АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации

Р Е Ш Е Н И Е

г. Улан-Удэ

«15» сентября 2020 года                                                                           Дело №А10-7746/2019

            Резолютивная часть решения объявлена 11 сентября 2020 года.

            В полном объеме решение изготовлено 15 сентября 2020 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Логиновой Н.А.,  при ведении протокола секретарем Хулугуровой К.Ю., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Бурятского республиканского союза потребительских обществ (ОГРН 1020300963517, ИНН 0323028941) к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Республике Бурятия (ОГРН 1040302994401, ИНН 0326023525) о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.02.2019 №14-01 в части доначисления налогов по НДС, налогу на прибыль организаций, УСНО, соответствующих пеней и штрафов (пункта 3.1), в части предложения уплатить указанные в п.3.1 решения недоимку, пени и штрафы в обжалуемой части, а также в части внести необходимые исправления в документы бухгалтерского и налогового учета (п.3.2), об обязании устранить допущенное нарушение прав и законных интересов,

при участии в заседании:

заявителя- ФИО2, представителя по доверенности от 10.06.2019 № 1, диплом о высшем юридическом образовании от 07.06.2006 № 1-221,  

ответчика- ФИО3, представителя по доверенности от 21.10.2019 № 72, диплом о высшем юридическом образовании от 11.07.2000, № 190с.,

установил:

Бурятский республиканский союз потребительских обществ (далее- заявитель, налогоплательщик, БКС) обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Республике Бурятия (далее- ответчик, налоговый орган, инспекция) о признании недействительным решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.02.2019 №14-01 в части доначисления по УСНО за 2016-2017 года, соответствующих сумм пени и штрафа, в связи с неотражением в налоговой базе сумм компенсации по коммунальным услугам, поступившим от арендаторов Буркоопсоюза; в части начисления пени и штрафов по УСНО за 2016-2017 года в связи с применением схемы дробления бизнеса; предложения уплатить указанные недоимку, пени и штрафы, внести исправления в документы бухгалтерской и налоговой отчетности.

Определением суда от 17.06.2020 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Ресурс».

Третье лицо ООО «Ресурс» в судебное заседание не явилось, о времени и месте рассмотрения дела извещено надлежащим образом. Суд, руководствуясь частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в его отсутствие.

Представитель заявителя при рассмотрении дела требование поддержал. Пояснил, что спорными являются два эпизода, послужившие основанием для вынесения оспариваемого решения. По первому эпизоду, доначисление по УСНО за 2016-2017 года в связи с неотражением в налоговой базе сумм компенсации по коммунальным услугам, поступившим от арендаторов Буркоопсоюза, указал следующее. Материалами проверки подтверждается, что все платежи за жилищно-коммунальные услуги, содержание, обслуживание и ремонт арендуемого помещения, поступившие от арендаторов помещений, ровно в той же сумме перечислены поставщикам коммунальных услуг. В данном случае, денежные средства, поступившие от арендаторов на оплату коммунальных услуг, не являются доходом налогоплательщика в смысле, придаваемом этому понятию пунктом 1 статьи 41 Налогового кодекса Российской Федерации. Таким образом, поступления от субарендаторов помещений, квалифицированные налоговым органом как доходы, подлежащие обложению УСН в соответствии с пунктом 1 статьи 346.14 Налогового кодекса Российской Федерации, в действительности доходами не являлись. В обоснование сослался на правовую позицию, сформулированную в определении Верховного суда Российской Федерации №305-КГ17-22109 от 11.05.2018. По второму эпизоду, начисление пени и штрафов по УСНО за 2016-2017 года в связи с применением схемы дробления бизнеса, указал на необоснованность привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации и начисления пени. Пояснил, что налоговый органа по результатам проверки пришел к выводу о том, что налогоплательщик в 2016-2017 годах применял схему дробления бизнеса, путем формального создания ООО «Ресурс» в целях распределения на него части дохода. Однако инспекцией в ходе проверки не установлено, как применение указанной схемы дробления бизнеса позволило налогоплательщику уклониться от уплаты налогов. Отметил, что доначисляемая БКС сумма налога по УСНО равна сумме налога по УСНО ООО «Ресурс». Не всякое дробление бизнеса образует состав налогового правонарушения. Налоговым органом не доказано, что дробление бизнеса привело к получению налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды. Каких-либо преимуществ, в связи с применением указанной схемы ведения бизнеса, налогоплательщиком не получено. В период 2016-2017 года БКС и ООО «Ресурс» находились на УСНО, объединение доходной части двух налогоплательщиков не привело к изменению применяемой ими системы налогообложения. По результатам проверки, придя к выводу о том, что деятельность осуществлялась одним лицом- Буркоопсоюз, налоговый орган произвел доначисление налога по УСНО с учетом доходной части ООО «Ресурс». При этом уплаченный ООО «Ресурс» налог по УСНО, инспекцией во внимание принят не был. При таких обстоятельствах, формально у Буркоопсоюз возникла недоимка, а у ООО «Ресурс» переплата по УСНО за 2016-2017 года. Считает, что при наличии в бюджете подлежащих уплате сумм по УСНО, учитывая выводы налогового органа о том, что деятельность осуществлялась одним лицом, налоговый орган в ходе проверки должен был учесть суммы налога, уплаченные ООО «Ресурс», что исключило бы начисление пени и привлечение к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации. То есть, если согласится с доводами налогового органа о том, что деятельность осуществлялась одним лицом БКС, то и налоги уплачивались одним лицом, что позволяет прийти к выводу о фактическом отсутствии недоимки. В данном случае, бюджет получил ровно столько налогов, сколько бы он получил от иных лиц, находящихся на УСНО (доходы 6%) по виду экономической деятельности как сдача в аренду имущества. Поскольку БКС после вынесения оспариваемого решения самостоятельно произвел оплату доначисленного налога по УСНО за 2016-2017 года, а ООО «Ресурс» получило возврат излишне уплаченной суммы налога, требование по указанному эпизоду заявлено только в части пени и штрафа.    

Представитель ответчика с заявленным требованием не согласился. Пояснил, что основанием для доначисления спорных сумм налога по УСНО за 2016-2017 года явились выводы налогового органа о том, что денежные средства, полученные от субарендаторов в качестве компенсации оплаты коммунальных услуг, являются доходом от сдачи имущества в аренду. Оплата коммунальных услуг является затратами арендодателя, необходимыми для осуществления предпринимательской деятельности, направленной на получение дохода от сдачи имущества в аренду. Средства, взимаемые с субарендаторов за потребленные коммунальные услуги, в полном объеме перечисляются на счет арендодателя после оплаты им данных услуг, что приводит к образованию на стороне арендодателя экономической выгоды. Следовательно, указанная компенсация коммунальных расходов, является внереализационным доходом арендодателя- БКС и подлежит учету при определении налогооблагаемой базы по УСНО. Также в обоснование сослался на правовую позицию, изложенную в определении Верховного суда РФ от 12.04.2019 №304-ЭС19-3801. По доводам заявителя о необоснованности привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации и начисления пени по эпизоду, связанному с дроблением бизнеса, указал следующее. Основанием для исчисления БКС сумм налогов по результатам ВНП явились выводы инспекции о нарушении налогоплательщиком пределов осуществления прав по исчислению налога и налоговой базы, установленных статьей 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации. Материалами проверки подтверждается осуществление БКС прав по исчислению налогов с нарушением запретов, установленных статьей 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, что свидетельствует о наличии оснований для исчисления налогоплательщику сумм налога по УСНО по сделкам подконтрольного и не самостоятельного лица ООО «Ресурс» от имени которого вел деятельность сам налогоплательщик. При этом Налоговый кодекс Российской Федерации не содержит норм, предусматривающих возможность при исчислении налога налогоплательщику по сделкам подконтрольного лица учитывать суммы налогов, уплаченных этими подконтрольными лицами. Неисполнение налогоплательщиком обязанности по самостоятельной уплате налогов по УСНО образует недоимку и, соответственно, обязанность БКС выплатить компенсацию потерь бюджета в виде пеней. Имеющаяся на момент вынесения решения переплата по УСНО у подконтрольного лица ООО «Ресурс» не опровергает необходимость исполнения обязанности по уплате налогов БКС. Дополнительно указал, что все суммы по УСНО, уплаченные ООО «Ресурс», возвращены на расчетный счет общества по заявлению от 12.02.2019 после представления им нулевых уточненных налоговых деклараций за период 2015-2017 года. Представление ООО «Ресурс» нулевых деклараций, также свидетельствует о согласии общества с выводами налогового органа об отсутствии у него самостоятельной деятельности. В данном случае, БКС создавая схему дробления бизнеса, осознавал ее противоправный характер, направленность на искажение фактов хозяйственной жизни, что свидетельствует об отсутствии оснований для освобождения от привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.             

Выслушав пояснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, суд установил следующее. 

Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы № 2 по Республике Бурятия на основании решения заместителя начальника инспекции от 29.06.2018 № 15-40 проведена выездная налоговая проверка БКС по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания,  перечисления) по налогам и сборам за период с 01.01.2015 по 31.12.2017.

По результатам проверки в связи с установлением обстоятельств, свидетельствующих о формальном дроблении бизнеса с целью занижения доходов путем распределения их на подконтрольных лиц, получения необоснованной налоговой выгоды Инспекцией произведен расчет фактических налоговых обязательств БКС за 2015-2017 года, по результатам которого установлена неуплата:

- налога на добавленную стоимость за 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года в сумме 4 382 627 руб., - налога на прибыль организаций за 2015 год  в сумме 2 085 823 руб.,

- единого налога на совокупный доход, взимаемый в связи с применением упрощенной системы налогообложения за 2016, 2017 годы в сумме 2 593 858 руб.,

- транспортного налога за 2015-2017 годы в сумме 4 712 руб., 

- земельного налога за 2016 год в сумме 190 989 руб., 

- налога на имущество организаций за 2017 год в сумме 19 140 руб.,

о чем составлен акт налоговой проверки №14-16 от 20.12.2018.  

06.02.2019, в отсутствие возражений налогоплательщика на акт проверки№14-16 от 20.12.2018, Инспекцией принято решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения №14-01. Указанным решением БКС предложено уплатить:

- недоимку по налогу на добавленную стоимость за 1, 2, 3, 4 кварталы 2015 года в сумме 4 382 627 руб., пени 1 557 124 руб., штрафные санкции по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации- 31 239 руб., 

- недоимку по налогу на прибыль организаций за 2015 год  в сумме 2 085 823 руб., пени- 610 864 руб., штрафные санкции по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации- 52 146 руб.

- недоимку по налогу, взымаемому с налогоплательщиков, выбравших в качестве объекта налогообложения доходы (УСНО) за 2016- 2017 годы в сумме 2 593 858 руб., пени- 344 139 руб., штрафные санкции по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации- 64 846 руб.

- недоимку по транспортному налогу за 2015-2017 годы в сумме 4 712 руб., пени- 989 руб., штрафные санкции по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации- 59 руб., 

- недоимку по земельному налогу за 2016 год в сумме 190 989 руб., пени- 25 820 руб.,  штрафные санкции по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации- 2 387 руб.,

- недоимку по налогу на имущество организаций за 2017 год в сумме 19 140 руб., пени- 2 209 руб., штрафные санкции по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации- 239 руб.,

- пени за несвоевременное перечисление суммы НДФЛ, подлежащего удержанию и перечислению налоговым агентом, в сумме 42 462 руб., штрафные санкции по пункту 1 статьи 123 Налогового кодекса Российской Федерации в размере 5 947 руб.  

Указанное решение от 06.02.2019 №14-01 вступило в силу.

Вместе с тем, несогласие БКС с указанным решением явилось основанием для обращения в Управление Федеральной налоговой службы по Республике Бурятия с жалобами на вступившее в силу решение налогового органа. 

Решениями Управления от 18.11.2019 №15-14/16034, 10.03.2020 №15-14/03138 решение Межрайонной ИФНС России №2 по РБ  от 06.02.2019 №14-01 отменено в части доначисления налога на прибыль организаций за 2015 год в размере 1 076 409 руб., соответствующих пеней и штрафных санкцией, в удовлетворении остальной части жалоб отказано.

Несогласие с решением Инспекции от 06.02.2019 №14-01 в части эпизода, связанного с не отражением в налоговой базе по УСНО сумм компенсации по коммунальным услугам, поступившим от арендаторов Буркоопсоюза, а именно начисления за 2016 год налога по УСНО в сумме 72 353, 86 руб., соответствующих штрафов в сумме 1 808,84 руб., пени в сумме 117,58 руб., за 2017 год начисления налога по УСНО- 499 142 руб., штрафа- 12 478 руб., пени-110 955,68 руб.; а также в части эпизода, связанного с применением схемы дробления бизнеса, а именно в части начисления за 2016 год пени в сумме 1 596,35 руб., штрафа в сумме 24 575,92 руб., за 2017 год пени в сумме 231183,32 руб., штрафа в размере 25999,58 руб., явилось основанием для заявления БКС настоящего требования в суде. 

В соответствии с частью 4 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел об оспаривании ненормативных правовых актов, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц арбитражный суд в судебном заседании осуществляет проверку оспариваемого акта или его отдельных положений, оспариваемых решений и действий (бездействия) и устанавливает их соответствие закону или иному нормативному правовому акту, устанавливает наличие полномочий у органа или лица, которые приняли оспариваемый акт, решение или совершили оспариваемые действия (бездействие), а также устанавливает, нарушают ли оспариваемый акт, решение и действия (бездействие) права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Согласно части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения, совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили действия (бездействие).

В силу части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для признания оспариваемого ненормативного правового акта (действий, бездействия) недействительным необходимо наличие одновременно двух условий - несоответствие его закону или иным нормативным правовым актам и нарушение им прав и охраняемых законом интересов субъектов в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из оспариваемого решения, налоговым органом в результате ВНП установлено, что в 2015 году БКС, являясь плательщиком по общей системе налогообложения, в целях получения необоснованной налоговой выгоды в виде разницы налоговых обязательств при применении общеустановленного режима налогообложения и специальных режимов налогообложения, осуществляло деятельность по сдаче в аренду объектов недвижимого имущества через подконтрольное лицо ООО «Ресурс», находящегося на УСНО. Указанное послужило основанием для доначисления БКС за 2015 год налогов по общей системе налогообложения с учетом дохода ООО «Ресурс» по операциям от аренды объектов недвижимого имущества. 

Обоснованность выводов налогового органа о применении БКС в 2015 году схемы «дробления бизнеса» в целях  получении получения необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком не оспаривается. 

Суд признает, что обстоятельства неправомерного применения налогоплательщиком в 2015 году схемы «дробления бизнеса» при осуществлении деятельности по сдаче в аренду объектов недвижимого имущества через подконтрольное лицо ООО «Ресурс», находящегося на УСНО, установлены налоговым органом верно. Правомерность доначисления БКС за 2015 год налогов по общей системе налогообложения с учетом дохода ООО «Ресурс» по операциям от аренды объектов недвижимого имущества, подтверждена представленными в материалы дела доказательствами. 

С учетом установленных обстоятельств по обязательствам БКС за 2015 год, в том числе принимая во внимание выводы об отсутствии самостоятельного ведения деятельности ООО «Ресурс», налоговым органом также доначислена БКС сумма налога по УСНО за 2016 год в размере 32745075 руб., за 2017 год в размере 34668684 руб. При этом, расчет фактических налоговых обязательств БКС за 2016-2017 года, произведен инспекцией с учетом суммы дохода, полученного ООО «Ресурс» за указанный период.

Налогоплательщик, заявляя настоящее требование, указывает на необоснованность выводов инспекции о направленности действий БКС на получение необоснованной налоговой выгоды при осуществлении деятельности через подконтрольное лицо ООО «Ресурс» в 2016-2017 годах, поскольку в указанный период как БКС, так и ООО «Ресурс» находились на УСНО. Выводов, в чем именно выразилась налоговая выгода, оспариваемое решение не содержит, в связи с чем, по указанному эпизоду, начисление пени и привлечение к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, считает необоснованным.  

 В соответствии со статьей 23 Налогового кодекса РФ налогоплательщики обязаны уплачивать законно установленные налоги и сборы.

Согласно статье 346.11 Налогового кодекса Российской Федерации применение УСН организациями предусматривает их освобождение от обязанности по уплате налога на прибыль организаций (за исключением налога, уплачиваемого с доходов, облагаемых по налоговым ставкам, предусмотренным пунктами 3 и 4 статьи 284 Налогового кодекса Российской Федерации), налога на имущество организаций. Организации, применяющие УСН, не признаются налогоплательщиками НДС, за исключением НДС, подлежащего уплате в соответствии с Налоговым кодексом Российской Федерации при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, а также НДС, уплачиваемого в соответствии со статьей 174.1 Налогового кодекса Российской Федерации.

Статьей 346.13 Налогового кодекса Российской Федерации установлены порядок и условия начала и прекращения применения УСН. Пунктом 4 данной статьи установлено, в частности, что налогоплательщик считается утратившим право на применение УСН в случае, если по итогам отчетного (налогового) периода его доходы, определяемые в соответствии со статьей 346.15 и подпунктами 1 и 3 пункта 1 статьи 346.25 Налогового кодекса Российской Федерации, превысили предельный размер - 60 000 000 руб.

В пункте 1 статьи 346.15 Налогового кодекса Российской Федерации установлено, что налогоплательщики при определении объекта налогообложения учитывают следующие доходы: доходы от реализации, определяемые в соответствии со статьей 249 Налогового кодекса Российской Федерации; внереализационные доходы, определяемые в соответствии со статьей 250 Налогового кодекса Российской Федерации.

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 249 Налогового кодекса Российской Федерации доходом от реализации признаются выручка от реализации товаров (работ, услуг) как собственного производства, так и ранее приобретенных, выручка от реализации имущественных прав. Выручка от реализации определяется исходя из всех поступлений, связанных с расчетами за реализованные товары (работы, услуги) или имущественные права, выраженные в денежной и (или) натуральной формах.

Как следует из материалов дела, в период 2016-2017 БКС применял УСНО на основании уведомления о переходе на упрощенную систему налогообложения от 03.11.2015 с объектом налогообложения «доходы», налоговая ставка 6%.

Установив обстоятельства, свидетельствующие о фактическом осуществлении БКС деятельности по сдаче в аренду нежилых помещений через подконтрольное ему лицо- ООО «Ресурс» (обязательства 2015 года), налоговый орган в целях определения реальных налоговых обязательств налогоплательщика при осуществлении расчета налогооблагаемой базы за 2016-2017 года объединил доходы БКС с доходами взаимозависимого лица ООО «Ресурс». При этом сведения о размере полученного ООО «Ресурс» дохода определены инспекцией по результатам анализа расчетных счетов, кассовых книг и книг доходов и расходов за 2016-2017 года.

В результате произведенного перерасчета доходов Буркоопсоюза, с учетом доходов ООО «Ресурс», инспекцией произведен перерасчет налога к уплате за 2016 год в размере 1 054 721 руб., за 2017 год- 1 539 137.

При этом расчет налога к уплате выглядит следующим образом:

2016 год.

Сумма доходов, полученных БКС по данным декларации по УСН за 2016 год, составила 44 097 194 руб., по данным проверки сумма компенсации по ЖКХ составила 2412269 руб., итого- 46509463 руб. К указанной сумме добавлен доход ООО «Ресурс» за  2016 год- 34975075,0 руб. и вычтены уплаченные суммы арендных платежей в адрес БКС в размере 2 230 000,0 руб. 

Таким образом, доход ООО Ресурс, учтенный налоговым органом, составил 32745075 руб., что соответствует сумме налога по УСНО- 4755272 руб.

Указанная сумма налога уменьшена налоговым органом на уплаченные суммы СВ на ОПС. СВ на ОПС, уплаченный ООО Ресурс составляет - 1039482,0 руб.; уплаченный БКС составляет -2141434,0 руб. Итого общая уплаченная сумма СВ на ОПС составила 3180916 руб. При этом поскольку размер уплаченных сумм СВ на ОПС не может уменьшать суммы УСНО на более чем 50%, при определении итоговой суммы УСНО налоговым органом учтена сумма СВ на ОПС не 3180916 руб., а не более 50% от общей исчисленной суммы УСНО, что составило (от 4755272 руб. взято 50%) 2377636 руб.

Итого сумма УСНО за 2016 год составила 1054721 руб. (2377636 руб. за минусом уплаченных по декларации самим налогоплательщиком 1322916 руб.).

2017 год.

Сумма доходов, полученных БКС по данным декларации по УСН за 2017 год, составила 67 261 216 руб., по данным проверки сумма компенсации по ЖКХ составила 16 635 876 руб., итого- 83 897 092 руб. К указанной сумме добавлен доход ООО Ресурс в сумме 36646684,0 руб. и вычтены уплаченные суммы арендных платежей в адрес БКС в размере 1 978 000,0 руб.

Таким образом, сумма дохода БКС за 2017 год составила 118565776 руб., что соответствует сумме налога по УСНО- 7113947 руб.

Указанная сумма налога уменьшена налоговым органом на уплаченные суммы СВ на ОПС. Общая уплаченная сумма СВ на ОПС составила 3566974 руб. 

Итого сумма УСНО за 2017 год составила 3546973 руб. (1539137 руб. за минусом уплаченных по декларации самим налогоплательщиком 2017837 руб.).

Наличие недоимки по УСНО за 2016-2017 года явилось основанием для начисления БКС пени и привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации.  

Материалами дела подтверждается и лицами, участвующими в деле, не оспаривается, что в спорный период ООО «Ресурс», применяя УСНО, при расчете своих налоговых обязательств, отразил сумму дохода по операциям сдачи в аренду недвижимого имущества, соответствующую сумме, учтенной налоговым органом при определении налоговых обязательств БКС. При этом на момент вынесения оспариваемого решения, соответствующая сумма налога по УСНО за 2016-2017 года ООО «Ресурс» уплачена в бюджет.

Таким образом, в связи с доначислением БКС сумм налога по УСНО за 2016-2017 года по операциям сдачи в аренду недвижимого имущества, у ООО «Ресурс» по указанным операциям возникла переплата.   

Верховный суд Российской Федерации в определении от 09.10.2014 N 302-КГ14-2143 указал, что исходя из положений статей 23, 45, 52 НК РФ целью проведения камеральных и выездных налоговых проверок является выяснение соответствия данных, содержащихся в налоговых декларациях налогоплательщиков (по налогу на прибыль), фактическим финансовым результатам деятельности этих налогоплательщиков, следовательно, размер начисленных по результатам налоговой проверки сумм налога должен соответствовать действительным налоговым обязательствам налогоплательщиков в проверяемом периоде.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 7 постановления N 53, если суд на основании оценки представленных налоговым органом и налогоплательщиком доказательств придет к выводу о том, что налогоплательщик для целей налогообложения учел операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом, суд определяет объем прав и связанностей налогоплательщика, исходя из подлинного экономического содержания соответствующей операции. Под налоговой выгодой понимается уменьшение размера налоговой обязанности вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета, налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета.

В соответствии с пунктом 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", могут свидетельствовать подтвержденные доказательствами доводы о наличии следующих обстоятельств: невозможность реального осуществления налогоплательщиком указанных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг; отсутствие необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности в силу отсутствия управленческого или технического персонала, основных средств, производственных активов, складских помещений, транспортных средств; учет для целей налогообложения только тех хозяйственных операций, которые непосредственно связаны с возникновением налоговой выгоды, если для данного вида деятельности также требуется совершение и учет иных хозяйственных операций; совершение операций с товаром, который не производился или не мог быть произведен в объеме, указанном налогоплательщиком в документах бухгалтерского учета.

Пунктом 6 Постановления N 53 предусмотрено, что взаимозависимость участников сделок сама по себе не может служить основанием для признания налоговой выгоды необоснованной.

Указанные положения в полной мере согласуются с публично-правовым характером налоговой обязанности и необходимостью ее реализации в условиях, которые отвечали бы вытекающим из верховенства права принципам равенства и справедливости, что предопределяется, по смыслу правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации (постановления от 14 июля 2003 года N 12-П, от 3 июня 2014 года N 17-П и от 24 марта 2017 I года N 9-П; определения от 7 июня 2011 года N 05-0-0, от 18 сентября 2014 года N 1822-0, от 10 ноября 2016 года N 2561-0 и др.), императивным в своей основе методом налогового регулирования и связанностью законом налоговых органов, основания, пределы, процедурные и иные условия деятельности которых требуют, насколько возможно, детального определения.

В свою очередь, гражданское законодательство допускает совместное осуществление деятельности хозяйствующих субъектов в целях получения прибыли от осуществления предпринимательской деятельности. При этом указанная совместная деятельность хозяйствующих субъектов сама по себе не свидетельствует о получении налоговой выгоды (Определение Конституционного суда Российской Федерации от 04.06.2007 N 320-О-П).

В силу действия принципа добросовестности налогоплательщиков предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение налоговой выгоды, экономически оправданы, а сведения, содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны.

В соответствии с пунктом 9 постановления N 53 установление судом наличия разумных экономических или иных причин (деловой цели) в действиях налогоплательщика осуществляется с учетом оценки обстоятельств, свидетельствующих о его намерениях получить экономический эффект в результате реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В данном случае, суд соглашается с позицией налогоплательщика о том, что в оспариваемом решении не содержится выводов о получении БКС необоснованной налоговой выгоды в связи применением схемы «дробления бизнеса»- осуществления деятельности по сдаче в аренду объектов недвижимого имущества через подконтрольное лицо ООО «Ресурс». 

Как указывает налоговый орган со ссылкой на статью 54.1 Налогового кодекса Российской Федерации, налогоплательщик нарушил пределы осуществления прав по исчислению налоговой базы, а именно исказил сведения о фактах хозяйственной жизни, подлежащих отражению в налоговой отчетности налогоплательщика, что повлекло неправомерное занижение его налогооблагаемой базы по УСНО за 2016-2017 года.

Однако, как установлено налоговым органом в ходе проверки, распределение налогоплательщиком дохода от сдачи в аренду недвижимого имущества на подконтрольное лицо ООО «Ресурс», не привело к налоговым преимуществам. Обстоятельств, свидетельствующих о том, что целью «дробления бизнеса» при осуществлении налогоплательщиком деятельности в 2016-2017 годах явилось  формальное соблюдение условий для применения специального налогового режима не установлено. Напротив, по результатам проверки налоговый орган подтвердил правомерность применения БКС специального режима, в том числе с учетом произведенного перерасчета налоговых обязательств. 

В ходе рассмотрения настоящего дела, суд неоднократно предлагал налоговому органу обосновать правомерность спорных доначислений с учетом выводов о наличии в действиях налогоплательщика цели на уклонение от уплаты установленных налогов. 

Вместе с тем, налоговым органом не заявлены доводы и не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что действия налогоплательщика в 2016-2017 годах повлекли получение им необоснованной налоговой выгоды. 

Таким образом, применение налогоплательщиком схемы ведения бизнеса через подконтрольное лицо ООО «Ресурс» в части распределения дохода по операциям сдачи в аренду недвижимого имущества не повлекло занижение сумм налога, подлежащего уплате в бюджет, поскольку БКС и ООО «Ресурс» исчислили и уплатили налог по УСНО с учетом всей суммы дохода, определенной налоговым органом по результатам ВНП, то есть в результате взаимодействия двух лиц потеря бюджета (налоговая экономия) не возникла. 

При этом суд отмечает, что доначисляя суммы налога по УСНО в результате объединения доходов БКС и ООО «Ресурс», с учетом выводов о фактическом осуществлении деятельности одним лицом (БКС), налоговый орган не учитывает соответствующую сумму налога, уплаченного ООО «Ресурс», признавая его самостоятельным плательщиком.       

При таких обстоятельствах суд признает, что налоговый орган в отсутствие достаточных правовых оснований произвел доначисление БКС налога по УСНО за 2016-2017 года в отсутствие соответствующих потерь бюджета.

Вместе с тем, налогоплательщик, ссылаясь на фактическое исполнение оспариваемого решения в части доначисления сумм налога по УСНО за 2016-2017 года и получение ООО «Ресурс» возврата соответствующих сумм из бюджета после вынесения налоговым органом решения по ВНП и вступления его в силу, заявил требование о признании недействительным решения от 06.02.2019 №14-01 по рассматриваемому эпизоду, только в части начисления пени в сумме 232 779,67 руб. и привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в сумме 50 575,5 руб.

 В силу положений пункта 1 статьи 75 НК РФ пеней признается денежная сумма, которую налогоплательщик должен уплатить в случае перечисления налога в более поздний срок по сравнению с установленным.

В силу главы 11 НК РФ пени являются способом обеспечения исполнения обязанностей по уплате налогов и сборов и является правовосстановительной мерой государственного понуждения, носящей компенсационный характер.

В соответствии с пунктом 3 статьи 122 Кодекса умышленная неуплата или неполная уплата сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного неправильного исчисления налога (сбора) или других неправомерных действий (бездействия), если такое деяние не содержит признаков налоговых правонарушений, предусмотренных статьями 129.3 и 129.5 Кодекса, влечет взыскание штрафа в размере 40 процентов от неуплаченной суммы налога (сбора).

С учетом ранее изложенных выводов суда об отсутствии соответствующих потерь бюджета в связи с избранной налогоплательщиком схемой ведения бизнеса, а именно распределением дохода от сдачи в аренду недвижимого имущества на подконтрольное лицо ООО «Ресурс», суд признает подлежащим удовлетворению требование заявителя в указанной части.

Расчет сумм пени и штрафа, соответствующих рассматриваемому эпизоду, следующий.

Налог по УСНО

Всего по решению

Коммунальные услуги

ООО «Ресурс»

Налог 2016 год

1054721

2412269 руб. (6,86% доначислений)

32745075 руб. (93,14% доначислений)

штраф

26368

1808,84 руб. (6,86%)

24575.92 руб.

пени

1713,93

117,58 руб. (6,86%)

1596,35 руб.

Налог 2017 год

1539137

16635876 руб. (32,43% доначислений)

34668684 руб. (67,57% доначислений)

штраф

38478

12478 руб. (32,43 %)

25999,58 руб.

пени

342139

110955,68 руб. (32,43%)

231183,32 руб. 

Таким образом, решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.02.2019 №14-01, вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №2 по Республике Бурятия, в части начисления пени в сумме 232 779,67 руб., привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в сумме 50 575,5 руб. по эпизоду, связанному с доначислением налога по УСНО за 2016-2017 года в связи с применением схемы «дробления бизнеса», не соответствует положениям Налогового кодекса Российской Федерации, нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

В отношении эпизода, связанного с не отражением в налоговой базе по УСНО сумм компенсации по коммунальным услугам, поступившим от арендаторов Буркоопсоюза, а именно начисления за 2016 год налога по УСНО в сумме 72 353, 86 руб., соответствующих штрафов в сумме 1 808,84 руб., пени в сумме 117,58 руб., за 2017 год начисления налога по УСНО- 499 142 руб., штрафа- 12 478 руб., пени-110 955,68 руб., суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в период 2016-2017 года БКС являясь собственником недвижимого имущества, заключал договоры аренды, по условиям которых стоимость коммунальных услуг не входила в стоимость арендной платы,  определялась ежемесячно исходя из показаний приборов учета или расчетным путем по тарифам, установленным регулирующими органами, и подлежала оплате арендатором в течении трех дней с момента выставления счет-фактуры (пункт 4.4 типовых договоров аренды).

При этом сумма оплаты по коммунальным услугам, поступившая в адрес БКС от арендаторов в качестве компенсации его расходов, учитывалась налогоплательщиком в составе доходов при исчислении налога по УСНО, в период 1,2,3 квартал 2016 года. 

Однако, в период 4 квартал 2016 года, 2017 год налогоплательщиком, при определении налогооблагаемой базы по УСНО, в составе доходов не учтены суммы компенсации расходов по оплате жилищно-коммунальных расходов, в том числе за 4 квартал 2016 года в размере 2 412 270 руб. (т.23, л.д. 105-124), за 2017 год- 16 635 876 руб. (24, л.д. 2-152), поступившие на расчетный счет арендодателя от арендаторов.

Согласно пункту 4 статьи 250 Налогового кодекса Российской Федерации доходы от сдачи в аренду имущества, если такие доходы не определяются налогоплательщиком в порядке, установленном статьей 249 Налогового кодекса Российской Федерации, признаются внереализационными доходами.

При определении объекта налогообложения не учитываются доходы, предусмотренные статьей 251 Налогового кодекса Российской Федерации.

  Компенсация расходов по содержанию сдаваемого в аренду имущества в данный перечень не входит (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2011 №9149/10).

Таким образом, полученные налогоплательщиком в 4 квартале 2016 года, 2017 году от арендаторов суммы за предоставленные коммунальные услуги являются его доходом от сдачи имущества в аренду, который подлежит налогообложению по УСН. 

При таких обстоятельствах, оспариваемое решение в части начисления за 2016 год налога по УСНО в сумме 72 353, 86 руб., соответствующих штрафов в сумме 1 808,84 руб., пени в сумме 117,58 руб., за 2017 год начисления налога по УСНО- 499 142 руб., штрафа- 12 478 руб., пени-110 955,68 руб. соответствует положениям Налогового кодекса Российской Федерации, прав и законных интересов заявителя не нарушает.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 110, 167-170, 201  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р  Е  Ш  И Л:

Заявленное требование удовлетворить частично.

Признать недействительным решение о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения от 06.02.2019 №14-01, вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №2 по Республике Бурятия, в части начисления пени в сумме 232 779,67 руб., привлечения к ответственности по пункту 3 статьи 122 НК РФ в виде взыскания штрафа в сумме 50 575,5 руб. по эпизоду, связанному с доначислением налога по УСНО за 2016-2017 года в связи с применением схемы «дробления бизнеса».

Обязать Межрайонную инспекцию Федеральной налоговой службы №2 по Республике Бурятия устранить допущенное нарушение прав и законных интересов заявителя.

В удовлетворении остальной части заявленного требования отказать.

Взыскать с Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы №2 по Республике Бурятия (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Бурятского республиканского союза потребительских обществ (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) судебные расходы в виде уплаченной государственной пошлины в размере 3000руб.

 Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции. 

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия.

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение.

СудьяН.А. Логинова