СЕДЬМОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

ул. Набережная реки Ушайки, дом 24, Томск, 634050, https://7aas.arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

 

город Томск                                                                               Дело № А27-29899/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 4 мая 2022 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 12 мая 2022 года.

 

Седьмой арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи                       Дубовика В.С., 

судей                                                                  Иванова О.А., 

                                                                            ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 (№ 07АП-5258/2020(9)) на определение от 25.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-29899/2018 (судья Куль А.С.) о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибрегионстрой» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, адрес местонахождения: 652845, 

<

...>), принятое по заявлению конкурсного управляющего о привлечении ФИО4, ФИО7, ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности,

 

при участии в судебном заседании:

без участия, 

 

УСТАНОВИЛ:

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Сибрегионстрой» (далее – ООО «Сибрегионстрой», должник) конкурсный управляющий должника ФИО3 обратился в Арбитражный суд Кемеровской области с заявлением о привлечении ФИО4, ФИО7 (далее – ФИО7 к.), ФИО5, ФИО6 к субсидиарной ответственности в деле о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 25.02.2022 установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, в удовлетворении заявления в остальной части требований отказано.

Не согласившись с вынесенным определением, конкурсный управляющий должника обратился в Седьмой арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 25.02.2022 в части отказа в установлении оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8, ФИО6 отменить и принять новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы указано, что выводы суда первой инстанции не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Полагает, что ФИО7, ФИО8, ФИО6 являются контролирующими должника лицами. Указывает, что совокупно недействительные сделки в пользу указанных лиц составляют 18,65 % от суммы активов должника. Считает, что ответчики не опровергли доводы о наличии у них статуса контролирующих должника лиц.  

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом и своевременно извещенные о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили. На основании статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, проверив законность и обоснованность определения суда первой инстанции в порядке статьи 268 АПК РФ, арбитражный суд апелляционной инстанции приходит к выводу об отсутствии оснований для отмены судебного акта исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, решением суда от 10.06.2019 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство. Конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.01.2020 установлены основания для привлечения к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО9 

Определениями Арбитражного суда Кемеровской области по настоящему делу признаны недействительными сделки по перечислению должником денежных средств:

ФИО7 в период с 04.02.2016 по 21.06.2018 в размере 1 864 549 руб. (определение от 10.12.2019), в период с 05.07.2016 по 21.06.2018 в размере 6 142 203 руб. (определение от 10.12.2019). 

ФИО8 в период с 21.09.2016 по 27.07.2018 в размере 1 167 920 руб. (определение суда от 23.01.2020), в период с 20.10.2016 по 11.09.2017 в сумме 843 500 руб. (определение от 10.03.2020). 

ФИО6 в период с 27.11.2017 по 21.06.2018 в размере 1 800 280 руб. (определение от 10.12.2019), в размере 42 000 руб. (определение от 10.03.2020), в период с 29.09.2017 по 23.11.2017 в размере 407 500 руб. (определение от 27.05.2020).

ФИО7 в период с 23.09.2016 по 09.06.2016 в размере 405 000 руб. (определение от 27.05.2020),  в период с 21.09.2016 по 27.07.2018 в размере 973 211 руб. (определение от 15.01.2020).

14.10.2021 в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц: ФИО7, ФИО7, ФИО8, ФИО6, полагая, что в результате совершения сделок по перечислению денежных средств в пользу указанных лиц, должник был признан несостоятельным (банкротом).

Суд первой инстанции пришел к выводу о наличии оснований для привлечения к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО7 поскольку в результате совершения сделок по безвозмездному перечислению денежных средств в размере 8 006 752 рублей в пользу ФИО7 должник стал отвечать признаку неплатежеспособности. В тоже время суд первой инстанции пришел к выводу, что совершение должником недействительных сделок при участии ФИО8, ФИО7, ФИО6 не повлекло наступление несостоятельности должника, а данные лица, поскольку не были наделены полномочиями определять действия должника, не могут быть отнесены к контролирующими лицам.

Выводы суда первой инстанции соответствуют действующему законодательству и фактическим обстоятельствам дела. 

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Поскольку обстоятельства по перечислению денежных средств, на которые ссылается конкурсный управляющий, возникли до 30.07.2017, суд первой инстанции верно определил, что к рассматриваемым материальным правоотношениям подлежат применению положения статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ, а также положения статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 4 статьи 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника, если причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

По смыслу статьи 2 Закона о банкротстве в редакции Закона № 134-ФЗ контролирующим лицом, является лицо, имеющее либо имевшее в течение менее чем три года до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность в силу нахождения с должником в отношениях родства или свойства, должностного положения либо иным образом определять действия должника, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом (в частности, контролирующим должника лицом могут быть признаны члены ликвидационной комиссии, лицо, которое в силу полномочия, основанного на доверенности, нормативном правовом акте, специального полномочия могло совершать сделки от имени должника, лицо, которое имело право распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, руководитель должника).

Применение положений статьи 10 Закона о банкротстве в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Согласно пункту 3 Постановления № 53 по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 23 Постановления № 53 презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). 

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

По смыслу подпункта 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве для доказывания факта совершения сделки, причинившей существенный вред кредиторам, заявитель вправе ссылаться на основания недействительности, в том числе предусмотренные статьей 61.2 (подозрительные сделки) и статьей 61.3 (сделки с предпочтением) Закона о банкротстве.

Однако и в этом случае на заявителе лежит обязанность доказывания, как значимости данной сделки, так и ее существенной убыточности. Сами по себе факты совершения подозрительной сделки указанную совокупность обстоятельств не подтверждают.

Вместе с тем, существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств. 

Согласно пункту 56 Постановления № 53 по общему правилу, на арбитражном управляющем, кредиторах, в интересах которых заявлено требование о привлечении к ответственности, лежит бремя доказывания оснований возложения ответственности на контролирующее должника лицо (статья 65 АПК РФ). 

Если арбитражный управляющий и (или) кредиторы с помощью косвенных доказательств убедительно обосновали утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и о невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий (бездействия) последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо, которое должно доказать, почему письменные документы и иные доказательства арбитражного управляющего, кредиторов не могут быть приняты в подтверждение их доводов, раскрыв свои документы и представив объяснения относительно того, как на самом деле осуществлялась хозяйственная деятельность (пункт 4 статьи 61.16 Закона о банкротстве).

Оценив представленные в дело доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ, апелляционный суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, определением суда от 26.12.2018 принято заявление о признании должника банкротом.

Исходя из сведений ЕГРЮЛ, ФИО7 с 27.01.2014 является участником должника с долей участия 50% в уставном капитале, что является достаточным для его отнесения к контролирующему лицу исходя из закрепленной презумпции.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2019 признаны недействительными сделки по перечислению, получению денежных средств должника в пользу ФИО7 в период с 04.02.2016 по 21.06.2018 в размере 1 864 549 рублей.

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 10.03.2020 признаны недействительными сделки по перечислению, получению денежных средств по расходным кассовым ордерам, денежным чекам, в пользу ФИО7 на общую сумму 6 142 203 рублей за период с 05.07.2016 по 21.06.2018.

Таким образом, в пользу ФИО7 в период с 04.02.2016 по 21.06.2018 безвозмездно перечислено 8 006 752 рублей. 

В соответствии с ответом АО «Углеметбанк» ФИО9, ФИО7 обладали правом первой подписи при распоряжении средствами по расчетному счету 

<

***> ООО «Сибрегионстрой».

Учитывая показатели бухгалтерской отчетности должника (размер активов в сумме 30 229 тысяч рублей по состоянию на 2016, 2017 год), размер установленных требований кредиторов по основному долгу (36 652 920,78 рублей) и размер убытков ООО «Сибрегионстрой», причиненных действиями ФИО7 и денежных средств, выведенных со счета ООО «Сибрегионстрой» посредством сделок по безвозмездному перечислению в пользу ФИО7, суд первой инстанции обоснованно пришел к выводу, что действия ФИО7 привели к существенному ухудшению финансового положения должника до состояния невозможности восстановления его платежеспособности. 

Сделки, совершенные при непосредственном участии ФИО7 повлекли утрату должником денежных средств, совокупный размер которых составил более 26% от общего размера активов должника и позволил бы погасить 22% требований его кредиторов. 

В этой связи суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. 

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 3 Постановления № 53, по общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу контролирующих должника является наличие у него фактической возможности давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации пункт 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

Осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности (через родство или свойство с лицами, входящими в состав органов должника, прямое или опосредованное участие в капитале либо в управлении и т.п.). Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника.

В соответствии с абзацем 3 пункта 3 Постановления № 53, лицо не может быть признано контролирующим должника только на том основании, что оно состояло в отношениях родства или свойства с членами органов должника, либо ему были переданы полномочия на совершение от имени должника отдельных ординарных сделок, в том числе в рамках обычной хозяйственной деятельности, либо оно замещало должности главного бухгалтера, финансового директора должника (подпункты 1 - 3 пункта 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве). Названные лица могут быть признаны контролирующими должника на общих основаниях, в том числе с использованием предусмотренных законодательством о банкротстве презумпций, при этом учитываются преимущества, вытекающие из их положения.

В определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 указано, что необходимо учитывать, что субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может быть применен стандарт доказывания, применяемый в рядовых гражданско-правовых спорах. В частности, не любое подтвержденное косвенными доказательствами сомнение в наличии контроля должно толковаться против ответчика, такие сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью согласующихся между собой косвенных доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо опосредованно обязательные для исполнения должником указания.

Вместе с тем, сам по себе факт родства ФИО7 (заместитель директора должника) с ФИО7 (дочь ФИО7), ФИО8 (супруга ФИО7) не свидетельствует об осуществлении родственниками заместителя директора контроля над должником. 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 27.05.2020 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ФИО7 в период с 23.09.2016 по 09.06.2016 в размере 405 000 рублей. 

Определением Арбитражного суда Кемеровской области от 15.01.2020 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств ФИО7 в период с 21.09.2016 по 27.07.2018 в размере 973 211 рублей. 

Таким образом, в пользу ФИО7 в период с 21.09.2016 по 27.07.2018 перечислено 1 378 211 рублей (менее 10% от размера активов должника).

Определениями Арбитражного суда Кемеровской области от 23.01.2020, 10.03.2020 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств в пользу ФИО8 в период с 21.09.2016 по 27.07.2018 в общей сумме 2 011 420 рублей (менее 10% от размера активов должника).

К сделкам, совершенным в пользу ФИО7, ФИО8 применены последствия недействительности сделок в виде взыскания указанных денежных сумм в пользу должника.

Учитывая изложенное, указанными сделками должнику причинен вред не настолько существенный, какой мог бы повлечь утрату возможности исполнять обязательства перед кредиторами (применительно к масштабам деятельности должника, исходя из фактического размера активов). Данные сделки не относятся к категории крупных.

Принимая во внимание отсутствие доказательств наличия у ФИО7, ФИО8 права давать обязательные для исполнения указания или возможности иным образом определять действия должника, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что ФИО7 и ФИО8 не являются лицами, контролирующими должника. 

Исходя из выписки ЕГРЮЛ, ФИО6 учредителем ООО «Сибрегионстрой» не является.

Определениями Арбитражного суда Кемеровской области от 10.12.2019, 10.03.2020, 27.05.2020 признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств в пользу ФИО6 в период с 29.09.2017 по 21.06.2018 в общей сумме 2 249 780 рублей (менее 10% от размера активов должника).

В соответствии с доверенностью ООО «Сибрегионстрой» № 3 от 26.04.2017, заместителю генерального директора ФИО6 представлены полномочия на подписание договоров субподряда, поставки, купли-продажи, технической документации, приказов, авансовых отчетов, счетов-фактур, товарных накладных, актов выполненных работ.

Доказательств, что подписанные первичные учетные документы, заключенные сделки со стороны должника в лице ФИО6 изменили экономическую и (или) юридическую судьбу ООО «СибрегионСтрой», не представлено.

Из представленных в материалы дела доказательств не следует, что ФИО6 осуществлял такие распорядительные полномочия, следствием которых стало наступление неспособности должника обслуживать свои обязательства перед кредиторами. 

Таким образом, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований конкурсного управляющего должника о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО7, ФИО8, ФИО6

При этом, поскольку утраченные должником по вышеуказанным сделкам денежные средства взысканы с ФИО7, ФИО8, ФИО6 в порядке применения последствий недействительности сделок, основания для повторного взыскания с них данных сумм в рамках возмещения причиненных убытков лишено правового смысла, так как не позволяет восстановить имущественное положение должника больше, чем это возможно в результате признания недействительными его сделок, а кроме того, фактически повлечет двойное взыскание с указанных лиц задолженностей, в основе которых лежат одни и те же фактические обстоятельства. 

Довод апелляционной жалобы о том, что ответчиками не опровергнуты утверждения конкурсного управляющего должника о наличии у них статуса контролирующих должника лиц, не принимается судом апелляционной инстанции.

Заявитель не обосновал утверждение о наличии у ФИО7, ФИО8, ФИО6 статуса контролирующего должника лица, а также оснований для привлечения указанных лиц к субсидиарной ответственности (значимость сделок, и их существенную убыточность для должника). Пассивное участие данных лиц в качестве получателей денежных средств должника не может быть безусловно истолковано как управление подконтрольным обществом. В то же время вредоносный вклад данных лиц при выводе денежных средств должника фактически получил оценку суда при рассмотрении споров об оспаривании соответствующих сделок. 

Доводы заявителя апелляционной жалобы не опровергают выводы суда первой инстанции, а выражают несогласие с ними, что не может являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта.

Арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права. Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

Руководствуясь пунктом 1 статьи 269, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд апелляционной инстанции 

 

П О С Т А Н О В И Л:

определение от 25.02.2022 Арбитражного суда Кемеровской области по делу № А27-29899/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего ФИО3 – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня вступления его в законную силу путем подачи кассационной жалобы через Арбитражный суд Кемеровской области. 

Постановление, выполненное в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в сети «Интернет».

 

Председательствующий 

 

В.С. Дубовик

 

Судьи

 

О.А. Иванов

 

ФИО1