Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-18319/2019

г. Владивосток

09 декабря 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 02 декабря 2019 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 09 декабря 2019 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Н.Н. Анисимовой,

судей А.В. Гончаровой, О.Ю. Еремеевой,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Д.А. Колотенко,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро»,

апелляционное производство № 05АП-8155/2019 

на решение от 16.10.2019 

судьи Е.И. Андросовой 

по делу № А51-18319/2019 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению Управления Федеральной службы судебных приставов по Приморскому краю (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в лице отдела ведения государственного реестра и контроля за деятельностью юридических лиц, осуществляющих функции по возврату просроченной задолженности,

к непубличному акционерному обществу «Первое коллекторское бюро» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)

о привлечении к административной ответственности по части 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях на основании протокола об административном правонарушении №9/19/25000-АП от 16.08.2019,

при участии: 

от Управления Федеральной службы судебных приставов по Приморскому краю: ФИО1 по доверенности от 27.11.2019 сроком действия на год; 

от НАО «Первое коллекторское бюро»: не явились, извещены;

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы судебных приставов по Приморскому краю в лице отдела ведения государственного реестра и контроля за деятельностью юридических лиц, осуществляющих функции по возврату просроченной задолженности (далее – заявитель, управление, административный орган, УФССП) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении непубличного акционерного общества «Первое коллекторское бюро» (далее – общество, коллекторское бюро, НАО «ПКБ») к административной ответственности, предусмотренной частью 2 статьи 14.57 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ, Кодекс).

Решением Арбитражного суда Приморского края от 16.10.2019 заявленные требования удовлетворены, и общество привлечено к административной ответственности с назначением административного наказания в виде штрафа в размере 70000 руб.

Не согласившись с вынесенным судебным актом, НАО «ПКБ» обратилось с апелляционной жалобой в Пятый арбитражный апелляционный суд, в которой просит отменить обжалуемое решение и принять по делу новый судебный акт. Полагает, что судом первой инстанции необоснованно были оставлены без внимания доводы общества о том, что в момент уступки право требования у ООО «Финансовая защита» не существовало, поскольку решением арбитражного суда от 27.03.2017 ФИО2 был признан банкротом. Ссылаясь на положения статей 389.1, 390 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), отмечает, что передача недействительного требования является нарушением цедентом своих обязательств перед цессионарием, вытекающим из соглашения об уступке права (требования). В этой связи полагает, что НАО «ПКБ» не должно нести ответственность за неправомерные действия ООО «Финансовая защита». Кроме того, полагает, что действующее правовое регулирование не содержит указаний кредитору или лицу, действующему от его имени и (или) в его интересах, проверять информацию о признании должника (банкротом). Также заявитель жалобы приводит довод о смешении судом понятий «звонки» и «взаимодействие», поскольку по условиям действующего законодательства такие способы взаимодействия, как встречи и телефонные переговоры, отнесены к «непосредственному взаимодействию», которое предполагает установление вербального контакта. При этом «телефонные переговоры» и «телефонные соединения» не являются тождественными понятиями. В этой связи общество настаивает, что на даты совершения вменяемого правонарушения в адрес должника направлялись лишь записанные голосовые сообщения (IVR сообщения), то есть непосредственного взаимодействия не производилось. Данные телефонные соединения поступали с call-центра и не являются телефонными переговорами, поскольку их рассылка носит массовый, автоматизированный характер. 

Представитель управления в судебном заседании с доводами апелляционной жалобы не согласился, обжалуемое решение считает законным и обоснованным, принятым с правильным применением норм материального права, не подлежащим отмене.

Общество, надлежащим образом извещенное о времени и месте судебного разбирательства, в судебное заседание не явилось, заявлений, ходатайств не представило, в связи с чем судебная коллегия на основании статей 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) рассмотрела апелляционную жалобу без его участия по имеющимся в материалах дела документам.

Из материалов дела судебной коллегией установлено следующее.

13.03.2019 в адрес управления поступило обращение (жалоба) ФИО2 о нарушении обществом требований Федерального закона от 03.07.2016 №230-ФЗ «О защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности и о внесении изменений в Федеральный закон «О микрофинансовой деятельности и микрофинансовых организациях» (далее – Закон №230-ФЗ) по факту того, что после признания его в 2017 году арбитражным судом банкротом ему с октября 2018 года по настоящее время поступают телефонные звонки от представителей НАО «ПКБ», которые требуют погасить задолженность.

С целью осуществления проверочных мероприятий в отношении сведений, изложенных в обращении указанного физического лица, должностным лицом управления составлена служебная записка от 06.05.2019 №22/1750вн, а 08.05.2019 издан приказ №192 о проведении внеплановой документарной проверки НАО «ПКБ». Результаты проверки оформлены актом №3 от 10.06.2019.

В ходе контрольных мероприятий административным органом установлено, что определением Арбитражного суда Приморского края от 11.08.2016 по делу №А51-6747/2016 заявление ФИО2 о признании его несостоятельным (банкротом) признано обоснованным, и в отношении него введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 27.08.2016 №157.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 27.03.2017 по делу №А51-6747/2016 указанное физическое лицо признано несостоятельным (банкротом), и в отношении него введена процедура реализации имущества должника сроком на шесть месяцев. 

13.04.2017информация о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 размещена в Едином федеральном реестре сведений о банкротстве. Кроме того, соответствующие сведения опубликованы на сайте (14.04.2017) и в печатной версии газеты «Коммерсантъ» от 15.04.2017 №135.

При этом 23.03.2018 НАО «ПКБ» на основании договора уступки права требования (цессии) приобрело право требования задолженности ФИО2 по кредитному договору, заключенному между ООО «Платиза.ру» и указанным должником, и приступило к осуществлению работы по взысканию задолженности.

В рамках данного взаимодействия 26.05.2018 и 12.12.2018 посредством электронной почты ФИО2 направил в НАО «ПКБ» на адрес электронной почты «ecc@colltctor.ru» копию решения Арбитражного суда Приморского края о признании его несостоятельным (банкротом).

17.10.2018 и 20.12.2018 в ходе состоявшихся по инициативе указанного физического лица телефонных переговоров последнее сообщило представителям общества (по телефонным номерам 89384669783 и 89384380305) о признании его несостоятельным (банкротом).

Между тем в нарушение требований Закона №230-ФЗ при наличии решения суда о признании должника несостоятельным (банкротом) юридическое лицо общество по своей инициативе осуществляло с ФИО2 направленное на возврат просроченной задолженности непосредственное взаимодействие (телефонные переговоры), а именно:

- 17.10.2018 в 12-33 час. в лице представителя, в пользовании которого находился телефон с абонентским номером 

<

***>;

- 10.01.2019 в 09-52 час. в лице представителя, в пользовании которого находился телефон с абонентским номером 

<

***>;

- 16.04.2019 в 12-50 час. в лице представителя, в пользовании которого находился телефон с абонентским номером 

<

***>.

Согласно письменным пояснениям общества от 23.05.2019 исх.№15067 в период 2018 года с гражданином ФИО2 взаимодействие посредством телефонных переговоров со стороны бюро не было, направлялись звонки автоинформатора, информацией относительно признания ФИО2 банкротом общество не обладало.

Из объяснений ФИО2 от 04.06.2019 следует, что со стороны коллекторского бюро осуществлялись неоднократные звонки и направлялись голосовые сообщения, что подтверждается детализацией звонков. Одновременно указанным физическим лицом была представлена аудиозапись телефонного разговора, состоявшегося 16.04.2019 и поступившего с номера +7(938)438-26-15, в ходе которого специалист НАО «ПКБ» ФИО3 предложила погасить имеющуюся задолженность. 

По результатам проведенной проверки была составлена докладная записка от 08.07.2019 №22/2625вн, в которой указано на наличие в действиях НАО «ПКБ» признаков административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.57 КоАП РФ.

16.08.2019 по факту выявленных нарушений в отношении общества составлен протокол об административном правонарушении №9/19/25000-АП, в котором действия последнего квалифицированы по части 2 статьи 14.57 КоАП РФ. 

Данный протокол вместе с заявлением и материалами административного дела на основании части 3 статьи 23.1 КоАП РФ был направлен в арбитражный суд для решения вопроса о привлечении общества к административной ответственности.

Суд первой инстанции пришел к выводу о доказанности административным органом наличия в действиях общества состава правонарушения, ответственность за которое предусмотрена частью 2 статьи 14.57 КоАП РФ, а также отсутствия процессуальных нарушений при производстве по делу об административном правонарушении со стороны административного органа.

Исследовав материалы дела, проверив в порядке, предусмотренном статьями 268, 270 АПК РФ, правильность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе, отзыве на нее, суд апелляционной инстанции считает, что решение арбитражного суда первой не подлежит отмене в силу следующего.

В соответствии с частью 6 статьи 205 АПК РФ при рассмотрении дела о привлечении к административной ответственности арбитражный суд в судебном заседании устанавливает, имелось ли событие административного правонарушения и имелся ли факт его совершения лицом, в отношении которого составлен протокол об административном правонарушении, имелись ли основания для составления протокола об административном правонарушении и полномочия административного органа, составившего протокол, предусмотрена ли законом административная ответственность за совершение данного правонарушения и имеются ли основания для привлечения к административной ответственности лица, в отношении которого составлен протокол, а также определяет меры административной ответственности.

По правилам части 1 статьи 14.57 КоАП РФ совершение кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах (за исключением кредитных организаций), действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности, за исключением случаев, предусмотренных частью 2 этой же статьи, влечет административную ответственность в виде наложения административного штрафа.

В свою очередь частью 2 названной статьи предусмотрена административная ответственность за нарушение, обозначенное частью 1 этой же статьи, совершенное юридическим лицом, включенным в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности.

Объективной стороной вышеуказанного правонарушения является совершение юридическим лицом, включенным в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, действий, направленных на возврат просроченной задолженности и нарушающих законодательство Российской Федерации о защите прав и законных интересов физических лиц при осуществлении деятельности по возврату просроченной задолженности.

Субъектом правонарушения, установленного частью 2 статьи 14.57 КоАП РФ, может быть исключительно юридическое лицо, включенное в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности.

Учитывая, что НАО «ПКБ» включено в государственный реестр юридических лиц, осуществляющих деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, суд первой инстанции пришел к верному выводу о возможности его привлечения к административной ответственности, установленной частью 2 статьи 14.57 КоАП РФ.

Как установлено частью 1 статьи 1 Закона №230-ФЗ, настоящий Федеральный закон в целях защиты прав и законных интересов физических лиц устанавливает правовые основы деятельности по возврату просроченной задолженности физических лиц (совершения действий, направленных на возврат просроченной задолженности физических лиц), возникшей из денежных обязательств.

Согласно пункту 2 части 1 статьи 5 названного Закона взаимодействие с должником, направленное на возврат просроченной задолженности, способами, предусмотренными пунктами 1 и 2 части 1 статьи 4 настоящего Федерального закона, вправе осуществлять лицо, действующее от имени и (или) в интересах кредитора, только в том случае, если оно является кредитной организацией или лицом, осуществляющим деятельность по возврату просроченной задолженности в качестве основного вида деятельности, включенным в государственный реестр.

В соответствии с частью 1 статьи 4 Закона №230-ФЗ при совершении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, кредитор или лицо, действующее от его имени и (или) в его интересах, вправе взаимодействовать с должником, используя:

1) личные встречи, телефонные переговоры (непосредственное взаимодействие);

2) телеграфные сообщения, текстовые, голосовые и иные сообщения, передаваемые по сетям электросвязи, в том числе подвижной радиотелефонной связи;

3) почтовые отправления по месту жительства или месту пребывания должника.

Иные, за исключением указанных в части 1 настоящей статьи, способы взаимодействия с должником кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, могут быть предусмотрены письменным соглашением между должником и кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах (часть 2 статьи 4 Закона №230-ФЗ).

На основании пункта 1 части 1 статьи 7 данного Закона по инициативе кредитора или лица, действующего от его имени и (или) в его интересах, не допускается направленное на возврат просроченной задолженности непосредственное взаимодействие с должником путем личных встреч и телефонных переговоров со дня признания обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введения реструктуризации его долгов или признания должника банкротом.

В силу части 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина.

Из материалов дела усматривается, что общество, будучи уведомленным о признании должника несостоятельным (банкротом), в нарушение требований части 1 статьи 7, части 1 статьи 4 Закона №230-ФЗ осуществляло непосредственное взаимодействие с должником в целях возврата задолженности: 17.10.2018, 10.01.2019, 16.04.2019.

Факт несоблюдения вышеназванных требований при осуществлении действий, направленных на возврат просроченной задолженности, подтвержден поступившим в адрес управления обращением гражданина, объяснениями должника с приложением детализации телефонных звонков и аудиозаписью телефонного разговора, материалами внеплановой проверки, протоколом об административном правонарушении и иными материалами административного дела.

При этом осведомление общества о признании должника несостоятельным (банкротом) подтверждено детализацией телефонных переговоров, из которой следует, что сотрудникам НАО «ПКБ» сообщалось о данном факте 17.10.2018. Кроме того, 26.05.2018 и 12.12.2018 посредством электронной почты в адрес коллекторского бюро была направлена копия решения Арбитражного суда Приморского края о признании гражданина несостоятельным (банкротом).

Помимо изложенного, как верно отмечено судом первой инстанции, информация о признании гражданина несостоятельным (банкротом) является общедоступной и возможность её получения обусловлена соответствующими средствами массовой информации и электронными реестрами. 

Принимая во внимание изложенное, следует признать обоснованным вывод управления о наличии в действиях коллекторского бюро события вменяемого административного правонарушения по части 2 статьи 14.57 КоАП РФ.

Довод апелляционной жалобы об отсутствии в действиях общества события вменяемого административного правонарушения вследствие того, что общество не осуществляло взаимодействие с должником способами, указанными в части 1 статьи 4 Закона №230-ФЗ, поскольку в адрес последнего направлялись лишь записанные голосовые сообщения (IVR сообщения), поступающие с call-центра и не являющиеся телефонными переговорами, судом апелляционной инстанции не принимается.

Действительно, по смыслу части 1 статьи 7 Закона №230-ФЗ запрет на возврат просроченной задолженности со дня признания обоснованным заявления о признании гражданина банкротом и введения реструктуризации его долгов или признания должника банкротом распространяется только на способы, предусмотренные пунктом 1 части 1 статьи 4 данного Закона, к которым направление голосовых сообщений посредством компьютерной программы не относится.

Между тем в силу буквального указания части 2 статьи 4 Закона №230-ФЗ данный способ взаимодействия является иным способом взаимодействия, для использования которого необходимо письменное соглашение, заключенное между должником и кредитором или лицом, действующим от его имени и (или) в его интересах.

В спорной ситуации такого соглашения обществом представлено не было, а, соответственно, у суда апелляционной инстанции отсутствуют основания считать действия коллекторского бюро совершенными в рамках действующего законодательства. 

Соответственно, осуществляя взаимодействие с должником, признанным несостоятельным (банкротом), направленное на возврат просроченной задолженности, заявитель жалобы действовал в обход установленных законом норм и правил (злоупотребляя правом) недобросовестно и неразумно, что противоречит положениям статьи 6 Закона №230-ФЗ.

При этом, как справедливо отмечено административным органом по тексту письменного отзыва на апелляционную жалобу, длительность телефонных соединений, имевших место 17.10.2018, 10.01.2019 и 16.04.2019 не позволяет считать имевшее в указанные даты взаимодействие исключительно с использованием компьютерной программы. 

Более того, материалами дела не подтверждается взаимодействие общества с должником только посредством записанных голосовых сообщений (IVR сообщения), как на том настаивает заявитель жалобы, поскольку 16.04.2019 между указанными лицами имели место именно телефонные переговоры, что согласуется с имеющейся в материалах дела аудиозаписью такого разговора.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции считает, что материалами административного дела доказано событие вменяемого административного правонарушения.

Статьей 1.5 КоАП РФ установлено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина.

При этом лицо признается виновным в совершении административного правонарушения, если будет установлено, что у него имелась возможность для соблюдения правил и норм, за нарушение которых настоящим Кодексом и законами субъекта Российской Федерации предусмотрена административная ответственность, но данным лицом не были приняты все зависящие от него меры по их соблюдению (часть 2 статьи 2.1 КоАП РФ).

Изучив материалы дела, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что общество имело возможность для выполнения возложенных на него обязанностей по соблюдению требований действующего законодательства в области осуществления деятельности по возврату просроченной задолженности, каких-либо объективных препятствий к соблюдению требований законодательства в указанной области судом апелляционной инстанции не установлено. Данные обстоятельства свидетельствуют о наличии вины общества в совершенном правонарушении.

Указание заявителя жалобы на отсутствие в его поведении признаков вины, поскольку оно приобрело право требования на основании договора цессии, и в его обязанности не входит выяснение вопроса о наличии у физического лица статуса несостоятельного (банкрота), в том числе путем проверки данных соответствующих реестров и сайтов, судебной коллегией не принимается как безосновательное.

В данном случае коллегия учитывает, что общество, действуя в качестве специального субъекта, осуществляющего взыскание просроченной задолженности, обязано было соблюдать требования части 1 статьи 7 Закона №230-ФЗ по отношению к любым лицам, в отношении которых им реализуются специальные полномочия в соответствии с названным Федеральным законом.

При этом, как подтверждается материалами дела, коллекторское бюро было поставлено в известность о признании должника несостоятельным (банкротом). Однако, игнорируя указанные сведения, общество продолжало взаимодействовать с лицом, тем самым, нарушая положения части 1 статьи 7 Закона №230-ФЗ, что не может свидетельствовать о наличии каких-либо неустранимых препятствий для надлежащего исполнения законодательства, а равно о должной степени заботливости и осмотрительности данного лица.

То обстоятельство, что спорная задолженность была приобретена НАО «ПКБ» посредством заключения договора уступки требования с ООО «Финансовая защита», также не свидетельствует об отсутствии вины общества во вменяемом административном правонарушении, поскольку на момент заключения данного договора должник уже был признан несостоятельным (банкротом).

Ссылки заявителя жалобы на положения статей 389.1, 390 ГК РФ, регулирующих порядок уступки права требования, не могут быть приняты во внимание, поскольку касаются исключительно договорных отношений цедента (ООО «Финансовая защита») и цессионария (НАО «ПКБ»), тогда как вопрос законности заключенного между ними соглашения, а также доводы о неправомерном поведении цедента не относятся к предмету рассматриваемого спора.

Таким образом, общество, будучи специальным субъектом, осуществляющим предпринимательскую деятельность по взысканию просроченной задолженности, вступая в договорные отношения по уступке права требования, должно было осознавать возможные последствия заключения соответствующего договора цессии и с учетом наличия в свободном доступе информации о должниках предвидеть возможные неблагоприятные последствия в случае установления факта признания должника банкротом. 

В этой связи трудности и противоречия, возникающие между юридическими лицами в рамках заключения договоров уступки права требования, не должны приводить к нарушению требований законодательства и ущемлению прав и законных интересов граждан.

С учетом изложенного доводы общества о необоснованности возложения на него ответственности за неправомерное поведение ООО «Финансовая защита» подлежат отклонению.

Следовательно, материалами дела подтверждается вина общества в совершении вмененного административного правонарушения.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии в действиях коллекторского бюро состава административного правонарушения, предусмотренного частью 2 статьи 14.57 КоАП РФ. Имеющиеся в деле доказательства апелляционный суд находит допустимыми, относимыми, достоверными и достаточными для признания общества виновным в совершении вменяемого административного правонарушения.

Обстоятельств, исключающих производство по административному делу либо свидетельствующих о необходимости прекращения производства по делу об административном правонарушении, в ходе рассмотрения апелляционной жалобы не выявлено.

Срок давности привлечения к административной ответственности, предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ, на момент рассмотрения дела судом первой инстанции не истек.

Оснований для квалификации выявленного правонарушения малозначительным и применения положений статьи 2.9 КоАП РФ судом первой инстанции не установлено, с чем судебная коллегия согласна. При этом с учетом конкретных обстоятельств дела, характера и степени общественной опасности правонарушения арбитражный суд апелляционной инстанции считает, что обстоятельства, свидетельствующие о возможности признания правонарушения малозначительным и применения статьи 2.9 КоАП РФ, в спорной ситуации отсутствуют.

В свою очередь при определении меры наказания суд первой инстанции учел характер и степень тяжести допущенного НАО «ПКБ» правонарушения, отсутствие смягчающих вину обстоятельств, привлечение общества ранее к административной ответственности за аналогичное правонарушение, в связи с чем коллегия считает, что назначенное обществу административное наказание в виде штрафа в размере 70000 руб. отвечает требованиям статей 3.1, 3.5, 4.1 КоАП РФ и согласуется с принципами юридической ответственности.

При таких обстоятельствах и с учетом приведенных правовых норм суд первой инстанции обоснованно удовлетворил заявленные требования и привлек общество к административной ответственности.

Доводы апелляционной жалобы, сводящиеся фактически к повторению утверждений, исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в соответствии с частью 4 статьи 270 АПК РФ в любом случае основаниями для отмены решения арбитражного суда первой инстанции, не установлено.

На основании изложенного решение суда первой инстанции является законным и обоснованным, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы нет.

По правилам части 2 статьи 204 АПК РФ, части 5 статьи 30.2 КоАП РФ заявление о привлечении к административной ответственности и жалоба на решение о привлечении к административной ответственности государственной пошлиной не облагаются.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 16.10.2019 по делу №А51-18319/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

Н.Н. Анисимова

Судьи

А.В. Гончарова

О.Ю. Еремеева