АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  КРАСНОДАРСКОГО КРАЯ

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А32-37617/2013

г. Краснодар

04 февраля 2021 года

Резолютивная часть решения объявлена  02 февраля 2021 года.

Решение в полном объеме изготовлено 04 февраля 2021 года.

 

Арбитражный суд Краснодарского края в составе судьи Бочкарева С.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Арзулумовой Э.Г., рассмотрев в открытом судебном заседании заявление УФНС по Краснодарскому краю о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения суда от 03.07.2020, предъявленное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Цементная Транспортная Компания» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), при участии от уполномоченного органа – ФИО1 (по доверенности, до перерыва), ФИО2 (по доверенности), от ООО «СЖБК» – ФИО3 (по доверенности), от ПАО Сбербанк – ФИО4 (по доверенности), от ФИО5  – ФИО6 (по доверенности, до перерыва), от конкурсного управляющего – ФИО7 (лично), в отсутствии иных лиц, участвующих в деле, 

 

У С Т А Н О В И Л:

определением Арбитражного суда Краснодарского края от 17.01.2014 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «Цементная Транспортная Компания» (далее – должник, ООО «ЦТК»). 

Определением суда от 29.01.2015 (судья Хитенкова Е.М.), в отношении ООО «ЦТК» введена процедура наблюдения, временным управляющим должника утвержден ФИО8. 

Решением суда от 23.11.2015 (резолютивная часть объявлена 19.11.2015) ООО «ЦТК» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО9. 

Определением суда от 04.08.2016 ФИО9 отстранен от исполнения обязанностей арбитражного управляющего ООО «ЦТК». 

Определением суда от 29.08.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10. 

Определением суда от 24.04.2017 арбитражным управляющим ООО «ЦТК» утвержден ФИО11. 

Определением суда от 24.01.2018 ФИО11 отстранен от исполнения обязанностей арбитражного управляющего ООО «ЦТК». 

Определением суда от 11.04.2018 арбитражным управляющим ООО «ЦТК» утвержден ФИО12, член ассоциации «ПАУ ЦФО». 

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 20.08.2020 ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Цементная транспортная компания», конкурсным управляющим утверждена ФИО7, член ассоциация СОАУ «Меркурий».

Определением суда от 24.05.2015 требования ПАО «Сбербанк» в размере 355 087 652,51 руб. включены в реестр требований кредиторов ООО «Цементная Транспортная Компания» с очередностью удовлетворения: 340 437 553,52 руб. (340 358 312,29 руб. - просроченная ссудная задолженность, 79 241,23 руб. - просроченные проценты) – требования третьей очереди, обеспеченные залогом имущества должника; - 11 719 232, 45 руб. - требования кредиторов третьей очереди; - 2 930 866, 54 руб. (неустойка) – требования кредиторов третьей очереди, учитываемые в реестре требований кредиторов отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. 

Определением суда от 03.07.2020 заявление ООО «СЖБК» о процессуальном правопреемстве удовлетворено. Кредитор ПАО «Сбербанк России» заменен в реестре требований кредиторов ООО «Цементная транспортная компания» на его правопреемника ООО «СЖБК»

В Арбитражный суд Краснодарского края 11.11.2020 поступило заявление УФНС по Краснодарскому краю о пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам определения Арбитражного суда Краснодарского края от 03.07.2020.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края заявление принято к производству, назначено судебное заседание по рассмотрению обоснованности требований.

От конкурсного управляющего должника поступил отзыв, согласно которому он просит отказать в удовлетворении заявленного требования.

В судебном заседании стороны приобщили к материалам спора пояснения ФИО13, в соответствии с которыми последний просит удовлетворить заявленное требование; отзывы банка и ООО «СЖБК», в которых стороны просят отказать в удовлетворении заявленных требований.

Указанные документы приобщены к материалам спора.

До перерыва представитель ФИО5 просил суд истребовать материалы налоговой проверки в отношении ООО «ТД Славянский ЖБИ»; в ГСУ МВД России по КК копии постановления о возбуждении уголовного дела, возбужденного в отношении руководителя должника ФИО14

Представитель ФИО5 просил суд отложить судебное заседание на более поздний срок. 

В судебном заседании конкурсный управляющий, представители ПАО «Сбербанк России» и ООО «СЖБК» просили отказать в удовлетворении заявленного требования.

В судебном заседании представители уполномоченного органа и ФИО5 просили удовлетворить требование о пересмотре определения суда от 03.07.2020 по вновь открывшимся обстоятельствам.

В судебном заседании, проходившем 01.02.2021, судом в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объявлен перерыв до 02.01.2021 до 09 час. 10 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено в отсутствии представителей сторон в порядке статьи 156 АПК РФ.

Относительно заявленных ходатайств об истребовании материалов налоговой проверки и постановления следователя о возбуждении уголовного дела суд отмечает следующее.

В силу части 4 статьи 66 АПК РФ лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения. При удовлетворении ходатайства суд истребует соответствующее доказательство от лица, у которого оно находится.

При рассмотрении ходатайства об истребовании доказательств суд учитывает, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательствам, и вправе отказать в удовлетворении такого ходатайства.

В данном случае, с учетом предмета спора и имеющихся в материалах дела доказательств, оснований для удовлетворения ходатайства об истребовании доказательств не имеется (доводы уполномоченного органа подробно изложены в его заявлении; постановление следователя о возбуждении уголовного дела не является преюдициальным для рассматриваемого спора).

Относительно заявленного ходатайства об отложении судебного разбирательства суд отмечает следующее.

В части 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что в случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными. 

Согласно части 5 названной статьи арбитражный суд может отложить судебное разбирательство, если признает, что оно не может быть рассмотрено в данном судебном заседании, в том числе вследствие неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле, других участников арбитражного процесса, а также при удовлетворении ходатайства стороны об отложении судебного разбирательства в связи с необходимостью представления ею дополнительных доказательств, при совершении иных процессуальных действий. 

При этом отложение судебного разбирательства в связи с заявлением стороной ходатайства об отложении судебного разбирательства является правом суда, а не его обязанностью. 

При рассмотрении соответствующего ходатайства суд, исходя из конкретных обстоятельств дела, самостоятельно решает вопрос об отложении судебного разбирательства.

Учитывая отсутствие у суда фактических и правовых вопросов, которые не могут быть надлежащим образом разрешены на основании материалов дела и письменных доводов сторон, суд пришел к выводу о том, что вопрос по делу может быть рассмотрен в настоящем судебном заседании.

Таким образом, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении заявленных ходатайств.

Изучив материалы дела, оценив имеющиеся в деле доказательства с учетом их относимости и допустимости, суд установил следующее. 

Определением суда от 24.05.2015 требования ПАО «Сбербанк» в размере 355 087 652,51 руб. включены в реестр требований кредиторов ООО «Цементная Транспортная Компания». 

30 сентября 2019 года ООО «СЖБК» (цессионарий) и ПАО Сбербанк (цедент) заключили договор уступки прав (требования) № 1818/452/10168-Ц (далее – договор цессии), по условиям которого цедент передал, а цессионарий принял право требования к ООО «Цементная Транспортная Компания» в размере 355 985 652,51 руб. по обязательствам должника

Данное обстоятельство послужило основанием для обращения ООО «СЖБК» в Арбитражный суд Краснодарского края 28.01.2020 о замене в порядке процессуального правопреемства в реестре требований кредиторов ООО «Цементная Транспортная Компания» кредитора ПАО «Сбербанк» на правопреемника ООО «СЖБК» в части требований в размере 7 280 387,34 рублей. 

Определением суда от 03.07.2020 заявление ООО «СЖБК» о процессуальном правопреемстве удовлетворено. 

Кредитор ПАО «Сбербанк России» заменен в реестре требований кредиторов ООО «Цементная транспортная компания» на его правопреемника ООО «СЖБК» в размере 7 280 387,34 рублей со следующей очередностью: - 6 979 707,35 рублей (6 978 251,27 рублей – просроченная судная задолженность, 1 456,08 рублей – просроченные проценты) – требования третьей очереди, обеспеченные залогом имущества должника; - 240 252,78 рубля – требования кредиторов третьей очереди; - 60 427,21 рубля (неустойка) – требования кредиторов третьей очереди, учитываемые в реестре требований кредиторов отдельно и подлежащие удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов. 

ИФНС России № 1 по г. Краснодару инициировало проведение выездной налоговой проверки в отношении ООО ТД «Славянский ЖБИ» (решение от 11.09.2020).

В своем заявлении уполномоченный орган ссылается на аффилированность ООО «СЖБК» к ООО «ЦТК», которая выявлена в рамках выездной налоговой проверки в отношении ООО ТД «Славянский ЖБИ».

Рассмотрев материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, суд пришел к выводу, что заявление уполномоченного органа подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со статьями 309, 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам возможен только в случаях открытия таких обстоятельств, которые арбитражный суд не мог учесть при рассмотрении дела, так как эти обстоятельства не были и не могли быть известны ни участвующим в деле лицам, ни арбитражному суду и о них стало известно лишь после принятия судебного акта.

В силу пунктом 2 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основаниями пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам являются:

1) существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю;

2) установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу;

3) установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

Согласно пункту 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее – постановление № 52) судебный акт не может быть пересмотрен по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в случаях, если обстоятельства, определенные статьей 311 Кодекса, отсутствуют, а имеются основания для пересмотра судебного акта в порядке кассационного производства или в порядке надзора, либо если обстоятельства, установленные статьей 311 Кодекса, были известны или могли быть известны заявителю при рассмотрении данного дела.

Обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта. При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу. 

Судебный акт не может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам, если существенные для дела обстоятельства возникли после принятия этого акта, поскольку по смыслу пункта 1 части 2 статьи 311 Кодекса основанием для такого пересмотра является открытие обстоятельств, которые хотя объективно и существовали, но не могли быть учтены, так как не были и не могли быть известны заявителю. В связи с этим суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам. 

Представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В таком случае заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит. Обстоятельства, возникшие после принятия судебного акта, могут являться основанием для предъявления самостоятельного иска (пункт 4 постановления № 52).

Обращаясь в Арбитражный суд Республики Бурятия, с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, налоговый орган указал на следующее.

В рамках выездной налоговой проверки в отношении ООО ТД «Славянский ЖБИ», проведенной на основании решения от 11.09.2020, установлено, что ООО «СЖБК» создано контролирующими должника лицами; право требования к должнику приобретено за счет средств ООО ТД «Славянский ЖБИ»; должник, ООО «СЖБК» и ООО ТД «Славянский ЖБИ» входят в одну группу компаний; действия по сохранению имущества должника внутри группы компании вызвано продолжением бизнеса за счет указанного актива в ущерб независимых кредиторов должника; наличие у ООО «СЖБК» статуса мажоритарного залогового кредитора подтверждает наличие недобросовестных действий со стороны лиц, входящих в одну группу компаний с должником.

Суд, исследовав доводы заявителя, пришел к следующим выводам.

В результате проведения контрольных мероприятий уполномоченным органом получена банковская выписка ООО «СЖБК» (письмо от 01.10.2020 № 65639), при анализе которой, установлены существенные обстоятельства, наличие которых могло привести к принятию иного решения по обособленному спору о процессуальной замене ПАО «Сбербанк России» на ООО «СЖБК».

ООО «СЖБК» создано контролирующими должника лицами с целью сохранения имущества ООО «ЦТК» внутри группы компании в ущерб независимым кредиторам.

Согласно данным ЕГРЮЛ ООО «СЖБК» создано 23.09.2019 (за неделю до заключения договора цессии от 30.09.2019).

Основной вид деятельности ООО «СЖБК» - 23.61 производство изделий из бетона для использования в строительстве, уставной капитал - 10 000 руб., справки по форме 2-НДФЛ за 2019 год не предоставлялись, исходя из среднесписочной численности сотрудников на 01.01.2020, на предприятии работал один сотрудник.

Капитал предприятия позволивший приобрести права требования по договору цессии от 30.09.2019, ООО «СЖБК» сформирован за счет средств ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ «СЛАВЯНСКИЙ ЖБИ» (договор займа от 26.09.2019 № 304 на общую сумму 355 985 652,51 руб.)

Учитывая сроки заключения договора займа (через три дня после создания общества), отсутствие ведения финансово-хозяйственной деятельности, ООО «СЖБК» не могло рассматриваться ООО «ТОРГОВЫЙ ДОМ «СЛАВЯНСКИЙ ЖБИ» как заемщик, обладающий реальной возможностью к погашению заемных обязательств в размере более 350 млн рублей.

ООО «СЖБК» входит в объединенную группу компаний: ООО «СЗСМ» (ИНН 

<

***>), ЗАО «СЗСМ» (ИНН 

<

***>, ООО «ТД Славянский ЖБИ» (ИНН 

<

***>), подконтрольную бывшему руководителю должника ФИО14

ООО «СЖБК» зарегистрировано по адресу: 35360, Краснодарский край, 

<

...>. Указанный адрес совпадает с адресом регистрации ЗАО «СЗСМ».

Учредителями ООО «ЦТК» с 01.12.2009 являются ФИО14 (53 %) и ФИО13 (47%).

Согласно декларациям 2-НДФЛ ФИО14 осуществлял деятельность в следующих организациях.

 

Период

Наименование организации

2014

ООО «ЦТК» ИНН 

<

***>

2015

ООО ЦТК ИНН 

<

***>

2016

ООО ТД Славянский ЖБИ ИНН 

<

***>

2017

ООО ТД Славянский ЖБИ ИНН 

<

***> ООО УК «СЕМЬ ВЕТРОВ» ИНН 

<

***>

2018

ООО ТД Славянский ЖБИ ИНН 

<

***> ООО УК «СЕМЬ ВЕТРОВ» ИНН 

<

***>

2019

ООО ТД Славянский ЖБИ ИНН 

<

***>

 

Участники данной группы имеют признаки взаимозависимости и аффилированности (через участие в них общих учредителей, общих органов управления, подконтрольных номинальных директоров в силу должностного положения); осуществляли в рамках своей группы общие либо взаимосвязанные виды производственно-хозяйственной деятельности, то есть являются группой взаимосвязанных лиц по ведению общего бизнеса и извлечению общей прибыли, их деятельность является внутригрупповой, корпоративной.

Указанная группа взаимосвязанных лиц организовала устойчивую повремени схему функционирования бизнеса, при которой выгоды от ведениядеятельности аккумулировались на ряде юридических лиц – ООО «ТД СлавянскийЖБИ», ООО «СЖБК», ООО «СЗСМ», прямо либо опосредовано, черезпромежуточные юридические лица, контролируемые  конечным выгодоприобретателем ФИО14, а должник использовался в качестве «центра убытков» на котором накапливались долги, в том числе по обязательным платежам.

Необходимость действий по сохранению имущества ООО «ЦТК» внутри группы компаний вызвано продолжением ведения бизнеса за счет указанного актива в ущерб независимым кредиторам должника.

Весь имущественный комплекс ООО «ЦТК» сдан в аренду ООО «ТД «Славянский ЖБИ» по договорам от 20.11.2015 № 79, от 20.11.2015 № 102, от 20.11.2015 № 78, от 01.05.2015.

При анализе банковской выписки ООО «ТД «Славянский ЖБИ» установлено отсутствие оплаты по договорам аренды на протяжении более 1,5 лет (последняя оплата - 29.11.2018), ввиду чего арендатор безвозмездно пользуется имуществом ООО «ЦТК», извлекает прибыль от осуществления деятельности.

За период с 16.12.2019 по настоящее время на расчетные счета ООО «ТД «Славянский ЖБИ» поступило более 1 550 983 тыс. рублей.

Данный факт свидетельствует о создании внутри группы аффилированных лиц системы, при которой имущество (имущественный комплекс) юридически принадлежит должнику, а фактически им используется члены группы компаний безвозмездно, при наличии кредиторской задолженности и признаков банкротства.

Таким образом, имущественный комплекс должника на праве аренды использовался ООО «ТД «Славянский ЖБИ», которое в свою очередь аккумулированные денежные средства от использования данного имущества передало по договорам займа ООО «СЖБК».

ООО «СЖБК» в свою очередь выкупило требование ПАО «Сбербанк России» и стало обладать статусом мажоритарного кредитора в деле о банкротстве должника, в том числе требования, которого обеспечены всем имуществом должника.

ООО «СЖБК» не предполагало получить исполнение по кредитным обязательствам ПАО «Сбербанк России», включенным в реестр требований кредиторов должника. Выкуп у банка прав требований, очевидно, обусловлен целью сохранения бизнеса должника и предотвращения обращения взыскания на имущество должника.

Заявитель в обоснование требования о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам ссылается на то, что при вынесении определения Арбитражного суда Краснодарского края от 03.07.2020 о процессуальном правопреемстве указанные выше обстоятельства не были исследованы судом и известны лицам, участвующим в деле.

В соответствии с частью 1 статьи 46 Конституции РФ каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Это означает, что государство обязано обеспечить полное осуществление права на судебную защиту, которая должна быть справедливой, компетентной и эффективной. 

Данная обязанность также вытекает из общепризнанных принципов и норм международного права, в частности, закрепленных в ст. 8 и 29 Всеобщей декларации прав человека и в ст. 2 (п. 2 и подп. «а» п. 3) Международного пакта о гражданских и политических правах. 

Согласно статье 14 (пункта 1) Международного пакта о гражданских и политических правах каждый имеет право на справедливое и публичное разбирательство дела компетентным, независимым и беспристрастным судом, созданным на основании закона. Судебное решение не может быть признано справедливым и правосудным, а судебная защита –полной и эффективной, если допущена судебная ошибка. Статья 14 (п. 6) Международного пакта предусматривает, что судебное решение подлежит пересмотру, если «какое-либо новое или вновь обнаруженное обстоятельство неоспоримо доказывает наличие судебной ошибки». 

Для исправления допущенных судебных ошибок правила арбитражного судопроизводства предусматривают проверку правосудности (законности и обоснованности) судебных актов в вышестоящих инстанциях и пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам. Следует отметить, что последняя стадия характеризуется как особая, чрезвычайная. 

Вышестоящие судебные инстанции исправляют неправосудные акты, когда их незаконность или необоснованность вызвана ошибками самих судов (неисследованность фактических обстоятельств, неправильная оценка доказательств или неправильное применение норм права). 

Пересмотру по вновь открывшимся обстоятельствам подлежат судебные акты, которые также являются неправосудными. Вместе с тем, их ошибочность вызвана тем, что при рассмотрении дела имелись какие-то существенные обстоятельства, которые не были известны сторонам в споре, а, следовательно, не были известны суду; т.е., если «открывшиеся обстоятельства» отсутствовали бы, судебный акт соответствовал бы требованиям законности и обоснованности. 

Судебное решение, пересматриваемое по вновь открывшимся обстоятельствам, до обнаружения этих обстоятельств считается законным и обоснованным, поскольку соответствует фактам, установленным судом на момент вынесения решения. Незаконность и необоснованность такого решения выявляется в свете вновь открывшихся обстоятельств. 

Законодатель в качестве основания для пересмотра судебного акта предусмотрел вновь открывшиеся обстоятельства, но не новые доказательства. Судебная практика идет по пути разграничения данных понятий. Следует отметить, что как при представлении новых доказательств, так и при указании на вновь открывшиеся обстоятельства стороны сообщают суду определенные сведения. Отличие заключается в том, что в первом случае сообщаются сведения об известном суду обстоятельстве, во втором говорится о неизвестных фактах (событиях, действиях, правах и правоотношениях), соответственно.

Суд приходит к выводу о том, что доводы уполномоченного органа, приведенные в его заявлении об обстоятельствах связанных с аффилированностью ООО «ЦТК», ООО «СЖБК» и ООО ТД «Славянский ЖБИ», влияют на выводы суда при рассмотрении настоящего спора по существу о процессуальном правопреемстве ПАО «Сбербанк России» на ООО «СЖБК».

При таких обстоятельствах, суд считает, что заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам следует удовлетворить. Определение суда от 03.07.2020 о процессуальном правопреемстве подлежит отмене.

Суд отклоняет доводы лиц, участвующих в споре, о том, что рассматриваемые обстоятельства не являются вновь открывшимися, а заявитель пропустил срок для обращения с рассматриваемым требованием.

Относительно того факта, что указанные в заявлении уполномоченного органа факты не являются вновь открывшимися, суд отмечает следующее.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например, искусственное создание задолженности для последующего необоснованного включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств.

Контролирующее должника лицо, обладающее по сравнению с независимым кредитором значительно большим объемом информации о деятельности должника, структуре его активов и пассивов, состоянии расчетов с дебиторами и кредиторами, в связи с чем бремя доказывания некомпенсационного характера финансирования лежит на контролирующем лице.

Суд учитывает тот факт, что ООО «ЦТК»,  ООО «СЖБК» и ООО ТД «Славянский ЖБИ» не раскрывали при рассмотрении вопроса о процессуальном правопреемстве обстоятельства своей аффилированности.

Рассматриваемые обстоятельства стали известны при проведении выездной налоговой проверки в отношении ООО ТД «Славянский ЖБИ» (решение от 11.09.2020). При проведении контрольных мероприятий уполномоченный орган получил банковскую выписку ООО «СЖБК» (письмо от 01.10.2020 № 65639), при анализе которой установлены выше изложенные обстоятельства (движение денежных средств внутри группы компаний и их связи между собой.)  Проверка проводила в связи с проверкой хозяйственных (арендных) отношений между должником и ООО ТД «Славянский ЖБИ».

Принимая решение по делу, суд считает возможным по аналогии сослаться на следующие разъяснения  Верховного Суда Российской Федерации.

Согласно пункту 12 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утвержден Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016) очередность удовлетворения требования уполномоченного органа, основанного на результатах налоговой проверки должника, решение по результатам которой не вступило в силу к моменту введения процедуры конкурсного производства, не понижается, если требование своевременно заявлено после вступления такого решения в силу. Двухмесячный срок предъявления требований уполномоченным органом, указанный в пункте 1 статьи 142 Закона о банкротстве, не течет в период с начала проведения налоговой проверки на протяжении всего времени, пока не вступит в силу решение налогового органа по результатам этой проверки.

Из пункта 19 постановления Пленума ВАС РФ от 30.06.2011 № 52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» следует, что установленный частью 1 статьи 312 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации трехмесячный срок для обращения с заявлением о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется со дня появления или открытия обстоятельств, являющихся основанием для пересмотра судебного акта. Днем открытия таких обстоятельств следует считать день, когда заявитель узнал или должен был узнать о наличии указанных обстоятельств. 

Таким образом, учитывая даты, в которые уполномоченный орган получил соответствующую информацию, суд приходит к выводу о том, что право на обращение в суд с заявлением о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам заявителем не утрачено.

Кроме того, суд учитывает следующее.

В силу пункта 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

Общими требованиями к поведению участников гражданского оборота являются добросовестность и разумность их действий (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также злоупотребление правом в иных формах. В случае несоблюдения данного требования суд, арбитражный суд или третейский суд может отказать лицу в защите принадлежащего ему права (пункты 1 и 2 статьи 10 ГК РФ).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 № 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Лица, входящие в группу компаний, злоупотребили своими правами и скрыли от независимых кредиторов должника факт своей аффилированности и обстоятельства, связанные с финансовой возможностью у ООО «СЖБК» выкупить право требование кредитной организации, в связи с чем суд приходит к выводу к отказу в защите их нарушенного права путем неприменения к рассматриваемым отношениям формальных оснований для отказа в удовлетворении заявленного требования.

В соответствии с частью 3 статьи 317 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд вправе повторно рассмотреть дело непосредственно после отмены судебного акта в том же судебном заседании, если лица, участвующие в деле, или их представители присутствуют в судебном заседании и не заявили возражений относительно рассмотрения дела по существу в том же судебном заседании.

Суд, констатируя тот факт, что все лица, участвующие в рассматриваемом споре, присутствовали в заседании суда первой инстанции, высказали свою позицию по существу спора, в том числе о возможности осуществления процессуального правопреемства и не возражали относительно рассмотрения спора по существу, считает возможным рассмотреть вопрос процессуального правопреемства в настоящем судебном заседании.

Суд, рассматривая вопрос о процессуальном правопреемстве по существу, приходит к следующим выводам.

Требования о процессуальном правопреемстве основаны на договоре уступки прав требований (цессии) от 30.09.2019, заключенного между ПАО «Сбербанк России» (далее – цедент) и ООО «СЖБК» (далее – цессионарий). 

Согласно данному договору, Цедент обязуется передать, а Цессионарий принять и оплатить право требования к ООО «Цементная транспортная компания», в том числе возникшее на основании определения Арбитражного суда Краснодарского края от 24.05.2015 по обособленному спору в рамках дела № А32-37617/2013.

В соответствии с разделом 2 договора цессии в оплату уступаемых прав (требований) Цессионарий обязуется перечислить на счет Цедента 355 985 652,51 рублей в следующем порядке:

- платеж в размере 152 836 284,64 руб. подлежит оплате в течение 3 (трех) рабочих дней с даты подписания договора, не позднее 30.09.2019 г.;

- платеж в размере 203 149 367,87 руб. подлежит оплате в срок не позднее 25.09.2020, ежемесячно (25 числа каждого месяца), начиная с месяца, следующего за месяцем заключения Договора долями в размере не менее 17 000 000 руб. равными долями.

При этом переход прав (требований) по договору цессии происходит в момент поступления от Цессионария денежных средств на счет Цедента, в объеме и в порядке, предусмотренном Приложением № 2 и п.п. 2.1 п. 2 договора.

Платежным поручением № 2 от 30.09.2019 Цессионарий перечислил Цеденту денежные средства в сумме 152 836 284,64 руб., что подтверждается определением Арбитражного суда Краснодарского края от 21.11.2019 по делу № А32-37617/2013. 

Платежными поручениями № 10 от 25.10.2019, № 19927 от 25.11.2019, № 55298 от 25.12.2019 цессионарий перечислил цеденту денежные средства в общей сумме 51 000 000 руб., что подтверждается определением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.06.2020 по делу № А32-37617/2013. 

Платежным поручением № 14 от 27.01.2020 цессионарий перечислил цеденту денежные средства в общей сумме 17 000 000 руб.

В соответствии с Приложением № 2 к договору цессии после полной оплаты части цены по договору цессии в размере 7 280 387,34 руб. к цессионарию переходят следующие права (требования):

1) по договору № 1818/452/10141 от 09.09.2011 об открытии невозобновляемой кредитной линии в полном объеме на сумму остатка задолженности в размере 7 280 387,34 руб.:

- договор ипотеки № 1818/452/10141/и-6 от 20.10.2011, заключенный с ФИО15,

- договор поручительства № 1818/452/10141/п-1 от 09.09.2011, заключенный с ФИО14,

- договор поручительства № 1818/452/10141/п-2 от 09.09.2011, заключенный с ФИО13,

- договор ипотеки № 1818/452/10111/и-1 от 29.06.2011, заключенный с ФИО15.

В соответствии с пунктом 1 статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебным актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может быть передано другому лицу по сделке.

Статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали в момент перехода права.

Между тем определяя очередность удовлетворения рассматриваемого требования к должнику, суд учитывает следующее.

Проверка обоснованности требования кредитора в деле о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания, исключающие возможность включения в реестр требований, не подтвержденных достаточными доказательствами.

Как неоднократно указывал Верховный Суд РФ в своих определениях (в частности, в определении Судебной коллегии по экономическим спорам ВС РФ от 08.05.2019 № 305-ЭС18-25788(2) по делу № А40-203935/2017) нахождение ответчика в статусе банкротящегося лица с высокой степенью вероятности может свидетельствовать о том, что денежных средств для погашения долга перед всеми кредиторами недостаточно. Поэтому в случае признания каждого нового требования обоснованным доля удовлетворения требований этих кредиторов снижается, в связи с чем, они объективно заинтересованы, чтобы в реестр включалась только реально существующая задолженность.

Этим объясняется установление в делах о банкротстве повышенного стандарта доказывания при рассмотрении заявления кредитора о включении в реестр, то есть установление обязанности суда проводить более тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным общеисковым гражданским процессом. На практике это означает, что суды должны проверять не только формальное соблюдение внешних атрибутов документов, которыми кредиторы подтверждают обоснованность своих требований, но и оценивать разумные доводы и доказательства (в том числе косвенные как в отдельности, так и в совокупности), указывающие на пороки сделок, цепочек сделок (мнимость, притворность и т.п.) или иных источников формирования задолженности.

В связи с этим основанием к включению требования в реестр является представление кредитором доказательств, ясно и убедительно подтверждающих наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения заинтересованных лиц об отсутствии долга (пункт 26 постановления № 35).

Процессуальный закон обязывает лиц, участвующих в деле, доказать обстоятельства, на которые они ссылаются как на основание своих требований и возражений (статья 65 АПК РФ).

Общие правила доказывания при рассмотрении обособленного спора по включению в реестр требований кредиторов предполагают, что заявитель, обратившийся с требованием о включении в реестр, обязан представить первичные документы в подтверждение факта передачи кредитором должнику какого-либо имущества (в том числе и денежных средств), иные участники процесса при наличии возражений обязаны подтвердить их документально.

При этом абзацем 2 пункта 21 Обзора судебной практики Верховного суда Российской Федерации № 2 (2018), утвержденного Президиумом ВС РФ 04.07.2018, по существу, разъяснен инструментарий доказывания факта признаков контролирующего должника лица в случае, если соответствующее лицо не обладает формально-юридическими признаками аффилированности, указанными в Законе о банкротстве и абзаце пункта 3 приведенного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве». Так, в частности, Верховным судом РФ указано, что учитывая объективную сложность получения арбитражным управляющим, кредиторами отсутствующих у них прямых доказательств того, что лицо давало указания должнику-банкроту и его контролирующим лицам, судами должна приниматься во внимание совокупность согласующихся между собой косвенных доказательств, сформированная на основании анализа поведения упомянутых субъектов.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6), доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Материалами настоящего спора подтверждается факт аффилированности должника, ООО «СЖБК» и ООО ТД «Славянский ЖБИ»; обстоятельства, связанные с появлением финансовой возможности у ООО «СЖБК» выкупить права требования у кредитной организации после получения денежных средств от ООО ТД «Славянский ЖБИ», которое в свою очередь является заинтересованных по отношению к должнику.

Согласно правовой позиции, изложенной в Обзоре судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор судебной практики от 29.01.2020), очередность погашения требования кредитора понижается, оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (далее – очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты), так как требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено другим требованиям кредиторов и на которых не может быть переложен соответствующий риск.

Согласно позиции Верховного Суда РФ, изложенной в определении от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593, в пункте 6.2 Обзора раскрыта ситуация, когда очередность удовлетворения требования кредитора, являющегося контролирующим должника лицом, понижается (требование подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), если этот кредитор приобрел у независимого кредитора требование к должнику на фоне имущественного кризиса последнего, создав тем самым условия для отсрочки погашения долга, то есть фактически профинансировал должника.

Из материалов дела следует, что ООО «СЖБК» выкупило право требования у независимого кредитора в период неплатежеспособности должника (в конкурсном производстве).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ имеющиеся доказательства, исходя из конкретных обстоятельств спора, установив, что в данном случае в отсутствие экономического обоснования приобретения спорной задолженности, фактической аффилированности ООО «СЖБК» и должника целью заключении спорного договора, на котором кредитор основывает свое требование, являлось сохранение имущественного комплекса должника внутри одной группы компаний, требование заявителя к ООО «ЦТК» подлежит удовлетворению в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, то есть после удовлетворения требований всех кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов должника и требований, установленных «за реестром» в порядке, предусмотренном пунктом 4 статьи 142 Закона о банкротстве.

Относительно наличия у ООО «СЖБК» статуса залогового кредитора, суд отмечает, что в рассматриваемом случае кредитор вправе рассчитывать на погашение долгов из стоимости заложенного имущества преимущественно только перед кредиторами одной с ним очереди удовлетворения (т. е. в очередности, предшествующей распределению ликвидационной квоты), в отношении кредиторов более приоритетных очередностей удовлетворения залоговые преимущества компании не действуют (пункт 6.1 приведенного Обзора судебной практики от 29.01.2020).

Поскольку требование ООО «СЖБК» не может конкурировать с требованиями независимых кредиторов, Компания вправе рассчитывать на погашение долгов из стоимости заложенного имущества преимущественно только перед кредиторами одной с ней очереди удовлетворения, в отношении кредиторов более приоритетных очередностей удовлетворения залоговые преимущества компании не действуют.

Указанный правовой подход соответствует сложившейся судебной практике (постановление Арбитражного суда Уральского округа от 24.09.2020 № Ф09-4444/20 по делу № А60-22505/2019, постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2020 № 07АП-8879/15(110) по делу № А45-11471/2014, постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 07.09.2020 № 01АП-5599/2019 по делу № А43-10252/2019).

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170, 223, 309, 311, 317 АПК РФ, статьей 32 Закона о банкротстве, арбитражный суд Краснодарского края 

 

Р Е Ш И Л:

заявление о пересмотре судебного акта удовлетворить. 

Отменить определение Арбитражного суда Краснодарского края от 03.07.2020 по делу № А32-37617/2013.

Принять новый судебный акт.

Заявление ООО «СЖБК» о процессуальном правопреемстве удовлетворить. 

Заменить в реестре требований кредиторов ООО «Цементная транспортная компания» кредитора ПАО «Сбербанк России» на его правопреемника ООО «СЖБК» в размере 7 280 387,34 рублей.

Удовлетворить требование ООО «СЖБК» после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

ООО «СЖБК» вправе рассчитывать на погашение долгов в размере 6 979 707,35 рублей из стоимости заложенного имущества должника, преимущественно перед кредиторами одной с ним очереди удовлетворения, в отношении кредиторов приоритетных очередей, залоговые преимущества ООО «СЖБК» не действуют.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Краснодарского края.

 

Судья                                                                                                           С.В. Бочкарев