СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

улица Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, http://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

г. Томск

Дело № А27-25987/2020

 

Резолютивная часть постановления суда объявлена 18 апреля 2022 г.

Постановление суда в полном объеме изготовлено 25 апреля 2022 г.

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующегоФИО8 а А.Ю.,

судей:Апциаури Л.Н.,

ФИО1

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Нетесовым И.М. с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2 (07АП-2083/2022(3)), ФИО3 (07АП-2083/2022(1)) на определение от 04.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25987/2020 (судья Дюкорева Т.В.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Юлан» (город Кемерово Кемеровской области), 

принятое по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО4 (дер. Ужесельга Прионежского района Республики Карелия) о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (город Кемерово Кемеровской области),

при участии в судебном заседании:

ФИО2, лично, паспорт;

от ФИО3 – ФИО5 по доверенности от 18.011.2021;

от иных лиц – не явились;

У С Т А Н О В И Л:

в деле о несостоятельности (банкротстве) должника – общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Юлан» в Арбитражный суд Кемеровской области 29.06.2021 поступило заявление конкурсного кредитора - индивидуального предпринимателя ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 по денежным обязательствам должника в размере 4 137 218 руб. 13 коп.

Конкурсный управляющий должником ФИО2 поддержала заявление конкурсного кредитора, полагая необходимым привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве – не передача конкурсному управляющему документов бухгалтерской отчетности, а также статьи 61.12 Закона о банкротстве - неисполнение обязанности по подаче заявления о банкротстве в арбитражный суд.

Определением от 04.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности отказано; с ФИО3 в пользу ООО «Юлан» взысканы убытки в размере 1 133 500 руб.

С судебным актом не согласился ФИО3, обратившийся в Седьмой арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит отменить определение суда в части взыскания убытков, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления.

В обоснование доводов жалобы ФИО3 указывает, что при взыскании убытков судом первой инстанции не установлены вина ответчика во вменяемом деянии, причинно-следственная связь между снятием денежных средств и наступившим вредом, а также с разумной степенью достоверности не установлен размер убытков. судом не учтено, что часть денежных средств были возвращены на счет должника, что подтверждается выписками по расчетным счетам. Также ответчиком приобретался товар для хозяйственных нужд должника. Апеллянт указывает, что возврат денежных средств осуществлялся не для целей компенсационного финансирования.

Также с апелляционной жалобой на определение суда обратился конкурсный управляющий должником, который указал на необоснованность выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности. Размер убытков не покрывает размер требований, предъявленных к ответчику, причиной банкротства послужило поведение ФИО3 по совершению сделок с имуществом должника.

В отзыве на апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 указал на отсутствие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, полагает, что выводы суда в указанной части правомерны.

Принявшие участие в судебном заседании представители апеллянтов поддержали изложенные выше позиции, настаивали на апелляционных жалобах.

Иные лица, участвующие в деле и в процессе о банкротстве, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку лично и своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционных жалоб, заслушав представителей апеллянтов, проверив в порядке статьи 268 АПК РФ законность и обоснованность определения Арбитражного суда Кемеровской области, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для его отмены или изменения.

Принимая оспариваемый судебный акт, суд первой инстанции исходил из следующих фактов и обстоятельств.

Как следует из материалов дела, общедоступным сведениям из ЕГРЮЛ, и не опровергается ФИО3, он являлся руководителем и единственным участником ООО «Юлан».

В отношении доводов о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, суд первой инстанции пришел к следующим выводам.

Как ранее действовавшая редакция статьи 10 Закона о банкротстве, так и подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве предполагает упрощение процесса доказывания обозначенных выше оснований привлечения к субсидиарной ответственности для истцов посредством введения соответствующих опровержимых презумпций, при подтверждении условий которых предполагается наличие вины ответчика в доведении должника до банкротства, и на ответчика перекладывается бремя доказывания отсутствия оснований для удовлетворения иска.

При этом как ранее, так и в настоящее время действовала презумпция, согласно которой отсутствие (непередача руководителем арбитражному управляющему) финансовой и иной документации должника, существенно затрудняющее проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, указывает на вину руководителя.

Смысл этой презумпции состоит в том, что руководитель, уничтожая, искажая или производя иные манипуляции с названной документацией, скрывает данные о хозяйственной деятельности должника. Предполагается, что целью такого сокрытия, скорее всего, является лишение арбитражного управляющего и конкурсных кредиторов возможности установить факты недобросовестного осуществления руководителем или иными контролирующими лицами своих обязанностей по отношению к должнику. К таковым, в частности, могут относиться сведения о заключении заведомо невыгодных сделок, о выводе активов и т.п., что само по себе позволяет применить иную презумпцию субсидиарной ответственности

Кроме того, отсутствие определенного вида документации затрудняет наполнение конкурсной массы, например, посредством взыскания дебиторской задолженности, возврата незаконно отчужденного имущества.

Именно поэтому предполагается, что непередача документации указывает на наличие причинно-следственной связи между действиями руководителя и невозможностью погашения требований кредиторов (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Вместе с тем, вся имеющаяся у ФИО3 документация передана им конкурсному управляющему, что подтверждается также определением суда по настоящему делу от 27 декабря 2021 года об отказе в истребовании доказательств.

В случае недостаточности данных документов, необходимости истребования у контрагентов и иных лиц, конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления (пункт 1 статьи 129 Закона о банкротстве), для решения задач, возложенных на него Законом о банкротстве, имела возможность обратиться с соответствующими запросами, при отказе - просить содействия в получении документации у суда, рассматривающего дело о банкротстве, применительно к правилам части 4 статьи 66 АПК РФ. Однако соответствующие действия управляющим не предприняты.

Кроме этого, судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Как следует из возражений ответчика, причиной ухудшения финансового положения должника послужило совершение сделки, а именно заключение договора поручения с ФИО6 на приобретение автомобиля BMW X5 в 2011 году. Из решения Ленинского районного суда г. Кемерово Кемеровской области от 18 мая 2015 года по делу № 2-479/2015 следует, что ФИО6, получив от ООО «Юлин» векселя, рассчитался с продавцами автомобилей, однако автомобили продал иному юридическому лицу, не вернув ни деньги, ни автомобиль ООО «Юлан». Согласно заявлению, задолженность ФИО6 перед ООО «Юлан» составляет 2 000 000 рублей. Данным решением суд отказал должнику в удовлетворении требований в связи с пропуском срока исковой давности (представлены по системе «Мой арбитр» 23.11.2021 05:55).

Таким образом, следует согласиться с утверждением суда первой инстанции, что действия ответчика не выходили за пределы обычных условий гражданского оборота, осуществлялись в обычной хозяйственной деятельности и не были направлены на нарушение прав и законных интересов кредиторов. Материалами дела подтверждается, что причиной банкротства должника явились не действия (бездействия) контролирующих должника лиц, а экономические факторы, в связи с чем ФИО3 не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по долгам должника.

На основании изложенного, в связи с недоказанностью, суд первой инстанции правомерно указал на отсутствие правовых оснований удовлетворения заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности на основании подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Оценив доводы конкурсного кредитора, управляющего о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности на основании статьи 61.12 Закона о банкротстве, суд указал следующее.

По смыслу пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве, а также пункта 2 статьи 10 (в редакции, действовавшей в период, когда, по мнению управляющего, руководитель обязан был обратиться с заявлением) и разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих лиц к ответственности при банкротстве", при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой, следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

Обращаясь с такими требованиями, конкурсный управляющий отождествил неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору – ООО «Веста Групп». Однако данное обстоятельство само по себе не свидетельствует об объективном банкротстве (критическом моменте, в который должник из-за снижения стоимости чистых активов стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе по уплате обязательных платежей), в связи с чем не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения руководителя в суд с заявлением о банкротстве (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 10.12.2020 по делу № 305-ЭС20-11412).

Судом отмечено, что ФИО2, которая также являлась временным управляющим должника, на протяжении всего периода осуществления своей деятельности анализ финансово-хозяйственной деятельности должника не представляла, равно как и доказательств критического момента в 2011 году.

Согласно материалам дела, в реестр требований кредиторов должника включены требования двух кредиторов: 

- ФНС (задолженность образовалась за период 2018 год, 1,2 квартал 2019 года в размере 19 700 рублей основного долга второй очереди, 84 915 рублей основного долга третьей очереди, 31 878 рублей 17 копеек пени, а также штраф в размере 1 000 рублей за несвоевременное представление сведений о застрахованных лицах за 2019 год), 

- ИП ФИО4 в размере 3 999 724 рубля 96 копеек основного долга – взысканную с должника решением Арбитражного суда Кемеровской области от 30 августа 2019 года по делу № А27-16266/2019 в пользу общества с ограниченной ответственностью «Веста Групп», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>), в отношении которой определением от 22 июля 2020 года произведено процессуальное правопреемство.

Возражая на доводы заявления в этой части, ответчик указал, что задолженность перед ООО «Веста Групп» он числил как с истекшим сроком исковой давности. Денежные средства, полученные от ООО «Веста Групп» по договору займа были потрачены должником на приобретение автомобиля (заключение договора поручения с ФИО6), суд общей юрисдикции отказал в требованиях должника, применив срок исковой давности, при рассмотрении иска ООО «Веста Групп», в связи с введением в отношении него процедуры банкротства, возражения в части применения срока исковой давности судом были отклонены.

Таким образом, исходя из представленных в материалы дела документов, суд верно указал на то, что руководителем должника осознавалась критичность ситуации не ранее вынесения решения суда по делу № А27-16266/2019, то есть 30 августа 2019 года.

Однако доказательств того, что после указанной даты у должника появились обязательства, возникшие после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона, в материалах дела отсутствуют, в связи с чем, суд первой инстанции обоснованно указал на отсутствие оснований для удовлетворения заявления конкурсного кредитора в этой части.

Вместе с тем, как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.

Исходя из материалов дела, суд первой инстанции пришел к выводу, что ФИО3 причинены убытки должнику в виде снятия денежных средств с расчетного счета должника.

Согласно статье 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Согласно представленной в материалы дела уполномоченным органом выписки по движению денежных средств, ФИО3 за период с 13.06.2018 по 20.06.2019 снято наличных денежных средств в сумме 1 165 000 рублей (том 4, л.д. 22, 33-43).

Экономический субъект обязан вести бухгалтерский учет в соответствии с Федеральным законом от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете», если иное не установлено данным Федеральным законом. Бухгалтерский учет ведется непрерывно с даты государственной регистрации до даты прекращения деятельности в результате реорганизации или ликвидации (пункты 1 и 3 статьи 6 Закона о бухгалтерском учете).

В силу части 1 статьи 7 Закона о бухгалтерском учете ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Согласно части 1 статьи 9 Закона о бухгалтерском учете каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным - непосредственно после его окончания (пункт 3 указанной статьи).

Как следует из разъяснений, содержащихся в пункте 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» арбитражным судам следует давать оценку тому, насколько совершение того или иного действия входило или должно было, учитывая обычные условия делового оборота, входить в круг обязанностей директора, в том числе с учетом масштабов деятельности юридического лица, характера соответствующего действия и т.п.

Для определения недобросовестности и неразумности в действиях (бездействии) конкретного лица его поведение нужно сопоставлять с реальными обстоятельствами дела, в том числе с характером лежащих на нем обязанностей и условиями оборота и с вытекающими из них требованиями заботливости и осмотрительности, которые, во всяком случае, должен проявлять любой разумный и добросовестный участник оборота.

Расходование руководителем должника денежных средств юридического лица, должно подтверждаться оправдательными документами, бремя оформления и представления которых лежит на получившем денежные средства руководителе.

При этом расходование денежных средств юридического лица руководителем без оправдательных документов явно не охватывается принципом защиты делового решения, поскольку с очевидностью выходит за пределы стандарта поведения разумного и добросовестного менеджера, описанного в пунктах 2 - 5 Постановления ВАС РФ № 62.

Обосновывая расходования денежных средств, апеллянт ФИО3 ссылается на авансовые отчеты, чеки на приобретение.

Вместе с тем, судом первой инстанции обоснованно указано, что доказательств того, что приобретенный товар (строительные материалы, кофеварка и т.д.) использовался на нужды именно должника, им не представлено, равно как и доказательств их оприходования (списания).

Не представлено доказательств приобретения товара у ИП ФИО7 и его продажи ООО «Эксперт сервис»; конкурсный управляющий, уполномоченный орган пояснили, что невозможно провести идентификацию товара только по расчетному счету.

Ответчик не раскрыл обстоятельства оплаты товара для нужд должника именно таким способом: снятие наличных, оплата физическим лицом через кассу, вместо осуществление оплаты от имени должника в безналичной форме, в связи с чем суд обоснованно указал на обоснованность утверждения конкурсного управляющего, уполномоченного органа о том, что расходы осуществлялись в интересах непосредственно ФИО3 (за исключением выплаты заработной платы иностранному работнику, факт наличия которого участвующими в деле лицами не оспаривался).

При этом не имеет значение внесение ФИО3 денежных средств дополнительно, поскольку при наличии кредиторов (задолженность перед бюджетом имелась с 2018 года) данное внесение носит характер компенсационного финансирования; их возврат, при имеющейся задолженности перед независимыми кредиторами, нарушает очередность удовлетворения требований кредиторов.

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно взыскал с ФИО3 в пользу ООО «Юлан» убытки в размере 1 133 500 рублей (1 165 000 рублей снятых денежных средств наличными – 31 500 рублей заработной платы иностранному работнику).

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Принцип состязательности заключается в том, что обязанность доказывания своих доводов и возражений лежит на каждом из лиц, участвующих в деле (статья 65 АПК РФ).

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 АПК РФ).

Ответчик ФИО3 в подтверждение своих доводов и не соглашаясь с требованиями о взыскании убытков, должен представлять доказательства, опровергающие требования заявителей и подтверждающие его доводы. Однако такие доказательства в материалах дела отсутствуют.

При таких обстоятельствах доводы апелляционной жалобы ФИО3, направленные на переоценку правильно установленных и оцененных судом первой инстанции обстоятельств и доказательств по делу, не свидетельствуют о нарушении судом первой инстанции норм материального и процессуального права.

Вопреки доводам апелляционных жалоб, суд первой инстанции, исследовав имеющие значение для дела обстоятельства, полно, детально, подробно, достоверно описав представленные в материалы дела доказательства, верно оценил в порядке статьи  71 АПК РФ имеющиеся в деле доказательства, правильно применив нормы материального, процессуального права сделал выводы, соответствующие обстоятельствам дела, принял по делу правомерный и обоснованный судебный акт, содержащий правильные выводы.

Иные доводы апелляционных жалоб, сводящиеся фактически к повторению утверждений исследованных и правомерно отклоненных арбитражным судом первой инстанции, не могут служить основанием для отмены или изменения судебного акта, поскольку не могли повлиять на правильное по существу определение суда.

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции не допущено нарушений норм материального и процессуального права, надлежащим образом исследованы фактические обстоятельства дела, имеющиеся в деле доказательства, а следовательно, оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и отмены определения не имеется.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса РФ при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 04.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-25987/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы конкурсного управляющего ФИО2, ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

 

ПредседательствующийА.Ю. ФИО8

СудьиЛ.Н. Апциаури

ФИО1