СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

 

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№17АП-2960/2024(1)-АК

Дело №А71-14596/2021

19 апреля 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 апреля 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 19 апреля 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Л.М. Зарифуллиной,

судей                                 Л.В. Саликовой, Т.Н. Устюговой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Д.Д. Малышевой,

в отсутствии лиц, участвующих в деле, о месте и времени рассмотрения дела извещенных надлежащим образом в порядке статей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на Интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу кредитора общества с ограниченной ответственностью «Финансовая грамотность»

на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики

от 29 февраля 2024 года

о завершении процедуры реализации имущества гражданина и применении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств,

вынесенное судьей М.В. Лиуконен

в рамках дела №А71-14596/2021

о признании ФИО1  (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>) несостоятельной (банкротом), 

 

установил:

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 18.10.2021 поступило заявление ФИО2 (далее –  ФИО1, должник) о признании ее несостоятельной (банкротом), которое определением от 22.10.2021 принято к производству суда, возбуждено дело о банкротстве должника.

Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 20.12.2021 (резолютивная часть от 20.12.2021) ФИО2 признана несостоятельной (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества должника, финансовым управляющим утверждена ФИО3 (далее – ФИО3), член саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реализации имущества гражданина размещено на сайте Едином федеральном реестре сведений о банкротстве 23.12.2021 и опубликовано в газете «Коммерсантъ» 15.01.2022.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики 28.11.2023 поступило ходатайство финансового управляющего должника ФИО3 о завершении процедуры реализации имущества должника с приложением отчета о своей деятельности, реестра требований кредиторов и иных документов; неприменении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от исполнения обязательств, перечислении с депозитного счета Арбитражного суда Удмуртской Республики в пользу финансового управляющего денежного вознаграждения в размере 25 000,00 рублей.

В Арбитражный суд Удмуртской Республики поступило ходатайство кредитора общества с ограниченной ответственностью «Финансовая грамотность» (далее – ООО «Финансовая грамотность») о неприменении в отношении ФИО1 правил об освобождении от исполнения обязательств.

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29.02.2024 (резолютивная часть от 14.02.2024) процедура реализации имущества в отношении должника ФИО1 завершена. В отношении ФИО1 применены положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении от  обязательств. Определено перечислить с депозита суда арбитражному управляющему ФИО3 25 000,000 рублей вознаграждения финансового управляющего по представленным реквизитам.

Не согласившись с принятым судебным актом, кредитор ООО «Финансовая грамотность» обратился с апелляционной жалобой, в которой просит определение суда от 29.02.2024 отменить в части, не применять в отношении ФИО1 правил об освобождении от обязательств.

Заявитель жалобы указывает на то, что судом первой инстанции был неверно сделан вывод о том, что в отношении должника подлежат применению положения пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве об освобождении гражданина от дальнейшего исполнения обязательств. Так, арбитражным судом  неверно был сделан вывод о том, что поведение должника в рамках процедуры банкротства, включающее в себя уклонение от внесения денежных средств, полученных сверх прожиточного минимума в размере 141 474,11 рубля в конкурсную массу, не является противоправным и допустимым поведением. Согласно материалам дела, требования кредиторов, а также текущие расходы финансового управляющего, понесенные им в деле о банкротстве (опубликование сведений о банкротстве, почтовые расходы составили в общей сумме 13 745,60 рубля), не погашались. Определением арбитражного суда от 16.10.2023 судом удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО3 об обязании ФИО1 внести в конкурсную массу излишне полученные денежные средства в размере 141 474,11 рубля. Факт получения должником данных денежных средств подтверждается справкой по форме 2-НДФЛ, расчетом финансового управляющего. Суд не учел, что вышеуказанные обстоятельства свидетельствуют о недобросовестности должника и воспрепятствовании деятельности финансового управляющего. По мнению апеллянта, действия ФИО1 направлены на уклонение от погашения кредиторской задолженности, что является заведомо недобросовестным поведением, в связи с чем, можно сделать вывод о наличии основания для неприменения правил об освобождении от  исполнения обязательств перед кредиторами. Указание суда на то, что должник ДД.ММ.ГГГГ г.р., и в силу возрастных изменений организма нуждается в более тщательном лечении, уходе, применении курсов лекарственных средств, что требует дополнительных финансовых затрат, не отвечает принципам Закона и банкротстве и арбитражного процесса, поскольку должник, как лицо участвующее в деле, не лишен права на обращение с ходатайством об исключении денежных средств, в случае такой необходимости, между тем, таких ходатайств заявлено не было. Кроме того, как указывает апеллянт, судом не были учтены и рассмотрены в полной мере доводы кредитора ООО «Финансовая грамотность», изложенные в ходатайстве о неприменении в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, согласно которым должник на протяжении непродолжительного периода времени планомерно наращивала свою задолженность перед кредиторами; не исполняла принятые на себя обязательства перед конкурсными кредиторами и при этом не использовала полученные от новых кредиторов денежные средства в счет погашения своей задолженности перед прежними кредиторами, не представив доказательств их исполнения на иные объективно необходимые нужды; не имела доходов, позволяющих ей полностью исполнять принятые на себя обязательства перед кредиторами; осознавая невозможность исполнения своих обязательств перед кредиторами, тем не менее, принимала на себя новые заведомо неисполнимые обязательства, скрывая от кредиторов свою неплатежеспособность; не вносила в конкурсную массу денежную сумму, получаемую в качестве заработной платы сверх прожиточного минимума, не исполняла законные требования финансового управляющего в период проведения процедуры банкротства; уклонялась от открытого взаимодействия с финансовым управляющим, что направлено на сокрытие части имущества, составляющего конкурсную массу, и нарушает принцип максимально полного удовлетворения требований кредиторов в процедуре банкротства физического лица.

До начала судебного заседания от лиц, участвующих в деле, отзывов на апелляционную жалобу не поступило.

Лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, своих представителей для участия в судебное заседание не направили, что в порядке части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в пределах доводов апелляционной жалобы в обжалуемой части в порядке, предусмотренном статьей  266 и частью 5 статьи 268 АПК РФ.

Возражений против проверки законности и обоснованности судебного акта в обжалуемой части не заявлено.

Из материалов дела следует, что по результатам проведенной процедуры, финансовым управляющим представлено ходатайство о завершении процедуры банкротства по основаниям, предусмотренным статьей 213.28 Закона о банкротстве, ссылаясь на завершение всех предусмотренных законом мероприятий. Одновременно представлены документы, подтверждающие объем проведенных финансовым управляющим мероприятий в процедуре банкротства и расчетов с кредиторами. 

Кредитором ООО «Финансовая грамотность» заявлено ходатайство о неприменении в отношении должника правил об освобождении от обязательств.

Завершая процедуру банкротства в отношении ФИО1, применяя к ней правила об освобождении от исполнения обязательств, в том числе незаявленных в процедуре банкротства, суд первой инстанции исходил из того, что все мероприятия, предусмотренные Законом о банкротстве, завершены, основания для продления процедуры банкротства и основания для неосвобождения гражданина от обязательств, предусмотренные пунктом 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, не установлены.

Судебный акт обжалуется только в части применения к должнику предусмотренного пунктом 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве правила об освобождении от обязательств. 

В связи с чем, судебный акт в остальной части судом апелляционной инстанции не проверяется. 

Суд апелляционной инстанции, исследовав и оценив доводы апелляционной жалобы, представленные в материалы дела доказательства по правилам, предусмотренным статьей 71 АПК РФ, проверив правильность применения арбитражным судом норм материального права и соблюдения норм процессуального права, не находит оснований для отмены (изменения) судебного акта в обжалуемой части в силу следующих обстоятельств.

В силу статьи 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражными судами по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 2 Закона о банкротстве установлено, что реализация имущества гражданина - это реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

Согласно положениям пунктов 1 и 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов. По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина. 

По смыслу приведенных норм арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия финансового управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований конкурсных кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Материалами дела установлено, что по истечении срока процедуры реализации имущества финансовым управляющим во исполнение требований пункта 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве представлен отчет о результатах проведения реализации имущества гражданина. 

Как следует из материалов дела, в третью очередь реестра требований кредиторов должника включены требования трех кредиторов (ООО «Финансовая грамотность», ПАО «Сбербанк России», ООО «Районная теплоснабжающая компания») в общем размере 801 108,26 рубля. Требования кредиторов не погашены.

Требования кредиторов первой и второй очереди реестра отсутствуют.

Финансовым управляющим должника в процедуре реализации имущества сделаны запросы и получены сведения государственных органов.

Как следует из отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах проведения реализации имущества от 27.11.2023, имущество, подлежащее включению в конкурсную массу должника, не выявлено.

При проведении процедуры реализации имущества финансовым управляющим понесены расходы в общем размере 13 745,60 рубля, которые не погашены.

Финансовым управляющим проведен анализ финансового состояния должника, сделаны следующие выводы: признаков фиктивного и преднамеренного банкротства не установлено. Финансовым управляющим также сделаны выводы об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника. 

Какие-либо доказательства, свидетельствующие о возможности обнаружения имущества должника и формировании конкурсной массы, не представлены.

Доказательств того, что финансовым управляющим не совершены еще какие-либо действия, направленные на поиск имущества должника с целью погашения требований кредиторов, в материалы дела не представлено и судом апелляционной инстанции не установлено.

Поскольку финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, суд обоснованно пришел к выводу о наличии оснований, предусмотренных статьей 213.28 Закона о банкротстве, для завершения процедуры реализации имущества гражданина.

Выводы суда первой инстанции в указанной части являются верными и не оспариваются кредиторами. 

От кредитора ООО «Финансовая грамотность» поступило ходатайство о неприменении к должнику положений пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве, мотивированное тем, что должник не взаимодействовала с судом и финансовым управляющим, наращивала кредиторскую задолженность, не принимала мер к погашению задолженности, включенной в реестр, не внесла в конкурсную массу денежную сумму, получаемую в качестве заработной платы сверх прожиточного минимума, что свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны должника и является безусловным основанием для неприменения к должнику положений об освобождении должника от своих обязательств перед кредиторами.

Финансовый управляющий поддержала ходатайство ООО «Финансовая грамотность» о неприменении в отношении должника правила об освобождении от обязательств.

Суд первой инстанции, проанализировав доводы кредитора, сопоставив их с материалами настоящего дела, не усмотрел оснований для неосвобождения должника от исполнения обязательств перед кредиторами. 

В силу пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве после завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (далее - освобождение гражданина от обязательств).

Освобождение гражданина от обязательств не распространяется на требования кредиторов, предусмотренные пунктами 4 и 5 настоящей статьи, а также на требования, о наличии которых кредиторы не знали и не должны были знать к моменту принятия определения о завершении реализации имущества гражданина.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если:

вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство при условии, что такие правонарушения совершены в данном деле о банкротстве гражданина;

гражданин не предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина, и это обстоятельство установлено соответствующим судебным актом, принятым при рассмотрении дела о банкротстве гражданина;

доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

В этих случаях арбитражный суд в определении о завершении реализации имущества гражданина указывает на неприменение в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств либо выносит определение о неприменении в отношении гражданина правила об освобождении от исполнения обязательств, если эти случаи выявлены после завершения реализации имущества гражданина.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 46 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан» по общему правилу вопрос о наличии либо отсутствии обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, разрешается судом при вынесении определения о завершении реализации имущества должника (абзац пятый пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Если обстоятельства, указанные в пункте 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, будут выявлены после завершения реализации имущества должника, определение о завершении реализации имущества должника, в том числе в части освобождения должника от обязательств, может быть пересмотрено судом, рассматривающим дело о банкротстве должника, по заявлению конкурсного кредитора, уполномоченного органа или финансового управляющего. Такое заявление может быть подано указанными лицами в порядке и сроки, предусмотренные статьей 312 АПК РФ. О времени и месте судебного заседания извещаются все лица, участвующие в деле о банкротстве, и иные заинтересованные лица.

Освобождение должника от неисполненных им обязанностей зависит от добросовестности его поведения, сотрудничества с судом и финансовым управляющим при проведении процедуры банкротства.

Следовательно, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 ГК РФ). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

В случаях, когда при рассмотрении дела о банкротстве будут установлены признаки преднамеренного или фиктивного банкротства либо иные обстоятельства, свидетельствующие о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам (принятие на себя заведомо не исполнимых обязательств, предоставление банку заведомо ложных сведений при получении кредита, сокрытие или умышленное уничтожение имущества, вывод активов, неисполнение указаний суда о предоставлении информации и т.п.), суд вправе в определении о завершении конкурсного производства указать на неприменение в отношении данного должника правила об освобождении от исполнения обязательств (статья 10 ГК РФ) (пункт 28 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 30.06.2011 №51 «О рассмотрении дел о банкротстве индивидуальных предпринимателей»).

Согласно разъяснениям, изложенным в пунктах 42, 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 №45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», целью положений пункта 3 статьи 213.4, пункта 6 статьи 213.5, пункта 9 статьи 213.9, пункта 2 статьи 213.13, пункта 4 статьи 213.28, статьи 213.29 Закона о банкротстве в их системном толковании является обеспечение добросовестного сотрудничества должника с судом, финансовым управляющим и кредиторами. Указанные нормы направлены на недопущение сокрытия должником каких-либо обстоятельств, которые могут отрицательно повлиять на возможность максимально полного удовлетворения требований кредиторов, затруднить разрешение судом вопросов, возникающих при рассмотрении дела о банкротстве, или иным образом воспрепятствовать рассмотрению дела. В случае, когда на должника возложена обязанность представить те или иные документы в суд или финансовому управляющему, судами при рассмотрении вопроса о добросовестности поведения должника должны учитываться наличие документов в распоряжении гражданина и возможность их получения (восстановления). Если при рассмотрении дела о банкротстве будет установлено, что должник не представил необходимые сведения суду или финансовому управляющему при имеющейся у него возможности либо представил заведомо недостоверные сведения, это может повлечь неосвобождение должника от обязательств (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона).

Для установления обстоятельств, связанных с непредставлением должником необходимых сведений или предоставлением им недостоверных сведений финансовому управляющему или суду, рассматривающему дело о банкротстве (абзац третий пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве), не требуется назначение (проведение) отдельного судебного заседания. Указанные обстоятельства могут быть установлены на любой стадии дела о банкротстве должника в любом судебном акте, при принятии которого данные обстоятельства исследовались судом и были отражены в его мотивировочной части (например, в определении о завершении реструктуризации долгов или реализации имущества должника).

По смыслу положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

Как следует из материалов дела, вступившим в законную силу определением суда от 16.10.2023 по настоящему делу удовлетворено ходатайство финансового управляющего ФИО3 об обязании ФИО1 внести в конкурсную массу излишне полученные денежные средства в размере 141 474,11 рубля.

В ходе рассмотрения указанного спора, суд установил, что должник с 29.05.2023 не работает, трудовой договор расторгнут.

По общему правилу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве  в конкурсную массу должника-гражданина включается все его имущество, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, за исключением имущества, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.

При этом в абзаце восьмом пункта 1 статьи 446 ГПК РФ не установлена возможность обращения исполнительского иммунитета на суммы прожиточного минимума в целом по Российской Федерации для отдельных социально-демографических групп населения в случае, если они превышают размер регионального прожиточного минимума на территории проживания должника.

Из буквального толкования указанной нормы следует, что законодатель предусмотрел следующий порядок выбора суммы, защищенной исполнительским иммунитетом, она признается равной величине прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации вне зависимости от социально-демографического статуса должника и только в случае, если величина прожиточного минимума установленного в субъекте Российской Федерации по месту жительства гражданина-должника для соответствующей социально-демографической группы населения превышает размер прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации, то иммунитет может быть наложен в пределах такого прожиточного минимума.

В данном случае в соответствии с пунктом 4 статьи 8 Федерального закона от 05.12.2022 N466-ФЗ «О федеральном бюджете на 2023 год и на плановый период 2024 и 2025 годов» с 01 января 2023 года величина прожиточного минимума в целом по Российской Федерации установлена для трудоспособного населения - 15 669 рублей.

Тогда как суд первой инстанции при установлении размера прожиточного минимума, в отношении которого применяется исполнительский иммунитет, руководствовался размером прожиточного минимума, установленного в Удмуртской Республике, который ниже размера, установленного по Российской Федерации. 

Кроме того, на иждивении должника до 14.02.2022 находилась на иждивении несовершеннолетняя дочь, обязанность по содержанию которой также возлагается на должника, поскольку из материалов дела следует, что должник является вдовой, ребенок получает пособие по потере кормильца.

Как верно было отмечено судом первой инстанции в определении от 16.10.2023 размер дохода, полученного должником за вычетом НДФЛ, за 12 месяцев 2022 года и 3 месяца 2023 года составил 359 083,98 рубля (расчет: 2022 год: 332 426,19 – 41 973 = 290 453,19 рубля; 2023 год: 78 630,79 – 10 255 = 68 630,79 рубля. 290 453,19 + 68 630,79 = 359 083,98 рубля).

Соответственно, с учетом исполнительского иммунитета, размер прожиточного минимума, подлежащего исключению из конкурсной массы, составлял бы 262 923,00 рублей.

Вместе с тем, согласно представленной трудовой книжке, должник с 30.05.2023 не трудоустроена. Доказательств наличия у нее иных источников дохода в материалы дела не представлено. Сведений о том, что ребенок должника, достигший совершеннолетия, имеет самостоятельный доход (а не продолжает обучение), помимо пособия по случаю потери кормильца, в материалы дела не представлено.

Соответственно, сделать вывод, что должник умышленно сокрыла свой доход, подлежащий включению в конкурсную массу (в размере, превышающем прожиточный минимум), не представляется возможным. 

Как верно отмечено судом первой инстанции, в приведенном законоположении речь идет о фактически наличествующем в обладании должника имуществе, поскольку отсутствие такового в натуре является объективным препятствием к совершению в отношении него каких-либо распорядительных действий (в частности, его передаче финансовому управляющему).

Данная позиция соотносится и с общими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязании должника к исполнению обязательства в натуре (пункт 1 статьи 308.3 названного Кодекса), предполагающими объективную исполнимость данного требования (пункты 22 и 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»), на основании которых, по существу, финансовым управляющим и заявлено рассматриваемое требование.

В рассматриваемом случае доказательства наличия у должника источника дохода в материалы дела не представлены (статья 65 АПК РФ).

Судебная коллегия также не усматривает в действиях должника злоупотребления правом, направленным на уклонение от погашения требований кредиторов и, как следствие, нарушение их прав. 

Какие-либо активы у должника не выявлены; дебиторской задолженности, иного имущества должника, подлежащего реализации в процедуре банкротства, финансовым управляющим не выявлено.

Доказательств наличия у должника иных источников дохода и их использование ФИО1 по собственному усмотрению без ведома финансового управляющего, в материалах дела не имеется.

Доказательств, свидетельствующих о том, что спорная сумма в размере 141 474,11 рублей, полученная должником сверх полагающегося ему за спорный период прожиточного минимума, должником аккумулирована и сохранена, в материалах дела не имеется (статья 65 АПК РФ). 

Судом первой инстанции обоснованного учтено, что должник в силу своего возраста, наличия ребенка ДД.ММ.ГГГГ г.р. нуждается в дополнительных финансовых затратах.

Доказательств, опровергающих данные обстоятельства, в материалы дела не представлено. Не установлено таких обстоятельств и судом апелляционной инстанции.

То обстоятельство, что должник не обратилась с заявлением об исключении из конкурсной массы средств, превышающих прожиточный минимум, не свидетельствует о ее противоправном удержании указанных денежных средств.

Кроме того, требования по оплате коммунальных услуг, сформировавшиеся после возбуждения дела о банкротстве гражданина должника, в соответствии со статьями 5 и 213.17 Закона о банкротстве являются требованиями кредиторов по текущим платежам, которые согласно абзацу 4 пункта 2 статьи 213.27 Закона о банкротстве удовлетворяются в третью очередь.

Из отчета финансового управляющего не следует, что требования ТСЖ «

<

...>» были включены в реестр текущих платежей.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о том, что размер получаемого должником дохода не превышает разумные расходы, связанные с обеспечением жизнедеятельности должника и ее ребенка. 

Неисполнение же обязательств перед кредиторами связано именно с ухудшением ее финансового положения, что и явилось основанием для обращения должника с заявлением о собственном банкротстве. 

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2017 по делу № 304-ЭС17-76, №А03-23386/2015, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

Анализ финансового состояния должника признаков преднамеренного и фиктивного банкротства не выявил. Сокрытие или уничтожение принадлежащего должнику имущества, равно как сообщение им недостоверных сведений финансовому управляющему, также не установлено.

Оснований для оспаривания сделок, совершенных должником в период подозрительности, финансовым управляющим не выявлено.

Доказательства того, что должник действовала незаконно, в том числе совершила мошеннические действия, злостно уклонялась от погашения кредиторской задолженности, уплаты налогов и (или) сборов, предоставила кредиторам заведомо ложные сведения, скрыла или умышленно уничтожила имущество, в деле отсутствуют.

Как верно отмечено судом первой инстанции, сам факт неисполнения должником принятых на себя обязательств перед кредиторами в силу объективных обстоятельств, равно как и отсутствия у него для этого достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Доказательств, объективно свидетельствующих о злоупотреблении должником своими правами и ином заведомо недобросовестном поведении в ущерб кредиторам, в дело не представлено (статья 65 АПК РФ).

Проанализировав представленный финансовым управляющим отчет, заключение об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства, заключение об отсутствии оснований для оспаривания сделок должника, суд первой инстанции правомерно применил в отношении должника правило об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, чьи требования не охватываются диспозиций пунктов 5 и 6 статьи 213.28 Закона о банкротстве, от которых должник не подлежит освобождению в силу прямого указания закона.

Основной задачей института потребительского банкротства является социальная реабилитации гражданина - предоставление ему возможности заново выстроить экономические отношения, законно избавившись от необходимости отвечать по старым обязательствам, что в определенной степени ущемляет права кредиторов должника. Вследствие этого к гражданину-должнику законодателем предъявляются повышенные требования в части добросовестности, подразумевающие помимо прочего честное сотрудничество с финансовым управляющим и кредиторами, открытое взаимодействие с судом (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 января 2018 года №310-ЭС17-14013).

В частности, не допускается освобождение гражданина от обязательств в случае привлечения гражданина к уголовной или административной ответственности вступившим в законную силу судебным актом за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство в данном деле о банкротстве гражданина; непредоставления гражданином необходимых сведений (заведомо недостоверных сведений) финансовому управляющему или суду, что установлено соответствующим судебным актом. Доказано, что при возникновении или исполнении обязательства гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Кроме того, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами.

 Доказательства наличия в действиях должника заведомой недобросовестности, умышленного намеренного предоставления должником неполных или недостоверных сведений с целью принятия на себя обязательств  без намерения их исполнения, отсутствуют.

Неудовлетворение требований кредиторов в добровольном порядке еще не означает умысла должника на причинение им вреда и не может квалифицироваться как злостное уклонение от погашения кредиторской задолженности по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Каких-либо обстоятельств, свидетельствующих о принятии должником мер, отрицательно повлиявших на ход процедуры банкротства, формирование конкурсной массы и удовлетворение требований кредиторов, из материалов дела не усматривается.

Вступившим в законную силу судебным актом должник не привлекалась к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство, совершенные им в рамках настоящего дела о банкротстве. 

Кроме того, в рамках процедуры банкротства не выявлено обстоятельств, указывающих на совершение должником незаконных действий в части получения кредитов, сокрытие или умышленное уничтожение имущества.

В данном случае следует учитывать правовой подход, согласно которому банки, являясь профессиональными участниками кредитного рынка, имеют широкие возможности для оценки кредитоспособности гражданина, в том числе посредством разработки стандартных форм кредитных анкет-заявок для заполнения их потенциальным заемщиком на стадии обращения в кредитную организацию с указанием сведений о его имущественном и социальном положении, ликвидности предлагаемого обеспечения и т.п., а также проверки представленного им необходимого для получения кредита пакета документов. Одновременно банки вправе запрашивать информацию о кредитной истории обратившегося к ним лица на основании Федерального закона от 30 декабря 2004 г. №218-ФЗ «О кредитных историях» в соответствующих бюро. По результатам проверок в каждом конкретном случае кредитная организация принимает решение по вопросу о выдаче денежных средств. В случае положительного решения о выдаче кредита, основанного на достоверной информации, представленной гражданином, последующая ссылка банка на неразумные действия заемщика, взявшего на себя чрезмерные обязательства в отсутствие соответствующего источника погашения кредита, не может быть принята во внимание для целей применения положений пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Наращивание гражданином кредиторской задолженности путем получения денежных средств в различных кредитных организациях может быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств, лишь в случае сокрытия им необходимых сведений (размер дохода, место работы, кредитные обязательства в других кредитных организациях и т.п.) либо представления заведомо недостоверной информации.

Вместе с тем, материалами дела не подтверждено, что должником были сокрыты необходимые сведения (размер дохода, место работы) либо представлена заведомо недостоверная информация.

Исходя из периода образования кредиторской задолженности, его размера, включенного в реестр, судебная коллегия не усматривает признаков умышленного наращивания должником кредиторской задолженности и направленности ее действий на уклонение от исполнения обязательств перед кредитными учреждениями. 

Согласно правовой позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении №310-ЭС20-6956, злостное уклонение от погашения задолженности выражается в стойком умышленном нежелании должника исполнять обязательства при наличии возможности. Такое уклонение обычно не ограничивается простым бездействием; как правило, поведение должника активно, он продолжительное время совершает намеренные действия для достижения своей противоправной цели. Злостное уклонение следует отграничивать от непогашения долга вследствие отсутствия возможности, нерационального ведения домашнего хозяйства или стечения жизненных обстоятельств.

Из материалов дела усматривается, что ООО «Финансовая грамотность» является правопреемником АО «Тинькофф Банк», с которым должником был заключен договор о предоставлении и обслуживании кредитной карты №0432734671 от 23.10.2019.

При этом, АО «Тинькофф Банк» имело возможность проверить платежеспособность и кредитную нагрузку должника на дату заключения кредитных договоров. 

В рассматриваемом случае доказательств того, что должник приняла на себя бремя неисполнимых обязательств, а также совершала действия по наращиванию кредиторской нагрузки, в материалы дела не представлено и судом первой инстанции не установлено. Не представлено таких доказательств и суду апелляционной инстанции.

Проанализировав вышеуказанные обстоятельства, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о неподтвержденности материалами дела наличия в действиях должника признаков злоупотребления правами и вывода активов с целью избежания обращения на них взыскания.

Сам по себе факт неудовлетворения должником в добровольном порядке соответствующих требований, вызванный необъективной оценкой гражданином-банкротом собственных финансовых возможностей и стечением негативных жизненных обстоятельств, о наличии у него умысла на причинение вреда кредиторам не свидетельствует; неразумность его действий в данном случае не свидетельствует об обратном.

Учитывая, что признаки преднамеренного либо фиктивного банкротства ФИО1 не выявлены, злостное уклонение с ее стороны от исполнения обязательств перед кредиторами, предоставление ей заведомо ложных сведений при вступлении в правоотношения, наращивание кредиторской задолженности, сокрытие имущества в целях исключения обращения взыскания, иное недобросовестное поведение, способное повлечь отрицательные последствия в виде невозможности формирования конкурсной массы и погашения обязательств материалами дела не подтверждены, следует признать, что в данном случае невозможность погашения обязательств перед кредиторами вызвана объективными причинами.

С учетом обстоятельств настоящего дела, исходя из социально-реабилитационных начал института потребительского банкротства, оснований для неприменения к должнику правила об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований, не заявленных в ходе процедур банкротства, за исключением требований кредиторов, указанных в пунктах 5, 6 статьи 213.28  Закона о банкротстве, не имеется. 

При этом, в случае выявления фактов сокрытия гражданином имущества или незаконной передачи гражданином имущества третьим лицам конкурсные кредиторы, требования которых не были удовлетворены в ходе реализации имущества гражданина, вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о пересмотре определения о завершении реализации имущества гражданина и предъявить требование об обращении взыскания на указанное имущество (п. 1 ст. 213.29 Закона о банкротстве).

Суд апелляционной инстанции считает, что все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства судом установлены правильно, представленные доказательства получили надлежащую оценку. Оснований для переоценки установленных судом обстоятельств и для изменения правовых выводов апелляционный суд не усматривает.

Таким образом, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта либо опровергали выводы суда первой инстанции. В связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными, не влекущими отмену обжалуемого определения. 

Иных доводов, основанных на доказательственной базе, апелляционная жалоба не содержит, в связи с чем, отклоняется судом апелляционной инстанции. 

Нарушений норм материального и процессуального права, которые в соответствии со статьей 270 АПК РФ являются основаниями к отмене или изменению судебных актов, судом апелляционной инстанции не установлено.

При отмеченных обстоятельствах определение суда первой инстанции в обжалуемой части отмене не подлежит, апелляционную жалобу, с учетом приведенных в ней доводов, следует оставить без удовлетворения.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь статьями 176, 258, 268, 269, 270, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд  

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 29 февраля 2024 года по делу №А71-14596/2021 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Удмуртской Республики.

 

Председательствующий

 

Л.М. Зарифуллина 

 

 

Судьи

 

Л.В. Саликова 

 

Т.Н. Устюгова