Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А27-14869/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 08 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 июля 2025 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                   Бадрызловой М.М.,

судей                                                                  Бедериной М.Ю.,

ФИО1,

при ведении протокола судебного заседания путем использования систем веб-конференции помощником судьи Сафаровой О.Е., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на решение от 25.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области (судья Беляева Л.В.) и постановление от 07.03.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Ваганова Р.А., Подцепилова М.Ю., Сухотина В.М.) по делу № А27-14869/2023 по иску ФИО3 в интересах общества с ограниченной ответственностью «Ижморская тепло-сетевая компания» (ИНН 

<

***>,  ОГРН 

<

***>) к ФИО2 (г. Новокузнецк) о признании сделки недействительной, применении последствий ее недействительности.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4.

В судебном заседании посредством веб-конференции приняли участие представители:

ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 15.05.2023 (сроком на 3 года);

ФИО3 - ФИО6 по доверенности от 24.01.2025 (сроком на 3 года);

общества с ограниченной ответственностью «Ижморская тепло-сетевая компания» - ФИО5 по доверенности от 01.01.2025 № 81/24 (сроком по 31.12.2027).

Суд установил:

ФИО3 (далее - истец) в интересах общества с ограниченной ответственностью «Ижморская тепло-сетевая компания» (далее - ООО «Ижморская ТСК», общество) обратилась в Арбитражный суд Кемеровской области с иском к ФИО2 (далее – ответчик, ФИО7) о признании недействительной сделкой договора аренды транспортного средства от 11.02.2020 № 83/2020 (далее – договор аренды), о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Ижморская ТСК» денежных средств, перечисленных ООО «Ижморская ТСК» по договору аренды в размере 8 931 146 руб., взыскания с ФИО2 в пользу ООО «Ижморская ТСК» убытков в размере уплаченного налога на доходы физических лиц (далее – НДФЛ) в размере 1 334 539 руб.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ФИО4 (далее – ФИО4).

Решением от 25.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области, оставленным без изменения постановлением от 07.03.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда исковые требования удовлетворены: договор аренды признан недействительным; применены последствия недействительности сделки, суд обязал ООО «Ижморская ТСК» возвратить ФИО2 транспортное средство – автомобиль марки УРАЛ-63685-010-02, 2006 года выпуска, и взыскал с ФИО2 в пользу общества 10 265 685 руб.; с ФИО2 в пользу ФИО3 взысканы расходы на проведение экспертизы в размере 90 000 руб., расходы по уплате государственной пошлины в размере 6 000 руб.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 обратился в суд с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, в удовлетворении иска отказать.

В обоснование кассационной жалобы заявитель привел следующие доводы: судами ошибочно применена статья 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), поскольку спорный договор аренды не повлек нарушения прав юридического лица; суды необоснованно исходили из содержащихся в экспертном заключении сведений, поскольку эксперт ошибочно использовал затратный подход (метод моделирования) в связи с отсутствием предложений на рынке долгосрочной аренды сходных транспортных средств, притом, что предложения на рынке краткосрочной аренды таких автомобилей имелись; отказ судов в проведении дополнительной (повторной) экспертизы нарушает нормы статей 82 и 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ); в материалы дела представлены доказательства соответствия цены оспариваемого договора как реальным рыночным предложениям, так и экономически обоснованному уровню, определенному экспертными заключениями региональной энергетической комиссии (далее – РЭК); вывод судов о том, что обществу следовало не арендовать, а приобрести транспортное средство, является немотивированным и выходит за очерченную законом дискрецию, предоставленную судам; судами неверно применена статья 167 ГК РФ, поскольку в качестве последствий недействительности сделки ФИО2 должна быть возвращена действительная (рыночная) стоимость арендной платы за пользование транспортным средством.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО3 просит оставить ее без удовлетворения.

Общество также представило отзыв на жалобу, в котором согласилось с позицией ФИО2

От ФИО3, ООО «Ижморская ТСК» и ФИО2 поступили пояснения по делу.

ФИО4 отзыв на кассационную жалобу не представила, явку представителей в судебное заседание не обеспечила.

На основании статьи 158 АПК РФ, определением от 05.06.2025 судебное заседание отложено для дополнительного изучения процессуальных позиций лиц, участвующих в деле на 19.06.2025, а определением от 19.06.2025 – на 08.07.2025.

В судебном заседании представители сторон поддержали свои правовые позиции.

Проверив в соответствии со статьями 274, 284, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, ООО «Ижморская ТСК» зарегистрировано при создании 07.06.2017 за основным государственным регистрационным номером 

<

***>. Участниками Общества являются ФИО3 и ФИО2 с долями участия в уставном капитале по 50 % каждый. Начиная с 07.06.2017 единоличным исполнительным органом является ФИО4

ООО «Ижморская ТСК» осуществляет деятельность по производству и реализации тепловой энергии, горячего водоснабжения, холодного водоснабжения, водоотведения, которая относится к регулируемым видам деятельности.

Между обществом (арендатор) и ФИО2 (арендодатель) заключен договор аренды, по условиям которого арендодатель передает во временное владение и пользование для использования в соответствии с нуждами арендатора в рабочее время автомобиль марки УРАЛ-63685-0110-02, 2006 года выпуска.

В течение всего срока аренды арендатор своими силами и за свой счет обеспечивает управление арендованным транспортным средством и его надлежащую техническую эксплуатацию (пункт 1.3 договора).

Пунктом 3.1 договора аренды предусмотрено, что стоимость пользования транспортным средством, переданным в аренду, составляет 229 885 руб. в месяц, из которых в соответствии с законодательством РФ арендатором удерживается и уплачивается в бюджет НДФЛ (13 %) в размере 29 885 руб.

Договор аренды вступает в силу с момента его подписания сторонами, распространяет свое действие на отношения сторон с 11.02.2020 и действует до 31.12.2021 (пункт 4.1 договора). Срок действия договора аренды может быть продлен дополнительным соглашением (пункт 4.2 договора).

В период с сентября 2020 года по март 2024 года ООО «Ижморская ТСК» перечислило ФИО2 плату по договору аренды в общей сумме 8 931 146 руб., в бюджет перечислен НДФЛ в сумме 1 334 539 руб.

Ссылаясь на то, что договор является сделкой с заинтересованностью, заключен обществом без соответствующего одобрения общего собрания участников, является невыгодной, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Для проверки доводов истца и в целях оценки рыночной стоимости транспортного средства и рыночной стоимости его арендной платы судом первой инстанции назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено союзу «Кузбасская Торгово-промышленная палата», эксперту ФИО8.

Согласно представленному в суд экспертному заключению от 27.05.2024 № 15/86, рыночная стоимость автомобиля марки УРАЛ 63685-0110-02, самосвал, 2006 года выпуска по состоянию на 11.02.2020 составляет 623 000 руб.; рыночная величина арендной платы такого автомобиля с учетом НДФЛ 13 % за 2020 год - 68 930 руб. в месяц, за 2021 год – 75 469 руб. в месяц, за 2022 год – 89 939 руб. в месяц, за 2023 год – 78 978 руб. в месяц.

Кроме того, в судебном заседании 20.08.2024 экспертом ФИО8 даны дополнительные пояснения.

Удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что: договор аренды заключен на нерыночных условиях, является заведомо невыгодной и убыточной для общества; отсутствует экономическая целесообразность приобретения транспортного средства в аренду при наличии рыночной возможности приобретения указанного автомобиля в собственность по цене, равной арендной плате менее чем за три месяца.

Суд апелляционной инстанции поддержал выводы суда первой инстанции.

По существу спор разрешен судами правильно.

В силу части 1 - 3 статьи 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе. Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия. В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Согласно пункту 1 статьи 65.2 ГК РФ участники корпорации (участники, члены, акционеры и т.п.) вправе оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182 ГК РФ), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 ГК РФ или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности.

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Согласно разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации, данным в пункте 93 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 25), данной нормой предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

На основании пункта 4 статьи 32, пункта 1 статьи 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» (далее – Закон № 14-ФЗ) руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (генеральный директор, президент и другие), избираемым общим собранием участников общества или советом директоров (наблюдательным советом) общества.

Как указано в пункте 1 статьи 45 Закона № 14-ФЗ, сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания.

Указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) подконтрольные им лица (подконтрольные организации):

- являются стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- являются контролирующим лицом юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке;

- занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной, выгодоприобретателем, посредником или представителем в сделке, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

Сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Из приведенных выше законоположений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что участник корпорации вправе оспорить сделку, совершенную лицом, уполномоченным на совершение сделок от имени юридического лица, в том числе лицом, которому доверено управление текущей деятельностью юридического лица (директором), если директор или иной представитель действовал в условиях конфликта интересов - к собственной выгоде или к выгоде третьих лиц.

Невыгодный для корпорации характер сделки, совершенной директором или иным представителем в условиях конфликта интересов (возникновение убытков у общества), предполагается, пока иное не будет доказано ответчиком, который должен подтвердить, что конфликт интересов не повлиял на совершение сделок и определение условий сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2024 № 306-ЭС24-6321).

Хозяйственные отношения, регулируемые гражданским правом, основываются, как правило, на равноценности обмениваемых благ, поэтому определяющими признаками этих отношений являются возмездность и эквивалентность встречного предоставления, тем более, если речь идет о предпринимательских правоотношениях. Нарушение указанных принципов при совершении большинства сделок дестабилизирует гражданский оборот (определение Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 306-ЭС20-14567).

При вынесении оспариваемых судебных актов суды правомерно установили, что спорный договор аренды заключен между ООО «Ижморская ТСК» и участником этого общества, обладающим возможностью оказывать решающее влияние на принимаемые юридическим лицом решения.

Сопоставив условия имеющейся в деле договорной документации, пояснений представителей лиц, участвующих в деле, суды установили, что в период с 2020 по 2024 годы общество заключало договоры, предусматривающие выплаты со стороны общества в пользу контрагента (в том числе, договоры на выполнение ремонтных работ, аренды недвижимого имущества и транспортных средств) - ООО «Водоресурс», единственным участником и директором которого являлся ФИО2, и непосредственно с самим ответчиком. Суды правомерно отметили, что подобный выбор контрагента по договорам, предусматривающим расходные обязательства общества, характеризующийся постоянством на протяжении длительного периода, указывает на наличие согласованных действий директора ООО «Ижморская ТСК» ФИО4 и участника ФИО2, выступающего получателем денежных средств по этим договорам, при принятии решений относительно управления текущей  хозяйственной деятельностью общества, что свидетельствует о сговоре директора и ответчика.

Путем проведения оценочной экспертизы судами установлено, что рыночная стоимость спорного автомобиля на момент заключения договора аренды составляла 623 000 руб., а рыночная величина арендной платы такого автомобиля с учетом НДФЛ 13 % за период с 2020 по 2023 год варьируется в диапазоне от 68 930 руб. до 89 939 руб. в месяц.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, в совокупности с результатами судебной экспертизы, суды аргументированно пришли к выводу о том, что условие договора аренды в части величины ежемесячного арендного платежа (229 885 руб.) кратно отличается в сторону увеличения от определенных экспертом значений размера такой платы, а стоимость спорного автомобиля (623 000 руб.) сопоставима с размером арендной платы менее чем за три месяца.

С учетом данных обстоятельств, суды пришли к выводу о том, что в результате заключения договора аренды обществу причинен ущерб, поскольку в условиях длительной аренды с существенно завышенной платой и компенсацией арендодателю НДФЛ, при несении затрат на содержание и обслуживание транспортного средства, более экономически целесообразным и фактически возможным являлось приобретение такого автомобиля в собственность.

Указанные выводы суд округа признает верными.

Аргумент ФИО2 о том, что суждения судов относительно экономической обоснованности принимаемых решений выходят за компетенцию органов судебной власти, является ошибочным.

Вопреки приведенному доводу, арбитражные суды в российском правопорядке функционируют именно для разрешения споров между хозяйственными субъектами, рассматривая дела, вытекающие из предпринимательской и иной экономической деятельности (статьи 4, 5 Федерального конституционного закона от 28.04.1995 № 1-ФКЗ «Об арбитражных судах в Российской Федерации», статьи 1, 2 АПК РФ).

В отдельных случаях, как на уровне закона, так и на уровне разъяснений высших судебных инстанций, судам предписывается руководствоваться принципами разумности и добросовестности, что неизбежно влечет оценку действий субъектов права, в том числе в сфере коммерческой деятельности (см., например, пункты 3, 4 статьи 1, пункт 2 статьи 6, пункты 1, 2, 5 статьи 10, пункт статьи 53, пункт 3 статьи 53.1, пункт 4 статьи 62, пункт 2 статьи 65.2, пункт 2 статьи 72, пункт 2 статьи 76, пункт 3 статьи 123.20-7, пункт 1 статьи 178, пункт 4 статьи 363, пункт 2 статьи 376, пункт 2 статьи 393.1, статья 397, пункт 1 статьи 404, пункт 2 статьи 428, пункт 1 статьи 431.2, пункт 4 статьи 450, пункт 4 статьи 450.1, пункт 1 статьи 451 ГК РФ, пункты 1, 3 – 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица», пункты 1, 12, 13, 95 Постановления № 25, пункты 7, 9, 15, 16, 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», пункты 6, 12, 17 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 25.12.2019).

Обращаясь в суд округа с жалобой, ФИО2 также указал, что, по его мнению, не подлежали учету содержащиеся в экспертном заключении выводы, поскольку при проведении исследования использовался затратный подход (метод моделирования) в связи с отсутствием предложений на рынке долгосрочной аренды, притом, что предложения по краткосрочной аренде транспорта, аналогичного спорному, имелись.

Аналогичные доводы приводились кассатором в апелляционной жалобе, были мотивированно отклонены судом апелляционной инстанции и не принимаются окружным судом.

Как отметил апелляционный суд, исследовательская часть заключения эксперта содержит исчерпывающее описание примененного экспертами методов и порядка исследования. Выводы эксперта относительно факторов, оказывающих влияние на рыночную стоимость транспортных средств и применение методов, устраняющих возможное искажение такой стоимости, согласуются с содержанием нормативных требований к оценке соответствующего предмета. Пояснения относительно расчетной составляющей экспертного заключения представлены экспертом в письменной форме и в судебных заседаниях. Данные обстоятельства позволяют установить полноту экспертного исследования результата спорных работ, достаточную для вывода об обоснованности экспертного заключения.

Заключение эксперта соответствует требованиям статьи 86 АПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности». Квалификация эксперта, принявшего участие в проведении экспертного исследования, подтверждена надлежащей квалификационной и аттестационной документацией, включенной в состав экспертного заключения.

Само по себе несогласие ответчика с выводами эксперта не лишает указанное заключение эксперта доказательственной силы по делу. При этом принцип независимости эксперта как субъекта процессуальных правоотношений предполагает его самостоятельность в выборе методов, средств и методик экспертного исследования, необходимых, с его точки зрения, для разрешения поставленных вопросов. Надлежащих доказательств, наличие которых могло бы свидетельствовать о неверно избранной экспертами методике или неправильном ее применении, а также доказательств, свидетельствующих о том, что эксперт пришел к неправильным выводам, в материалах дела не имеется.

Ссылка подателя жалобы на необходимость проведения повторной судебной экспертизы является несостоятельной, поскольку назначение и проведение повторной экспертизы является не обязанностью, а правом суда, которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного разрешения спора.

Принимая во внимание предмет спора и обстоятельства, подлежащие доказыванию, апелляционный суд не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайства о назначении по делу повторной экспертизы. Ошибочность указанного процессуального решения доводами кассационной жалобы не подтверждается.

Суждения ФИО2 о необоснованном применении судами последствий недействительности сделки в виде взыскания с ответчика всех полученных по сделке арендных платежей без учета фактического пользования обществом транспортным средством ответчика, которое не может быть безвозмездным, признаются судом округа необоснованными.

По общему правилу в случае недействительности договора, по которому полученное одной из сторон выражалось во временном возмездном пользовании индивидуально-определенной вещью, эта сторона возмещает стоимость такого пользования другой стороне, если оно не было оплачено ранее (пункт 2 статьи 167 ГК РФ). Переданная в пользование по такому договору вещь также подлежит возврату (пункт 82 Постановления № 25).

В то же время, если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Как обоснованно указал суд апелляционной инстанции, ответчик, обладающий возможностью оказывать влияние на принятие обществом решений о заключении расходных договоров, и осведомленный о постоянной потребности ООО «Ижморская ТСК» в использовании грузовых транспортных средств, не принял меры к приобретению транспортного средства, доступного на рынке и пригодного к обеспечению потребностей общества, не поставил перед его участниками вопрос о финансировании приобретения автомобиля, что соответствовало бы разумному поведению участника корпорации, заботящегося о ее интересах и интересах других участников. Вместо этого ФИО2 совершил в свою пользу сделку по аренде принадлежащего ему транспортного средства с уплатой арендной платы, значительно превышающей рыночную стоимость автомобиля, в отсутствие одобрения общим собранием участников общества.

Таким образом, фактически ФИО2 совершил убыточную для общества сделку, необоснованно увеличив его долговую нагрузку к своей выгоде.

Действия ФИО2 нарушают его фидуциарные обязанности действовать в интересах общества, потому возражения ФИО2 признаются кассационным судом подлежащими отклонению, а преследуемый им интерес, основанный на подобном поведении, – не заслуживающим судебной защиты.

Относительно ссылки кассатора на необходимость принятия во внимание размера арендной платы, соответствующей рыночной, использования обществом спорного транспортного средства в своей хозяйственной деятельности, суд округа, учитывая не типичность условий договора аренды (возложение арендодателем на арендатора всех обязательств по содержанию транспортного средства, в том числе осуществление капитального ремонта), несение обществом соответствующих расходов в размере, сопоставимом с величиной среднерыночной арендной платы, установленной судебным экспертов, возращение арендодателю транспортного средства, с учетом его года выпуска и степени износа, в надлежащем состоянии, отмечает обоснованность выводов судов первой и апелляционной инстанций о наличии правовых оснований для односторонней реституции.

По мнению коллегии, признание недействительным договора аренды не порождает у ответчика права на получение тех выгод, которые он имел бы при добросовестной реализации гражданских прав, ввиду чего, суды обоснованно не усмотрели оснований для взыскания в его пользу денежных средств в размере рыночной арендной платы.

Нарушений судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 288 АПК РФ являются основанием к отмене или изменению судебных актов, не установлено. Кассационная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные при обращении в суд, относятся на заявителя.

Учитывая изложенное, руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение от 25.09.2024 Арбитражного суда Кемеровской области и постановление от 07.03.2025 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А27-14869/2023 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий                                                      М.М. Бадрызлова

Судьи                                                                                    М.Ю. Бедерина

ФИО1