ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-9562/2021

город Ростов-на-Дону

16 августа 2024 года

15АП-9039/2024  

Резолютивная часть постановления объявлена 08 августа 2024 года. 

Полный текст постановления изготовлен 16 августа 2024 года.  Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Деминой Я.А., судей Долговой М.Ю., Шимбаревой Н.В., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем Лебедевым И.В., при  участии посредством проведения онлайн-заседания в режиме веб-конференции:  

от ФИО1: представителя ФИО2 по доверенности  от 24.10.2023;  

от ФИО3: представителя Лень М.С. по доверенности  от 23.08.2022,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от  24.04.2024 по делу № А32-9562/2021 по заявлению ФИО3 о включении требований в реестр требований кредиторов должника  в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью "Алюминий-Альянс" (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>);  

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной  ответственностью "Алюминий-Альянс" (далее – должник) в Арбитражный суд  Краснодарского края обратился ФИО3 с заявлением о  включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере 12 047 850,00  рублей.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 24.04.2024 по  делу № А32-9562/2021 требования ФИО3 включены в  третью очередь реестра требований кредиторов ООО "Алюминий-Альянс" в  размере 12 047 850,00 рублей задолженности.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный кредитор  ФИО1 в порядке главы 34 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации обжаловал определение от 24.04.2024, просил его  отменить, принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что вывод суда о том, что  ФИО3 не пропущен срок исковой давности на подачу заявления, является  ошибочным. ФИО3 не представил суду надлежащие и допустимые  доказательства, подтверждающие реальное исполнение обязательств по договору  инвестирования от 27.12.2016. Заявителем не подтверждена финансовая  возможность произвести внесение денежных средств в размере 12 057 850,00  рублей для инвестирования в строительство. Действия сторон обладали признаками  взаимосвязанных, преследующих единую противоправную цель - вывод денежных  средств с целью недопущения обращения взыскания на денежные средства во  исполнение обязательств перед кредиторами.  

Представитель ФИО1 поддержал доводы, изложенные  в апелляционной жалобе, просил определение суда отменить.  

Представитель ФИО3 просил определение суда  оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о  времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное  заседание не обеспечили.  

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным  рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц,  участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав  представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной  инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит  удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда  Краснодарского края от 17.01.2022 по делу № А32-9562/2021 заявление общества с  ограниченной ответственностью "СтройПоставка" признано обоснованным, в  отношении общества с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс"  (ИНН: 

<

***>; ОГРН 

<

***>) введена процедура банкротства -  наблюдение. Временным управляющим общества с ограниченной  ответственностью "Алюминий-Альянс" утверждена кандидатура ФИО4.  

Решением Арбитражного суда Краснодарского края от 26.07.2022,  оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 07.10.2022 отклонено ходатайство о прекращении  производства по делу. ООО "Алюминий-Альянс" признано несостоятельным  (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.  Конкурсным управляющим ООО "Алюминий-Альянс" утверждена кандидатура  ФИО5.  

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в  газете "Коммерсантъ" № 147 (7348) от 13.08.2022.  

Постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 02.03.2023  решение Арбитражного суда Краснодарского края от 26.07.2022 и постановление  Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 07.10.2022 по делу N А329562/2021 в части утверждения конкурсного управляющего отменены, вопрос об  утверждении конкурсного управляющего направлен на новое рассмотрение в  Арбитражный суд Краснодарского края.  

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 05.04.2023  конкурсным управляющим ООО "Алюминий-Альянс" утверждена кандидатура  ФИО6 из числа членов Ассоциации СРО "ЦААУ".  

08 сентября 2022 года ФИО3 обратился в суд с  заявлением о включении в реестр требований кредиторов задолженности в размере  12 047 850,00 рублей.  

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О  несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи  223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Требования кредиторов рассматриваются арбитражным судом по правилам  статей 71 или 100 Закона о банкротстве в зависимости от процедуры, введенной в  отношении должника.  

Пунктом 1 статьи 142 Закона о банкротстве предусмотрено, что  установление размера требований кредиторов осуществляется в порядке,  предусмотренном статьей 100 Закона.  

Согласно пункту 1 статьи 100 Закона о банкротстве кредиторы вправе  предъявить свои требования к должнику в любой момент в ходе внешнего  управления. Указанные требования направляются в арбитражный суд и внешнему  управляющему с приложением судебного акта или иных подтверждающих  обоснованность указанных требований документов. Указанные требования  включаются внешним управляющим или реестродержателем в реестр требований  кредиторов на основании определения арбитражного суда о включении указанных  требований в реестр требований кредиторов.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 26 постановления Пленума  Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О  некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о  банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка  обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом  независимо от наличия разногласий относительно этих требований между  должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с  одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны.  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам  следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства  наличия и размера задолженности.  

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве  не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые  ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными  другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими  обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих  представленные возражения относительно существа заявленных требований; также  при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или  арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои  требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской  

Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости  доказывания таких обстоятельств.  

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов  лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о  включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально-правовых интересов заявителя.  

Установление судом, рассматривающим дело о банкротстве, фактов  злоупотребления правом, недобросовестного поведения сторон при совершении  сделки, положенной в основу требования о включении в реестр требований  кредиторов должника, является основанием для отказа во включении такого  требования в реестр. Указанные обстоятельства входят в предмет доказывания при  рассмотрении обособленного спора о включении требования кредитора в реестр  требований кредиторов должника.  

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской  Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 N 14-П и от 19.12.2005  N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в  ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого  круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его  учредителей и т.д.). С учетом специфики дел о банкротстве при установлении  требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны  только требования, в отношении которых представлены достаточные  доказательства наличия и размера задолженности.  

Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение  включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение  приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих  обоснованные требования.  

В процессе проверки обоснованности требования кредитора необходимо  учитывать, что реальной целью заявления требования может быть, например,  искусственное создание задолженности для последующего необоснованного  включения в реестр требований кредиторов и участия в распределении имущества  должника. В таком случае сокрытие действительного смысла сделок находится в  интересах обеих ее сторон. Совершая сделки лишь для вида, стороны правильно  оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не  стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается  судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность  намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки  совокупности согласующихся между собой доказательств.  

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит  учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие  о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор,  анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора,  отражалось ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности,  установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение  Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060).  

Учитывая, что должник находится в банкротстве, суду необходимо  руководствоваться повышенным стандартом доказывания, то есть провести более  тщательную проверку обоснованности требований по сравнению с обычным  общеисковым гражданским процессом. В таком случае основанием к  удовлетворению заявления о включении требования в реестр является  

представление заявителем доказательств, ясно и убедительно подтверждающих  наличие и размер задолженности перед ним и опровергающих возражения лиц,  заявивших возражение против требования (определения Верховного Суда  Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413, от 07.06.2018 N 305-ЭС16- 20992 (3)).  

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать  обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и  возражений.  

В обоснование заявленных требований, заявитель указал, что 27.12.2014  между обществом с ограниченной ответственностью "Алюминий-Альянс"  (заказчик) в лице директора ФИО7 и гражданином ФИО3 (инвестор) заключен договор инвестирования в  строительство торгово-офисного центра № 27-12/14.  

Согласно пункту 1.1 договора инвестор обязуется осуществлять  инвестирование денежных средств в строительство объекта недвижимости -  нежилого здания в размере и сроки, которые предусмотрены договором, а заказчик  обязуется в предусмотренный договором срок организовать строительство объекта  недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию объекта  недвижимости передать инвесторам нежилые помещения и парковочные места в  объекте недвижимости, указанные в 1.4. договора.  

Сроком ввода объекта недвижимости в эксплуатацию в соответствии с  графиком производства работ с учетом норм продолжительности строительства  согласно СНиП является 2 кв. 2016 года, т.е. не позднее 2016 года.  

В соответствии с пунктом 1.4 договора после получения разрешения на ввод  объекта недвижимости в эксплуатацию заказчик передает инвестору по акту  приема-передачи нежилое(ые) помещение(я) в объекте недвижимости площадью  256,55 м2, этаж 4, в осях 5-7 и А-В и 5 этаж в осях 4-6 и Л-Ж.  

Пунктом 4.1 договора установлено, что цена договора, подлежащая уплате  инвестором, составляет 12 047 850,00 рублей, из расчета 47 000 рублей за один  квадратный номер общей площади нежилых помещений объекта недвижимости.  

Инвестор оплачивает заказчику аванс в размере 7 000 000,00 рублей после  подписания договора.  

Окончательный расчет в размере 5 057 850,00 рублей оплачиваются  инвестором равными суммами по 100 000,00 рублей в месяц до полного погашения  суммы по договору. Инвестор обязан произвести расчет не позднее 27.12.2015, что  подтверждается выписками из банка или приходно-кассовыми ордерами (пункт 4.2  договора).  

В связи с тем, что заказчиком по настоящее время не обеспечено встречное  исполнение договорных условий, заявитель обратился с настоящим заявлением в  суд.  

В пункте 2 договора стороны предусмотрели, что договор заключен в  соответствии с Гражданским Кодексом Российской Федерации и Федеральным  Законом от 25 февраля 1999 г. № 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в  Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений". На  отношения сторон не распространяются нормы Федерального от 30 декабря 2004 г.  Ш 214-ФЗ "Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных  объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные  акты Российской Федерации".  

Согласно абзацу первому статьи 2 Федерального закона от 25.02.1999 N 39- ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в  форме капитальных вложений" (далее - Закон об инвестиционной деятельности)  действие указанного Федерального закона распространяется на отношения,  связанные с инвестиционной деятельностью, осуществляемой в форме  капитальных вложений.  

Положениями статьи 4 Закона об инвестиционной деятельности  установлено, что субъектами инвестиционной деятельности, осуществляемой в  форме капитальных вложений, являются инвесторы, заказчики, подрядчики,  пользователи объектов капитальных вложений и другие лица. Инвесторы  осуществляют капитальные вложения с использованием собственных и (или)  привлеченных средств, ими могут быть физические и юридические лица,  создаваемые на основе договора о совместной деятельности и не имеющие статуса  юридического лица объединения юридических лиц, государственные органы,  органы местного самоуправления, а также иностранные субъекты  предпринимательской деятельности. Заказчики - уполномоченные на то  инвесторами физические и юридические лица, которые осуществляют реализацию  инвестиционных проектов. При этом они не вмешиваются в предпринимательскую  и (или) иную деятельность других субъектов инвестиционной деятельности, если  иное не предусмотрено договором между ними.  

Отношения между субъектами инвестиционной деятельности  осуществляются на основе договора и (или) государственного контракта,  заключаемых между ними в соответствии с ГК РФ (пункт 1 статьи 8 Закона об  инвестиционной деятельности).  

В силу статьи 9 Закона об инвестиционной деятельности финансирование  капитальных вложений осуществляется инвесторами за счет собственных и (или)  привлеченных средств.  

В соответствии со статьей 309 Гражданского кодекса Российской Федерации  обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с  условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при  отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового  оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.  

Согласно статье 310 Гражданского кодекса Российской Федерации  односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его  условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.  Односторонний отказ от исполнения обязательства, связанного с осуществлением  его сторонами предпринимательской деятельности, и одностороннее изменение  условий такого обязательства допускаются также в случаях, предусмотренных  договором, если иное не вытекает из закона или существа обязательства.  

Обоснованность требований доказывается на основе принципа  состязательности. Кредитор, заявивший требования к должнику, как и лица,  возражающие против этих требований, обязаны доказать обстоятельства, на  которые они ссылаются как на основание своих требований или возражений.  Законодательство гарантирует им право на предоставление доказательств (статьи 9,  65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).  

В качестве доказательств внесения инвестиций в размере 12 047 850,00  рублей заявителем в материалы дела представлены:  

- квитанция к приходному кассовому ордеру от 23.03.2015 № 84 о принятии  от ФИО3 200 000,00 рублей;  

 - платежное поручение от 30.12.2014 на сумму 7 000 000,00 рублей  (поступили от ФИО8);  

- платежное поручение от 02.06.2015 на сумму 100 000,00 рублей (поступили  от ФИО9);  

- платежное поручение от 08.09.2015 на сумму 200 000,00 рублей(поступили  от ФИО9);  

- платежное поручение от 23.03.2015 на сумму 200 000,00 рублей (поступили  от ФИО9);  

- платежное поручение от 17.01.2015 на сумму 1 807 850,00 рублей  (поступили от ФИО9);  

 - платежное поручение от 30.12.2015 на сумму 2 000 000,00  рублей(поступили от ФИО9);  

- платежное поручение от 04.02.2015 на сумму 200 000,00 рублей (поступили  от ФИО9);  

- платежное поручение от 13.07.2015 на сумму 300 000,00 рублей (поступили  от ФИО9);  

- платежное поручение от 19.01.2015 на сумму 50 000,00 рублей (поступили  от ФИО10);  

- платежное поручение от 20.08.2015 на сумму 200 000,00 рублей (поступили  от ФИО9).  

Факт внесения денежных средств по квитанциям на сумму 5 057 850,00  рублей за период с 19.01.2015 по 13.01.2016 с назначением платежа по договору  инвестирования № 27-12/14 от 27.12.2014 от ФИО3 подтвержден  выпиской по счету ООО "Алюминий Альянс" (том 1 л.д. 28), из которой также  усматривается, что денежные средства внесены на счет должника руководителем  ФИО11 (платеж от 19.01.2015) и ФИО9  

Указание ФИО10, ФИО8 и  ФИО9 в качестве лиц, которые вносили денежные  средства на расчетный счет должника, как поясняли ранее инвесторы  ООО "Алюминий Альянс" (постановление Пятнадцатого арбитражного  апелляционного суда от 10.08.2023 по настоящему делу, оставлено без изменения  постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 27.10.2023),  обусловлено тем, что оплата по договору инвестирования происходила путем  передачи денежных средств руководителю ООО "Алюминий Альянс", который  обязался с помощью своих сотрудников внести указанные денежные средства на  расчетный счет общества. После передачи денежных средств инвестору выдавались  расписки, после получения квитанций банка о внесении денежных средств на  расчетный счет общества расписки возвращались ФИО7  

Данную операцию имело право совершать только уполномоченное лицо,  имеющее доверенность от имени ООО "Алюминий Альянс". ФИО9 на момент внесения денежных средств являлся сотрудником  

ООО "Алюминий-Альянс" и имел соответствующие полномочия на внесение  денежных средств на расчетный счет общества. То обстоятельство, что ФИО9 являлся сотрудником должника, подтверждается также  выпиской по счету ООО "Алюминий Альянс", из которой усматривается, что  указанным лицом неоднократно осуществлялись аналогичные операции. При этом  в квитанциях и выписке по счету общества имеется ссылка на договор № 27-12/14  от 27.12.2014.  

Поступление оплаты по квитанции № 5301085 от 30.12.2014 на сумму  7 000 000,00 рублей не подтверждено выпиской по счету должника, поскольку в  

предоставлении выписки по счету должника за 2014 год управляющему было  отказано по причине истечения срока хранения запрашиваемых сведений.  Указанное доказательство принято судом в качестве надлежащего внесения  денежных средств по договору инвестирования, так как квитанция содержит  ссылку на договор инвестирования № 27-12/14 от 27.12.2014 от ФИО3  

В отзыве на заявление кредитора от 19.04.2024 конкурсный управляющий  ФИО6 не возражал против удовлетворения заявленных требований и  пояснил, что денежные средства по договору инвестирования от 27.12.2014  поступили на расчетный счет должника в полном объеме.  

Довод конкурсного кредитора о необходимости отказа в удовлетворении  заявленных требований по причине непредставления ФИО3 доказательств  наличия финансовой возможности предоставления денежных средств должнику в  столь крупном размере является ошибочным, принимая во внимание, что  разъяснения, содержащиеся в абзаце третьем пункта 26 постановления Пленума  ВАС РФ от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с  рассмотрением дел о банкротстве" о необходимости проверки финансовой  возможности заявителя подлежат применению при оценке достоверности факта  наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных  средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному  кассовому ордеру. В настоящем же случае денежные средства внесены на счет  должника, выписка и квитанции имеют ссылку на номер договора и фамилию  ФИО3  

В свою очередь ФИО3 в материалы дела представлены расписки в  получении денежных средств от 05.12.2014 и от 15.01.2015, из которых  усматривается, что ФИО3 получил заем от ФИО12 на сумму  12 000 000,00 рублей (том 1 л.д. 95-96), о фальсификации которых лицами,  участвующими в деле, в установленном законом порядке не заявлено, а также  наличие финансовой возможности ФИО12 передачи денежных средств в  заявленном размере по договорам займа (том 1 л.д. 97-111).  

Довод о пропуске срока исковой давности на предъявление требований,  вопреки доводам апеллянта, правомерно отклонен судом первой инстанции.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 Гражданского кодекса Российской  Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня,  определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.  

Пунктом 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что если законом не установлено иное, течение срока исковой  давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о  нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о  защите этого права.  

Согласно статье 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение  срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий,  свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой  давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в  новый срок.  

Согласно пунктам 20, 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  29.09.2015 года N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" к действиям,  свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой  давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора  уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие  

долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об  отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный  уполномоченным лицом.  

Перерыв течения срока исковой давности в связи с совершением действий,  свидетельствующих о признании долга, может иметь место лишь в пределах срока  давности, а не после его истечения.  

Вместе с тем, по истечении срока исковой давности течение исковой  давности начинается заново, если должник или иное обязанное лицо признает свой  долг в письменной форме (пункт 2 статьи 206 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

В материалы дела заявителем представлен акт сверки взаимных расчетов за  период январь 2014 по декабрь 2020 года (том 1 л.д. 16), подписанный сторонами.  

Указанный акт в установленном законом порядке лицами, участвующими в  деле, не оспорен, о фальсификации доказательств не заявлено.  

Юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя  гражданские обязанности через свои органы, действующие в соответствии с  законом, иными правовыми актами и учредительными документами.  Уполномоченным лицом признается работник, действия которого по подписанию  акта входят в круг его должностных (служебных) обязанностей, основываются на  доверенности или вызваны обстоятельствами, в которых он действовал (пункт 22  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015  

N 43 "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского  кодекса Российской Федерации об исковой давности").  

Судом принят акт сверки в качестве надлежащего доказательств и на основе  его оценки признан установленным факт неисполнения должником обязательств  перед кредитором на сумму, указанную в акте 12 047 850,00 рублей.  

Подписание акта сверки с участием руководителя ответчика  квалифицировано судом в качестве действий, свидетельствующих о признании  долга и влекущих, согласно требованиям статьи 203 Гражданского кодекса  Российской Федерации, перерыв течения срока исковой давности.  

С заявлением о включении в реестр требований кредиторов кредитор  обратился 08.09.2022, в связи с чем срок исковой давности не является  пропущенным.  

Ссылка суда первой инстанции на недействующие постановления высших  судебных инстанций – пункт 26 постановления Пленума ВС РФ № 15 от 12.11.2001  и Пленума ВАС РФ № 18 от 15.11.2001 года "О некоторых вопросах, связанных с  применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации по исковой  давности" не привела к вынесению незаконного судебного акта.  

Довод апелляционной жалобы о том, что срок исковой давности надлежит  исчислять с 10.01.2017, поскольку пунктом 1.3 договора предусмотрено, что сроком  ввода объекта недвижимости в эксплуатацию в соответствии с графиком  производства работ с учетом норм продолжительности строительства согласно  СНиП является 2 кв. 2016 года, т.е. не позднее 2016 года, подлежит отклонению,  как основанный на неверном толковании норм материального права.  

Принимая во внимание, что ранее даты сдачи торгово-офисного центра в  эксплуатацию кредитору фактически не может быть передано соответствующее  нежилое помещение и до сдачи торгово-офисного центра в эксплуатацию у  заказчика отсутствует обязательство по передаче инвестору объекта недвижимости,  поскольку объекта строительства как объекта гражданского оборота до такой сдачи  еще не существует, течение срока исковой давности по требованию инвестора  

начинается не с момента планируемого срока окончания строительства (2 квартал  2016 года), а с момента фактического окончания строительства и с даты  утверждения акта о сдаче объекта в эксплуатацию.  

Поскольку торгово-офисный центр до настоящего времени не введен в  эксплуатацию, оснований полагать, что кредитором пропущен срок исковой  давности для предъявления требования в деле о банкротстве застройщика, не  имеется (аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного  суда Северо-Кавказского округа от 20.04.2022 N Ф08-3183/2022 по делу  N А53-14704/2015, постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа  от 29.06.2023 N Ф08-6208/2023 по делу N А32-50273/2020).  

При указанных обстоятельствах, требования ФИО3 в заявленном  размере правомерно включены в реестр требований кредиторов должника.  

Возражая против включения заявленных требований в реестр требований  кредиторов, конкурсный кредитор ссылается на мнимость заключенного сторонами  договора инвестирования в строительство торгово-офисного центра № 27-12/14 от  27.12.2014, мотивируя свои доводы тем, что он заключен между аффилированными  лицами, и заявителем длительное время задолженность по договору не  взыскивалась.  

Для предотвращения необоснованных требований к должнику и нарушений  тем самым прав его кредиторов к доказыванию обстоятельств, связанных с  возникновением задолженности должника-банкрота, предъявляются повышенные  требования (п. 26 постановления N 35, п. 13 Обзора судебной практики по  вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и  применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 20 декабря 2016 г.)".  

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи  заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего  поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать  реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в  составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о  банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен  ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором,  формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать  во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных  доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке. Целью  такой проверки является недопущение включения в реестр необоснованных  требований, что в ситуации недостаточности имущества должника приводило бы к  нарушению прав и законных интересов кредиторов, конкурирующих между собой  за получение удовлетворения требований, а также должника и его учредителей  (участников), законный интерес которых состоит в наиболее полном и  справедливом погашении долгов (Определение Верховного Суда Российской  Федерации от 11.07.2017 N 305-ЭС17-2110).  

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых  положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации",  оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует  исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота,  учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в  том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5  

статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и  разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Согласно правовой позиции, отраженной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 26.05.2017 N 306-ЭС16-20056 (6), доказывание в деле о  банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через  подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц  к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. Само по  себе наличие аффилированности кредитора и должника не является достаточным  доказательством для вывода о злоупотреблении правом, и при отсутствии других  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестных действиях сторон, не  является основанием для отказа во включении в реестр подтвержденной  задолженности.  

Вместе с тем, в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации таких доказательств лицами, участвующими в деле,  в материалы дела не представлено, в связи с чем данный довод подлежит  отклонению по причине его необоснованности. При этом судебной коллегией  также учтено, что инвестиции в размере 12 047 850,00 рублей по спорному  договору были внесены ФИО3 на расчетный счет должника, что  исключает возможность признать сделку мнимой.  

Доводы апелляционной жалобы признаются несостоятельными, поскольку  не содержат фактов, которые не были учтены, проверены судом при рассмотрении  дела, имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу,  влияли бы на обоснованность и законность обжалуемого судебного акта либо  опровергали выводы суда.  

Несогласие подателя жалобы с произведенной судом оценкой фактических  обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм  материального права и не может быть положено в обоснование отмены  обжалуемого судебного акта.  

Оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в соответствии со  статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционная инстанция не усматривает.  

Поскольку подача апелляционной жалобы на обжалуемое определение в  рамках дела о банкротстве государственной пошлиной не облагается (статья 333.21  Налогового кодекса Российской Федерации), то подателю апелляционной жалобы,  следует возвратить государственную пошлину, уплаченную за подачу  апелляционной жалобы в сумме 3000,00 рублей.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 272 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 24.04.2024 по делу   № А32-9562/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без  удовлетворения.  

Возвратить ФИО1 из федерального бюджета  государственную пошлину в размере 3 000,00 рублей, уплаченную по платежному  поручению № 292 от 14.05.2024.  

В соответствии с частью 5 статьи 271, частью 1 статьи 266 и частью 2 статьи  176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации постановление  

арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его  принятия.  

Постановление может быть обжаловано в месячный срок в порядке,  определенном статьей 188 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа.  

Председательствующий Я.А. Демина 

Судьи М.Ю. Долгова 

Н.В. Шимбарева