ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

 

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 18АП-681/2024, 18АП-1281/2024

Дело № А07-10082/2020

07 мая 2024 года

г. Челябинск

 

Резолютивная часть постановления объявлена 22 апреля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 07 мая 2024 года.

 

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Томилиной В.А.,

судей Аникина И.А., Камаева А.Х.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Дюмеевым Э.А., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1 и Управления земельных и имущественных отношении Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.12.2023 по делу № А07-10082/2020.

В судебном заседании с использованием систем веб – конференции приняли участие представители:

муниципального унитарного предприятия «Уфимские инженерные сети» городского округа город Уфа Республики Башкортостан – ФИО2 (паспорт, доверенность от 01.01.2024, срок действия до 31.12.2024, нотариально заверенная копия диплома),

индивидуальный предприниматель ФИО1 (паспорт).

 

Муниципальное унитарное предприятие «Уфимские инженерные сети» городского округа город Уфа Республики Башкортостан (далее – МУП УИС, истец) обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО1 (далее – ИП ФИО1, ответчик) о взыскании неосновательного обогащения в размере 1 469 704 руб. 82 коп.

Определениями Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.05.2020, 25.06.2020 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан, акционерное общество «Банк ДОМ.РФ». 

Определением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 02.08.2023 Управление земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан (далее – Управление, УЗИО, соответчик) привлечено к участию в деле в качестве соответчика.

Истцом неоднократно уточнялся размер исковых требований, согласно редакции от 10.10.2023 (т. 4 л.д. 3) просит взыскать:

- с ИП ФИО1 сумму неосновательное обогащение в размере 2 742 179 руб. 52 коп.,

- с УЗИО неосновательное обогащение в размере 427 183 руб. 94 коп.

На основании ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судом приняты уточнения исковых требований

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.12.2023 исковые требования удовлетворены частично: с ИП ФИО1 в пользу МУП УИС взыскано неосновательное обогащение в размере 1 269 839 руб. 26 коп. за период с 19.06.2017 по 30.09.2022, в возмещение расходов по уплате госпошлины 8 573 руб.; с УЗИО в пользу МУП УИС взыскано неосновательное обогащение в размере 427 183 руб. 94 коп. за период с 19.06.2017 по 30.09.2022. В остальной части в удовлетворении исковых требований отказано.

ИП ФИО1 и Управление (далее – податели жалоб, апеллянты) с вынесенным судебным актом не согласились, обратились в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просили решение суда отменить.

В обоснование доводов апелляционной жалобы Управление указывает, что договорные отношения между Управлением и ИП ФИО1 начались с момента заключения договора аренды №  12693 от 12.01.2005, согласно которому объект казенного недвижимого имущества передается в аренду с 11.01.2005 до заключения основного договора.

В связи с чем, договоры 12693.1 от 07.04.2006, №12693.2 от 22.04.2009, №12693.3 от 12.04.2010, 12693.4 от 12.01.2011, №12693.5 от 08.04.2015 являются не отдельными, а неотъемлемой частью изначального договора № 12693 от 12.01.2005, каждый договор является продолжением предыдущего, продлевающим сроки соглашением.

На момент обращения МУП УИС с исковым заявлением о взыскании неосновательного обогащения, между ответчиками действовал договор аренды №12693.5 от 08.04.2015, заключенный на неопределенный срок. Следовательно, ИП ФИО1 владеет помещением непрерывно с 12.01.2005.

Поскольку договор аренды №12693 от 12.01.2005 заключен до вступления в силу статьи 17.1 Закона о защите конкуренции, доказательства расторжения договора аренды от №12693.5 от 08.04.2015 отсутствуют, по истечении срока его действия ИП ФИО1 не возвратила, продолжила пользоваться нежилым помещением, а также, учитывая, что ни со стороны Управления, ни со стороны ИП ФИО1 не заявлялось отказа от данного договора, следовательно, в силу положений статей 609, 610, 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, он является продленным на неопределенный срок и действует по настоящий момент.

В связи с чем, апеллянта полагает, что признание договора №12693.5 от 08.04.2015 ничтожным - не является правомерным.

Податель апелляционной жалобы также указывает, что в связи с тем, что истец с 19.06.2017 был уведомлен о наличии обременения объекта правами третьих лиц, включая договор аренды № 12693.5 от 08.04.2015 с ИП ФИО1, и истец в соответствии со ст. 385 Гражданского кодекса Российской Федерации не уведомил ответчика о переходе прав к другому лицу, следовательно, ИП ФИО1 арендная плата правомерно оплачивалась не в пользу истца.

Соответственно не могли быть удовлетворены требования о взыскании неосновательного обогащения с Управления, в силу отсутствия документального подтверждения направления ИП ФИО1 уведомления о переходе прав.

Также апеллянт указывает, что поскольку суд не обладает специальными познаниями в области определения рыночной стоимости помещения, суду надлежало рассмотреть вопрос о назначении судебной экспертизы. Однако сторонам не предлагалось рассмотреть вопрос о назначении экспертизы и не разъяснялись правовые последствия несовершения такого процессуального действия.

Суд не дал оценку представленному ответчиком отчету об оценке рыночной стоимости нежилого помещения на предмет его соответствия/несоответствия требованиям ст. ст. 67, 68, 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, возможности применения указанных в нем сведений для расчета неосновательного обогащения, в связи с чем, необоснованно дана прерогатива отчету об оценке №22-265-АП от 19.07.2022.

Доводы апелляционной жалобы ИП ФИО1 относительно того, что договор №12693.5 от 08.04.2015 является продолжением предыдущего и лишь продлевает сроки изначального договора, повторяют доводы апелляционной жалобы Управления. Иных доводов в апелляционной жалобе не заявлено. 

Определениями Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.01.2024, 24.01.2024 апелляционные жалобы приняты к производству и назначены к рассмотрению в судебном заседании 19.02.2024.

До начала судебного заседания МУП УИС представило в арбитражный апелляционный суд отзыв на апелляционную жалобу, в котором указало, что с доводами апелляционной жалобы не согласно, просило решение суда первой инстанции оставить без изменения. 

В соответствии с частями 3 и 4 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, произведена замена в судебном составе судьи Соколовой И.Ю., находящейся в отпуске, судьей Аникиным И.А., после чего рассмотрение дела произведено с самого начала.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы извещены надлежащим образом, в судебное заседание представители Управления и третьих  лиц не явились. 

С учетом мнения сторон и в соответствии со статьями 123, 156, 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие Управления и третьих лиц.

В судебном заседании представитель ответчика, изложенные в апелляционной жалобе доводы, поддержал в полном объеме, представитель истца по доводам апелляционной жалобы возразил, поддержал доводы, изложенные в отзыве на апелляционную жалобу.

В соответствии со статьями 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие представителей лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов дела, между Управлением и МУП УИС заключен контракт о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение от 19.06.2017 № 543-ХВ (т. 1 л.д. 11-13), согласно условиям которого на основании Приказа Управления земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан № 382нф от 09.06.2017 Управление передает, а предприятие принимает в хозяйственное ведение недвижимое имущество (здания, строения, сооружения) согласно приложению № 1, расположенные в подвале, на первом, втором, третьем, четвертом и техническом этажах и на мансарде по адресу Октябрьский район городского округа 

<

...>, Литера А, Литера А1, Литера а, площадь: 4682,6 кв.м, для использования под уставную деятельность.

Характеристики недвижимого имущества приведены в техническом паспорте, экспликации к поэтажному плану объекта № 347003 от 01.09.2011.

Предприятие осуществляет в отношении объекта муниципального недвижимого имущества, указанного в п. 1.1 контракта, права владения, пользования и распоряжения в пределах и на условиях, установленных нормативными актами Российской Федерации, Республики Башкортостан, нормативными правовыми актами городского округа город Уфа Республики Башкортостан и настоящим контрактом. Передача объекта в хозяйственное ведение не влечет передачу права собственности на этот объект (пункт 1.2 контракта).

В соответствии с пунктом 2.2.3 контракта предприятие обязуется использовать объект по назначению в соответствии с пунктом 1.1 контракта.

Пунктом 2.2.4 контракта предусмотрено, что предприятие обязуется не продавать, не передавать безвозмездно другим юридическим и физическим лицам, использовать в виде вклада в уставной капитал хозяйственных обществ, не производить других действий, которые могут повлечь за собой отчуждение объекта нежилого фонда.

Согласно пункту 2.2.5 контракта предприятие обязуется осуществлять предоставление объекта в аренду и в залог только по разрешению Управления.

В силу пункта 5.7 контракта объект обременен правами:

- Управление земельных и имущественных отношений (договор безвозмездного пользования № 28666 от 03.12.20015, срок действия с 03.12.2015 по 02.12.2020),

- ИП ФИО1 (договор аренды № 12693.5 от 08.04.2015, срок действия с 07.04.2015 по 06.04.2018),

- ПАО «Уралсиб» (договор аренды № 29502 от 30.09.2016, срок действия с 08.09.2016 по 02.09.2017).

Ссылаясь на неправомерное пользование помещением, МУП УИС направило в адрес ИП ФИО1 претензию № 5 (исх. № 6227) от 26.12.2019 с требованием в течение 30 дней с момента получения претензии оплатить неосновательное обогащение в размере 1 469 704 руб. 82 коп. (т. 1 л.д. 14).

Оставление указанной претензии без удовлетворения послужило основанием для обращения МУП УИС в арбитражный суд с рассматриваемыми исковыми требованиями.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции, исходя из положений главы 60 Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах вследствие неосновательного обогащения, счел доказанным наличие на стороне ответчиков неосновательного обогащения.

Оценив совокупность имеющихся в деле доказательств, на основании статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

В соответствии со статьей 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

Согласно пункту 2 статьи 1105 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимо: во-первых, чтобы обогащение одного лица (приобретателя (ответчика) произошло за счет другого (потерпевшего (истца), и, во-вторых, чтобы такое обогащение произошло при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. При этом не имеет значения, явилось ли неосновательное обогащение результатом поведения обогатившегося, самого потерпевшего или третьих лиц либо произошло помимо их воли.

В предмет доказывания по данным спорам входят следующие обстоятельства: факт приобретения или сбережения ответчиком имущества, факт приобретения или сбережения имущества именно за счет истца, его размер. Наличие указанных обстоятельств в совокупности должно доказать лицо, обратившееся с соответствующими исковыми требованиями (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Содержанием обязательств вследствие неосновательного обогащения являются право потерпевшего требовать возврата неосновательного обогащения от обогатившегося и обязанность последнего возвратить неосновательно полученное (сбереженное) потерпевшему.

При этом основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

Распределение бремени доказывания в споре о возврате неосновательно полученного должно строиться в соответствии с особенностями оснований заявленного истцом требования.

В рассматриваемом случае на истца возлагается бремя доказывания факта обогащения ответчика, включая количественную характеристику размера обогащения, и факта наступления такого обогащения за счет истца.

Бремя доказывания наличия какого-либо правового основания для получения спорных денежных средств возлагается в данном случае на ответчика, как на лицо, заинтересованное в сохранении данных денежных средств, перечисленных истцом, за собой.

Таким образом, ответчик должен доказать, что денежные средства сохранены им при наличии на то оснований.

В силу пункта 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Свойством преюдиции обладают обстоятельства, составляющие фактическую основу ранее вынесенного по другому делу и вступившего в законную силу решения, когда эти обстоятельства имеют юридическое значение для разрешения спора, возникшего позднее.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 № 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021 по делу № А07-12651/2020 отказано в удовлетворении исковых требований Управления земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан о признании недействительными контрактов о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение № 543-ХВ от 19.06.2017, № 545-ХВ от 16.06.2017, № 547-ХВ от 20.06.2017, о применении последствий недействительности указанных сделок в виде погашения в Едином государственном реестре недвижимости записи о праве хозяйственного ведения МУП УИС в отношении следующих объектов недвижимости: нежилое здание с кадастровым номером 02:55:020605:131, расположенное по адресу: 

<

...>, нежилое здание с кадастровым номером 02:55:030904:1190, расположенное по адресу: 

<

...>, нежилое здание с кадастровым номером 02:55:020612:2765, расположенное по адресу: 

<

...>.

УЗИО указывает, что при заключении контракта о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение от 19.06.2017 № 543-ХВ стороны прямо оговорили, что объект обременен договором аренды. Таким образом, помещение находится в пользовании ИП ФИО1 на основании заключенного договора сроком действия с 07.04.2015 по 06.04.2018, в последующем договор продлен на основании ч. 2 ст. 621 Гражданского кодекса Российской Федерации (т. 1 л.д. 62-63). Аналогичные доводы высказаны ответчиком ИП ФИО1 (т. 2 л.д. 56-57)

Контракт № 543-ХВ от 19.06.2017 был предметом судебного рассмотрения в рамках заявления УЗИО к МУП УИС о признании недействительными контрактов о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение № 543-ХВ от 19.06.2017, № 545-ХВ от 16.06.2017, № 547-ХВ от 20.06.2017.

В силу пункта 1 статьи 11 Федерального закона от 14.11.2002 № 161-ФЗ «О государственных и муниципальных унитарных предприятиях» (далее - Закон № 161-ФЗ) имущество унитарного предприятия формируется за счет: имущества, закрепленного за унитарным предприятием на праве хозяйственного ведения или на праве оперативного управления собственником этого имущества; доходов унитарного предприятия от его деятельности; иных не противоречащих законодательству источников.

Из положений статьи 113 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 2 Закона № 161-ФЗ следует, что собственник на основании соответствующего решения вправе передать муниципальное имущество унитарному предприятию как в хозяйственное ведение, так и на праве временного владения, например, на праве аренды или на праве безвозмездного владения, а также передать имущество на хранение. Однако во всяком случае передача унитарному предприятию муниципального имущества должна быть связана с уставной деятельностью такого предприятия, так как иное бы противоречило интересам самого собственника.

Из материалов дела следует, что МУП УИС было создано 13.04.2012, учредителем предприятия является муниципальное образование городской округ город Уфа Республики Башкортостан в лице Администрации, полномочия собственника имущества осуществляет Управление, основным видом деятельности является распределение пара и горячей воды (тепловой энергии) по тепловым сетям среди потребителей (населения, промышленных предприятий и т.д.); одним из вспомогательных видов деятельности МУП УИС с 15.04.2013 является аренда и управление собственным и арендованным нежилым недвижимым имуществом.

На основании заявлений МУП УИС с просьбой оформить право хозяйственного ведения на ряд объектов муниципального жилого фонда, Управлением были приняты соответствующие приказы о предоставлении объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение и между Управлением и МУП УИС (предприятие) были заключены контракты о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение № 545-ХВ от 16.06.2017, № 543-ХВ от 19.06.2017, № 547-ХВ от 20.06.2017.

Положения статей 617, 700 Гражданского кодекса Российской Федерации не исключают возможности возникновения права хозяйственного ведения на имущество, находящееся в пользовании третьих лиц. По условиям контрактов МУП УИС было предупреждено о наличии указанных обременений.

Из представленных в материалы дела документов следует, что между ИП ФИО1 (арендатор) и УЗИО (арендодатель) в отношении помещения муниципального нежилого фонда (подвал), расположенного по адресу: 

<

...> в целях использования под общественное питание ранее заключались договоры:

- № 12693 от 12.01.2005, срок действия с 11.01.2005 до заключения основного договора (п. 2.1 договора) (т. 3 л.д. 38-47).

Пунктом 2.5 договора прямо предусмотрено, что при прекращении действия договора арендатор не обладает правом на преимущественное заключение с ним договора аренды.

- № 12693.1 от 07.04.2006, срок действия с 26.02.2006 по 26.02.2009 (т. 3 л.д. 48-54),

- № 12693.2 от 22.04.2009, срок действия с 27.02.2009 по 22.02.2010 (т. 3 л.д. 55-61)

- № 12693.3 от 12.04.2010, срок действия с 23.02.2010 по 18.02.2011 (т. 3 л.д. 62-67),

- № 12693.4 от 12.01.2011, срок действия с 19.02.2011 по 19.04.2014 (т. 3 л.д. 68-75).

- № 12693.5 от 08.04.2015, срок действия с 07.04.2015 по 06.04.2018.

Контракт о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение от 19.06.2017 № 543-ХВ содержит указание на наличие договора аренды объекта муниципального нежилого фонда № 12693.5 от 08.04.2015 (т. 1 л.д. 64-67), заключенного между Управления земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан и ИП ФИО1, согласно условиям которого арендодатель на основании Приказа Управления муниципальной собственности Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан № 201нф от 07.04.2015 передает, а арендатор принимает во временное владение и пользование следующее помещение муниципального нежилого фонда подвал 83,4 кв.м: № 15, 22, расположенное по адресу: Октябрьский район городского округа 

<

...> Литера А1, общей площадью 136,6 кв.м, (фактически передаваемая площадь 83,4 кв.м и места общего пользования в размере 53,2 кв.м), для использования под общественное питание.

Характеристики объекта муниципального нежилого фонда приведены в техническом(их) паспорте (выкопировке) № 347003 от 23.04.2009.

Договор вступает в силу с момента его подписания или государственной регистрации (в случае, если срок аренды установлен в один год и более).

Условия договора распространяются на взаимоотношения сторон, возникшие с 07.04.2015, и действуют по 06.04.2018 в соответствии со статьей 425 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 1.2 договора).

Арендодатель обязуется по прекращении действия договора принять объект по передаточному акту в соответствии с договором (пункт 2.1  договора).

Арендатор обязуется по истечении срока действия договора, а также при досрочном прекращении его действия в срок не более четырнадцати дней передать по акту приема-передачи Арендодателю вместе с арендуемым объектом все произведенные в нем перестройки и переделки, а также неотделимые улучшения, не требуя возмещения средств (пункт 2.2.19 договора).

Годовая арендная плата по настоящему договору определяется на основании рыночно обоснованной стоимости арендной платы за пользование объектом муниципального нежилого фонда в соответствии с отчетом № 15-03-13 от 27.03.2015, выполненным ООО «Деловые консультации», ИНН 

<

***> (пункт 3.1 договора).

Помещение передано ИП ФИО1 по акту приема-передачи от 07.04.2015 (т. 1 л.д. 67).

Письмом № 22561 от 09.07.2019 (т. 2 л.д. 59) УЗИО со ссылкой на положения ст. 621 Гражданского кодекса Российской Федерации уведомило ИП ФИО1 о том, что договор № 12693.5 от 08.04.2015 считается действующим.

В соответствии со статьей 606 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору аренды арендодатель обязуется предоставить арендатору имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу пункта 1 статьи 614 Гражданского кодекса Российской Федерации арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды. В случае, когда договором они не определены, считается, что установлены порядок, условия и сроки, обычно применяемые при аренде аналогичного имущества при сравнимых обстоятельствах.

В соответствии с положениями пункта 1 и абзаца первого пункта 2 статьи 610 Гражданского кодекса Российской Федерации договор аренды заключается на срок, определенный договором. Если срок аренды в договоре не определен, договор аренды считается заключенным на неопределенный срок.

Ответчики ссылаются на положения ст. 621 Гражданского кодекса Российской Федерации, которыми предусмотрено, что если иное не предусмотрено законом или договором аренды, арендатор, надлежащим образом исполнявший свои обязанности, по истечении срока договора имеет при прочих равных условиях преимущественное перед другими лицами право на заключение договора аренды на новый срок. Арендатор обязан письменно уведомить арендодателя о желании заключить такой договор в срок, указанный в договоре аренды, а если в договоре такой срок не указан, в разумный срок до окончания действия договора.

Между тем, особенности порядка заключения договоров в отношении государственного и муниципального имущества установлены статьей 17.1 Закона о защите конкуренции, которая введена Федеральным законом от 30.06.2008 № 108-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О концессионных соглашениях» и отдельные законодательные акты Российской Федерации».

В соответствии со статьей 17.1 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее - Закон о защите конкуренции) (в редакции, действовавшей на момент заключения договоров аренды) заключение договоров аренды, договоров безвозмездного пользования, договоров доверительного управления имуществом, иных договоров, предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества, не закрепленного на праве хозяйственного ведения или оперативного управления, может быть осуществлено только по результатам проведения конкурсов или аукционов на право заключения этих договоров, за исключением предоставления указанных прав на такое имущество в силу закона.

Таким образом, с момента вступления в силу статьи 17.1 Закона о защите конкуренции заключение договоров аренды на новый срок без проведения торгов, в том числе заключение дополнительных соглашений, увеличивающих срок действия данных договоров, является нарушением требований, предусмотренных названной нормой Закона № 135-ФЗ.

Частью 9 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции предусмотрено, что по истечении срока договора аренды, указанного в частях 1 и 3 данной статьи, заключение такого договора на новый срок с арендатором, надлежащим образом исполнившим свои обязанности, осуществляется без проведения конкурса, аукциона, если иное не установлено договором и срок действия договора не ограничен законодательством Российской Федерации, при одновременном соблюдении следующих условий: размер арендной платы определяется по результатам оценки рыночной стоимости объекта, проводимой в соответствии с законодательством, регулирующим оценочную деятельность в Российской Федерации, если иное не установлено другим законодательством Российской Федерации; минимальный срок, на который перезаключается договор аренды, должен составлять не менее чем три года. Срок может быть уменьшен только на основании заявления арендатора.

Арендодатель не вправе отказать арендатору в заключении на новый срок договора аренды в порядке и на условиях, которые указаны в части 9 данной статьи, за исключением следующих случаев: принятие в установленном порядке решения, предусматривающего иной порядок распоряжения таким имуществом; наличие у арендатора задолженности по арендной плате за такое имущество, начисленным неустойкам (штрафам, пеням) в размере, превышающем размер арендной платы за более чем один период платежа, установленный договором аренды (часть 10 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции).

Из приведенных положений следует, что части 9 и 10 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции предоставляют преимущество арендатору на заключение договора аренды государственного и муниципального имущества на новый срок перед другими лицами (наряду с иными, указанными в ней условиями) только в том случае, если предшествующий договор аренды был заключен в порядке, предусмотренном частями 1 и 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции, то есть по результатам конкурса или аукциона.

При заключении договора на новый срок, в том числе при продлении срока действия договора путем подписания дополнительного соглашения, у сторон возникают новые правоотношения, которые в соответствии с частью 1 статьи 422 Гражданского кодекса должны соответствовать обязательным для сторон правилам, установленным законом и иными правовыми актами (императивным нормам), действующим на момент их возникновения.

Такими правилами, наряду со статьей 17.1 Закона № 135-ФЗ, являлись положения части 4 статьи 53 Закона о защите конкуренции (в редакции Федерального закона, действовавшего до 01.07.2013), в соответствии с которыми до 01.07.2015 разрешалось заключение на новый срок без проведения конкурсов или аукционов договоров аренды, указанных в частях 1 и 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции и заключенных до 01.07.2008 с субъектами малого или среднего предпринимательства при условии отсутствия на момент заключения такого договора аренды на новый срок оснований для его досрочного расторжения, предусмотренных гражданским законодательством. При этом заключение предусмотренных данной нормой договоров аренды возможно на срок не более чем до 01.07.2015.

Проанализировав вышеуказанные нормы права, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что на всех остальных арендаторов данная преференция не распространялась и заключение на новый срок договоров аренды, ранее заключенных до 01.07.2008 вне процедуры торгов, было возможно только по правилам частей 1 и 3 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции.

В соответствии с Федеральным законом от 02.07.2013 № 144-ФЗ часть 4 статьи 53 Закона № 135-ФЗ утратила силу с 01.07.2013.

В настоящий момент заключение договоров на новый срок (которые были заключены до 1 июля 2015 года), предусматривающих переход прав владения и (или) пользования в отношении государственного или муниципального имущества по правилам, предусмотренным частями 9 - 11 статьи 17.1 Закона о защите конкуренции, допускается только в отношении субъектов малого и среднего предпринимательства, расположенных на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя (часть 4.1 статьи 53 Закона о защите конкуренции).

Таким образом, законодатель установил условия перезаключения на новый срок договоров аренды государственного и муниципального имущества, ограничив возможность заключения названных договоров без проведения публичных процедур, только для определенной категории субъектов предпринимательской деятельности.

Данные выводы соответствуют правовой позиции, изложенной в определении Судебной коллегии Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2017 № 305-КГ17-2739.

Из материалов дела следует, что договоры аренды № 12693 от 12.01.2005, № 12693.1 от 07.04.2006 заключены между УЗИО и ИП ФИО1 без соблюдения публичных процедур до вступления в силу статьи 17.1 Закона о защите конкуренции.

После истечения срока действия договоров аренды, договоры между сторонами перезаключались (условий о пролонгации действия договора на неопределенный срок представленные в материалы дела договоры не содержат).

Из изложенных выше фактических обстоятельств и существа заявленных требований, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что в данном случае заключение договора аренды муниципального имущества с индивидуальным предпринимателем на новый срок было возможно только по результатам торгов, поскольку законодатель установил условия перезаключения на новый срок таких договоров аренды, ограничив возможность их заключения без проведения публичных процедур для определенной категории субъектов предпринимательской деятельности.

Таким образом, вопреки доводам апелляционных жалоб, оснований для неоднократного перезаключения договоров аренды муниципального нежилого фонда (№ 12693.2 от 22.04.2009, № 12693.3 от 12.04.2010, № 12693.4 от 12.01.2011, № 12693.5 от 08.04.2015), минуя конкурентные процедуры, предусмотренные частью 1 статьи 17.1 Закона о конкуренции, действующим законодательством не предусмотрено.

В соответствии с пунктом 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.11.2011 № 73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды» договор аренды в отношении государственного или муниципального имущества, заключенный на новый срок без проведения торгов, является ничтожным (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), равно как и соглашение о продлении такого договора.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции о том, что факт того, что на момент заключения контракта о передаче объектов муниципального недвижимого имущества в хозяйственное ведение от 19.06.2017 № 543-ХВ истцу было известно о наличии обременения в виде договора аренды № 12693.5 от 08.04.2015 сроком действия с 07.04.2015 по 06.04.2018, правового значения не имеет, поскольку таковой договор аренды, заключенный без проведения торгов, является ничтожным.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к верному выводу о том, что использование ИП ФИО1 спорного помещения, расположенного по адресу: Октябрьский район городского округа 

<

...> Литера А1, общей площадью 136,6 кв.м, (фактически передаваемая площадь 83,4 кв.м и места общего пользования в размере 53,2 кв.м), начиная с 19.06.2017 (согласно заявлению истца) не являлось правомерным.

Истцом в обоснование размера неосновательного обогащения представлен отчет об оценке № 270/3-19 (т. 1 л.д. 17-26), выполненный ООО «Центр независимой оценки «Эксперт», согласно которому произведена оценка рыночной стоимости аренды имущества - размер арендной платы за пользование административным зданием, назначение: нежилое здание, общая площадь 4682,6 кв.м, кадастровый номер 02:55:020605:131, адрес: 

<

...>. Оценка произведена по состоянию на 12.11.2019. Итоговая величина рыночной платы объекта оценки округлена и составляет 2 806 800 руб. (арендная плата в месяц за 1 кв.м - 599 руб. 40 коп.).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.01.2018 № 305-ЭС17-13822, если сторона в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а другая сторона с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие ее позицию, то возложение на первую сторону дополнительного бремени опровержения документально неподтвержденной позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В связи с несогласием ответчика с произведенными расчетами истца, ИП ФИО1 представлен отчет об оценке № 22-265-АП, выполненный обществом с ограниченной ответственностью «Аудит-безопасность», на основании которого произведен расчет рыночной стоимости права пользования и владения на условиях аренды нежилыми помещениями подвала, общей площадью 83,4 кв.м, расположенными по адресу: РБ, г. Уфа, Октябрьский район, проспект Октября, д. 56/3. Рыночная стоимость права пользования и владения объектом оценки определена с 19.06.2017 по 30.11.2019.

В результате расчетов итоговая величина рыночной стоимости права пользования и владения на условиях аренды нежилыми помещениями подвала, общей площадью 83,4 кв.м, расположенными по адресу: РБ, г. Уфа, Октябрьский район, проспект Октября, д. 56/3 за период с 19.06.2017 по 30.11.2019 составила:

Право временного владения и пользования на условиях аренды:

- за период 19.06.2017-18.06.2018 - 290 руб./кв.м/мес.

- за период 19.06.2018-18.06.2019 - 300 руб./кв.м/мес.

- за период 19.06.2019-30.11.2019 - 310 руб./кв.м/мес.

Следовательно, судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание возражения ответчика относительно стоимости права временного владения и пользования на условиях аренды для определения размера неосновательного обогащения, поскольку в представленном расчете истца оценка произведена исходя из расчета платы за пользование всем административным зданием, площадью 4682,6 кв.м, тогда как ответчик представил расчет стоимости, исходя из площади и характеристик конкретного спорного помещения.

Осуществив самостоятельный расчет неосновательного обогащения, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что сумма неосновательного обогащения составит 1 609 119 руб. 60 коп., в том числе:

- 290 232 руб. за период с 19.06.2017 по 19.06.2018, 

- 300 240 руб. за период с 19.06.2018 по 18.06.2019, 

- 310 248 руб. за период с 19.06.2019 по 18.06.2020, 

- 310 248 руб. за период с 19.06.2020 по 18.06.2021, 

- 310 248 руб. за период с 19.06.2021 по 18.06.2022, 

- 87 903 руб. 60 коп за период с 19.06.2022 по 30.09.2022.

Из материалов дела следует и не оспаривается сторонами, что ИП ФИО1, полагая законным пользование спорными помещениями в виду сохранения арендных отношений с УЗИО, производила оплату арендных платежей в адрес УЗИО, а УЗИО принимало их, о чем свидетельствуют предоставленные акты сверки, согласно которым ИП ФИО1 производила ежемесячно оплату арендных платежей по договору аренды в адрес УЗИО за период, когда объект недвижимости находился в хозяйственном ведении истца, то есть начиная с 19.06.2017 по 30.09.2022, всего на сумму 427 183,94 руб., в т.ч. за 2017 год в сумме 53 968 руб. 20 коп., за 2018 год - 87 516 руб., за 2019 год - 80 223 руб., за 2020 год - 52 323 руб. 74 коп., за 2021 год - 87 516 руб., за 2022 год (с января по сентябрь включительно) - 65 637 руб.

Подписанным актом сверки УЗИО подтвердило, что получило от ИП ФИО1 арендные платежи за период с 19.06.2017 по 30.09.2022 в сумме 427 183 руб. 94 коп.

С учетом изложенного, апелляционная коллегия находит верным вывод суда первой инстанции о том, что указанные денежные средства подлежат исключению из произведенного судом расчета стоимости неосновательного обогащения.

Таким образом, с учетом, представленных в дело доказательств, суд первой инстанции правомерно установил, что сумма, подлежащая взысканию, составляет 1 269 839 руб. 26 коп.

Истец также указывает, что УЗИО было известно, что объект недвижимости, по которому ИП ФИО1 производила платежи, с 19.06.2017 находится в хозяйственном ведении МУП УИС, соответственно, правовых оснований для получения от ИП ФИО1 суммы арендных платежей не имелось.

В связи с тем, что оплата ИП ФИО1 денежных сумм в адрес УЗИО производилась в связи с безосновательным использованием ею помещений, законным владельцем которых является МУП УИС, у УЗИО возникло неосновательное обогащение на сумму произведенных ИП ФИО1 платежей, получателем которых должен был быть МУП УИС.

Ответчики указывают на наличие заключенного между УЗИО и ИП ФИО1 договора аренды муниципального нежилого фонда, в рамках которого арендатором (ИП ФИО1) своевременно и в полном объеме на счет УЗИО перечислялась арендная плата в общей сумме 427 183 руб. 94 коп., что ответчиками не оспаривается.

Согласно пункту 1 статьи 295 Гражданского кодекса собственник имущества, находящегося в хозяйственном ведении, в соответствии с законом решает вопросы создания предприятия, определения предмета и целей его деятельности, его реорганизации и ликвидации, назначает директора (руководителя) предприятия, осуществляет контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества.

Собственник имеет право на получение части прибыли от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении предприятия. Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 40 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 6, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 8 от 01.07.1996 (ред. от 25.12.2018) «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», перечень прав собственника имущества, находящегося в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия, определяется в соответствии с пунктом 1 статьи 295 Гражданского кодекса и иными законами.

Собственник (управомоченный им орган) не наделен правом изымать, передавать в аренду либо иным образом распоряжаться имуществом, находящимся в хозяйственном ведении государственного (муниципального) предприятия.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 295 Гражданского кодекса собственник имущества, закрепив его за предприятием на праве хозяйственного ведения, сохраняет за собой право на получение части прибыли от использования этого имущества и утрачивает право на получение доходов от его использования в любых других формах, в том числе в виде арендной платы или в виде сумм, сбереженных лицом, которое фактически пользовалось таким имуществом без правовых оснований.

В силу пункта 2 статьи 299 Гражданского кодекса плоды, продукция и доходы от использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении, поступают в хозяйственное ведение предприятия в порядке, установленном Гражданским кодексом, другими законами и иными правовыми актами для приобретения права собственности. Следовательно, право на получение стоимости фактического пользования арендуемым имуществом в спорный период принадлежало предприятию, а не собственнику имущества.

Аналогичная позиция содержится в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.06.2009 № 998/09.

Помимо этого, в соответствии с Федеральным законом от 26.04.2007 № 63-ФЗ «О внесении изменений в Бюджетный кодекс Российской Федерации в части регулирования бюджетного процесса и приведении в соответствии с бюджетным законодательством Российской Федерации отдельных законодательных актов Российской Федерации» (далее - Закон № 63-ФЗ) с 01.01.2008 арендная плата за передачу в возмездное пользование имущества государственных и муниципальных унитарных предприятий исключена из перечня доходов бюджетов от использования имущества, находящегося в государственной и муниципальной собственности.

В пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» разъяснено, что в соответствии с пунктами 1, 2 статьи 299 Гражданского кодекса Российской Федерации право хозяйственного ведения и право оперативного управления возникают на основании акта собственника о закреплении имущества за унитарным предприятием или учреждением, а также в результате приобретения унитарным предприятием или учреждением имущества по договору или иному основанию.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.08.2021 по делу № А07-12651/2020 установлено, что согласно выпискам из ЕГРН право хозяйственного ведения МУП УИС на указанное в контрактах имущество было зарегистрировано в установленном порядке, таким образом, МУП УИС является надлежащим истцом по иску о взыскании неосновательного обогащения.

В силу Положения об Управлении земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан утвержденного решением Совета городского округа город Уфа Республики Башкортостан от 25.03.2020 № 54/7, Управление земельных и имущественных отношений Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан является функциональным органом местного самоуправления, уполномоченным на осуществление деятельности Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан по осуществлению прав владения, пользования и распоряжения имуществом, земельными участками, находящимися в муниципальной собственности городского округа город Уфа Республики Башкортостан, а также земельными участками, государственная собственность на которые не разграничена, в пределах полномочий, определенных настоящим Положением.

Из изложенных выше фактических обстоятельств и существа заявленных требований, апелляционная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что требования МУП УИС к УЗИО о взыскании суммы неосновательного обогащения, а именно денежных средств, полученных в качестве арендной платы, обоснованы и подлежат удовлетворению.

Доводы УЗИО о том, что истец с 19.06.2017 был уведомлен о наличии обременения объекта правами третьих лиц и не уведомил ответчика о переходе прав к другому лицу, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку 05.11.2019 МУП УИС вручило под роспись ИП ФИО1 уведомление об освобождении помещений за исх.№5346, занимаемых в административном здании, расположенным по адресу: 

<

...>.

В первом абзаце указанного уведомления МУП УИС сообщило ИП ФИО1 о том, что владеет на праве хозяйственного ведения административным зданием, расположенным по адресу: 

<

...>, кадастровый номер 02:55:020605:131. В уведомлении указана дата 19.06.2017, с которой ИП ФИО1 пользуется помещениями МУП УИС без оформления соответствующего права с законным владельцем.

Форма уведомления, предусмотренного ст.ст. 382, 385 Гражданского кодекса Российской Федерации, законодательно не регламентирована, носит произвольный характер.

Таким образом, ИП ФИО1 была уведомлена о нахождении здания, расположенного по адресу: 

<

...>, Литера А, Литера А1, Литера А, в хозяйственном ведении МУП УИС с 19.06.2017.

Довод апелляционной жалобы УИЗО о том, что судом первой инстанции должна была быть назначена судебная экспертиза с целью определения стоимости арендной платы, отклоняется апелляционной коллегией, поскольку суд первой инстанции, оценив представленные сторонами в ходе рассмотрения дела отчеты об оценке, пришел к выводу о возможности принятия в качестве обоснования размера неосновательного обогащения отчет об оценке, представленный ответчиком ИП ФИО1

УЗИО возражения относительно представленных истцом и вторым ответчиком отчетов об оценке в процессе рассмотрения дела в суде первой инстанции, не заявлялись. Возможность ознакомления с содержанием отчетов об оценке и выражение своего мнения об их правомерности у УЗИО имелась с 10.10.2022.

В ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции сторонами о назначении по делу судебной экспертизы в целях определения рыночной стоимости аренды спорного помещения не заявлялось.

Равно как не заявлено соответствующего ходатайства в суде апелляционной инстанции.

Таким образом, довод УЗИО о том, что спор между сторонами по вопросу определения стоимости арендной платы подлежал разрешению с учетом заключения судебной оценочной экспертизы на основании ч. 1 ст. 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не обоснован.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, поскольку они сделаны на основе всестороннего, полного и объективного исследования представленных в дело доказательств, соответствуют обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

Доводы апелляционных жалоб по существу решения выражают несогласие с судебным актом, но не содержат достаточных фактов, которые влияли бы на его законность и обоснованность.

При указанных обстоятельствах решение суда первой инстанции не подлежит отмене, а апелляционные жалобы - удовлетворению.

Нарушений норм процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта в любом случае на основании части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судом апелляционной инстанции также не установлено.

Судебные расходы, связанные с оплатой государственной пошлины за рассмотрение дела в суде апелляционной инстанции, распределяются между лицами, участвующими в деле, в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и в связи с оставлением апелляционных жалоб без удовлетворения относятся на подателей.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции 

 

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 14.12.2023 по делу № А07-10082/2020 оставить без изменения, апелляционные жалобы индивидуального предпринимателя ФИО1 и Управления земельных и имущественных отношении Администрации городского округа город Уфа Республики Башкортостан – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий судья

В.А. Томилина

 

Судьи:

И.А. Аникин 

 

А.Х. Камаев