﻿АРБИТРАЖНЫЙ СУД

 ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень	Дело № А45-14032/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 27 мая 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 28 мая 2021 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего			Доронина С.А.,

судей							Глотова Н.Б.,

								Мелихова Н.В. -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы конкурсного управляющего Шведова Игоря Александровича, общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Кайрос» (ИНН 5260335424, ОГРН 1125260010699; далее – торговый дом) на определение от 12.10.2020 Арбитражного суда Новосибирской области (судья Пащенко Е.В.) и постановление от 25.01.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Фролова Н.Н., Зайцева О.О., Иванов О.А.) по делу № А45-14032/2019 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ПК «Белое озеро» (ИНН 5406602100, ОГРН 1165476064742; далее – общество ПК «Белое озеро»), принятые по заявлению Белозёрова Ивана Ивановича о включении требования в размере 4 143 636,87 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве общества ПК «Белое озеро» Белозёров И.И. обратился в арбитражный суд с заявлением о включении требования в размере 4 143 636 руб. в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 21.10.2019, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020, в удовлетворении заявления отказано.

Постановлением Арбитражного суда Западно-Сибирского округа от 26.05.2020 определение суда от 21.10.2019 и постановление апелляционного суда от 21.01.2020 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Новосибирской области от 12.10.2020, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 25.01.2021, требование Белозерова И.И. в размере 4 143 636,87 руб. признано обоснованным, подлежащим удовлетворению после погашения требований кредиторов должника, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского Кодекса Российской Федерации, то есть в очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий указывает на отсутствие в материалах обособленного спора доказательств наличия у Белозерова И.И. финансовой возможности перечислить должнику 4 143 636,87 руб. в связи с чем просит определение суда от 12.10.2020 и постановление апелляционного суда от 25.01.2021 отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение.

Торговый дом настаивает на недоказанности Белозеровым И.И. реальности заёмных правоотношений, полагает, что передачу контролирующим лицом должнику денежных средства нельзя признать состоявшейся в рамках договора займа, так как такие действия в действительности были направлены на формирование искусственной задолженности, в связи с чем просит определение суда от 12.10.2020 и постановление апелляционного суда от 25.01.2021 отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на неё, выслушав объяснения лиц, явившихся в судебное заседание, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, между обществом ПК «Белое озеро» (заёмщик) и Белозёровым И.И. (займодавец) заключён договор займа от 11.03.2016, в соответствии с условиями которого займодавец передаёт заёмщику денежные средства в пределах лимита 9 000 000 руб., а заёмщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа и уплатить процентыв размере 7 % годовых от суммы займа по требованию займодавца (далее – договор займа).

Должник был зарегистрирован 12.02.2016 с уставным капиталом в размере 10 000 руб. Расчётный счёт в кредитной организации был открыт 11.03.2016, в день заключения спорного договора займа, в этот же день заявителем на указанный счёт были внесены денежные средства в размере 2 000 000 руб. с назначением платежа «Приём наличных денежных средств по объявлению на взнос наличными из ДО «Магистральный», которые указываются заявителем в качестве денежных средств, полученных должником по договору займа. Указанные денежные средства в этот же день были перечислены должником в качестве оплаты за приобретение продукции у поставщиков.

В период с 11.03.2016 по 20.08.2018 Белозёров И.И. перечислил должнику денежные средства на общую сумму 15 539 100,43 руб. Назначения платежей носили различный характер, в том числе не связанный с заёмными правоотношениями. Впоследствии назначение платежей было уточнено тремя письмами Белозёрова И.И., в которых контролирующее лицо просил должника считать верным назначение платежей - «Выдача процентного займа по договору займа от 11.03.2016. НДС не облагается».

За период с 04.05.2016 по 29.12.2017 должником в адрес Белозёрова И.И. возвращено 11 949 674,74 руб., что подтверждается выписками по расчётным счетам.

Белозёров И.И. руководителем должника, а также его участником с долей 50 %, владельцем другой 50 % доли является само общество ПК «Белое озеро».

Полагая, что задолженность, не возвращённая в срок, в размере 3 589 425,69 руб. основного долга и процентов за пользование займомв размере 554 211,18 руб. подлежит включению в реестр требований кредиторов должника, Белозёров И.И. обратился в суд с настоящим заявлением.

При новом рассмотрении суды первой и апелляционной инстанций исходили из того, что модель финансирования, выбранная контролирующим лицом должника, в действительности являлась перераспределением риска утраты крупного вклада на случай банкротства последнего.

Суд округа считает выводы судов правильными.

С учётом особенностей установления требования кредитора, предусмотренных статьями 71, 100 Закона о банкротстве, суд рассматривает обоснованность указанного требования, давая оценку подтверждающим документам, а также поступившим возражениям других лиц.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее - Постановление № 35) при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

При этом специфика рассмотрения дел о банкротстве предполагает повышенные стандарты доказывания и более активную роль суда в процессе представления и исследования доказательств, в том числе возможность критического отношения к документам, подписанным должником и кредитором, если содержание этих документов не подтверждается иными, не зависящими от названных лиц доказательствами.

Для правильного рассмотрения обособленного спора о признании требования кредитора к должнику обоснованным, судам необходимо установить действительное наличие требования (реальность правоотношений их содержание, правовую природу обязательства) и его точный размер (исходя из конкретных обстоятельств обособленного спора).

Таким образом, при наличии разумных сомнений у сторон дела о банкротстве в правомерности требования кредитора согласно процессуальным правилам доказывания (статьи 65, 68 АПК РФ) заявитель обязан доказать обоснованность заявления допустимыми доказательствами.

В рассматриваемом случае судами установлено, что на дату заключения договора займа его стороны являлись аффилированными лицами.

Вместе с тем, сам по себе факт корпоративной взаимосвязанности должника и кредитора не является основанием для понижения очерёдности удовлетворения требования такого кредитора.

Понижение очерёдности удовлетворения требования аффилированного с должником лица в первую очередь направлено на защиту прав независимых кредиторов, соответственно, носит защитную функцию и преследует цели создания справедливого баланса между корпоративной и гражданской составляющей хозяйственного оборота.

Тем самым, субординация требования осуществляется в условиях возникновения задолженности в связи с совершением заинтересованными лицам противоправных действий с целью получения необоснованных выгод от банкротства связанного с ними предприятия (пункты 1 - 9 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор)), в случае если взаимодействие контролирующих лиц осуществлялось в пределах гражданско-правового оборота либо было очевидно для независимых кредиторов, требование такого заинтересованного лица понижению не подлежит (пункты 10, 11, 13 Обзора).

Поскольку в рассматриваемом случае судами установлено, что модель финансирования должника контролирующим лицом посредством выдачи займа в действительности являлось перераспределением риска утраты крупного вклада на случай банкротства, оснований для отказа в удовлетворении заявления, равно как и включении задолженности в реестр требований кредиторов должника, не имелось. 

С учётом этого суд округа считает, что признание судами требования контролирующего лица о возврате предоставленного ранее займа обоснованным, подлежащим удовлетворению в порядке, предшествующим распределению ликвидационной квоты, является обоснованным, сделанным при правильном применении норм материального права к фактическим обстоятельствам дела.

Денежные средства предоставлялись Белозёровым И.И. обществу ПК «Белое озеро» путём их зачисления на расчётный счёт должника, открытый в банке, в связи с чем оснований сомневаться в реальности их предоставления не имеется. 

В этой связи доводы кассаторов о противоправном, искусственном создании аффилированным лицом по существу фиктивного требования для его последующего включения в реестр требований кредиторов должника подлежат отклонению.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 12.10.2020 Арбитражного суда Новосибирской области и постановление от 25.01.2021 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А45-14032/2019 оставить без изменения, кассационные жалобы конкурсного управляющего Шведова Игоря Александровича, общества с ограниченной ответственностью «Торговый дом Кайрос» - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 АПК РФ.

Председательствующий								С.А. Доронин

Судьи												Н.Б. Глотов

													Н.В. Мелихов