﻿АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А25-846/2018

г. Краснодар

11 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 4 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 июня 2020 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Калашниковой М.Г. судей Герасименко А.Н. и Мацко Ю.В., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Виниченко Е.А., при участии в судебном заседании, проводимом с использованием системы видеоконференц-связи Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда и в режиме онлайн-заседания, от конкурсного управляющего должника – публичного акционерного общества «Вологодская сбытовая компания» (ИНН 3525154831, ОГРН 1053500117450) – Соломонова А.С. – Бахарева А.А. (доверенность от 20.01.2020), от общества с ограниченной ответственностью «Хоум Кредит энд Финанс Банк» (ИНН 7735057951, ОГРН 1027700280937) – Барашовой О.В. (доверенность от 08.02.2018), от публичного акционерного общества «МРСК Северо-Запада» (ИНН 7802312751, ОГРН 1047855175785) – Томилина А.Ю. (доверенность от 14.05.2020), в отсутствие общества с ограниченной ответственностью «Парнас-Инвест» (ИНН 5029092187, ОГРН 1065029122322), иных участвующих в деле о банкротстве лиц, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения информации в сети Интернет рассмотрев кассационную жалобу ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» на определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 27.08.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 по делу № А25-846/2018, установил следующее.

В рамках дела о банкротстве ПАО «Вологодская сбытовая компания» (далее – должник) ООО «Парнас-Инвест» (далее – общество) обратилось с заявлением о включении 1 168 980 176 рублей 58 копеек в реестр требований кредиторов должника.

ООО «Хоум Кредит энд Финанс Банк» (далее – банк) заявило ходатайство о процессуальном правопреемстве, в котором просило заменить общество на банк.

Определением суда от 27.08.2019, оставленным без изменения постановлением апелляционной инстанции от 21.01.2020, в удовлетворении заявления банка о процессуальном правопреемстве отказано, в удовлетворении заявления общества отказано.

В кассационной жалобе банк просит судебные акты отменить, ссылаясь на то, что выводы судов о недействительности заключенного банком и обществом  договора цессии и выводы апелляционного суда о недействительности договора поручительства, заключенного банком и должником, не соответствуют обстоятельствам дела и сделаны с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В отзыве  ПАО «МРСК Северо-Запада» просит в удовлетворении жалобы отказать.

В судебном заседании представитель банка просил отложить судебное заседание со ссылкой на необходимость ознакомления с материалами дела. Суд полагает ходатайство не подлежащим удовлетворению, принимая во внимание, что у банка имелась возможность ознакомления с материалами дела при рассмотрении обособленного спора в судах первой и апелляционной инстанций. Ходатайство об ознакомлении с материалами дела в режиме онлайн заявлено банком 03.06.2020 в 19 часов 46 минут, рассмотрение кассационной жалобы откладывалось определением от 27.04.2020 на 04.06.2020                        на 09 часов 30 минут, в том числе, и по ходатайству банка. Таким образом, у банка имелось более месяца для подачи заявления об ознакомлении с материалами дела в режиме онлайн. Препятствий к рассмотрению жалобы не имеется.

В судебном заседании представитель банка повторил доводы, изложенные в жалобе, представители конкурсного управляющего и ПАО «МРСК Северо-Запада» просили в удовлетворении жалобы отказать.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты надлежит отменить по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением от 28.12.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения; сведения о введении процедуры наблюдения опубликованы в газете «Коммерсантъ» 29.12.2018. Решением от 19.11.2019 должник признан банкротом

29 января 2019 года общество обратилось с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника 1 168 980 176 рублей 58 копеек. В обоснование заявленного требования общество представило заключенный с банком  договор уступки права (требования) от 09.11.2018.

Определением от 19.04.2019 по ходатайству должника банк привлечен к участию в обособленном споре в качестве третьего лица.

17 мая 2019 года банк представил соглашение от 26.04.2019 о расторжении договора цессии от 09.11.2018 и заявил ходатайство о процессуальном правопреемстве, в котором просил заменить общество на банк.

Суд первой инстанции отказал в удовлетворении заявления о процессуальном правопреемстве и отказал в удовлетворении заявления общества о включении требований в реестр, указав, что договор цессии является мнимой сделкой, поэтому не произошел переход требований от банка к обществу и обратный переход требований к банку на основании соглашения о расторжении договора цессии. Суд пришел к выводу об отсутствии у сторон договора цессии намерений, направленных на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, поскольку они согласовали условие о переходе требования к цессионарию в дату подписания договора; отсутствуют доказательства формирования банком резерва на сумму договора цессии; не представлены  доказательства наличия у общества финансовой возможности уплатить указанную в договоре цессии цену; общество не принимало меры по перечислению денежных средств, а банк не требовал оплаты; банк и общество немотивированно заключили соглашение от 26.04.2019 о расторжении договора цессии, общество возвратило банку требования к должнику без санкций за фактическое безвозмездное владение такими требованиями; поведение банка и общества свидетельствует о явно иных интересах, преследуемых заявителем, не соответствующих предпринимательским интересам юридического лица, закрепленным в Гражданском кодексе Российской Федерации.

Апелляционный суд, согласившись с указанными выводами суда первой инстанции, дополнительно указал на прекращение поручительства должника; оценил заявление банка о процессуальной замене как действия, совершенные с признаками злоупотребления правом в обход положений закона о предъявлении требований к должнику, как к поручителю; указал, что договор поручительства заключен при наличии у должника признаков неплатежеспособности, когда даже у независимого кредитора должны были возникнуть обоснованные сомнения в возможности получить удовлетворение по предоставленному должником обеспечению; финансовое состояние заемщика не позволяло ему исполнить обязательства по кредитному договору, в обеспечение которого заключен договор поручительства с должником; при заключении договора поручительства причинен вред кредиторам должника, за счет которых фактически выдано поручительство; должник не получил экономической выгоды от заключения договора поручительства; банк и должник не указали разумные мотивы заключении договора поручительства; указанные обстоятельства свидетельствуют о ничтожности договора поручительства в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанные выводы судов сделаны без учета следующих обстоятельств.

Согласно пункту 1.1 договора цессии от 09.11.2018, банк уступает обществу права (требования) к ООО «Центр частного права электроэнергетики», вытекающие из кредитного договора от 24.02.2016, и требования по обеспечивающим обязательствам, в том числе, к должнику, вытекающие из договора поручительства от 08.06.2016. В силу пункта 2.1 договора права переходят к цессионарию в полном объеме в дату подписания договора. Согласно пункту 3.1 договора общая сумма задолженности без учета пени составляет 745 320 970 рублей 29 копеек. В соответствии с пунктом 3.2 договора цена уступаемых прав составляет 695 981 479 рублей 48 копеек. В силу пункта 3.3 договора оплата производится цессионарием не позднее 90 дней с даты уступки. Согласно пункту 3.4 договора при непоступлении оплаты в установленный срок стороны в течение 30 дней предпринимают меры для согласования новых условий оплаты. В случае недостижения согласия цедент и/или цессионарий имеют право в одностороннем порядке отказаться от исполнения договора.

Как разъяснено в пункте 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки», по общему правилу, требование переходит к цессионарию в момент заключения договора, на основании которого производится уступка, например договора продажи имущественного права (пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Однако законом или таким договором может быть установлен более поздний момент перехода требования. Стороны вправе установить, что переход требования произойдет по истечении определенного срока или при наступлении согласованного сторонами отлагательного условия. Например, стороны договора продажи имущественного права вправе установить, что право переходит к покупателю после его полной оплаты без необходимости иных соглашений об этом (пункт 4 статьи 454, статья 491 названного Кодекса).

Согласование в договоре цессии условия о переходе требования к цессионарию в момент подписания договора соответствует положениям пункт 2 статьи 389.1 Гражданского кодекса Российской Федерации. Тот факт, что стороны не согласовали иной срок перехода права, а также установили 90-дневный срок для встречного исполнения обязательства по оплате, не свидетельствуют о мнимости сделки, равно как и о наличии в таких действиях сторон признаков злоупотребления правом. 

Кроме того, суды не приняли во внимание, что в соответствии с пунктом 3.2 договора цессии от 09.11.2018 срок оплаты полученного права истекал 09.02.2019; процедура наблюдения в отношении должника введена определением от 28.12.2018, до истечения срока оплаты полученного требования к должнику. Общество, действуя разумно и добросовестно, предъявило требования к должнику, вытекающие из договора поручительства, полученные им на основании договора цессии от 09.11.2018. Доказательства, свидетельствующие о том, что банк самостоятельно предъявлял требования к должнику, вытекающие из договора поручительства, не представлены.

Порядок формирования банком резервов на возможные потери в данном случае также не может быть квалифицирован как признак ничтожности сделки.

При таких обстоятельствах выводы судов об отсутствии воли сторон договора цессии от 09.11.2018 на создание правовых последствий, соответствующих сделкам такого вида, противоречат материалам дела.

Неверные выводы судов, касающиеся квалификации договора цессии как мнимой сделки, привели к принятию неправильного судебного акта по существу спора, – суды отказали в процессуальном правопреемстве банку и отказали обществу во включении требований в реестр, не приняв во внимание, что стороны расторгли договор цессии после реализации обществом прав, вытекающих из названного договора, поэтому у банка отсутствовали основания для предъявления самостоятельного требования в рамках дела о банкротстве должника. 

Апелляционный суд, согласившись с выводами суда первой инстанции о мнимости цессии и отсутствии оснований для рассмотрения как требований общества, так и банка, вытекающих договора поручительства, тем не менее, дал оценку договору поручительства, указав на его ничтожность в силу статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также на прекращение поручительства в силу статьи 367 названного Кодекса. Таким образом, апелляционный суд, согласившись с тем, что общество не является лицом, имеющим основания для заявления требований к должнику, вытекающих из договора поручительства в силу ничтожности цессии, а банк участвует в рассмотрении обособленного спора в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования, по существу рассмотрел требование, вытекающее из договора поручительства, дав оценку названной сделке, фактически в отсутствие заявителя в обособленном споре по данному требованию.

При таких обстоятельствах судебные акты надлежит отменить, поскольку выводы судов не соответствуют обстоятельствам дела, сделаны с неправильным применением норм материального и процессуального права. Дело следует направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в связи с отсутствием у суда кассационной инстанции полномочий по исследованию доказательств и установлению обстоятельств в силу части 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской               Федерации.

При новом рассмотрении суду надлежит разрешить вопрос о заявителе в настоящем обособленном споре с учетом оценки соглашения о расторжении договора цессии, и, разрешив вопрос о процессуальном правопреемстве, рассмотреть по существу требование к должнику, вытекающее из договора поручительства от 08.06.2016.

Руководствуясь статьями 284, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

ходатайство об отложении судебного заседания отклонить.

Определение Арбитражного суда Карачаево-Черкесской Республики от 27.08.2019 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.01.2020 по  делу № А25-846/2018 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Карачаево-Черкесской Республики.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

 

Председательствующий

М.Г. Калашникова

Судьи

А.Н. Герасименко

Ю.В. Мацко