134/2023-208622(1) 

 

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-55336/2021

20 декабря 2023 года

г. Санкт-Петербург

/сд.  Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2023 года  

Постановление изготовлено в полном объеме 20 декабря 2023 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи И.Н.Барминой, судей Д.В.Бурденкова, И.В.Юркова, при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии:  

от ФИО2: ФИО3, представитель по доверенности от 01.03.2023,  от ООО «СМУГ»: ФИО4, представитель по доверенности от 01.01.2023,  от ООО «Энергосила»: ФИО5, представитель по доверенности от 06.12.2022,  

ФИО6, представитель по доверенности от 06.12.2022, 

рассмотрев апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-28657/2023)  ФИО2 на определение Арбитражного суда города  Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 18.07.2023 по обособленному спору   № А56-55336/2021/сд. (судья Володкина А.И.), принятое  

по заявлению конкурсного ООО «ЭнергоСила» к ФИО2 об оспаривании сделки, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО7, 

установил:

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской  области от 21.01.2022 ФИО7 (далее – должник) признан  несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура  реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден  ФИО8.  

В рамках дела о банкротстве 19.09.2022 конкурсный кредитор ООО  «ЭнергоСила» (далее – заявитель, Общество) обратилось с заявлением о  признании недействительным договора займа от 28.01.2019, заключенного между  ФИО2 (далее – ответчик) и ФИО7, и  расписки о получении денежных средств от 28.01.2019.  

В обоснование заявления Общество сослалось на статьи 10, 168, пункт 1  статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывая на отсутствие  доказательств реальной передачи ответчиком заемных денежных средств  должнику.  

Определением от 15.12.2022 к участию в деле в качестве третьего лица, не  заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора,  привлечено Межрегиональное управление Федеральной службы по финансовому  мониторингу по Северо-Западному федеральному округу.  

Определением от 18.07.2023 заявление удовлетворено в полном объеме:  договор займа и расписка от 28.01.2019 признаны недействительными сделками.  

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение суда первой  инстанции от 18.07.2023 отменить, принять новый судебный акт, которым в  удовлетворении заявления отказать, ссылаясь на то, что суд первой инстанции  сделал неверный вывод, посчитав, что на дату заключения договора займа у  должника имелись просроченные обязательства перед другими кредиторами по  договорам поручительства, заключенных с ООО «ЭнергоСила» и ООО  «Энергостройпроект», так как требования последних в адрес должника были  направлены по неверному адресу. Податель жалобы отрицает свою  аффилированность с кредитором через его родного брата – ФИО9 и ООО  «ИК «Смит» (ИНН 

<

***>), в котором ФИО9 являлся генеральным  директором, а должник – занимал руководящую должность до 10.04.2013, так как  ООО «ИК «Смит» было создано только 16.06.2014. Согласно доводам жалобы,  Лагун А.В. не является супругой должника с 2013 года; должник не мог иметь  отношение к деятельности ООО «ИК «Смит». Не согласен податель жалобы также и  с выводом суда первой инстанции о том, что ФИО2 не подтверждена  финансовая возможность предоставить сумму займа должнику, которая  опровергается выписками по счетам ответчика за 2016 – 2021 годы.  

В письменных объяснениях ООО «БГУ ГЭМ» возражает против  удовлетворения апелляционной жалобы, поддерживая выводы суда первой  инстанции о безденежности займа, указывая на то, что ФИО9 является  братом кредитора и был юристом у должника, тогда как ООО «ИК «Смит» является  правопреемником ООО «Группа «КАО», которое создано в 2004 году.  

В отзыве на апелляционную жалобу ООО «ЭнергоСила», выражая свое  согласие с обжалуемым судебным актом, просит оставить его без изменения,  апелляционную жалобу без удовлетворения, указывая на то, что адрес, на который  были отправлены требования об оплате по договорам поручительства, был указан  должником собственноручно в договорах поручительства.  

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы  апелляционной жалобы в полном объеме. Остальные присутствующие в судебном  заседании представители возражали против удовлетворения апелляционной  жалобы.  

Проверив законность и обоснованность обжалуемого определения,  апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.  

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела,  28.01.2019 между должником (заемщик) и ФИО2 (займодавец) подписан  договор займа, по условиям которого займодавец передал должнику денежные  средства в сумме эквивалентной 500 000 долларов США, а заемщик обязался  вернуть займодавцу вышеуказанную сумму, займ предоставляется сроком на один  год до 28.01.2020 под 10 % годовых.  

В подтверждение получения заемщиком денежных средств представлена  расписка от 28.01.2019.  

Решением Зеленогорского районного суда Санкт-Петербурга от 15.10.2020  (дело № 2-212/2020) с должника в пользу Кузнецова К.А. взыскан долг по договору  займа от 28.01.2019 в размере 500 000 долларов США, проценты за пользование  займом в размере 85 645,25 долларов США, а также проценты за период с  29.01.2020 по 15.10.2020 18 398,25 долларов США в рублевом эквиваленте по курсу  ЦБ РФ на дату фактического исполнения решения суда и расходы по оплате  госпошлины в размере 60 000 руб.; решение вступило в законную силу 02.02.2021.  

07.06.2021 в суд поступило заявление ФИО2 о признании должника  ФИО7 несостоятельным банкротом, признании требований обоснованными и  включении в реестр требований кредиторов должника.  

Кредитор ООО «ЭнергоСила», обращаясь в арбитражный суд с настоящим  заявлением, указал, что договор займа от 28.01.2019 является недействительной  сделкой, ссылается на то, что в деле о банкротстве отсутствуют доказательства,  свидетельствующие о реальной передаче ФИО2 должнику заемных  денежных средств; имущественное положение ФИО2, его доходы за 3 года,  предшествующие выдаче столь крупной суммы денежных, свидетельствуют не в  пользу возможности выдачи займа на указанную сумму; также в деле отсутствуют  доказательства, свидетельствующие об источнике получения ФИО2  денежных средств.  

Кроме того, по мнению кредитора, со стороны должника также не  представлены какие-либо доказательства добросовестности поведения по  распоряжению якобы полученной суммой денежных средств. На момент получения  займа (28.01.2019) должник уже являлся поручителем перед ООО «ЭнергоСила»  (договор поручительства заключен 12.12.2018). По мнению кредитора, в результате  совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов,  выразившийся в необоснованном увеличении кредиторской задолженности  должника, влекущем соответствующее уменьшение его активов, за счет которых  могли быть удовлетворены требования кредиторов.  

Определением от 30.08.2021 в отношении должника возбуждено дело о  несостоятельности (банкротстве). Таким образом, оспариваемый договор займа (от  28.01.2019) заключен в пределах трехлетнего периода подозрительности,  установленного специальными нормами Закона о банкротстве.  

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом  посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы  третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или  должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с  недействительностью сделки (пункт 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

В пункте 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации  предусмотрено, что является ничтожной мнимая сделка, совершенная лишь для  вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Данная  норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского  оборота.  

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170  Гражданского кодекса Российской Федерации необходимо установить то, что на  момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие  условиям этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного  вида. Обязательным условием для признания сделки мнимой является порочность  воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых  последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее  исполнить либо требовать ее исполнения.  

Реально исполненная сделка не может быть признана мнимой или  притворной (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 01.11.2005 № 2521/05).Также по общему правилу сделка,  совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является  злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10  и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Согласно пункту 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не  допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением  причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а  также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав  (злоупотребление правом).Положения указанной нормы предполагают  недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих сторон сделки, а  также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому  лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не  совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого  рода. Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того,  что совершив спорную сделку, стороны имели умысел на реализацию какой-либо  противоправной цели.  

Судом первой инстанции было установлено, что ФИО2 является  аффилированным по отношению к должнику лицом через ООО «КС-Консалтинг»  (ИНН 

<

***>) и ООО «ИК «Смит» (ИНН 

<

***>), в котором до 10.04.2013  ФИО7 занимал руководящую должность, а ФИО9 до 02.09.2015  являлся единственным участником ООО «ИК «Смит» и до 24.06.2015 единственным  участником ООО «КС-Консалтинг»; братья К-вы последовательно сменяли  друг друга в должности генерального директора последнего общества в период с  15.12.2006 по 29.06.2023.  

Лицами, участвующими в деле, не оспаривается что ФИО2 является  братом ФИО9, который, в свою очередь, согласно объяснениям ООО «БГУ  ГЭМ», являлся юристом у должника.  

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, на дату заключения  договора займа у должника имелись признаки неплатежеспособности, так как  ФИО7 были заключены договоры поручительства, в соответствии с  которыми он принял на себя солидарную ответственность за надлежащее  исполнение обязательств ООО «Петроком» (ИНН 

<

***>) перед ООО  «ЭнергоСила» (12.12.2018), ООО «Энергостройпроект» (12.12.2018),  индивидуальным предпринимателем ФИО10 (15.02.2019).  

Вопреки доводам жалобы, должник обладал признаками  неплатежеспособности непосредственно с даты заключения договоров  поручительства.  

В силу пункта 1 статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации по  договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица  отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.  Договор поручительства может быть заключен в обеспечение как денежных, так и  неденежных обязательств, а также в обеспечение обязательства, которое возникнет  в будущем.  

Согласно статье 363 Гражданского кодекса Российской Федерации при  неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного  поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором  солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена  субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором  

в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных  издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных  неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если  иное не предусмотрено договором поручительства.  

При этом в соответствии с правовой позицией, изложенной в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 24.11.2015 № 89-КГ15-13 обязательства  по договору поручительства возникают с момента подписания такого договора. Тем  самым, заключая договор поручительства, поручитель должен осознавать  возможность предъявления в любой момент к нему требования об исполнении  солидарной обязанности.  

В этой связи суд апелляционной инстанции, с учетом правовой позиции,  изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018   № 305-ЭС17-11710(3), пришел к выводу, что должник, несмотря на отсутствие  просрочек исполнения заемщиками обязательств перед кредиторами на дату  совершения сделки и отсутствие требований со стороны кредиторов к поручителям,  обладал признаками неплатежеспособности с даты заключения договоров  поручительства.  

Кроме того, судом первой инстанции были учтены обстоятельства дела о  банкротстве в отношении ООО «Петроком» (ИНН 

<

***>) № А40-34886/18-8646Б, в рамках которого по состоянию на март 2018 года признаны обоснованными  требования ООО «ЭнергоСила» и ООО «Энергостройпроект», а также перед иными  кредиторами на сумму не менее 1 176 828 773,13 руб.  

При таких обстоятельствах суд первой инстанции, оценив по правилам статьи  71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные  в материалы дела доказательства, а также дальнейшие последовательные  действия ФИО2, связанные с обращением в Зеленогорский районный суд  Санкт-Петербурга с учетом договорной подсудности, затем в арбитражный суд с  заявлением о признании ФИО7 несостоятельным (банкротом), пришел к  верному выводу о мнимости оспариваемого договора займа, который был  оформлен для вида с целью создания кредиторской задолженности на сумму,  значительно превышающую требования иных кредиторов ФИО7, для  предоставления возможности контролировать процесс банкротства в отношении  должника, участвовать в распределении конкурсной массы должника в ущерб иным  кредиторам, в связи с чем, руководствуясь положениями статей 10, 168, 170, 807,  812 Гражданского кодекса Российской Федерации, признал договор займа  безденежным и мнимым.  

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований не согласиться с  указанным выводом.  

Также суд первой инстанции посчитал, что имеются основания для признания  договора займа недействительным и на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о  банкротстве.  

Суд первой инстанции критически отнесся к доказательствам наличия у  кредитора финансовой возможности предоставить в заем должнику 500 000  долларов США, с учетом отсутствия сведений о происхождении указанной суммы у  ФИО2, цели получения указанной суммы займа должником, а также  обстоятельств фактического расходования суммы займа.  

Обоснованно судом первой инстанции были приняты во внимание условия  оспариваемого договора, которые отличаются от договоров, заключенным  ФИО2 с иными лицами. В отношении должника кредитором был понижен  стандарт обеспечения и не были учтены риски невозврата займа.  

Учитывая изложенное, оснований для отмены обжалуемого судебного акта по  доводам апелляционной жалобы или в соответствии с частью 4 статьи 270  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации апелляционный суд  не усматривает.  

Руководствуясь статьями 176, 110, 223, 268, 269 ч. 1, 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд  

постановил:

Определение арбитражного суда первой инстанции от 18.07.2023 оставить  без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.  

Председательствующий И.Н. Бармина  

Судьи Д.В. Бурденков  

 И.В. Юрков