исполнения должником обязательств по кредитному договору 

<

***> от 01.06.2012, обязательства по которым прекращены на основании соглашения о предоставлении отступного передачей должником имущества кредитору от 06.03.2017.

Кроме того, суд первой инстанции указал, что согласно материалам дела переданное по соглашениям об отступном недвижимое имущество, подлежащее возврату в конкурсную массу, обеспечивало также обязательства должника по кредитным договорам, не прекращенным оспариваемыми соглашениями, в связи с чем, при возврате имущества следует восстановить право залога на него применительно к таким кредитным договорам.

Судом первой инстанции отмечено, что  определением от 03.11.2018 по данному делу отказано в признании недействительным договора залога 

<

***>-15020-15021-15025-15028-15064-15214-зн2 от 16.09.2016, требование по кредитным договорам включено в реестр требований кредиторов должника.

Также указано, что залог в обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам 

<

***> от 30.01.2015, №13015 от 05.02.2013, №13300 от 04.10.2013 не восстанавливается, поскольку согласно сведениям банка задолженность по возврату кредита отсутствует.

Кроме того, как указал суд первой инстанции, в связи с восстановлением обязательств должника перед кредитором, прекращенных передачей отступного, восстановлению подлежат залоговые обязательства, обеспечивавшие исполнение должником восстанавливаемых обязательств по кредитным договорам № 

<

***> от 14.12.2016, № 6399 от 13.11.2012, 

<

***> от 05.02.2013, 

<

***> от 30.04.2013, №13113 от 16.05.2013, 

<

***> от 29.08.2013. 

Учитывая признание недействительным в деле №А65-5816/2017 договора уступки прав требования № 1 от 14.12.2016 между ПАО «Интехбанк» и ПАО «Акционерный коммерческий банк «СПУРТ» и восстановление задолженности ОАО «Казанский завод синтетического каучука» перед ПАО «Интехбанк» по кредитным договорам № 4511-кл от 30.05.2016, № КО202/13 от 19.12.2013 и № 

<

***> от 10.10.2016 (определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 24.05.2018), в настоящем деле суд первой инстанции также пришел к выводу, что восстановлению подлежит задолженность перед ПАО «Интехбанк».

Арбитражный апелляционный не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Доводы заявителей апелляционных жалоб о том, что оспариваемые сделки не имели цели причинения вреда кредиторам и не причинили такого вреда, со ссылкой на необходимость принимать во внимание совокупный экономический эффект для должника от вступления в несколько объединенных общей целью юридических отношений (пункт 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2017), утв. Президиумом Верховного Суда РФ 12.07.2017), не принимаются.

Судом первой инстанции оценивался указанный довод, по результатам оценки суд первой инстанции указал, что некоторая часть денежных средств в результате транзитных сделок по кредитованию ответчиком третьих лиц действительно поступала должнику и расходовалась им на ведение собственной производственно-хозяйственной деятельности, однако, по остальной (большей) части кредитных обязательств соответствующие обстоятельства не подтверждены. Таким образом, суд первой инстанции фактически констатировал недоказанность доводов ответчика о том, что все предоставленные третьим лицам кредиты преследовали цель финансирования должника.

В то же время, даже при безусловной доказанности такого фактически внутригруппового финансирования, само по себе указанное обстоятельство не подтверждает, что оспариваемые сделки (договоры поручительства и соглашения об отступном) преследовали единую цель с отношениями по кредитованию третьих лиц.

Суд первой инстанции указал, что предоставление кредитного финансирования и предоставление поручительства с последующим представлением отступного существенно разделены во времени; фактически не составляют единые правоотношения, учитывая множество и разнообразие кредитных обязательств и, напротив, единообразие обязательств по поручительству и отступному, сосредоточенных по времени в двух датах 06.03.2017 и 09.03.2017, непосредственно соотносящихся с периодом возникновения у должника признаков неплатежеспособности.

Ссылки заявителей на судебную практику, в том числе Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19.03.2020 N 305-ЭС19-16046(3) по делу N А40-27329/2018, Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2022 N 305-ЭС20-11205(3) по делу N А40-83941/2018 не приняты судебной коллегией, поскольку относятся к иным фактическим обстоятельствам.

В частности в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 24.02.2022 N 305-ЭС20-11205(3) по делу N А40-83941/2018 дана оценка совокупности правоотношений исходя именно из единого их характера, направленности на достижение единой цели, с учетом того, что на момент заключения оспариваемых сделок должник был платежеспособен.

В данном случае, как указано выше, не доказано, что отношения по финансированию и последующие оспариваемые сделки (поручительство, отступное) преследовали единую правомерную цель, и, напротив, доказано, что на дату совершения  оспариваемых сделок (поручительство, отступное) должник не был платежеспособен.

Доводы ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» о недоказанности аффилированности и участия в группе не принимаются, поскольку таковые обстоятельства в соответствии с актуальной судебной практикой (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475) могут устанавливаться исходя из обстоятельств заключения и исполнения сделки (фактическая аффалированость). При этом, сами по себе доводы ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» об участии в схеме внутригруппового финансирования должника опровергают его же доводы о непричастности к группе.

Более того, аналогичные сделки уже получали судебную оценку. 

Так, как установил суд первой инстанции один из договоров поручительства - №1686-1689-1692-1693-1695-16105-16108-17022-п от 09.03.2017 уже признан недействительной сделкой определением от 01.11.2018, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.03.2019 и постановлением Арбитражного суда Поволжского округа от 26.06.2019.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 08.07.2020, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2020 и постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 08.12.2020 N Ф06-42333/2018 по делу N А65-11502/2017 признаны недействительными аналогичные сделки по поручительству и отступному. 

При этом судебными инстанциями указано, что в случае когда мажоритарный участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ), так и гражданско-правового сообщества, объединяющего кредиторов должника, подразумевает содействие кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума ВС РФ N 25).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования.

Изъятие вложенного названным мажоритарным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами (пункт 4 статьи 1 ГК РФ). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера). Соответствующие действия, оформленные в качестве возврата займов, подлежат признанию недействительными по правилам статей 10 и 168 ГК РФ как совершенные со злоупотреблением правом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 N 305-ЭС15-5734(4,5) по делу N А40-140479/2014).

Также судебными инстанциями указано, что прикрываемая сделка по изъятию ранее предоставленного скрытого финансирования совершена бенефициаром ФИО4 с использованием группы подконтрольных юридических лиц и под контролем АКБ «СПУРТ» (ПАО) при злоупотреблении правом в ущерб независимым кредиторам, с заведомо противоправным интересом на условиях, недоступных иным участникам гражданского оборота, не входящим в одну группу с должником и банком, и направлена на достижение такой цели, как вывод активов должника в целях сохранения контроля над имущественным комплексом завода в случае его банкротства.

С учетом изложенного, в данном случае в рамках аналогичной ситуации не имеется оснований для иной оценки правоотношений, связанных с обстоятельствами внутригруппового финансирования и намерения бенефициара группы осуществить вывод активов должника.

Расчеты ответчика, призванные подтвердить выгодность для должника отступного, не принимаются в качестве подтверждения указанного, поскольку исходят из ошибочного, по мнению апелляционного суда, предположения о предпочтительно удовлетворении требований ответчика к должнику при их удовлетворении обычным порядком.

Доводы о том, что в качестве последствий недействительности сделки суд первой инстанции должен был восстановить права требования ответчика непосредственно к должнику, а не к заемщикам - третьим лицам, также не могут быть приняты.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями ГК РФ об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В пункте 29 Постановления № 63 разъяснено, что в случае, если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки. В отношении удовлетворенного определением суда реституционного требования должника к другой стороне сделки суд выдает исполнительный лист.

Следовательно, в силу прямого указания в законе, суды при признании сделки недействительной обязаны в резолютивной части судебного акта указать на применение последствий недействительности сделки.

В силу пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре, возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Признание недействительным договора об отступном влечет не только обязанность по возврату полученного отступного, но и сохранение первоначального обязательства должника, которое не считается прекращенным предоставлением отступного (Постановление Президиума ВАС РФ от 18.03.2014 N 18222/13 по делу NА40-117032/12).

В рамках рассматриваемых правоотношений последствием недействительности отступного для должника и ответчика является возврат имущества, полученного по отступному без восстановления обязательства должника по поручительству, также признанному недействительным. 

Применение последствий недействительности сделки в соответствии пунктом 2 статьи 167 ГК РФ, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве обусловлено формальным восстановлением ранее существовавших обязательств и приведения сторон сделки в первоначальное положение. 

Ответчик, полагающий наличие у него права требования к должнику в связи с финансированием, предоставленным в пользу третьих лиц, не лишен возможности предъявить должнику такое требование и в рамках рассмотрения соответствующего спора привести соответствующие доводы. В настоящем споре оснований для применения последствий в виде восстановления права требования ответчика к должнику, судебная коллегия не усматривает.

Факультативное указание судом первой инстанции на существование  обязательств третьих лиц, в том числе ликвидированных в настоящее время само по себе не нарушает чьих-либо прав и не исключает возможности предъявления в дальнейшем требований к действительно обязанным лицам.

Ликвидация одного из участников сделок, применительно к существующей судебной практике, не является безусловным препятствием для рассмотрения спора о недействительности сделки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2019 N 306-ЭС16-9687(3).

В соответствии с пунктом 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» судам следует иметь в виду, что в рассмотрении заявления об оспаривании сделки могут также участвовать третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора (статья 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), которые в части рассмотрения этого заявления обладают необходимыми процессуальными правами, в том числе на участие в судебных заседаниях и обжалование судебных актов. Например, в рассмотрении заявления об оспаривании договора поручительства в качестве третьего лица может участвовать должник по основному обязательству, а в рассмотрении заявления об оспаривании сделки по приобретению должником вещи, которую он впоследствии продал другому лицу, - это другое лицо.

С учетом указанных в пункте 22 Постановления №63 разъяснений, а также принимая во внимание, что третьи лица не являлись участниками оспариваемых сделок, а часть указанных лиц в настоящее время прекращена, доводы ООО «ТЛЦ «СК-Терминал» о  необходимости предоставления им процессуального статуса ответчиков, не принимаются. Из материалов дела не следует, что права указанных лиц, процессуальным статусом третьих лиц были ограничены, что указанные лица обращались к суду с ходатайством об их привлечении к участию в споре в ином статусе.

Доводы ответчика о том, что судом первой инстанции не восстановлены его залоговые права в отношении требований к ООО «Алиант-К» также не принимаются, поскольку в соответствии с актуальной судебной практикой восстановление обеспечительных прав не является последствием недействительности прекращения основного обязательства, а представляет собой самостоятельное требование, связанное с требованием о реституции. В то же время из материалов настоящего обособленного  спора не следует, что  заявителем по спору такое требование заявлялось.

Указание судом первой инстанции неправильного кадастрового номера земельного участка (16:50:080530:121 вместо 16:50:080530:174) с учетом того, что иных идентифицирующих сведений в отношении земельного участка не указано, может быть сочтено технической ошибкой, которая подлежит исправлению в порядке статьи 179 АПК РФ.

Несогласие заявителей апелляционных жалоб с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционных жалоб не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.10.2021 по делу № А65-11502/2017 оставить без изменения, апелляционные жалобы без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                        Д.К. Гольдштейн

 

Судьи                                                                                       А.И. Александров

 

               Н.А. Мальцев