ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва

10.03.2021

Дело № А40-109231/2017

 

Резолютивная часть постановления объявлена  02.03.2021 

Полный текст постановления изготовлен  10.03.2021

 

Арбитражный суд Московского округа

в составе председательствующего судьи Коротковой Е.Н.,

судей Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в судебном заседании:

от АО «Алмаз» - ФИО1, доверенность от 11.01.2021,

от ФИО2 – ФИО3, доверенность от 01.10.2020,

от ФИО4 – ФИО5, доверенность от 21.02.2020,

от ФИО6 – лично, паспорт,

от ФИО7 – ФИО8, доверенность от 02.03.2021,

рассмотрев 02.03.2021 в судебном заседании кассационные жалобы АО «Алмаз», ФИО2, ФИО9

на  определение Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2020,

постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020

по заявлению АО «Алмаз»  о привлечении ФИО9, ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Эльтон»,

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 11.01.2018 ООО «Эльтон» признано несостоятельным, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО10.

Конкурсный кредитор АО «Алмаз» обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о привлечении ФИО9,  ФИО2, ФИО7, ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020, ФИО9 и ФИО2 привлечены солидарно к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, производство по заявлению о привлечении ФИО9 и ФИО2 к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами. В удовлетворении остальной части требований кредитора отказано.

Не согласившись с судебными актами по спору, АО «Алмаз»   обратилось с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит определение и постановление судов  в части отказа в привлечении в субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО4, ФИО6 отменить, обособленный спор в отменённой части направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции. В обоснование доводов кассационной жалобы заявитель ссылается на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, считает, что судами оставлены без внимания и оценки доводы конкурсного кредитора о том, что указанные ответчики, будучи юридически аффилированными с должником, принимали участие в перераспределении активов должника, получали необоснованную выгоду от совершения сделок, направленных на вывод активов должника, принимали участие в совершении сделок по выводу активов должника в отсутствие встречного предоставления, совершенных в ущерб имущественным правам кредиторов, что позволяет в силу положений Закона и разъяснений Постановления №53 отнести указанных ответчиков к контролирующим должника лицам.

ФИО2 обратилась с кассационной жалобой в Арбитражный суд Московского округа, в которой просит определение и постановление судов в части привлечения ее к субсидиарной ответственности отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных к ней требований. Ответчик полагает, что судами не применены подлежащие применению нормы ст.10 Закона о банкротстве в редакции Закона №134-ФЗ, указание судом на получение ответчиком сумм займа не является основанием для возложения на нее субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Ответчик также обращает внимание, что ООО «Шамира», в котором она была руководителем, получено от должника денежных средств на сумму 1 961 200 руб., что составляет 1,4% от баланса должника.

ФИО9 в своей кассационной жалобе просит определение и постановление судов в части привлечения ее к субсидиарной ответственности отменить, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных к ней требований, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, полагая, что судами не учтены  фактическая передача имевшейся у ответчика документации должника конкурсному управляющему, действительность договоров займа.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Судом в порядке ст.279 АПК РФ приобщены к материалам дела отзывы  АО «Алмаз» на кассационные  жалобы ФИО2, ФИО9

В судебном заседании представитель АО «Алмаз» на доводах своей кассационной жалобы настаивал, возражал против удовлетворения кассационных жалоб ответчиков.

Представитель ФИО2 на доводах своей кассационной жалобы настаивал.

ФИО6 и представители ФИО4, ФИО7     возражали против удовлетворения кассационной жалобы АО «Алмаз».

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению кассационных жалоб в их отсутствие.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам, арбитражный суд округа пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО9 являлась генеральным директором должника, а также является участником общества должника с размером доли в уставном капитале 50%.

В силу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств:  документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Судами указано, что решением Арбитражного суда города Москвы от 11.01.2018 о признании должника банкротом суд обязал руководителя должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего передать бухгалтерскую и иную документацию должника, печати и штампы, материальные и иные ценности должника конкурсному управляющему.

В силу пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве  руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Согласно разъяснениям, изложенным в  п.24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее-  Постановление №53), применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суды установили, что  ответчиком ФИО9 не исполнена обязанность, предусмотренная ст.126 Закона о банкротстве, документация должника не была передана конкурсному управляющему.  Суды также пришли к выводу о том, что  в результате не передачи документов бывшим руководителем должника конкурсному управляющему, последний не смог осуществить действия по  формированию конкурсной массы.

Судебная коллегия кассационной инстанции также полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба ФИО9  не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих вышеуказанные выводы суда, которым не была бы дана правовая оценка.

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №134-ФЗ) пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Судами установлено, что в период с 22.06.2014 до 22.06.2017 должником под руководством ответчика ФИО9  совершены сделки, а именно  платежи в пользу ООО «Интел-Сервис» на сумму 6 040 300 руб., ООО «Шамира» на сумму 5 986 700 руб., ООО «Топ Сервис» на сумму 11 405 000 руб., ООО «Юнитрейд-Гранит» на сумму 4 213 200 руб., ООО «Центрумикс-Трейд» на сумму 24 674 007 руб., признанные судебными актами по делу о банкротстве недействительными сделками. 

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 АПК РФ, суды установили, что ответчик ФИО9 в нарушение принципов добросовестности и разумности совершила сделки, направленные на вывод имущества должника и причинение вреда имущественным правам кредиторов, повлекшие возникновение у должника признаков неплатежеспособности.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов в указанной части, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Поскольку ФИО9  обоснованно привлечена к субсидиарной ответственности за непередачу документации конкурсному управляющему и за совершение сделок, причинивших вред имущественным правам кредиторов, признанных судом недействительными,  с учетом приостановления производства по спору в части определения размера субсидиарной ответственности, суд округа не усматривает оснований для отмены судебных актов в части привлечения ФИО9   к субсидиарной ответственности по вышеизложенным мотивам.

При этом суд округа не может не отметить, что на момент рассмотрения спора о привлечении к субсидиарной ответственности в отношении вмененных ФИО9 сделок по выдаче займа себе и иным лицам отсутствовал судебный акт о признании таких сделок  недействительными. Более того, постановлением Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2020 определение Арбитражного суда города Москвы от 23.12.2019 и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.03.2020 по делу № А40-109231/2017 об отказе в признании указанных сделок недействительными отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Привлекая ответчика ФИО2 к субсидиарной ответственности, суды исходили из следующего.

Судами установлено, что ФИО2, с 03.09.2001 являясь главным бухгалтером должника, отражала в балансе должника за 2013-2016г.г. недостоверные сведения относительно кредиторской задолженности.

Также судом апелляционной инстанции указано, что  ФИО2 как главный бухгалтер, в функции которого входит отражение в бухгалтерском учете сведений об операциях с контрагентами, путем анализа правоотношений с указанными организациями не могла не знать о том, что отражение в бухгалтерском учете фиктивной задолженности, не подтвержденной реальными хозяйственными операциями, перед указанными организациями является неправомерным.

Однако, в силу п.п.2 п.4 ст.10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №134-ФЗ, действовавшей на момент вмененных ответчику действий)  пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Вместе с  тем, из судебных актов не следует, что судами установлены обстоятельства, каким образом отражение в бухгалтерской документации общества  кредиторской задолженности в том или ином размере существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализацию конкурсной массы.

Суды также  указали, что ФИО2 являлась руководителем ООО «Шамира», которому должником перечислены денежные средства на сумму 5 986 700 руб., признанные судом недействительными сделками, и за совершение которых к субсидиарной ответственности привлечена ФИО9 как руководитель должника.

Однако, согласно подпункту 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника). 

Исходя из разъяснений абзаца 4 пункта 3 Постановления  Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановления №53) лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

Согласно пункту 7 Постановления № 53 к указанным преимуществам может быть отнесено получение выгоды из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения. 

Вместе с тем, судами обстоятельства  извлечения ФИО2 как главным бухгалтером должника выгоды из совершенных перечислений, впоследствии признанных недействительными, не устанавливались. Не исследовались  судами и обстоятельства, которые бы свидетельствовали о том, что ФИО2  имела более широкие полномочия, чем предполагают функции главного бухгалтера, а именно, имела возможность определять условия заключаемых сделок, давать указания об их заключении.

Обстоятельства того, являлась ли ФИО2 выгодоприобретателем по сделкам с  ООО «Шамира», будучи его руководителем в тот или иной период времени, судами не  устанавливались.

Выводы судов относительно получения ФИО2 невозвратных  беспроцентных займов  на сумму 28 280 504 руб. суд округа признает преждевременными. 

Суд округа отмечает, что в судебных актах по настоящему спору суды не указали обстоятельств, которые ими установлены, не сослались на доказательства, которые были бы  исследованы и оценены,  которые позволили судами прийти к выводу о том, что выдача займа ФИО2 на указанную сумму являлась недействительной сделкой, причинившей вред имущественным правам кредиторам.

При этом, с учетом постановления Арбитражного суда Московского округа от 22.06.2020 об отмене судебных актов по спору о признании недействительными сделок по выдаче должником займов, в том числе и ФИО2,  в настоящее время в производстве суда первой инстанции находится на новом рассмотрении указанный обособленный спор, в рамках которого заявлены требования о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания, в том числе с ФИО2 полученных по договору займа денежных средств.

Соответственно, с учетом совпадения ФИО2  как ответчика по спору о субсидиарной ответственности и по спору о признании сделки недействительной, при установлении судами  обстоятельств недействительности договора займа с ней, суду следует применить разъяснения п.20 Постановления №53 и установить, являлось  ли совершение такой сделки с ней, как с выгодоприобретателем денежных средств должника, необходимой причиной банкротства должника.

Не может суд округа согласиться и с выводами судов об отказе в привлечении ФИО7, ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи со следующим.

Отказывая в удовлетворении заявленных конкурсным кредитором требований к указанным ответчикам, суды посчитали, что ФИО7, ФИО4 и ФИО6 не имели возможности давать обязательные указания должнику о совершении сделок, поскольку ни единоличными исполнительными органами, ни участниками должника не являлись.

Вместе с тем, судами не учтено, что п.п.2 п.4 ст.10 Закона о банкротстве (в редакции Закона №134-ФЗ, действовавшей на момент вмененных ответчикам  сделок) предусматривал возможность привлечения к субсидиарной ответственности лиц, в пользу которых совершены сделки, причинившие вред имущественным правам кредиторов.

При этом, согласно  разъяснениям, изложенным в абзаце 2 пункта 23 Постановления №53, если к ответственности привлекается лицо, являющееся номинальным либо фактическим руководителем, иным контролирующим должника лицом, по указанию которого совершена сделка, или контролирующим выгодоприобретателем по сделке, заявителю достаточно доказать, что сделкой причинен существенный вред кредиторам.

Судом первой инстанции указано, что ФИО4,  дочь ФИО9, является единственным участником ООО «Шамира»,   ФИО6 является владельцем 100% доли в уставном капитале ООО «Интел-Сервис» и ООО «Гармония», ФИО7, сын ФИО9, является руководителем контрагентов должника ООО «Топ Сервис» и ООО «Юнитрейд-Гранит».

Кроме того, конкурсный кредитор ссылался на  то, что единственным участником ООО «Топ Сервис» до 07.02.2017 являлся ФИО6, после  - ФИО7, что судом первой инстанции проверено не было.  

Обстоятельства того, кто являлся участником ООО «Юнитрейд-Гранит» на момент совершения должником в его пользу платежей, судами  не исследовались.

Вместе с тем, доводам конкурсного кредитора о том, что ответчики являлись участниками обществ (ООО «Интел-Сервис»,  ООО «Шамира»,  ООО «Топ Сервис», ООО «Юнитрейд-Гранит», ООО «Центрумикс-Трейд»), контрагентов, в пользу которых совершены сделки, признанные судебными актами по делу о банкротстве недействительными сделками, то есть фактическими выгодоприобретателями  по сделкам, в связи с чем подлежали привлечению к субсидиарной ответственности, надлежащая оценка не дана.

Кроме того, конкурсный кредитор приводил в судах доводы о том, что родство с руководителем должника, участие в юридических лицах, входящих с должником в одну группу компаний, объединенных общим деловым интересом при осуществлении хозяйственной деятельности должника, система организации и перераспределения ресурсов которых была направлена на аккумулирование денежных средств в пользу указанных ответчиков, позволяет отнести ответчиков к контролирующим должника лицам (бенефициарам хозяйственной деятельности должника). Однако указанные доводы оставлены судами без внимания и проверки.

Также суд округа считает необходимым отметить, что наравне с ФИО2, ответчики ФИО7, ФИО4, ФИО6 являются ответчики и по указанному ранее обособленному спору о признании недействительными сделок по выдаче должником займов.

Согласно части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Согласно пункту 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений, определяет, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены, и какие обстоятельства не установлены, какие законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному делу.

С учетом изложенного, судебная коллегия суда кассационной инстанции полагает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене в части привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, в части отказа в привлечении ФИО7, ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности, поскольку судами не применены подлежащие применению нормы материального права, не установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, не дана оценки всем доводам кредитора и ответчиков.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуется исследование и оценка доказательств, а также совершение иных процессуальных действий, установленных для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, обособленный спор в отмененной части подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При новом рассмотрении спора в части суду первой инстанции следует учесть изложенное, установить фактические обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора, после чего  с учетом имеющихся в деле доказательств и доводов лиц, участвующих в деле, а также с учетом установления всех фактических обстоятельств, исходя из подлежащих применению норм материального права, принять законный, обоснованный и мотивированный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 14.10.2020 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 17.12.2020 по делу № А40-109231/2017 отменить в части привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, в части отказа в привлечении ФИО7, ФИО4, ФИО6 к субсидиарной ответственности, в отмененной части обособленный спор направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

В остальной части судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО9 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                                    Е.Н. Короткова 

 

Судьи                                                                                                 Н.А. Кручинина

 

                                                                                                    Н.Н. Тарасов