АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

26 января 2023 года

Дело №

А56-114310/2021

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Александровой Е.Н., судей Лущаева С.В., Родина Ю.А., 

при участии от Балтийской таможни представителей ФИО1 (доверенность от 30.12.2022 № 06-10/0002), ФИО2 (доверенность от 29.12.2022 № 09-10/38248) и ФИО3  (доверенность от 10.01.2023 № 07-14/0003), от общества с ограниченной ответственностью «Гербалайф Интернэшнл РС» представителей ФИО4 и ФИО5 (доверенность от 17.11.2021 № 53/21), 

рассмотрев 12.01.2023 в открытом судебном заседании кассационную жалобу Балтийской таможни на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2022 по делу № А56-114310/2021, 

у с т а н о в и л:

Общество с ограниченной ответственностью «Гербалайф Интернэшнл РС», адрес: 105064, Москва, Земляной вал ул., д. 9, эт. 12, пом. I, комн. 1, 3-7, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – ООО «Гербалайф Интернэшнл РС», общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением (с учетом уточнения требований в порядке, предусмотренном статьей 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; далее – АПК РФ) о признании незаконными решений Балтийской таможни, адрес: 198184, Санкт-Петербург, Канонерский остров, д. 32-А, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>: 

- от 30.08.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларациях на товары (далее – ДТ) № 10216170/300818/0090439, 10216170/030918/0091716, 10013020/030918/0026623, 10013020/030918/0026669;

- от 31.08.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/050918/0026991, 10216170/080918/0094356, 10013020/120918/0027918, 10216170/110918/0095514, 10216170/140918/0097302, 10216170/170918/0098193, 10216170/170918/0098871, 10216170/200918/00100140, 10216170/240918/0101689, 10216170290918/0103497;

- от 01.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10216170/290918/0103488, 10013020/200918/0029023, 10013020/240918/0029311, 10013020/270918/0029880, 10013020/011018/0030195, 10013020/130918/0028078, 10013020/200918/0029020;

- от 02.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/021018/0030323, 10013020/081018/0030971;

- от 03.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/161018/0031946, 10216170/061018/0106991, 10216170/091018/0108254, 10216170/151018/0110645, 10216170/161018/0111164, 10216170/241018/0115639, 10216170/311018/0118832, 10216170/311018/0118788, 10216170/121018/0109604, 10216170/071118/0121962, 10216170/101118/0123275, 10216170/191118/0127766, 10216170/211118/0128928, 10216170/011218/0133684, 10216170/111218/0139482, 10216170/121218/0140804;

- от 06.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ  № 10013020/181018/0032384, 10013020/151018/0031756, 10216170/171218/0143553, 10013020/161018/0031969, 10013020/221018/0032642, 10216170/221018/0113881, 10216170/291018/0117707, 10216170/181218/0144111;

- от 07.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ  № 10013020/231018/0032857, 10013020/231018/0032882, 10013020/291018/0033559, 10013020/301018/0033878,10013020/061118/0034545;

- от 08.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/121118/0035291,10013020/061118/0034649;

- от 09.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/141118/0035596, 10013020/041218/0038295, 10013020/191118/0036159, 10013020/191118/0036152,10013020/201118/0036416;

- от 10.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10216170/141118/0125330, 10216170/201218/0145591, 10216170/241218/0148362, 10216170/261218/0149915, 10216170/271218/0150513, 10013020/271218/0037250, 10013020/301118/0037786, 10013020/061218/0038613;

- от 13.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/121218/0039508, 10013020/131218/0039605, 10013020/131218/0039654, 10013020/181218/0040205, 10013020/191218/0040387, 10013020/191218/0040370, 10013020/261218/0041499;

- от 14.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10013020/261218/0041511, 10013020/261218/0041536, 10013020/261218/0041649, 10013020/271218/0041767, 10013020/271218/0041717.

Общество также просило обязать таможенный орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя путем совершения действий по возврату заявителю излишне уплаченных таможенных платежей в размере 27 350 080,24 руб.

Решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.03.2022, оставленным без изменения постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2022, заявленные требования удовлетворены. 

В кассационной жалобе и письменных объяснениях таможня, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального права и процессуального права, на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, просит отменить обжалуемые решение и постановление, принять по делу новый судебный акт – об отказе в удовлетворении заявленных требований. 

По мнению подателя жалобы, вопреки выводам судов, в таможенную стоимость товаров подлежат включению все лицензионные платежи, предусмотренные пунктом 8.1 сублицензионного договора, поскольку названные платежи относятся к ввозимым товарам и их уплата является условием продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Евразийского экономического союза (далее — ЕАЭС, Союз). Податель жалобы считает, что судами неверно истолкованы и применены положения пунктов 4 – 7 Рекомендаций Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20. Суды не дали надлежащей оценки доводу таможни о подтверждении связи между спорными лицензионными платежами (ежегодный платеж за право пользования товарным знаком) и поставленными товарами, поскольку основным экономическим видом деятельности декларанта является деятельность рекламных агентств, а дополнительными – торговля оптовая и розничная; о необходимости рассмотрения во взаимной увязке видов деятельности декларанта также есть ссылка в приложении А к сублицензионному договору. Таможня указывает, что в рассматриваемом случае именно ввезенные товары являются объектом рекламирования с использованием товарных знаков, за которые уплачиваются спорные платежи, согласно толкованию норм Федерального закона от 13.03.2006 № 38-ФЗ «О рекламе» и на реализацию ввезенных товаров направлена деятельность декларанта. Уплата лицензионных платежей является условием продажи товаров, поскольку неуплата роялти повлечет за собой расторжение лицензионного соглашения и декларант лишится права использовать товарный знак в дистрибуции и рекламе с целью дальнейшего продвижения ввозимых товаров на рынке. Суды не учли доводы таможни о наличии прямой зависимости общества от сублицензиара в вопросах распоряжения предоставленными правами. Таможенный орган считает ошибочными выводы судебных инстанций об универсальности прав, предусмотренных пунктом 1.1.2 сублицензионного договора, и, соответственно, их неотносимости непосредственно к ввезенным товарам. В данном случае прямая и непосредственная связь лицензионных платежей с поставляемыми товарами в ходе проверки установлена.  Кроме того, податель жалобы ссылается на то, что в таможенную стоимость ввозимых товаров, подлежат включению суммы налога на добавленную стоимость (далее – НДС), исчисленного с сумм ежегодных платежей и уплачиваемых обществом в качестве налогового агента сублицензиара.

В отзыве на кассационную жалобу общество, считая обжалуемые судебные акты законными и обоснованными, просило оставить их без изменения.

Определением суда округа от 15.12.2022 (судьи Александрова Е.Н., Лущаев С.В., Родин Ю.А.) рассмотрение кассационной жалобы отложено на 12.01.2023. 

В судебном заседании представители таможни поддержали доводы, изложенные в кассационной жалобе, а представители общества возражали против ее удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, ООО «Гербалайф Интернэшнл РС» (покупатель, Россия) в рамках исполнения принятых на себя обязательств по внешнеторговым контрактам от 01.04.2016 № 1-2016, от 01.09.2018 № 1-2018, заключенными с иностранной компанией «Herbalife International Luxembourg S.a.R.L., INC.» (Гербалайф Интернэшнл Люксембург С.а.Р.Л., продавец, Люксембург), ввезло в 2018 году на условиях поставки DAP, DAT на территорию ЕАЭС и задекларировало в регионе деятельности Балтийской таможни по ДТ № 10216170/300818/0090439, 10216170/030918/0091716, 10216170/080918/0094356, 10216170/110918/0095514, 10216170/140918/0097302, 10216170/170918/0098193, 10216170/170918/0098871, 10216170/200918/0100140, 10216170/240918/0101689, 10216170/290918/0103497, 10216170/290918/0103488, 10216170/061018/0106991, 10216170/091018/0108254, 10216170/151018/0110645, 10216170/161018/0111164, 10216170/241018/0115639, 10216170/311018/0118832, 10216170/311018/0118788, 10216170/121018/0109604, 10216170/071118/0121962, 10216170/101118/0123275, 10216170/191118/0127766, 10216170/211118/0128928, 10216170/011218/0133684, 10216170/111218/0139482, 10216170/121218/0140804, 10216170/171218/0143553, 10216170/221018/0113881, 10216170/291018/0117707, 10216170/181218/0144111, 10216170/141118/0125330, 10216170/201218/0145591,  10216170/241218/0148362, 10216170/261218/0149915, 10216170/271218/0150513, а в также в регионе деятельности Московской областной таможни по ДТ № 10013020/030918/0026623, 10013020/030918/0026669, 10013020/050918/0026991, 10013020/120918/0027918, 10013020/200918/0029023, 10013020/240918/0029311, 10013020/270918/0029880, 10013020/011018/0030195, 10013020/130918/0028078, 10013020/200918/0029020, 10013020/021018/0030323, 10013020/081018/0030971, 10013020/161018/0031946, 10013020/181018/0032384, 10013020/151018/0031756, 10013020/161018/0031969, 10013020/221018/0032642, 10013020/231018/0032857, 10013020/231018/0032882, 10013020/291018/0033559, 10013020/301018/0033878, 10013020/061118/0034545, 10013020/121118/0035291, 10013020/061118/0034649, 10013020/141118/0035596, 10013020/041218/0038295, 10013020/191118/0036159, 10013020/191118/0036152, 10013020/201118/0036416, 10013020/271118/0037250, 10013020/301118/0037786, 10013020/061218/0038613, 10013020/121218/0039508, 10013020/131218/0039605, 10013020/131218/0039654, 10013020/181218/0040205, 10013020/191218/0040387, 10013020/191218/0040370, 10013020/261218/0041499, 10013020/261218/0041511, 10013020/261218/0041536, 10013020/261218/0041649, 10013020/271218/0041767, 10013020/271218/0041717 товары - продукты питания, пищевые добавки, предметы личной гигиены и другие продукты, маркированные товарными знаками Herbalife.

Таможенная стоимость ввезенных товаров определена и заявлена с использованием метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами. При этом в таможенную стоимость товаров декларантом включены лицензионные платежи за использование товарных знаков путем ввоза товаров, маркированных товарными знаками, на таможенную территорию ЕАЭС, уплачиваемые на основании заключенного между ООО «Гербалайф Интернэшнл РС» и компанией «Herbalife International Luxembourg S.aRL., INC.» сублицензионного договора от 20.07.2018 в виде ежеквартальных периодических платежей в размере 12% (не включая НДС) от базовой цены поставляемой продукции (в соответствии с пунктами 1.1.1, 8.1.2 сублицензионного договора).

Товары выпущены таможенным органом в соответствии с заявленной таможенной процедурой выпуска для внутреннего потребления.

После выпуска товаров, в 2021 году, таможня провела камеральную таможенную проверку с целью оценки достоверности заявленной таможенной стоимости ввезенных товаров в части включения в структуру таможенной стоимости лицензионных платежей. 

В ходе проверки таможня при проведении анализа представленных обществом документов при декларировании и по требованию таможенного органа установила, что в соответствии с заключенным сублицензионным договором от 20.07.2018 сублицензиар предоставляет сублицензиату неисключительное право на использование принадлежащих сублицензиару товарных знаков в пределах Российской Федерации следующими способами: 

1.1.1. путем осуществления ввоза на территорию всех товаров, в отношении которых зарегистрированы товарные знаки, маркированных, снабженных или обозначенных соответствующими товарными знаками; 

1.1.2. путем использования товарных знаков в дистрибуции и рекламе, использования товарных знаков посредством их размещения на официальных бланках любых документов, коммерческих предложениях, любого рода объявлениях, вывесках, рекламных брошюрах и иных аналогичных материалах, деловой и сопроводительной документации, в сети Интернет. Сублицензиат также вправе использовать товарные знаки, которые зарегистрированы в том числе в отношении определенных услуг, для целей оказания таких услуг. Указанные в настоящем пункте 1.1.2 разрешенные способы использования товарных знаков носят по существу универсальный характер и могут осуществляться сублицензиатом независимо от каких-либо импортируемых товаров.

В соответствии с пунктом 8.1 сублицензионного договора сублицензиат обязан оплачивать сублицензиару следующие виды лицензионных платежей за права, предоставленные настоящим договором:

8.1.1. «входной» однократный платеж, составляющий 1000 долларов США («Паушальный платеж»); 

8.1.2. за право, предусмотренное пунктом 1.1.1 настоящего договора - ежеквартальные периодические платежи в размере 12% (не включая НДС), об базовой цены продукции, поставляемой сублицензиату («роялти»); 

8.1.3 за права, предусмотренные пунктом 1.1.2 настоящего договора ежегодные периодические платежи, составляющие 200 000 000 руб. («Ежегодный платеж»). 

Таможенный орган пришел к выводу о том, что уплачиваемые обществом в соответствии с пунктом 8.1.3 сублицензионного договора ежегодные периодические платежи за право использования товарных знаков в дистрибуции и рекламе, размер которых составил 38 888 888,89 руб. за III квартал 2018 года и 50 000 000 руб. за IV квартал 2018 года, также как роялти, предусмотренные пунктами 1.1.1, 8.1.2 сублицензионного договора, относятся к ввезенным в указанные периоды товарам и являются условием продажи ввозимых товаров, следовательно, подлежат включению в структуру таможенной стоимости ввезенных товаров (акт камеральной таможенной проверки № 10216000/210/220721/A000158).

Возражения ООО «Гербалайф Интернэшнл РС» от 19.08.2021 № 22-01 на акт камеральной таможенной проверки отклонены таможенным органом (заключение от 27.08.2021 № 08-10/30469).

По итогам проверки таможня приняла решения от 30.08.2021, 31.08.2021, 01.09.2021, 02.09.2021, 03.09.2021, 06.09.2021, 07.09.2021, 08.09.2021, 10.09.2021, 13.09.2021, 14.09.2021 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в перечисленных выше ДТ, включив в таможенную стоимость ввезенных товаров ежегодные платежи за III и IV квартал 2018 года (38 888 888,89 руб. и 50 000 000 руб., соответственно), а также НДС, исчисленный и уплаченный обществом в качестве налогового агента сублицензиара с указанных сумм ежегодных платежей (7 000 000 руб. и 9 000 000 руб.). Общая сумма уплаченных обществом на основании решений таможенного органа платежей и сборов, пеней составила (с учетом уточнений) 27 350 080,24 руб. 

Считая незаконными решения таможни о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорных ДТ, ООО «Гербалайф Интернэшнл РС» обратилось в арбитражный суд с настоящим заявлением.  

Суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении дела установили, что в данном случае совокупность обстоятельств, свидетельствующая о том, что платежи относятся к ввозимым товарам и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию Союза, отсутствует, в связи с чем удовлетворили заявленные требования, признав оспариваемые решения таможни недействительными. 

Кассационная инстанция, изучив материалы дела и доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судами норм материального и процессуального права, соответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, приходит к следующим выводам.

Согласно пункту 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с главой 5 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

В силу требований пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 Кодекса, при выполнении условий, указанных в пункте 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются, в том числе, лицензионные и иные подобные платежи за использование объектов интеллектуальной собственности, включая роялти, платежи за патенты, товарные знаки, авторские права, которые относятся к ввозимым товарам и которые прямо или косвенно произвел или должен произвести покупатель в качестве условия продажи ввозимых товаров для вывоза на таможенную территорию Союза, в размере, не включенном в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за эти товары.

Как разъяснено в пункте 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза», платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти), не включенные в цену, фактически уплаченную или подлежащую уплате за ввозимые товары, учитываются в качестве одного из дополнительных начислений к цене в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС при выполнении в совокупности двух требований: эти платежи относятся к ввозимым товарам и уплата роялти является условием продажи оцениваемых товаров (прямо или косвенно) для их вывоза на таможенную территорию ЕАЭС. При выполнении данных требований само по себе заключение договора с иным, чем продавец товара, правообладателем не препятствует включению уплачиваемых на основании такого договора роялти в соответствующем размере в таможенную стоимость товаров.

В соответствии с пунктом 8 Положения о добавлении лицензионных и иных подобных платежей за использование объектов интеллектуальной собственности к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, принятого Рекомендацией Коллегии Евразийской экономической комиссии от 15.11.2016 № 20, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам, ключевым вопросом является не то, как рассчитывается сумма лицензионных платежей, а то, почему они уплачиваются и что именно покупатель (лицензиат) получает в обмен на их уплату.

В пункте 9 названного Положения указано, что при определении того, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, основным критерием является отсутствие у покупателя (лицензиата) возможности приобрести оцениваемые (ввозимые) товары без уплаты лицензионных платежей.

При этом зависимость продажи оцениваемых (ввозимых) товаров от уплаты лицензионных платежей может иметь место и в случаях, когда внешнеэкономический договор (контракт), в соответствии с которым товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, не содержит прямого указания об уплате лицензионных платежей как условия продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, особенно когда правообладатель и продавец являются разными лицами.

Во всех случаях решение о том, является ли уплата лицензионных платежей условием продажи оцениваемых (ввозимых) товаров, следует принимать с учетом анализа всех факторов и обстоятельств, сопутствующих продаже и ввозу этих товаров. 

В качестве таких факторов могут учитываться следующие: 

наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, или в иных документах, связанных с продажей таких товаров, положений, касающихся уплаты лицензионных платежей; 

наличие в лицензионном договоре положений, касающихся продажи оцениваемых (ввозимых) товаров; 

наличие во внешнеэкономическом договоре (контракте), в соответствии с которым оцениваемые (ввозимые) товары продаются для вывоза на таможенную территорию Союза, и (или) в лицензионном договоре положения о возможности расторжения внешнеэкономического договора (контракта) в случае неуплаты покупателем (лицензиатом) правообладателю лицензионных платежей; 

наличие в лицензионном договоре условия, запрещающего производителю (продавцу) изготавливать и (или) продавать покупателю товары, созданные с использованием объектов интеллектуальной собственности правообладателя, в случае неуплаты последнему соответствующего вознаграждения; 

наличие в лицензионном договоре условия, позволяющего правообладателю осуществлять контроль за производством товаров или их продажей производителем продавцом) покупателю (продажей товаров для вывоза на таможенную территорию Союза), который выходил бы за рамки контроля качества.

Применительно к обстоятельствам настоящего дела суды установили, что правомочия, предоставляемые обществу в соответствии с пунктом 1.1.2 сублицензионного договора в обмен на уплату ежегодного платежа, предусмотренного пунктом 8.1.3 сублицензионного договора, а именно: использование товарных знаков в дистрибуции, рекламе, на официальных бланках, документах, в сети Интернет, в отношении определенных услуг, носят универсальный характер, используются в административно-хозяйственной деятельности общества и для продвижения товарных знаков, бренда Herbalife на рынке и не имеют прямой и непосредственной связи с какими-либо ввезенными товарами (в том числе с товарами, задекларированными в рассматриваемых ДТ). Об этом имеется прямое указание в сублицензионном договоре, согласно пункту 1.1.2 которого право использования товарных знаков, предусмотренное пунктом 1.1.2 «носит по существу универсальный характер и может осуществляться сублицензиатом (обществом) независимо от каких-либо импортируемых товаров».

С учетом изложенного суды заключили, что на основании пункта 1.1.2 сублицензионного договора общество получает право использовать товарные знаки не в отношении товаров и путем их ввоза, а, во-первых, в своей административно-хозяйственной деятельности в целом (путем размещения на бланках, официальных документах, в сети Интернет), во-вторых, в маркетинговой деятельности и продвижении бренда Herbalife, в том числе на распространяемых обществом, изготовленных на территории Российской Федерации продукции (косметическая продукция, фильтры и картриджы для очистки воды) и рекламных материалах (канцелярские изделия и другая рекламная продукция, маркированная товарными знаками), а также при оказании услуг, что, среди прочего, подтверждается Приложением А к сублицензионному договору, в соответствии с которым товарные знаки могут использоваться в отношении различных услуг.

Контракты на поставку товаров от 01.04.2016 № 1-2016, от 01.09.2018 № 1-2018 не устанавливают зависимость продажи товаров для целей их ввоза на таможенную территорию ЕАЭС от выплаты ежегодного платежа, предусмотренного пунктом 8.1.3 сублицензионного договора. В контрактах поставки отсутствуют положения об использовании товарных знаков, иных объектов интеллектуальной собственности, а также отсутствуют ссылки на положения каких-либо лицензионных договоров.

Таким образом, суды сочли, что ежегодный платеж, предусмотренный пунктом 8.1.3 сублицензионного договора уплачивается обществом за правомочия по использованию товарных знаков универсального характера, не связанные непосредственно с ввозом товаров, вследствие чего не относятся к этим товарам. Лицензионным вознаграждением, уплачиваемым в связи с ввозом товаров, являются роялти в соответствии с пунктами 1.1.1 и 8.1.2 сублицензионного договора, которые уже включены обществом в таможенную стоимость ввезенных товаров в полном объеме, что не оспаривается таможенным органом. Материалами дела также не подтверждено, что уплата ежегодного платежа, предусмотренного пунктом 8.1.3 сублицензионного договора, является условием продажи ввозимых обществом (в том числе по спорным ДТ) товаров.

При этом суды отклонили ссылки таможенного органа на наличие взаимосвязи общества и продавца товаров – компании «Herbalife International Luxembourg S.aRL., INC.», одновременно являющейся поставщиком товаров, сублицензиаром и учредителем общества (с долей в уставном капитале 99%), как на обстоятельство, в совокупности с иными свидетельствующее об обусловленности ввоза товаров уплатой ежегодных платежей. Как указали суды, таможенным органом не приведены доказательства какого-либо влияния установленной взаимосвязи на цену товаров и коммерческие взаимоотношения сторон сделки.

Вместе с тем суды не учли, что в тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между взаимосвязанными лицами,  условия договоров, в том числе в части использования объектов интеллектуальной собственности импортером, может определяться по усмотрению иностранного поставщика и в его интересах. В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности несмотря на отсутствие соответствующих условий в договорах. Соответственно, подлежат исследованию и оценке не только условия договоров поставки и сублицензионного договора, но и фактические использование передаваемых по сублицензионному договору прав, то есть вся совокупность установленных в группе компаний правил использования объектов интеллектуальных прав как при организации административно-хозяйственной деятельности общества, так и при осуществлении деятельности по продвижению на рынке, распространению и продаже лицензионных товаров. 

Данная позиция нашла отражение в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2022 № 310-ЭС22-8937 по делу № А09-1129/2021 и от 02.12.2022 № 310-ЭС22-9639 по делу № А09-1751/2021.

Как указал Верховный Суд Российской Федерации в названных определениях, методы таможенной оценки предназначены для обеспечения правильного таможенного обложения ввозимых товаров исходя из их действительной экономической ценности. В связи с этим стоимость сделки с ввозимыми товарами может быть дополнена иными платежами (элементами), которые приходятся на покупателя, создают доход продавца с таможенной территории соответствующего государства, и, следовательно, считаются формирующими часть цены, используемой для таможенных целей, даже если они не были включены в контрактную цену товаров.

Платежи за использование объектов интеллектуальной собственности (роялти, лицензионные платежи) подлежат учету для целей таможенной оценки ввезенных товаров как один из компонентов таможенной стоимости при ее определении первым методом (по стоимости сделки с ввозимыми товарами) в той мере, в какой они влияют на их экономическую ценность.

При этом включение роялти в таможенную стоимость не ограничивается случаями, когда непосредственно ввезенные товары являются предметом лицензионных соглашений (товарный знак нанесен на товары и т.п.), а в договоре купли-продажи имеется явно выраженное указание на необходимость заключения лицензионного договора и уплаты роялти в качестве условия продажи товаров. Включение лицензионных платежей в таможенную стоимость также напрямую не обусловлено способом определения размера роялти (в зависимости от стоимости ввезенных товаров или иных показателей финансово-хозяйственной деятельности импортера), периодичностью уплаты лицензионных платежей, иными подобными обстоятельствами.

Отсутствие в договоре купли-продажи указания на необходимость заключения иных договоров в отношении объектов интеллектуальной собственности, не исключает возможность учета роялти для целей таможенной оценки, поскольку внесение платежей за использование объектов интеллектуальной собственности может являться подразумеваемым условием продажи, без выполнения которого импортер не в состоянии приобрести товар, а экспортер - не будет готов его продать.

В тех случаях, когда ввоз товаров осуществляется на основании сделок, совершаемых между участниками одной группы компаний, решение вопроса о заключении договоров, опосредующих использование объектов интеллектуальной собственности импортером, оказывается исключительно вопросом усмотрения иностранного поставщика и взаимосвязанных с ним участников группы, что порождает существенный риск манипулирования элементами стоимости товара, формирующими его таможенную стоимость. В указанных случаях уплата роялти может являться условием продажи товара для его ввоза в силу принятых внутри группы компаний правил ведения деятельности, что не находит прямого отражения в договорных условиях.

С учетом изложенного, при определении того, относятся ли лицензионные платежи к оцениваемым (ввозимым) товарам и является ли внесение данных платежей условием продажи товара, приобретенного по сделкам, совершенным в рамках одной группы компаний, значение имеет взаимосвязь между принятием импортером на себя обязательства по уплате роялти и возникновением (сохранением) у него возможности использовать ввезенные товары не только de jure (на законном основании), но и de facto (с учетом принятых внутри группы компаний правил организации торговой деятельности под определенным брендом).

Если внутри группы компаний установлены требования по использованию объектов интеллектуальных прав, делающие возможным продажу товаров в страну импорта для последующей розничной торговли, в том числе требования относительно использования внутригрупповых ноу-хау, программного обеспечения, веб-сайта и коммерческого обозначения, соответствующие платежи, осуществляемые в пользу поставщика или иного участника группы компаний (взаимосвязанного лица), могут рассматриваться как элементы действительной стоимости товаров, которые в силу подпункта 7 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС должны быть учтены для целей их таможенной оценки.

Изложенное согласуется с общепринятым в мировой практике подходом к оценке допустимости учета роялти в структуре таможенной стоимости ввезенных товаров, нашедшим отражение в ряде рекомендаций Технического комитета по таможенной оценке Всемирной таможенной организации, принятых в соответствии с пунктом 2 статьи 18 Соглашения по применению статьи VII ГАТТ 1994 (рекомендуемые мнения 4.3 и 4.7, 4.11 и 4.12), подтверждающих необходимость включения в таможенную стоимость платежей за использование объектов интеллектуальной собственности, уплачиваемых импортером для получения возможности осуществления производственного процесса (использования технологии), розничной дистрибуции товаров, в зависимости того, были бы проданы соответствующие товары в страну импорта без заключения иных договоров, обеспечивающих коммерческие интересы продавца и связанных с ним лиц.

При таком положении выводы судов, о том, что права, предоставленные пунктом 1.1.2 сублицензионного договора путем использования товарных знаков в дистрибуции и рекламе, посредством их размещения на официальных бланках любых документов, коммерческих предложениях, любого рода объявлениях, вывесках, рекламных брошюрах и иных аналогичных материалах, деловой и сопроводительной документации, в сети Интернет, используются в административно-хозяйственной деятельности общества и для продвижения товарных знаков, бренда Herbalife на рынке, не могли служить основанием для удовлетворения заявленных требований, поскольку не опровергают того, что названные аспекты деятельности ООО «Гербалайф Интернэшнл РС», в том числе с использованием объектов интеллектуальных прав в дистрибуции и рекламе, имеют конечной целью исключительно дистрибуцию товаров Herbalife  (лицензионные платежи относятся к ввезенным товарам) и экспорт товаров для ввоза в Российскую Федерацию без заключения сублицензионного договора не предполагался.

С учетом имеющейся взаимосвязи судам также следовало проверить, представило ли общество доказательства, опровергающие признаки недостоверного определения таможенной стоимости, в том числе применительно к пункту 5 статьи 39 ТК ЕАЭС и пункту 20 Постановления № 49,  раскрыло ли документы и сведения о ценообразовании, которое применялось при экспорте товаров в Российскую Федерацию.

Настаивая на том, что в настоящем случае все предусмотренные пунктом 8.1 сублицензионного договора платежи подлежат включению в таможенную стоимость товаров, поскольку относятся к ввезенным товарам и их уплата является условием продажи товаров для их вывоза на территорию Союза, таможня указывала, что положениями сублицензионного договора обществу предоставлено право использования товарных знаков на широкий спектр классов Международной классификации товаров и услуг, охватывающих как реализацию товаров, так и предоставление услуг, что обусловлено направлениями деятельности общества, при этом основным направлением является деятельность рекламных агентств, а дополнительными – виды деятельности, относящиеся к оптовой и розничной торговле. В свою очередь,  объектом рекламирования являются именно ввозимые товары, в том числе в рамках предлагаемых обществом различных программ в области здорового питания, здорового образа жизни и именно на реализацию данных товаров и повышение сбыта продукции направлена деятельность ООО «Гербалайф Интернэшнл РС». Соответственно, предоставленное обществу на основании сублицензионного договора право использования товарных знаков в дистрибуции и рекламе обусловлено целью дальнейшего продвижения ввозимых товаров.

Данные доводы таможни надлежащей судебной оценки не получили, при этом суды не установили, какой экономический смысл имеет заключение сторонами сублицензионного договора без заключения внешнеэкономических контрактов на поставку товара и ввоза товара.

 Представленные обществом в материалы дела договоры с контрагентами в Российской Федерации, в рамках которых обществу предоставлялись рекламные услуги, направленные на продвижение, стимулирование продаж товаров, повышение имиджа и узнаваемости, услуги по разработке сайта, программ, баз данных, информационных материалов, графических элементов и т.д., как ссылается таможенный орган, также свидетельствуют о связи предоставленных сублицензиату прав использования товарных знаков в дистрибуции, рекламе и иным образом с ввозимыми товарами.

Таможня также проанализировала положения пунктов 3.1, 5.6, 5.7, 10.3 сублицензионного договора, в силу которых общество обязано соблюдать требования и инструкции сублицензиара по использованию предоставленных ему материалов для продвижения продукции на рынке и возвратить все материалы в случае расторжения сублицензионного договора, сопоставила их с условиями внешнеэкономических контрактов на поставку товаров и пришла к выводу о наличии прямой зависимости ООО «Гербалайф Интернэшнл РС» от сублицензиара в вопросах распоряжения предоставленными правами на использование товарных знаков. Установленные в перечисленных пунктах договоров условия, по мнению таможенного органа, подтверждают, что действия общества по продвижению товаров на внутреннем рынке Союза осуществляются по требованию продавца, условия их осуществления также определяются продавцом, выполнение данных требований является условием продажи ввозимых товаров, а компания «Гербалайф Интернэшнл С.а.Р.Л.» осуществляет контроль над продажей ввозимых товаров сверх рамок контроля качества.

Выводы судов двух инстанций о том, что указанные выше положения сублицензионного договора не содержат требований продавца об осуществлении обществом каких-либо конкретных действий по продаже, рекламе и продвижению ввезенных по спорным ДТ товаров на определенных условиях, сделаны без учета того, что в договором установлена обязанность сублицензиата соблюдать требования и инструкции сублицензиара по использованию предоставляемой информации.

Ссылки общества на факты использования предоставленных пунктом 1.1.2 сублицензионного договора прав способами, не связанными с ввозом товаров, в том числе при дистрибуции товаров, произведенных и закупленных на территории Российской Федерации, подлежат дополнительному исследованию и правовой оценке.

Также заслуживают внимания доводы таможни о необходимости включения в таможенную стоимость ввезенных товаров НДС на ежегодные платежи, начисленные в пользу сублицензиара и уплачиваемые обществом в рамках исполнения обязанностей налогового агента (пункты 1 и 2  статьи 161, пункт 4 статьи 174 Налогового кодекса Российской Федерации), в связи с чем, как указывает таможенный орган, НДС, удержанный налоговым агентом, подлежит включению в таможенную стоимость ввезенных товаров в составе дополнительных начислений к цене, фактические уплачиваемой за товары или подлежащей уплате (ЦФУ), в виде лицензионных платежей.

Исходя из подпункта 3 пункта 2 статьи 40 ТК ЕАЭС для включения расходов в состав вычетов из ЦФУ указанные расходы должны быть частью ЦФУ, они должны быть понесены декларантом в виде пошлин, налогов и сборов, уплачиваемых в связи с ввозом лицензионных товаров на таможенную территорию ЕАЭС.

Суды не учли, что в данном случае суммы НДС, исчисленные и уплачиваемые обществом в рамках исполнения им обязанностей налогового агента, не соответствуют перечисленным условиям: не являются частью ЦФУ, налогоплательщиком по ним является правообладатель, а не декларант, объектом налогообложения является не ввоз лицензионных товаров, а передача прав на объекты интеллектуальной собственности (результаты интеллектуальной деятельности) на территории Российской Федерации (подпункт 1 пункта 1 статьи 146, подпункт 4 пункта 1 статьи 148 НК РФ), соответственно, уплачиваются указанные суммы НДС не в связи с ввозом лицензионных товаров, а в связи с передачей, предоставлением патентов, лицензий, торговых марок, авторских прав или иных аналогичных прав.

С учетом изложенного принятые по делу судебные акты не могут быть признаны законными и в достаточной степени обоснованными, подлежат отмене как принятые с нарушением норм материального и процессуального права, а дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 АПК РФ подлежит направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

При новом рассмотрении дела суду необходимо принять во внимание правовую позицию, изложенную в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 02.12.2022 № 310-ЭС22-8937 и от 02.12.2022 № 310-ЭС22-9639, исходя из которой дать надлежащую правовую оценку всем доводам лиц, участвующих в деле, и представленным в дело доказательствам, после чего разрешить спор с правильным применением норм права.

Руководствуясь статьями 286 – 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 30.03.2022 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2022 по делу № А56-114310/2021 отменить.

Направить дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области.

 

Председательствующий

Е.Н. Александрова

 

Судьи

 

С.В. Лущаев

Ю.А. Родин