Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-2962/2019

10 марта 2022 года

город Иркутск

 

 

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего  Первушиной М. А.,

судей:   Зуевой М.В., Парской Н.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы компании «Чэплфилдз Трейдин Лимитед», конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Ровито» ФИО1 на постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 18 ноября 2021 года  по делу № А33-2962/2019 Арбитражного суда Красноярского края, 

 

установил:

в рамках дела о банкротстве общества с ограниченной ответственностью «Ровито» (далее - должник, ООО «Ровито») определением Арбитражного суда Красноярского края от 27 июля 2021 года признаны недействительными сделками перечисления ООО «Ровито» в пользу ФИО2 денежных средств в размере 3 244 777 рублей 98 копеек в период с 31.01.2017 по 28.07.2017 с назначением платежа «Оплата маркетинговых услуг по договору № 15/МУ от 13.01.2016». Применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО2 в конкурсную массу ООО «Ровито» денежных средств в размере 3 244 777 рублей 98 копеек.

Постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 18 ноября 2021 года  определение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.

Компания «Чэплфилдз Трейдин Лимитед», конкурсный управляющий ООО «Ровито» ФИО1, не согласившись с постановлением суда апелляционной инстанции, обратились в Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа с кассационными жалобами, в которых просят его отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение судом норм материального и процессуального права, и оставить в силе определение Арбитражного суда Красноярского края от 27 июля 2021 года.

Из кассационной жалобы и дополнений к ней компании «Чэплфилдз Трейдин Лимитед» следует, что суд апелляционной инстанции неоднократно предлагал ФИО2 заявить дополнительные ходатайства в нарушение принципов состязательности и равноправия сторон;  в нарушение пункта 4 статьи 66 и пункта 2 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщил к материалам дела дополнительные доказательства, в нарушение пункта 1 статьи 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал доказательством документы, не подписанные сторонами, из которых нельзя установить отправителя документов, направлялись эти документы должнику и принимались ли они должником в качестве отчета. Суд пришел к необоснованному выводу, что ответчиком представлен достаточный объем доказательств реальности совершенной сделки и предоставления встречного исполнения. По мнению компании «Чэплфилдз Трейдин Лимитед» имеются все основания для признания спорной сделки недействительной.

Конкурсный управляющий ООО «Ровито» ФИО1 в кассационной жалобе указывает, что в нарушение пункта 2 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд приобщил к материалам дела дополнительные доказательства. Не обоснованы выводы суда о том, что подобная схема вывода активов нерациональна. В материалы дела не представлено доказательств или доводов о том, что реальные транспортные договоры были заключены благодаря услугам ответчика, а так же того, что должником были выплачены денежные средства в счет уплаты НДФЛ на всю спорную сумму. Представленные ответчиком документы являются мнимыми и виртуальными, поэтому отсутствовали основания для заявления о фальсификации. На момент совершения спорных платежей должник отвечал признакам    неплатежеспособности или недостаточности имущества. Факт работы ответчика в РЖД не свидетельствует о реальности услуг и представлении должнику равноценного встречного исполнения. Фактическая или юридическая аффилированность не имеет значения, так как ответчик был осведомлен о причинении вреда кредиторам должника. Имеются все основания для квалификации платежей как подозрительной сделки. Спорные платежи совершены при злоупотреблении правом со стороны ответчика во вред должника и добросовестных кредиторов.

Отзыв ФИО2 на кассационные жалобы судом округа во внимание не принимается как направленный в нарушение части 1 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако своих представителей в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа не направили, в связи с чем кассационная жалоба рассматривается в их отсутствие.

Кассационные жалобы рассматриваются в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив соответствие выводов Третьего арбитражного апелляционного суда о применении норм права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, правильность применения судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационных жалобах,  Арбитражный суд Восточно – Сибирского округа приходит к выводу о необоснованности  доводов кассационных жалоб и отсутствии оснований для их удовлетворения.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ООО «Ровито» в период с 31.01.2017 по 28.07.2017 перечислило ФИО2 денежные средства в общем размере 3 244 777 рублей 98 копеек с назначением платежа «Оплата маркетинговых услуг по договору № 13/МУ от 13.01.2016».

В обоснование признания сделок недействительными   конкурсный управляющий ссылается на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ                  «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьи 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Арбитражный суд первой инстанции, удовлетворяя заявленные требования, исходил из мнимости договора № 13/МУ от 13.01.2016 и доказанности конкурсным управляющим совокупности обстоятельств, необходимых для признания сделки (оспариваемых платежей) недействительной в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При этом суд не установил основании для признания сделки недействительной по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Третий арбитражный апелляционный суд, отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении заявленных требований, исходил из того, что  сделка по перечислению денежных средств ответчику совершена между независимыми контрагентами, в отсутствие вреда имущественным правам кредиторов и цели причинения такого вреда, во исполнение реально исполняемого договора.            

В соответствии со статьей 32 Закона о банкротстве, частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. То есть, в случае совершения мнимой сделки воля сторон не направлена на достижение каких бы то ни было гражданско-правовых отношений между сторонами сделки и целью сторон сделки не является возникновение правовых последствий для каждой или для одной из них в отношении как самих сторон сделки, так и третьих лиц.

Обязательным условием признания сделки мнимой, исходя из конструкции, предусмотренной статьей 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, является порочность воли каждой из ее сторон.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника, вывод активов или сокрытие имущества от обращения на него взыскания и т.д.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Сокрытие действительного смысла сделки находится в интересах обеих ее сторон.

Соответственно, перед судом стоит задача исследовать обстоятельства и доказательства, которые подтверждали бы или опровергали доводы о сговоре сторон в целях создания лишь видимости правоотношений.

Совершая мнимые либо притворные сделки их стороны, будучи заинтересованными в сокрытии от третьих лиц истинных мотивов своего поведения, как правило, верно оформляют все деловые бумаги, но создавать реальные правовые последствия, соответствующие тем, что указаны в составленных ими документах, не стремятся. Поэтому при наличии в рамках дела о банкротстве возражений о мнимости или притворности договора суд не должен ограничиваться проверкой соответствия документов, представленных кредитором, формальным требованиям, установленным законом. Суду необходимо принимать во внимание и иные свидетельства, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. При наличии обстоятельств, очевидно указывающих на мнимость сделки, либо доводы стороны спора о мнимости, установление только тех обстоятельств, которые указывают на формальное исполнение сделки, явно недостаточно (тем более, если решение суда по спорной сделке влияет на принятие решений в деле о банкротстве, в частности, о включении в реестр требований кредиторов).

Аналогичная правовая позиция изложена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 18.10.2012 № 7204/2012, в силу которой суд, рассматривая дело об оспаривании сделки, послужившей основанием для включения требований ответчика в реестр требований кредиторов, исходя из обстоятельств дела, должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений по сделке.

Как разъяснено в абзаце 2 пункта 86 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Мнимость сделки по оказания услуг исключает намерение исполнителя оказать услуги в пользу заказчика и получить определенную денежную сумму, с одной стороны, и намерение заказчика принять от исполнителя результат оказанных услуг и уплатить за него цену - с другой.

При этом взаимный порок воли сторон мнимой сделки означает, по сути, их сговор, когда обе стороны преследуют единый противоправный интерес, а не встречные интересы как в обычной хозяйственной сделке.

Указанное предполагает взаимную заинтересованность сторон сделки, то есть мнимая сделка должна быть совершена между аффилированными (заинтересованными) лицами, имеющими фидуциарные отношения, так как только в рамках взаимного доверия сторон мнимой сделки возможен сам сговор с противоправной целью и его сокрытие от окружающих.

Поэтому порок воли сторон подлежит доказыванию на основании тщательного анализа представленных доказательств, исходя из того, что из обстоятельств дела должна быть установлена связь сторон сделки и реальная или наиболее вероятная противоправная взаимная цель ее совершения.

При этом о сговоре сторон могут свидетельствовать как прямые доказательства (например, как простой случай - представленная в материалы дела переписка сторон, которая раскрывает суду их мотивы и цели при совершении сделки), так и косвенные доказательства (например, сведения о наличии у сторон общего бизнеса и иных связей и предполагаемой выгоды от совершения мнимой сделки, нетипичности предмета сделки или поведения сторон в конкретных экономических условиях при наличии притязаний кредиторов и пр.).

С учетом представленных доказательств, исходя из обстоятельств по данному делу, судом апелляционной инстанции не установлено наличие признаков фактической или юридической  аффилированности сторон сделки, мнимости сделки.

Судом установлено, что сам по себе заключенный должником и ответчиком договор № 13/МУ от 13.01.2016 является взаимным и возмездным и заключен в январе 2016 года в условиях, когда не усматривалась очевидная необходимость для недобросовестных сторон в его заключении для какой-либо цели.

Дело о банкротстве ООО «Ровито»  возбуждено 18.03.2019, договор № 13/МУ от 13.01.2016 совершен должником более чем за три года до возбуждения в отношении должника дела о несостоятельности (банкротстве), в условиях отсутствия у должника на январь 2016 года признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При этом не доказано, что такой договор заключен между заинтересованными контрагентами с умыслом на вывод активов должника в пользу ответчика или с иной противоправной целью.

Суд апелляционной инстанции пришел к обоснованному  выводу об отсутствии у должника мотива заключать договор № 13/МУ от 13.01.2016 лишь для вида.

Проанализировав условия договора, суд пришел к правильному выводу, что в рассматриваемом случае из буквального толкования условий договора в соответствии со статьей 431 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что он по своей правовой природе является договором об оказании посреднических услуг.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, учитывая заключение договора № 13/МУ от 13.01.2016 более чем за три года до возбуждении в отношении должника дела о банкротстве, в отсутствие фактов аффилированности сторон договора, а также противоправной цели и сговора заказчика и исполнителя,  установленный в рамках дела № А74-15579/2017 факт оказания услуг по договору транспортной экспедиции № 13-ВПМ от 19 сентября 2016 года, заключенному между ООО «Ровито» и ООО «Лунсин», и принятие по указанному договору услуг заказчиком в связи с подписанием соответствующих актов, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу, что реальность правоотношений сторон не вызывает сомнения при представленном ответчиком в материалы настоящего дела имеющегося набора доказательств, в связи с чем отсутствие встречного предоставления по сделке конкурсным управляющим не доказано.

Перечисление ООО «Ровито» за ФИО2 налога на доходы физических лиц вытекает из обязанности налогового агента, предусмотренной статьей 226 Налогового кодекса Российской Федерации, не характерно для ситуации выводов активов с предприятия, находящегося в преддверии банкротства.

При таком положении, суд апелляционной инстанции пришел к правильному выводу об отсутствии причин для вывода о мнимом характере отношений между названными лицами, о неоказании услуг в соответствии с предметом договора № 13/МУ от 13.01.2016.

Между тем, данный вывод сам по себе не означает действительность оспариваемых в настоящем деле платежей по заявленным конкурсным управляющим основаниям - в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Оценив оспоренную сделку на предмет наличия признаков ее недействительности по основаниям, предусмотренным в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, суд апелляционной инстанций пришел к обоснованным выводам о реальности правоотношений между сторонами, отсутствия вреда имущественным правам кредиторов и цели причинения такого вреда, в связи с чем обоснованно отказал в удовлетворении заявленных требований.

Как правильно указал суд, обстоятельства неплатежеспособности должника на дату заключения договора № 13/МУ от 13.01.2016 не имеют правового значения, поскольку в настоящем деле оспаривается не сам договор, а платежи по нему, являющиеся самостоятельной сделкой.

В пункте 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки; сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из содержания приведенных норм следует, что под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32) разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (пункт 9 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

С учетом разъяснений, содержащихся в постановлении Пленума ВАС РФ от 30.04.2009 № 32, обязательным признаком сделки для целей квалификации ее как ничтожной в соответствии с частью 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

Для квалификации сделки как совершенной с целью причинения вреда кредиторам в дело должны быть представлены доказательства того, что обе стороны осознавали противоправность данной сделки.

В настоящем случае прямые и косвенные доказательств свидетельствуют о том, что сделка - перечисление денежных средств ответчику совершена между независимыми контрагентами, в отсутствие цели причинения вреда кредиторам должника, во исполнение реально исполняемого договора, в связи с чем доводы конкурсного управляющего о возможности признания сделки недействительной по основаниям статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации правомерно отклонены судом апелляционной инстанции.

Руководствуясь статьей 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пунктом 29 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», суд апелляционной инстанции правомерно удовлетворил ходатайство заявителя о приобщении новых доказательств.

Нарушение норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, не установлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу, что постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 18 ноября 2021 года  по делу № А33-2962/2019 Арбитражного суда Красноярского края основано на полном и всестороннем исследовании имеющихся в деле доказательств, принято с соблюдением норм материального и норм процессуального права, в связи с чем на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит оставлению без изменения.

Расходы по уплате государственной пошлины за кассационное рассмотрение дела на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на заявителей кассационных жалоб.

При подаче кассационной жалобы обществу с ограниченной ответственностью «Ровито» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины до окончания кассационного производства по делу. В удовлетворении кассационной жалобы отказано, поэтому за рассмотрение дела в суде кассационной инстанции с общества с ограниченной ответственностью «Ровито» в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 рублей на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 110, 274, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 18 ноября 2021 года  по делу № А33-2962/2019 Арбитражного суда Красноярского края оставить без изменения, кассационные жалобы - без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Ровито» в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 3 000 рублей.

Арбитражному суду Красноярского края выдать исполнительный лист.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьёй 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий

Судьи

 

М.А. Первушина

М.В. Зуева

Н.Н. Парская